III/II
23 сентября 2024 г., 07:01
Нео всегда считал себя вольной птицей. С самого начала, до нынешних дней. Он был вольной птицей когда спустился к людям. Он был ею даже когда его изгнали с небес. Даже когда душевное состояние подкосилось и ему пришлось уйти, оставив людей без веры в лучшее будущее.
Он был той самой последней надеждой, которая рухнула в один день. Тогда и стало известно об социальной изоляции главы Христа Искупителя. Причины не были оглашены, ведь все подробности знал лишь один человек и он отказался рассказывать их.
— Да он простой отброс. Ему ещё повезло, что наш глава спас его. Так бы и сгнил в своём мёртвом мире. — шептались тогда остальные участники культа за спиной парня.
— Да, если бы не милосердие главы, он бы и тут кони двинул от опухоли в своей голове.
Нео ничего не знает о том, что говорили те люди. Знать и не желает. С каждым годом, как он потерял своё звание божественного существа, архангел начал больше походить на людей. Он начал больше думать о себе, поступая как полный эгоист, слушаясь только повеление сердца. Но Нео никогда не любил. Зато его любили и не раз. Тех девушек он не запомнил — не хотел, зато на памяти до сих пор крутиться её имя.
Ники была сильна характером, верной культу и его главе. Но одна неправильная встреча сгубила такого хорошего человека.
Половину собственной жизни она была верна лишь одному, хотя знала, что это не взаимно. Она даже не пыталась подойти и признаться.
Всем известно, что божественным сущностям чужды человеческие чувства.
Нео запрещает говорить о ней в плохом ключе, но отказывается вспоминать её сам.
***
— Мы рады видеть вас, глава. Прошло восемь веков с вашего последнего появления. — архангела повстречало два человека в серых одеждах. В ответ им он лишь кивнул, продолжая свой путь по длинному коридору. Только самые приближённые культисты к главе могли посещать эти места, могли бывать достаточно близко к закрытом крылу, но лишь одному было дозволено ходить туда без опаски. Пугод пользовался этим. Пользовался доверием Нео к нему, а тот прекрасно это знал. Было слишком очевидно. Но на памяти навсегда останется тот неуверенный и испуганный юноша, который пережил апокалипсис и увидел разрушение собственного мира. Этому же юноше и была дарована частичка сил главы культа, благодаря которой тот и может жить дальше. В настоящем мире, из-за увеченного тела ещё давно, архангел скрывается под мантией. Тень от капюшона скрывает всё лицо, не позволяя никому увидеть то, что скрыто от лишних глаз. Ему неприятно вспоминать тот инцидент. Некомфортно, когда кто-то рассматривает. Чёрные крылья слабые, безжизненные. Они безвольно тащатся по полу и архангел не в силах их приподнять и сложить за спиной. Само его тело еле двигается. Нео чувствует себя беспомощным и одновременно испытывает к себе отвращение. Он чувствовал себя также больше полутора тысячи лет назад... Архангела догоняет глава Святой Марии, помогает поднять крылья с пола и сам их несёт, пока его не догоняет двое ангелов. Уже они начали помогать Нео. Тот взглянул на них мельком, слегка удивившись, что в его культе состоят и ангелы. Пугод исключение. Он может и имеет божественную силу, точнее её часть, всё равно считается простым смертным. Ему её даровали скорее для сохранения жизни. — Чем же вы теперь будете заниматься, глава? — поинтересовался Пугод, выровнявшись с Нео и стараясь идти с его скоростью. Уровень угрозы человечеству был на высокой отметке, но не выходил за границы. Ещё можно было хоть что-то сделать с предстоящим кровавым хаосом, который видел сам Нео. — Пока что буду возвращать свои силы, а вот тебя попрошу следовать плану. — ответил на вопрос мужчина, не останавливаясь ни на секунду. — Тот самый план Геенна? — уточняет Пугод, чтобы не ошибиться. Слишком уж много у него планов появилось за такое время. Нео ничего не говорит, только кивает и уходит дальше, оставляя подопечного позади. А тот и не спешит опять нагонять архангела. Наоборот. Пугод оборачивается и уходит по коридору в совсем другую сторону, намереваясь выполнить то, что должен был сделать ещё давно.***
В день, когда культ Христа Искупителя был уже уверен в погибели всего мира через десяток ближайших лет, неожиданно возвращается его глава — один из немногих существ с небес, кто по собственной воле спустился в этот грешный мир. Но из-за этого решения он был изгнан из родного дома, без права вернуться туда. Народ собрался на главной площади перед огромным зданием с большими золотыми куполами. Они что-то обсуждали между собой, пока ждали, когда на балконе появиться кто-то из культистов большего сословия, чем они. Раздался звон, привлекая внимание собравшихся. Люди тут же подняли свои головы, без какого либо интереса смотря на балкон. Им уже стал привычен старческий голос, седая голова. Сегодня всё поменялось. — Смотрите, это глава! — крикнул кто-то в толпе и все с изумлением устремили свои взгляды на балкон, куда вышел теперь человек в мантии и с крыльями за спиной. Может они и были чёрными, но лишь по их форме было понятно, кто стоит перед людьми. Их радости не было предела. Наконец-то! Наконец у человечества вновь появилась надежда на выживание. Нео знал прекрасно, что вернуть собственные силы не составит труда. Участники культа передавали истории об архангеле из поколения в поколение, молитвы о нём до сих пор знают все, даже дети. Культ Христа Искупителя вернул былые силы и мощь, осталось только помочь его главе. От людей требовалось совсем немногое: просто вновь поверить в архангела. — Глава...ваши крылья! — отозвался один из помощников, что помогал держать на весу огромные крылья Нео. В его руках некоторые перья начали светлеть, затем это перебралось на все остальные. Нео почувствовал, что силы возвращаются к нему с каждой секундой, даже крылья перестали ощущаться как ненужный балласт за спиной. Стало легче намного, что даже сильная усталость в теле отошла на второй план. Ни разу в жизни он не сомневался в своих людях...***
Сквозь лесную чащу, пробираясь сквозь заросли, спешил куда-то парень. Он был в обычном красном плаще, а на голове серая шапка, наполовину скрывающая кудрявые короткие волосы. Карие глаза бегали по всему, что его окружает, пытаясь выбрать путь, куда бежать и как изменять свою траекторию. За ним толпой гнались люди в тёмно-кровавых накидках. В их глазах было зверское безумие и они почти пылали огнём. Парень выдохся, ему было тяжело дышать, но адреналин в крови и желание жить заставляли продолжать двигаться. До нужного места оставалось совсем немного и бросать всё просто так, особенно жертвуя собой же, было бы глупо. Впереди нужный проход, что давало большой стимул ему, чтобы не остановиться в такой знаменательный момент. Парень пробегает сквозь каменную арку, выбегая на небольшую поляну, окружённую крутыми каменными стенами. Оборачивается назад, глядя на добирающуюся до него толпу, потом переводит взгляд вверх, явно высматривая там кого-то. Зашевелился механизм, за спинами людей был закрыт единственный выход, а шатена тут же утянули вверх, спасая от мучительной и долгой смерти. — Ну вот, на нас можно положиться, а ты опять не верил, Клэш. — парня похлопали по плечу, но встретили в ответ лишь недовольный взгляд. — От вас можно ожидать чего угодно, вот я и не вег'ил. — хмыкнул Клэш, сложив руки на груди. — Что там дальше по плану, Диамкей? Вг'оде бы мы должны их сжечь. Седовласый парень, явно куда выше Клэша, махнул кому-то рукой, а затем принялся что-то готовить. Парень обернулся, глядя на действия Диамкея, но потом отвёл взгляд на людей внизу. — Давай быстг'ее! — заволновался Клэш и, за секунду подняв какой-то камень, кинул в голову культисту, что практически выбрался. — Одну секундочку. — попросил Диамкей, пока к ним наконец-то присоединился и третий. Его лицо было скрыто балаклавой, были видны только глаза. Он взглянул туда, куда смотрел Клэш. Времени было мало. Культисты будто имели один разум, раз так сплочённо, подойдя к стене вплотную, начали создавать из себя же живую башню. Действия Клэша помогли лишь сбросить самого верхнего, а затем уже ничего он сделать не мог. — Обси, помоги мне! — попросил Диамкей и парень в балаклаве подошёл уже к нему, помогая взять вторую десятилитровую канистру. — О, наконец-то! Мы их сожжём! Как же мне нг'авиться этот план! — воскликнул Клэш, наблюдая за действиями товарищей. Наклонив обе канистры на бок так, чтобы из них вытекало содержимое, Диамкей ненадолго отошёл обратно, начав рыться в спортивной сумке. Обси присел на одно колено и наблюдал за тем, как темноватая жидкость выливается прямиком на всех людей в яме. Клэш стоял неподалёку, до сих пор выравнивая собственное дыхание. К сожалению воды с собой они не взяли. Диамкей достал из сумки зажигалку, опробовал её заранее, глядя на красивое пламя, прежде чем вернуться к парням. Он поправляет очки на носу, дожидаясь подходящего момента. Бензин льётся рекой, заливается в глаза, носы, но эта кучка одержимых культистов не чувствуют боли. Такова их участь: долго и мучительно умирать, не чувствуя боли, пока этого не захочет их Бог. — Оказалось, привлечь внимание одег'жимых легче лёгкого. Я пг'осто появился в поле их зг'ения. — хмыкнул Клэш, глянул на Диамкея и Обси. — Это всё из-за того, Клэш, что ты магнит для всякой хуйни, к примеру тёмных духов. — напомнил Диамкей своему товарищу его принадлежность во всех их вылазках. Это трио — команда уничтожения. Они давно ждали свой звёздный час и вот, наконец, им дали сигнал. Диамкей был вампиром, что решил примкнуть к людям. Таким образом ему куда легче получать для себя пропитание. Обси был обычным мертвецом и постоянно молчал. Он просто не мог, ведь его язык сгнил и отпал уже давно. Клэш был простым человеком, но со своими особенностями. Диамкей вновь открывает зажигалку, берёт какую-то сухую тряпочку, поджигая её с одного из концов. — Давай побыстг'ее, кг'овосос хг'енов! Если ты и Обси бессмег'тны, то я нет! — подгоняет Клэш вампира к действиям, хмуро глядя то на него, то на обезумевшую толпу внизу. Было уже затемно. Солнце давно зашло, за горизонтом осталось лишь алое свечение, которое тоже медленно уходило. Было холодно, уже слегка морозило, но чувствовал это лишь один человек. — Не говори под руку, гном, иначе я подожгу сейчас тебя, а не их. — шипит Диамкей и наконец кидает горящую тряпку в самого верхнего культиста. Тут же вспыхивают все. Пламя доходит чуть ли не до верхушек деревьев, но люди начали падать. Они катаются по земле, пытаясь себя потушить, но огонь уже охватил их полностью. Волосы и одежда сгорают, на коже образовываются волдыри и лопаются, чтобы появились новые. Он забирается внутрь, прожигая все органы, оставляя ожоги. Пламя изменило свой цвет, став кроваво красным, а затем потемнев, но только усилив свою мощь. Двое парней стояли почти на краю, когда же другой находился в нескольких сантиметрах от всех. Ему не нравился огонь, не нравилось его тепло, было страшно и невыносимо одновременно. — Чтож...план Геенна удался! — усмехнулся Клэш, наблюдая за происходящим адом внизу. — Ох, смотг'и...они сами себя начали г'вать... Зрелище было не из приятных, скорее даже слишком отвратительным. Даже Клэша, который не раз видел подобные сцены, начало мутить. В целом он согласился на эту авантюру чисто из-за работы с огнём. — Уже плевать. Мы всё выполнили правильно, так что больше от нас ничего не требуется. Остальные части Геенна точно уже справились. — махнул рукой Диамкей и, развернувшись, начал уходить в темень. — Надеюсь, что ослабление лжебога таким способом точно поможет прикончить его. Вампир кидает сумку Клэшу, а сам берёт мертвеца под руку и помогает идти. Обси идёт спокойно, но сам будто выпал из реальности. Клэш знает прекрасно, что его товарищ погиб в результате поджога. Сейчас всё тело Обсидиана скрыто под чёрными мешковатыми одеждами и не дай Боже, если кто-то увидит те ужасные шрамы. Клэш перекидывает спортивную сумку на плечо и направляется следом за коллегами, пока за их спинами пылает огонь и слышны человеческие крики боли. Видимо их Бог не всегда снижает болевой порог своим верным слугам...***
Свет луны проникает прямиком в помещение сквозь огромные окна, освещая книжные полки и часть главного коридора. Библиотека была сквозной, соединяя при помощи себя два огромных зала. Чёрный силуэт проникает в помещение практически незаметно, остерегаясь лунных лучей, держась в темноте. Он клацает острыми зубами, проходя сквозь стеллажи книг, направляясь прямо в середину библиотеки. Его уже заждались. В середине помещения как раз стоял мужчина в белой рубашке и цилиндре. Тёмно-каштановые волосы были растрёпаны, лёжа на плечах и спине. Мужчина стоял неподвижно, не боясь, что может находится за его спиной. Глава Святой Марии резко оборачивается, смотря прямо перед собой на костлявую морду. Волчий череп слегка деформирован, от лобной части исходят ещё остеофиты, напоминающие рога. Мужчина и существо смотрят друг на друга какое время в полном молчании. — Я тебя не слышу. — ткнув на свою голову, сказал Пугод, что-то напоминая костлявой морде перед собой. Он чувствует, как существо злиться, но поделать ничего не может. Оно скрывается во тьме вновь. Цилиндр на голове мужчины начал шевелиться, дрожать, пытаться сделать хоть что-то, чтобы сбежать. — Ты своим обликом испугал Хаттера. — снимая головной убор с себя, сказал Пугод и опять устремил свой взгляд во тьму. Оттуда на него опять смотрел череп. — Модди. — Этого человека уже не существует. — хрипло отзывается из темноты лжебог. — А чей облик ты принял? МоддиЧат был одним из великих, пока ты его не погубил и не забрал тело себе. — с каждым словом улыбка пропадала с бледного лица. Взгляд трёх пары глаз всматривался в темноту, стараясь разглядеть человеческие черты в фигуре перед собой. Мужчина в темноте лишь недовольно фыркает. Сперва ему пришлось принять человеческий облик, так им нелюбимый, а теперь приходится выслушивать от какого-то шляпника собственную же историю. Живёт он уже давно, повидал достаточно, но цель у него была одна единственная: сделать из этого мира такой, где ему будет поприятнее находится. — Зачем ты меня позвал? — спрашивает недовольно МоддиЧат у человека напротив. — О~ — протягивает Пугод. — Я хочу предложить тебе сделку...
