Sooner Or Later
9 августа 2025 г., 21:36
Примечания:
Breaking Benjamin — Sooner Or Later
Четверг, 13:05
— Тебе правда нужно снотворное…? Сидя за кухонной стойкой, заложенной бумагами, чашками с недопитым кофе и проводами от ноутбука, Скарамучча уже битых полтора часа говорил по телефону с Нахидой. — Да, я очень плохо сплю в последнее время. После «отстранения Скары от занятий» приёмная мать каждый день названивала ему (слава богам, она не могла приехать из-за какой-то там конференции) и контролировала почти каждое его действие: начиная с утренней рутины, домашних дел и далее по списку… — Поэтому если ты сможешь выписать мне снотворное, самое дешёвое, какое есть — было бы неплохо. Не то, чтобы Скарамуччу раздражали эти звонки, скорее просто… он считал их бесполезными, не имеющими никакого отношения к реальному положению дел. Нахида даже близко не догадывалась обо всём происходящем в голове своего приёмного сына… — Хорошо, я выпишу тебе рецепт и попрошу Хайтама заказать курьерскую доставку. На сегодняшний вечер подойдёт? — Да, отлично. Спасибо, Нахида. Конечно, подойдёт. Главное, чтобы привезли до завтра — до долгожданной пятницы, до которой оставалось каких-то двенадцать часов. Всего лишь жалких двенадцать часов, которые Скарамучче придётся вытерпеть в попытках занять себя делом: ещё раз провести тщательную уборку квартиры, достать из шкафов всё необходимое, найти способ зафиксировать камеру, а затем, постаравшись незамеченным выйти из дома, отправиться в магазин — в большой торговый центр, где Скара намеревался приобрести несколько комплектов постельного белья и новый матрас для кровати. Старый, тот на котором он не спал уже больше четырёх недель пришлось без задних мыслей выкинуть. После той самой вечеринки Скарамучча долго не мог решить, что ему делать со своей кроватью: выбросить её, сжечь или просто оставить всё как есть, наконец перестав драматизировать. Однако после недавнего события, случившегося почти неделю назад — после того, как Скара застал Кадзуху с каким-то парнем… Ха… Отныне Райдэн действовал иначе: паттерн его мышления ожидаемо сменился, привнеся в жизнь оттенок здоровой уверенности. Теперь Скарамучча полагал, что только ему одному дозволено диктовать правила этой маленькой игры, в которой они с Кадзухой внезапно поменялись ролями. И если Скара хочет избавиться от кровати, на которой Каэдэхара трахался с какой-то девицей«Ты не против выпить немного вина…?»
И помимо нового матраса, подушек, постельного белья и бутылки вина, которую ему достал Тарталья, Скарамучча сегодня должен был закупиться ещё несколькими важными вещами. Например, верёвки, шуруповёрт и что-нибудь для установки камеры, которую он достал из гардеробной… — Кстати, Нахида, спасибо тебе за подаренный фотоаппарат. Я им наконец-то начал пользоваться. — Правда? Это для клуба фотографии? — Угу. — Я очень рада это слышать, милый. Надеюсь, он тебе и в самом деле пригодится… Ещё нужно было подготовить бокалы, найти штопор для вина и… — Ладно, мне уже пора. Пойду займусь делами. — Хорошо, звони если что. Я позже напишу тебе по поводу доставки. …и наконец снотворное. То, благодаря чему Скарамучча и намеревался совершить свой акт справедливости. Хотя… нельзя было это назвать справедливостью, скорее просто попыткой вразумить человека, запутавшегося в собственном вранье. — Пока, Нахида. — Пока, милый. Будь осторожен. Причины, проблемы, обстоятельства — не важно. За свои ошибки необходимо отвечать.18:10
«Уважаемые покупатели, напоминаем вам, что для приобретения предметов самозащиты необходима соответствующая лицензия…»
Прогуливаясь по большому гипермаркету, заставленному стеллажами с абсолютно всем, чем только можно, Скарамучча то и дело отвлекался, подумывая о вещах, которые необходимо приобрести для дома. После переезда он так и не занялся нормальной распаковкой вещей и сборкой кое-какой мебели, которая так и стояла где-то в углах из-за простой ненадобности. Раньше Скарамучча жил в маленькой комнате обычного двухэтажного дома, а теперь у него была огромная квартира, которую необходимо было содержать в порядке. Замена лампочек и проводов, сборка шкафов и полок, уход за сантехникой и электричкой… Для Скары, привыкшему вести самостоятельную жизнь, это не было серьёзной проблемой: он умел орудовать инструментами, знал, как меняется розетка и настраивается техника. Он свободно пользовался шуруповёртом, дрелью и ещё уймой вещей, которые подростки в его возрасте, обычно, даже не держали в руках. Может быть, это сказывался его сдержанный нрав и привычка полагаться только на себя, а может, это было следствием не самого простого детства, которое мальчик провёл практически наедине с самим с собой. Именно поэтому, проходя мимо стеллажей и ища свёрла по металлу или карабины для верёвок — он не обращался ни к одному из консультантов, стараясь не отсвечивать и уж тем более привлекать к своей персоне лишнего внимания. По этой же причине, одевшись в тёмный худи и такие же джинсы, он на всякий случай нацепил на голову кепку — дабы случайно не встретиться с кем-нибудь взглядом, однако… Это не очень сильно помогло ему, когда, проходя мимо стеллажей со строительной краской, Скарамучча, ни о чём подозревая, совершенно случайно наткнулся на знакомую фигуру… Блять… … узнав в ней Альбедо. Какого чёрта он тут делает…? Может, он пришёл за сырьём для своих работ, а может было что-то ещё… Чёрт… Решив, что ему ни в коем случае нельзя попадаться на глаза, Скарамучча решается медленно уйти, везя за собой тележку с покупками. И пока Мел с очень задумчивым видом расхаживал рядом с круговой витриной и тщательно рассматривал образцы красок, Скара, стараясь оставаться незамеченным, пытался как можно тише обойти стеллаж со стороны…«Уважаемые покупатели, напоминаем вам, что для приобретения предметов самозащиты необходима соответствующая лицензия…»
— Скара…? … в ту же секунду до парня доносится знакомый голос, заставивший его задержаться на месте и с огорчением признать: его попытка увернуться от внимательного взгляда Альбедо заканчивается жёстким провалом. — Привет, — делая ещё несколько шагов к юноше, здоровается Мел. — Не ожидал тебя здесь увидеть. Он издевается? Где «здесь»? В гипермаркете, в котором закупается половина города? И что тут неожиданного…? — Привет, — оборачиваясь к Альбедо, скомкано приветствует его Скарамучча, пряча руки в карманы своего худи. — Прости, я тебя не сразу узнал, — пытается солгать юноша, изобразив слегка виноватое выражение лица. — Да, ничего, — коротко улыбается Мел, наспех оглядывая стоящего перед ним парня, — в любом случае, я рад нашей встрече. Мы давно не виделись. — А… — неловко протягивает Райдэн, уводя взгляд в сторону, тем самым демонстрируя фальшивую маску дискомфорта. — Ты, наверное, знаешь, что меня отстранили от занятий, поэтому… — Да, я слышал об этом, — не дожидаясь объяснений, отвечает Альбедо, будто не желая и вовсе говорить о причинах временного отчисления Скарамуччи. — Но это не столь важно, верно? Главное, чтобы ситуация разрешилась мирным путём. Мирным путём? Ха-ха… — Так, что ты тут делаешь, разреши узнать? — дежурно интересуется Мел, заглядывая за спину юноши, где стояла его тележка с инструментами. Шуруповёрт, верёвки, набор мусорных мешков… — Я просто решил затеять дома небольшой ремонт, — опережая всевозможные вопросы, поясняет Скарамучча, рукой непроизвольно касаясь своей кепки, словно желая ещё ниже натянуть её на лицо. — После переезда никак времени не было кое-что сделать в гардеробной… — А, вот оно что, — с пониманием кивает Альбедо, в руках которого Скарамучча только сейчас замечает какой-то странный предмет, напоминающий шпатель для грунтовки. — А я вот искал новые мастихины и решил заглянуть в художественный отдел. — Тут и такой есть? — пытаясь поддержать этот ни к чему не обязывающий диалог, спрашивает Райдэн. — Да, он тут, кстати, очень неплох, — обращая взгляд в сторону одного из стеллажей, произносит Альбедо, — если тебе что-то понадобится для занятий фотографии, тут всё есть. И растворители, и бумага, даже штативы. Штативы…? Ха… — Как, кстати, проходят твои занятия в клубе? Венти сказал, что ты недавно выполнил его первое поручение, — делая шаг чуть ближе к парню, вновь улыбается Альбедо, делая это так осторожно и почти ювелирно, словно в попытке держаться на расстоянии, но при этом не лишая своих действий искренности… — Да, я сделал всё, как он просил, — равнодушно пожимает плечами Скарамучча, в свою очередь стараясь выглядеть максимально непринуждённым. Будто он вовсе и не подсовывал Венти в качестве «выполненной работы» компромат на Каэдэхару, которым теперь намеревался шантажировать его. — Венти был очень доволен тобой, — слегка задумавшись, протягивает художник, — надеюсь, тебе и в самом деле нравится клуб фотографии. О, Скарамучче очень нравится. Так нравится, что он даже начал задумываться о покупке нового оборудования… Ха-ха-ха… — Да, это оказалось куда интереснее, чем я думал, — продолжает Скара, — даже достал старую камеру, чтобы устроить подобие студийной съёмки. Ты, кстати, упоминал, что тут продаются штативы? Ты не знаешь, где именно? — О, это тебе надо пройти до конца художественного отдела и свернуть направо. Там рядом с инструментами для каллиграфии будут стеллажи для фотографов. — Хорошо, спасибо, — в благодарность за помощь натянуто улыбается Скара, готовясь наконец вернуться к своей тележке и как можно скорее уйти. Времени до вечера было всё меньше. — Ну, я пойду. Ещё много дел. — Да, конечно, — кивает в ответ Альбедо, провожая приятеля слегка задумчивым взглядом. — Удачи тебе, Скара. Поделись потом результатом съёмки, хорошо? Ха-ха-ха-ха-а… — Спасибо, Альбедо. Конечно. Обязательно.Пятница, 19:32
Стоя перед зеркалом в ванной, Скарамучча долго и пристально наблюдал за своим отражением, следя за тем, как по влажной поверхности стекла стекают маленькие капельки воды, расчерчивая лицо юноши, замершего в безмолвном ожидании. Он стоял там и бесцельно пялился в отражение своих глаз, впервые за долгое время не обнаружив под ними глубоких синяков или морщин: спустя почти целую неделю подготовки к вечеру пятницы, Скара наконец пришёл в себя и смог немного выспаться. Да, его сознание всё ещё находилось в очень разрозненном состоянии, оно снова и снова, с каждым днём просто разваливалось на части, создавая в голове хаос — поток бесконечных мыслей о человеке, переставшим быть просто объектом его обожания… Кадзуха… Он стал не просто молодым парнем, бывшим другом и тем, ради кого Скарамучча был пойти готов на что угодно — он стал всеобъемлющей, полноценной идеей его существования; образом мира и единственной причиной смысла. Кадзуха ощущался словно распылённый всюду воздух, от присутствия которого зависела жизнь Скарамуччи. Вероятно, именно это и заставляло юношу действовать крайне радикально: все эти тревожные и ужасающие мысли, шантаж, вино со снотворным и заранее заготовленная камера, поставленная на новенький штатив — всё это и было иллюстрацией его отчаянных попыток ухватиться за собственную жизнь, за частичку того смысла, которым Кадзуха являлся. Временами Скарамучча всё ещё задавался вопросами о здравомыслии, иногда всё ещё позволяя себе задержаться в этом потоке безумия и оглянуться, посмотрев в лицо реальности, в которой он был всего лишь влюблённым юношей, человеком, застрявшим в собственных иллюзиях. Однако… Ни эти мимолётные просветы его разума, ни попытки остановиться и осмотреться по сторонам, осознав всю глубину ужаса, что он намеревается совершить — ничто из этого так и не смогло отрезвить его рассудок, позволив замедлиться, опомниться и наконец прийти в себя. Нет, этот путь уже был начат. И любая попытка свернуть с него — означала проигрыш. К тому же… Неважно, сколько времени прошло бы прежде, чем Скарамучча свихнулся и начал действовать. Неважно, как долго он бы терпел унижения и всю ту боль, которую Кадзуха, намеренно или нет, причинял ему. Скара всё равно бы оказался в этой пучине безумия. Он бы всё равно свихнулся и начал творить откровенный хаос. Это случилось бы. Рано или поздно. И вот теперь, стоя напротив зеркала в ванной комнате и начиная неспешно готовиться к предстоящей встрече, Скарамучча уже и вовсе не сомневался в принятом им решении. Он вытирает лицо полотенцем, сушит волосы и начинает приводить себя в порядок: немного косметики, капелька парфюма и натянутая на губы ухмылка — немного лукавая, но с виду очень мягкая, словно тронутая благоговением. Именно так в глазах других людей должен выглядеть влюблённый юноша, верно…? Именно так Скарамучча и намеревался встретить Кадзуху, желая немного усыпить его бдительность и выказать фальшивое раскаяние, попытку поговорить и решить всё мирным путём. Только вот… никакого мирного пути больше никогда не будет. И вместо чувственного разговора Кадзуху ждало разочарование, снотворное и… страх.19:58
Два стеклянных бокала. Пакетик снотворного. Открытая бутылка вина. Наконец подготовив подарки своему драгоценному, Скарамучча с нетерпением ждал звонка в дверь, попутно сверяя и уточняя, всё ли он предусмотрел в своём нехитром, но весьма рискованном плане. Он был прост, как сцена из дешёвого фильма, впрочем… кому какое дело, как именно Скара намеревается овладеть человеком, наказав его за проступки. В отличие от Хисахидэ, Райдэн не собирался записывать все свои мысли и действия в дневнике, чтобы кто-нибудь спустя время нашёл их и случайно прочёл. У Скарамуччи не было и толики подобных тщеславных мыслей: он не мнил себя гением или манипулятором… Просто… он хотел проучить Кадзуху. И наконец услышав звонок в дверь, раздавшийся словно знамение, предшествующее чему-то роковому, Скарамучча окончательно прощается с любой мыслью и, поправив ткань коротеньких шорт, направляется в холл — навстречу к началу увлекательного вечера, главный герой которого стоял у порога его квартиры. И перед тем как открыть дверь и взглянуть в лицо своему безумию, Скара напоследок бросает взгляд на часы… Ровно восемь часов вечера. — А ты пунктуальный… — мягко улыбается юноша, стоит ему только, отведя створку двери, встретиться с Кадзухой: с его мрачным, не выражающим эмоций лицом, в котором не читалось ни растерянности, ни сомнений, ни страха. Только бесконечное… ничего. — Зачем ты позвал меня? — буквально с порога холодным тоном спрашивает Каэдэхара, удерживая свой пристальный взгляд на Скарамучче. Вероятно, всё же он был ожидаемо насторожен и потому не решался даже шага сделать через порог чужой квартиры. — Может, ты для начала зайдёшь? — отходя чуть назад, приглашает парня Райдэн, позволяя ему взглянуть на себя, одетого в короткие тёмные шорты и тонкий топ с высоким воротом, подчёркивающим очертания красивого, подтянутого тела, которое Скара постоянно прятал под мешковатой одеждой. — Просто скажи, чего ты хочешь, — проведя по юноше слегка заинтересованным взглядом, негромко просит Кадзуха. — Ради этой встречи мне пришлось солгать родителям, что я поехал в лагерь. Это плохо кончится, Скарамучча. Ах, бедняжка… Несчастный, милый мальчик, который вновь вынужден был обманывать своих родителей. Никогда ведь такого не было, да? — Я просто хотел поговорить, — слегка сжав губы, отвечает Райдэн, пытаясь всем своим видом показать испытываемое чувство вины. — Я думаю, нам есть что обсудить… — И поэтому ты решил шантажировать меня фотографиями? — хмурится Каэдэхара, начиная едва заметно негодовать от услышанного. — Ты мог просто попросить меня прийти. — Не мог, — поднимая встревоженный взгляд к Кадзухе, Скарамучча делает к нему шаг, намереваясь подойти чуть ближе и незаметно, взяв за руку, утянуть из коридора прямо в квартиру. — Нам нельзя видеться, Кадзуха. Я не мог посещать школу, не мог просто взять и написать тебе. И в тот вечер, после дня рождения Аяки, я хотел встретиться с тобой, но…Ты такой милый…
— Я не хотел, чтобы ты знал эту ужасную сторону меня… — бесшумно сглотнув, признаётся вдруг Кадзуха, поднеся свою ладонь к лицу Скарамуччи, желая коснуться кончиков его волос, спадающих к щекам.Ты так стараешься…
— Ужасную сторону…? — с лёгким волнением заглядывая в омуты алых глаз, Скара тянется к ладони Кадзухи, позволяя ему нежно провести пальцами по своей щеке, уголку губ и изгибу шеи… — Когда я выпиваю, я перестаю себя контролировать, Скара, — позволяя себе очередное откровение, шумно выдыхает Кадзуха, отводя взгляд в сторону. — В тот вечер с тем парнем я просто хотел заглушить ужасную боль… Боль, значит… — Родители меня ненавидят, Йошинори избивает меня при любом удобном случае и это всё ради мечты, к которой я никогда не имел никакого отношения… Мечты…? — Я ненавижу плавание, ненавижу всё это… Его голос дрожал — искренне, без поддельной жалости или слёз, которые казалось, вот-вот скатятся по его щекам. Он и в самом деле делился своей болью, о непростой судьбе человека, зажатого между обстоятельствами: ни семья, ни школа, ни друзья — у него не было выхода, не было помощи и поддержки. Никто не пытался вникнуть в происходящее, никто не знал о реальности, в которой Каэдэхара Кадзуха, парень восемнадцати лет вынужден был быть лучшей версией себя для всех и каждого. И как только при всём этом… он не сошёл с ума? Как он вынес всё это на себе, будучи простым человеком…? — Кадзуха… Впрочем, учитывая хаос его действий, видя, как он мечется и совершает одну ошибку за другой, нельзя было сказать, что он в полном порядке. Нельзя было оценить его состояние, как стабильно-нормальное… — Прости меня, Скара. Я ужасный человек. Я сделал тебе больно и пойму, если ты окончательно возненавидишь меня… Однако, несмотря на всё это, несмотря на сложность его жизненных обстоятельств… он так и не научился отвечать за свои ошибки. — Я не злюсь на тебя, — шепчет в ответ Райдэн, слегка приблизившись к лицу Кадзухи, дабы коснуться его губ своими — в лёгком, необязательном поцелуе, словно маленьком подарке, намекающем на прощение… Но Скара не собирался этого делать. Потому что если он и сейчас простит его — всё повторится снова. — Почему… — получив поцелуй и вероятно, не поверив в то, что он достоин этого самого «прощения», Кадзуха удивлённо раскрывает глаза, задерживая их на короткой улыбке, что трогает губы Скарамуччи: — Просто я хочу стать для тебя особенным человеком, — шепчет он, ладонью касаясь его шеи, по которой осторожно проводит кончиками тонких пальцев. — Хочу, чтобы ты мог довериться мне, рассказать обо всём, что чувствуешь. Хочу, чтобы вместо других парней, Ёимии или кого-то ещё… ты выбирал меня. — Скара… Хочу, чтобы ты был только моим… — Пойдём, — не давая Кадзухе опомниться, Скарамучча вновь берёт его за руку и ведёт за собой, ненавязчиво затягивая его в квартиру, через тот самый порог, через который ещё пятью минутами ранее Каэдэхара не решался переступить. Ну, а теперь… — Я купил дорогого вина, — отпуская парня, улыбается Райдэн, попутно наблюдая за тем, как Кадзуха, ощущая себя более расслабленным, начинает неспешно расстёгивать куртку и… — Если только совсем немного, — смущённо протягивает Каэдэхара, намекая на свои непростые отношения с алкоголем. Бедняжка, в свои восемнадцать, он уже познал столько взрослых проблем… — Конечно, совсем немного, — соглашается Райдэн и, обойдя своего гостя, на замок закрывает дверь. — Может, ты голоден? Я бы приготовил тебе что-нибудь. — Нет, спасибо, — сняв верхнюю одежду, отказывается Кадзуха, оглядываясь на Скарамуччу, — я не уверен, сколько времени смогу провести с тобой, поэтому… — Твои родители сильно будут злиться…? — Нет, они… последнюю неделю они не трогали меня, наверное, решив, что мне и так нормально досталось от Йошинори… Хм… — Так они знают, что тебя избил Йошинори, а не я…? — проходя в зал, спрашивает Скарамучча, взглядом безмолвно подзывая Кадзуху за собой — в мягкий, синеватый полумрак просторной гостиной, в которой почти не было света — только один горящий торшер, стоявший в коридоре. Скарамучча специально организовал пространство так, чтобы кухня и барная стойка оставались в тени. — Они знают, что ты причастен, — следя за юношей, произносит Кадзуха, временами оглядываясь по сторонам, словно в попытке привыкнуть к темноте помещения. — Так они знали, что это не я и всё равно решили пойти к директору? — едва слышно усмехается Райдэн, подходя к стойке, на которой он заранее оставил бокалы для вина и открытую бутылку. — Им нужен был виновник, и они его нашли, — с горечью в голосе отвечает Кадзуха, внезапно решаясь пройти следом за юношей. — А ты и правда купил вино…? — Да, — сохраняя спокойствие, кивает Скарамучча, следя за действиями приближающегося Кадзухи, который изначально должен был пройти в зал, на диван, а не тащиться за Скарой на кухню… — А как ты его купил? — не унимается Каэдэхара, оказавшись в непосредственной близости к Скарамучче… Какого чёрта он творит…? — Тарталья помог, у него есть свои способы… — стараясь сохранять спокойствие, Скарамучча мысленно начинает раздражаться из-за любопытства своего гостя, которого стоило каким-нибудь образом отвлечь или направить в гостиную, дабы незаметно налить вино в бокалы и… — И какое вино ты купил? — уточняет Кадзуха, опустив взгляд на открытую бутылку. — Не знаю, — коротко пожимает плечами Скарамучча, — попросил какое подороже. Чёрт, какого хрена он так увлёкся вопросами о вине? Какая разница, что они будут пить… — Кадзуха, может ты пройдёшь пока на диван? — осторожно предлагает ему Скара, надеясь, что его слова со стороны не кажутся странными или подозрительными. — А, да… — соглашается Каэдэхара, — только могу ли я прежде вымыть руки? Напомнишь, где у тебя ванная? Слава всем богам… — Да, конечно, гостевая ванная справа по коридору, первая дверь, — поясняет Скара, обернувшись в сторону прохода, освещённого горящим торшером. — Спасибо, — кивает Кадзуха и, отойдя, неспешным шагом направляется в сторону коридора, за углом которого он быстро скрывается, оставив Скару наедине с бутылкой вина и растолчённым в пакетике порошком снотворного, спрятанного под тканевой салфеткой. Быстро достав его и налив один бокал, Скарамучча лихорадочно принимается высыпать содержимое пакетика, с ужасом замечая, как сильно мутнеет красный цвет… Блять… Прислушиваясь к звукам льющейся воды и взяв узкий столовый нож, Скара принимается бесшумно смешивать остатки порошка, подливая в бокал ещё немного вина в надежде, что в темноте Кадзуха не сможет распознать подвоха… Впрочем, что-то Скарамучче подсказывало, что вкус этого пойла из-за снотворного будет просто отвратительным… Блять, блять, блять… И почему Скара не предусмотрел всё это заранее…? Почему не попробовал смешать таблетки с вином и проследить за реакцией…? Он ведь готовился, продумывал всё возможные ситуации… Решив, что сокрушаться времени нет, он быстро наливает второй бокал вина, добавив в него половину первого — того, что был испорчен белым порошком. Скарамучче не обязательно самому пить, верно? Он может сделать вид или вообще, попробовав, «отказаться». В отличие от Каэдэхары, ему в целом не был интересен алкоголь и поэтому… Чёрт…! Услышав, как из ванной резко перестал доноситься шум воды, Скарамучча встревоженно спешит спрятать нож и пустой пакетик из-под снотворного, который он прячет под тканевую салфетку, а затем, взяв бокалы, быстрым шагом направляется к дивану… — Ты в порядке…? — замечая силуэт Кадзухи в коридоре, интересуется Скарамучча и, поставив вино на столик, садится на диван. — Да, просто… Голова немного болит, — признаётся Каэдэхара, подходя ближе. — Я не спал уже нормально трое суток. — Может, тогда тебе лучше не пить? — с напускным волнением спрашивает Райдэн, следя за тем, как парень садится рядом: — Нет-нет, что ты, — слабо улыбается он, — ты ведь ради меня это всё устроил. И даже Тарталью напряг. Какой он милый… — Тогда, вот, — протягивает Кадзухе бокал Скарамучча, в другую руку взяв второй. — Надеюсь, разговор с ним станет полегче… Прежде чем снотворное начнёт действовать должно пройти примерно пятнадцать минут. Возможно, из-за не слишком правильных пропорций его эффект продлится меньше, чем Скара предполагал, но ему в целом хватит и часа, дабы отнести Кадзуху в спальню, раздеть его и… — Спасибо, — принимая бокал, кивает Кадзуха, неспешно поднеся его к своим губам. — Я тоже надеюсь, что оно поможет, Скара. Разговор нам предстоит тяжёлый… — шепчет он, прикрывая глаза, а затем наконец прижимается губами к бокалу, начиная осторожно вливать в себя его содержимое. Ха… И наблюдая за тем как субстанция из вина и растворённого в нём порошка перетекает в рот Кадзухи, Скарамучча следом совершает то же самое — только в отличие от своего гостя, он не торопится глотать вино, не позволяя отраве даже коснуться своего языка. — Какое оно вкусное, — останавливаясь, замечает вдруг Кадзуха, заставляя Скарамуччу слегка напрячься. — Немного горчит, но оно очень приятное. Оно полусладкое? Вкусное…? Приятное? Полусладкое…? Какое именно вино он пил? Оно ведь должно быть, наверняка, просто ужасным на вкус… Разве не ради этого Скара и себе намешал снотворного, чтобы в случае вопросов, предоставить Кадзухе и свой бокал… — Не знаю, наверное, полусладкое, — пожимает плечами Скарамучча, мысленно проклиная себя за неосторожность и, вероятно, напрочь сорванный план. Неужели, он перепутал бокалы? Но ведь разбавил их в одинаковой пропорции… — А тебе как? Нравится? — спрашивает Кадзуха, подсаживаясь к Скарамучче чуть ближе, — ты, наверное, не часто пьёшь алкоголь… Это уж точно. — Немного странный вкус… — уклончиво отвечает Скарамучча, снова поднеся бокал, дабы попробовать вино — сделать один короткий глоток, дабы убедиться, какой на самом деле вкус у пойла, что он смешал. В самом ли деле оно сладкое, как говорит Кадзуха или… Блять…! Однако к его ужасу, оно оказалось отвратительно горьким. Просто ужасно вязким и мерзким, с вкраплениями гадкого порошка, который неприятно оседал на языке… Боже, какая мерзость… Как Каэдэхара выпил это? У них ведь должны быть одинаковые бокалы… Едва сдержавшись, дабы не выплюнуть содержимое обратно в бокал, Скарамучча сглатывает эту омерзительную субстанцию и отставляет бокал обратно на столик… — Ты в порядке…? — спрашивает Кадзуха, как бы невзначай положив свою ладонь на обнажённое колено Скарамуччи. — Тебе не стоило так мучиться, если не понравилось. Да, ему и в самом деле не стоило так мучиться, потому что по итогу — его план, который он вынашивал почти целую неделю прямо сейчас пошёл ко дну. Он и в самом деле каким-то образом спутал бокалы или напутал пропорции…? И что теперь делать…? — Прости, я в следующий раз выберу что-нибудь получше, — печально вздыхает Райдэн, слегка опуская голову. — Не нужно. В следующий раз я выберу сам, хорошо…? — ласково касаясь его подбородка, шепчет Кадзуха, движением пальцев поднимая лицо Скарамуччи на себя. — Не переживай сейчас об этом… А…? — Лучше иди ко мне. Потянувшись к юноше, Кадзуха осторожно приобнимает его, уложив ладони к линии талии, которую Скарамучча непроизвольно выгибает, оказываясь слишком близко к Каэдэхаре… — Я и в самом деле подумал, что ты собираешься шантажировать меня, — тихо произносит он, одной ладонью касаясь бедра Скарамуччи и ткани его коротких шорт. — Те фотографии уничтожили бы мою жизнь. Йошинори… ненавидит меня и одна из причин — это ориентация. — Твой отец поддерживает его, да? — решив успокоиться и уложив голову на плечо Кадзухе, спрашивает Райдэн, стараясь сохранять маску обеспокоенности. Он обязательно придумает, что ему делать дальше, но только… чуть позже. — Да, они с мачехой заодно, — горько усмехается Кадзуха и, слегка откинувшись на спинку дивана, устало прикрывает глаза. — Ни в школе, ни дома… нигде не могу оставаться самим собой. Слыша едва различимую дрожь в его голосе, Скарамучча в ответ негромко вздыхает, рукой начиная поглаживать его по груди. Может, он и строил из себя все понимающего любовника, но прикасаться к Кадзухе, сидеть с ним вот так… … в самом деле оставалось приятным. — Дзуши… Особенно, когда человек, в которого он был влюблён, сам прижимался к нему, обнимал его и… — Прости меня… Даже не верится, что ты так просто готов всё это отпустить и стать кем-то для меня таким… нужным… и важным… … начиная шептать какой-то несвязный бред, тянулся к его плечу… — Дзуши… …на которое он устало кладёт свою голову, заставляя Скарамуччу окончательно изумиться и… — Мой… Дзуши… … застыть на месте, ощутив, как Каэдэхара, закрыв глаза, пускается в беспамятство. — Кадзуха…? Что, несмотря на странность, произошедшего и быстрый эффект от снотворного, являет Скарамучче итог его стараний. Ха… Спящий на его плече Каэдэхара Кадзуха, несколько часов свободы и полный доступ… к его телу.
Примечания:
Ух.... Следующая глава будет только через пару недель
(смотрите расписание в тгк: https://t.me/Paulinfeinberg)
Благодарю вас за прочтение!
