Узы души

«С Поттером ничего не бывает нормально», устало подумалось Северусу, пока он отмерял дозу экстракта заунывника. Напряженный воздух в лаборатории можно было резать ножом. Над душой стоял подозрительно притихший Темный Лорд и неотрывно следил за каждым его движением, пока Снейп готовил зелье, которое предположительно сможет привести гриффиндорца в чувство. Чужое присутствие мешало сосредоточиться, и Пожиратель прилагал все усилия на то, чтобы не замечать нервозности, исходящей от Повелителя. Такое на его памяти было чуть ли не впервые за последние годы — обычно Милорд просто приказывал и оставлял его одного, а сейчас… Сейчас он будто бы вернулся на много лет назад, и они, как обычно, засиделись в лаборатории допоздна, экспериментируя над новым зельем. Бледный, бессознательный Поттер тоже не добавлял радости, и Снейп злился на самого себя — как можно было проморгать ухудшение его состояния? Ритуалист недоделанный. — Неужели это действительно так непривычно? — выдохнул Лорд за его спиной. Северус сдержался, чтобы не дернуться. — Вы о…? — Да, Северус, можешь выражаться прямо. О моей вновь обретенной адекватности. Зельевар сжал губы в тонкую полоску, добавляя в котел слизь флоббер-червей, и осторожно ответил, чуть оборачиваясь к Тому: — После всех этих лет сложно адаптироваться к новым реалиям, когда все уже давно смирились с безысходностью. Лорд сжал пальцами переносицу, прикрывая глаза и усмехаясь: — Что ж, вполне оправдано, — он отошел в дальний угол лаборатории и уселся на край стола, давая больше свободного пространства своему подопечному. Снейп выдохнул про себя и вновь обратил внимание на Гарри. Из-за «хитроумного» плана Долохова они не учли, что Поттер был еще одним крестражем. Он находился внутри ритуального круга практически все время, пока Северус читал заклинание, и это запустило процесс слияния. Даже несмотря на то, что Малфой вытащил его в процессе ритуала, часть души Лорда все это время медленно, но верно тянулась к своему хозяину. Вот и дотянулась. Пока Поттер был под магическим стазисом, ему не угрожала никакая опасность. Но вот чтобы остановить процесс перехода крестража, Северусу пришлось в максимально сжатые сроки перечитать скудный запас древней литературы на тему переселения душ, еще раз пройтись по легендарному фолианту Ионеску, наспех отмерить необходимые пропорции для зелья — и все это под бдительным вниманием Темного Лорда. Повелитель, конечно, ему помогал дельными замечания, вносил правки в составленную формулу заклинания и даже предложил немного изменить состав зелья, что сделало бы его более эффективным. В две головы управились они действительно быстрее. Но… все равно было слишком непривычно. Наконец закончив зелье, Северус погасил огонь под котлом и отлил нужное количество в фиал. Полупрозрачная жидкость едва видимо отливала золотым, и у него отлегло от сердца — получилось идеально. Оставалось только… — Милорд? — Да, я готов, — Том подошел к нему и с деланным спокойствием распорол себе запястье беспалочковым Секо над открытым фиалом. Отсчитав ровно шесть капель, Снейп отставил зелье на стол, а Лорд в это время залечил порез небрежным взмахом руки. К облегчению Северуса, кровь растворилась за несколько секунд, меняя цвет зелья на более насыщенный золотой оттенок. Он еще раз пробежался глазами по пергаменту, на котором было расписано заклинание. — Думаю, мы можем приступать. — Думаешь? — Том все же услышал долю сомнения в его голосе. — Все будет в порядке, Милорд, — поспешил его заверить Снейп. Работать в напряженной атмосфере и с малым запасом времени было, конечно, не впервой. Но редко когда можно было застать Повелителя действительно обеспокоенным. Оттого нервничал и сам Северус. Перед глазами все еще стояла картина, которую он застал, едва открыл дверь в кабинет Люциуса. Такого выражения на лице Милорда он не видел ни разу. И если с Поттером и его чувствами все было вполне понятно, то Повелитель его удивил. Невооруженным взглядом было видно, что переживал он не только из-за того, что парень был его крестражем. Но… Может быть, оно и к лучшему. — Можете снимать стазис, Милорд, — Северус взял в руку фиал и приготовился. Том сосредоточенно вывел сложную фигуру в воздухе, и на его последнем взмахе зельевар начал произносить заклинание на латыни. Под конец чтения Снейп дал знак Лорду и тот опустил челюсть Гарри, приоткрывая рот. Одним аккуратным движением Пожиратель влил зелье, вместе с этим заканчивая заклинание. — Сработало? — если бы это спросил кто-то другой, а не Темный Лорд, Северус бы уже закатил глаза на подобное проявление нетерпеливости. Но сейчас он только сдержанно мотнул головой: — По моим расчетам должно пройти какое-то время. Вы что-нибудь чувствуете? Том неопределенно пожал плечами: — Нет. Все по-прежнему. Но едва закончив фразу, Темный Лорд покачнулся и, не найдя опоры, упал на колени, хватаясь за грудь. Снейп схватился за палочку, чувствуя, как внутри что-то проваливается. Если он случайно убьет Повелителя, то он не жилец. Но спустя несколько секунд Том поднял на него расфокусированный взгляд, моргнул и с недоумением произнес: — Пропало. — Что пропало, Милорд? — С момента пробуждения я чувствовал внутри связь между нами, — он коротко посмотрел в сторону Гарри. — Думал, что это последствия брачного ритуала. Я еще не добрался до записей, которые ты оставил мне, поэтому все детали мне неизвестны. Однако, теперь все ясно — это была часть моей души. — Значит у нас получилось, — Снейп коротко кивнул и подал руку, помогая ему встать. Том на вид уже пришел в себя, поэтому зельевар сразу переключил свое внимание на Поттера — Милорд не любил, когда над ним хлопотали в лишний раз. Северус склонился над парнем — дыхание у него стало более глубоким, а к щекам прилила кровь, прогоняя любые намеки на нездоровую бледность. — Все в порядке. Должен скоро… — Марволо! Гарри подорвался, как будто ему приснился кошмар, пугая мужчин резким окриком. Северус отскочил от него на рефлексах, вскидывая палочку. Темный Лорд позади него нецензурно выругался и тяжело вздохнул. А парень тем временем огляделся, тяжело дыша, и испуганно округлил глаза, завидев, в чьей компании очнулся. — Ой… — Вот вам и «ой», мистер Поттер, — Снейп опустил палочку. — Как вы себя чувствуете? — Вроде нормально… — Гарри нахмурился, не понимая, что произошло и как он здесь оказался. Зельевар махнул в его сторону диагностирующим, довольно кивнул, коротко поклонился Темному Лорду и поспешил покинуть лабораторию — здесь он теперь явно был лишним. Том молча подошел к диванчику, на котором все это время лежал парень, присел на край и приложил тыльную сторону руки ко лбу, на котором красовался знаменитый шрам. — Как ты? — Как будто бы наконец-то выспался, — Гарри неловко улыбнулся, пытаясь скрыть смущение, а потом нахмурился, задумавшись, — Раз об этом спрашиваешь ты, значит я снова чуть не умер? Том еле сдержался, чтобы не закатить глаза. Судя по всему, ему еще долго придется мириться со всеобщим недоверием. Подумаешь, несколько десятков лет тиранил своих друзей и любимую страну, а потом все стало как прежде. Бывает. — Не делай из меня монстра, — Лорд недовольно передернул плечами и опустил руку. — Но, да, ты прав. Последствия ритуала, если можно так выразиться. Из-за того, что ты принимал в нем непосредственное участие, эта часть души начала возвращаться ко мне. Благо, Северус понял это практически сразу, и мы приняли соответствующие меры. — А сколько я… — Не больше пары часов, не переживай. Мы никому не говорили, чтобы не вызывать лишнее беспокойство. Не люблю суету, — Том встал, непринужденно разминая шею, и наколдовал Темпус. Была глубокая ночь. — Выспался, говоришь? Гарри недоуменно моргнул и кивнул, аккуратно поднимаясь вслед за Лордом. — Как переносишь парную аппарацию? — Легко, — не думая ответил он, все еще не понимая, к чему клонит Том. — Прогуляемся?

***

Одна аппарация, несколько секунд, чтобы глаза привыкли к темноте, и Гарри тут же понял, где они находятся. Он резко оглянулся, боясь, что их увидят магглы, но с удивлением обнаружил, что Том накинул на них обоих дизиллюминационное во время перемещения. Или перед аппарацией. Но факт оставался фактом — это произошло так быстро, что Гарри в очередной раз убедился, насколько виртуозно и легко колдовал Темный Лорд. В любом случае, это оказалось лишним — редкие фонари освещали совершенно пустую, темную улицу. — Столько лет прошло, а здесь ничего не изменилось, — хмыкнул Том, оглядывая здание перед ними. — Почему мы здесь? Прошло несколько секунд прежде чем Реддл непривычно тихо ответил: — Я знаю о тебе абсолютно все, а ты обо мне — не так уж и много. Решил, что стоит это исправить. — Ты не прав, — легко рассмеялся Гарри, ловя удивленный взгляд, — я знаю о тебе больше, чем ты думаешь. — Да неужели? — Том недоверчиво приподнял бровь. — Я видел воспоминание Дамблдора, когда он в первый раз пришел к тебе сюда, — он кивнул в сторону мрачного здания приюта. — Вот как, — задумчиво протянул Лорд, переводя взгляд на пустынную улицу. — Тогда мы действительно просто прогуляемся, и ты мне расскажешь подробнее, что еще видел. Они неторопливо пошли вдоль фонарей, и Гарри принялся негромко пересказывать содержание воспоминаний, которые до сих пор бережно хранил у себя. Жители этой части Лондона уже давно спали, никто из магглов не попадался им на пути, и парень по ходу своего рассказа задумался о причинах этой прогулки. Что заставило Лорда так внезапно открыться? Он ведь ничего не делал просто так. По его лицу было ничего непонятно, непроницаемая маска изредка сменялась кривыми усмешками, когда он что-то комментировал, и только. Не спрашивать же напрямую? — Гарри? Ты молчишь уже дольше минуты. Он внезапно осознал, что прервал свой рассказ, как-то незаметно переключаясь на мысли в голове, и резко отвернулся от Лорда, заставляя себя смотреть вперед. Собственное имя из уст Тома все еще резало слух. Они шли так близко, что парень чувствовал тепло чужого тела, и это совершенно не помогало сосредоточиться на рассказе и собственных мыслях. Он сглотнул и решился задать вопрос, который мучал его уже давно. Вперед, Гриффиндор! — Во всех воспоминаниях о тебе я чаще всего видел Абраксаса. Что с ним случилось? — Он украдкой посмотрел на Тома и заметил, как легкая улыбка сменилась на излишне холодное выражение лица, — я просто видел его портрет и… — Забудь. Ледяной тон тотчас отбил все желание развивать эту тему, несмотря на дикое желание узнать, что же все таки случилось. Все, с кем он общался на эту тему, либо не знали, как именно умер Абраксас, либо советовали не лезть не в свое дело. Драко определенно что-то знал, но всегда ловко уводил разговор в другую сторону, либо отмахивался, ссылаясь на занятость. Том продолжал молчать, и Гарри стало неловко, но в этот раз он не смог найти слов, чтобы заполнить тишину. Спустя несколько десятков шагов мужчина вздохнул, прикрывая ладонью лицо, и будто неохотно выдавил из себя: — Давай пока не будем об этом. Я как-нибудь расскажу тебе, но не сегодня. — Хорошо, — Гарри покорно кивнул, проверил свои ментальные щиты, попутно прокрутив на пальце кольцо Регулуса, и подумал, что раз гриффиндорский подход не сработал, значит нужно будет действовать хитрее. Взгляд упал на кольцо Гонтов, которое очень удачно вписалось на соседний палец, и парень резко остановился от внезапной идеи. Лорд заметил это и тоже встал, оборачиваясь. — Хочешь спросить что-то еще? Гарри отрицательно покачал головой, решительно снял серебряный ободок и протянул Тому со словами: — Я знаю, что прошлое для тебя важно. Иногда даже кажется, что больше, чем будущее или настоящее. Поэтому, раз я не могу вернуть часть твоей души, я отдаю тебе часть твоего прошлого. Узнавание промелькнуло на лице Лорда и он аккуратно забрал кольцо с ладони парня. Реддл хмыкнул, покачав головой, с невозмутимым видом надел его на безымянный палец и коротко сказал: — Теперь все как положено. — Что? — Ну, мы же женаты. Едва до него дошло осознание, что он только что сделал, тут же захотелось оказаться где-нибудь на родине Долохова или хотя бы провалиться сквозь землю. Сделать этого ему не дали крепкие руки вокруг талии и шепот, оказавшийся непозволительно близко: — Я, конечно, не эксперт, но насколько мне известно, брак полагается скрепить поцелуем. Даже если Гарри и хотел что-то ответить на это, он не смог — все слова растерялись, едва теплые губы накрыли его собственные, и он прикрыл глаза, полностью отдаваясь моменту, которого так ждал. Внутри все ликовало, и он с внезапно появившейся смелостью обнял Тома в ответ, с энтузиазмом отвечая. В голове пронеслось воспоминание о поцелуе, который приснился ему в один из вечеров, проведенных в гостиной поместья Блэков. Ощущения были такие же, только в несколько раз ярче, лучше, теплее. Шальная мысль о том, что, скорее всего, это был не сон, выбила из Гарри тихий стон. Ведь если уже тогда… Кольцо рук сжалось, прижимая ещё ближе, и он, не сдержавшись, толкнулся бедрами, потакая возрастающему возбуждению. Лорд усмехнулся в поцелуй, ловя слабые отклики чужих мыслей. Медленно, словно нехотя, он отстранился и хрипло прошептал: — Думаю, нам стоит остановиться. Гарри распахнул глаза, в которые тут же пробралось разочарование. Но Том не дал ему сказать что-либо и внезапно утянул их в аппарацию, переносясь в свои покои Малфой-мэнора. Все также крепко прижимая к себе парня, он добавил: — …и продолжить в более подходящем месте. Только зародившееся разочарование Гарри тут же потухло, сменяясь облегчением, и он, едва придя в себя после аппарации, вновь приник к желанным губам. Лорд охотно отвечал, постепенно углубляя поцелуй, и аккуратно подталкивал Гарри в сторону кровати, пробираясь руками под футболку. От прикосновения прохладных пальцев парень вздрогнул и выдохнул в губы напротив, поддаваясь ласке. Взгляд из-под прикрытых ресниц зацепился за обстановку комнаты, давая понять, где они находятся. В голову как некстати полезли разного рода мысли. А если кто-то зайдет в комнату? Нет, никто не осмелится, по крайней мере без стука. Но ведь Долохов никогда не стучится… Неважно. Марволо, скорее всего, уже запечатал дверь заклинанием, чтобы их точно никто не побеспокоил в ближайшее время. Ведь они собираются… На этой мысли Гарри застыл. Он точно опозорится сегодня ночью, ведь опыта у него нет от слова «совсем». Как бы поудобнее наклонить голову?... А что, если... — Гарри, — бесконечный поток мыслей прервал шепот в губы, — не думай ни о чем. Он слабо кивнул в ответ, стараясь выключить мозг и концентрируясь на ощущениях чужих прикосновений. Доверял ли он Тому? Скорее да, чем нет. В любом случае, сейчас хотелось забыть обо всем. Хотелось утонуть в чужом желании, которое наконец чувствовалось так явно. Хотелось показать все свои чувства и наконец быть уверенным, что они взаимны. Рука парня осторожно потянулась к рубашке Тома, расстегивая верхнюю пуговицу. — Смелее, Гарри, — прошептал Реддл, обхватив его кисть и легко сжимая, как будто подбадривая, — отбрось смущение, делай, что тебе хочется. Из-за возбуждения щиты парня рассеялись, будто их никогда и не было, и все его желания были как на ладони. Мягко погружаясь в чужие ощущения, Том прикрыл глаза и оставил легкий поцелуй на запястье брюнета. Внутреннее тепло парня почти застало его врасплох. Он привык видеть и чувствовать чужой трепещущий страх, дрожащее поклонение, порой даже холодную, еле сдерживаемую ненависть от своих соратников. А Гарри… Был совершенной противоположностью. Упиваясь его эмоциями и чувствами, Лорд впервые за очень долгое время почувствовал себя по-настоящему живым. И этому так легко было поддаться, ощущая отзывчивое тело под кончиками пальцев, деля воздух на двоих, ловя губами выдохи от прикосновений. Поэтому он не стал долго ждать, перехватывая инициативу. Скинув с себя рубашку небрежным жестом, он вновь забрался руками под футболку Гарри, поднимаясь выше, исследуя, запоминая то, что теперь по праву принадлежало ему. Чужая нервозность и смущение таяли, уступая место желанию, которое разгоралось все быстрее. Том отстранился на мгновение, решительно стягивая с парня футболку, и вновь приник к зацелованным губам напротив. Кожа к коже, их эмоции сплетались воедино, выбивая из обоих приглушенные стоны. Давно позабытая близость другого человека ощущалась так ярко и неправдоподобно, что можно было принять это все за сон. Но Гарри здесь, такой открытый и податливый, заглядывает в глаза и приглашает утонуть в своих. Бери, присваивай себе, клейми — никто не будет против. С ним все казалось таким простым и легким. И, поддавшись чужим эмоциям, Том позволил себе немного расслабиться, опуская ментальные щиты, приоткрывая свою душу на самую малость, заставляя поверить во взаимность чувств. Теряя терпение, Реддл щелкнул пальцами, заставляя остатки одежды исчезнуть. Проскользнувшее на миг удивление заставило его усмехнулся и он мягко опустил совершенно не возражавшего парня на кровать. Зарыться в волосы рукой, оттягивая голову в сторону, тем самым открывая доступ к шее. Пройтись поцелуями по молочной коже, заставляя дрожать и прижиматься ближе. Собирать губами стоны и тяжелое возбужденное дыхание. По новой открывая для себя все прелести близости с другим человеком, Том ощущал, как внутри, словно феникс из пепла, возрождается желание жить, чувствовать, дарить и принимать… тепло. Под чуткими прикосновениями Гарри произносил его второе имя тихим шепотом, надрывно, словно самую священную молитву. И от этого вело, казалось, будто бы он наконец дорвался до того, чего так сильно желал. До чистого, искреннего поклонения, от которого темнело перед глазами. Не в силах больше сдерживаться, Лорд провел ладонью по пояснице парня, наколдовывая необходимые заклинания. Гарри дернулся от внезапных ощущений, и он невольно улыбнулся. Чистота и неопытность подкупали, вызывая внутри желание наконец присвоить себе, навсегда и бесповоротно. В долгожданный момент единения Том чуть ли не задохнулся от чужих мыслей, затопивших его сознание. Снисходительно пропуская внутренний шок парня от пронзившей его боли, он зацепился за ликующее облегчение от достижения желаемого. Смакуя чувства Гарри, он с нажимом провел ладонями по напрягшимся бедрам, переключая внимание на прикосновение. — Расслабься, — хрипло шепнул Лорд ему в губы, — так будет легче. Пока Гарри пытался сморгнуть навернувшиеся от боли слезы, Том замер, давая ему время привыкнуть. Он уткнулся парню в шею, вдыхая, упиваясь чужими эмоциями. Он не собирался применять обезболивающее заклинание — ему хотелось чувствовать абсолютно все, чему он был причиной. Каждая дрожь, проходящая разрядом, каждый вздох, каждая реакция. Чувствовать, как тело в его руках нуждается именно в нем, цепляется за него, ища опору, пытаясь овладеть своими эмоциями, успокоить пожар внутри. Том усмехнулся и, почувствовав, как чужие мысли успокаиваются, начал медленно двигаться — этот огонь следовало разжечь еще сильнее. Воздух заполнили срывающиеся стоны, тяжелое дыхание, надрывный шепот. Эмоции и чувства смешивались, не было понятно, кому принадлежали мысли, звучавшие в головах обоих. Жадный взгляд алых глаз пересекался с сияющими изумрудами напротив, удерживая, не позволяя смотреть куда-либо еще. Руки Гарри лихорадочно цеплялись за его плечи, впиваясь в кожу сильнее с каждым толчком. Но его голос так и оставался судорожным шепотом, что совершенно не устраивало Лорда. Скользнув руками ниже, он приподнял подающиеся навстречу бедра, меняя угол проникновения. И Гарри вскрикнул. Ловя губами чужое наслаждение, отражавшееся от стен комнаты, Том прикрыл глаза, запоминая каждый стон, каждое движение, каждое прикосновение. Его собственная неутолимая жажда перешла к Гарри и, отчетливо услышав мысленную мольбу, Том постепенно начал ускоряться, впиваясь зубами в острое плечо. Одна рука скользнула между телами, увеличивая степень наслаждения, заставляя парня хватать ртом воздух. Неожиданное чувство эйфории накрыло Гарри, заставляя тело замереть на пике напряжения. Почувствовав, как сильно парень сжимается вокруг него, Том практически сразу последовал за ним, вздрагивая всем телом и на несколько мгновений теряя связь с реальностью. Только цепкие руки, прижимающие к себе, остались на периферии ощущений, и он протяжно застонал, двигаясь по инерции ещё несколько секунд. Замерев, он уперся лбом в плечо парня, на котором красным отпечатался его укус. Поддавшись собственническому желанию, Том медленно провел языком по метке, с удовольствием отмечая, как Гарри вздрогнул от ласки. Он приподнял голову, встречаясь с затуманенными глазами. Говорить не хотелось. Улыбающийся взгляд напротив отвратил желание язвить или иронизировать по привычке. Том вздохнул, пытаясь выровнять сбившееся дыхание, запустил руку в растрепанные волосы парня и впился в мягкие губы властным поцелуем. Это было лучше любых слов. Спустя несколько медленных мгновений Лорд отстранился, покидая тело Гарри, и лег рядом. Парень проводил его движения цепким взглядом, все еще не до конца осознавая события последнего часа. Новая реальность давалась тяжело. Он только что переспал с Темным Лордом всея магической Британии. И ему понравилось. Заслышав мысли парня, Том самодовольно усмехнулся, обдал их обоих беспалочковым очищающим и притянул к себе, обнимая. Гарри уткнулся мужчине в шею и лениво пробормотал: — Прекрати читать мои мысли, — в голосе сквозила улыбка, фраза едва ли претендовала на реальную претензию. — Я думал, тебе нравится, когда я это делаю, — в доказательство своим словам мужчина аккуратно коснулся зацветающего на плече парня синяка. — Залечить? Гарри смущенно заерзал, обнял в ответ и едва слышно ответил: — Не надо... Ему хотелось, чтобы каждое, даже самое маленькое доказательство этой ночи оставалось на теле как можно дольше. Ему не верилось, что это не сон. Гарри почувствовал, как румянец вновь заливает щеки, стоило ему призвать свежие воспоминания в голове. В мыслях все еще звучало чужим голосом: «Ты мой. Теперь полностью мой.» Вдруг опомнившись, он с усилием поднял окклюменционный щит. Том только хмыкнул на это, никак не прокомментировав. Да, без кольца Регулуса его ментальная защита теперь была слабее, но он не жалел о своем решении. Теперь ему нечего было бояться, когда рядом был сам Темный Лорд. Даже несмотря на то, что тот был Мастером Легилименции, отчего-то верилось, что Марволо не будет насильно ломиться к нему в голову. Несколько минут они лежали в тишине, но Гарри не был бы собой, если бы не начал усиленно думать. А поразмышлять было о чем. Сейчас, когда они переступили этот порог отношений, возникал вполне логичный вопрос: а что дальше? И если бы он затрагивал только их двоих, особых проблем бы не было. Но теперь под этим вопросом зависло будущее Магической Британии, и Гарри на мгновение зажмурился, не зная, как начать разговор. — Мне не нужно пользоваться легилименцией, чтобы услышать как ты думаешь. Спрашивай. Тон у него был мягким и почти ленивым, без обычного холода, поэтому парень вздохнул, разглядывая красивое лицо, и тихо произнес: — Что ты будешь делать дальше? Лорд повернул голову в его сторону и приподнял бровь: — Дальше? Мои цели не изменились. Внутри как будто что-то оборвалось, и Гарри приподнялся на локтях, все так же не сводя с него взгляда. Во рту пересохло, и он растерял все слова, которые роились в его голове пару секунд назад. Том выдержал паузу, насмешливо хмыкнул и перевел взгляд на потолок, поясняя: — Мои первоначальные цели. Которые ставились задолго до всего этого, — он неопределенно взмахнул рукой, подбирая слово, — безумия. Он сел на кровати, оборачиваясь на Гарри, который замер в ожидании. — Во-первых, нужно будет перекраивать всю работу Министерства, которую я, — он скривился, — направил в совершенно не в то русло. В составе Визенгамота также будут изменения. Во главе судебного аппарата должны быть именно чистокровные, которые полностью понимают настоящую суть магии и которые будут работать ей во благо. Предстоит долгая и кропотливая работа, множество реформ… Он прервался и с насмешливым прищуром добавил: — Но тебе не стоит забивать этим голову. Возмущение тут же отразилось на лице Гарри. — Стоит! — Он тоже поднялся и с вызовом посмотрел в алые глаза, — я осознаю, что до тебя мне еще расти и расти во многих планах, я многого не знаю, но, ты «отметил меня как равного себе», — Гарри усмехнулся, ткнув в свой шрам и цитируя уже бесполезное пророчество, — поэтому я сделаю все, что необходимо, чтобы этого достичь. Лорд посмотрел в горящие решимостью изумрудные глаза и покачал головой, соглашаясь: — Как пожелаешь. Только поблажек не жди. Широкая ухмылка стала однозначным ответом. — И не надеялся. … Прошло какое-то время, прежде чем они привели себя в порядок и спустились в главный холл Малфой-мэнора. Но ещё на верхних ступенях лестницы их встретил звенящий от ярости голос Люциуса: — Ты не посмеешь! Я запрещаю тебе! — Отец, я не спрашиваю разрешения, а ставлю перед фактом, — Драко сдерживался, но было слышно, как слегка подрагивает его голос от злости. — Ты понимаешь, что человек может быть в опасности? — Дорогой, пойми, сейчас уже не те времена, тем более что… — Не лезь, Нарси! Последнее слово будет за мной и точка. Я Глава Рода! — Что здесь происходит? — властный тон Темного Лорда эхом пронесся по холлу, заставляя все семейство застыть и повернуться к спускающимся волшебникам. Подходя ближе, Гарри заметил, как бегают от волнения глаза Драко. Но как только блондин пересекся с ним взглядом, на лице проскользнуло облегчение и он на выдохе произнес: — Гермиона пропала.