Хорошие мальчики выживают

~ полгода спустя ~

             — Я дома! — кричит Чонгук, сбрасывая ботинки.       Его встречает гробовая тишина, и Чон невольно напрягается, бесшумно следуя на кухню, но так никого на первом этаже и не находит. По скрипучим ступенькам он поднимается на второй, толкая дверь их с Тэхёном комнаты, и замирает на пороге.       — Поздравляю! С первым учебным днём! — Ким пару раз гудит, то сворачивая, то разворачивая блестящую свистульку, и берёт со стола небольшой тортик, поднося Чонгуку, чтобы тот задул свечку.       — Тэ, ты… Это я должен тебя поздравлять. В конце концов, для меня это всего лишь очередной год школы, а для тебя первый день в университете. Это важнее, — ворчит, обнимая своего идейного и невероятно вредного парня. — Договаривались ведь: без подарков, чтобы на выходных поехать в Пусан.       — Брось, я почти не потратился.       — Но у меня-то для тебя ничего нет!       Ким осторожно отставляет торт в сторону, утягивая Чонгука за собой на диван.       — Ты и так ради нас двоих устроился на подработку. Постоянно пропадаешь до ночи, чтобы накопить на море, — Чонгук закатывает глаза. Это другое. Подработка ему была нужна не только из-за забронированных месяц назад билетов, но и чтобы слезть наконец с шеи бабушки, на которую они свалились, как снег на голову. — Но если тебе всё ещё мало, — тянет Тэхён, проводя рукой по идеально выглаженной рубашке, — то у меня есть идея того, что ты мог бы мне подарить.       Чон заинтересованно вскидывает бровь, любуясь чужой нежной улыбкой. У Тэхёна пушистые после душа волосы и след от очков на переносице, но он по-прежнему кажется Чонгуку самым красивым созданием на планете.       — Всё, что угодно, ангелочек.       Тот немного мнётся, подбирая слова, но в конце концов прижимается к его боку в поиске поддержки и негромко озвучивает:       — Я бы хотел попробовать.       Чонгук сперва не понимает, но когда смысл просьбы доходит до него в полной мере, то удивлённо отстраняется.       — Ты уверен?       Все эти шесть месяцев их отношения словно строились заново. В новых реалиях они оба раскрывались друг перед другом совершенно иначе: Тэхён, например, оказывается, очень любил готовить. И пение, о котором он когда-то лишь скромно упоминал, явно стало его отдушиной, перейдя в нечто серьёзное, когда он решил подать документы в Академию искусств. И ведь прошёл! Чонгук же, вернувшись в город, вновь погрузился в учёбу. Но если раньше он делал это, чтобы доказать что-то бесконечно требовательной матери, то сейчас его целью стало овладеть чем-то в достаточной степени, чтобы обеспечить им с Тэхёном безбедную жизнь. Ну или хотя бы свою квартиру.       Они часто ходили на свидания, устраивали друг другу сюрпризы и в целом оказались довольно схожи в своих способах проявления любви. Но единственным удовольствием, с которым решили всё же повременить, стал секс.       В ту роковую ночь Чонгук пересказал Тэхёну всё, что происходило, пока тот себя не осознавал. И, конечно, старшему потребовалось время, чтобы принять нелицеприятную правду. Тогда он рассказал друзьям, что призвал суккуба, желая избавиться от порочного влечения, но не учёл того, что демоны не заключают честных сделок. Позже он признался, что на самом деле отталкивал Чонгука, потому что боялся. Ведь если его тело лишено способности желать, то откуда тяга к другому человеку? К парню, связь с которыми Ким привык воспринимать не иначе, как грех.       За полгода они ни разу не заходили дальше поцелуев. Только теперь уже без сигарет: дурная привычка осталась там же, где остались их страдания и страхи. В своей новой жизни Чонгуку хотелось наслаждаться Тэхёном начистую, без вишнёвого марева, ассоциирующегося с навязанным желанием.       Никто никого не торопил и не напирал, они шли друг к другу мелкими шагами, и, наконец-то, добрались.       — Уверен, — кивает Тэхён незамедлительно, но после добавляет: — Я хочу быть сверху.       — Без проблем, — улыбается Чонгук, чмокая старшего в нос. — Только один вопрос: где бабушка? Она не говорила, что сегодня куда-то собирается.       — Возможно, я попросил Чимина походить с ней по магазинам, — губы Тэхёна растягиваются в застенчивой улыбке. Он наваливается на Чонгука всем весом, переворачивая их в горизонтальное положение, и мягко целует в щёку.       — Возможно? — щурится Чон.       — Угу.       — Хорошо, в таком случае… дай мне полчаса, ладно?       — Без проблем, — хмыкает Тэхён, поднимаясь, чтобы отпустить Чонгука в душ.

***

      — За что ты мне такой достался? — закрывает лицо руками Тэхён, когда Чон выходит из душа в одном лишь полотенце.       — За всё хорошее, — играет бровями младший, приближаясь к дивану и седлая чужие бёдра.       — Это точно, — шепчет Ким, прикусывая вставший сосок.       Тэхён проникает пальцами под полотенце, поглаживая крепкие бёдра, и сломлено стонет в поцелуй, когда Чонгук ёрзает на нём, притираясь.       — Ты ведь понимаешь, что я…       — Да, — выдыхает ему в губы Чон, оставляя на них ещё один чмок, прежде чем перекатиться на диван, подползая к шкафу, где всегда имелся стратегический запас презервативов. — Вот, возьми.       По сути, это будет их первый раз, ведь остальные Тэхён не помнит. А значит, Чонгуку придётся его направлять.       Он облизывается, когда смотрит на сильные венистые руки, и развязывает полотенце. Ким подсаживается ближе, доставая презерватив.       — Натяни на пальцы, чтобы было комфортнее. И начни с одного.       Тэхён слушается. Оглаживает подушечкой пальца податливый вход, проталкивая внутрь первую фалангу.       — Смазка, — Чонгук нашаривает брошенный рядом тюбик, передавая Киму.       Даже несмотря на небольшую подготовку в душе, растяжка идёт медленно и болезненно, но Тэхён старается как можно быстрее сцеловать с чужого лица каждую негативную эмоцию, параллельно опуская руку на прижатый к животу член.       — Просто обхвати его и делай так, как любишь сам.       — Но я не… — старший замолкает на полуслове, тушуясь.       Чонгук распахивает глаза.       — О боже, — вздыхает он, когда до опьянённого возбуждением мозга доходит: его Ангел никогда себя не ласкал. — Что, прям совсем ни разу?       Тэхён смущённо пожимает плечами. Член Чонгука дёргается в его руках.       — Чёрт, да тебе даже делать ничего не нужно. Одно твоё существование — мой сплошной кинк.       — Чонгук, — с улыбкой укоряет Тэхён.       Сжалившись, он накрывает руку Кима своей, задавая темп.       Тэхён постепенно добавляет пальцы, разводя их на манер ножниц, и Чонгук стонет, когда тот находит простату, надавливая и посылая по позвоночнику волну приятной дрожи. Младший выгибается, хватаясь за ворот чужой футболки, и поощрительно выдыхает:       — Да, вот здесь, ты молодец.       Краснея ушами, Ким усиливает хватку на члене, размазывая по головке выделившийся предэякулят, и сам стонет от того, как Чонгук шире раздвигает ноги, практически полностью опуская колени на диван.       — Достаточно, — жмурится Чон, пытаясь соскользнуть с вбивающихся в него пальцев.       Он поднимается и, дождавшись, пока старший разденется, сам надевает на его член презерватив, не упустив шанса дразняще коснуться головки губами в целомудренном поцелуе.       — Чонгук, пожалуйста, — тянет Тэхён, и Чон сразу ложится на спину, пересекаясь с ним голодным взглядом. Они одинаково сильно хотят наконец-то почувствовать друг друга полностью.       Ким раздвигает его бёдра властным движением руки и добавляет смазку, пристраивая головку ко входу. Коротко взглянув из-под бровей, проверяет, готов ли младший.       — Если будет больно, не терпи, хорошо?       Чонгука размазывает от такой заботы. Он тянет к Тэхёну руки, обнимая того за плечи, и пятками подталкивает в поясницу.       — Хорошо. Войди уже в меня, Тэ.       Когда головка проезжается по чувствительной стенке, Чон несдержанно всхлипывает, тут же прихватывая губами губы напротив. Он с жаром вылизывает чужой рот, отвлекая Тэхёна, потому что знает, что тот дико волнуется, и получает первые неглубокие толчки. Пальцы зарываются в золотистые волосы, оттягивая их у корней, и Ким низко стонет ему в рот, придавливая Чонгука всем весом своего тела.       — Ох, так даже лучше, — мычит Чон, когда собственный член оказывается зажат между животами. Он подмахивает тазом и неотрывно смотрит на нахмуренные в удовольствии брови на чужом идеальном лице.       Хватая Тэхёна за руку, он перекладывает её с бедра на свою шею. Первые секунды Ким не понимает, что от него требуется, но после сжимает на его горле свои нереально длинные пальцы, в то время как младший сжимается на вбивающемся в него члене, и закатывает глаза, когда картинка начинает плыть от нехватки кислорода, а голова ощущается лёгкой и невесомой.       — Тебе нравится это? — Тэхён склоняется ниже, обводя языком округлившиеся губы. Он даёт Чонгуку вдохнуть, прежде чем снова перекрывает лёгким доступ к воздуху.       Чон мелко кивает.       — Очень, — хрипит, чувствуя, как толчки внутри него становятся всё глубже и прерывистее. — Ты очень хорошо трахаешь меня, Тэхёна.       Ким стонет, резче вторгаясь в любимое тело, заставляя Чонгука вздрагивать от пробирающего насквозь удовольствия. Он вновь опускает руку к его члену, потирая пальцами самую вершину, и уже спустя минуту чувствует на своей руке горячую влагу. Младший вскрикивает, прижимаясь к Тэхёну липким от пота телом, и Ким довольно улыбается, замирая глубоко внутри, чтобы кончить в презерватив.

***

      — Я люблю тебя, — шепчет Тэхён на ухо, лежа рядом и заплетая на отросших волосах Чонгука косички. Он смотрит на него с щемящей нежностью, давая понять, что ни на секунду не пожалел о своём решении.       — Я люблю тебя, — заверяет Чон, привставая, чтобы лизнуть родинку на чужой нижней губе, а после прижаться к ней поцелуем. — Может сходим сегодня в зоопарк?       Глаза Тэхёна привычно загораются, и он валит смеющегося Чонгука на спину, уточняя:       — Правда хочешь?       — Хочу. С тобой, куда угодно.       — Позовём с нами Чимина?       — Чтобы он снова попытался украсть из вольера козлёнка? Я больше этого зоозащитника никогда с собой не возьму.       Тэхён расплывается в квадратной улыбке, и Чонгуку приходится закрыть один глаз, чтобы не ослепнуть.       Раньше Чон постоянно слышал, что в фильмах ужасов хорошие мальчики никогда не выживают. И сейчас он искренне радуется, что сам к ним едва ли относится, а Тэхён… Тэхёну просто повезло с ним повестись.