Мы встретились слишком вовремя

Когда Ангелина на следующий день пришла в университет, к ней подскочила одногруппница Маша Корзухина. — Гель, я вчера в одном паблике фотку твою видела, с кем ты в кафе заходила? — полюбопытствовала она с блестящими глазами. Не горя желанием отвечать на вопрос, Ангелина ускорила шаг, поэтому невысокой Маше пришлось практически бежать. В конце концов Ангелина поняла, что подруга так просто не отвяжется — не в ее это стиле — и кратко ответила: — С другом. Маша изумленно остановилась: — С каким еще другом? — С моим соседом. — Ангелина тоже остановилась и, заметив непонимание на лице подруги, добавила: — Ну с тем, который предложил меня подвезти в мае. Помнишь? Я тогда чуть к Дибровой не опоздала. — А-а! Помню, — просияла Маша, и они пошли дальше. — Конечно помню! Значит, у вас… ну… продвигается? — Что продвигается? — усмехнулась Ангелина. — Мы просто решили позавтракать вместе и познакомиться поближе. Маша хитро сузила глаза: — Да ладно, просто решили они позавтракать! Я уверена, ты ему нравишься! — У тебя есть доказательства? — поинтересовалась Ангелина, которой стало интересно, что ответит однокурсница. Маша немного стушевалась, но потом улыбнулась: — То, как ты улыбаешься, когда переписываешься с ним. Ты же с ним всегда переписываешься на парах, да? — М-м-м… Нет, — ответила Ангелина, но Маша не поверила ей: — Что за «м-м-м»? Чего так неуверенно? Ты мне врешь? — Не вру, — с легкой обидой ответила Ангелина и возобновила путь. Маша последовала за ней. — Ну да, просто умалчиваешь. Кстати, а этот твой дружелюбный сосед в курсáх, что ты дочь Аркадия Шведова? — Конечно. Все в курсе, наверное, — как можно небрежнее пожала плечами Ангелина, а у самой сердце трепыхнулось при воспоминании о вчерашнем. Маша не переставала улыбаться. — И как он с тобой общался? Изменилось ли что-то? — Он общался со мной так же, как все, когда узнают о том, что мой отец — Аркадий Шведов, — скривилась Ангелина. — Ну Гель, ты его тоже пойми, — как можно мягче произнесла Маша. — Не каждый же день пересекаешься с дочерью знаменитости. — Господи, когда уже люди перестанут обращать на это внимание? — проныла Ангелина. — Это же не я знаменитость, а мой отец! — И твоя сестра, — напомнила Маша. — Кстати, это правда, что она с Сокольским разводится? — Правда, — мрачно буркнула Ангелина. Маша всплеснула руками: — Как жаль! Они такая красивая пара! Ангелина закатила глаза и вошла в аудиторию. Если бы ей платили каждый раз, когда она слышала, что ее сестра и режиссер Савва Сокольский красиво смотрятся вместе, она бы уже купила себе виллу где-нибудь в Испании и умотала бы подальше от своей звездной семейки и всех, кто их знает.

***

— Ванька, ты че, с дочерью Шведова встречаешься? — спросила однокурсница Саша Леонова, которая развернулась к Ивану и теперь горящими глазами глядела на него. Еще несколько близко к ним сидящих людей повернулись в сторону Ивана, и ему стало некомфортно. Он сразу же вспомнил о том, что случилось вчера, и о том, как некомфортно чувствовала себя Ангелина. — Я фотку вчера в паблике увидела и переслала ее Сашке и другим девчонкам, — смущенно призналась другая однокурсница, Алёна Богомолова, и показала ту самую фотографию, которую кто-то втихаря сделал, пока они с Ангелиной ждали свой заказ. — Ты же не злишься на меня? — Э-э… ну вообще мне неприятно, что мои фото, сделанные без моего ведома, гуляют в интернете, — признался Иван, наблюдая за реакцией однокурсников. Один из них, Егор Кадушкин, подошел ближе и с заговорщической улыбкой спросил: — И как она в…? Ну… ты понимаешь. — Обычная девушка, — ответил Иван, который прекрасно понял намек Егора, но предпочел этого не показывать. — Из плоти, кожи, крови и костей. А что? — Захаров, ну я не об этом тебя спрашивал, — скуксился Егор, а Иван победно улыбнулся: — А я знаю. — Так вы встречаетесь? — полюбопытствовала Ира Субботина, которая обожала следить за жизнями как всемирно признанных знаменитостей, так и просто известных в университете и на факультете людей. Иван помотал головой: — Нет, мы просто приятели. — А как вы познакомились? — сдержанно поинтересовалась еще одна их одногруппница, Аня Ларионова. Иван едва заметно улыбнулся: — Не поверишь, если расскажу. — А ты расскажи, — предложила Саша. — А мы уже посмотрим, верить тебе или нет. — Да, расскажи! — попросила Аня, остальные подхватили, и Иван сдался. — Я однажды заехал в магазин за перекусом. Уже собрался уезжать, как Ангелина подбегает, запрыгивает на мой мотик и орет «я опаздываю, погнали!». — Однокурсники захихикали. — Я офигел, конечно, но потом посмотрел, вроде нормальная девчонка. Решил отвезти. — Невероятно, — с долей скепсиса прокомментировала Алёна, а Иван развел руками: — Я ж говорил, не поверите. — Почему же? — встрепенулась Саша. — Я верю. Такое вполне могло произойти. — И я верю, — подхватила Аня. — Иногда в жизни происходит то, что даже самые крутые сценаристы не могут придумать. — Вань, а Ангелина заносчивая? — спросил Кирилл, еще один однокурсник Ивана. — Моей маме вот Ангелина не нравится. Она считает ее высокомерной и грубой. А еще ей не нравится ее типа скрытность… — Скрытность не порок, — перебил Иван. — Ты тоже не сказать что душу первому встречному нараспашку открываешь. А то, что Ангелина высокомерная и грубая, — это неправда. Она просто не хочет быть публичным человеком. — Но она уже публичный человек, — возразила еще одна девушка, которую тоже звали Ангелина. — Уже тот факт, что она родилась в семье известного актера, делает ее публичной личностью. Иван повернул голову в ее сторону и выразительно посмотрел прямо в глаза однокурснице. — Не обязательно, — ответил он, и тут пришел преподаватель, благодаря чему неудобный разговор был исчерпан. После пары к Ивану снова обратилась Ира: — Вань, а познакомишь нас с Ангелиной? — Зачем? — не понял Иван. Ира задумчиво сжала губы в куриную попку и соединила кончики указательных пальцев. — Ну-у… Мне кажется, она достаточно интересный человек. Хотелось бы поболтать с ней об актерстве, да и вообще обо всем. Мне интересно, каково это — быть дочерью знаменитости. Ну и вообще интересно, как живут знаменитости, насколько они богатые и тэдэ, и тэпэ. Иван вздохнул, и Ира непонимающе уставилась на него: — Что? — Ир, они такие же люди, как и мы, — ответил Иван. — Я вот тебе отвечаю: Ангелина — совершенно обычный человек, с актерством не связанный. Да и в целом к шоу-бизнесу она никакого отношения не имеет. — А чем она занимается? — Глаза Иры снова загорелись каким-то нездоровым лихорадочным огнем. — Я слышала, она поступила в педвуз, но может, она уже отчислилась… — Она правда учится в педвузе, — подтвердил Иван, но дальнейших подробностей выдавать не хотел. Уж больно не нравилось ему повышенное Ирино внимание к нему, которое появилось только сегодня. — Ванёк, ну познакомь нас как-нибудь! — взмолилась Ира. — Пэжэ, пэжэ, пэжэ! — Ну ладно, как случай представится — представлю вас друг другу, — сказал Иван, в глубине души надеясь, что такого случая не представится и Ирка отстанет от него наконец. Ира взвизгнула: — Ура! Спасибо, Ванька, ты лучший! — и, чмокнув его в щеку, убежала. Обалдевший от такого резкого сокращения дистанции, Иван положил ладонь на щеку, которую поцеловала Ирка, и ошалело смотрел вслед убежавшей однокурснице. Тем временем к нему подошла Саша. — Вань, то, что ты рассказал о вашем знакомстве с Ангелиной, — это же выдумка, да? — Вовсе нет. — Иван повернулся к ней лицом. — Но ты можешь не верить, если не хочешь. — Да нет, почему, все в этой жизни возможно, — пошла на попятную Саша. — Я просто всегда считала, что Ангелина — золотая молодежь: учится в каком-нибудь МГУ или вообще за границей, на каникулы постоянно ездит на Запад, а живет где-нибудь в центре. Но она, оказывается, как мы. — О чем я и говорю, — кивнул Иван. Саша смерила его беспокойным взглядом и вдруг спросила: — Она тебе нравится? — Кто? — Ангелина Шведова. Иван взял небольшую паузу, чтобы не ляпнуть лишнего. — Она приятный человек, но если ты имеешь в виду, нравится ли она мне как девушка, — нет. Мы слишком разные, я считаю. — Да ладно, — не поверила Саша. — Если бы ты реально влюбился, тебе было бы на это наплевать. Иван молча пожал плечами и собрался было на следующую пару, как Саша сказала: — Ты знаешь, что ты Алёне нравишься очень давно? Глаза Ивана чуть не вылетели из орбит от такого вопроса, а ноги будто отказались вести его в кабинет немецкого. Спустя несколько секунд Иван обернулся к Саше. Увидев его выражение лица, та вдруг хихикнула — уж больно забавно он выглядел. — Богомоловой? — Саша кивнула. — Да ладно! — Да я тебе правду говорю! — заверила она. — Ты что, никогда не видел, как она на тебя смотрит? — У нее же вроде парень был, — недоуменно произнес Иван. Саша вздохнула: — Расстались перед летними каникулами. Но вообще Алёнка всегда говорила, что ты симпатичный, поэтому я думаю, даже когда она со своим Арманом встречалась, ты все равно ей нравился. Иван смутился. То, что сейчас сказала ему Саша, явно не предназначалось для посторонних ушей и для его — в том числе. Ему внезапно стало неприятно. — Саш, а зачем ты мне это рассказала? — настороженно поинтересовался Иван, и Саша вопросительно выпучила глаза. — Если Алёна сама тебе это сказала, это наверняка секрет, а если ты подслушала — то тоже, в принципе. Почему ты вдруг решила поделиться этим со мной? — Ну-у-у… Ты давно уже без девушки. — Аргументный аргумент, подумалось Ивану. — Тебе одиноко, наверное. Да и мне казалось, что Алёна тебе тоже нравится, просто ты стесняешься ей сказать об этом. — Даже если и так, — взгляд Ивана стал жестче, — это не твое дело. Позволь мне самому решать, что делать с моей личной жизнью. Его руки незаметно для него сжались в кулаки, дыхание участилось так же, как и сердцебиение. Сашины глаза округлились и увеличились в размерах: — Захарчик, ну прости меня. Ты абсолютно прав: я не должна была тебе этого говорить. Пожалуйста, не говори Алёнке, что я тебе сказала! И если ты не чувствуешь взаимности к ней… тоже не говори. Хорошо? Ты разобьешь ей сердце. Иван почти не вникал в то, что говорила ему Саша. Он пытался взять дыхание под контроль и делать вдохи носом, а выдохи — ртом. Но поведение его однокурсницы, с которой они были в хороших приятельских и даже близких к дружеским отношениях, всерьез его напрягло. Саша положила руку ему на плечо: — Захарчик… — Я уже двадцать два года как Иван. — Он сбросил ее руку со своего плеча и все-таки пошел на пару. Саша же осталась стоять как вкопанная, чувствуя себя так, будто ее только что оплевали. Она не понимала, чем вызван гнев ее приятеля: тем, что она поинтересовалась, симпатична ли ему актерская дочка? Тем, что рассказала про Алёну? Или тем, что назвала его прозвищем, против которого он ничего не имел против раньше, но которое ему, очевидно, не нравилось теперь? На пару Саша так и не пришла. Иван, созерцая пустой стул рядом с собой, изо всех сил старался не думать о произошедшем во время перерыва. Саша Леонова часто выступала медиатором в конфликтах, которые так или иначе возникали в группе. Зачастую голос разума принадлежал исключительно ей, и другие студенты явно видели в ней авторитет, потому что после того, как Саша обращала внимание на то, в чем каждая сторона конфликта права, а в чем нет, они к ней прислушивались. Возможно, благодаря ее постоянной невольной помощи в восстановлении мира в их коллективе однокурсники никогда ей не отказывали в конспектах, если Саша по какой-то причине пропускала занятие, или дополнительных объяснениях — всегда были готовы встретиться после пар или объяснить все в соцсетях. Шли навстречу. Причем не только студенты, но и преподаватели — несмотря на то, что они не слишком хорошо относились к пропускам, если пары пропускала Саша, они относились довольно лояльно, ведь знали, что она все сделает. В группе Саша всегда общалась вежливо даже с теми, кто ей не нравился. Роль медиатора обязывала. Наверное, поэтому ее сегодняшнее поведение выглядело странным. В голосе однокурсницы Иван уловил явный намек на неприязнь по отношению к Ангелине, но не понимал, чем тот мог быть вызван. Неужели только тем, что она дочь популярного человека? Взгляд Ивана упал на сидевшую через две парты перед ним Алёну. Она отвечала на вопрос преподавателя, и ее светлые волосы до лопаток колыхались из стороны в сторону, потому что Алёна активно двигала головой: наклоняла ее чуть вперед, возвращала в исходное положение, склоняла вбок, потом медленно переводила голову в другую сторону. Пальцы Алёны были сжаты в крепкий замок, который периодически поворачивался то в одну, то в другую сторону. Понаблюдав за ней несколько секунд, Иван поймал себя на мысли о том, что никогда особо и не рассматривал Алёну как возможную подругу дней суровых. Как-то не случилось у них коннекта, как с той же Сашей, например. Алёна с Иваном поддерживали контакт исключительно по учебным вопросам, и даже для этого Алёна гораздо чаще обращалась к другим девчонкам, нежели к Ивану. Почему вдруг у нее появились чувства к нему? Была ли это просто симпатия из-за внешнего образа или Алёну всего-навсего привлекала лишь идея о том, чтобы встречаться с Иваном? — Захаров, — окликнул его преподаватель, и Иван очнулся от размышлений, — ви гетс иннен? — Эс гет гут, — бодро откликнулся Иван. Преподаватель строго взглянул на него из-под очков и отреагировал: — Данн антвортен зи. — После нескольких мгновений он все же добавил: — Битте.