Исчезнувшая

Темные аллеи петляли, обманывали, вводили в ступор, но беглецу это было только на руку: в отличие от преследователей, он район знал. Свернув, чуть ли не впечатываясь в бетонную стену, с освещаемой дороги в жуткую промзону, Ральф чуть успокоился, даже расслабился — здесь уже было безопасно. Для него. После выстрелов ожидаемо поднялась тревога, и перекрыли все дороги, дотошно досматривали каждого, киллер чудом успел проскользнуть мимо поста, но нарвался на повышенное внимание уже в Термитнике. «Хоть бы добраться до убежища. Там пересижу несколько дней, и все.» — думал про себя Ральф, продолжая пробираться вглубь промки. Наконец, знакомое почерневшее от плесени и времени здание, сбившиеся каменные ступени, ведущие вниз, в подвал. Специальный стук, с паузами, и тяжелая металлическая дверь отъезжает в сторону, после чего Ральф заваливается внутрь. — Приперся. — не скрывая недовольства и презрения, протянул Идрис, закрывая дверь. Священник сидел тоже был внутри, сидел за столом, периодически постукивая по столу. Анхель коротко кивнул Ральфу, указал на стул напротив. — Ты совсем обдолбался? — не дожидаясь, пока тот сядет, взорвался Идрис, схватив Ральфа за шиворот. — Идрис, без рукоприкладства. — спокойно попросил священник, чуть сощурив глаза. — Без рукоприкладства? Анхель, этот придурок вместо девки завалил Приора! Её сына! Тебя и меня… — Идрис. — цокнул Анхель, скосив взгляд в сторону Ральфа. — Я не виноват. Ваш помощник выдал мое присутствие, эмпатик наверняка что-то почуял. — промямлил Ральф, кашляя от нехватки воздуха. Идрис отшвырнул его, как котенка, в сторону, сам сел за стал, развернулся лицом к лежащему Ральфу. — Вторая цель мертва? — деловито продолжил телекинетик. — Да. — все еще кашляя, выдавил из себя Ральф. — Две пули выпустил, Ришар не жилец. — Как и ты. — хмыкнул Идрис, вытаскивая пистолет. Ральф не успел отреагировать, не успел осознать значение слов. Пуля расколола его голову раньше, чем незадачливый убийца смог отреагировать.

***

Все было как в замедленной съемке. Сначала громкий звук битого стекла, секундная тишина. Затем сильный толчок, стремительное падение на землю, сопровождаемое отчаянным криком Кея: «Лу, ложись!». Звук выстрела. Через мгновение — еще двух. Крик. Один, второй, шумный гам толпы. Лу включилась сразу, инстинкты телохранителя дали свое. Псионичка перевернулась, машинально проверяя окружение на предмет еще одних выстрелов. Мозг отрабатывал разные варианты, как им лучше уйти. Девушка повернула голову назад, чтобы проверить, как Иво. Лу не сразу поняла, куда смотреть. Точнее, поняла, но мозг яростно отрицал тот факт, что перед ней Иво. Мужчина неподвижно лежал на спине, чуть завалившись вбок. Черная форма сидела не так. Немного съехала, смялась — последствия падения. Волосы растрепались по всему лицу, полностью скрывая его. Под черными одеяниями растекалась бордовая лужица. — Иво! Иво! — звала жениха Лу, подползая к неподвижному телу. Но ответа не последовало. Иво не отреагировал. Не шевельнулся. Звук окружающего мира пропал для Лу, она застряла в собственном крике, постоянно обращаясь к неподвижному мужчину. — Лу, пойдем, нужно уходить… — Кей силой развернул ее к себе, поднял на ноги. Псионичка оттолкнула его, порываясь подбежать к Иво. — Лу, — эмпатик развернул ее голову к себе. — смотри на меня. Лу? Нам нужно уйти. Сейчас. Лу всеми силами пыталась воспротивиться внезапному порыву уйти в безопасное место, послушать Кея, мысль о том, что Иво сейчас нужна ее помощь, постоянно маячила где-то на периферии сознания, но псионичка против воли пошла за Стоуном. — В Приора стреляли? — Он убит, видите? — Другой инквизитор тоже упал… — Убили сразу двоих. — Тоже мне телохранители… Лу ничего не соображала, была ведомой. Кей усадил ее в машину, что-то быстро прошептал охраннику. Снова коснулся Лу. — Успокойся, хорошо? Не делай глупостей. Все естество девушки буквально кричало о том, что ей нужно выбраться из машины. Ей нужен Иво. Шепоты советников ворвались в голову с замораживающим страхом: убили Приора? — Иво… Мне нужно к Иво… — псионичка прерывисто вздохнула, подалась вперед, чтобы выйти из машины, но Стоун мягко остановил ее. — Кей, уйди. — уже более твердо сказала она. Эмпатик подал едва уловимый жест стоявшему рядом охраннику. Лу почувствовала укол. Быстрый, холодный, прямо в плечо. Девушка все еще пыталась вырваться, но ее тело начало стремительно тяжелеть, мышцы обмякли, а затем голову накрыла вязкая вуаль тьмы.

***

Знакомый белый свет достал до тошноты. Тяжесть в голове — тоже. Лу резко села, свесила ноги на пол. Иво. Как сейчас Иво? Где он? Псионичка подлетела к двери, открыла ее, напугав карауливших охранников. — Мадемуазель Рид, вам нельзя покидать палату… — Где Иво? — Лу смахнула с себя чужие руки. — Мадемуазель Рид… — хватка стала более ощутимой. У Лу всегда было плохо с терпением. Сейчас — особенно. Девушка отбила руку, оттолкнула одного из громил, предварительно применив вектор, и быстро направилась по больничному коридору. «Были выстрелы. Нет, он не может… Нет, он не мог…» — отгоняла от себя мрачные мысли псионичка. — Лу! — Кей возник из ниоткуда, схватил ее под руку. — Что ты делаешь? Тебе нельзя покидать палату… — Отъебись от меня, Кей! — выкрикнула девушка, пытаясь дистанцироваться от эмпатика. — Не смей воздействовать на меня, слышишь? — Лу отшагнула назад, глаза блестели слепой, опьянённой тревогой яростью. — Где Иво? — Лу, пожалуйста, давай зайдем в комнату, там безопаснее… — Кей устало вздохнул, попытался взять девушку за руку. Лу вывернулась, проскользнула под рукой эмпатика, побежала в неизвестном направлении. Просто прямо. Но недалеко. Сзади на нее навалились, повалили на пол. Лу сопротивлялась: кусалась, царапалась, искала, за что зацепиться, чтобы использовать телекинез. В конце концов ее затолкнули в неизвестный кабинет, усадили за кресло. Голоса стихли, дверь хлопнула. Девушка подняла голову, готовая продолжать драку, но на секунду застыла, растерявшись. Перед ней, склонившись, стоял Ришар. Широкий белый пластырь на щеке свидетельствовал о том, что выстрел был неудачным. Один из. — Лу, успокойтесь, не нужно бросаться на людей. Ситуация и так не простая. — Ришар говорил медленно, на тон тише, чем обычно. — Где Иво? — тупо повторила Лу. Сейчас ее волновало только одно. Девушка резко вскочила, взяла инквизитора за грудки, натянув форму до треска. — Что с ним? Почему все молчат?! — Он жив. Иво жив, Лу. — Ришар накрыл своими руками ее, осторожно отстранился. — Пуля попала в бедро. Сейчас его оперирует Жак, скоро закончит. — инквизитор внимательно всмотрелся в лицо девушки. — Сейчас, Лу, мне нужна от вас полная сосредоточенность…

***

Анри услышал легкий свист ветра, прямо под правым ухом, сразу после того, как раздался первый выстрел. Действуя на рефлексах, сразу пригнулся, сдвинулся в сторону — вторая пуля лишь оцарапала плечо. Ришар видел, как его окружает толпа, как люди в черных робах группируются в нескольких метрах от него, как раз там, где стоял Иво. «Иво, нет. Нет-нет, все должно было быть не так» Его затолкнули в вертолет вместе с Иво. Рядом сидел хилер и Кей, Баретти поехал в больницу на машине, чтобы расставить посты. Ришар вглядывался в белое, без единой прожилки лицо друга. Смотрел, как медленно, но все же вздымается его грудь. Хилер цокал, разрезая штанину и форменную тунику, покачал головой. — Глубоко вошла, прямо под кость. Я заблокирую рану, но все остальное должен делать хирург. Жак Гране встретил их молчаливым укором. Когда увидел бессознательного Иво, лишь вздрогнув, железным голосом велев готовить операционную. Посмотрев на заштопанную щеку и плечо Анри нахмурился, покачал головой, но молча отправил его в собственный кабинет, дожидаться результатов. — Что все это значит?! — влетел в кабинет Жонсьер, как раз тогда, когда Ришар надевал рубашку. — Единый… — Марк отвел взгляд. — Снайпер. Цели — я и Рид. Эмпатик почувствовал напряжение Дюфо, успел отреагировать, оттолкнул Лу, но пуля задела Иво. Сейчас его оперирует Жак. — Дюфо? — Марк сразу же собрался, вернулся к насущным делам. — Ждет тебя в допросной. Как там Блаш? — Рассказал все, протоколы уже готовы. Как раз хотел обсудить с Приором… гхм. — Марк выдохнул, прикрыл глаза. — Он выживет, Марк. Жак вытащит. — закончив с пуговицами, Ришар подошел к Жонсьеру, положил руку на плечо. — Проведи допрос Дюфо, как можно скорее, пока Дин не сцапала его. Упомяни Блаша. Если все получится, успеем взять Дин сегодня. Для прессы и широкой общественности я мертв, пусть так и остается. — Жонсьер вскинул бровь. — Сможем еще обыграть это. — Ришар изобразил улыбку. Жонсьер кивнул, развернулся, чтобы выйти, но замер на пороге. — Кто исполняет обязанности Приора, пока Иво не придет в себя? — тихо спросил он. — Ты. Следуем четко инструкциям Иво. — Но это не значит, что ты будешь меня слушать, верно? — с легкой иронией спросил Жонсьер. — Марк, я Иво-то не всегда слушаю. — улыбнулся в ответ Ришар.

***

— Вы либо меня пускаете добровольно, либо следующих Жак будет оперировать вас. — Лу не угрожала, констатировала. Охранники напряглись, они видели, что случилось с их коллегами утром, да и о своеобразном нраве невесты Приора были наслышаны. Но Баретти строго приказал никого, кроме месье Гране и конкретной медсестры, не пропускать. Относится ли это к невесте месье Мартена? — Господа, разрешите нам зайти. Я прослежу. — пришел на спасение Жак Гране. Охранники не решились возразить, смирились с взбучкой от Баретти. Лу потянула ручку двери, быстро открыла, решительно вошла внутрь. И замерла, не успев сделать и пары шагов. Иво лежал на кровати, по грудь накрытый больничным одеялом. Черные волосы растрепались, неровно спускались по плечам вдоль всего корпуса. Глаза плотно закрыты, кожа белая, полупрозрачная. Но он дышал. Ровно, медленно. Иво был живой. Лу на ватных ногах добралась до его кровати, на одном выдохе села возле него. Подняла руку, чтобы дотронуться, но остановилась на половине движения, боясь прикоснуться. Вдруг она сделает хуже? — Охранников чуть взглядом не испепелила, а сейчас голову в песок? Куда делась мадемуазель Рид? — хмыкнул позади Жак. Лу вздрогнула, осторожно, едва ощутимо коснулась щеки мужчины. Теплый. Живой. Девушка всхлипнула, положила голову рядом с плечом Иво. — Как он? — тихо спросила она Жака. — Пуля попала в бедро, задела кость, часть костной ткани вытащили вместе с осколком. Иво ждет очень тяжелое, длительное восстановление. Есть риск, что хромата останется навсегда, как и фантомные боли. Лу кивнула, поднесла ладонь к волосам, мягко коснулась их, погладила по макушке. — Главное, что Иво жив. Остальное неважно. — Куда он денется… — Жак положил руку ей на плечо, ободряюще сжал. — Не уверен, что до свадьбы заживет, но жить и даже ходить будет. С ограничениями. Не волнуйся, Лу. Страшное позади. Девушка кивнула, осторожно опустила голову на грудь Иво, но не полностью — чтобы не передавить. Водила пальцами по больничной простыне. Слушала сердцебиение, размеренное дыхание. Живой. Остальное неважно. — Гхм… я оставлю вас. Очнется где-то через полтора-два часа. — прокашлялся Жак, покидая палату. Лу посидела еще немного, прежде чем раздался стук в дверь, а затем вкрадчивый голос Ришара: — Лу, пойдемте. Пора начинать. — Я не хочу бросать его… — дрожащим голосом ответила Лу, продолжая прижиматься к груди. Тихий вздох. Такие же шаги. Кровать чуть скрипнула, когда на ее край сел Ришар. — С Иво все в порядке. Скоро придет в себя и будет дальше командовать. — Я хочу быть рядом, когда он очнется… Вы не понимаете, Анри, его же чуть… — Лу смахнула слезы. — Чуть не убили из-за меня. Ришар вздохнул, покачал головой. Поднялся, положил ладонь на плечо Лу. — Не из-за тебя. А из-за Дин и ее сообщников. И мы в шаге от того, чтобы прижать их к стенке. Я не настаиваю, мы с Марком дожмем ее сами. Можешь остаться с Иво. Все понимаю. Ришар убрал руку, направился к выходу. Лу сжала зубы, еще раз посмотрела на бледное, осунувшееся лицо Иво. Её мужчины. Её жениха. Которого чуть не убили. Которого чуть не сделали инвалидом. Лу покачала головой, сжала кулак. — Прости, Иво. — девушка оставила невесомый поцелуй у него на лбу. — Я постараюсь побыстрее. Надеру жопу этим ублюдкам и вернусь, чтобы ты меня отругал за неосмотрительность. Обещаю. Собирались в кабинете Ришара. Жонсьер нервно ходил из угла в угол, периодически открывал телефон, что-то гневно печатал, бросал недовольный взгляд на сидевшего за столом Ришара, и снова продолжал ходить. — Месье Жонсьер, дыру протрете. — пошутила Лу, бегло пролистывая фотки прихода Анхеля Смита. — Очень смешно, Рид, как обычно. — Жонсьер встал перед столом Ришара. — Все думают, что ты мертв. А состояние Приора — тяжелое. У нас есть показания Блаша и Дюфо, есть свидетельства Кристен. Надо выезжать и брать Дин. — Анхель Смит сейчас один. Он растерян, не знает, что делать. Такой шанс нельзя упускать, если мы хотим поймать и исполнителей. Через Смита выйдем на Гоша и его поддельников, пока те не залегли на дно. — возразил Анри. — Тогда разделимся. Я с группой захвата к Дин, вы с Рид — в церковь к Смиту. — Я могу поехать к Дин сам, а ты с Лу проверишь церковь. — предложил Ришар, доставая из ящика стола пистолет. — Нет. Никаких рисков. — твердо возразил Жонсьер. — После твоей и Рид травмы, вы под угрозой. Категорически запрещается навязывать бой. Еще один заход на больничный Инквизиция не вытянет. Жонсьер и Ришар сверлили друг друга взглядами, как два хищника. Ни один не хотел уступать. Ни один не хотел подставлять товарища. Ни один не хотел услышать плохих новостей. — Анри. — голос Марка звучал по-прежнему требовательно и грозно. — Я намерен наконец побывать на инквизиторской свадьбе. Хорошей, качественной, с размахом. От Рид такого ждать бессмысленно. — Эй! — возмутилась Лу, отрываясь от плана церкви. Ришар улыбнулся. Широко, искренне. Протянул Жонсьеру руку. — Как прикажете, месье Жонсьер.

***

Выходить из тьмы было неприятно, болезненно. Как будто приходилось выкарабкиваться из ямы с мазутом, который с каждым новым движением только сильнее затягивает назад, не отпускает. Открывать глаза было тяжело. Веки казались чугунными, неподъемными. Иво разлепил их с трудом, тут же болезненно выдохнул. Голова кружилась, его тошнило, а правое бедро казалось ватным, затекшим. Чужим. Мужчина перевел дыхание, посмотрел по сторонам — он был в палате. В больнице. Воспоминания прошедшего вечера больно резанули по памяти, Мартен напрягся. Что с Лу? Пострадала ли она? Где его невеста? — Месье Мартен… — зашедшая медсестра неловко остановилась. — Пожалуйста, не делайте резких движений, не напрягайте бедро. Доктор Гране провел вам операцию… — Позовите его и моего телохранителя, Кея… — Я здесь, месье. — чуть отодвигая медсестру в сторону, сказал вошедший эмпатик. — Кей? — вскинул бровь Иво, когда они остались одни. — Покушение на Лу и месье Ришара, оба целы. Я почувствовал странное напряжение у Дюфо, сразу после того, как официант разбил бокалы. Успел повалить Лу на землю. — Стоун замялся, отвел взгляд. — Месье Мартен, простите, я не смог защитить вас. Пуля прошла дальше по траектории и задела, если бы не Гране… — Кей. — перебил Иво, принимая более-менее удобную сидячую позу. — Ты спас самого дорогого для меня человека. Спасибо. Кей кивнул, но все равно чувствовал неловкость. Заметив, как Приор Инквизиции собирается свесить ноги с постели, чтобы встать, эмпатик тут же запротестовал, говоря, что ему нельзя. После нескольких просьб, Иво все-таки согласился дождаться Гране, прежде чем предпринимать попытки покинуть палату. — Лу была здесь. Хотела остаться, но ее участие необходимо. — заканчивая рассказывать про смысл операции, добавил Кей. Внутри Иво разлилось приятное тепло. Его невеста. Будущая жена. — Она чуть ли не избила охранников, чтобы до тебя добраться. Всю больницу на уши поставила. Умеешь выбирать, Мартен. — хмыкнул Жак, войдя в палату. Иво спрятал улыбку. Его Лу. — Итак… — Гране наглым образом отодвинул Кея, слегка надавил на грудь Иво, вынуждая лечь обратно. — Далеко собрался? Давай посмотрим, как шов заживает… Хилер продезинфицировал руки, откинул простынь и сдвинул больничные штаны. Широкая ладонь осторожно дотронулась до ярко-красного рубца вдоль правого бедра Мартена. Иво ощутил легкое покалывание, затем тепло. Жак продержал ладонь еще несколько секунд, после чего отстранился. — Повезло. Организм молодой, здоровый, возможно, даже удастся избежать хромоты. А теперь слушай внимательно, месье Приор, — голос Гране стал твердым, непривычно жестким. — не вздумай напрягать правую ногу. Вообще никак. Во-первых, ближайшие сутки ты управлять ею не сможешь, на мышцы все еще действуют наркоз, чтобы ты от болевого шока не загнулся. Во-вторых, тогда ты порвешь окончательно все соединительные ткани, которые я очень старательно спасал. И нога станет неподвижной, а до конца жизни тебя будут преследовать мучительные боли. Это понятно? — Мне необходимо возвращаться к работе. — спокойно ответил Иво. — Около твоей палаты туча народа, потаскают тебе бумажки. Кей повозит тебя на коляске. Две недели — никаких нагрузок на правую ногу. Забудь, что она у тебя есть. — Месье Мартен, если позволите… — осторожно начал Кей. — Даниэль уже подготовила все протоколы и документы, которые ей передали месье Жонсьер и месье Ришар. — Чудесно. Попроси мне их передать. — избегая строгого взгляда Жака. — Жак, я же могу вернуться к себе? — Не раньше завтрашнего вечера, когда я смогу с помощью пси укрепить ткани и удостовериться, что нет угрозы расщелины и кровотечения. — Жак, я… — Иво. — врач покачал головой, брови сдвинулись. — Ты чуть не лишился ноги. Я собственными руками вытаскивал из твоей кости пулю. Лу чуть с ума не сошла, пока была в неведении. Покой. Хотя бы физический. Инквизитор кивнул, поудобнее устроился в кровати. Через несколько минут его палата превратилась в кабинет: Иво пролистывал документы, в срочном порядке подтверждал орден на арест Дин. Распорядился, чтобы Даниэль сделала заявление, что с ним все в порядке, угрозы жизни нет. Запретил кому-либо его беспокоить. И ждал. Сидел и ждал, как дурак, пока его сотрудники сделают за него всю работу. Отписался Жонсьер. Сообщил о сопротивлении Дин: женщина и оба Дюфо заняли весь этаж, забаррикадировав двери. Жонсьер вызвал подкрепление, планируя брать этаж штурмом. А Ришар с Лу не отвечали. Предательски молчали, хотя начали операцию одновременно с Марком. Иво это не нравилось. Очень не нравилось. — Месье Мартен, прошу прощения… — дверь палаты открылась, голос охранника звучал растеряно. — Ваша… — Пропусти меня, кому сказала! — прервал его резкий женский голос. «Единый, лучше бы остался без ноги» — тяжело вздохнул Иво. Констанция спешно вошла в палату, захлопывая за собой дверь. Увидев в больничной постели родного сына, она растерялась. Не смогла воспротивиться эмоциям, которые Иво не наблюдал никогда. На лице женщины отразилось всё: и беспокойство, и грусть, и страх, и, естественно, злость. Недовольство. Проигнорировав приветствие Кея, Констанция подошла к кровати сына. — Иво… — ее голос дрожал, но звучал также властно. — Я увидела новость о покушении… — Все в порядке. Нет причин для беспокойства, я в надежных руках. — ответ Иво прозвучал несколько теплее обычного. — Этого не должно было случиться. — Констанция цокнула, прикусила губы, на секунду прикрыла глаза. — Не ты должен был пострадать… Иво собирался было ответить, что это часть его работы, долга, что его жизнь всегда в опасности, но слова вылетели из головы, не успев сформироваться. «Не ты должен был пострадать», «НЕ ты…». Мужчина вскинул голову, взгляд почернел, стал пристальным, хищным. Иво вглядывался в лицо матери, высматривая улики. Женщина резко замолчала, по лицу пробежал испуг. Стоявший рядом Кей нахмурился, подошел ближе. — Что ты сделала? — тихий голос контрастировал со стальным тоном, от которого раскалываются даже самые матерые преступники на допросе. — Я… я… — голос Констанции упал, но в последний момент женщина вернула себе былой надменный и гордый вид. — Да как ты смеешь так разговаривать с собственной матерью?! — Я спросил, что ты сделала? — Иво откинул планшет в сторону, наплевав на все предупреждения Гране, встал с кровати, возвысился мрачной башней над Констанцией, разбивая ее маску окончательно. — Это все было ради тебя, Иво… — женщина отступила назад, чуть шатаясь. — Месье Мартен, вам лучше сесть, пожалуйста. — тихо попросил Кей, кладя ладонь на плечо Иво. Приор кивнул, сел на кровать, продолжая буравить взглядом мать. Та все еще подрагивала, что-то бормотала себе под нос. — Кей, срочно вызови Даниэль. И я прошу тебя проверить ответы Констанции Мартен, когда она будет отвечать на мои вопросы. — ледяным тоном распорядился инквизитор. Это была Констанция. Констанция слезно умоляла своего давнего приятеля, бывшего духовника Анхеля Смита разобраться с паскудной девчонкой, а тот, в свою очередь, поговорил с Дин. Взрыв блока, подстава в клубе, когда погибли сотрудники Ришара — во всем замешана Констанция. Всё было подстроено и инициировано ей. — Снайпера резко захотела сама Дин. Я была против, вдруг ты пострадаешь, так оно и вышло… Я была права! — женщина стояла на грани истерики. Кей до крови сжал побелевшие губы, убрал руки с плеч Констанции, кивнул, подтверждая все ею сказанное. Лицо Иво не выражало ничего. Полное безразличие, поразительное спокойствие. Только голос — более резкий, ломкий, выдавал рокочущие внутри чувства, когда он спросил у матери: — Что Смит делает в своем приходе? Что у него в приходе? — Он держит там своего отморозка Идриса и склад для других выродков. Оружие, не знаю. Видела несколько раз там псионика. — женщина отвернулась. — Даниэль, срочно отправляй медиков и группу поддержки в приход Смита. Незамедлительно. Вели Гектору готовить машину. Кей, попроси охранников сопроводить мадемуазель Мартен в изолятор. Лу сейчас там. Прямо в логове главного злодея. Ничего не подозревает, не знает, что отправилась на смерть. Прям как тогда, в Термитнике. Иво встал, чтобы тягостные мысли не утопили его окончательно, но сразу же качнулся, упал бы, но Кей успел подхватить его под руку. — Месье Приор. Вам нельзя. — тихо, но твердо повторил Кей. — Ваши раны слишком серьезны. Вам нельзя покидать больницу. — Мне нужна трость и машина, Стоун, а не ваше сочувствие. — жестко отрезал Мартен. Он не будет сидеть здесь и ждать, надеяться на чудо. Нога? Да плевать. Он не оставит Лу одну разбираться со всем. Больше никогда. Он обещал быть рядом и сдержит свое слово во что бы то ни стало. — Иво. — Кей выпрямился, посмотрел в глаза начальнику, выдержал его каменный взгляд. — Ты ничем там не поможешь. Бойцы и медики справятся без тебя… — Лу они за меня не обнимут. — несколько мягче, человечнее сказал Иво. — Кей. Спасибо. Попроси принести мне форму, постарайся не попасться на глаза Жаку. Кей кивнул, покинул палату сразу за Даниэль. — Молись, чтобы с Лу и Анри ничего не случилось. — едва осязаемым, но не менее устрашающим шепотом произнес Мартен, обращаясь к Констанции. — Иначе я приведу в действие приговор своими руками.

***

— Мда, ну и видок… — протянула Лу, вылезая из машины. Приход Смита располагался в таком районе, что девушка не представляла, как он вообще держится: даже самые верующие б десять раз подумали, чтобы ехать сюда. Церковь явно была старой, латанной-перелатанной пластинами из дешевых материалов. Ступеньки покосились, на двери глубокие трещины и царапины. — Прямо через парадный вход войдем? — смутилась девушка, наблюдая, как Ришар поднимается наверх. — Смит наверняка один, о нас не подозревает. Задержим и увезем в Инквизицию. — спокойно ответил Ришар, но поправил кобуру, проверяя пистолет. Лу кивнула, встала за спиной начальника. Анри открыл дверь, быстро вошел внутрь. Типичная обстановка маленькой церкви: два ряда скамеечек, небольшое возвышение с кафедрой, за которой стоял невысокий седовласый мужчина — Анхель Смит. Разглядев в приближающихся людях Ришара и Лу Рид, Смит удивился, густые брови так и поползли наверх. — Месье Ришар, мадемуазель Рид… — священник невольно попятился. — Не ожидали меня увидеть, преподобный? — хмыкнул Ришар, останавливаясь у начала периметра кафедры. — Анхель Смит, вы обвиняетесь… Лу краем глаза заметила движение в углу, обернулась, чтобы проверить, и в эту же секунду раздался выстрел, от стоявшей рядом лавки отлетел кусок. — Лу, на землю! Ришар утянул девушку в другой ряд, повалил вниз, как раз вовремя — над их головой раздался очередной выстрел. — Свяжись с Инквизицией, вызывай подкрепление. — Анри выглянул из-за лавки, начал отстреливаться. Лу кивнула, поползла к противоположному краю рядом, вытащила телефон, отчаянно пытаясь поймать сигнал. Девушка вытянула руку с телефоном, нажала на контакт связного их операции. — Давай, тупая железяка, работай… — тело Лу всё напряглось в ожидании гудков. Лу не дождалась гудков — телефон разлетелся на куски прямо у нее в руках. — Я знал, что нихрена ты не сдох. — протянул Идрис Гош, приближаясь к ним из другого угла. — Твою мать. — протянула Лу. — Еще один. Гош взмахнул рукой, и в Ришара полетело металлическое кадило. Лу успела перехватить, затормозить его, развернула в сторону Идриса. Мужчина увернулся, но металлический край задел край плеча, разрывая рукав. — Так ты та самая Лу Рид, нежеланная невеста? — хмыкнул телекинетик, уходя в сторону, чтобы Ришар не открыл по нему огонь. — Лу, осторожно! Анри снова потянул ее вниз, спасая от пули. Жестом показал не подниматься. — Меняем позицию. — инквизитор кивнул на лавки, что стояли у прохода. Лу проползала под ними, пока Ришар держал на себе внимание стрелка. Девушка решила помочь начальнику и снесла большое кандило, на которой еще горело несколько свечей. Предмет полетел в сторону предполагаемого нахождения противника. Услышав стон, последовавший сразу после звона металла, Лу усмехнулась — попала. — Видишь Смита? — прерывисто дышал Ришар, заваливаясь к ней за лавку. — Нет, он куда-то сбежал. Гош стоит у кафедры, так и ищет, чтобы кинуть. — Лу перевела взгляд на начальника. — Стрелок где-то у тех лавок, и ему явно не сладко. — девушка указала на ряд, у которого виднелся кончик кандило. — Я снесу настенную полку со свечами, может, получится выманить. — Не забывай про Гоша и Смита. Из укрытия не выходи. — Ришар проверил количество патронов, хмыкнул. — Мне нужно подобраться ближе. Один пас рукой, и штук пять явно не дешевых искусно вылепленных горящих свечей вместе с деревянной полкой рухнули вниз. Стрелок отчаянно заверещал, начисто забыв о безопасности, выкатился в проход — его уголок начало охватывать пламя. Ришар не медлил, перепрыгнул через лавки, выпрямился, взвел курок. Выстрел. Один, четкий. Крики тут же стихли, тело с глухим шлепком упало вниз. — Анри, в сторону! Гош оторвал кусок кафедры и зашвырнул в инквизитора, точно острым концом в грудь. Лу развела руки, попыталась перехватить импровизированный кол, но Идрис продолжал давить, не отпускал, не давал взять контроль. — Сука! Лу до крови сжала губы, мышцы загудели так сильно, будто на нее навесили тону. Девушка каждой клеткой чувствовала, как ее пси и пси Идриса сталкиваются, борются за право управлять деревяшкой. Та зависла в воздухе, начала дрожать. Ришар перекатился, скрылся в другом ряду отсека, который уже охватывало пламя. Лу с обезличением выдохнула, ослабила хватку, после чего кол тут же разлетелся на мелкие острые куски, один из которых угодил девушке прямо под ребра. — Блять… Псионичка согнулась, выдохнула воздух вместе с болью. Не свалиться на лавку или пол стоило ей больших усилий. Лу опустила взгляд. Небольшая, всего сантиметров пять, деревяшка торчала у нее из корпуса, вся утопая в крови. Лу резким движением вытащила ее, накрыла рану правой ладошкой. Не критично. Жить можно. — Уходите, Рид. Ришар, сделав несколько выстрелов по кафедре, выкурил оттуда Гоша. Инквизитор схватил Лу за локоть, потащил вперед по краю прохода. — Он тебя убьет. — Лу остановилась, отказываясь идти к выходу. — Я не оставлю тебя здесь… — Это приказ, Рид! — Анри впервые сорвался на крик, толкнул Лу к выходу. Мужчина повернулся спиной к кафедре, серые глаза смотрели зло, требовательно. — Я приказываю тебе покинуть церковь, сейчас же… Ришар не договорил. Анхель Смит, все это время ползающий под скамейками, решил, что пришел его звездный час. Священник дождался, пока инквизитор повернется спиной, вытащил короткий, острый ножик, который всегда носил с собой на «всякий случай», набросился на него сзади, вонзив лезвие в плечо, прямо возле шеи. — АНРИ! Лу видела, как заваливается Ришар, как из его рук падает пистолет. Девушка, не думая, ринулась вперед, прямо на Смита, коленкой ударила его под ребра, локтем зарядила в висок. Священник поплыл, начал съезжать вбок. Лу схватила его левой рукой за воротник, оттащила от Ришара, бросила на охваченные огнем скамьи. Занесла кулак, чтобы вырубить окончательно. Но совершенно забыла про Гоша. Летящая с усилением кафедра задела обоих. Смит свалился в огонь окончательно, начал захлебываться кровью — угол кафедры сломал ему нос и челюсть. Лу плашмя упала на пол, голова потяжелела, зрение и слух будто выключили. Девушка слышала, как пульсирует кровь у нее в голове, пыталась развидеть тьму, повторяла: «Не смей отрубаться, не смей отрубаться». Голоса на фоне искажались, больше походили на крики животных. Лу шарила рукой вокруг себя, но ничего не чувствовала. Где она? Неужели это смерть? Неужели она умерла? Тогда почему она еще помнит себя? Где Ришар? Хлопок глаз, и тьма начала рассасываться. Изображение было мутным, темным, но девушка узнавала очертания церкви. Ощущала жар, разливающийся где-то у ее ног. Вопли Смита — пламя поедало его. С невероятным усилием Лу смогла перевернуться набок. Она увидела Ришара. Весь в крови, он лежал под деревянными обломками, грудь быстро вздымалась, инквизитор пытался подобрать, дотянуться до пистолета. Но безуспешно — он уже лег в ладонь Гоша. Идрис навел его на Ришара, четко в голову. — Теперь умрешь по-настоящему. — довольно улыбаясь, протянул он, спуская курок.