Точки соприкосновения (만지는 점들)

Я лежал на холодном полу танцевального зала, сливаясь с темнотой. Она тянула меня вниз, к себе, словно хотела удержать. Из окна падали тени от цветных вывесок, доносился шум проезжающих мимо машин. Но в этом всём было что-то притягательное. В этом всём была жизнь. Я поднялся, подошёл к окну. И посмотрел вниз на проезжающие машины. Посмотрел на проходящих мимо людей. На суету, на вечно неспящий Сеул. И мне захотелось стать частью этой жизни. Мне захотелось снова стать живым. Снова улыбаться. Мне захотелось танцевать. Я не хотел убегать от боли. Я хотел, чтобы она отпустила меня... Провел рукой, разрезая воздух. Повернулся, шагнул влево. И резкий поворот вправо. Потом снова замедлился... Тело скользило будто не по воздуху, а по воде. И резкий выпад вперёд. Остановился. Закрыл глаза, прислушиваясь к своему телу. А потом снова стал двигаться, не открывая глаз. Движения были плавными. Я дышал этим танцем, высвобождая боль, запертую внутри. Этот танец... Он был больше, чем слова. Этот танец... Он был жизнью. Я двигался навстречу ритму собственного сердца. И в этом момент я понял: я снова дышу. Я снова живу. Внезапная вспышка света ослепила меня. Я закрыл глаза рукой, прищурился. В дверях стоял Минхо. - Почему ты ещё здесь? – растерянно спросил он, - Поехали домой. Я тяжело вздохнул и сел на пол. - Езжай без меня. Я ещё немного здесь побуду. - Зачем? Что будешь делать? Я растерянно пожал плечами. - Просто побуду здесь. Минхо тяжело вздохнул. - Ты собрался тут ночевать? – устало спросил он. - Может, и заночую. - Где? – недовольно спросил Минхо, - Собрался спать на полу? - Зачем на полу? – удивился я, - На диване посплю. Минхо снова тяжело вздохнул и подошёл ко мне ближе. Сел рядом, обнял со спины, положив голову мне на плечо. - Сколько ещё ты будешь над собой издеваться? – прошептал он. Я молчал. - Хёнджин, ты нам нужен. Без тебя мы не справимся. - Я скоро к вам вернусь, - прошептал я, - Дай мне ещё немного времени. - Времени больше нет, - устало сказал Минхо, - Завтра ночью улетаем в Японию. - Я успею, - решительно произнёс я, - Успею восстановиться до мирового тура. Я тебе обещаю. В мировом туре я страдать не буду. Я буду сильным. Обещаю тебе. Минхо сильнее прижал меня к себе. - В мировом туре можешь страдать, - почти шёпотом сказал он, - Там все будут страдать. Потому что будет очень тяжело. Я улыбнулся. - И ты будешь страдать? – спросил я. - Я в первую очередь. Я рассмеялся от его слов. Затем тяжело вздохнул и расслабил спину. Объятья Минхо согревали меня и придавали сил. Закрыл глаза. И почувствовал, как Минхо осторожно поправил мне волосы. - У меня для тебя хорошая новость, - внезапно сказал Минхо. Я улыбнулся, но глаза не открывал. - Что за новость? – спросил я. - Ты похудел. Я снова рассмеялся от его слов. - Но есть и плохая, - добавил Минхо. - Какая? – продолжая улыбаться, спросил я, - Я плохо выгляжу? - Ты хорошо выглядишь. - Что тогда? - У меня появился седой волос. Я открыл глаза и растерянно посмотрел на Минхо. - Из-за чего? – удивился я. - Из-за тебя, - недовольно сказал Ли Ноу, - Поседел, как увидел тебя в ванной, лежащим на полу. Я виновато опустил взгляд. - Прости, - прошептал я. - Больше так не делай. Я долго молчал, только слушал его дыхание у себя за спиной. Потом кивнул. - Больше не буду, - прошептал я, и сам не понял, кому обещал - ему или себе. А потом резко соскочил. - Покажи седой волос, - с улыбкой сказал я. Потянулся к его волосам, но Минхо схватил меня за руки. - Не покажу, - улыбаясь мне в ответ, произнёс Минхо. Я снова засмеялся. Минхо резко прижал меня к себе, заключая в объятья. - Хёнджин, - протянул он, - Не оставляй меня больше, ладно. Ты мне нужен. Я обнял его в ответ. И слёзы сами потекли из глаз. Минхо услышал, как я хлюпнул носом. - Да хватит плакать, - недовольно сказал он. - Прости, - произнёс я, но губы дрогнули в улыбке. Минхо отпустил, но не отстранился. Он посмотрел на меня, поправил волосы и стёр слезу с моей щеки. Мягко улыбнулся, а потом потрепал меня по голове. - Какой же ты дурак, - сказал он с серьёзным лицом. Но я видел, что его губы дрогнули в улыбке. - Хочется что-то пожевать, - зевая, произнёс он, - У тебя же есть печеньки, да? - Какие печеньки? – растерянно спросил я. - Ну, те. Которые Феликс тебе приготовил. - Это брауни. Минхо недовольно закатил глаза. - Плевать, как они называются, - сказал он, - Ты же всё равно не будешь есть. Так отдай мне. Я недовольно поджал губы. - С чего ты взял, что я не буду есть? Минхо усмехнулся. - Где ты их прячешь? В сумке, да? - Эй! – возмутился я, - Не трогай мои брауни! Внезапно дверь открылась, и в танцевальный зал заглянул Бан Чан. - А вы почему ещё здесь? – растерянно спросил он, - Домой не едете? - Сейчас поедем, - ответил Минхо. Бан Чан посмотрел на Минхо, потом на меня. - Поели? – обеспокоенно спросил он. - А ты поел? – спросил Минхо в ответ. - Сейчас собираюсь поесть. В зал заглянул Сынмин. - О, Хёнджин, - улыбнувшись, сказал он, - Ты воскрес из мёртвых что ли? Я смутился. - Можно и так сказать, - произнёс я. Сынмин улыбнулся. - Пошлите есть, - улыбнувшись, сказал лидер группы, - А потом домой поедем. Поздно уже. - Хорошая идея, - произнёс Минхо, вставая с пола, - Пошли, Джини. - Я не пойду. Минхо замер. Затем посмотрел на меня. И в его взгляде я увидел тревогу. - Тебе больше некуда худеть, - обеспокоенно сказал он, - Ты и так уже на пределе. Я смущенно опустил глаза. - Да я просто поел около часа назад. Минхо тяжело выдохнул. - А почему меня не позвал? – недовольно спросил он. Я растерянно пожал плечами. - Не знал, где ты шляешься. Минхо недовольно покачал головой. - Надо было позвонить, - сказал он, - Я бы пришёл. - В следующий раз позвоню, - виновато опустив глаза, произнёс я. - Минхо, пошли, - подгонял Бан Чан, - А то я сейчас умру от голода. Минхо пошёл к выходу. В дверях обернулся, проверяя меня. Я улыбнулся и помахал ему рукой. Ли Ноу усмехнулся и вышел. Когда дверь за ним закрылась, я ещё долго смотрел туда, где только что стоял Минхо. Его усмешка всё ещё стояла у меня перед глазами, но за ней я видел другое - тревогу, заботу, усталость. И в этот момент я понял: каким бы строгим и резким он ни был, он всегда возвращается ко мне взглядом. Всегда проверяет, остался ли я здесь. И это знание согревало сильнее любых объятий. Я почувствовал, как завибрировал телефон в кармане. Достал, проверяя. И увидел, что пришло сообщение от Киры. Сердце пропустило удар. Хотел проигнорировать… Хотел сделать вид, что мне всё равно. Но не смог. В глубине души я ещё цеплялся за мысль, что она всё-таки помнит обо мне. Поэтому открыл сообщение. «Прости. Я думала, что у тебя есть другая девушка, поэтому разозлилась. Прости меня, если сможешь. Мне очень стыдно.» Тяжело вздохнул и отвёл взгляд в сторону. Часть меня хотела ей ответить. Хотела простить. Но моя гордость... Гордость хотела послать всё к чёрту. Но я не могу быть тем человеком, кто хладнокровно вычёркивает людей из своей жизни... Поэтому я набрал её номер. Пошли губки. Кира ответила, и я увидел её на экране телефона. Злости не было. Была обида. Горькая, жгучая. Но я не хотел пугать её. Она не должна знать о той тьме, через которую я прошёл. - Кира, - голос прозвучал хрипло, сдержанно, - Какая ещё другая девушка? Ты серьезно? - И тебе привет, - покраснев, произнесла Кира, - Хорошо выглядишь. Я убрал волосы с лица, пытаясь скрыть своё напряжение. Какая, к чёрту, разница, как я выгляжу, если всё рушится? - Не уходи от ответа, - сказал я твёрже, - Какая ещё другая девушка? - Мне сказали, что у тебя есть другая девушка, - виновато произнесла она. - Кто сказал? Повисла тяжёлая пауза. Кира не спешила с ответом. Она думала. А я ждал, не отводя взгляд. - Это неважно, - ответила Кира. Я тяжело вздохнул. Сколько ещё она будет отталкивать меня? Сколько ещё я буду терпеть? - Почему ты веришь кому угодно, кроме меня? – в голосе сорвалась боль, - В любом случае, я знаю, что это Джисон сказал тебе. - Откуда ты знаешь? – удивилась Кира. - Он сам мне вчера рассказал, когда пришёл извиняться. А теперь, видимо, он извинился перед тобой. Поэтому ты мне написала. - Ты злишься на него? - Нет, - уверенно сказал я, - Я не злюсь на Хана. Его чувства мне более, чем понятны. - Значит, ты злишься на меня? – обеспокоенно спросила Кира. - На тебя я тоже не злюсь. Я опустил взгляд. Сжал кулак так сильно, что ногти впились в кожу. Внутри будто кто-то кричал. - Я злюсь на себя, - устало сказал я, - Проблема не в том, что Хан сказал тебе, а в том, что ты поверила. Значит, я дал тебе повод усомниться в себе. Я дал тебе повод думать, что могу изменять тебе, не смог доказать, что мои чувства к тебе искренние. Я причинил тебе боль. Так что виноват здесь только я. И мне нести за это ответственность, а не тебе и не Хану. Это только моя вина. - Нет, Хёнджин, - растерянно произнесла Кира, - Ты не виноват. В этом нет твоей вины. - Нет, это моя вина, Кира, - уверенно сказал я, - Я знаю, что наши отношения начались не лучшим образом. Мне до сих пор стыдно за то, что я нагрубил тебе на фотосессии. - Ты все ещё переживаешь из-за этого? – удивилась она, - Да забудь уже. Столько времени прошло. - Я не могу об этом забыть. Нет, я не должен об этом забывать. Я повёл себя как идиот. Именно тогда у тебя сложилось неправильное представление обо мне. Да, я обманул тебя. И продолжал обманывать, потому что не мог в открытую сказать тебе о своих чувствах. Но когда я решил тебе признаться, когда я признался тебе в своих чувствах, в тот момент я решил, что больше никогда не буду обманывать тебя. Потому что я знал, что, если обману тебя, то потеряю. Но было уже слишком поздно. В тот момент ты больше не верила мне. Я опоздал. Это моя вина. - Всё было не так. Я верила в твои чувства, - её голос был мягким, но в груди у меня только сильнее защемило. - Очевидно, что этого было недостаточно, - с горечью сказал я, - Раз ты так просто поверила Хану. Я же видел, что что-то происходит, я знал, что ты что-то задумала, но не остановил тебя. Даже тогда, когда я видел твои слёзы, я ничего не сделал. Я испугался и просто сбежал. Я не должен был убегать. Я поступил незрело. Я видел, что тебе плохо, но ничего не сделал. Так как ты можешь говорить, что я не виноват? Слова сами вырывались, а остановиться я уже не мог. Грудь сжимала боль, дыхание сбивалось. - Я не знаю, почему ты извиняешься передо мной, - продолжил я, чувствуя, как голос дрогнул , - Это я должен перед тобой извиняться, но я даже этого не смог сделать. Я просто сбежал от проблемы как трус. Я жалок. Глаза Киры покраснели. - Перестань! – выкрикнула она, - Зачем ты это делаешь? Зачем ты так говоришь? Хватит убивать себя. Я знаю, что ты заперся в ванной. Что ты собирался с собой сделать, а? Что ты собирался с собой сделать, Хёнджин?! Я отвёл глаза в сторону, пытаясь скрыть своё смущение. Да, мы близки, но... Есть вещи, которыми я не хочу с ней делиться. И это одна из них. Моя боль принадлежит только мне... - Я ничего не собирался с собой сделать, - тихо сказал я, - Просто хотел побыть один. Знаешь, очень сложно остаться одному, когда живёшь с семью парнями. А мне просто нужно было время, чтобы побыть одному и немного подумать. Что в этом такого? - Ты плакал? – с тревогой спросила она. Я снова смутился и опустил взгляд. - Я больше не буду плакать, - прошептал я, - Я буду сильным. Ради тебя. - Я не хочу, чтобы ты так доводил себя. Ты всех перепугал, Хёнджин! - Прости, что заставил тебя волноваться, - виновато сказал я, - Я не думал, что ты об этом узнаешь. Но мне уже лучше. Все благодаря Минхо. - Минхо? – удивилась Кира, - При чем здесь он? Мои губы дрогнули в улыбке при упоминании его имени. - Он очень сильно помог мне, - уверенно ответил я, - Мне нужно было выговориться, а Минхо умеет слушать. - Правда? Мне кажется, ему вообще все равно, что происходит вокруг. - Это не так, - улыбнувшись, произнес я, - Минхо кажется безразличным и отстранённым, но он совсем не такой. Просто он по-другому проявляет свои чувства. Когда мне нужно выговориться, нет никого лучше, чем Минхо. Он может долго слушать, не перебивая. Да, он бывает груб в своих высказываниях, но всегда говорит правду. Он никогда не скажет что-то вроде «Забей, все будет хорошо», он вообще редко даёт советы. Обычно он даёт мне возможность самому прийти к выводу, не навязывая свое мнение. И Минхо умеет решать проблемы, даже самые критические. Поэтому он был первым человеком, с которым я захотел поговорить. - Он у вас что-то вроде психолога? – удивилась Кира. Я улыбнулся от её слов. - Да, когда находится в своей спокойной стадии, - сказал я. Психолога? Нет, Минхо на это не согласиться. Скорее, он придушит меня. - Но ведь Феликс твой лучший друг. Почему ты не поговорил с ним? - Я поговорил с ним, но в последнюю очередь. - Почему? – удивилась Кира. - Феликс слишком эмоциональный, - улыбаясь, сказал я, - Он бы заплакал ещё в начале моего рассказа, не дав мне договорить. Тогда мне бы пришлось успокаивать его. А я сам тогда был не в лучшем эмоциональном состоянии. Поэтому решил поговорить с ним после того, как обсудил свои проблемы с другими парнями и более менее успокоился. В любом случае, я благодарен каждому за поддержку. Мы как настоящая семья. Наверно, в этом наша сила. - Я рада, что рядом с тобой есть люди, готовые всегда поддержать тебя. Я посмотрел на Киру, и в моём сердце зажглась надежда. Позволит ли она мне снова стать частью её жизни? - Мне бы хотелось, чтобы ты стала одним из таких людей, - сказал я, но голос дрожал, - Я знаю, что тебе тоже сложно, но мы можем стать поддержкой друг для друга. Если ты перестанешь отталкивать меня и позволишь стать для тебя близким человеком. - Что это значит? – удивилась Кира. - Если ты не против, давай снова будем вместе, - улыбнувшись, произнёс я, - Я обещаю, что стану лучше. Кира застыла, растерянно смотря на меня. Я почувствовал, как пальцы дрожат, сердце бьётся слишком быстро. Я ждал её ответа и боялся его услышать. Одно слово могло подарить мне жизнь или окончательно уничтожить. Но обратной дороги не было... - Значит, у тебя правда нет другой девушки? – спросила Кира, переводя тему, - Её правда нет? Я горько усмехнулся. - Да какая вторая девушка, Кира? – устало спросил я, - Где бы я нашёл на нее время? Я уже не помню, когда в последний раз высыпался. Не помню, когда в последний раз нормально ел. У меня всё тело болит от бесконечных тренировок, и голова раскалывается от музыки. Я просто хочу упасть и ничего не делать. Но я не могу. Ещё мне нужно находить время на тебя и на общение с фанатами через Bubble. Хотя туда я редко захожу в последнее время. - Неужели тебя все ещё преследуют хейтеры в Bubble? – обеспокоенно спросила Кира. - Это не твои проблемы, - уверенно сказал я, - Не думай об этом. - Почему компания не защищает тебя? – с непониманием спросила она, - Это уже давно перешло все границы. - Мне приятно, что ты переживаешь за меня, - улыбнувшись, ответил я, - Но не уходи от темы. Так ты будешь снова со мной встречаться? Я смотрел, не отводя взгляд. Я ждал. И от этого ответа зависело всё... В этот раз я позволял ей решать за меня. - А кем была твоя бывшая девушка? – неожиданно спросила Кира. Я сжал руку в кулак, пытаясь остановить нарастающее раздражение. - Какое отношение это имеет к делу? – недовольно спросил я. - Мне важно это знать. - Это было давно, и уже не имеет значения, - уверенно сказал я, - Я с ней не общаюсь, так что у тебя нет повода ревновать. Опять Кира говорит о моей бывшей... А я... Я уже давно о ней не думаю. Уверен, она тоже даже мысленно не возвращается ко мне. Может, она и вовсе забыла о моём существовании. Пусть так. Мне всё равно. Наша любовь была яркой, но короткой. Как вспышка. Сверкнула и исчезла. Но, от чего-то, призрак нашей любви продолжает летать где-то в воздухе. И его замечают все, кроме меня. А мне уже давно все равно. Я даже не успел до конца к ней привязаться, поэтому мне было легко её отпустить. - Она же айдол, да? - Да. - Как её зовут? - Она просила меня не говорить. Не хочет, чтобы кто-то знал. - Это Карина, да? – не отпускала Кира. - Нет, не Карина, - уверенно сказал я, - Другая девушка. И хватит уходить от темы. Ты должна ответить мне сейчас. - Так ты все равно в тур улетаешь. Скажу, когда вернёшься в Сеул. Ногти впились в кожу слишком больно. Я вдохнул, пытаясь успокоиться, но знал: терпение на исходе. - Я не могу так долго находиться в состоянии неопределённости, - недовольно сказал я, - Если не хочешь быть со мной, то так и скажи. Зачем оттягивать неизбежное? Мои глаза горели, а тело будто сжималось в комок от внутреннего напряжения. Я смотрел на неё, буквально умоляя, требуя ответа, и одновременно боялся услышать отказ. - Нет, я хочу быть с тобой, - уверенно произнесла Кира, - Но меня пугает будущее. Как я буду без тебя все это время? Когда ты там возвращаешься из своего тура? - В конце июля. - В конце июля?! – воскликнула она, - Это слишком долго. Я усмехнулся, с трудом сдерживая дрожь в груди. - Я буду звонить тебе, - пообещал я, - Я тебя не оставлю. Только дай мне ещё один шанс. Она тяжело вздохнула. - Хорошо, - согласилась Кира, - Давай снова попробуем. Я едва сдерживал волну счастья, переполнявшую меня. - Ты не пожалеешь, - сказал я, сжимая кулаки, с каждым словом впуская в неё всё своё желание и обещание. И на мгновение всё вокруг исчезло. Остались только мы и этот момент. Весь мир мог рухнуть , но мы держались друг за друга. Крепче, чем когда-либо. Внезапно Кира замерла и растерянно посмотрела куда-то в сторону. - Хёнджин, там... – нерешительно произнесла она. - Что? – удивился я.. - Позади тебя. Я напрягся, выпрямляя спину. В груди что-то болезненно сжалось. - Что там? – с опаской спросил я, стараясь не поворачивать головы, - Призрак? - Нет, не призрак. Обернись. Я чувствовал, как по ладоням пробежал холодный пот, пальцы стали липкими, а колени будто налились свинцом. Сердце билось так быстро, что отдавалось эхом в висках. - Мне страшно, - обеспокоенно сказал я. - Да нет там ничего страшного, - улыбнувшись, произнесла Кира, - Просто обернись. Я нервно сглотнул. - Там точно не призрак? - Точно. Посмотри сам. Я медленно повернулся. Каждый миллиметр движения давался с трудом, будто кто-то держал меня за плечи. Холод пробежал по спине, и я чувствовал, как зубы непроизвольно начали стучать. Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. Ещё немного, и я резко встретился взглядом с чёрными глазами, мерцающими из тени прямо в нескольких сантиметрах от моего лица. Я вздрогнул так, что едва не выронил телефон из рук. - Черт, Минхо! – выкрикнул я, отшатнувшись, - Напугал! Что ты здесь делаешь? - Слежу за тобой, - спокойно сказал Ли Ноу, почти не моргнув. - Не надо за мной следить, - раздражённо бросил я, пытаясь скрыть дрожь в голосе, - Иди и следи за кем-нибудь другим. Я занят. - Что делаешь? – спросил Минхо. - Разговариваю по телефону. Минхо сел на корточки и заглянул в мой телефон. - Это она, да? Твоя девушка? – спросил он, разглядывая Киру, - Ну, привет, хулиганка. Или правильнее назвать тебя роковой женщиной? Вон как довела нашего Джини. - Свали уже, - недовольно сказал я, толкая друга в плечо. - Нет. Не хочу, - равнодушно произнес Минхо, садясь рядом, - Я хочу побыть с тобой. - Давай потом. Я занят. Минхо сидел рядом, прожигая меня взглядом. - Минхо, иди уже, - с раздражением сказал я. - Нет. Я недовольно поджал губы и убрал надоевшие волосы с лица. В голове начали бегать мысли. Я искал способ избавиться от Минхо. Понимал: так просто он меня с ней не оставит. Только не после того, что было. Теперь он будет следить за мной. - Кстати, тебя Бан Чан звал, - соврал я. - Правда? – удивился Минхо. - Нет, - раздражённо сказал я ему в лицо, - Просто уйди. - Тогда не уйду, - уверенно произнес Минхо. Я тяжело вздохнул. Что же, чёрт возьми, придумать? Он ведь правда не свалит. Так и будет сидеть тут, душа меня своей заботой. - Хорошо, - выдохнул я, - Ты можешь съесть моё печенье. Минхо радостно улыбнулся. - Вот это другой разговор, - произнес он, вставая, - Я пошёл. Я обернулся, проверяя, что Минхо точно вышел. Когда дверь за ним закрылась, Кира спросила: - Почему Ли Ноу всегда такой странный? Я улыбнулся. - Он просто беспокоится обо мне, - ответил я. - В этом есть что-то криповое, - озадаченно сказала Кира. - Вовсе нет, - улыбаясь, произнес я, - Ты просто его плохо знаешь. - Не думаю, что мы сможем подружиться. Он слишком странный для меня. - А ты ему понравилась, - признался я, - Он даже немного расстроился, когда мы расстались. - Удивительно. Я прикусил губу, чувствуя, как приятное тепло растекается по телу. - Так, значит, мы снова вместе? – улыбаясь, спросил я. - Да, вместе, - смутившись, ответила Кира, - Ты снова мой парень. Я покраснел от смущения. - Это лучшая новость за сегодняшний день. Кира улыбнулась, согревая меня своей улыбкой. Но краем уха я услышал тихие шаги в коридоре. - Не хочу тебя расстраивать, но мне нужно идти, - сказал я, - А то сейчас придёт не только Минхо. - Да, я понимаю. - Но я тебе скоро напишу, - пообещал я, - Только не игнорируй мои сообщения. - Обещаю, что больше никогда не буду игнорировать твои сообщения, - улыбнувшись, сказала Кира. Я улыбнулся ещё шире и отправил ей воздушный поцелуй. - Пока, пока, - прошептал я. - Пока, Джини, - смутившись, произнесла Кира. Я успел отключить звонок прежде, чем Бан Чан заглянул в танцевальный зал. - Поехали домой, - сказал лидер группы. - Ага, - тихо произнёс я, вставая с пола, - Едем. Я вышел из танцевального зала и столкнулся с Минхо. - Ты как? – спросил он. Я растерянно пожал плечами. - В порядке. - Зачем ты разговаривал с ней? Я отвёл взгляд, не желая ему рассказывать. - Тебе не о чем волноваться, - спокойно ответил я. Минхо опустил взгляд, выглядел напряжённым. Он явно метался между беспокойством и нежеланием лезть в мою личную жизнь. - Ты снова с ней? – тихо спросил он. Я молчал. Глаза забегали, ища спасения. Но я решил, что Минхо я врать не буду. - Если знаешь, зачем спрашиваешь? – прошептал я, не поднимая глаз. Минхо усмехнулся. - Ты бессмертный что ли? – недовольно спросил он. - Минхо, я... – растерянно начал я, но слова застряли в горле В груди всё сжалось. Я боялся, что он снова начнёт давить, требовать объяснений, а я не смогу ничего ответить. Сердце колотилось так сильно, будто хотелo вырваться наружу. Но вдруг Минхо сделал шаг вперёд и заключил меня в объятия. Слишком крепко, резко, почти болезненно - и в то же время так надёжно, что все мои страхи начали таять. Его руки держали меня так, будто я был единственным человеком, которого он не готов отпустить. - Ты же понимаешь, что я пришёл туда не из-за твоих печенек? – прошептал он мне на ухо, - Я пришёл туда из-за тебя. Я замер, чувствуя, как тревога внутри сменяется теплом. В его объятьях мне было комфортно. Потому что я знал: Минхо никогда не отпустит меня. - Я знал, что ты разговариваешь с ней, - продолжил шептать Минхо, - Поэтому не хотел оставлять тебя. Я боялся, что она снова тебя уничтожит. Я смутился и отвёл глаза, хотя он всё равно не давал мне отстраниться. - Она больше не ранит меня, - опустив глаза, сказал я, - Она обещала. Минхо прижал меня ещё сильнее. - Если что, я рядом, - сказал он тихо, но так твёрдо, что у меня не осталось сомнений. - Вы идёте? – растерянно спросил Бан Чан, - Или тут собираетесь ночевать? Минхо улыбнулся и отпустил меня. - Не знаю, как Хёнджин, - сказал он, - Но я спать стоя не умею. Я усмехнулся и толкнул его в бок. Минхо засмеялся, пытаясь увернуться. - Поехали, - произнёс я.

***

Оставался всего один день перед мировым туром. Сегодня ночью — вылет в Японию. Напряжение внутри росло, будто наэлектризованный ток. Руки дрожали сами собой, я не мог их остановить. Внутри кипела эйфория от предстоящих концертов, от встречи со Stay. Но рядом с ней сидел страх. Он сжимал горло, шептал: «Ты не справишься. Ты подведёшь их». Волосы были мокрыми, одежда липла к телу. Усталость ломала каждую мышцу, но я гнал себя дальше, снова и снова оттачивая движения. Танец должен быть идеальным. Я падал, но любовь Stay поднимала меня снова. Я резко остановился. Прикусил губу, стараясь взять себя в руки. Глоток воды — и вперёд. Музыка врывалась в голову, била по нервам, заглушала сомнения. И я танцевал. Из последних сил, на пределе дыхания, на грани срыва. Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. Дыши… Ты сможешь. Перед глазами возник Минхо. Его губы шевелились, но звук не доходил. - Что ты сказал? – спросил я, снимая наушники. - Ты поел? - А, да, - растерянно сказал я, - Поел где-то часа два назад. Минхо кивнул, слегка улыбнувшись, и снял рюкзак с плеча. - Ладно, - сказал он спокойно, - Тогда вместе потренируемся. Я почувствовал лёгкую дрожь в руках - не от усталости, а от того, что рядом был Минхо. Его присутствие как будто давало силу идти дальше. Мы начали разминаться. И краем глаза я заметил, как открылась дверь. Невольно повернулся и увидел в дверях женскую фигуру. - Йеджи? - растерянно спросил я, - Почему ты здесь? - К тебе пришла, - недовольно ответила Йеджи, - Поговорим? Я застыл на месте, не понимая, как реагировать. А затем перевёл взгляд на Минхо. Он игриво улыбался, медленно отдаляясь от меня. - Минхо? - протянул я, - Это твоих рук дело? Минхо резко дернулся и побежал к двери, громко смеясь. А ринулся за ним. - Минхо! Он выбежал из танцевального зала и хлопнул дверью. Я потянул за ручку, но он держал. - Минхо! - снова выкрикнул я, пытаясь открыть дверь, - Что ты делаешь?! Я услышал его смех за дверью. - Минхо! - взорвался я, ударив по двери, - Выпусти! Он продолжал смеяться. Я обернулся. Взгляд Йеджи был тяжёлым, и от этого мне стало ещё неудобнее. Я чувствовал, как жар поднимается к лицу, а смех Минхо только усиливал моё раздражение. Я снова ударил по двери. - Не оставляй меня с ней! - Хёнджин, - раздался голос Йеджи, - Сюда иди. Я нервно сглотнул и побежал прочь. Она ринулась за мной. - А, ну, стой, Хван! - раздражённо выкрикнула Йеджи. Мы несколько минут бегали по залу, пока Йеджи не схватила меня за футболку. Мне пришлось остановиться. - Ладно, ладно, - поднимая руки вверх, сказал я, - Сдаюсь. Взгляд Йеджи прожёг меня насквозь. - Зачем ты здесь? - устало спросил я, убирая волосы с лица. - А ты не догадываешься? Я тяжело вздохнул. - Говори уже. - Я беспокоилась о тебе, - недовольно сказала Йеджи, - Разве не очевидно? Я снова тяжело вздохнул. - Тебе не нужно беспокоиться обо мне. Занимайся своими делами. Йеджи недовольно скрестила руки на груди. - И притвориться, что не замечаю, как ты разрушаешь себя? - сорвался её голос. - Йеджи, - устало сказал я, - Почему ты беспокоишься обо мне? Я не твой брат. - Эй, Хван! Мы так давно знаем друг друга, что ты мне стал как младший брат. - Младший? - удивился я, - Я старше тебя, забыла? - А ведешь себя как ребёнок, - недовольно сказала Йеджи. - Что? - растерялся я, - Нормально я себя веду. Она нахмурилась. - По-твоему, лежать на полу в ванной в мокрой одежде - это нормально?! - взорвалась Йеджи. Я покраснел и смущённо отвёл взгляд. - Это личное, - тихо сказал я, - Ты не должна была узнать об этом. - Хёнджин! Я тяжело вздохнул. - Кто тебе сказал? - спросил я, чувствуя, как внутри пробуждается ярость. - Чанбин, да? - С чего Чанбину говорить мне о таком? Мы не близки. - Тогда кто? Назови мне имя, - потребовал я. - Минхо-оппа. Я замер на секунду. У меня внутри что-то дёрнулось, как будто в сердце вонзили иглу. - Минхо? - растерянно переспросил я. А затем нецензурно выругался. - Не смей при мне говорить такие слова, - грозно произнесла Йеджи. - Прости, - выдохнул я, закрывая лицо рукой, - Но Минхо? Зачем он рассказал тебе? Йеджи усмехнулась. - Говоришь так, будто у него был выбор, - произнесла она. - Я увидела вас в коридоре и сразу поняла, что с тобой что-то не так. Подошла и спросила. Минхо-оппа молчал. Она снова усмехнулась. - Конечно, он не хотел говорить, - продолжила она, - Уходил от ответа, пытался меня убедить, что ты в порядке. Но я же видела... Твой пустой взгляд. Ты... Йеджи устало закрыла глаза рукой. - Чёрт, Хёнджин! - снова взорвалась она, - Неужели ты думал, что я не замечу?! Я тяжело вздохнул. Мне было стыдно, что я втянул её в это. - Что он сказал тебе? - спросил я, боясь услышать ответ. - А ты не помнишь? - растерянно спросила подруга, - Ты же был там. Ты ничего не помнишь? Я снова тяжело вздохнул. - Я не слушал. Йеджи устало закрыла глаза. - Я заметила. Ты выглядел как зомби. Она остановилась, задумалась. - Нет, даже зомби живее тебя, - добавила Йеджи. - Прости, - виновато сказал я, - Мне жаль. Я не хотел, чтобы ты видела меня таким. Ещё один тяжёлый вздох. - Я просто хотел немного пострадать в одиночестве... - прошептал я. Йеджи схватила меня за плечо и резко встряхнула. - Эй, Хёнджин, - недовольно сказала она, - Я же не запрещаю тебе страдать. Хочешь страдать - страдай. Но почему ты не можешь страдать, сидя на диване? Или в постеле под одеялком? Почему обязательно нужно страдать на полу в ванной? Ещё и в мокрой одежде? А если почки застудишь? Ты совсем себя не бережёшь. Я усмехнулся. - Страдать на диване не получается, - произнес я, и губы дрожали от улыбки, - Особенно, если живёшь с семью парнями. - Я тоже живу в общежитии. И могу понять тебя. - Не сравнивай, - улыбнувшись, сказал я, - Ты не живешь со Stray Kids. Когда мы вместе, всегда происходит какой-то хаос. Мне это нравится и бесит одновременно. Именно поэтому я переживаю из-за мирового тура. Мы же всё время будем вместе... Наверняка, будем уставать друг от друга. - Вы же не деретесь, правда? - с тревогой спросила подруга. - Нет, конечно, - уверенно ответил я, - Мы же семья. Я замолчал. На секунду застыл, а потом отвёл взгляд в сторону. За окном мелькали яркие вывески, и их свет обжигал глаза. - А ведь когда-то нас было девять... - расстроенно добавил я. Йеджи тяжело вздохнула. - Вы с ним так и не общаетесь? Я наклонил голову набок. Слова застряли где-то в груди, и пришлось заставить себя выговорить их. - Это всё слишком сложно, - ответил я, - Но иногда я по нему скучаю. Скучаю, но не понимаю его. Я бы поступил по-другому. Я бы не смог быть таким как он. - Почему ты вообще себя с ним сравниваешь? - Потому что меня тоже выгоняли из группы... - почти шёпотом сказал я. Йеджи недовольно закатила глаза. - Эй, Хёнджин, тебя никто не выгонял из группы. Это был просто перерыв. - Перерыв? - с раздражением переспросил я, чувствуя, как внутри всё сжалось, - Это был не перерыв, а ссылка. Меня спрятали, чтобы своим видом я не раздражал Stay ещё больше. Слова вырвались слишком резко, и я шумно выдохнул, будто сбросил тяжёлый груз. - Ты даже не представляешь, что я чувствовал в то время... Йеджи посмотрела на меня мягко, но в её голосе прозвучала твёрдость: - Эй, Хёнджин, все нормально. Это в прошлом. Я упрямо покачал головой. - Это навсегда останется со мной, - произнёс я уверенно, чувствуя, как внутри заныла старая, ещё не зажившая рана. Йеджи устало закрыла лицо рукой, будто пыталась спрятать тревогу. - Просто пообещай мне, что будешь в порядке. Я молчал. Горло сжало, и слова никак не находились. Я хотел пообещать, но знал, что это будет ложью. - Постараюсь, - выдохнул я, едва слышно. - Вернись живым и невредимым из мирового тура, ладно? - в её голосе прозвучало столько беспокойства, что у меня кольнуло в груди. Я натянуто улыбнулся, стараясь успокоить её, а не себя. - Со мной ничего не случится. Йеджи наконец опустила руку и тоже улыбнулась — устало, но по-настоящему. На секунду между нами повисло молчание, тёплое и хрупкое, словно эта улыбка была нашей негласной клятвой. Йеджи ушла, и через пару минут вернулся Минхо с двумя стаканами кофе в руках. - Я купил нам кофе, - сказал он, протягивая мне стаканчик. Я улыбнулся. - Спасибо, - произнес я, принимая кофе, - Как раз то, что нужно. Отпил немного кофе, чувствуя горький вкус. Но обида все равно застряла где-то в горле. - Зачем ты рассказал Йеджи? - спросил я, пытаясь разобраться. Злиться на Минхо я не хотел, но и притвориться, что меня это не задело, тоже не получалось. Минхо тяжело вздохнул. - Прости, - тихо ответил он, - Я не хотел ей рассказывать, правда. Но я не умею с ней справляться. - Обязательно было рассказывать так подробно? - недовольно спросил я, - Мог бы просто сказать, что мне плохо. Зачем было рассказывать, что я лежал в ванной на полу? Это слишком личное. Минхо отвёл взгляд, машинально поправил волосы. Его плечи были напряжены, пальцы слегка дёрнулись, будто он сам не знал, куда их деть. Я смотрел на него и не узнавал — ведь Минхо всегда уверенный, сильный. А сейчас он выглядел виноватым и потерянным. - А что мне было делать? – устало спросил он, - Я переживал за тебя. Не знал как помочь. Подумал, что, если расскажу ей, она сможет до тебя достучаться. Я решил попробовать все варианты. Я выдохнул, долгим, усталым вздохом. Горечь кофе, горечь обиды, горечь бессилия — всё слилось во мне в один ком. - Ладно, проехали, - тихо сказал я. Я сделал ещё один глоток кофе и опустил взгляд в стакан. Пусть внутри оставался лёгкий осадок, я знал: возвращаться к этому больше не буду. Мы сели на диван, продолжая пить кофе. - Минхо, - тихо позвал я, - А Уджин тебе не писал? Во взгляде Минхо появилась растерянность. - Кто? Уджин? Нет, не писал. А что? Он написал тебе? Я отрицательно покачал головой. - Тогда с чего вдруг ты о нем вспомнил? - поинтересоваться Ли Ноу. - Просто интересно, как он сейчас. Минхо недовольно поджал губы. А зачем сказал: - Я слышал, что он занят сольной карьерой. Кажется, у него всё хорошо. Я слегка улыбнулся. - Я рад, - произнес я, - Может, пересечёмся на каком-нибудь концерте. - Нет, - резко сказал Минхо, - Не хочу его видеть. Я растерянно посмотрел на него. Минхо сидел, опустив голову. И крепко сжимал стакан в руке. - Ты на него злишься? Минхо устало выдохнул. - Я не знаю, - почти шёпотом ответил он, - Наверное, не злюсь, просто... Не хочу его видеть. Не после того, как он поступил с нами. Минхо откинулся назад, развалившись на диване. - В конечном итоге, в группе остались только те, кто верил в Stray Kids. Я отвёл взгляд и посмотрел на стаканчик кофе в руках. Лёд таял, медленно спускаясь по стенкам. - Но больше никто не покинет группу, - решительно сказал Минхо. - А если кто-то захочет уйти? Взгляд Минхо стал жёстким, почти суровым. Он наклонился вперёд, крепко сжимая стакан так, будто тот мог разлететься в его руках. - Даже если захочет, - его голос прозвучал твёрдо, почти как клятва, - Никто больше не уйдёт. Не позволю. Я замер, глядя на него. В этих словах слышалось не только упрямство, но и страх - такой сильный, что мне стало не по себе.

***

Остались считанные часы до вылета в Японию. Наш мировой тур наконец-то начинается. Я пытаюсь уловить в себе — радость ли это? Волнение? Или страх? Сердце бьётся чаще обычного, пальцы то и дело сжимаются в кулак, словно ищут точку опоры. С одной стороны, я жду этой встречи. Я снова увижу Stay — их лица, сияющие улыбки, услышу крики, в которых всегда чувствую заботу и веру. Это наполняет меня так, будто я становлюсь сильнее, чем есть на самом деле. Но… внутри всё равно есть тревога. Тревога, что я не справлюсь. Что подведу всех. Я чувствую, что до конца ещё не восстановился, а времени больше нет. Расписание давит, словно каменная плита, и я боюсь, что мне не хватит дыхания. Концерты в Сеуле были прекрасными, но изматывающими. А это ведь только начало. Впереди — двадцать концертов. Возможно, больше. Справимся ли мы? Справлюсь ли я? Я опустил взгляд и заметил фотоаппарат в руках. Ладонь чуть дрогнула. Вместе с этой дрожью — воспоминание. Кира. Парк. Её тихий смех, тёплый взгляд, её пальцы, пытающиеся отобрать у меня камеру. Вспышка света, и будто вся усталость отступает. Нет. Я не могу улететь, так и не попрощавшись с ней. Если не увижу её — мне не хватит сил пройти этот путь. - Чего завис? – с усмешкой спросил Хан, - Собирайся быстрее. - А, да, - возвращаясь в реальность, ответил я, - Собираюсь. Хан криво улыбнулся, а я снова метнулся по комнате, бросая в чемодан вещи без разбора. Но в груди росла глухая тяжесть. Нет. Я не хочу. Я не могу улететь, пока не увижу её. Снова замер, растерянно смотря на разбросанные по кровати вещи... В голове гулом звучала одна мысль: не полечу, пока не попрощаюсь с Кирой. В этот момент дверь приоткрылась, и в комнату заглянул Феликс. - Ты ещё не собрался? – удивился он. Я посмотрел на Феликса будто на спасение. - Что? – растерялся он, - Чего ты ждешь? Осталось чуть больше часа. Я соскочил с кровати и подбежал к нему. - Феликс, мне нужно уйти, - прошептал я. Он нахмурился. - Что? Куда? - К ней. Феликс недовольно поджал губы. - Невозможно, - сказал он, - Ты не успеешь. Пока доедешь, пока обратно… это уже час. А тебе же поговорить надо, а не просто посмотреть издалека. У тебя чемодан даже не собран. Джини, сиди. - Именно поэтому мне нужна твоя помощь. Собери мои вещи, - попросил я. Феликс растерялся. - Что? В смысле? Почему я должен собирать твои вещи? Руки дрожали. Я хватался за Феликса как за спасательный круг. Потому что понимал: никто другой не согласится. - Феликс, прошу, - умолял я, - Это важно. Я не могу улететь, не попрощавшись с ней. - Нет, я не могу, - недовольно сказал Феликс, - У меня нет на это времени. - Ты ведь уже собрал свой чемодан. - И что? Я вообще-то хотел сходить в душ. Волосы нужно уложить. - Да кто будет смотреть на твои волосы в аэропорту? – возмутился я. Феликс усмехнулся, но глаза его оставались жёсткими. - Репортёры будут смотреть, - сказал он, - Они-то точно придут, чтобы сфотографировать нас перед вылетом. - Феликс, прошу, - вцепившись в его руку, произнёс я, - Я должен увидеть её. Феликс отрицательно покачал головой. - Нет, Джини, не проси. Я не успею. Я уже готов был рухнуть, когда вдруг сзади раздался голос Хана: - Я соберу твои вещи. Я резко обернулся. - Иди к ней, - тихо, но твёрдо сказал он. - Ты правда это сделаешь? – не веря собственным ушам, спросил я. Хан сжал челюсти, будто борясь сам с собой. - Иди уже, - раздражённо ответил он, - Пока я не передумал. У меня внутри всё перевернулось. Я улыбнулся сквозь дрожь. - Спасибо, - прошептал я и выбежал из комнаты. Я знал: это решение далось Хану тяжело. Знал, что Кира всё ещё небезразлична ему. И оттого моя благодарность была в тысячу раз сильнее. Я вызвал такси и приехал к её дому. Позвонил и замер, прислушиваясь к гулкому биению сердца. Не от страха, что кто-то узнает, что я здесь. Нет. Я боялся другого — что она не откроет. Я не могу улететь в Японию, пока не попрощаюсь с ней. Разлука и так невыносима… Но уйти, не увидев её в последний раз, — ещё хуже. Когда дверь приоткрылась и показалась Кира, моё лицо само озарила улыбка. - Привет, - сказал я, - Прости, что так поздно, но я не мог улететь, не попрощавшись с тобой. Кира улыбнулась в ответ. - Заходи. Я зашёл в её квартиру. И теперь здесь было не так страшно... Но я всё равно немного нервничал. - Я ненадолго, - сказал я, словно оправдываясь, - Такси ждет меня снаружи. У меня через пять часов самолёт, и сейчас я должен собирать вещи вместе с остальными, но... Я хотел увидеть тебя, поэтому я здесь. - Я рада, что ты приехал. Я тоже хотела тебя увидеть. Она стояла передо мной в футболке и… кепке. Я моргнул, не сразу поверив. Кепка? Дома? Зачем ей дома кепка? Или она собирается куда-то идти? Тогда почему она в одной футболке? Она же не собирается так идти на улицу, правда? Я наклонился к ней. - Почему ты в кепке? – прошептал я. Кира на секунду растерялась. - Я часто хожу дома в кепке, - невозмутимо ответила она, - А ты так не делаешь? Я усмехнулся от нелепости её слов. - Нет, я так не делаю, - улыбаясь, сказал я. Я протянул руку и осторожно взялся за козырёк, намереваясь снять, но её реакция меня удивила. Она схватилась за кепку обеими руками, будто от этого зависела её жизнь. - Что ты делаешь? – растерянно спросил я. - Мне в кепке удобнее, - уверенно ответила она. - А мне она мешает. Я снова попробовал, но она вцепилась ещё крепче. В её пальцах была отчаянность. Я улыбнулся, но внутри сжалось сердце. - Кира. Что происходит? Она опустила взгляд. В её голосе мелькнула хрупкость, которую она так старалась скрыть. - Не смотри на меня. Я не накрашенна. - Это не важно, - уверенно сказал я, - Для меня ты всегда красивая. Кажется, она не поверила моим словам. - А если я заболею, то все равно останусь красивой? – спросила Кира. - Конечно. А что от этого измениться? Тебе же станет лучше. - А если я растолстею? – продолжила допрашивать она, - Что тогда? Бросишь меня? - Нет, - уверенно сказал я, - С чего вдруг? Это же все равно будешь ты. - Тебе вообще плевать, как я выгляжу? – недовольно спросила Кира. - Нет, мне не плевать. Но главное, чтобы тебе нравилось. Кира, ты правда думаешь, что я запал только на внешность? Это не так. Я не могу полюбить кого-то только из-за внешности. И надеюсь, что я тебе тоже нравлюсь не только из-за внешности. Кира улыбнулась. - Раньше ты мне нравился только из-за внешности. Но теперь внешность стала лишь приятным бонусом к хорошему характеру. Я смутился. - Со временем я стану ещё лучше, - пообещал я, - Я стану для тебя идеальным парнем. Достаточно идеальным, чтобы ты полюбила меня. - Хёнджин, - растеряно произнесла Кира, - Тебе не нужно быть идеальным. Ты и так мне очень нравишься. Просто будь собой. Просто будь собой... Просто... Проблема в том, что я уже не знаю, кто я. Ведь я всегда стараюсь соответствовать чужим ожиданиям, забывая о том, чего сам хочу. Так кто я такой? Айдол? Или просто парень, который устал от чужих ролей? Я не знаю, кем быть, когда софиты гаснут... - А как бы ты хотела, чтобы я выглядел? – вдруг вырвалось у меня. - Что? – Кира моргнула, не понимая, - Не знаю. Разве я могу решать? - Моя внешность мне не принадлежит, - горько усмехнулся я, - Я не могу решать, в какой цвет мне покрасить волосы или как подстричься. Но если бы мог... Каким бы ты хотела видеть меня? Она задумалась на секунду и тихо сказала: - Мне очень нравились твои розовые волосы. Чёрт... Ну, почему я нравлюсь ей именно таким? - Нет, только не розовые волосы, - я натянуто улыбнулся, - Я ненавидел эти розовые волосы. Вообще не люблю розовый цвет. - А какой цвет волос ты хотел бы для себя? С каким цветом тебе комфортно? Я на мгновение закрыл глаза, представив своё отражение. Настоящее. - Я хочу вернуть свои черные волосы. Они мне очень нравились, но фанатам нравятся светлые... Поэтому компания красит меня в светлый. - Тебе не нравятся твои светлые волосы? – удивилась Кира, - Но тебе так идет. Я провёл рукой по волосам, чувствуя, как они ломаются под пальцами. - Я просто устал. И меня расстраивает качество моих волос из-за постоянного обесцвечивания. Хочу немного отдохнуть и вернуться к натуральному цвету. В её глазах промелькнула тень грусти, и она прошептала: - Может, к следующему камбэку тебя снова покрасят в черный. - Пока не знаю. Я проверил телефон. Время продолжало ускользать, забирая у нас последние мгновения. - Время идёт слишком быстро, - с грустью в голосе сказал я, - Мне нужно идти. И я понял: больше нельзя тратить ни мгновения на слова. Я осторожно коснулся её козырька и, наконец, снял его с её головы. И в ту же секунду впился в её губы — страстно, жадно, эгоистично. Словно этот поцелуй мог удержать меня здесь, рядом с ней, вопреки всем рейсам, контрактам и обязанностям. Я шагнул ближе, прижимая её к стене, словно пытаясь стереть между нами любое расстояние. Моё тело жаждало её так же сильно, как душа — спасения. Я прижался к ней, требуя её любви, требуя доказательства, что она действительно моя. Пусть хотя бы на этот миг. Кира не сопротивлялась. Её руки сами обвились вокруг меня, и я почувствовал, как она тянется навстречу, отвечая на мою жадность своей. Она тоже не хотела отпускать. В этом поцелуе была вечность... Слишком короткая вечность, но единственная, что у нас есть. - Черт, - прошептал я, отстраняясь, - Мне правда нужно ехать. Давай продолжим, когда я вернусь. Ты только дождись меня. Кира усмехнулась. - Так говоришь, будто в армию уходишь. Я смущённо улыбнулся. - Не в армию, но все равно надолго. Поэтому дождись меня. Постарайся за это время не придумывать никаких новых девушек, или ещё непонятно что, идёт? - Не могу тебе обещать, - улыбаясь, сказала Кира, - Но постараюсь. Улыбка спала с моего лица. Почему она снова это делает? - Кира, - обеспокоенно произнёс я, - Отношения – это взаимодействие двух людей. Если у тебя будут какие-либо сомнения на мой счёт, если тебя будет что-то не устраивать в наших отношениях, скажи мне об этом. Поговори со мной, прошу. Не делай поспешных выводов. Не решай за меня, ладно? Я тоже состою в наших отношениях, и тоже имею права голоса. - Да, я поняла, - смутившись, произнесла Кира, - Не волнуйся об этом. Если я захочу тебя бросить, я сразу скажу тебе об этом. Я недовольно посмотрел на неё. - Хватит сопротивляться, - сказал я, - Ты моя, Кира. Моя. Она растерялась. - Что это значит? – недовольно спросила Кира, - В смысле «твоя»? Я своя. Я принадлежу только себе. Я улыбнулся и прижал её к себе. Крепко, чтобы она не смогла убежать. - Нет, теперь ты принадлежишь мне, - уверенно сказал я, - А я принадлежу тебе. Я улыбнулся ещё шире. - Радуйся: ты заполучила Хёнджина из Stray Kids. - Хёнджин! – возмутилась Кира, вырываясь. Я громко рассмеялся. - Разве ты не этого хотела? . - Мне не нужен Хёнджин из Stray Kids, - недовольно ответила она, - Мне нужен ты. - Я и есть Хёнджин из Stray Kids, - улыбаясь, сказал я. - Нет, - уверенно произнесла Кира, - Ты просто Хёнджин. Мой Хёнджин. От её слов мне стало тепло на душе. «Мой Хёнджин»... Теперь я «её Хёнджин». Да, вот, кто я. Её Хёнджин. Я наклонился и нежно коснулся её губ. Она ответила, прижалась ко мне. И в её объятиях я чувствовал себя сильным. Я чувствовал себя уверенным. Теперь я всегда буду сильным. Ради неё. Но время продолжало ускользать. И я не мог остаться. - Почему расставания всегда такие тяжёлые? – смутившись, спросил я, - Кто вообще придумал эти дурацкие расставания? - Тебе пора, - расстроенно сказала Кира, - Иначе ты опоздаешь на самолёт. - Но я вернусь, - улыбаясь, произнес я, - Обещаю, что скоро вернусь. Не грусти в моё отсутствие. Я буду каждый день писать тебе. - Хорошо, - смутившись, сказала Кира, - Я с нетерпением буду ждать каждое твое сообщение. Я снова коснулся её губ и быстро вышел из квартиры. Знал, что опаздываю. Знал, что могут быть проблемы. Но мне было всё равно. Я чувствовал себя сильным. Будто сегодня забрал из её квартиры часть себя, что оставил в прошлый раз. Я вернулся в общежитие, быстрым шагом зашёл в комнату. Хан уже ждал меня. - Чёрт, Джини! – возмутился он, - Почему так долго? Я уже собирался тебе звонить. - Прости, - виновато опустив глаза, сказал я, - Так получилось... Хан тяжело вздохнул. - Ладно, пошли, - произнёс он, надевая рюкзак на плечо, - Бери свои чемоданы. Я растерялся. - Чемоданы? – переспросил я. - Да, чемоданы. У тебя их два. - Почему два? – удивился я, - В один не влезло? Хан застыл. Задумался. - Но ты же любишь шмотки. Я растерянно смотрел, не понимая, о чём он. - Я подумал, что тебе понадобиться больше одежды, - пояснил Хан, - Поэтому собрал второй чемодан. - А, ладно... - Если бы ты пришёл ещё позже, я бы собрал и третий! – сорвался Хан. Я замер. Его слова ударили сильнее, чем я ожидал. В груди защемило. Я видел, как ему тяжело, как он прячет всё за злостью и шуткой. Я виновато улыбнулся, но улыбка вышла кривой. - Хан… - тихо произнёс я. - Спасибо. Он только отмахнулся, будто не хотел ничего слышать. Но я не мог отвести глаз: в каждой эмоции его лица, в напряжённых пальцах, в резком тоне — я чувствовал ту жертву, на которую он пошёл ради меня. И от этого благодарность становилась ещё тяжелее. Я прошёл к кровати и взял сумку. Заглянул внутрь, проверяя содержимое. Наушники, записная книжка, пенал, бальзам для губ, парфюм, фотоаппарат, кошёлек... Кажется, ничего не забыл. - Шевелись, - недовольно сказал Хан, стоя в дверях. - А, да, - тихо бросил я и, взяв свои вещи, пошёл к выходу. В коридоре уже все собрались. Бан Чан внимательно оглядел каждого. - Ничего не забыли? – спросил он, - Возвращаться не будем. - Подождите! – резко выкрикнул Сынмин, - Забыли! - Что? – растерянно спросил Бан Чан. Сынмин посмотрел на Минхо и усмехнулся. - Минхо забыл свою совесть, - сказал он. - Да твою мать! – выругался Минхо. Все громко рассмеялись. У Бан Чана пропищал телефон. Он достал его из кармана, проверяя. - Это менеджер, - сказал он, - Приехал. Выходим. Мы вышли из общежития и сели в машину. Напряжение внутри начало нарастать. Я знал: скоро мы увидим репортёров, и от этого было не по себе. Я не хотел внимания, просто хотел спокойно улететь. Но понимал – спокойно не будет. И от этого руки начали дрожать. Я сжал руки в кулак, пытаясь собраться. Знал: я сильный, я справлюсь. Но где-то внутри меня всё равно трясло. Ладно, я буду не один. Парни со мной. Я огляделся по сторонам, ловя их взгляды. Но каждый был погружен в свои мысли. Все молчали. Все переживали. Но я знал: вместе мы справимся. Вместе мы – Stray Kids. Машина подъехала к аэропорту, и из окна я увидел толпу фанатов, что ждала нас. Внутри всё сжалось, горло пересохло. Я не думал, что Stay будут здесь. Бан Чан тяжело вздохнул. - Всем держаться, - тихо, но уверенно сказал он, - Я знаю, что вы устали, но Stay об этом знать не нужно. Улыбайтесь и ведите себя вежливо. Чонин устало закрыл лицо рукой. - Я не смогу улыбаться, - прошептал он. Бан Чан посмотрел на Йени и промолчал. Но в его взгляде читалось: «У тебя нет выбора.» Дверь машины распахнулась. В тот же миг в лицо ударили вспышки камер — яркие, резкие, слепящие. Казалось, что каждая секунда превращается в десятки ослепительных взрывов света. Менеджер заглянул внутрь. - Готовы? – спросил он. Бан Чан кивнул. Но я знал, что даже он не готов. Мы делаем это ради Stay... Гул толпы накатывал волной как прибой. Крики Stay смешивались в единый оглушительный шум — имена, возгласы, слова поддержки, которые утопали в ревущем воздухе. Сердце сжалось, ноги будто налились свинцом. Я сделал шаг, выходя из машины. Stay продолжали кричать, но я уже не разбирал слов. Отвернулся, ища поддержки в лицах парней. Они шли уверенно, но я знал: всем тяжело. Мы встали на светофоре. Крики Stay, вспышки фотоаппаратов. Голова начала болеть, но я держался. Постарался улыбнуться, помахал фанатам. А потом загорелся зелёный свет... Сердце замерло. Но я пошёл, борясь с собой. Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. С каждым шагом я приближался к толпе всё ближе. И моё дыхание сбивалось. В тот же миг перед глазами вспыхнула ещё одна камера, и мне показалось, что я ослеп. Я моргнул, пытаясь собраться, и выпрямился, как умел. Улыбка. Вежливый кивок. Всё, как говорил Бан Чан. Но внутри меня трясло. Мы ворвались в толпу. Сразу почувствовал давление — не только моральное, но и физическое. Тело сжималось со всех сторон, как будто меня пытались втиснуть в узкий ящик. Воздуха катастрофически не хватало, каждый вдох давался с трудом. Менеджер, его ассистенты и охрана пытались создать вокруг нас коридор безопасности, но их усилий едва хватало. Фанаты тянулись к нам, тыкали в лицо телефонами, пытались дотронуться, забрать кусочек каждого из нас. Я натянул улыбку, но она была хрупкой как стекло. Для Stay я должен был быть сильным, спокойным, уверенным. Внезапно кто-то резко схватил меня за куртку и потянул на себя. Я дернулся, сердце замерло. Передо мной — девушка из толпы, глаза горят радостью. - Хёнджин! – прокричала она. Не успел я испугаться, как в ту же секунду ассистент менеджера оказался рядом, спасая меня. Вырвал меня из её рук. Секунда — и я снова свободен. Но внутри что-то лопнуло: страх, напряжение, мысль о том, что она могла утащить меня в толпу… Я обернулся к Бан Чану. Его взгляд был суров, брови сведены. Он видел всё, но молчал. И в этом молчании было понимание, сила и безмолвная поддержка. - Не останавливайся, - прошептал он. Я повернулся обратно, поджал губы и натянул улыбку, пытаясь убедить себя, что всё в порядке. Внутри всё ещё трясло, дрожь не уходила. Но я знал: Stay должны видеть только то, что я позволяю им видеть. И ради них я шагал дальше. Мы остановились в очереди на паспортном контроле. Вспышки камер били по глазам, крики Stay оглушали. Хотелось сбежать, спрятаться... Но нельзя. Нужно стоять и терпеть. Я устало опустил глаза, пряча их за ладонью. - Лицо не прятать, - скомандовал Бан Чан, - Стой и терпи. Stay пришли, чтобы посмотреть на нас. И мы должны быть благодарны. Я поджал губы, неохотно убрал руку. - Я благодарен, - сквозь зубы сказал я. Я перевёл взгляд на парней. Чанбин с усталым вздохом поднял голову вверх, Минхо прятался за маской, ища спасения, Хан нервно переступал с ноги на ногу, плечи Чонина подрагивали от напряжения. Сынмин пытался выглядеть спокойным, но я знал: внутри его всё кипело. Он держался ради нас. Феликс повернулся ко мне, проверяя, как я. Наши взгляды встретились. По его губам я прочитал: «Держись. Уже скоро». Мне стало чуть легче, но вспышки камер продолжали ослеплять, крики Stay били по ушам, тело дрожало, как струна под натяжением. Наконец подошла наша очередь. Парни показывали паспорта и билеты, а затем исчезали за поворотом, словно растворяясь в безопасной тишине. Мой черёд. Сердце колотилось, руки слегка дрожали. Я сделал шаг вперёд, показывая документы. Сотрудница улыбнулась и пропустила меня. Шаг. Ещё шаг. Каждым шагом я отдалялся от этого хаоса, от ярких вспышек, от сдавливающей толпы. И потом… наступила тишина. Тишина, такая внезапная и непривычная, что я на мгновение замер, прислушиваясь, будто боялся нарушить её своим дыханием. - Пошли, - поторопил меня Бан Чан, - Всё закончилось. Я устало выдохнул, позволяя плечам наконец расслабиться. Воздух снова стал моим, такой сладкий и привычный. Но в голове всё ещё гудел отголосок криков фанатов, будто их шум застрял где-то глубоко внутри, напоминая: это было только минуту назад, это было реально. Я сделал шаг вперёд и впервые за долгое время почувствовал: я всё ещё здесь. Я всё ещё держусь. Зашёл в зал ожидания и тут же плюхнулся на диван. Закрыл лицо руками, борясь с внутренним напряжением. Кто-то похлопал меня по коленке. Я убрал руки и посмотрел: рядом подсел Чанбин. - Всё хорошо, - тихо сказал он, - Мы справились. - Но в Японии тоже придётся идти по аэропорту... – напомнил Хан. Все замолчали. Понимали: это только начало. Сколько ещё будет таких проходок по аэропорту? Сколько ещё раз нам придётся пройти через это? - Давайте не будем думать о плохом, - натянув улыбку, сказал Чанбин, - Сейчас-то можно расслабиться. Я кивнул в знак согласия, но расслабиться не получалось. Я оглянулся по сторонам. Бан Чан уже сидел за ноутбуком, ища спасение в работе. Сынмин достал книгу и развалился в кресле, будто он король. Хан играл с кольцами на руках, пытаясь успокоиться, а Чонин сидел, погруженный в собственные мысли. Я посмотрел на рядом сидящего Чанбина. Его поза была напряжённой, зажатой, но он старался держаться. Я снова обернулся, ходя глазами из стороны в сторону. - А где Минхо и Феликс? – обеспокоенно спросил я, - Разве они не прошли паспортный контроль? Бан Чан тут же перестал печатать и поднял на нас глаза. - Где они? – спросил он спокойно, но голос дрогнул. - Да ушли куда-то, - равнодушно ответил Сынмин, - Может, в туалет пошли. Не знаю. Скоро вернутся. Бан Чан тяжело выдохнул. - Не разбегайтесь, - сказал он, - А то ещё вылет пропустите. Я достал из сумки наушники и включил музыку. Мелодия мягко нашёптывала, забирая меня из реальности. Я опустился на спинку кресла, закрыл глаза. Мне стало легче, спокойнее. Музыка дарила мне утешение. Внезапно почувствовал на себе тёплое прикосновение. Открыл глаза и увидел Минхо. Тот протянул мне стакан с кофе. Я снял наушники и растерянно посмотрел на него. - Я купил тебе кофе, - сказал он, - Выпей. Тебе поможет. Я принял кофе, но продолжал растерянно смотреть на друга. Минхо дал другие стаканы Чанбину и Чонину. А последний оставил себе. - А мне почему не купил? – возмутился Хан. Минхо недовольно закатил глаза. - Тебе Феликс купит, - сказал он, - Извини, но у меня только две руки. - Так надо бы мне купить в первую очередь, - продолжая возмущаться, произнёс Хан, - А потом уже остальным. - Не будь таким эгоистичным, - буркнул Минхо, - Сказал же, что сейчас Феликс принесёт. Он сел на соседнее кресло и отпил немного кофе, а потом поймал мой взгляд. - Почему не пьёшь? – спросил он, - Пей, пока не остыл. Я замялся, но сделал глоток кофе. Он был горячим, но сладким. Со вкусом карамели. Было вкусно и приятно одновременно. Я невольно улыбнулся. - Спасибо, - прошептал я. - Подумал, что тебе захочется чего-то сладкого, - спокойно сказал Минхо, - Надо же успокоить нервы. - О чем ты? – растерянно спросил Чанбин, - С Хёнджином что-то случилось? Минхо поставил кофе на журнальный столик и посмотрел на меня. - Я видел, как та фанатка схватила тебя, - сказал он, - Сильно испугался, да? Я отвёл взгляд, не зная, как реагировать. Минхо же был так далеко, как он успел это заметить? Неужели он всё время оборачивался, проверяя меня? - Да я даже не успел испугаться, - тихо произнёс я, - Всё произошло слишком быстро. - Какая-то фанатка пыталась утащить тебя? – обеспокоенно спросил Чанбин, - Жесть. - Да всё нормально, - ответил я, пытаясь убедить не столько их, сколько себя. Но в голове уже представил картину, как она утаскивает меня в толпу. Как меня бестактно трогают, лапают, тянут в разные стороны, разрывают. Как я кричу... От страха, от боли... А потом толпа поглощает меня. Тряхнул головой, пытаясь это развидеть. А потом отпил немного кофе. И почувствовал, как тепло растекается по телу. - Нет, это ненормально, - твёрдо сказал Минхо, - Она и правда могла навредить тебе, если бы ассистент менеджера не успел. - Да брось, - натянув улыбку, произнёс я, - Она бы ничего мне не сделала. Она же Stay. Stay любят нас, заботятся о нас. Они не могут нам навредить. Минхо усмехнулся. - Но твоя девушка тоже Stay, - напомнил он, - Однако её это не остановило. Я недовольно поджал губы, злясь на него. Но внутри что-то щёлкнуло. Я знал: Минхо прав. Как и всегда. Появился Феликс с кофе. - Кофе! – радостно крикнул Хан, срываясь с места. Феликс широко улыбнулся и протянул ему стакан. Потом подошёл к нам и поставил стакан на столик перед Бан Чаном. - Спасибо, - легко улыбнувшись, сказал лидер группы. И сделал глоток. - Сынмин, - позвал Феликс, протягивая стакан, - Это твой. Сынмин улыбнулся и принял кофе. Феликс подошёл к Хану. - Я тебе ещё шоколадку купил, - сказал он, доставая батончик из кармана. Хан засиял от счастья. А потом перевёл взгляд на Минхо. - Учись, - произнёс он. Минхо недовольно закатил глаза. - Сам себе шоколадки покупай, - сказал он. Чонин рассмеялся. И от его смеха стало легче. Напряжение начало уходить. Время пролетело незаметно, и вот мы уже в самолёте. - Садись у окна, - тихо сказал Бан Чан. Я улыбнулся. - И так собирался сесть к окну, - произнёс я. Бан Чан улыбнулся в ответ, пропуская меня. Я опустился в кресло, ощущая, как мягкая ткань обнимает спину. Взглянул в окно — улица окутана темнотой, но сквозь тьму пробивались огни Сеула, будто маленькие свечи, дрожащие в ночи. Они казались далекими, успокаивающими, и я ненадолго забыл обо всём. Откинулся на спинку кресла, закрыл глаза и почувствовал, как усталость медленно спускается на плечи. Тёплый, мягкий ритм самолёта убаюкивал, напоминая сердце, которое бьётся ровно и спокойно. Сон начал медленно затягивать меня в свои объятия, и мир вокруг растворился. Но внезапно кто-то задел меня локтем. Я дернулся, открывая глаза. - А, прости, - виновато сказал Бан Чан, слегка наклонившись. - Ничего, - прошептал я, ощущая тепло его присутствия рядом, - Всё нормально. И уже через секунду я почувствовал, как мягкая волна сна накрывает меня полностью, унося куда-то между огнями ночного Сеула и тихим, ровным гулом самолёта. Всё стало далеким и спокойным, словно весь мир сжал руки и тихо шепнул: «Отдыхай».

***

Меня взбудоражил резкий голос. В самолёте объявили, что мы подлетаем к Токио. Я нехотя открыл глаза, потянулся, чувствуя, как тело ещё цепко держится за сон. Посмотрел на сидящего рядом Бан Чана — тот спокойно читал, будто весь мир вокруг его не касался. - А ты не спал? – растерянно спросил я. - В отеле посплю, - улыбнувшись, ответил он. Вдруг раздался какой-то хруст, и в нос ударил знакомый запах чипсов. Я невольно наклонился к переднему креслу. - Эй, Феликс, - тихо позвал я, - Кажется, кто-то есть чипсы. Феликс выдавил смешок. - Это Хан, - сказал он, - Хан ест чипсы. - Да что такого? – возмутился Хан, - Уже поесть нельзя? Я рассмеялся. - Ты опять что-то жрёшь? – спросил Минхо, вылезая в проход, - Почему ты всегда что-то жрёшь? - Но я голодный, - пытаясь оправдаться, ответил Хан, - Что в этом такого? Минхо недовольно закатил глаза. А затем посмотрел в свой телефон. - Чёрт, - тихо выругался он, - Я из-за тебя уровень проиграл. Хан наигранно рассмеялся. - Так тебе и надо, - сказал он. Минхо недовольно скрестил руки на груди. - Потище там, - возмутился Чонин, - Чанбин ещё спит. - Пусть просыпается, - отозвался Бан Чан, - Мы уже подлетаем. Минхо недовольно поджал губы. - Мы ещё даже в Японию не прилетели, - проворчал он, - А вы уже меня все бесите. Сидящий рядом с ним Сынмин рассмеялся. - Терпи, Минхо, - сказал он, - Это только начало. Минхо натянул маску на лицо, пытаясь спрятать раздражение, а я снова не смог сдержать смех. Самолёт приземлился. И мы начали готовиться к выходу. Парни выходили в проход, забирая свои сумки. Я тоже собирался встать, но Бан Чан не пускал. Сидел, погружённый в собственные мысли. - Бан Чан, - позвал я его. - Иди первым, - тихо сказал он. Я растерялся. - Бан Чан, - снова позвал я, - Выходи. - Хёнджин, иди первым, - с нотой раздражения сказал лидер группы, - А я сразу за тобой. Я усмехнулся. - Так как я выйду первым? – улыбнувшись, спросил я, - Выпусти меня. Бан Чан будто очнулся и растерянно посмотрел на меня. - А, точно, - сказал он, - Да, прости. Я просто задумался. Он вышел в проход, выпуская меня. Хан обернулся на нас. - Бан Чан, ты чего? – усмехнувшись, спросил он, - Затупил что ли? Лидер группы смущённо опустил взгляд. - Оооо, Бан Чан перегрелся, - радостно протянул Сынмин. - Что-то рано, - улыбаясь, сказал Минхо, - Это только начало тура. - Да хватит, - смущаясь, произнёс Бан Чан, - Это не смешно. Все рассмеялись. Мы вышли из самолёта. Токио встретил холодной прохладой и мягким утренним светом. Было раннее утро, поэтому в аэропорт пришло не так много фанатов. Мы смогли спокойно выйти, не испытывая лишний стресс. Всего несколько фотографий, натянутые улыбки фанатам и помахать рукой. Ужасно хотелось спать. Перелёт был слишком коротким, и организм требовал разрядки. Но надо держаться. Это наша работа. Мы знали, на что идём. Ещё пару часов в дороге, и вот мы уже в отеле. - Если кто-то хочет поесть, на первом этаже есть ресторан, - сказал менеджер Пак. Я посмотрел на него. Он выглядел таким же уставшим, как и мы. Таким же замученным. С одной только разницей – ему не нужно улыбаться по команде. Но это не значит, что ему легко. Нет, ему, возможно, даже тяжелее. - Не знаю, кто как, - мягко улыбнувшись, сказал Бан Чан, - Но я сразу в номер. Буду спать столько, сколько получится. - Хорошая идея, - устало подхватил Чонин, - Я тоже спать. - После обеда будем готовиться к концерту, - чуть напряжённее сказал Бан Чан, - Так что сильно не расслабляйтесь. Мы начали расходиться по номерам. Я шёл по коридору, таща свои два чемодана. Это было так глупо и так смешно. Но в то же время интересно, что Хан положил мне. - О, это наш номер, - произнёс Чанбин, остановившись. - Открывай тогда, - тихо сказал я. Чанбин открыл дверь и заглянул внутрь. - А тут неплохо, - сказал он, заходя в номер, - Жить можно. Я зашёл следом и оглянулся. Номер был простым, но уютным. Сдержанным, минималистичным. Всё, как любят японцы. - Да, неплохо, - согласился я, - Цветовая гамма хорошая. Чанбин усмехнулся. - А если бы цветовая гамма была плохой, ты бы спал на улице? – поддел он меня. Я смущённо улыбнулся. - Прекрати, - сказал я. - Ладно, я в душ, - заявил Чанбин, - Или ты хотел первым сходить? - Нет, иди. Я пойду в ресторан. Хочу поесть. - А, ладно. Иди тогда. Я вышел из номера и спустился на первый этаж. В ресторане меня встретил сотрудник. Я слегка поклонился и прошёл к шведскому столу. Набрал себе разной еды и оглянулся, думая, куда лучше сесть. Увидел Минхо и Хана, сидящих за столиком. Сразу же пошёл к ним. - О, паборача собралась, - улыбнувшись, сказал Минхо. Я усмехнулся. - Ладно Хан, но ты почему здесь? – спросил я, садясь за стол. - Вообще-то я тоже ем, - возмутился Минхо. Я посмотрел в свою тарелку, думая, что поесть. - Сейчас бы кимчи, - недовольно сказал Минхо, перебирая еду в тарелке, - Японская еда слишком пресная. - Не ворчи, - вмешался Хан, - Ешь что дают. - Так я и так ем, - проворчал Минхо, - Выбора-то всё равно нет. Я снова усмехнулся и съел креветку в панировке. Хрустящая корочка и нежное мясо разлились по языку — телу сразу стало легче, хотя усталость всё равно ощущалась. Я поднял глаза и посмотрел на парней. Хан радостно уплетал удон, шумно прихлёбывая бульон, а Минхо всё ещё ковырялся в тарелке, будто боролся с собой. Спустя пару минут он тоже начал есть. Запах жареного теста и соевого соуса смешивался с ароматом свежего кофе, тёплый воздух ресторана щекотал кожу после прохладного утра. За окном раздавался гул пробуждающегося города — машины, первые голоса прохожих, далекие сигналы. Я отпил воды и посмотрел в окно. Токио просыпался. И в этот момент я подумал о Кире. Интересно, как она там? Надеюсь, ещё не забыла меня? Проверил время: слишком рано. Если напишу ей, то разбужу. Нет, пусть спит. Я всё равно никуда не денусь. - Ешь давай, - проворчал Минхо, гладя на меня. Я улыбнулся и продолжил есть, чувствуя, как от присутствия друзей в груди расползается тихое, простое тепло.

***

Концерты в Японии были потрясающими. Японские Stay встретили нас так тепло, что казалось, будто я вернулся домой. Но на этот раз всё было иначе — их стало намного больше. Я чувствовал, как волны поддержки накрывают меня с каждой минутой, и впервые за долгое время в груди не было пустоты. Их любовь согрела меня, наполнила, дала силы дышать полной грудью. Я снова обрел себя — не в зеркале, а в их глазах, полных веры и искренности. Я зарядился энергией так, будто мог свернуть горы, будто вся боль последних месяцев перестала иметь власть надо мной. А потом — снова аэропорт. Снова вылет. На этот раз японские Stay провожали нас спокойно, с мягкими улыбками. И на душе было так же спокойно, словно все мы понимали: это не прощание, а обещание новой встречи. Даже не хотелось улетать. Сердце тянулось остаться ещё хоть на мгновение. Но я знал: так нельзя. Другие Stay тоже ждут. Моя жизнь — это дорога. Моя душа должна делиться собой со всеми. И вот мы снова сидим в зале ожидания. Бан Чан опять в ноутбуке – работает. Минхо играет в телефоне, Хан спит рядом. Чанбин тоже удобно устроился, собираясь вздремнуть. Сынмин снова в книге – изображает профессора, а Чонин слушает музыку в наушниках. Я тоже достал наушники из кармана, собираясь послушать музыку, но Феликс позвал меня. - Пошли за кофе, - тепло улыбаясь, сказал он. - Иди без меня, - отказался я, - Я посидеть хочу. Ноги болят после концерта. - Ещё бы они у тебя не болели, - вмешался Минхо, - Бегал по сцене как заведенный. Я смущённо опустил глаза. - Я просто наслаждался моментом, - сказал я, оправдываясь. - Твои эмоции вечно прут через край, - проворчал Минхо, - Тебя кидает из одной крайности в другую. Я улыбнулся и пожал плечами. - Да, я такой. И что с того? Минхо усмехнулся и убрал телефон в карман. - Пошли, Феликс, - сказал он, - Я тоже хочу кофе. - Только недолго, - твёрдо произнёс Бан Чан, - И не шляйтесь три часа по Duty Free. Минхо и Феликс переглянулись. - А это как получится, - сияя улыбкой, сказал Феликс. Парни вышли из зала ожидания, и я снова потянулся к наушникам. Но остановился. Оглянулся по сторонам. Хан и Чанбин спят. Чонин – в музыке, Сынмин читает, но тоже клюёт носом. Бан Чан в работе – это надолго. Достал телефон из кармана, проверяя время. Был вечер. Наверное, Кира уже освободилась с работы. Если сейчас позвоню ей, мы сможем поговорить. В самолёте-то не получится. А там долгий перелёт, суматоха, забитое расписание... Вообще неизвестно, когда смогу позвонить ей в следующий раз. Я встал с кресла и отошел подальше. Обернулся, снова проверяя парней. Они так же были в своих делах, не замечая меня. Тогда я набрал Кире. Пошли гудки. Минута. Две. И лицо Киры появилось на экране. Улыбка сама возникла на моём лице. - Привет, - сказал я, - Как ты? - Привет, - улыбнувшись мне в ответ, произнесла Кира, - У меня все хорошо. Ты как? Наверно, сильно устал. - Я устал, но в то же время счастлив, - поделился я, - На концерте всегда приходится выкладываться на 200%, но, видя радость в глазах Stay и получая мощную поддержку, я чувствую себя по-настоящему счастливым. Я и не думал, что у нас так много фанатов. - Мне приятно слышать, что ты счастлив, - улыбаясь, сказала она, - Ты заслужил эту любовь. Ты заслужил любовь целого мира. Я смутился. - Это не так, - произнес я, - Но я благодарен каждому фанату за любовь и поддержку. Я на секунду остановился. - А, и прости, что я так внезапно позвонил, - добавил я, оправдываясь, - Мне нужно было заранее предупредить тебя. Ты же не занята? - Я уже закончила работу и сейчас иду домой, - улыбаясь, сказала Кира. - Ты поела? – обеспокоенно спросил я. - Ещё нет. - Тогда сегодня вкусно поешь, - сказал я и показал маленькое сердечко. - Спасибо, - смутившись, произнесла Кира. Она заглянула мне за спину. - Кстати, а где это ты? – спросила она. - В аэропорту. Ждём рейс на самолет. Сейчас полетим в Штаты. - Концерты в Японии уже закончились? – удивилась Кира. - Нет, мы ещё вернемся в Токио на обратном пути, - улыбнувшись, сказал я, - А потом уже домой. На лице Киры появилось беспокойство. - Ты хоть отдыхаешь? – спросила она. Я смутился. Мне так нравится, когда она заботиться обо мне. Но в то же время я не хочу показаться слабым. Я же её опора. Если буду слабым, она не сможет опираться на меня. - По возможности, - натянув улыбку, ответил я, - Но я лучше лишний раз поработаю над хореографией, чем буду лежать без дела. - Тебе нужно отдыхать, - недовольно сказала она. Когда она нахмурилась, мой мир словно дрогнул. Её беспокойство звучало громче, чем любые аплодисменты. - Я в порядке, - снова смутился я, - Не беспокойся обо мне. Кира расстроенно отвела взгляд. - Теперь ты будешь в Штатах, - сказала она, - Сколько там часов разницы с Сеулом? - Тринадцать, четырнадцать... – пытался прикинуть я, - В разных Штатах по-разному. - Как мы тогда будем общаться? – растерянно спросила Кира. Тринадцать… Четырнадцать часов… Или больше... В это время она уже может спать, а я буду только садиться в самолёт. Сердце сжалось, и я не хотел, чтобы она видела это. - Я что-нибудь придумаю, - пообещал я, - Не переживай. Я так увлёкся разговором с Кирой, что мир вокруг исчез. Даже шаги Феликса и Минхо проскользнули мимо моего слуха… пока Феликс не сунулся в телефон - О, нуна, - радостно протянул он, - Здравствуйте. Как у Вас дела? - Здравствуйте, - смутившись, произнесла Кира, - У меня все хорошо. Вы как? Я недовольно сжал зубы, но Феликсу, похоже, было всё равно. - Джини опять общается со своей девушкой? – с усмешкой спросил Минхо, подходя ближе. Он наклонился, заглядывая в экран моего телефона. Моё сердце резко сжалось. - Привет, хулиганка, - улыбаясь, сказал он, - Как настроение? - Чего вы приперлись? – возмутился я, - Свалите. - Не будь таким злым, Джини, - улыбаясь, ответил Минхо, - Может, я тоже хочу пообщаться с хулиганкой. Не всё же тебе должно доставаться. Он снова заглянул в экран. - Я прав? – спросил он у Киры. - А... Ну... – растерялась Кира, и я заметил, как её щеки слегка покраснели - Видишь? Она не против, - произнес Минхо. - Тебе заняться нечем? – голос мой дрожал, но я пытался сохранять спокойствие. - А чем мне заняться в аэропорту? – удивленно спросил Минхо, - Кроме как доставать тебя? Вдруг Феликс выхватил телефон у меня из рук, улыбаясь так, будто это было самое естественное дело на свете. - Не обращайте на них внимания, - улыбаясь, сказал он. - Отдай мой телефон, - выпалил я, краснея от злости. Минхо выхватил телефон из рук Феликса. - Эй, хулиганка, - улыбаясь, сказал он, - А научи меня доводить Хёнджина до нервного срыва. Я тоже хочу. - Эй! – выкрикнул я, отчаянно пытаясь вернуть телефон. - Прекрати! - А можно не шуметь? – вмешался Бан Чан, его голос ровный и спокойный, но от него исходила сила, - Вы тут не одни. - Да, - пробурчал Чанбин, почти всхлипывая от недовольства, - Я тут вообще-то спать пытаюсь. - А кто шумит? Никто не шумит, - уверенно сказал Минхо, - Все под контролем. Да, хулиганка? Я взглянул на Киру: её глаза блестели смесью смущения и веселья, а щеки слегка покраснели. Я чувствовал, как напряжение и раздражение переплетаются с каким-то странным теплом. Это безумие вокруг меня… Казалось, что я никогда не смогу быть спокоен рядом с этим братством, но вместе с тем я не мог отвести взгляд от Киры. Феликс растерянно посмотрел на Минхо, глаза его округлились. - А почему это ты общаешься с нуной неформально? – спросил он, явно не понимая происходящего. - Потому что я старше, - уверенно ответил Ли Ноу. Я не смог удержаться от улыбки. - Вообще-то она тебя старше, - сказал я спокойно, но с лёгкой игривой ноткой. Минхо замер, словно его мир перевернулся. Он медленно посмотрел на меня, будто ищет в моих глазах подвох. - Это шутка, да? – спросил он. - Нет, - уверенно ответил Феликс, - Нуна правда старше тебя. Минхо снова застыл, руки слегка сжались в кулаки, глаза блестели от недоумения. Он задумался, и я видел, как у него внутри что-то щёлкает. - Но она же не против разговаривать на «ты», - наконец уверенно пробормотал Минхо, словно пытался оправдать себя. - Да вы все можете обращаться ко мне на «ты», - смутившись, произнесла Кира. - Правда? – радостно воскликнул Феликс, - Класс! Я наблюдал за ними и чувствовал, как внутри меня смешались смех и лёгкая тревога. Эти ребята… всегда находят способ вывести меня из равновесия. И всё же… мне нравилось видеть, как Кира смеётся вместе с ними. - Я тебе потом перезвоню, - смущаясь, сказал я, - Прости, что пришлось смотреть на этих идиотов. Минхо сразу нахмурился. - Кто тут идиот-то, а? – возмутился он - Ты, - усмехнулся Феликс, глаза его блестели от озорства. - И ты, - не удержался я, глядя на Феликса с лёгкой иронией. Феликс сделал наигранно расстроенное лицо, притворяясь обиженным, и я не смог сдержать смешок. - Так, все, я отключаюсь, - улыбаясь, произнес я, - А то Феликс сейчас заплачет. - Хорошо, до встречи, - нежно улыбнулась Кира, и я почувствовал, как внутри всё слегка согрелось. - Пока, нуна! – радостно крикнул Феликс, когда я уже отключал звонок. Я смотрел на экран ещё несколько секунд, улыбаясь и одновременно ощущая лёгкую усталость от их энергии. Эти ребята… всегда умудряются превратить обычный звонок в настоящий цирк. - Я не знал, что вы снова вместе, - растерянно произнёс Феликс. Минхо усмехнулся. - Так он тебе не сказал? – спросил он спокойно, будто это был самый обычный факт на свете. Феликс удивлённо посмотрел на Минхо. - А ты знал? Затем снова повернулся ко мне, брови нахмурились, губы поджались. Его глаза требовательно уставились на меня, и внутри меня что-то сжалось. - Джини! – вырвались слова, - Почему ты Минхо рассказал, а мне нет? Я виновато отвёл взгляд. - Прости, - протянул я, - Так получилось... Минхо усмехнулся и многозначительно приподнял бровь. - Просто я ему ближе, чем ты. Феликс шуточно замахнулся на него. - Джини мой, понял? – раздражённо произнёс он. - Эй! – возмутился Минхо, - Ты ничего не попутал? Джини мой! - Да, хорош, - вмешался я, - Вы ещё подеритесь из-за меня. И тут неожиданно вскочил Чанбин. - Джини мой! – эмоционально выкрикнул он. Мы все замерли на мгновение, растерянно переглянулись… а потом разразились громким смехом. Я увидел, что даже Бан Чан улыбнулся, продолжая что-то печатать на ноутбуке.