Я хочу захлебнуться

Не любила Хоуп мысль о том, как Аластор буквально сопровождал ее всю жизнь, хотя встретились они лишь тогда, когда обоим исполнилось восемь. Оба родились в начале двадцатого века в «эру прогрессивизма». Росли в соседних домах. Корни его семьи тянулись глубоко из южной династии, жившей на этой земле ещё до прихода янки. Ее родня происходила из северян, старательно пытающихся вписаться в ритм прежней аристократии. Война закончилась ещё в прошлом веке, но отголоски былой обиды витали в воздухе, хотя ненависть была не так ощутима. На свой восьмой день рождения Хоуп получила в подарок велосипед, который выпрашивал у родителей на протяжении всего года. Наслаждаясь ездой, она быстро крутила педали, изучая по-новой тропинки леса, в котором часто гуляла, сбежав от няни. В процессе данной прогулки заметила группу из пяти мальчишек, нападающих на одного хилого паренька. Сыграло внутренне чувство справедливости и факт того, что мальчуган не отступал, хотя очевидно силы были не равны. Без раздумий въехала в толпу, сбив одного с ног. Спрыгнула с велосипеда, схватила палку и встала рядом с жертвой, выставив импровизированное оружие перед собой как шпагу. — Отойди, — самый крупный из нападающих попробовал ее отодвинуть, получил палкой по руке. — Ай! — Смелые, все вместе на одного? — строго спросила, уткнув деревянный кончик в грудь того, кто был выше ее на голову. — Уровняем шансы. — Я девчонок не бью, — отступил. — Не стыдно за юбкой прятаться? — За то я бью олухов, — ударила мальчика по голове. — Эй, больно! — возмутился. — Пошли ребята, потом с ним разберемся, — кивнул компании. — Подойдёте к нему, и я эту палку туда засуну, откуда вы ее достать не сможете без посторонней помощи! — крикнула в след убегающим, сдувая с лица прядь, выбившуюся из прически. — Не надо было, — подал голос мальчик, пострадавший от нападок. — Будут всем говорить, что я струсил и спрятался за девчонкой. — Вот тебе и благодарность, — обернулась к нему, встретилась взглядом с парой огромных карих глаз, точно у оленёнка, которого она видела на днях. Мальчик на секунду застыл, потом резко выпрямился, меняясь в лице. Из хмурого оно стало не по-детски серьезным, точно он о чем-то вспомнил. Склонил голову, протягивая руку к Хоуп. — Прошу прощения, я был бестактен, мне бы следовало поблагодарить за помощь, — слова прозвучали как заученные. — Могу узнать имя моей прекрасной спасительницы? — Хоуп, — представилась, вложив свою ладонь в его пальцы. Он поднес ее к губам, выглядело это нелепо, но мило. — А как тебя зовут? — Аластор, — доброжелательность мгновенно растаяла, стоило услышать имя мальчика. Без предупреждения толкнула его в лужу со всей силы. — Ты что творишь? — с досадой оглядел новую рубашку. — Значит это тебя мне родители в женихи выбрали? — зло крикнула. Хоуп узнала данную новость несколько дней назад. Восторга она у нее не вызвала, но и понять на тот момент всей проблемы не смогла. Ребенок не осознает, что такое брак по расчету. Однако идея выйти замуж за незнакомца смогла ее напугать. Она старалась представить себе прекрасного юношу, сильного и смелого, но точно не такого, какой сейчас предстал перед ней. — М? — не понял Аластор причину агрессии, ему понадобилось время на осознание. — Это о тебе говорили родители? — его договоренность между двумя семьями так же не обрадовала. Хоуп хотела ответить грубо или кинуть комок грязи в мальчика, выражая обиду, но их отвлекла подоспевшая вовремя чернокожая нянюшка, шуршащая красной нижней юбкой. — Юная леди, не убегайте от меня больше, — задыхаясь, произнесла женщина. — Ваши родители меня накажут. — Прошу прощения, — буркнула в ответ Хоуп, поднимая брошенный велосипед. — Вы в порядке, юноша? — обратилась к всё ещё лежавшему на земле Аластору. — Да, благодарю за беспокойство, — поднялся. — Я был не осторожен и упал, — не стал уточнять, кто этому поспособствовал. — Боюсь, данный инцидент произошел по моей вине, — сказал Хоуп, испытав стыд за свою бурную реакцию. — Мы могли бы сгладить ситуацию, почистив его одежду? — Конечно, пойдёмте, — кивнула женщина. — Подождите минуту, — Аластор побежал к кустам и вывел к тропинке велосипед похожий на тот, что держала рядом с собой Хоуп. — Парни решили взять его покататься, ответ «нет» их не удовлетворил, — пояснил, когда они следовали за своим сопровождение к особняку семейства Миллер. — Хотели его получить в постоянное распоряжение, поэтому отказал? — поняла девочка, смотря в спину идущей впереди полной дамы в старом коричневом платье. — Ага, — кивнул. — Может поедем вместе к моему дому? — предложила Хоуп. — Хорошо, — согласился Аластор. — Хотел спросить. Тебе не нравится замысел наших родителей? — Нет, ты мне не по нраву, — мотнула головой. — Как и ты мне, — насупился мальчик. — Может тогда расстроим их планы? — Мне по душе твоя идея, — кивнула. — Союзники? — протянула руку. — Союзники, — согласился, пожав в ответ ладонь девочки. — Нянечка, встретимся дома! — крикнула Хоуп, запрыгивая на велосипед и уезжая вперёд. Аластор направился следом. — Куда вы, молодая мисс? — крикнула женщина. Придерживая юбку, побежала за детьми. С тех пор их маленькое соглашение вылилось в привязанность, образовавшую крепкую дружбу. Не разлей вода — это о них. Аластор по натуре был спокоен и равномерен, не искал неприятностей, в отличие от взрывной и бунтующей Хоуп, способной споткнуться на ровном месте. Изначально их противоположности сталкивались словно коса на камень, но со временем они приноровились к характеру друг друга, хотя и не обходилось без взаимного подначивания. С ней ему не надо было исполнять роль джентльмена, а ей леди. Семьи напирали на них, надеясь на брачный союз, но они упорно сопротивлялись, вместе было легче давать отпор. Однажды родители Аластора купили красивую большую куклу, требуя от него подарить Хоуп на ее девятый день рождения. Встретившись у конюшни за день до праздника, он спросил, хочет ли она эту игрушку. «Кукол у меня достаточно, подари ее Мэри», — заявила Миллер. Так и поступил во время праздника, выразив сопротивление. Позже он сплел для нее венок из собранных в лесу цветов, часть из которых девочка засушила, спрятав между страницами книги сказок.

***

Хоуп подарила улыбку Радио демону, севшему рядом. Он договорил с принцессой и подошёл к ней, слушая рассказ из прошлого, оставляющий после себя странный след. Ему уже трудно вообразить себя тем мальчиком, который едва мог противостоять хотя бы одному из нападающих. Не отступал из упрямства, но его без сомнений избили, если бы не вмешалась в тот момент дорогая подруга. — Получается в тебе больше спеси, чем крутости, — с насмешкой произнес Люцифер, задев демона. — Их было пятеро на одного, тут бы даже силач не потянул, — строго сказала Хоуп, очевидно аргумент правителя не убедил. — Не все рождаются сильными и крепки. Одним мускулы, другим ум. Но для меня куда более сексуальнее мозги, — взглядом послала бывшего ангела, как бы она не обращалась к своему другу, остальным позвоночник вырвет, посмеют ему грубить. — Подожди, вы должны были пожениться? — удивлено спросил Энджел, этот факт изумил всех. — Да, если бы соглашение родителей вступило в силу, — Хоуп подарила Аластору лукавый взгляд. — К счастью двоих силком принести к венцу тяжелее, чем одного. — Предпочел бы утонуть в болоте, чем жениться на тебе, — в ироничной манере произнес Радио демон. — Я бы выпила яду или подлила супругу, — отплатила его же монетой. — Спасибо за компанию, — поднялась с места. — Пойду проверю байк, пока не нашелся любитель новых ощущений и не решил открутить колеса. С облегчением вздохнула, увидев на улице свое транспортное средство целым и невредимым. Очевидно на территории самого правителя и Радио демона никто не спешил хулиганить. Хоуп достала инструменты, хотела осмотреть механизмы, которые по пути в отель издавали не свойственные для них звуки. Стоило преступить к делу, как к ней подошла Чарли, отвлекая от занятия. — Ваше высочество, — поклонилась Хоуп с натянутой улыбкой, не любила, когда ей мешают. — Вы что-то хотели? — Зови меня Чарли, я же говорила. И да, — кивнула, — Ал попросил за тебя, чтобы ты осталась в отеле. — Мило, но проходить путь искупления не планирую, в его потугах нет нужды, — недовольно произнесла. Мог бы спросить, прежде чем договариваться! — В Аду полно комнат на день, без крыши не останусь. — Он предупредил. Здесь много пустых номеров, тебе не обязательно что-то искать, я всегда рада друзьям своих ребят, — улыбнулась Морнингстар, нервно заламывая пальцы. — И прости за папу, они с Алом не ладят, вот его иногда и заносит, — ощущалась некая неловкость. — Посещать занятия не надо, ты гостья, но если захочешь, буду рада видеть тебя на общих собраниях. — Мне бы не хотелось причинять неудобства, — покачала головой. — Комнаты предназначены для тех, кто проходит терапию. — Ох, ты не создашь этим проблем, у нас сейчас не такой большой поток постояльцев, — Чарли опустила глаза, сказанные речи ее смущали. — Мне бы хотелось, чтобы ты осталась у нас на максимально длинный срок. — Я уже говорила, искупление меня не интересует, — Хоуп сложила руки на груди. — Не ради этого прошу, а для Ала, — суетливо замахала руками. — Хаск говорил, что он сам не свой, когда ты уезжаешь, и, — она не знала, как сказать, если управляющий любит эту девушку так сильно, то ей бы хотелось узнать ее поближе и помочь им. — Я подумаю, — лисица поняла без лишних изъяснений. Не хотелось резко отвечать представительнице королевской семьи, чья помощь может пригодиться, и ещё, она видела, та искренне переживала за своего друга, а это склонило чашу весов в пользу принцессы. — Хорошо, — Чарли только сейчас обратила внимание на мотоцикл. — Ого, не думала, что у Ала могут быть друзья, увлекающиеся подобным видом транспорта, — хозяйка отеля вспомнила интеллигентную Рози и Мимзи, они были совсем другими на фоне особы перед ней, и казалось по натуре куда больше подходили Радио демону. — Мне всегда нравился данный способ передвижения, но в мое время женщины не особо стремились им овладеть, лишь единицы, ибо мотоцикл считался неприемлемы для юной леди, — с улыбкой пояснила Хоуп. — Тогда я ещё старалась следовать правилам этикета и каталась тайком, а Аластор всегда на меня ругался за неподобающее поведение. В Аду установленных норм нет, поэтому тут я отвела душу по полной, — заметила, с каким интересом Морнингстар осматривала ее байк. — Ты никогда не ездила? — Нет, — мотнула головой. — Хочешь покатаю? — предложила, доставая запасной шлем. Бессмертие круто, но технику безопасности лисица предпочитала соблюдать, восстановление тела не проходит безболезненно. — А можно? — с восторгом спросила. — Я бы не предлагала, если нельзя было, — отдав средство защиты, оседлала железного коня. — Запрыгивайте, ваше высочество. Натянув шлем, Морнингстар воспользовалась приглашением. Легко забралась следом за Хоуп, обхватив ее талию двумя руками. — Чарли! — во двор выбежала Вэгги, услышав рев мотора. Заметив отсутствие своей девушки, заподозрила неладное. — Милая, эта небезопасно! — попытался образумить дочь Люцифер, вышедшей следом вместе с остальной компанией. — Не извольте беспокоиться, ваше величество, я аккуратный водитель! — крикнула грешница, опуская визор перед глазами. — Держись крепче, — предупредила принцессу. — Хоуп! — задребезжали радиопомехи. — Прости, faon, не слышу, шумно! — сказала громко, смеясь, а после сорвалась с места. Мотоцикл неся по оживлённым улицам Пентаграмм сити, вынуждая зевак разбегаться в разные стороны. Чарли кричала от страха и восторга, в ее крови закипал адреналин. Она плотнее прижималась к лисице, удовлетворенной реакцией принцессы. Скорость Хоуп набрала за чертой города, где им не мешали, и остановилась лишь у края обрыва, напугав Морнингстар визгом тормозов. — Это было улетно! — радостно крикнула Чарли, снимая шлем и слезая с байка. — Повторим при желание, — улыбнулась ей девушка. — Хоуп, — в очередной раз замялась принцесса, испытав неловкость. — А ты любишь Аластора? — Любовь понятие растяжимое, — усмехнулась, сложив руки на груди. — Он мне не безразличен в той мере, что я готова пойти на любые жертвы ради него, включая утрату собственной жизни. У нас слишком долгая совместная история. Мы привычка друг друга. — Тогда почему ты уходишь, а Ал тебя отпускает? — голос Чарли дрогнул, в ее глаза смотрели с печалью. — Между нами как массу счастливых воспоминаний, так и болезненных. Вместе мы отравляем друг друга и окружающих, — вздохнула. — Я попыталась это остановить, но одна встреча, и по-новой возвращаюсь к нему. — Расскажешь что-нибудь из прошлого, мне было бы проще так судить? — Чарли устроилась на краю обрыва, призывно похлопала рядом. — Есть то, во что лучше тебя не посвящать, fleur, — весело произнесла Хоуп, присаживаясь. — Почему назвала меня так? — Ты кажешься хрупкой и невинной на первый взгляд, — пожала плечами, — как цветок. Знаешь истинную причину ссоры Аластора и Вокса? — Нет, — мотнула головой. — Это из-за меня, — на несколько мгновений прикрыла глаза, позволяя вине кольнуть себя изнутри. Следовало уйти из жизни Радио демона или остаться, а она всегда балансировала посередине. — Они дружили несколько лет, но как и Хаск, Вокс смог составить связь между моими уходами и убийственным поведением своего приятеля. Он точно не знал кто я, принял за любовный интерес. Этот телек на ножках моральными принцами не отличался, он решил сделать для Аластора подарок — мою душу. Действовал из хороших побуждений, чтобы я не мучила его друга, но не представлял на что напросился. Faon впал в ярость, без моего вмешательства, убил бы Вокса точно. Хоуп умолчала, но здесь не обошлось и без Мимзи. Если бы она не сдала местоположение лисицы, демон телевизор не явился бы на порог ее дома и не увидел худшую сторону своего друга. Девушка после случившегося тогда знатно избила Мимзи, пригрозив, ещё раз посмеет нечто подобное выкинуть, исчезнет с лица Ада. Аластору об участии его знакомой ничего не рассказала, чтобы не портить их отношения, но сама перестала с ней общаться. Ей не нравилось то, как Мимзи подобно пиявке впивалась в ее близкого человека, но не хотела быть причиной их ссоры. — Они до сих не ладят, — Чарли вспомнила конфликт, случившейся в тот момент, когда Вокс узнал о возвращение Радио демона. Весь круг Гордыни оказался обесточен на сутки. — Меня Вокс ненавидит ещё больше чем его, — поджала под себя ноги, уткнулась в них лицом. Она этого не хотела. Надо уходить, а не цепляться за прошлое. — Почему винишь себя? — ободряюще произнесла Чарли. — Не ты приняла то решение. — Своим поведением ему поспособствовала, — не согласилась Хоуп, доставая из кармана пачку сигарет. — А есть истории из вашей человеческой жизни, хочется знать, какой он был до Ада? — решила переключиться Чарли.

***

Хоуп многое могла рассказать, ведь в детстве они расставались только на ночь, а со временем забирались друг к другу в спальню, спя вместе. Воспоминаний было достаточно. На воскресных служба садились рядом, и Аластор часто тихо передразнивал шепелявящего священника, плевавшегося слюной на расположившихся в первых рядах прихожан. Хоуп тихо хихикала, прикрывая рот рукой. В пору, когда в садах зрели фрукты, они забирались на деревья, ели яблоки или груши, и могли часами болтать. Однажды девушка скинула плод на землю, едва не попав по голове своему другу, находящемуся внизу и подсаживающему ее. — Ты из меня Ньютона решила сделать? — недовольно спросил Аластор. — Нет, сразу убить, — хихикнула Миллер. Оценивающе прошлась взглядом по картине снизу, парень находился прямо под ней. — Ты мне под юбку заглядываешь? — Не привлекательное для меня действие в твой адрес. Находились истории, которые Чарли не суждено услышать, поскольку они отзывались колющей болью в сердце, ярким осознанием того, что этого можно было избежать, если бы среди взрослых присутствовало меньше грязи и больше света, если бы они сами не калечили своих детей, превращая их в чудовищ. Аластор и Хоуп сидели на крыльце, вместе читая газету. Потопив американские суда, Германия ввязала в войну и Америку, призывающую на поле боевых действий своих мужчин. Стрельба. Смерти. Кровь. На тот момент они их мало касались, и вряд ли бы ощутили два подростка все ужасы первой мировой войны. Их больше беспокоило факт того, что у отца Аластора не призывной возраст. Хоуп могла понять его стремление избавиться от родича на время, хотела вместе с ним того же. Миссис Уилкс впитала в себя все лучшие качества женщины, отображающей материнскую заботу. Ласковая, нежная, кроткая, тихая. Ее мягкие успокаивающие руки гладили по голове, развеивая страхи и боль. Мистер Уилкс представлял собой олицетворение худшего представителя мужской особи. Грубый, неотесанный, громкий и чаще всего пьяный, в этом состоянии обнажались все его пороки. Он без зазрений совести поднимал руку на жену и сына. Хоуп не знала об этом, ведь даже в состоянии алкогольного опьянения он не бил ребенка по лицу, чтобы скрыть собственную грязь, однако с тела мальчика редко сходили синяки, которые тот умело прятал под одеждой. Аластор не рассказывал ничего дорогой подруге, стыдился, ведь ему казалось неуместным выливать ушат этого холодного горя на ту, что росла в идеальной на первый взгляд семье. Истина открылась несколько месяцев назад. Хоуп спешила к конюшням, где они часто встречались, и застала картину, которую не скоро будет способна забыть. Она увидел с какой яростью пьяный отец избивает ребенка. Как и прежде девочка встала на его защиту, закрыв собой. Летящий в их сторону кулак остановился в миллиметре от головы юной леди. — Как вы смейте? — надрывно крикнула девочка, обнимая дрожащего друга. — Воспитываю из него мужчину, — аргументировал свое агрессивное поведение, будто оно оправдывало совершенное насилие. Аластор не был из породы физически сильных мужчин, он скорее представлял собой олицетворение южного джентльмена со всеми слабостями данной ипостаси и преимуществами. Дракам предпочитал книги, охоте — музыку, грубой силе — дипломатию. Излишни тонкий, в чем-то нежный, как и его мать. Хоуп принимала его таким, и нравился ей именно этот юноша. На грубых и крепких она вдоволь насмотрелась. Аластор для нее связан с комфортом. В противовес ее принятию характера друга, отец ненавидел в сыне отсутствие тех качеств, которыми по его мнению должен обладать мужчина. Таскал его на охоту, хотя мальчику перечило убийство животных в ту пору. Ал являлся флегматиком с одной стороны, но когда опасность грозила близким, скорее проявлял холерический тип темперамента, действовал импульсивно и без раздумий. За это часто и был поколоченным отцом, не терпевшим препирательств, особенно в состоянии алкогольного опьянения. Храбрость — черта характера, которой он не был лишён, хоть и предпочитал избегать драк по мере своих сил. Аластор отвёл взор от газеты, улавливая звуки шагов, которые он знал наизусть. Хоуп замерла. Ох, она ненавидела мистера Уилкса так же сильно, как и его сын, особенно видя, как шатаясь, тот шел к ним, распевая вульгарные песни. «Сухой закон» не спасал от беспробудного пьянства тех, кто к нему привык. Бурбон сменился на домашнее вино и самогон. — Опять вместе? — нахмурил густые брови мужчина, посмотрев на двух подростков затуманенным взглядом. — Надеюсь, как мужик соизволил к ней под юбку заглянуть, раз уж таскаешься везде следом и отказываешься жениться, — гортанно рассмеялся, изрыгая отвратительный запах перегара. — Не все ведут себя точно животные, одержимые лишь своими телесными желаниями, — строго произнес Аластор, вставая и прикрывая собой девушку. — Что ты сказал, маленькое неблагодарное отродье! — с криками замахнулся. Этот юноша всегда умел отвечать и не боялся резких слов, даже зная, что последствия его ждут неприятные. — Нет! — Хоуп встряла между ними, не давая ударить дорогого человека. — Только посмейте хоть пальцем меня тронуть, и я пожалуюсь отцу. — Жалкий щенок, не стыдно прятаться за бабой? — зло взглянул на своего ребенка. — Тебе же не стыдно появляться перед нами в столь неподобающем виде, — парировал в ответ Ал. Из-за находящейся рядом Хоуп мистер Уилкс ничего не мог сделать, поэтому махнув рукой, ушел в дом. Ребята выдохнули, проводив его призирающим взглядом. — Сволочь, — зло выплюнула девушка. — Свинья, — в тон ей отозвался юноша. — Не оскорбляй поросят, от них польза есть, а единственное хорошее, что сделал он, дал свое семя для твоего рождения, — насмешливо произнесла, сжав ладонь парня. — Как леди может так выражаться? — тяжело вздохнул Аластор. — Мне не по нраву носить данный статус, хочу позволять себе ругаться как портовой рабочий, без упрёков, — насупилась. — Пошли ко мне, побудешь со мной, пока он не уснет. — Я не могу оставить маму одну в доме с этим, — юноша не озвучил нелицеприятное слово, так и просившееся на язык. Хоуп понимающе кивнула, хотя предпочла бы вопреки его воли забрать к себе, и миссис Уилкс тоже. Девушка не стремилась называть свое родовое гнездо безопасным и уютным местом, но родители не смели поднимать на нее руку. Брат иногда, когда нянечки не видели, считая девочку лишней в семье. Высокомерный. Он наследник, а ее постараются удачно выдать замуж, большего сестра не стоила в его глазах. Узнав о беде Аластора, так же открыла то, что скрывала в себе. Они тогда провели всю ночь в комнате мальчика, делясь темами, терзающими их души, став по-настоящему близкими людьми, принимающими и радость, и печаль друг друга. У юной леди хватало своих ран. Не упускающий случая задеть брат. Мать, которая хотела сына и презирала дочь, обвиняя в том, что она украла ее красоту. Пугающий взгляд отца, от которого девочке становилось тошно, и она чувствовала себя грязной. Перед обществом Миллер идеальная семья, но за дверями хватало гнили внутри особняка.

***

Хоуп с удовольствием сделала последнюю тягу, взглянув с нежностью на хохочущую Чарли, услышавшую лишь забавные истории из детства. Боль сокровенная и личная осталась с грешницей, так и не найдя путь наружу. Потушив о землю сигарету, кинула ее с обрыва. Аластор ругался на нее за то, что она не использовала мундштук и от пальцев его подруги всегда пахло смолью и табаком. — Надо возвращаться, иначе не сносить мне головы за твоё похищение, — озорно произнесла лисица, поднимаясь и стряхивая грязь со штанов. — Не знаю от кого прилетит удар: короля, твоей девушки или оленя. — Я не дам тебя в обиду, — ласково произнесла Чарли, взяв собеседницу за руку. — Хоуп, надеюсь мы подружимся. — Данная задача вполне осуществима, — заверила с улыбкой грешница. Едва девочки подъехали к отелю, как из него мгновенно вылетела все та же компания, которая сопровождала их отбытие. Вэгги и Люцифер кинулись к Чарли, ругая за безрассудство. Она бездумно забралась на опасный транспорт к той, которую едва знает. Юная Морнингстар попыталась оправдаться, Хоуп же подруга Аластора, а король поспешил напомнить, одна из его знакомых уже привела коллекторов к порогу отеля. «Однако Рози помогла отразить атаку экзорцистов!» — недовольно воскликнула принцесса, складывая руки на груди. Наблюдая за разрастающимся конфликтом, Хоуп медленно отступала, пока гнев отца и девушки не перешёл на нее. Далеко уйти не смогла, спиной врезалась в грудь Радио демона. Задрала голову, взглянув на него глазами щенка, эффект не произвел впечатления. — Мне надо объяснять, почему сейчас я хочу придушить тебя? — спокойно спросил Аластор, однако помехи на фоне выдавали гнев. Хоуп с трудом проглотила слюну. — Она сама попросила, — попыталась возразить. — Значение слова «нет» тебе известно? — тяжело вздохнул. — Ее отец мне плешь проел, пока дождался вашего возвращения. — Жив и кости все на месте, значит ничего страшного, — изобразила равнодушие, отступая от мужчины и разворачиваясь к нему лицом, хоть Аластор никогда не бил в спину, все равно спокойнее видеть его перед собой. — С твоими навыками коммуникации поражаюсь, как ты смогла сохранить части тела в Аду, — хмыкнул. — Пошли, Хаск ждёт и, предполагаю, вспомнил все молитвы. Умеешь в грешных душах веру пробуждать, — рассмеялся, подталкивая спутницу ко входу. Хоуп спрятала свое транспортное средство в пределах собственности семейства Морнингстар, чтобы сохранить его не тронутым. Уже один раз колеса у нее сняли. Искала будущих смертников по всему Аду. За байк была готова растерзать. Она предложила подвести кого-то из своих мальчиков. «Я на этот кошмар инженерии не сяду», — раздражено сказал Аластор. Его мысль поддержал Хаск, но столько не из-за самой машины, как стиля вождения лисицы. Это принцессу она катала аккуратно, беспокоясь о собственной сохранности, с ним нежничать не будет. Избранное заведение своей атмосферой напоминало старые подпольные бары Нового Орлеана, спускаться в подвал так же пришлось. Хоуп знала, ее другу придется по вкусу атмосфера этого места с лёгкими нотками джаза, хорошей выпивкой. К минусам стоило отнести дымку и едкий запах никотина. Курить можно внутри, но о проветривании никто не позаботился. Лисицу это не беспокоило из-за зависимости от данной вредной привычки. — Его спрашивать о месте пребывания все эти семь лет бесполезно, но где была ты? — поинтересовалась Хаск, когда они заняли столик, и им мгновенно подали напитки. Преимущества общения с Радио демоном, стоило зайти, как бар наполовину опустел. Им достался неплохой столик, ассортимент на выбор был велик, а персонал скорее поспешил предоставить высококачественный сервис. — Изначально в Чревоугодии, там во всех барах подают великолепный мед, уходишь от него мгновенно, а потом гоняла по кольцу Гнева, — рассказала лисица, заливая в себя стакан. — Искала тонкие места, чтобы спуститься ниже. Слышала в Зависти есть настоящий океан, без кислотности и прочей ереси Ада. Когда закончите дела в отеле, вам обязательно надо попутешествовать со мной, я покажу вам лучшие места преисподние. — Ты при короле не упоминай, что нагло нарушаешь запрет на перемещение грешников между кругами, — хмыкнул Аластор. Именно так эта девчонка скрывалась от него долгие годы, и стала причиной того, что владыка, заполучивший ее душу, относился к ней с заботой. Текучая будто вода — ее сила. Не только дар ощущать и скрывать души на дне реки своих вод, но и самой пробираться в незащищённые щели. Могла переместиться в любую точку Ада. Изначально двигалась лишь по Гордыне, была невидимым союзником, собирающим информацию. Со временем научилась ощущать тонкие места между кругами и проникать в них, игнорируя главные пути для данных путешествий. Без разрешения грешники не могли покидать свое место пребывания. Запертые навечно, вынужденные вариться в общем котле из собственных пороков и насилия, поэтому силы Хоуп были так привлекательны для многих, в особенности владык. Проведешь пару десятков лет в Гордыне, и эта девочка будет точно лакомый кусочек, который ты жаждешь проглотить. Она не обладала разрушительной мощью, как Аластор, но имела нечто большее, полезное, но делающую ее пешкой на шахматной доске бездны, а не офицером. — Серьезно, Хоуп, не нарывайся, ты и так показала не лучшую свою сторону, — добавил от себя кот демон, наблюдая за тем, с какой невероятной скоростью напивается данная персона. — Хорошо-хорошо, зануды, — закатила глаза. Хаск относился к данной подруге босса двояко. Убирать за ней приходилось ему, однако девочка не была плохой от слова совсем. Чокнутая немного, в голове одни тараканы, но сверх плохих поступков за ней не было замечено. Она скорее как подруга Энджела, Черри, на манеру общения. С этой дамой легко и тяжело одновременно. Хаск привязался к ней за все года знакомства, они проводили время вместе и вне традиционных встреч. Ее действия не удивляли уже. Сейчас напившись, поспешила танцевать, перед этим выкурив десять сигарет, раздражая Радио демона. Забралась на барную стойку, привлекая всеобщее внимание. Спустя минут пятнадцать Аластор поспешил ее оттуда снять, ибо часть публики уже пускала слюни и похотливо смотрела в адрес девушки, некогда открывшей для Хаска более человеческую часть хозяина его души. Первые несколько лет никто бы не сказал, что между ними что-то есть помимо дружбы. Кот не замечал страстных порывов в адрес друг друга. Лишь спустя пару совместных попоек, когда Хоуп так же танцевала на баре, какой-то смелый черт потянул к ней свои ручонки, их же и лишился, а Ал забрал лисицу и посадил к себе на колени, отбивая у окружающих желание к ней подкатить. Один поцелуй, но до дрожи горячий, дал понять, чья эта особа. Ревность. Беспокойство. Забота о другом. Тогда для Хаска частично и слетела маска улыбчивого ублюдка, демонстрируя его человеческое нутро и слабости. Отношения к боссу резко изменилось. Гад все такой же, но не совсем бессердечный. Существо, лишённое органа качающего кровь, не способно кого-то любить. Хоуп всячески выражала возмущение, когда перекинув через плечо, ее тащили на выход. Кивнув Хаску, Аластор дал понять, что им пора уходить. Кот не стал задерживаться, оставил деньги на столе и пошел следом. По дороге к отелю лисица притихла, выражая неудовлетворение через редкое сопение. В холле встретили Энджела, после работы ожидающего бармена отеля. — Не могу без тебя спать, — пояснил паучок, бесцеремонно опуская голову на плечо Хаска. — Вал меня сегодня достал по всем фронтам. — Ого, — Хоуп вывернулась так, чтобы взглянуть на ребят. — Вы встречаетесь? Неожиданно. Мне то казалось ты ещё тот ханжа, chat. Никогда не видела тебя в чей-то компании, кроме бутылки. — Твоего друга тоже никто не видел, но жизнь полна сюрпризов, — рассмеялся Даст. — Это у вас игры такие ролевые? — Хаск пихнул Энджа в бок. — Аналогичный вопрос, малыш, — парировала в ответ Хоуп. — Может поставишь меня уже? — обратилась к Аластору. — Обещаешь хорошо себя вести? — подначил ее демон. — Буду послушной девочкой, клянусь своим байком, а дороже его у меня никого нет, — изобразила раскаяние, от которого фальшью веяло за километр. Радио демон аккуратно снял лисицу с плеча и поставил на ноги, игнорируя обиженный взгляд, пока она поправляла одежду. Остальные посмеивались над этой сценой. Обменялись короткими прощаниями и парами разошлись по комнатам. — Была ли необходимость в отдельном номере, если очевидно, я большую часть времени проведу в твоём? — хихикнула Хоуп, когда они подошли к двери. — Это для удобства, — открыл дверь Аластор, пропуская девушку вперёд. — Я могу вести передачи до ночи, буду мешать спать. — Ты и так знаешь, у меня всегда со сном проблемы были, — тяжело вздохнула, падая на кровать. Порылась в кармане в поисках сигарет. — Renard, окно, не смей курить в постели! — с раздражением произнес демон. Послушав его, девушка пошла в указанном направлении. Тень поставила перед ней пепельницу. — Стряхивать не на ковер. — Будешь? — потрясла пачкой. — Ты знаешь, я редко курю. — И это происходит со мной за компанию, — улыбнулась.