The Wolf And The Raven

«Дырявый котел» служил одновременно входом в Косой переулок и гостиницей для большинства путешественников, прибывавших туда из самых дальних уголков островов. Однако чуть дальше по улице, прямо напротив безупречного алебастрового здания банка Гринготтс, располагался отель «Элизиум», украшенный золотой отделкой. Поттеры всегда бронировали там люкс на верхнем этаже для своих ежегодных поездок по магазинам волшебного мира. Они приехали за несколько дней до начала предшкольного столпотворения. По утрам они расправлялись со скучными делами (мантии, письменные принадлежности, котлы), а жаркие послеполуденные часы проводили в прохладном кафе-мороженом Флориана Фортескью. 31 августа Флимонт и Юфимия вручили детям звенящий мешочек с галеонами и разрешили подождать друзей в «Дырявом котле». Джеймс и Бранвен пришли пораньше, чтобы быстро перекусить, и как раз сражались за последний кусок тоста, когда колокольчик над дверью звякнул, впуская бледного невысокого мальчика и двух родителей с настороженными лицами. — Питер! — закричал Джеймс, приветственно замахав рукой. — Привет, Джеймс, — Питер подбежал к брату и сестре. — Привет, э-э… — Бранвен, — она пожала потную, пухлую руку мальчика. — О, да. Прости, я забыл. Рад снова тебя видеть. В общем, мам, пап, вам не обязательно оставаться. Поттеры теперь присмотрят за мной. Джеймс и Бранвен обменялись озадаченными взглядами (они вообще-то не подписывались нянчиться с другом), но Петтигрю, казалось, ничего не заметили. Они вручили сыну большой сундук, клетку с пятнистой крысой и пачку магловских купюр для обмена в Гринготтсе. Коротко попрощавшись, они вскоре скрылись на улицах Лондона. Едва за Петтигрю закрылась дверь, вошла еще одна троица. — Римус! — Толпа в пабе росла, и на этот раз Джеймс залез на стул, покачиваясь и размахивая обеими руками, чтобы перекричать шум. Лицо Римуса просияло. Он дернул отца за пальто, что-то прошептал и, получив в ответ теплый кивок и улыбку, побежал к друзьям. — Привет, Джеймс! Бранвен! Питер! Мальчишки принялись хлопать друг друга по спинам. Только Бранвен, обняв Римуса, заметила, что под рубашкой с длинными рукавами, которую он носил в это душное лондонское лето, он изрядно потерял в весе. Став на дюйм или два выше Бранвен, он приобрел странный вид плохо набитого соломой пугала. — Сириус здесь? — спросил Римус. Джеймс нахмурился: — Я его не видел. Пойдемте поищем его. Римус оглянулся на приближающихся родителей. — Мам, пап, можно мне пойти с ними? — Конечно, сын, — ответил Лайалл Люпин. — Мы купим твои школьные вещи. Просто держись друзей и найди нас, если тебе что-нибудь понадобится, — Хоуп Люпин улыбнулась, её лицо выглядело бледным и изнуренным. Лайалл положил руку на плечо сына, заслоняя его от друзей. — Вот, — он пошарил в кармане и вытащил несколько сиклей, — это немного, но если вы захотите сладостей или мороженого, должно хватить. Римус обнял родителей и последовал за Поттерами и Питером через заднюю дверь паба. Маленькая компания прошла лишь половину улицы, когда они заметили Сириуса, пробиравшегося сквозь толпу и тащившего за собой другого мальчика. Как и в случае с Джеймсом и Бранвен, семейное сходство было неоспоримым. Увидев друзей, Сириус выпустил руку брата и подбежал к ним, едва не повалив Джеймса, когда закинул руку ему на шею. — Слава Годрику! Клянусь Мерлином, если бы мне пришлось терпеть свою семейку еще хоть день!.. — А это кто? — Римус кивнул на маленького мальчика, который как раз подошел к ним. Сириус закатил глаза: — Это мой младший брат, Регулус. Это будет его первый год в Хогвартсе. — И мой тоже! — пискнула Бранвен. — Я так волнуюсь! Регулус проигнорировал её. Он дернул брата за рукав и что-то прошептал ему на ухо. Бранвен показалось, что она расслышала слова «грязнокровки» и «полукровки». Что бы это ни было, услышав это, Сириус сузил глаза и оттолкнул руку брата. — Отвали! Это мои друзья! Если собираешься нести такую чушь, можешь идти тусоваться с матерью. Регулус нахмурился, но больше ничего не сказал. — Вот и славно, — Сириус кивнул и потер руки. — Итак, куда двинем в первую очередь? К Флориану? В «Зонко»? В «Сладкое королевство»? — Там не продают школьные принадлежности, Сириус, — Римус закатил глаза. — Ну, мы с Регом уже закончили покупки. Мы приехали сюда пару дней назад. — Что?! — Глаза Джеймса округлились за стеклами квадратных очков. — Но мы тоже здесь были! Почему мы вас не видели? — Мать не выпускала нас из номера. Она заставила Кикимера сделать все покупки. Это было так скуууучно. — Ну, а мне всё еще нужно купить вещи, — заныл Питер. — У меня есть всё, кроме палочки, — добавила Бранвен. — Регу тоже она нужна, — Сириус потер подбородок. — Думаю, мы все можем пойти в лавку Олливандера вместе. И шестеро детей отправились вниз по улице. — О-о-о-о… Все они уже бывали в лавке раньше — либо за своими палочками, либо за палочками братьев, но вид тысяч коробочек, аккуратно сложенных рядами до самого потолка, всё равно вызывал трепет. — А, я ждал второго Поттера и Блэка, — Гаррик Олливандер спустился по лестнице в глубине магазина и подошел к ним с сухой улыбкой. — Кто первый? Регулус нетерпеливо подался вперед, навалившись на прилавок. Улыбка Олливандера стала еще более тонкой. — Очень хорошо, молодой человек. — Он снова исчез среди стеллажей. — Ах, да. Я думаю… — Олливандер вернулся и протянул потертую картонную коробку. Короткая светлая палочка покоилась на подкладке из жатого бархата. Регулус уверенно протянул руку. Маленькая электрическая искра сорвалась с рукояти, пробежала по его пальцам и вверх по руке. — Да, да, — пробормотал Олливандер. — Я так и думал. Ива. Сердечная жила дракона. Девять с четвертью дюймов. Жесткая. За последние десять лет я продал только одну ивовую палочку. Лили Эванс. Джеймс споткнулся о живую измерительную ленту, которую изучал, а Сириус толкнул Бранвен локтем в бок. — Та самая девчонка, которая ему нравится, — прошептал он. — А теперь вы, юная леди. — Регулус отошел от прилавка, освобождая место среди старших мальчиков. Для Бранвен Олливандер вынес целую охапку коробок. Сначала был кедр, восемь дюймов. Она выдала несколько искр, но Олливандеру этого явно было недостаточно, и он быстро заменил её на кизил, одиннадцать с четвертью дюймов. Эта палочка так дернула девочку за руку, что та быстро её выронила. После еще нескольких попыток появилась последняя коробка. Пальцы Бранвен потеплели, когда они удобно обхватили рукоять. Она уставилась на палочку в благоговении. — Что ж, я хотел попробовать еще несколько на всякий случай, но, честно говоря, я не удивлен, — Олливандер улыбнулся, и это была его первая искренняя улыбка за всё время. — Рябина. Волос единорога. Гибкая. Ровно десять дюймов. Я не знал ни одной рябиновой палочки, которая сотворила бы зло в этом мире. Она будет защищать тебя, пока ты ей верен. Когда деньги были выложены на прилавок, дети покинули лавку в приподнятом настроении. Джеймс хлопнул Сириуса по спине, а затем потянулся через него, чтобы выхватить палочку у сестры. — У моей Бон-Бон наконец-то есть палочка! Её первый шаг к тому, чтобы стать всемирно известным мракоборцем! — Джейми! Отдай палочку! — Бранвен подпрыгнула, толкая брата в попытке вернуть свое сокровище. Вместо того чтобы отдать её, Джеймс позволил палочке выскользнуть из пальцев. Римус бросился вперед и поймал её у самой земли. — Вот, — он вернул её владелице с застенчивой улыбкой. — Спасибо, — улыбнулась Бранвен в ответ. Затем она повернулась к брату, скрестив руки. — И никакого «спасибо» тебе, дурак. К тому же, я уже говорила тебе, я не хочу быть мракоборцем. Джеймс рассмеялся: — А кем ты хочешь быть? Чистильщиком каминов? — Я просто хочу, ну, знаешь, помогать людям. Он застонал: — Если бы это сказал кто-то другой, а не моя сестра, меня бы стошнило. — А что плохого в том, чтобы помогать людям? — вставил Питер. Сириус подхватил: — Это просто не очень круто, понимаешь? В смысле, где слава? Деньги? Девчонки? — Он подмигнул. — Я прав, Рег? Рег? Регулус! — Все головы закрутились, когда Сириус снова выкрикнул имя брата. Он хлопнул себя ладонью по лбу. — Мать меня убьет! Моей единственной задачей на сегодня было не потерять брата! — Уверен, всё не так плохо. Мы просто разделимся и поищем его. — Нет, ты не понимаешь, дружище, — Сириус схватил Джеймса за мантию, — моя мать меня на самом деле убьет. Регулус — её любимчик. Он… — Это не он? — Римус указал на группу подростков, шедших по противоположной стороне улицы. Регулус явно выделялся как самый маленький среди них. — Мерлиновы причиндалы. Он с моими кузинами. — Вы не ладите? — спросила Бранвен. Сириус покачал головой: — Ты бы тоже с ними не поладила. Пошли. Они побежали за ним к группе подростков. Там были две девушки: одна с блестящими глазами и копной черных волос, которые могли посоперничать в беспорядке с волосами Джеймса, и бледная молодая ведьма с безмятежным выражением лица. Высокий светловолосый волшебник держал младшую сестру за руку. — Эй! Рег! Что мать говорила тебе о том, чтобы держаться меня? — Отвали, Сири! Я с Цисси и Беллой. Я просто показывал им свою новую палочку. — Ива, — заговорил светловолосый юноша. — Не так элегантно, как вяз, — он продемонстрировал свою палочку, — но приемлемо. Регулус станет отличным дополнением к факультету Слизерин. — Заткнись, Люциус! — Сириус схватил младшего брата за руку. — Рег может быть на любом факультете, на каком захочет. — Я хочу в Слизерин! — Регулус оттолкнул брата и встал между девушками. — Цисси и Белла отведут меня к маме. А ты проваливай со своими дурацкими друзьями-полукровками. Сириус и остальные молча смотрели, как кузены Блэк развернулись и пошли дальше по улице, уводя за собой своего нового соратника. — Простите, ребята, — пробормотал он, потирая затылок. — Он… он просто не может противостоять матери, понимаете? Она многого от него ждет. — Всё нормально, — Джеймс похлопал его по спине. — Эй, у меня еще остались карманные деньги. Пошли в «Зонко» и закупимся! Остаток дня прошел в безудержном веселье. Карманы пятерых друзей пополнились запасами шуточных товаров и сладостей. Сириусу и Римусу пришлось вернуться к родителям тем вечером, но Питер, Джеймс и Бранвен засиделись допоздна, съев гораздо больше конфет, чем планировали, и строя планы на следующий учебный год. На следующее утро пятеро друзей снова встретились на платформе 9¾. — Береги себя, дорогой, — мистер и миссис Люпин крепко обняли сына. Миссис Блэк коротко и официально взяла Регулуса за плечи, а затем повернулась к старшему сыну: — Постарайся не разочаровывать нас больше, чем ты уже это сделал. Бранвен и все мальчики получили теплые, крепкие объятия от мистера и миссис Поттер, прежде чем шумно забраться в поезд и занять купе в самом конце вагона. — Я забыл спросить, Бранвен, как ты думаешь, на какой факультет попадешь? — спросил Римус, помогая ей затащить сундук на багажную полку над головами. Джеймс запрыгнул на сиденье рядом с сестрой, обняв её за плечо: — Ну и глупый вопрос, Римус. Поттеры всегда в Гриффиндоре. — Да, но Блэки всегда в Слизерине, — ухмыльнулся Питер. Сириус сел рядом и пихнул его в бок: — Заткнись. — О чем это он? Римус сел между стеной и Питером, напротив Бранвен. — Семья Сириуса всегда была в Слизерине. Из-за этого вчера и была та перепалка с кузинами. И тем парнем, Люциусом. Он староста Слизерина. А наш Сириус — первый Блэк, попавший в Гриффиндор. Да и вообще на любой факультет, кроме Слизерина. Бранвен улыбнулась: — Это же круто, Сириус! Лицо Сириуса до этого было напряженным, он готов был отразить любые грубые замечания о своем отступлении от традиций. Но, услышав её слова, он удивленно смягчился. — Да, ну… спасибо. — Конечно. А теперь к важным делам… кто-нибудь из вас, кроме Джеймса, собирается пробоваться в команду по квиддичу? — Очевидно! — Сириус выпятил грудь. — Не могу же я оставить своего дружка там одного? — А вы двое? Питер побледнел: — Ни за что! Я больше никогда не хочу садиться на метлу! Мальчишки покатились со смеху. — Да и никто не хочет, чтобы ты на неё садился, Пит, — Джеймс вытирал слезы. — Особенно после того, как ты взлетел на три фута и тебя стошнило прямо на мадам Трюк! Бранвен рассмеялась, а затем повернулась к Римусу, пока Питер краснел, закрыв лицо руками, а остальные хлопали его по спине. — А ты будешь пробоваться, Римус? — Не-а, — он покачал головой, и прядь его рыжевато-коричневых волос упала на лоб. — Думаю, на земле мне комфортнее. — Римус у нас тоже неженка, но хотя бы не блюющая неженка. — Сириус и Джеймс снова зашлись в приступах хихиканья. Их смех выплеснулся в коридор, когда дверь купе откатилась, и сгорбленная ведьма с тележкой улыбнулась: — Желаете чего-нибудь, милые? — Пять штук всего! — Джеймс вскочил, споткнулся о ногу, которую подставил Сириус, и врезался головой прямо в тележку. — Джеймс! — Бранвен вскочила, помогая брату подняться. — Ты не можешь покупать столько сладостей! Мама сказала, что эти деньги — на самое необходимое. — Ты хочешь сказать, что конфеты — это не необходимость? Ведьма с тележкой перевела взгляд с одного детского лица на другое: — Итак, это будет… Джеймс вздохнул: — Пять шоколадных лягушек, пять тыквенных котелков и пять пачек конфет «Берти Боттс». — Пока он обменивался монетами и сладостями с ведьмой, лицо Бранвен просияло. — О! Я только что вспомнила! Она запрыгнула на сиденье и начала рыться в своих сумках на полке. — Папа водил меня в магловские магазины на каникулах. У них там такие странные штуки, — говорила она через плечо. — В общем, я нашла те «космические» конфеты, которые тебе нравятся, Римус. — Она наконец плюхнулась обратно, раскрасневшаяся, и протянула коричневый бумажный пакет. Он был набит батончиками, углы которых прорывали бумагу. Глаза Римуса расширились, а лицо стало пунцовым. Он взял пакет и выудил оттуда большой «Марс». — С-спасибо, Бранвен. — Я тоже хочу! — Сириус схватил пакет и начал раздавать батончики друзьям. — Сириус! Это для Римуса! — Бранвен вскочила, чтобы вырвать пакет из его рук, но он поднял его повыше. — Почему это? Неужели тебе нравится наш Римус? Покупаешь специальные конфетки только для него, — ухмыльнулся он. Бранвен побледнела, её глаза сузились: — Я сказала, отдай! — Эй! — Джеймс вскочил, выхватил пакет и одним движением оттолкнул Сириуса. — Отвали от моей сестры, приятель. — Он вернул пакет Римусу и обнял Бранвен за плечи. В купе воцарилась неловкая тишина. — А они вкусные, — пробормотал Питер с набитым ртом (он уже вовсю жевал «Марс», который ему передал Сириус). Римус тихо рассмеялся, и напряжение исчезло; на них снова снизошла атмосфера товарищества. Не успели они оглянуться, как впереди показалась станция Хогсмид.