2.1. "Командировка или отпуск?"
17 сентября 2024 г., 22:48
***
Грин покинул свой номер в Щ.И.Т. с ощущением странного облегчения. Последние недели показали ему многое: работа с Бартоном была интересной, но пребывание в штаб-квартире начинало давить. Строгость окружения, бесконечные тесты и молчаливое наблюдение со стороны Фьюри создавали удушающую атмосферу. Но что-то внутри подсказывало ему, что немедленный уход будет выглядеть как бегство. Он решил остаться ещё на пару недель, чтобы не вызывать подозрений. Эти две недели прошли быстро. Пара миссий с Бартоном помогли ему отвлечься, но каждый раз, возвращаясь в свою комнату, он сталкивался с гулкой пустотой, которая не давала покоя. Воспоминания всё так же пытались вырваться наружу, но оставались за стеной боли и страха.***
Когда он наконец сообщил Фьюри, что уходит, аргументируя это желанием увидеть "брата", директор лишь кивнул, не задавая лишних вопросов. Возможно, он понял, что Грин нуждался в передышке, а может, просто не хотел усложнять отношения с Тони Старком. Войдя в башню, маг ощутил, как напряжение, которое преследовало его на базе, начинает спадать. Здесь было теплее, уютнее. Это место казалось настоящим убежищем, пусть и не совсем его. Город по-прежнему оставался шумным и давящим, но здесь, в башне, это ощущение исчезало. Тони встретил его у самого входа, будто ждал каждую минуту. Лицо миллиардера озарила широкая улыбка, и он тут же шагнул навстречу. — Ну наконец-то! — торжественно воскликнул он, заключая Грина в крепкие объятия. — Я уж начал думать, что мне придётся отправить Фьюри письмо с угрозами. Или предложить выкуп. Грин хмыкнул, слегка расслабившись под натиском этой искренней радости. — Рад тебя видеть, Тони, — ответил он честно, хотя внутри всё ещё сохранялось напряжение. Но он не мог отрицать, что рад вернуться. — Ну конечно, рад, — ухмыльнулся Тони, похлопав его по плечу. — Давай поднимемся, наверху всё как ты любишь. Я даже твои дурацкие травы в чай добавил, так что чувствуй себя как дома. Пока они шли к лифту, сотрудники СтаркИн, находившиеся на первом этаже, замерли, заметив их. Все узнали Тони сразу, но их внимание быстро переключилось на Грина. Его появление вызвало шёпот и лёгкое недоумение. Многие из них никогда не видели этого человека, а само упоминание о "брате Тони" звучало как нечто новое и неожиданное. — Ну что, любопытные глаза, это мой брат, Грин, — объявил Тони, не скрывая лёгкой гордости. Его голос прозвучал уверенно, словно он давно хотел произнести эти слова. Некоторые сотрудники закивали, делая вид, что теперь всё стало понятно, хотя было очевидно, что вопросы у них только прибавились. Остальные продолжали бросать на них любопытные взгляды. Грин почувствовал себя неловко, заметив, как к нему прикованы взгляды. Он старался выглядеть спокойным, но внутри всё сжалось. Тони, заметив это, положил руку ему на плечо. — Они просто удивлены. Не переживай. Ты же знаешь, я люблю эффектные появления, — произнёс он достаточно громко, чтобы сотрудники услышали. Маг кивнул, постаравшись сохранить бесстрастное выражение лица, и вошёл в лифт. Тони сделал жест прощания в сторону сотрудников, прежде чем зашёл следом.***
Тони и Грин поднялись на лифте в башне, и, когда двери открылись, их встретил просторный, светлый зал. Гостиную заливало мягкое вечернее освещение, а огромные окна от пола до потолка открывали захватывающий вид на сияющий Нью-Йорк. Атмосфера здесь, в отличие от холодного и формального окружения Щ.И.Т., казалась домашней. Грин замер на мгновение, оглядывая знакомую обстановку. Его взгляд скользнул по полкам с книгами, коллекционным оружием, старинным декорациям — всему тому, что делало башню не просто технологическим чудом, а настоящим домом. Он чувствовал, как напряжение, накапливающееся за последние недели, немного отступает. — Садись, нам нужно поговорить, — мягко сказал Тони, кивнув в сторону большого кожаного дивана у окна. Маг послушно опустился на диван, сложив руки на коленях. Тони сел напротив, на невысокий пуф, опираясь локтями на колени. Его взгляд, обычно игривый и уверенный, сейчас был сосредоточенным и внимательным. — Ладно, выкладывай, — начал Тони, чуть склонив голову. — Что с тобой происходит? Не пытайся притворяться, что всё хорошо. Я тебя знаю. Щ.И.Т. тебя измотал? Грин отвёл взгляд, глядя куда-то за окно, на мерцание городских огней. — Они копаются в моём прошлом, — тихо сказал он, его голос прозвучал приглушённо, как будто эти слова давались ему с трудом. — Они хотят узнать, кто я, но… я не могу вспомнить. Каждый раз, когда я пытаюсь, всё превращается в боль, хаос и тьму. Тони прищурился. Его челюсть слегка напряглась, и он откинулся назад, уперев руки на пуф. — Так. Понял. Значит, Фьюри решил, что теперь он у нас местный Шерлок Холмс? — Его голос звучал резко, но не грубо. Скорее, с ноткой негодования. — Слушай, Грин, они не имеют права ломать тебя ради ответов. Если я узнаю, что они перешли границы... Грин поднял руку, мягко останавливая брата. — Тони, это не только они. Это ещё и я сам. Мне нужно знать правду. Но каждый раз, когда я пытаюсь приблизиться, это превращается в пытку. — Да чёрт возьми, ты что, мазохист? — резко отозвался Старк, наклоняясь вперёд. — Зачем ты снова и снова это делаешь, если знаешь, что будет больно? Твоё прошлое никуда не денется. Ты найдёшь ответы. Но не ценой своего здоровья. Грин слегка пожал плечами, но его лицо оставалось спокойным. — А если я не найду ответы, Тони? Если я просто... останусь таким? Наполовину сломанным. Без прошлого, без будущего. — Эй, эй, — Тони резко поднялся со своего пуфа, подошёл к дивану и опустился рядом. — Не смей так думать. Ты не сломан, понял? Ты просто… в процессе сборки. Мы все такие. — Он махнул рукой, словно отмахиваясь от этого разговора. — Да я сам до сих пор собираю себя по кусочкам. Ты не один такой, Грин. Маг посмотрел на Тони, его глаза смягчились, но на лице всё ещё оставалась тень сомнения. — Ты действительно так думаешь? — спросил он тихо. — Думаю? — Тони усмехнулся, обхватив брата за плечи. — Я это знаю. И если кто-то и может помочь тебе разобраться в твоей голове, то это мы с тобой. Вдвоём. А Фьюри? Он может пойти и перекопать досье кого-нибудь другого. Грин слегка улыбнулся, чувствуя, как привычная уверенность Тони заражает его. — Спасибо, Тони. Правда. — Не за что, — отозвался Старк, хлопнув его по плечу. — Но я тебя к ним больше не отпущу. И никаких экспериментов над собой, ясно? А теперь… я кое-что придумал. — Что на этот раз? — насторожился Грин, зная, что планы Тони редко бывают простыми. — Отдых. Но не просто отдых. Ты поедешь с нашим благотворительным фондом. — Тони встал, с энтузиазмом жестикулируя. — Строительство больниц, школ, чистая вода… В общем, не Нью-Йорк. Тебе нужна природа, простая работа и благодарные люди. Это тебя успокоит. И, кстати, ещё и хороший пиар для меня. Грин засмеялся, но быстро перешёл в серьёзный тон. — Я подумаю. Звучит... интересно. Может, это действительно то, что мне нужно. Тони улыбнулся, словно зная, что это уже половина победы. — Вот и славно. А теперь, брат мой, я предлагаю тебе расслабиться. У нас есть роскошный вечер: хорошая еда, диван и, возможно, я даже включу что-нибудь в Netflix. Ну как? Грин слегка улыбнулся, впервые за долгое время почувствовав себя действительно в безопасности. — Думаю, я смогу это пережить. Мужчина хлопнул его по плечу, встал и направился к бару, бурча что-то о "самых отвратительных фильмах, которые он планирует включить". Грин, оставшись на диване, на мгновение прикрыл глаза, впитывая эту простую, но такую тёплую атмосферу.***
За ужином Грин долго размышлял над предложением Тони. Его брат сидел напротив, с видом человека, который уже знает, что его идея обречена на успех. Это было типично для Тони Старка, и Грин не мог не улыбнуться про себя. — Знаешь, — наконец сказал маг, склонив голову, — идея с благотворительностью… она звучит хорошо. Думаю, это может мне помочь. — Конечно, поможет, — быстро отозвался Тони, разрезая кусок стейка. — Смена обстановки, работа на свежем воздухе, добрые дела… Плюс, там нет людей, которые копаются в твоём прошлом. — Он поднял вилку, словно подводя итог. Грин хмыкнул, но его улыбка была благодарной. Он поднял взгляд на брата, который выглядел по-настоящему довольным. — Но прежде чем я уйду, — продолжил маг, отложив приборы, — мне нужно кое-что сделать для тебя. Тони поднял бровь, заинтересованно глядя на него. — О, сюрприз? Надеюсь, это не что-то вроде "съешь ещё салат", потому что я точно пас. Грин тихо рассмеялся и кивнул в сторону браслета на запястье брата. — Я перенесу накопленный сэйд в твоей браслет. Пространственный карман останется активным примерно на год. Это мой способ сказать спасибо. Старший Старк задумчиво покрутил браслет на руке, будто оценивая его заново. — Щедро, братец. Не знал, что у тебя есть скрытая щедрость. Грин лишь покачал головой и достал камни, которые служили резервуарами для его магической энергии. Его пальцы скользнули по ним, и в комнате повисла едва заметная вибрация. — Расслабься, — тихо сказал он, когда поток сэйда начал переходить из камней в браслет. — Это займёт всего пару минут. Тони внимательно наблюдал за ним, словно впервые видел эту сторону брата. Когда процесс завершился, маг выдохнул, чувствуя удовлетворение. — Готово, — сказал он, протягивая браслет обратно Тони. — Это было… круто, — произнёс Старк, надев его и активировав пространственный карман. Перед ними сразу же материализовались элементы брони. — И, кстати, ты должен посмотреть, что я сделал с костюмом. — Сейчас начнёшь хвастаться? — с ухмылкой спросил Грин. — Конечно, начну, — парировал Тони, увлекая брата к платформе. — Ты же знаешь, я живу для этого. На платформе стояла последняя версия брони. Она выглядела ещё более изящной, чем раньше, но, судя по словам Тони, стала не только легче, но и мощнее. — Видишь, это регенеративное покрытие. Если что-то повреждается, система сама исправляет это в реальном времени. И смотри на эту мобильность. Костюм больше не сковывает движения. — Он говорил с такой энергией, что Грин едва успевал следить за словами. — Тони, — наконец перебил маг, улыбаясь, — я впечатлён. Ты превзошёл себя. — Ещё бы, — самодовольно заметил Тони, но в его глазах мелькнула тёплая гордость от одобрения брата. После демонстрации они вернулись к столу, где Тони показал несколько благотворительных проектов фонда. Среди них Грин выбрал тот, где мог бы помочь с поиском воды и бурением колодцев. — Значит, ты отправляешься в Африку, — подвёл итог Тони. — Отличный выбор. Но я тебя отвезу. На следующий день, когда они уже ехали в аэропорт, разговор шёл легко. Тони рассказывал о своей поездке в одну из школ, построенных фондом, а Грин слушал, изредка вставляя вопросы. Это помогало отвлечься, но где-то глубоко внутри маг всё ещё чувствовал беспокойство. Когда они прибыли, Тони остановил машину перед терминалом и повернулся к брату. — Слушай, — начал он, и его голос стал серьёзным. — Если что-то пойдёт не так, если тебе будет плохо или понадобится помощь… ты знаешь, что я здесь. Маг посмотрел на него, и их взгляды встретились. — Я знаю, — тихо ответил он, но в его голосе прозвучало больше, чем просто слова. Это было обещание, что он попробует справиться сам. — Ну и отлично, — Тони улыбнулся, но в его глазах всё ещё оставалась тень беспокойства. — А теперь иди, покоряй мир. Только не забывай, кто главный гений в этой семье. Маг усмехнулся и, не оглядываясь, направился к входу. Солнце заходило за горизонт, окрашивая небо в оранжево-красные тона. Возможно, это было началом чего-то нового.***
Грин находился в одной из деревень Южной Африки уже несколько дней. Его работа казалась чем-то большим, чем просто благотворительная миссия — это был шанс отгородиться от Щ.И.Т., найти хотя бы временное облегчение от внутренних конфликтов. Каждый день начинался с однообразных, но нужных дел: установка насосов, расчистка местности для резервуаров, помощь местным жителям. Он чувствовал себя частью чего-то важного, и это помогало отвлечься. Солнце безжалостно палило, оставляя невыносимое ощущение жара на коже. Грин работал бок о бок с волонтёрами и жителями деревни, не прибегая к магии. Казалось, что простой физический труд приносит облегчение, хотя временами он чувствовал, как внутри что-то шевелится, требуя выхода. Но он продолжал подавлять это. Слишком опасно. Слишком рискованно. Ранним утром, когда лагерь ещё только просыпался, Грин услышал приглушённые голоса за палаткой. Он замер, уловив в их тоне тревогу и страх. — Это бесполезно, — прошептал один из врачей, нервно потирая руки. — Мы не можем туда ехать. Эта деревня... она обречена. — Они уже потеряли половину населения, — ответил второй. — Остальные заразятся через несколько дней. Если мы туда отправимся, то просто умрём вместе с ними. Сердце Грина ёкнуло. Он тихо приблизился к ним, стараясь оставаться незаметным. — Что происходит? — его голос разрезал тишину, заставив обоих вздрогнуть. Они переглянулись, но ничего не сказали. — Я задал вопрос, — повторил он, и в его голосе появилась холодная твёрдость. Первый врач бросил на него виноватый взгляд и заговорил, словно под давлением. — Это деревня в тридцати километрах отсюда. Там вспыхнула инфекция. Люди умирают один за другим. Мы пытались помочь, но это бесполезно. Там нет шансов. — И вы просто решили оставить их? — в глазах Грина вспыхнуло негодование. Он сделал шаг ближе, и оба врача отступили, почувствовав, как воздух вокруг него словно стал тяжелее. — Мы не можем рисковать остальными, — оправдывался второй. — Мы потеряем всех. Грин на мгновение замолчал. Его взгляд остановился на их лицах, полных страха. Они пытались защитить тех, кто ещё был жив. Он понимал это, но внутри него всё кипело. Эта деревня обречена. Эти слова эхом отдавались в его голове, заставляя кровь стучать в висках. — Скажите, где она, — голос мага звучал спокойно, но в нём была такая сила, что спорить с ним было бесполезно. — Мистер Старк, вы не понимаете, — врач покачал головой. — Если вы туда пойдёте, то тоже умрёте. — Может быть. Но я не могу просто стоять и ничего не делать, — его слова прозвучали как приговор. Второй врач тихо вздохнул и кивнул, сдаваясь под его взглядом. — Юго-запад, тридцать километров отсюда. Но вы действительно собираетесь... — он не договорил, но Грин уже отвернулся и быстрым шагом направился к своей палатке.***
Собирать вещи было делом нескольких минут. Грин молча сложил рюкзак, бросил туда бутылку воды, нож и карту. Спрятал в пространственный карман бак с питьевой водой и необходимые лекарства. В голове у него крутились слова врачей. Каждый шаг, каждая мысль были как удар молота. "Обречены. Смертельная инфекция. Нет шансов." Но он знал, что шансы всегда есть, пока кто-то не сдаётся. Его пальцы на миг задержались на рукоятке ножа. Он вспомнил, как Тони говорил, что магия — это инструмент, который нужно использовать с осторожностью. Но сейчас это уже не имело значения. Если потребуется, он использует её. Даже если это раскроет его тайну. Грин вышел из палатки, оглянулся на лагерь. Волонтёры и врачи продолжали заниматься своими делами, не обращая на него внимания. Он задержал взгляд на детях, которые играли возле скважины, смеялись, радуясь простому потоку воды. Этот момент напомнил ему, почему он здесь. Почему он решил бороться. Солнце уже начало подниматься, заливая равнины ярким светом. Грин взглянул на горизонт, где его ждала неизвестность, и тяжело вздохнул. Это была не просто деревня. Это был шанс — для них и для него самого.***
Путь к деревне был долгим и тяжёлым. Сухая земля трескалась под ногами, раскалённое солнце обжигало кожу, а каждое дыхание приносило с собой горячую пыль. Но Грин не останавливался. Каждый шаг приближал его к месту, где он мог что-то изменить, где он был нужен. Эта мысль удерживала его от сомнений. Когда он наконец достиг границы деревни, его охватило чувство невыразимой тяжести. Всё вокруг выглядело мёртвым: пустые улицы, закрытые дома, покосившиеся крыши. Воздух был густым, насыщенным запахом гнили, который сразу ударил в нос. Грин невольно замедлил шаг, его тело напряглось. Он чувствовал, что это место буквально пропитано отчаянием. Он медленно вошёл в деревню. Никакого движения, никаких звуков, кроме собственного дыхания и стука сердца. Это была гнетущая тишина, способная пробраться под кожу. У каждого дома он ожидал увидеть кого-то, кто выйдет или закричит, но улицы оставались пустыми. Дойдя до центра деревни, он заметил первых жителей. Они выглядели так, будто сама жизнь уже покинула их тела. Мужчины, женщины, дети — все лежали или сидели на земле, их лица были серыми, кожа покрыта болезненными пятнами. Их дыхание было прерывистым, словно каждое движение давалось с неимоверным усилием. Они не звали на помощь, не пытались подняться, даже не смотрели в его сторону. Казалось, они уже смирились с тем, что их дни сочтены. Грин остановился, оглядывая это место. Он чувствовал каждую каплю боли, которая висела в воздухе. Его сердце сжалось. Он понимал, что обычные методы здесь не помогут. Эти люди не могли ждать помощи, которая, возможно, никогда не придёт. Ему нужно было действовать. Глубоко вдохнув, он закрыл глаза. Магия, которую он так долго сдерживал, начала пробуждаться. Он знал, что рискует: его магическое ядро всё ещё было поврежденным, и каждое использование силы приводило к откату. Но он не мог просто смотреть на это. Он не мог оставить их.***
Он подошёл к старику, сидевшему у стены полуразрушенного дома. Мужчина едва дышал, его глаза были затуманены, а кожа тусклая и болезненная. Грин опустился на колени рядом с ним. — Я пришёл помочь, — тихо сказал он на местном языке, чтобы успокоить старика. Мужчина медленно повернул голову, его взгляд был полон страха и боли, но в нём мелькнула крохотная искра надежды. — Кто ты? — прохрипел старик, едва разжимая губы. — Меня зовут Вилл, я целитель, — Грин решил скрыть своё имя, чтобы не вызывать лишних вопросов. — Позволь мне помочь тебе. Старик не ответил, но слабый кивок дал ему разрешение. Грин осторожно положил руку ему на плечо, концентрируясь на магическом потоке. Едва ощутимый свет начал исходить от его ладони. Магия проникла в тело старика, направляясь к источнику болезни. Он чувствовал, как разрушенные клетки постепенно восстанавливаются, как очищается кровь, как тело старика медленно оживает. Старик задышал ровнее, его лицо стало менее болезненным, а глаза обрели немного ясности. — Отдыхай, — сказал Грин, глядя, как мужчина погружается в сон. — Завтра ты почувствуешь себя лучше.***
Грин поднялся, направляясь к следующему жителю. Каждый раз он сначала говорил с ними, чтобы завоевать доверие, и только потом начинал лечение. Магия действовала медленно, и он использовал её очень осторожно, чтобы не перегрузить своё повреждённое ядро. "Пока всё спокойно," — подумал он, проверяя своё состояние. Магическое истощение пока не наступало. Это было хорошо. Он решил, что может продолжить так до вечера. Он подошёл к женщине с ребёнком на руках. Её лицо было мокрым от слёз, а ребёнок едва дышал. — Мы слышали о целителях, но никто не приходил, — тихо прошептала она, её голос дрожал от отчаяния.— Никто не хотел помочь. Мы думали, что боги нас покинули. — Я не бог, — с мягкой улыбкой ответил Грин, проводя рукой над ребёнком. — Но я сделаю всё, чтобы ваш ребёнок выздоровел. Он сосредоточился, направляя магию в тело ребёнка. Ему казалось, что он чувствует каждую каплю болезни, каждый очаг инфекции. Это был долгий процесс, но постепенно дыхание малыша стало глубже, его лицо расслабилось. Женщина разрыдалась от облегчения, крепко прижимая ребёнка к груди. — Спасибо... спасибо! — прошептала она, её голос дрожал от эмоций.***
День за днём Грин продолжал работать, с каждым человеком, которого он лечил, ощущая, как его силы тают всё больше. Он знал, что его магическое ядро не справляется с такими нагрузками, но каждый раз, когда его накрывала усталость, он напоминал себе лица тех, кого успел спасти. В конце концов, эти люди верили в него, когда никто другой не осмеливался даже приблизиться. На пятый день, уже измотанный до предела, Грин увидел, что деревня начинает оживать. Первые жители, ещё слабо передвигаясь, выходили из своих домов, помогая друг другу. Надежда, которая казалась потерянной, вновь пробудилась в сердцах людей. К полудню старейшины деревни собрались на центральной площади, чтобы поговорить с ним. Это было тихое и скромное собрание, но в их глазах читалась благодарность, которую трудно было выразить словами. Старейшина, мужчина с глубокими морщинами на лице и мудростью в глазах, первым обратился к нему: — Ты дал нам надежду, когда мы уже перестали верить в неё. Ты говоришь на нашем языке и творишь то, что никто не мог. Люди зовут тебя целителем из звёзд. Говорят, что небеса прислали тебя в нашу самую тяжёлую ночь. Грин стоял перед ним, чувствуя, как его сердце сжимается. Он понимал, что сделал для этих людей, но чувствовал и свою вину за то, что использовал магию, которая уже давно давала ему знать о своей хрупкости. — Я просто человек, который не мог пройти мимо, — тихо ответил он. — Вы сильнее, чем думаете. Я всего лишь напомнил вам об этом. Старейшина внимательно смотрел на него, затем протянул руку. Грин крепко пожал её, его взгляд оставался твёрдым. Он не считал себя героем, но если для этих людей его действия стали чем-то большим, чем он сам мог понять, он был готов принять это.***
Последние дни работы были не менее изнурительными. Каждое лечение отзывалось тупой болью под сердцем, но он не показывал этого жителям. Он не мог допустить, чтобы кто-то увидел его слабость. Он знал, что его присутствие здесь стало символом — и этот символ должен был оставаться сильным до конца. К десятому дню Грин почувствовал, что его силы подходят к пределу. Магическое ядро болело почти постоянно, а каждый вдох отдавался ломотой в груди. Но он выдержал, потому что видел, как болезнь постепенно отступает. Жители деревни снова улыбались, дети начали бегать, а взрослые начали убирать следы разрушений, оставленные болезнью. Старейшины решили устроить для него прощальную церемонию. Это было скромное, но очень трогательное событие. Люди приносили простые дары — маленькие амулеты, которые они считали оберегами. Грин принимал их с благодарностью, чувствуя, как эта связь с людьми укрепляет его дух.***
На следующее утро, когда солнце только начало подниматься, Грин стоял на краю деревни. Воздух был прохладным, а небо окрашивалось в розовые и золотые оттенки. Рядом с ним стоял старейшина, который, казалось, не хотел отпускать его. — Ты дал нам больше, чем просто жизнь, — сказал старейшина, глядя на горизонт. — Ты напомнил нам, что даже в самых тёмных временах есть те, кто готов прийти на помощь. Мы никогда не забудем твоего имени. Грин улыбнулся, скромно опустив голову. — Я рад, что смог помочь. Но теперь вам нужно продолжать самим. Вы сильны, и вы справитесь, — сказал он. — Если ты когда-нибудь снова окажешься в наших краях, знай, что здесь у тебя всегда будет дом, — добавил старейшина. Эти слова согрели сердце Грина. Он кивнул, не находя слов, чтобы выразить свою благодарность за их искренность.***
Покидая деревню, Грин чувствовал лёгкость, которую давно не испытывал. Да, его тело было измождено, а магическое ядро продолжало болеть, но душа обрела покой. Он знал, что сделал всё, что мог, и теперь готов был двигаться дальше. Когда он добрался до точки, где его должен был забрать транспорт фонда СтаркИн, Грин ещё раз обернулся, глядя на далёкие крыши деревни. Эти люди научили его тому, что настоящая сила заключается не только в магии, но и в готовности бороться, даже когда всё кажется потерянным. Глубоко вдохнув, он повернулся к горизонту. Новые испытания ждали впереди, но он чувствовал себя готовым к ним. Теперь он знал, что способен не только бороться со своими внутренними демонами, но и приносить свет туда, где его больше всего не хватает.
