Развлечения на ночь

Огонек одинокой керосиновой лампы едва заметно колышется. Мира скользит по нему взглядом. Этой ночью у нее нет гостей, и даже дурацкой документации, за которой хоть как-то можно было бы убить время, как на зло, не отсыпали. Мира раздраженно цыкает и откидывает голову на спинку дивана. Рука сама подбирает складки юбки, затем спускает к коленям панталоны. Среди всех любовных трофеев Миры никогда не будет одного, и даже не столько потому, что их статусы слишком разнятся, сколько из-за того, что — Мира уверена — чтобы попасть с Шарлем в одну кровать, ей придется отрастить член. Но кто сказал, что она не может пофантазировать? Она прикрывает глаза и представляет, как Шарль — в своем пафосном белом плаще, с дорогущим крестом с бриллиантами, за который, наверное, можно купить уютный домик где-нибудь в Оверни — опускается на пол прямо перед этим самым диваном. Смотрит на нее снизу вверх из-под своих пушистых ресниц-опахал, а его похожие на перья волосы отливают перламутром. Мира разводит бедра в стороны. — Только язык. Никаких пальцев, — говорит она хрипло — от вида Шарля на коленях пересыхает в горле. Тот бросает на нее еще один долгий взгляд, но ничего не отвечает и просто молча наклоняется. В реальности Мира глубоко вдыхает и запускает ладонь между ног. Легко касается пальцем складок, собирая смазку, которая уже успела выступить. Она представляет, как Шарль проводит языком снизу вверх, сначала нежно и медленно, затем с каждым разом все сильнее. Как выписывает кончиком узоры вокруг клитора — и приникает губами полностью. Наконец-то он использует свой рот для чего-то действительно полезного, в отличие от невыносимо скучных бесконечных речей, проносится в голове. Собственные пальцы двигаются все быстрее, Мира закусывает губу и тихо стонет. В фантазиях она запускает руку в перистые волосы, наматывает их на кулак — а потом сильнее прижимает голову Шарля к собственному паху. Она кончает, представляя перепачканные ее смазкой тонкие губы и неровные пятна румянца на фарфорово-бледных скулах.