Глава 26: В тени
13 февраля 2025 г., 10:00
Примечания:
Правки и Ляпы в ПБ.
Огонь, перед которым он сидел, не давал тепла. Пламя не давало ни утешения, ни заверений. Они ничем не могли успокоить его мысли и не могли унять его гнев. Его враг был смертельно опасен и доказал это.
Как Певерелл проник в Хогвартс? Вопреки всему он не только проник в замок, но и захватил его, а затем имел наглость насмехаться над ним.
Лорд Волдеморт не сомневался, что поступок этого неуловимого человека был целенаправленным, спланированным до мельчайших деталей, и проклятый ворон тоже был там, чтобы насмехаться над ним.
Мысль об этом существе вскипятила его кровь.
Он не знал, откуда взялся Певерелл, почему он выбрал его последователей и какова его цель, но он её не достигнет.
Тёмный Лорд лично проследит за этим.
Он покажет пример, донесет до тех, кто с надеждой смотрел на труса, что он — лучший волшебник, что даже такой, как их новый герой, не сможет покончить с ним.
Да и не было таких, кто мог бы.
И все же осознание того, что его нельзя убить, приносило Темному Лорду мало облегчения. Что-то в этом Певерелле не устраивало его, что-то предвещало беду.
Его размышления были прерваны появлением Грейбека, Беллатрикс и Люциуса, причем первый из них выглядел весьма довольным собой. Оборотень прямо-таки истекал слюной.
Возможно, приближалось полнолуние, и он предвкушал кормежку, или же ему удалось совершить прорыв, который порадовал бы его хозяина.
С Фенриром никогда нельзя было быть уверенным.
— Милорд, — первым поприветствовал его Люциус. — Я продолжил свои попытки узнать все, что могу, о Певереллах, и хотя это не так много, я считаю, что это важно.
Нахмурившись, Темный Лорд взял предложенный ему пожелтевший лист пергамента, похоже, вырванный из какого-то старого фолианта, и начал читать.
Певереллы
«Бегите от тех, у кого белые глаза».
Это было записано в дневнике одного из моих предков, который не был человеком, который чего-либо боялся. Его магические достижения достаточно известны, его награды за войны и сражения до сих пор хранятся в нашем хранилище, а его оружие все еще покрыто кровью врагов.
О Певереллах мало что известно: когда они еще бродили по этим землям, о них слагали легенды, а теперь их уже нет, но что о них известно?
Говорят, что они способны призывать мертвых на помощь, что они владеют магией, которую нам, смертным, не дано понять. Они пожирают души, собирая их для хозяина.
Смерть и есть этот хозяин, теневая фигура, нависшая над всеми нами. Говорят, что Певереллы были благословлены им, что они служат только ему. Встречаются с ним.
«Смерть!» — призывной клич их фамильяров, и говорят, что если он будет произнесен в вашу сторону, то конец близок. Ваша душу скоро пожнут.
Темный Лорд на мгновение нахмурился, прежде чем рассмеяться: нелепость прочитанного его позабавила.
— Он всего лишь человек, Люциус, и ничего больше. Он не предзнаменование смерти и не угроза.
Да и с чего бы? Этот человек, выдававший себя за Певерелла, не мог надеяться завладеть его душой, да еще при наличии стольких осколков.
— Я просто подумал, что вы должны знать, что я нашел, милорд, — ответил Люциус.
Волдеморт благодарно кивнул ему, чтобы успокоить. Видеть, как кто-то на подобии Люциуса дуется, было противно, и у него не было времени заниматься такими пустяками.
— Фенрир? — окликнул он, видя, что существо желает говорить.
— Его запах силен, — просто ответил оборотень. — Что нам делать?
— Делайте что хотите, но мне он нужен живым. Если он лишится пары конечностей, пусть будет так.
Оборотень ухмыльнулся, плотно сжав губы и оскалил зубы.
— А я, милорд? — вмешалась Беллатриса.
— Если ты не хочешь оказаться в бешеной стае волков, я бы хотел, чтобы ты была рядом со мной, чтобы приветствовать нашего гостя, когда он появится, — ответил Волдеморт.
Беллатрикс сморщила нос от отвращения при мысли об этих существах и кивнула.
— Конечно, милорд.
— Превосходно. Фенрир, помни, что я сказал. Держи свою стаю в узде и приведи его ко мне живым.
— Я знаю, — раздраженно прорычал мужчина. — Вы получите его, милорд.
— Тогда в путь.
Оборотень кивнул и целеустремленно вышел из комнаты.
Темный Лорд откинулся в кресле и просто ждал. Он с нетерпением ждал встречи с изломанной формой этого лорда Певерелла и с большим удовольствием покарал бы его.
Его рука дернулась к палочке в предвкушении, но он подавил этот порыв.
Скоро.
══════ஜ▲ஜ══════
Он едва успел войти в кухонную дверь Площади Гриммо, как его заключил в крепкие объятия крёстный отец. Тот был очень эмоционален и не мог вымолвить ни слова, и Гарри с усмешкой ответил ему тем же. — Лучше? — спросил он, когда Сириус пришел в себя. Мужчина кивнул и извиняюще улыбнулся. — Это действительно был он? Ты поймал крысу? — Да, и он страдал перед смертью, — подтвердил Гарри, его порезанные и ушибленные костяшки подтверждали это утверждение. Он не стал их залечивать. Он хотел ощутить весь эффект от побоев, которые он нанес Хвосту, пока следы не исчезнут сами собой. — Хорошо, — провозгласил Сириус, а Ремус кивнул в знак согласия. — Черт возьми, Поттер, — проворчал Муди. — Когда ты спросил про школу, я не ожидал чего-то подобно. Молодец, парень. Держу пари, это разозлило ублюдка. — Да, — ответил Гарри. — Он недоволен. Муди хмыкнул, когда Гермиона встала перед Гарри, явно разрываясь между желанием обнять его или отчитать. Она остановилась на первом варианте и покачала головой. — Ты что, с ума сошел за последние несколько лет? — вздохнула она. — Я бы пошла с тобой. — Ты хотела посмотреть, как я убиваю кучу дерьмократов? — ответил Гарри. Гермиона нахмурилась. — Нет, я так не думаю, — признала она. Гарри усмехнулся, заметив гримасу, украсившую её лицо. — Убийство — не совсем твой конек, Гермиона. — Но твой? — Когда это необходимо, — пробормотал Гарри. — Без этого не выиграть войну. Гермиона грустно улыбнулась ему. — Верно, парень, — согласился Муди, — но ты должен следить за собой. Сегодня утром через нашу улицу прошла стая оборотней. Волдеморт послал их искать тебя. — Я знаю, — пожал плечами Гарри. — Они не торопятся, но скоро догонят меня. — Полагаю, у тебя есть план, как с ними справиться? Гарри кивнул. — Они умрут, а я отдам Ремусу голову Грейбека. Оборотень был ошеломлен таким откровенным ответом и фыркнул. — И что мне с ней делать? — спросил он. — Можешь использовать её в качестве туалета, мне всё равно, — предложил Гарри, — или играть с ней как с мячиком, когда у тебя плохое настроение. Не знаю, Ремус, делай с его головой что хочешь. — Это не совсем тот подарок, которого я ждал, — ответил оборотень. — Почему бы тебе не оставить его себе? Я бы предпочел книгу. — Как хочешь, — усмехнулся Гарри. — Я отправлю её Волдеморту. Может быть, он заставит Грейбека еще раз поцеловать его в задницу. — Гарри! — прикрикнула Гермиона: — Когда ты стал таким грубым? — Примерно с тех пор, как мне пришлось убегать от кучки психов, которые хотели меня убить, — ответил Гарри. — Клювокрыл всё ещё здесь? — спросил он, меняя тему. — Он все еще на чердаке, — вздохнул Сириус. — Мы пытались освободить его, но он все время возвращается. Думаю, ему там нравится. Он приходит и уходит, когда ему вздумается. — А магглы не заметили? Сириус пожал плечами. — Такие вещи больше не имеют значения. Думаешь, Волдеморту есть до этого дело? Гарри покачал головой. — Нет, думаю нет. — Если хочешь, я могу отвести тебя к нему? — предложила Гермиона. Гарри подозревал, что это было сделано под предлогом разговора с ним наедине, и не стал ей отказывать. Не похоже, что у них будет ещё много возможностей сделать это. Эта мысль печалила, но жизнь сложилась так, как сложилась. Ему здесь больше не место, а ей не место в его мире. — Почему бы и нет, — ответил он, махнув рукой остальным, и последовал за девушкой по нескольким лестничным пролетам на чердак. Увидев гиппогрифа, Гарри вспомнил ту ночь, когда они с Гермионой спасли Сириуса от Министерства, и улыбнулся, поклонившись существу. Когда зверь последовал его примеру, Гарри похлопал по перьям на шее Клювокрыла. — Как дела, мальчик? — прошептал он. Для того, кто прожил на чердаке несколько лет, он выглядел здоровым и, похоже, чувствовал себя здесь комфортно. — Что случилось с Хагридом? — спросил Гарри у Гермионы. Та покачала головой. — Никто не знает, — ответила она. — Мы думаем, что его убили, но у нас нет доказательств. Гарри понимающе кивнул. Для Тома и Пожирателей Смерти не было никакого дела до полувеликана, и они не стали бы поднимать шум и пляски по поводу его гибели. Скорее всего, они бросили его гнить в Запретном лесу и забыли о нем. — Куда ты ушла? — спросил он. Гермиона глубоко вздохнула. — Я уехала и некоторое время жила у Виктора. Когда он узнал о том, что здесь происходит, он написал мне и попросил уехать, — объяснила она. — Я не должна была. Мне нужно… — Нет, должна, — вмешался Гарри. — И какой у тебя был выбор? Если бы ты осталась, они бы нашли тебя, чтобы добраться до меня. Ты поступила правильно. — Мне так не кажется, — пробормотала Гермиона. — Посмотри, что с тобой случилось. — Было тяжело быть в бегах, — признался Гарри. — Каждую неделю они находили меня, и мне приходилось искать способ сбежать. Бывало, я думал, какой смысл бороться дальше. Я не собирался убивать его, как раньше, но в конце концов всё получилось. Гермиона кивнула. — А твой новый дом, какой он? — с любопытством спросила она. — По большей части такой же, как и здесь, — ответил Гарри, — но это 1977 год. — 1977? — вздохнула Гермиона. — Это значит, что твои родители… — Да, — подтвердил Гарри, — но они младше меня. Как ни странно, я был их профессором Защиты в течение года. Гермиона недоверчиво покачала головой, а затем её черты лица омрачились. — Ты счастлив там? Гарри кивнул. — Здесь есть вещи, по которым я всегда буду скучать, но да, я счастлив. — Тогда я рада за тебя, — несколько искренне ответила Гермиона. — Я думала, что ты умер, Гарри. Осознание того, что я не попрощалась с тобой, было самым худшим чувством в моей жизни. — Теперь я здесь, — утешил её он, — для многих я всё ещё мёртв, но это уже что-то. — Это так, — согласилась Гермиона, — но ты должен вернуться. — Должен, — вздохнул Гарри. — Меня ждет моя дочь. — И твоя жена, — заметила Гермиона. — Да. И жена, — с улыбкой подтвердил Гарри. Он не хотел покидать это место без Нарциссы. — Кто она? — спросила Гермиона. Гарри фыркнул, покачав головой. — Ты не поверишь, если я тебе скажу. — Попробуй. Из всех надуманных вещей, которые мы видели и делали, очень вряд ли, я бы не поверила в то, кто твоя жена. Гарри задумчиво кивнул. Если кто и мог понять его, так это девушка, стоявшая перед ним. — А кто, по-твоему менее вероятен? — спросил он. Гермиона на мгновение нахмурилась, а затем пожала плечами. — Наверное, Пожиратель смерти, — размышляла она вслух, — но даже ты не настолько глуп, чтобы жениться на Беллатрикс Лестрейндж. — Эй, не настолько же! Гермиона подняла бровь. — Ты думал, что это хорошая идея — поцеловать Чо, когда она горевала по Седрику. Гарри скривился при воспоминании. — Не самая лучшая идея, — признал он, — но нет, я не женился на Беллатрикс. Но ты не так уж и далека. Гермиона снова нахмурилась. — Я не могу вспомнить ни одной другой женщины-Пожирателя смерти, — пробормотала она. — Кроме разве что Алекто Кэрроу. Гарри решительно покачал головой. — Определенно нет, — отрицал он. — Тогда я понятия не имею, — вздохнула Гермиона. Гарри ухмыльнулся, приготовившись к тому, что его позабавит её реакция. — Я женился на Нарциссе Блэк. После его слов наступила тишина, и он ждал, когда до него дойдет смысл сказанного. Когда это произошло, рот Гермионы раскрылся, и она в недоумении уставилась на него. — Ты женился на матери Малфоя? — прошипела она. — Как это вообще произошло? — Это долгая история, — усмехнулся Гарри, — но она не мать Малфоя. Она была моим целителем, когда я прибыл, и все произошло само собой. Мы влюбились, поженились и привели на свет Хелен. Гермиона покачала головой. — Я уверена, что это не всё, — обвинила она. — Такие вещи не происходят с тобой просто так, Гарри. — Да, — вздохнул он, — но это сложно. Все, что тебе нужно знать, это то, что я счастлив. Она делает меня счастливым. Гермиона понимающе улыбнулась ему, а затем фыркнула. — Покажите мне фотографию вашей дочери, — потребовала она. Гарри достал фотографию себя, Нарциссы и Хелен, сделанную всего несколько недель назад, и протянул ей. — Вы выглядите счастливыми, — искренне сказала Гермиона, — и твоя дочь очень похожа на нее. — Да, — согласился Гарри. — Как Сириус не заметил сходства? — Потому что Сириус мало с ней общался, — объяснил Гарри. — Она старше. А ему всего семнадцать. Там. — Справедливо, — ответила Гермиона. — Какой он? — Именно такой, каким бы ты его представила, — хмыкнул Гарри. — Ты думала, что у тебя, у меня и у Рона были неприятности в Хогвартсе. Мой отец, он и Ремус каждый день на отработках. Гермиона хихикнула. — Могу поспорить, что они не спасали разыскиваемого преступника с башни. — Нет, но они хуже, чем Фред и Джордж. Рон бы сошел с ума, если бы близнецы были хоть вполовину такими. Гермиона медленно кивнула при упоминании младшего рыжего. — Я всё ещё скучаю по нему, — пробормотала она. — Временами он был занудой, но без него уже всё не так. — Да, — согласился Гарри. — Я так и не смогла пережить то, что случилось на свадьбе. Я до сих пор не могу взять в толк, что он сделал. — Он поступил так же, как поступил бы я, будь я на его месте, — ответил Гарри. — Мне от этого не легче, — прошептала Гермиона. — Ну, ты всегда могла бы спросить его сама или хотя бы попрощаться с ним. — Не будь дураком, Гарри, — вздохнула Гермиона. — Даже магия не может его вернуть. — Не в том виде, в котором он был, нет, — ответил Гарри, — но я могу вернуть его, если он ответит на вызов. Гермиона скептически нахмурилась. — Ты действительно можешь это сделать? Гарри кивнул. — Могу. Гермиона продолжала вопросительно смотреть на него, но потом покачала головой в знак отрицания. — Нет, я бы даже не знала, что ему сказать. — И когда бы был подходящий момент? Она бросила на него взгляд, полный отчаяния. — Это единственный шанс для нас обоих, — объяснил Гарри. — Я не могу призвать его там, где я живу, потому что он не из того мира. Если ты откажешься, мы не будем этого делать, но я не хочу, чтобы ты жалела. Такой шанс больше не представится. Гермиона несколько мгновений размышляла, прежде чем кивнуть. — Хорошо, — согласилась она. — Если ты сможешь, я бы хотела увидеть его. Гарри ободряюще посмотрел на неё и закрыл глаза, нервничая из-за того, что ему придётся увидеть друга, который так давно ушёл из жизни. Через несколько минут сосредоточения он нашёл связь с Роном и открыл между ними связь. Затем улыбнулся, когда, почувствовав присутствие рыжего, и открыл глаза. — Он здесь, — подтвердил он. Гермиона замерла, когда перед ней возникла форма, каким он был после смерти. Это было странное ощущение для Гарри, который теперь был выше, чем Рон. И ему, и Гермионе уже перевалило за двадцать, а Рону было ни дня не больше семнадцати. — Ты постарел, — прокомментировал Уизли. Гермиона издала смешок, вызвавший ухмылку у рыжего. — Привет, Гермиона, — поприветствовал он ее так, словно они расстались всего на несколько часов. — Рональд Биллиус Уизли, — прошипела она. — Ты, наверное, самый большой болван, которого я когда-либо встречала в своей жизни. Рон повернулся к Гарри, пораженный тем, что его отчитывают даже после смерти. Гарри мог только пожать плечами. Некоторые вещи действительно никогда не меняются. — Чёрт возьми, и это после того, как я умер за тебя. — Я не хотела, чтобы ты умирал за меня! Рон сдулся, хотя и остался невозмутимым. — Лучше я, чем ты, — прокомментировал он. — Я не собирался этого допустить. Гермиона только покачала головой, и слезы свободно потекли по её щекам. — Мне очень жаль, — начала всхлипывать она. — Тебе не нужно извиняться, Гермиона. Я прыгнул навстречу проклятию, и я бы сделал это снова. Ведь так поступают друзья, не так ли? — Только идиоты, — фыркнула Гермиона, — а ты самый глупый мальчик из всех, кого я встречала. — Как всегда очаровательна, — вздохнул Рон. — В любом случае, почему ты вернул меня? — Мы просто… — Хотели покончить с этим, — вклинился Гарри. — Мы не успели попрощаться. Рон улыбнулся им обоим. — Это ведь не совсем прощание, правда? Однажды вы будете здесь со мной. Гермиона кивнула. — И каково это? — спросила она. Рон пожал плечами. — На самом деле это ничем не отличается от того, что было раньше, — ответил он. — Я могу играть в квиддич, когда захочу, и есть, но я скучаю по вас обоим. Но это не значит, что вам можно умереть. — Еда и квиддич, Рональд? — Гермиона хмыкнула. — Это помогает скоротать время, — ответил рыжий. — Нет Малфоя, так что я не жалуюсь. Подожди, кажется, меня зовут обратно. — Всё в порядке, Рон, иди, — сказала Гермиона. — Я просто рада, что смогла тебя увидеть. — Я тоже, — согласился Рон, — и мы еще увидимся. Только не раньше, чем наступит подходящий момент, хорошо? Гермиона кивнула. — И ты, Гарри, — добавил Рон. — Не раньше, чем ты станешь еще старше, чем сейчас. — Отвали, — усмехнулся Гарри. — Мне двадцать три. — Правда? Что ж, увидимся, когда ты станешь намного старше. Если у тебя будет сын, назови его в мою честь. — Без шансов, — усмехнулся Гарри в ответ. — Что ж, попробовать стоило, — добродушно вздохнул Рон. — Увидимся. Сказав прощальные слова, Рон ушёл, а они остались вдвоем на том месте, которое он занимал. — Тебе лучше? — спросил Гарри. — Не совсем, но, по крайней мере, он счастлив. — Квиддич и еда, что ещё может быть нужно этому парню? Гермиона игриво похлопала его по плечу и рассмеялась. — Полагаю, тогда здесь останусь только я, — грустно вздохнула она. — Да, но ты справишься, — заверил её Гарри. — Когда война закончится, ты сможешь делать все, что захочешь. Гермиона кивнула. — Виктор попросил меня выйти за него замуж перед моим отъездом, — призналась она. — И что ты ответила? — спросил Гарри, слегка удивленный тем, что угрюмый болгарин оказался на высоте. — Ничего особенного, — ответила Гермиона. — Я сказала, что если останусь жива, то вернусь и дам ему свой ответ. — И он согласился? — Он согласился, но мне пришлось остановить его. Болгары не оценят, если он пойдет воевать в чужой стране. — Не оценят. Ты любишь его? Гермиона застенчиво кивнула. — Люблю. — Тогда послушай, что я скажу: ты не должна лишать себя того, чего хочешь. Я чуть не упустил свой шанс, и это было бы самой большой ошибкой в моей жизни. Гермиона посмотрела на него и глубоко сглотнула. — Ты ведь действительно любишь её, правда? — Больше, чем я когда-либо мог ей показать, — искренне ответил Гарри. — Ты должна пойти к нему, Гермиона. Тебе нечего здесь делать, и я не хотел бы больше никого терять, если это возможно. Найди свое счастье, ты его заслуживаешь. — Но война… — Она закончится в ближайшие дни. Езжай к Виктору или даже убеди его жить здесь, если тебе это необходимо, но не заставляйте меня хоронить еще одного друга. Пожалуйста, иди и живи своей жизнью, это единственное, чего я для тебя хочу. Гермиона нахмурилась, глядя на него. — Знаешь, раньше это я указывала тебе, что делать. — Я знаю, — фыркнул Гарри, — но теперь моя очередь. Гермиона раздраженно покачала головой. — Я больше не увижу тебя, да? — Нет, Гермиона. Я нашел свой дом, дом с женой и дочерью. Ты тоже должна найти свой. — Найду, — пообещала она, обхватывая руками плечи Гарри. Он обнял её. Гарри не знал, как долго они простояли, но когда она отстранилась, её глаза снова наполнились слезами, и она достала из кармана фотографию, на которой были запечатлены они оба и Рон. — Ты никогда не умел хранить такие вещи, — пробормотала она. — Береги эту. Гарри кивнул, взяв её. Фотография была сделана на шестом курсе, во время празднования победы Гриффиндора в Кубке по квиддичу. Они втроем улыбались, не обращая внимания на то, что происходило за пределами замка. — Вот, — протянул он ей фотографию себя, Нарциссы и Хелен. — Это то, на что можно посмотреть, если тебе вдруг станет интересно, счастлив ли я, — пояснил он. — Я не могу принять это, Гарри. Гарри отмахнулся от нее. — Можешь и примешь, — настоял он. — У меня дома много фотографий, и я сделаю ещё много. Я бы хотел, чтобы ты взяла её. Она нерешительно приняла снимок и положила его в карман, который занимала фотография, принадлежавшая Гарри. — Это действительно оно? Гарри кивнул. — Конец и начало. — Я бы хотела, чтобы не было ни того, ни другого, — грустно сказала Гермиона. — Такова судьба. Она жестокая, но ей свойственно добиваться своего. Гермиона на мгновение растерянно посмотрела на него. — Ты изменился, Гарри. Не в плохом смысле, но ты стал другим. Я бы хотела узнать тебя получше. — Тогда я не был бы тем идиотом, которым ты командовала в школе, — заметил Гарри. — Я всегда буду помнить этот момент, но я всегда буду думать о тебе как о невыносимой всезнайке. — А я буду помнить упрямого, вспыльчивого и милого мальчика. Гарри улыбнулся и покачал головой. — Лучше бы так и было. Гермиона кивнула и обняла его напоследок. Она прижалась губами к его щеке, а затем направилась к двери. — Спасибо, что был моим другом, Гарри Поттер. С этими словами она ушла, а Гарри пожелал ей только счастья, которое обрел сам. — Всегда, — прошептал он, чувствуя внутри себя тревогу. Оборотни скоро прибудут туда, где он поставил свою палатку. Приготовившись к неизбежному сражению, он исчез в клубах дыма.══════ஜ▲ஜ══════
Она плакала, но улыбалась сквозь слезы, в которых смешались счастье и жажда ответов на многочисленные вопросы. Она вспомнила свадьбу Беллы, и события того дня разворачивались совсем не так, как ей виделось во сне. Было объявлено о её помолвке с Люциусом, и на этом её карьера целительницы закончилась, и началось пребывание в доме Малфоев. Часто она принималась пить вино, чтобы разбавить монотонность дня или просто развеять надежду. Она не могла с уверенностью сказать, что именно. Смысл этой привычки давно утрачен. Но во сне всё было иначе. Объявление было сделано, но она не была низведена до положения трофея. Нет, её дед отменил всё намерения отца и Абраксаса Малфоя, объявив вместо этого о её свадьбе с Гарри Певереллом. Мысль о том, как Гарри смотрит на Люциуса, вызвала на её губах улыбку. Гарри не мог быть более непохожим на её мужа. Он был сильным человеком, храбрым и поступал правильно. Люциус был трусом с завышенным чувством собственной важности, и она не могла не думать о том, насколько счастливее она была бы в браке с Гарри. Странно, но какая-то часть ее души почти кричала, что она была бы в экстазе, прожила бы жизнь, полную любви и смеха, и Нарцисса снова обнаружила, что тоскует по человеку, которого даже не встретила. Она перестала задаваться вопросом, что с ней происходит. Либо что-то не так, либо ей даны эти проблески жизни, которой не суждено было быть. Если последнее и было наказанием, то она не видела в этом ничего особенного. Это было самое сильное чувство, которое она испытывала к кому-либо в своей жизни, и если это всё, что ей позволено, то она ухватится за это обеими руками. Нарцисса фыркнула от того, как жалко звучат её собственные мысли. Она, несомненно, влюбилась в мужчину, о котором только мечтала, и была счастлива довольствоваться этим. Это говорило лишь о том, насколько неполноценной была её жизнь и насколько прекрасной могла бы быть жизнь с Гарри, но, поразмыслив над этим, она поняла, что ей всё равно. Та часть её души, которая безоговорочно жаждала лорда Певерелла, не была подавлена, та самая часть, которая чувствовала, как он тянется к ней. То, что внутри неё грелось в чувствах, которые она испытывала к Гарри, внезапно перевернулось, наполнив её необъяснимым ужасом и яростью, когда в комнату вошла Белла, выглядевшая очень довольной собой. Беллатрикс всегда была непредсказуемой, что и привело к тому, что она стала совершенно невменяемой, как сейчас. Она никогда не была такой с Нарциссой, но всё, что касалось её сестры, кричало об опасности, но она не боялась её. То же, что тосковало по лорду Певереллу, побудило Нарциссу достать палочку, но она проигнорировала это желание, и Белла посмотрела на нее с сомнением. — Ты как всегда зажата, — прокомментировала она, откидываясь на спинку дивана и угощаясь виноградом из корзинки с фруктами. Нарцисса пропустила это замечание мимо ушей. Она была не в том настроении, чтобы обмениваться колкостями с сестрой. По правде говоря, она предпочла бы, чтобы Белла не приходила. Она намеревалась поскорее вернуться в постель. — Ну, как знаешь, — хмыкнула Беллатрикс. — Я не задержусь надолго, просто хотела проведать свою любимую сестру. — Это ещё не о чем не говорит, — сухо ответила Нарцисса. — Ты не разговаривала с Энди почти тридцать лет. — А ты? — обвиняюще спросила Беллатрикс. — Конечно, нет, — вздохнула Нарцисса. — Чего ты хочешь, Белла? Женщина пожала плечами. — Я просто убиваю время, пока я не понадобилась нашему лорду. Полагаю, Люциус уже рассказывал тебе об этом Певерелле. — Он упоминал о нем, — настороженно ответила Нарцисса. — Сегодня Темный Лорд разберется с ним. Грейбек и его стая уже приближаются к нему. Нарцисса сомневалась, что Гарри позволит оборотням заманить себя в ловушку. Всё, что она знала о нем до сих пор, говорило о том, что он ожидает подобного и готовится соответствующим образом. Тем не менее она беспокоилась о нем и хотела предупредить, хотя ничего не могла поделать. — Разве ты не должна ждать его прибытия? — спросила она. Беллатрикс кивнула. — Должна, — согласилась она, вставая и засовывая в рот еще одну виноградину, и вышла из комнаты. Когда она ушла, Нарцисса растерялась, что ей делать. Она не знала, где Гарри, но, возможно, ещё не все потеряно. — Миффи? — позвала она. — Да, госпожа, — ответила эльфийка, мягко ступая. — Ты можешь найти лорда Певерелла и предупредить его? Миффи нахмурилась и исчезла, а через несколько секунд вернулась на то же место. — Миффи не может, госпожа. Магия там опасна. — Для кого? — Для всех, госпожа. Миффи не хочет подходить ближе. Нарцисса нахмурилась, но кивнула с пониманием. Такая магия не могла быть создана стаей оборотней. Это означало, что Гарри ожидал неприятностей и действительно подготовился. Это означало, что Нарциссе придется ждать новостей о том, что произошло. Поэтому она включила радио и стала надеяться, что скоро что-то появится.══════ஜ▲ஜ══════
Прошло некоторое время с тех пор, как Гарри просто смотрел на горизонт и размышлял о жизни. В последний раз он делал это, когда жил в своей палатке и не так давно прибыл в то место, которое стало его домом. Как все изменилось с тех пор, как он в последний раз уделил этому время. Он был женат, у него была дочь, и он профессионально играл в квиддич; и был далеко не тем человеком, который провел годы в бегах, ожидая того дня, когда ему больше не удастся спастись от мучивших его демонов. Теперь он и был этим демоном, просто Волдеморт и ему подобные, похоже, ещё не поняли этого, но обязательно поймут. Он уже почти чувствовал запах приближающейся стаи. Они были уже близко, но не к концу погони, в которой, по их мнению, они были преследователями. Они были близки к тому, чтобы быть схваченными челюстями хищника, подстерегающего их, врага, которого они не могли понять сквозь дымку ярости, искажавшую их зрение. — Знаю, — пробормотал Гарри Олину, когда заросли деревьев позади них были потревожены тяжелыми шагами и рычанием приближающихся зверей. Оборотни; как всегда, предсказуемы. Он повернулся к ним лицом, когда из леса вышел первый из стаи — крупный самец, покрытый шрамами, и возбужденно завыл, подхваченный теми, кто последовал за ним. — Ну что, давайте покончим с этим, а? — спросил Гарри. Альфа ещё раз завыл, вытянув шею к небу, и прыгнул вперед, но не попал в цель, а заскользил по мокрому песку. Существо проворно вскочило на ноги в поисках Гарри, но его нигде не было, и прежде, чем он смог продолжить поиски, деревья ожили и начали нападать на стаю, вызывая завывания удивления и ярости. Некоторых просто сшибали ветки, другие падали на землю, прижатые тяжелыми стволами. Те, кто мог, бежали к берегу, чтобы, как они полагали, оказаться в безопасности. Но вместо безопасности они оказались среди бушующего ада, который опалял их шерсть и сжигал плоть. Снова раздались вопли, и они мучились, пытаясь выбраться из огненного плена. Многим это удалось, но не без того, чтобы их не поцеловало пламя. От существ исходил сильный запах жженой шерсти и кожи, они жалобно скулили, так как не привыкли и не понимали, что больше не являются теми, на кого охотятся. Они стали добычей. Гарри не знал, насколько хорошо оборотни умеют плавать, но это было неважно. Он не собирался ни топить их, ни позволять им сбежать. Они погибнут там, где стояли. С высоты своего положения его палочка выписывала замысловатые узоры, когда он сосредотачивался и манипулировал окружающими элементами. Первым делом пламя расступилось и образовало круг вокруг мертвых и все еще корчащихся волков, которые оказались в ловушке, прижимая к себе тех, кто добрался до места, где песок встречался с морем. Ещё одно движение палочкой — и пламя превратилось в три огромные фигуры с косами, а когда оборотни повернулись к морю, их встретило ещё одно зрелище, образовавшееся из разбивающихся волн. Бежать или прятаться было некуда, и то, что произошло дальше, можно было назвать не иначе как бойней. Звери не могли дать отпор. Для фигур, беспорядочно размахивающих оружием, волки были овцами идущими на заклание. Не имея возможности спастись, они падали толпами, пока не осталось лишь несколько обожженных и обессиленных существ, и Гарри положил конец усилиям своих созданий, появившись перед ними. Они почти не сопротивлялись, пока он наносил последние удары, а злобный взгляд Фенрира Грейбека был горьким, но безнадежным. Гарри даже не дал ему возможности сделать выпад. Ухватившись усиками магии за шею оборотня, он переломил кости и прорезал плоть, отделив голову от тела. После этого Том больше не сможет его игнорировать. — Олин, — позвал он. Ворон был занят тем, что пожирал глазами одно из безжизненных существ, но в ответ на его зов приземлился на плечо Гарри. — Отнеси это ему. Покажи ему, что его ждет, если он решит сам искать меня. — СМЕРТЬ! — каркнул Олин. — Смерть, старина, — согласился Гарри.══════ஜ▲ஜ══════
Темный Лорд раздраженно ждал вестей от Грейбэка, а еще лучше — его прибытия с лордом Певереллом под стражей. Несколько часов назад оборотень заверил его, что они приближаются к этому человеку и скоро доберутся до него. С тех пор стояла тишина. Беллатрикс, как всегда, была менее терпелива, чем он, и отпускала ругательные замечания и тихо проклинала волка. — Да неужели нужно столько времени, чтобы привести одного человека! — прорычала она и, подошла к окну, чтобы заглянуть в него. — Я даже дала ему порт-ключ. Тёмный Лорд не обращал внимания на её бред. За долгие годы он привык к ней, но от этого она не становилась менее раздражающей. Азкабан изменил её. Она стала нести ещё больше бреда, чем раньше, стала ещё более вспыльчивой и почти во всем лишенной рациональности. Если бы она не была так предана и верна ему, он бы усыпил её, как бешеную собаку. Даже годы, проведенные под воздействием дементоров, не смогли отменить всю ту работу, которую он проделал, чтобы сделать из нее идеальную последовательницу. Он просто хотел, чтобы она перестала вожделеть его. Он ясно выразил свою позицию, но она не остановилась. Она хотела, чтобы он сделал ей ребенка, но ему это было ни к чему. Кроме того, мысль о ребенке, воспитанном Беллатрикс, вызывала опасения даже у Темного Лорда. Ребенок, скорее всего, будет таким же неуравновешенным, как и она, а при той власти, которой он обладал, этого нельзя было допустить. Нет, у этой женщины не будет ребенка, несмотря на постоянные намеки. — Что-то приближается, — прошептала она, вскрикнула и бросилась на пол, когда окно разбилось и отрубленная голова покатилась по полу. Проклятый ворон следовал за ней, выглядя очень довольным собой. — Смерть! — с насмешкой прокаркал Олин. Лорд Волдеморт смотрел на существо со жгучей ненавистью, его руки дрожали, а кулаки были сжаты. — Он убил их всех, милорд, — прокомментировала Беллатрикс. — Я вижу это! — прорычал Темный Лорд. — Он должен быть здесь. Иди и приведи остальных и пошли за Дементорами. — Милорд, неужели вы думаете, что он этого не ожидает? Вы должны отпустить меня одну, я приведу его к вам. Волдеморт покачал головой. — Нет, он оказался довольно сильным противником. Даже столкнувшись с мощью стаи, он одержал победу. Я найду его и убью сам. Словно думая о чем-то другом, ворон с карканьем взлетел и полетел в сторону Беллатрикс. Заклинание, выпущенное Темным Лордом в его сторону, ничем не отвлекло эту тварь, и ей удалось схватить женщину за волосы, после чего они вдвоем исчезли в клубах дыма. Издав гортанный рев, Волдеморт одним заклинанием разрушил всю стену и несколько раз успокоительно вздохнул, пытаясь найти магический след. Таковых не нашлось, и ему оставалось лишь кипеть от ярости, гадая, куда ворон унес Беллатрикс. Ничем хорошим, для него, это не закончится, и он ожидал, что в ближайшие минуты или часы сюда же прилетит и ее голова. Она не сдастся без боя, но впервые с тех пор, как он встретил эту женщину, он не был уверен, что она победит. Певерелл был непредсказуем и опасен, и недооценивать его он больше не собирался.══════ஜ▲ஜ══════
Беллатрикс тяжело опустилась на мокрую землю, почувствовав запах горелой плоти и треск пламени. Она гордилась тем, что у нее крепкий желудок, но это было слишком. Желание вырвать только усилилось, когда она поняла, что её бесцеремонно бросили в лужу крови и фекалий, в суспензию человеческих останков, в результате чего она выглядела как можно более недостойно. — Ты, грязный грязнокровка! — закричала она, заметив мужчину в темной мантии, его белые глаза сузились от ярости при виде её. Он не отшатнулся от нее, его убийственный взгляд был непоколебим, когда он направил на нее свою палочку. Беллатрикс не успела уклониться от проклятия Круциатус, которое было направлено в её сторону, и корчилась в агонии, пока заклинание разрывало кости и мышцы, а когда его сняли, она всё ещё дрожала. Она не знала, как долго её держали под ним, но тело сводило судорогой, а в висках пульсировало. И все же она не собиралась позволить ему сломать её. — Ты просто ничто… против… Темного Лорда, — насмешливо произнесла она. И снова мужчина остался безучастным. — Трус, — прошипела Беллатрикс. Мужчина мрачно усмехнулся. — Ты не в том положении, чтобы называть кого-то трусом, — укорил он. — Ты и тебе подобные нападают на беззащитных людей по ночам. Беллатрикс рассмеялась, поднимаясь на ноги. — У нас есть цель. Мы формируем новый мир, — поморщилась она. — Разве у тебя её нет? Мужчина, казалось, на мгновение задумался над вопросом, а затем задумчиво кивнул. — Я собираюсь убить тебя, твоего хозяина и спасти свою жену. Беллатрикс раздула ноздри и потянулась за своей палочкой, но увидела, что та находится в руках у человека, который её проклял. — Я верну ее тебе, и мы сразимся, — заверил он ее, — но сначала ты принесешь кое-что для меня. Она хотела было закричать и уже готова была заявить о своем неповиновении, но вдруг почувствовала, как в ее разум вторглось чье-то присутствие. Оно было холодным, непреклонным и быстро овладело ею. Она сопротивлялась, как могла, но так и не смогла оправиться от многолетних пыток Дементоров. Её разум был уже не так силен, как раньше, и вторгшаяся магия воспользовалась её неспособностью защитить себя. Все усилия оказались напрасными, и, когда зрение померкло, перед ней предстал образ ворона, впившегося взглядом в её лицо. Как она ни старалась, ей не удалось отвести взгляд, и она почувствовала себя беспомощной, чтобы сопротивляться ещё больше, чем раньше. Она была во власти птицы, и даже её умение владеть палочкой не могло её спасти.══════ஜ▲ஜ══════
— Забери её, — приказал Гарри, следуя за Олином, и Беллатрикс исчезла в клубах дыма. Он попал в Косой Переулок, который сильно отличался от того, к которому он привык: здесь было полно заколоченных магазинов и очень мало людей, которые пробирались по нему с опущенными головами. Гарри взял Беллатрикс за предплечье и потащил её в переулок рядом с Гринготтсом. — Иди прямо в хранилище и принеси мне Чашу, — приказал он. Женщина ничего не ответила, просто повернулась и направилась в сторону банка, оставив за собой Гарри. Он доверял Олину, ворон никогда его не подводил, но это было, пожалуй, самое важное задание, которое птице предстояло выполнить. Гарри нужна была чаша, и он предпочел бы не ориентироваться в системе безопасности Гринготтса. В нижних хранилищах, по слухам, обитали всевозможные существа и средства защиты, в том числе и драконы. За свою жизнь он уже перелетал одного дракона, и ему не нравилось, что придется делать это снова. Дамблдор, возможно, и был убежден, что мантия может сослужить ему хорошую службу в этом деле, но Гарри не хотел рисковать. Если бы что-то пошло не так, и он оказался бы заперт в недрах, где царил закон гоблинов, всё было бы кончено. Его усилия здесь оказались бы напрасными, и Нарцисса была бы потеряна для него. Этого он допустить не мог и считал, что заставить Беллу достать чашу — самый безопасный вариант. Проблема, с которой он столкнулся, заключалась в том, чтобы подчинить её себе, и благодаря Олину эта проблема была решена. Тем не менее она умрет, когда её задача будет выполнена, и тогда единственным врагом, которого он обязан будет уничтожить, останется Волдеморт. В его голове это звучало гораздо проще, чем представлялось. Он верил, что сможет победить Тома — тот разрушил своё тело и душу с помощью магии, в которую не стоит вникать, но он всё ещё был чрезвычайно опасным. Гарри надеялся, что этого будет достаточно. Том Риддл не был оборотнем, лишенным логики, и не был похож на тех, кто следовал за ним. Он был силой, и, несомненно, самым одаренным волшебником, с которым Гарри приходилось сталкиваться. Эта мысль оставила во рту горькое послевкусие, но отрицать правду было нельзя. Волдеморт вышел далеко за пределы магических возможностей, но и Гарри тоже. Может быть, он не имел тех лет, которые посвятил тёмной магии Тёмный Лорд, но у него было нечто иное: магия, которой Том не мог ни владеть, ни надеяться понять. Но достаточно ли этого? Гарри неуверенно пожал плечами. Только время покажет, а времени у него было в обрез. Это случится скоро, но прежде чем он сможет назвать его финальной встречей между собой и врагом, который преследовал его из тени всю жизнь, Гарри нужен был последний крестраж.══════ஜ▲ஜ══════
Она лишь смотрела на ворона, который закрыл глаза. Беллатрикс не знала, что задумала птица, но он больше не обращал на нее никакого внимания. Он был в глубокой сосредоточенности, и она не могла точно сказать, сколько времени смотрела на него, пытаясь заставить свой разум сопротивляться вторжению. И тут она увидела его. Это был лишь малейший промах, но его сложно было пропустить. Контроль ворона над ней ослабел, и существо заметно поморщилось от усилий, которые оно прилагало, чтобы удержать её. Не понимая, что ей делать, она продолжала смотреть в закрытые глаза птицы. Кажется, он понял, что она делает, и открыл их, давая ей возможность увидеть то, что он видит. Звук грохочущих рельсов и вид проплывающих мимо сводов ворвались в ее сознание. Он миновал первую линию защиты банка и через минуту окажется на нижних уровнях. Чего хотел этот Певерелл? Беллатрикс не знала, но сделала бы все возможное, чтобы помешать ему. Глаза ворона снова закрылись, и она попросила его открыть их, чтобы дать ей возможность понять, зачем её сюда привели. Когда через несколько мгновений он подчинился, она узнала, чего добивается этот человек, и её охватил гнев. Чаша, которую она держала в своей руке, была той самой, которую подарил ей Темный Лорд на хранение. Он не объяснил, почему это столь важная вещь, но она не позволила бы им забрать её. Она не принадлежит им. Усилия, которые раньше были тщетными, удвоились, и птица снова зашипела, борясь за свою властью над ней. Она продолжала, улавливая всё новые и новые вспышки того, что с ней происходит. Они вернулись в тележку, на этот раз направляясь вверх… они шли через приветственную зону банка… они вернулись в переулок, направляясь к Певереллу, который ждал их… Беллатрикс издала вопль ярости, когда чашу поглотило адское пламя, и в ответ на его заклинание из её сознания вырвалось присутствие ворона, а убивающее проклятие покинуло ее палочку, как будто это было в порядке вещей. Певерелл успел защититься ещё до того, как она произнесла второй слог первого слова, и её заклинание безвредно рассыпалось о бетонную плиту, которую он вырвал из мостовой. — УБЛЮДОК! — прорычала Беллатрикс, после чего применила три заклинания, отточенных ею ещё в подростковом возрасте. Певерелл ничего не знал о магии Блэков, и ему придется несладко. Её глаза расширились, когда он заблокировал заклинания щитом, который она видела только у других членов своей родной семьи, и который был создан её предком, боявшимся быть убитым своими же сородичами. — КАК? — закричала она. Певерелл ничего не ответил, но окинул её взглядом, и они столкнулись. Все, кто находился в переулке, застыли на месте, наблюдая, как неизвестный мужчина и женщина, которую они боялись, начали обмениваться заклинаниями, причем последняя с каждым мгновением казалось все менее и менее страшной. Певерелл, о котором говорили по радио, был не просто ночным призраком, в реальность которого они с трудом поверили. Он был сейчас перед ними и делал то, о чем говорили слухи. Он вел сражение с Темным Лордом и его последователями. И не только это, Певерелл побеждал. Они ходили взад-вперёд, произнося заклинание за заклинанием, пока мужчина не зарычал, и в переулке не повеяло ледяным холодом, а Беллатрикс не отбросило в сторону, и её палочка не покатилась по мощеной улице. Гарри тяжело дышал, но не столько от напряжения, сколько от ледяного холода, который прокатывался по его венам. Несколько дней он мечтал о том моменте, когда Беллатрикс окажется в его власти, и теперь, когда этот момент настал, он не знал, с чего начать. Однако прежде, чем он успел произнести очередное заклинание, в сражения между ними вмешалось около дюжины мужчин в красных мантиях, выдававших себя за авроров. — Вы арестованы! — закричал один из них. Гарри не обратил на него внимания, ухмыльнувшись, и на кончике его палочки появилось темно-зеленое заклинание, после чего он растворился в воздухе. Ему не довелось наблюдать и наслаждаться её гибелью, как он это себе представлял, но с удовольствием осознавал, что последние её минуты пройдут в страданиях. Хотя Гарри и не стал свидетелем последствий, всё, кто находился в переулке, наблюдали за тем, как авроры пытались отразить проклятие Певерелла. В конце концов им это не удалось, и они наблюдали за тем, как оно влетело в Лестрейндж, а та начала отчаянно царапать когтями лицо и уши, после чего упала без сил, её черты лица стали неузнаваемыми из-за нанесенных ею самой себе ран. Авроры, казалось, не знали, что делать, но обратили внимание на толпу. — Убирайтесь, немедленно! — потребовал главный. Наземникус Флетчеру не нужно было повторять, и, взмахнув палочкой, он собрал и уменьшил свой сундук и направился к месту сбора. Орден должен знать об этом.══════ஜ▲ஜ══════
После отъезда Гермионы настроение на Площади Гриммо было довольно хмурым. Она не стала объяснять причину своего ухода и лишь сообщила, что примирилась со своими демонами и собирается уехать. Гермиона не выглядела опечаленной или подавленной внезапным поворотом событий. Напротив, хотя она и плакала, но выглядела счастливой, и Сириус мог только догадываться, что они с Гарри обсудили то, что нависло над ними. Ему её будет не хватать. Она обладала острым умом и была блестящей ведьмой, но ей было куда стремиться. Ей не для чего было оставаться в Британии, и Сириус надеялся, что, по крайней мере, у неё будет шанс прожить жизнь, не продиктованную обстоятельствами войны. От размышлений его оторвал громкий стук, донесшийся со стороны кухни. Кто-то споткнулся о вешалку, но быстрый взгляд по комнате показал, что Тонкс сидит за столом. — Кто, чёрт возьми…? Он прервался и нахмурился, когда дверь распахнулась и появился запыхавшийся Флетчер с расширенными глазами и бледной кожей. — Он убил её, чёрт побери, — прохрипел воришка. — О чем ты говоришь, Флетчер? — спросил один из близнецов. — О том парне, Певерелле. Он убил Лестрейндж в Косом Переулке. Сириус тут же вскочил на ноги. — Беллатрикс? — недоверчиво спросил он. Флетчер кивнул. — Да, и это было чертовски не красиво. — Ты же не будешь нам врать, правда? — прорычал Муди. — Конечно, нет! — возразил Наземникус, оскорбленный обвинением. — Проверьте сами, если не верите мне. — Я пойду, — вызвалась Тонкс, и ее черты изменились, прежде чем она с легким хлопком исчезла из кресла. Все, кто ждал её возвращения, молчали, и только дыхание Флетчера постепенно выравнивалось. Если Беллатрикс мертва, это было бы огромной победой в войне. Когда через несколько минут появилась Тонкс, она тоже была бледна и лишь кивнула в ответ на вопросительные взгляды. Обитатели дома разразились коллективным ликованием и принялись хлопать друг друга по спине. Неважно, что никто из них не убил её. Тем не менее они будут праздновать смерть самой опасной последовательницы Волдеморта. — Ну же, — призвал Джордж Уизли, — не стоит ли нам дать объявление? Ли Джордан кивнул. Слушатели захотят узнать об этом, а у Ли был самый эффективный способ донести новость до волшебников Британии.══════ஜ▲ஜ══════
Нарцисса была на грани того, чтобы погрузиться в дремоту, когда радио затрещало, и громкая и ликующая песня вырвала её из состояния, похожего на сон. Она была раздражена, так как с нетерпением ждала следующего сна, но это чувство исчезло, когда знакомый голос начал возбужденно говорить. — Сегодня, слушатели, я несу вам величайшую весть. Забудьте о захвате Хогвартса, забудьте о трусливых главах департаментов. До нас дошла величайшая новость, не так ли, Река? — Действительно, — ответил второй голос. — Очевидец сообщил нам, что никто иной, как Беллатрикс Лестрейндж, мертва! Нарцисса замерла, когда из радиоприемника раздались фанфары. Белла мертва? — Она скрестила палочки с лордом Певереллом в Косом Переулке и встретила свой конец. Пусть покоится в аду за все, что она сделала. — Празднуйте, друзья! Передача закончилась с очередными трубными фанфарами, и Нарцисса медленно села в своей постели, оцепенев от услышанного. Гарри убил Беллатрикс. Какая-то часть её души желала разгневаться, но другая была ещё более радостной, чем голоса по радио. Белла всегда была неадекватная, она даже осмелилась бросить вызов Темному Лорду, но мысль о смерти сестры не приходила Нарциссе в голову уже много лет. Беллатрикс раз за разом выходила из ситуаций, в которых ей должен был прийти конец, но не в этот раз. Наконец-то она встретила свою судьбу и была убита. «Хорошо!» ликовала часть ее сознания. Нарцисса нахмурилась от противоречивых чувств. Почему она так относится к смерти сестры? Белла никогда не делала ей ничего плохого, по крайней мере, такого, за что Нарцисса могла бы пожелать ей смерти… или делала? Она покачала головой. Нет, не делала. Беллатрикс была вспыльчивой, часто говорила Нарциссе обидные вещи на протяжении всей их жизни, но она не причиняла ей вреда. Тем не менее, она почти ничего не чувствовала. На самом деле, если бы ей нужно было описать какую-то эмоцию, которую она испытывала, то это было бы облегчение, а это было не совсем правильно. С чего бы ей испытывать облегчение от того, что одна из её старших сестер мертва? — Гарри, — прошептала она. Это было связано с ситуацией, в которую она попала. Это было единственное объяснение, которое Нарцисса могла придумать. Случилось ли что-то в той, другой жизни, в которую она заглянула мельком, чтобы заставить её чувствовать себя так? Неужели Белла что-то с ней сделала? Нарцисса должна была знать, и у нее был только один способ это выяснить.
Примечания:
Так же я открыл уже полностью свой ТГ-канал: https://t.me/Minas_Ithill — там буду выкладывать рабочие моменты, забавные ситуации, фрагменты своей жизни, и уведомлять о выходе глав.
Советую посетить моих товарищей по цеху — HireRKCB с его «Через время и пространство»: https://ficbook.net/readfic/11688158 — очень печально, что такого талантливого автора не замечают.
И Da Roach. Его работа:
https://ficbook.net/readfic/12908139 — Тот самый дарк, о котором я писал!
Дальше больше.
