Сгорая в безумии

Хотел бы вернуть

Ту начальную полную радость,

Как будто не знаю,

Что время цветенья прошло.*

      — Солнышко, как ты себя чувствуешь? Отдохнула? — с беспокойством произнёс павлин, войдя в свои покои.       Фан Ли сидела за столиком у окна и тоскливо глядела на благоухающий сад. Увидев незваного гостя, она даже не шелохнулась, лишь нервно начала перебирать край рукава своего одеяния. Пава молчала, не зная что ответить. Как она может себя чувствовать в такой ситуации?       — О, теперь ты решила меня игнорировать? — горько усмехнулся лорд, — Я настолько тебе противен?       — Да, настолько.       Холодный тон подруги больно царапнул по сердцу Шэня. Он её терял. С каждой минутой, с каждым мгновением она становилась непостижимо далёкой. Нет! Этого больше не произойдёт. А-Ли не может оставить его!       — Идём! Сейчас же! — внезапно вспыхнул павлин и, резко схватив паву, потащил её к выходу.       — Куда мы? — беспокойно спросила Фан Ли, вдруг испытав страх.       — Я покажу тебе, чем жил эти годы, — объяснял лорд на ходу, спеша к своим мастерским.       И тогда ты меня снова полюбишь, ведь так?

*****

      Ужасная жара и едкий запах заставляли голову кружиться, а в груди становилось тяжело и противно. Мрачное огромное помещение, охваченное огнём и рабочими, словно сама преисподняя — вот где был Шэнь столько лет. Борясь с недомоганием, Фан Ли рассматривала всё вокруг, желая на собственных пёрышках прочувствовать всё то, что ощущал её бывший друг.       — Я потратил годы на сооружение всего, что здесь есть.. — слегка печально произнёс павлин, — Это небольшая жертва, но наградой за неё будет весь Китай, — безумно сверкнув своими кровавыми глазами, Шэнь вдохнул душащий запах гари.       — И тогда наконец ты успокоишься? Покорив весь мир ты что, станешь чувствовать себя гораздо лучше? — дрожащим голосом спросила Фан Ли.       Она попытается ещё раз. Сделает всё возможное, но вразумит лорда.       — Чаша, которую ты стремишься наполнить — бездонна. Пора положить конец этому безумию, — ласково, словно говоря с ребёнком, девушка подошла поближе, желая поймать взгляд Шэня.       — Зачем мне это делать? — усмехнулся павлин, будто услышав какую-то глупость.       — Чтобы твои родители покоились с миром.       Вдруг улыбка пропала с лица мужчины, а в его глазах Фан Ли увидела боль и тоску. Он на мгновение застыл, пытаясь совладать с рвущимся наружу чувствами.       — Меня родители.. ненавидели. Ты это понимаешь? — жёстко констатировал павлин, искренне веря в сказанное, — Они поступили со мной жестоко. Но теперь я всё исправлю.       — Они тебя любили.. Так любили, что погибли, когда ты ушёл из дома, — проникновенно-тихо говорила девушка, желая достучаться до мужчины.       Вдруг она заметила на его лице тень горького.. сожаления. Вот оно! Её Шэнь-эр ещё где-то там! У неё есть шанс всё исправить!       Однако её внезапную радость омрачил возникший жёсткий взгляд и кривая усмешка. Лорд Шэнь вернулся.       — Мёртвые живут в прошлом, а я должен стремится в будущее, — высокомерно произнёс павлин, больше не смотря на Фан Ли.       "Опять эти глупые чувства! Отринь их или все твои планы не сбудутся!" — в мыслях ругал себя мужчина.       Разочарованно выдохнув, паве всё же удалось сдержать подкатывающие слёзы. Она снова проиграла.       — Поставив Китай на колени, ты что, станешь счастливее!? — отчаянно крикнула девушка, желая узнать ответ.       — Счастье нужно завоевать.. И я своё завоюю, — бескомпромиссно произнёс лорд, обернувшись к паве.       Они стояли друг против друга, среди везде мельтешащих громких рабочих, будто как тогда, в праздник Циси, среди снующих жителей. О как же далеки были те года волшебного прошлого! Не понятно было, кто же из этой пары скучал по ним сильнее?       Душа павы, наполненная отчаянием, рвалась от боли. Сейчас бы она отдала всё-всё на свете, лишь бы больше не испытывать этих противоречивых душащих чувств.       — Я никогда больше тебя не полюблю, — прокатилось эхом, казалось, по всему огромному помещению.       Не желая верить услышанному, павлин мотнул головой, словно пытаясь отогнать ужасное наваждение.       — Стой, солнышко..       — Как бы ты мной не манипулировал, на какие бы уловки не шёл.. Всё разрушил именно ты, — яростно выплюнула Фан Ли, уставшая от своих неиссякаемых чувств.       — Нет! Нет-нет.. Не говори чепухи! Твой отец у меня, помнишь? Ты должна любить меня! Должна! — обезумевший от боли лорд крепко прижимал к себе возлюбленную, чувствуя, что безвозвратно её теряет.       Пава молча терпела все грубые слова Шэня, давясь от слёз. Как они дошли до такого?       — Ты принадлежишь мне! Ты моя! Слышишь меня!? — распалённый её игнорированием, лорд все сильнее сжимал девушку в своих объятиях.       Всё кончилось: терпение Фан Ли, самообладание Шэня и надежда на доброе будущее.       Последние лучики солнца утонули во мраке чёрных туч.