Узы души

— Гарри, ты меня вообще слушаешь? — внезапный оклик подруги вернул парня из мыслей. Осоловело поглядев на Гермиону и поморгав пару раз, Гарри понял, что опять выпал из пространства и потерялся глубоко в мыслях.  — Прости, Гермиона, я не слышал, — парень покачал головой и уставился на свой завтрак. После первого индивидуального урока Гарри все никак не мог остаться один в кабинете Дамблдора. Более того, директор самолично выбирал воспоминания для просмотра, поэтому возможности узнать больше положенного не было. Ни одно из выбранных директором воспоминаний не выдавало тяжёлого детства Реддла. Будто бы Дамблдор раз за разом пытался убедить Гарри в том, что Волдеморт — истинное зло.  В общем и целом оно так и было, но в голове родным голосом отдавалось: «Вовсе ты не плохой человек! Ты очень хороший человек, с которым случилось много плохого, понимаешь?» Отнюдь, Реддла сложно было назвать «очень хорошим» человеком. Но и абсолютным злом он уже не казался. Хотелось знать больше, углубиться в чужую жизнь. Узнать все детали, проследить связь между событиями, увидеть причины и осознать последствия. Последние несколько недель Гарри обнаружил в себе нездоровую жадность, это пугало. Но и остановить себя не мог, почти круглосуточно проводя параллели между собой и своим врагом, прокручивая те крупицы воспоминаний, которые крепко засели в голове.  Еще было очень сложно принять, что Волдеморт, которого он знал сам и Том Реддл, которого он видел в омуте памяти — один и тот же человек. С одной стороны, Гарри знал, что воспоминания невозможно подделать, а с другой он уже не был уверен, можно ли верить своим собственным глазам. Это была еще одна причина, по которой хотелось знать о Темном Лорде все до последней детали. Хотелось понять, в какой момент все пошло не так, почему он стал таким, какой он сейчас.  Хмуро поглядывая на лучшего друга, Гермиона показательно тяжело вздохнула. Тот оставил взгляды без внимания. — Гарри, — уже мягче произнесла Гермиона, — я понимаю, что ты еще не отошел от смерти Сириу… — Гер-рмиона, — резко прорычал парень, краем глаза замечая, как расширяются глаза Рона в удивлении, — я тебе уже говорил, что не хочу об этом говорить, — такая реакция была больше привычным рефлексом, здесь Гарри покривил душой. Ведь за последние недели о крестном он думал на удивление мало. (И парень даже был немного благодарен за это Темному Лорду.) Но это не отменяло того факта, что поднимать тему потери близкого человека все еще не хотелось.  — Прости, просто я подумала, что может быть нам стоит немного прогуляться? Знаешь, подышать свежим воздухом… — с каждым словом голос девушки становился все неувереннее, но надежда теплилась в ее глазах.  Гарри тяжело вздохнул, провел руками по растрепанным волосам.  — Ты права, прости меня, Герми. И, да, прогулка мне бы не помешала, все равно сегодня выходной, а Дамблдор до сих пор не сообщил о дате нового урока, — он покосился на пустующее место посередине преподавательского стола.  — Тогда решено! — обрадованно воскликнула девушка, — Рональд, доедай быстрее и пойдем на улицу, — рыжий парень только недовольно пробурчал, дожевывая бекон и мельком посмотрел на проходящую мимо Лаванду. 

***

Под ногами шуршали листья, прохладный ветер задувал за воротник мурашки, на небе виднелись просветы осеннего бледно-голубого неба. Золотое трио не торопясь шли в сторону озера, вдыхая сырой воздух и наслаждаясь редкими минутами без дождя.  Гермиона только открыла рот, чтобы начать разговор, но Гарри ее опередил.  — Герми, я знаю, что ты хочешь сказать. Мне действительно нужно контролировать себя и уделять больше внимания тому, что происходит вокруг. Но я…  — Друг, о чем ты вообще? — перебил его Рон, — мы прекрасно понимаем, что на тебя много всего навалилось, да еще и домашнего задания еще больше, чем обычно, как будто бы ЖАБА сдавать в этом году. Боюсь представить, что будет в следующем.  — Если мы доживем до того момента, — мрачно пошутил Гарри. На удивление Гермиона его даже не одернула. Она помолчала несколько секунд, будто бы подбирая слова.  — А ты не думал о том, чтобы пойти в…  — Библиотеку! — хором подхватили парни.  Гермиона закатила глаза, пытаясь скрыть улыбку.  — Да, в библиотеку. Я уверена, можно будет подобрать книги на тему очищения разума и концентрации. Если хочешь, я сама этим займусь и составлю список книг, которые смогут тебе помочь.  — Герми, я тебя умоляю, как будто бы мало того, что мы делаем по учебному курсу. У меня совершенно не будет времени, учитывая, что матч со Слизерином все ближе и ближе, а наша команда еще толком не сыграна. — Гарри схватился за голову, поднимая глаза к небу, и застыл. Над ними открылся небольшой клочок чистого неба. Цвета глаз, которые с недавних пор напрягали Гарри каждый раз, когда он в них смотрел. Глаз, которые принадлежали величайшему волшебнику нынешних времен.  Друзья прошли еще несколько шагов, прежде чем обернуться на остановившегося парня.  — Гермиона, смотри, он опять выпал, — легко засмеялся Рон, — прямо во время разговора о том, что ему пора перестать так делать, — девушка шутливо пихнула рыжего в бок и подошла к Гарри.  — Мистер Поттер, десять баллов с Гриффиндора за вопиющую невнимательность, — спародировав Макгонагалл, она попыталась вернуть друга в чувство. Гарри опустил на нее ошеломленный взгляд, очевидно прослушав, что она ему сказала.  — Гермиона, напомни мне имена самых выдающихся легилиментов, пожалуйста? Из живых, естественно, — девушка нахмурилась, но ответила:  — Волдеморт, профессор Снейп и профессор Дамблдор. С чего такой внезапный интерес?  — Твою мать… — Гарри резко присел на корточки, так и не снимая рук с головы. До него только сейчас дошло, что все о чем он думал на занятиях с директором было подано на обозрение безо всякой задней мысли. Вот почему Дамблдор так упорно не показывал ему других воспоминаний. Вот почему выбирал воспоминания, в которых запечатлелись только самые худшие стороны Реддла. Вот почему ненавязчиво пытался заставить Гарри продолжать ненавидеть Темного Лорда.  И ведь директор, очевидно, знал, что парень посмотрел несколько воспоминаний без его ведома. Но ничего не сказал. Почему? — Так, друг, это уже совсем не смешно, — Рон подошел и тоже присел рядом с брюнетом, — Что с тобой?  Гарри посмотрел другу в глаза и задумался. А стоит ли вообще посвящать их в свои сомнения о Волдеморте? Они ведь вряд ли поймут. Гермиона еще возможно попытается, но точно не Рон. Памятуя о четвертом курсе и ссорой с рыжим парнем, Гарри встряхнул головой и поднялся.  — Я вспомнил, что Дамблдор попросил прочитать меня одну книгу об артефактах, — он протянул руку Рону, помогая встать, — Все, больше никаких зависаний. Обещаю, ребята.  — Совсем другое дело! — обрадовался Рон. Гермиона смерила парней подозрительным взглядом, но промолчала.  Друзья еще некоторое время прогуливались по окрестностям Хогвартса, сменив тему разговора на что-то непринужденное. Гарри усиленно старался поддерживать разговор, упрямо игнорируя анализирующий взгляд Гермионы, и смеялся над шутками Рона.  На душе скреблись кошки, утаивать что-то от друзей он не привык, но понимал, что по-другому пока никак. Придет время и он все им расскажет, когда будет готов аргументировать и отстаивать свою точку зрения. Пока все, что у него есть — это собственные сомнения и крупицы сомнительной информации из чужих воспоминаний.  Возвращаясь к замку, Гарри оглянулся и посмотрел на отставших недавно друзей: — Герми, что ты там говорила про книги на тему менталистики? Я думаю, мне все-таки стоит этим заняться.