Пустяки (3)

***

Часы на каминной полке показывают двадцать семь минут пятого, но сейчас уже за полночь. Они всегда показывают двадцать семь минут пятого, потому что тиканье беспокоит Шерлока, и Джон в конце концов перестал их заводить. Он достаточно хорошо изучил Шерлока, чтобы понимать, как работает его мозг. Сейчас он неподвижно лежит на диване, сложив руки домиком, словно в молитве. Он не спит, он в своих Чертогах Разума. В комнате абсолютная тишина, ни звука, кроме потрескивания в камине, ни света, кроме отблесков огня. Снаружи Джон слышит, как проезжают машины, шурша шинами под дождём. Джон сидит в своём кресле у камина и читает. Однако он уделяет книге лишь половину своего внимания. Он думает о мужчине на диване. Шерлок иногда что-то говорит Джону, когда его нет рядом. Раньше это беспокоило Джона, потому что было несправедливо по отношению к Шерлоку ожидать, что он будет знать, о чём они говорили, пока Джон был в операционной, а Шерлок расхаживал по палате 221Б, излагая улики по своему последнему делу. Однажды Джон нарисовал лицо на воздушном шаре и прикрепил его к своему креслу, чтобы Шерлоку было с кем поговорить. Джон-заменитель. И, может быть, он заметит, что это не Джон. Он научился терпению. Он понимает, что его сосед по квартире никогда не предваряет свои слова и не объясняет их контекст. Это бесконечный разговор внутри его блестящего ума, который время от времени прорывается наружу. − Вот тогда-то я и понял. Улыбаясь, Джон закрывает книгу. − Расскажи мне ещё. И Шерлок так и делает.