Игра света

Холмс погрузился в дело "на три трубки", он так был поглощён им, что ему потребовалось почистить свою мозговую карту памяти, он часто так делает и удаляет всё лишнее. Поэтому, когда спустя пару дней он нашел в кармане своего пиджака записку с номером телефона и надписью "Джон", он выбросил её в мусор, так как ему часто оставляют номера одинокие женщины и мужчины, которые думают, что Холмс может быть заинтересовался короткосрочными отношениями. Холмс вернулся в Бартс, если он не решит свои проблемы с жильём, то ему придётся жить в местном морге не только фигурально, но и буквально. Когда он разбирался с анализами улик по новому делу, мимоходом он жаловался Стэмфорду на жилищный вопрос. Но вскоре Стэмфорд исчез незаметно для Холмса, а Холмс продолжал возиться с анализами крови. Позже, когда Холмс собрался смотреть квартиру своей старой знакомой миссис Хадсон, ему позволил Стэмфорд и сообщил, что нашел ему компаньона. Холмс и Стэмфорд договорились о встрече по адресу Бейкер стрит 221b. Холмс успел обустроить свою химическую лабораторию в гостиной на Бейкер стрит, когда в квартиру зашёл Стэмфорд со своим знакомым, коллегой судя по всему. Холмс скрытый от посторонних глаз ширмой мог слышать гостей. — А точно твоему знакомому так нужен сосед в долю? На Бейкер стрит не самое дешёвое жильё в Лондоне, а я не самый платёжеспособный человек. — Так ты передумал? — поинтересовался Стэмфорд. — Мне выбирать не приходится, главное, что бы хозяйка была не против пса и у меня было место, где я мог бы уснуть. Без присмотра Холмса реакция, которую он оставил на столе, взорвалась. Холмсу пришлось выйти из своего импровизированного укрытия. — О, Майк, ты привёл кандидата в сожители? Кандидат, увидев Холмса, отошёл к окну и скрестил руки на груди. — Да, моему коллеге срочно нужно жильё, иначе он бросит Лондон и Бартс останется без специалиста. Ты знаешь, что Австралия переманивает к себе всех наших врачей? — Нет, я такого не знал, — ответил Холмс. — Давно с Востока? — Недавно, — ответил коллега Стэмфорда, будто ему задают такие вопросы каждый день. Стэмфорд представил их друг другу и Уотсон вовсе перестал обращать внимание на Холмса и начал осматривать потенциальное будущее жильё. — Здесь две спальни и общая гостиная, — говорит Холмс, не говоря о маленькой кухне и одной ванной с туалетом. — Меня всё устраивает, — ответил Джон. — Так что я могу переехать сюда завтра. — Вот и прекрасно, — сказал Стэмфорд. Холмс уже повидал таких, которых всё устраивает в начале, а потом они со скандалам убегают то из-за скрипки, то из-за клиентов Холмса, то ещё почему-то. Поэтому Холмс сразу попытался озвучить всё это. Соседям лучше знать всё в начале, чтобы в конце не говорили, что он их не предупреждал. — Я понимаю вас, мистер Уотсон, Вы познакомились с миссис Хадсон, она не суёт нос в чужие дела, но я другое дело. Во-первых, я курю. — Я тоже. — Во-вторых, я играю на скрипке. — Я к сожалению музыкальными талантами обделён и даже забыл, как играть на саксофоне, но хорошую музыку послушать люблю. — В-третьих, я ставлю химические опыты. — Это ваше право, — улыбнулся Уотсон. — В-четвёртых, на меня иногда нападает хандра и я целыми днями не открываю рта. Не стоит думать в такие моменты, что я на Вас дуюсь. — Для меня это скорее плюс, чем ваш недостаток. — Ко мне ходит много народу. А в чем хотите признаться Вы? — Зато ко мне боюсь никто не придёт, кроме Стэмфорда, — ответил Уотсон. — Так что среднеарифметическое число гостей будет не велико. И потом, у меня есть общая черта с вашей квартирной хозяйкой — я не сую нос в чужие дела. — А я люблю совать нос в чужие дела. Двум людям лучше узнать всё плохое заранее, прежде чем селиться вместе. — У меня есть щенок бульдога. Я люблю тишину, а мои нервы расшатаны. Свои слова о совании носа в чужие дела Холмс доказал уже на следующей день, когда помогал доктору Уотсону разбирать вещи и с интересом просматривал всё, конечно подмечая для себя увиденное. Как и предупреждал Холмс, к нему приходило много людей. Как и говорил Уотсон, он не лез в чужие дела. С нагрузкой, которую давал Бартс Уотсону вообще не хотелось никуда лезть. Уотсон скромно ужинал лапшой из китайского ресторана, когда в гостиную спустился Холмс и сказал: — Что Вы там едите? Бросайте эту дрянь. — А в чем дело? — Мы едем с вами ужинать в ресторан "Феррари". Я сегодня богач. Уотсон посмотрел на свой скудный ужин. Свидание в ресторане звучит заманчиво, но то, что Холмс сначала делает вид, что впервые его видит, а потом зовёт на свидание очень странно. — Спасибо за приглашение, но я пожалуй откажусь. Холмс ушел, а Уотсон доел лапшу и пошел спать. Ночью доктор проснулся от странных звуков в доме, когда он спустился в гостиную, застал соседа за "игрой" на скрипке. — Вам не спится, Джон? — Я прекрасно спал, — зло ответил Уотсон. — Но меня разбудило вот это. — Вы говорили, что любите музыку, — напомнил Холмс доктору. — Музыку. Но это... Я думал, кошка застряла в трубе. — Я играю, когда думаю. Мне так лучше думается. — Вы бы лучше подумали, что сейчас три часа ночи. Доктор ушел на кухню, налил воды, чтобы запить таблетку от головной боли. И только запив её, заметил на дне стакана глаз, который был там. — Что это? — спросил Уотсон у Холмса. — Глаз, — просто ответил Холмс, он уже приготовился к тому, что сейчас начнётся истерика и доктор начнёт собирать вещи несмотря на ночь. — Это я понял, — сказал Уотсон. — Я в силах распознать его. Странно, но даже тошнота не подступила к Уотсону. Ему было всё равно на глаз. Полная апатия. Он даже не стал слушать, почему глаз оказался в стакане. Когда он пошел к себе, Холмс уже играл более спокойную музыку. Но как бы Уотсон ни желал не совать нос в чужие дела, чужие дела соприкасались с ним. Они ведь существуют в орбитах друг друга. Вещи Джона стали частенько пропадать. И не то, чтоб дорогие, ценные или тот же пистолет. Нет. Пропадала мелочь вроде жилетов или рубах, а деньги всегда оставались на месте. И интуиция говорила, что это связано с соседом. Странным соседом, который колотит трупы, хранит глазные яблоки в стакане на кухне и принимает у себя множество людей, некоторые из которых не выходят из его комнаты потом. Утром Уотсон забрал с собой на работу пистолет и перед выходом из комнаты сфотографировал её на свой телефон, чтобы сравнить, что могло измениться, пока его не было. В морге Бартса, в отличии от других отделений, проблем с количеством пациентов никогда не было, мёртвым всё равно на состояния ремонта. Уотсону позвонил инспектор Тоби Грегсон и сообщил о том, что он как патологоанатом требуется в Лористон-Гарден. Обычно он не выезжает на места преступления, а работает только в морге, но отказывать полиции Джон не хотел, особенно своим знакомым. Уотсон поздоровался с Тоби и Грегори, которые уже ждали его на месте преступления. — И почему вам потребовался я, у вас же есть специалисты? — спросил Уотсон у полицейских, когда заметил своих коллег на месте преступления. — Наш консультант сказал, что наши эксперты не достаточно компетентны, а он знает хорошего патологоанатома, — ответил Тоби. — Ваш консультант? — переспросил Уотсон, какие ещё консультанты у полиции, они что в сериале "Менталист". — Джон, Вы уже прибыли! Не теряйте время на этих двоих, всё самое интересное, требующее вашего внимания тут, — это был голос его соседа. Уотсон поднял голову, наверху у лестницы стоял его сосед, Шерлок Холмс, и терпеливо ждал его. — Шерлок? — Да, да. Торопитесь. Уотсон поднялся по лестнице. Большая пустая комната с яркими пятнами, которые остались от обоев. Старый камин. Но обстановка комнаты мало интересовала Уотсона, когда на полу лежал труп. Уотсон подошёл к трупу, и опустившись аккуратно на колени, стал осматривать его. Рядом была кровь, но никаких повреждений у мужчины не было. — Мужчина. Приблизительно 43-44 года, — начал говорить Уотсон. — Очевидно, — хмыкнул Холмс, будто ожидая большего. Уотсон не понял, он что на экзаменах тут и Холмс поставит в конце ему зачёт? — Енох Дж. Дреббер судя по документам, — пояснил Лейстред. — Американец. — Возможно асфиксия. Точно могу сказать после фармакологического и химического исследования, — продолжил Уотсон. — Можно отправлять в морг, — сказал Холмс. Уотсон, который ехал непонятно куда только ради того, чтобы сказать то, что может сказать любой здесь, состроил недовольное лицо. — И зачем я был тут нужен? Даже Тоби, не в обиду, — добавил Уотсон, в сторону Грегсона, — мог сказать тоже самое. — Это не мои люди, — объяснил Холмс. Тоби и Грег смотрят после этих слов на Уотсона как будто с другой стороны, Уотсон тоже не понимает, когда успел стать человеком Холмса. — Не о том думаете. Грег нашел на стене "RACHE" написанной кровью. — Шерше ля фам, — сказал Лейстред. — Rache по-немецки "месть", так что не стоит тратить время на поиски несуществующей Рейчел, — сказал Шерлок и ушел. Полицейские скептически посмотрели ему в след, а Уотсон ждал санитаров, чтоб вернуться с этим Енохом в Бартс. К концу дня Уотсон чувствовал себя совершенно разбитым. Он лёг на диван в гостиной и не заметил, как задремал. Когда он проснулся, Шерлок уже вернулся и накрывал на стол. — Не составите мне компанию? — С удовольствием, — сон поднял ему настроение. Уотсон сел за стол, а Холмс сказал: — Хочу сразу предупредить, я воспользовался вашим именем, чтоб заманить убийцу на Бейкер стрит. — Что? — На месте преступления было женское обручальное кольцо, которое обронил убийца. Я написал объявление о том, что нашел его. — А если на объявление откликнется человек, который не имеет отношения к убийству, а просто захочет получить кольцо бесплатно. — Хм, об этом я не подумал. — Вам отдали улику? Откуда у Вас кольцо? — Конечно, нет. Вот, нашел похожее, — Холмс достал из кармана золотое дешёвое колечко. — Он придёт. — А потом что? — О, предоставьте это мне. У Вас есть оружие? — Вы же знаете, что да, — ответил Уотсон. — Лучше быть готовым ко всему. Уотсон помогал убрать со стола и после отправился к себе в комнату, когда он спустился, Холмс пиликал на скрипке. — Надо бы купить новые струны для скрипки. Послышался звонок в дверь, миссис Хадсон открыла. Но какого же было удивление, когда вместо крепкого мужчины на пороге квартиры оказалась дряхлая старушка, рассказывающая о своей дочери Салли Сойер, чьё кольцо и "нашел" Уотсон. Посылая Уотсону все благодарности и благословения старуха поковыляла по лестнице. Шерлок Холмс тут же успел надеть куртку и шарф. — Я иду за ней, — торопливо сказал Холмс, сбегая по лестнице. Уотсон, которой так не воспользовался оружием, отправился к себе, не дожидаясь развязки этой истории. Джон слышал, как в двенадцать ночи вернулся Холмс и дальше были только заунывные звуки скрипки. А произошло вот что. Старушка нашла кэб и, назвав тот же адрес, что она сказала Уотсону, поехала домой. Холмс направился следом, кэб остановился не доезжая до нужного адреса. Когда Холмс нагнал автомобиль старушки там уже не было, сыщик её упустил, она вышла, пока Шерлок сокращал дорогу. Рано утром к ним пришел Грегсон, рассказывая о том, что успел накопать. Уотсон собирался на работу, когда в дверях столкнулся с Грегори, который подозревал некого Джозефа Стэнджерсона. — Ну как там ваш подозреваемый? — усмехнулся Тоби, увидев коллегу. Грегори был растерянный и раздосадованный. — Убит сегодня около шести часов утра. Его наверное уже доставили в Бартс. Джон занимался телом Стэнджерсона, когда почти как в день первого знакомства, но только теперь с переменой ролей, в морге появился Холмс, который стал проводить анализ пилюль, найденных Лестрейдом на месте преступления. Холмс сидел огорчённый. Он прикусил губу и барабанил пальцами по столешнице. — Что там? Неужели боевое отравляющее вещество массового поражения? — спросил Джон, смотря на разочарованного сыщика. — Нет. Там обычный анальгин. — Но анализы по токсикологии говорят, что их убил не анальгин. Миорелаксант или в простонародии кураре. Холмс просиял. — Лестрейд нашел капсулу с анальгином, а с ядом нет. Знаете почему? — Почему? — Убийца даёт на выбор две капсулы. Одна с ядом, другая безвредна. — Либо он хорошо знает пилюлю, либо на его стороне судьба. — Я идиот! — вдруг воскликнул Холмс. — Так кичился перед констеблем, который упустил подозреваемого, а сам-то не лучше оказался, — Холмс уже накидывал на себя куртку и убегал из лаборатории. — Позор, если об этом узнает полиция. Уотсон посмотрел вслед своему соседу. Этот Холмс даже немного забавен в своей странности и определённо с ним весело, но почему он забыл о том, что они договаривались вместе посмотреть жильё до того, как их "познакомил" Майк. Это потеря памяти ещё оставалась загадкой для Уотсона. Джон отошёл подальше от места работы и закурил, он курил не часто, обычно это случается после трудового дня и утром. Он докурил и выбросил окурок в мусорку, махнул рукой и как по волшебству перед ним появился кэб. — Здравствуйте, Бейкер стрит 221, — сказал Уотсон и достал телефон, потому что получил сообщение от старшего брата. "Ты нашел квартиру?" — спрашивал Генри. "Да" — ответил Джон. "Если нужно помощь, ты только маякни". Уотсон вдохнул, брат считает, что Джон на него в обиде из-за традиции Уотсонов передавать всё наследство старшим в семье, а младших отправлять в армию. "Спасибо, я снимаю квартиру в доле с соседом, частным детективом. Денег хватает" — отвечает Джон. Когда Уотсон поднял голову, он заметил, что пейзаж за окном не соответствует маршруту до Бейкер стрит. — Приехали, — сказал кэбмен, когда они подъезжают к закрытому на ремонт зданию. — Это не Бейкер стрит. Кэбмен наставил на Джона пистолет. — Выходите. Джон повиновался и вышел. Ему опять стали угрожать оружием. — Вы не похожи на серийного убийцу, — рассуждал Уотсон. — Профессия подходящая для того, чтобы находить случайных жертв, но тогда при чем тут месть. — Я не убийца, они заслужили свою участь, но вот вы просто зря ввязались в это доктор Джонатан Уотсон, — таксист показал профиль доктора в соцсети — В друзьях инспектор Лестрейд и Грегсон, а новый сосед знаменитый в узких кругах детектив Шерлок Холмс. Думаете, я не понял, что вы готовили для меня вчера засаду!? Мне надо скрыться, но вы слишком много знаете. Но для начала. Сыграете со мной в одну игру? — Я азартный, — признался Джон с улыбкой. — Это моя слабость. И хоть в его руках не зонт, как на той знаменитой мемной фотографии про самооборону в викторианскую эпоху, Уотсон обезвредил кэбмена и избил его с помощью трости. Скрутив убийцу и, использовав его шарф, как оковы, Джон позвонил Тоби и Грегу. Полицейские прибыли быстро, а с ними и Холмс. Холмс действовал быстрее и оперативнее, сразу же заковав преступника в свои наручники. Уотсон убирает пистолет, нацеленный на убийцу. Вдруг пленник вырвался из рук Холмса и попытался убежать, но это ему не удалось, потому как Лестрейд и Грегсон набросились на него как настоящие ищейки. Они еле как запихнули сопротивляющегося Хоупа в одну из машин, на которой приехали. Джон осматривался, волшебство с коим он поймал сегодня кэб было одноразовое и сейчас ему предстояло как-то выбраться отсюда и добраться до дома. — Джон, ты свидетель, куда ты собрался? — сказал Тоби. — Едешь с нами, — сказал Грег. — Почему Хоуп хотел избавится от Вас? — спросил Холмс, когда они сели в машину к Лестрейду. — Вы написали объявления на моё имя, забыв, что у меня в друзьях много людей из Скотланд-Ярда. Это ещё более подозрительнее, чем известный в узких кругах детектив. Он подумал, что я его раскусил и собираюсь сдать полиции. — Когда Вы так говорите, я чувствую дежавю. Мы не были знакомы до этого? Уотсон рассмеялся. — Вы шутите? — Нет. Просто чувствую, будто знаю вас давно. — Это любовь, Шерлок, — подшучивает Грег. — У Вас бывают провалы в памяти или может вы получали травму головы совсем недавно? — спросил Джон уже обеспокоенно, видя, что Холмс не смеётся над ним. — Не. Но я удаляю ненужную информацию, если того требует дело. Память не бесконечна. — Он не знает элементарной школьной программы, — подтвердил Грег. — Ты знаешь, но кто ловит преступников? — сказал Холмс. — Сегодня Джон, — подколол Лестрейд Холмса, на что тот сразу обиделся. — Я сделал это случайно. Это не помогло, Холмс знает, что упустил Хоупа, когда тот прикидывался старушкой Сойер. У Уотсона взяли показания и предупредили, чтобы он никуда не уезжал так как его потребуют явиться на судебном заседании. Когда они с Холмсом вернулись домой, Холмс достал два билета. — Составите мне компанию, у меня как раз есть лишний билет на "Аиду"? Вы заслужили отдых. — "Ковен-Гарден"? — Хорошая музыка, — ответил Холмс, Джону ведь нравится хорошая музыка.