Порох на крыльях

                    Часов пять, — пожалуй, столько ушло времени у кобылки, чтобы покрасить Люми и Мищ, львиная доля времени и краски ушли на младшую. Весь этот гротескный блеск звезд и флага пиратской галеры померк, как только волосы намочили. У Люми была даже идея оставить этот проявившийся розовый цвет, но она решила его все же смягчить, так что на выходе Рэрити имела белую кобылку с нежной, слегка розоватой гривой, на Селестию не похожую совсем. С Мищ получилось чуть менее удачно: привычный перелив иссиня-черного, не вышел, однако она была вполне довольна тем, что не представляла из себя пародию на ночное небо. Рэрити в процессе приготовления краски порекомендовала все-таки не брать смоляной цвет, а сделать его чуть-чуть более синеватым. Дважды единорожке пришлось уходить докупать красители, потому как покрасить всю Мищ было задачей трудоемкой и затратной на краску. О кропотливости, которая требовалась крыльям, вообще страшно говорить. В конце концов был полдень, когда они закончили. Рэрити предупредила о том, что аликорны для пони — олицетворения единства и силы. Селестия, как оказалось, была единственной известной ей представительницей вида, так что сестры единогласно и без слов решили, что пока будут благоразумно держать свою принадлежность к расе в секрете. Хотя Мищ справедливо возмутилась, что силы как раз-таки она и не чувствует, Люми тоже не ощущала сильно огромной распирающей мощи, так что обе были немного разочарованы. Магия для них была важным аспектом жизни, а теперь они в своем мастерстве не лучше жеребят.       Из бутика, не без благодарностей, они вышли уже другими кобылами, и разгуливающим вокруг немногочисленным пони не было до сестер дела. Горожане были словно чем-то встревожены и, казалось, шарахались от своей же тени. Мищ больше не позволяла смеху прорваться, дабы не повторить подобного инцидента. Впрочем, заняться обоим, по сути, было нечем.       — И какие планы на вечер, так сказать? — спросила синяя, точнее, уже черная белую.       — Хороший вопрос, милая. Давай будем разумны и послоняемся по округе — возможно, тут есть, кому помочь, — и набить карманы? — ответила Люми, смотря, как сестра начала рыться в своей сумке. — Есть что полезное? — спросила кобылка, также открыв свою сумку.       — Ну есть немного медных Граалов, порох есть, немного камней… силосный паек, ножик… — недовольно заметила младшая.       — Стоп, у тебя были драгоценные камни с собой? Отдала бы их единорожке за услугу, — Люми тоже порылась в сумке, но ничего ценного, кроме патронов к ружью, не нашла. Даже зелья пропали, что навело на мысль, что их, с большой долей вероятности, обокрали.       — Ну да, а в чем мне хранить мою магию? — Мищ посмотрела на Люми как на дуру, та ответила ей осуждающим взглядом, оба взгляда пересеклись, едва не создавая между собой гром и молнии. Битва эта могла бы стать легендарной, но вся эта игра в гляделки была прекращена, когда в круп Мищ влетела какая-то пони.       — Ох, простите, — сказал голос, явно принадлежащий кобылке. Сестры сразу же обратили все внимание на нее, а она на них. События ночи быстро всплыли в голове Майор Мейр, и она, видя их глаза, сразу же узнала ночных гостей. — Вы… — Мищ заметила, как зрачки кобылки сузились в булавки, и та, даже не объяснившись, рванула прочь, только и оставив после себя облако пыли.       — Свидетель… — сказала Мищ сестре. — Давай в обход, я ее догоню, а ты своей чудо-магией ее подловишь.       С этими словами черная рванула с места в галоп за убегающей. Как только началась эта несуразная погоня, Мищ обратила внимание, что вокруг не было ни единой души. Ей на миг показалось, что ставни дома, мимо которого она только что промчала, захлопнулись. Кобыла впереди бежала довольно шустро, но у Мищ было преимущество — более длинные ноги, хотя она чуть не поскользнулась, когда юркая пони залетела на всех парах за угол. Закоулок был небольшим, и кобыла пролетела его почти в миг, но… пони уже не было. Мищ, нахмурившись, начала прислушиваться, водя ушами, и взглядом пристально изучать дома. Было тихо, и никакого движения. Кобыла чертыхнулась, кружась и осматриваясь. Потеряла. Тут уже подбежала Люми.       — Она там! — крикнула белая, носом указывая на центральное здание деревни.       — Давай.       Люми магией распахнула дверь, а Мищ довольно шустро забежала туда, ожидая застать пони врасплох.       — Оп-па… — сказала та, напоровшись на мэра, около которой стояли пони, держащие вилы, скалки и другие принадлежности дробящего типа, кобыла попятилась назад.       — Что ты там… — сказала Люми, заходя следом и встречая грудиной круп сестры.       — Кехех... ха… кхм, — пропыхтела неловко Мищ. — Переговоры? — опустив уши, сказала она, а вот пони хмуро наступали. — Эй, эй! — возмутилась черная. — Я теперь парламентер! Вы не имеете права меня трогать! — пони встали, непонимающе свесив головы набок и вскинув брови, повис немой вопрос «Что?».       — Ловко ты это придумала, Найтмер Мун, но мы не ведем переговоры с теми, кто пленил нашу принцессу! — уверенно сказала Рэйвен, помощник мэра, бойкая кобылка с красным галстуком на шее, карими глазами, беловатой шерсткой и темно-коричневой гривой. Она на воодушевлении уже хотела сказать, чтобы кобыл схватили — действие, которое бы, скорее всего, привело к жертвам, ненужному насилию, стрельбе, крикам и старой доброй поножовщине, но вмешалась Люми.       — Да что они несут… и ты тоже? — возмутилась белая кобыла. — Что за парламентер? — она поравнялась с Мищ. — Мы просто авантюристы, мы путешественники. О какой Найтмар Мун вы все, как ошалелые, твердите! — возмущалась та, сбивая спесь с сестры и пони.       — Вчера вы вторглись в наш городок, перепугали граждан и… — Рэйвен подняла взгляд на сестер, поняв, что по сути они ничего плохого и не сделали, кроме... — Смеялись над нами! А еще гнались за нашим мэром!       — Уф… — Мищ неловко улыбнулась, опустив уши. — Извините… Я… Я не знала… кхем, ну то есть… Мы не местные… это для нас в диковинку…. Я правда извиняюсь… А погоня была, чтобы все объяснить, понимаете?       — В общем, мы не принцессы, а путешественники, — сказала Люми и подняла свой плащ оголив круп, на котором красовалось ровным счетом ничего. — Видите? Это недоразумение, — Мищ повторила действие сестры, недовольно хмыкнув.       — Пустобокие… Но вдруг это опять иллюзии? — недовольно спросила Мейр, оглядев Рэйвен и остальных, как бы спрашивая совета, но пони так же были неуверенны в том, что говорят чужаки.       — Нет. Смею предположить, что в темноте вы увидели то, что хотели увидеть, нет? — спросила Люми, вкладывая весь свой скептицизм в эти слова. — Я не являюсь Селестией, хотя в темноте, наверное… очень похожа… — она спрятала круп, и сестре помогла тоже, видя, что с магией у нее явно все выходит дурно.       — Принцессой Селестией, попрошу! — поправила мэр.       — Тысяча извинений, миледи. Как я и говорила, мы не из этих земель. Хотя по нам и так это видно, — Люми посмотрела на сестру, как бы передавая ей слово.       — Да, мы искренне сожалеем, что напугали вас, и за наш смех, это моветон, — сказала Мищ, а среди пони пробежался шепоток: «Говорили они странно, да и выглядели тоже. Сразу было видно, что они пришлые.»       — Что ж, наверное, мы слишком пугливы, — сказала мэр городка. — Ведь правда! Даже ваш акцент выдает в вас неместных! И, и… Ох, это все так неловко. Ох, я правда сожалею, я ведь видела, что вам еще досталось… — Мейр сменила тон и общее настроение. По крайней мере многие расслабились, когда почувствовали, что им не угрожает опасность.       — А, это… Да не переживайте, — сказала черная, улыбнувшись. — Поболит недельку и перестанет.       — Что ж, раз мы решили наш небольшой конфликт, — сказала уверенным тоном дипломата Люми, оглядев присутствующих. — Возможно, мы бы хотели тут поселиться в черте городка? Если вы не против… — присутствующие переглянулись и начали перешептываться.       — Поселиться?.. — неуверенно переспросила Мейр. — Мы не против, само собой, но кто вас приютит?       — Нам нужно лишь официальное право на какой-никакой участочек в черте, а насчет жилья, что ж, возможно, кто-то приютит, или нет… Не переживайте мы выкрутимся, я думаю. Тем более… — размышляла Люми.       — Нет, вы немного не понимаете, — сказала Рэйвен. — Мы не сказать что крупный город, обычно у нас мало работы, и, как правило, фермы или, например, владельцы разных заведений справляются сами. Гости к нам заходят, но чтобы так, — она деловито поправила свои очки. — Чтобы так оставаться и просить участок земли… Нечастое это явление, — она сделала паузу, ожидая реакции, но сестры внимательно слушали ее. — Так что активной работы тут нет, все друг друга знают, и если что нужно, договариваются обоюдно.       — Возможно, вам стоит попытать удачу в Мейнхеттене? — спросила Мейр. — Там довольно крупный город, и жизнь там буквально кипит.       — Стойте, но ведь на ферме Эпплов всегда нужны рабочие копыта, разве нет? — сказал кто-то из присутствующих.       — Ах да, — неохотно признала Рэйвен. — Полагаю, работа есть, хотя не уверена, насколько она вам подойдет. Обычно, это сбор яблок, ухаживание за полями… культивация, и да, работы много, — Мищ аж перекосило, но ее гримасу закрыла собой Люми.       — В общем, нам лишь нужно местечко, где-нибудь на отшибе городка, чтобы никому не мешать… — сказала примирительно Люми. — Работу мы найдем сами. А насчет крупных городов: мы не очень с сестрой любим подобное. Вечный шум, дым и суета…       После всего этого переполоха сестры вышли из ратуши вполне себе довольные. Мейр разрешила им построить себе домик в черте города, так что дела шли не так уж и плохо, кроме, разве что, того, что они все еще были дезориентированы. Конечно, им нужно было больше информации, желательно иметь в карманах местную валюту. Вряд ли кучкой медяков с другого мира тут можно расплатиться. Они сели под деревом, смотря за жизнью городка.       — И какие планы? — спросила Люми, видя, что сестру распирает от мыслей.       — Ну, я прикинула, конечно, жить мы тут надолго остаться не можем и не хотим. Я же верно думаю? — Люми, улыбнувшись, кивнула. — Перво-наперво найти какой-никакой доход. Потом где-нибудь жить… Третьим пунктом будет, пожалуй, хм… нам необходимо как можно больше информации об этом мире. Не хочу это говорить, конечно, но, видимо, придется мне тянуть плуг, да? — Люми снова кивнула. Мищ, задавшая этот вопрос, разочаровано хмыкнула. — Я поднималась со дна, чтобы вновь туда опуститься…       — Какого еще дна? И почему ты? Мы же вместе поднимались, разве нет? — Мищ сжала губы, потом выдохнула.       — Я, да… об этом и говорю. А ведь были неплохими наемниками… О! Так постой… Ты же помнишь, одно время занималась кузнечным делом, да? — вспомнила Мищ, смотря на Люми, стараясь сменить неудобную тему.       — Я много чем занималась… Включая алхимию… Но да, помню, хотя год подмастерьем… Не могу сказать, насколько я успешна в этом, — кобыла неуверенно посмотрела на сестру.       — Слушай, я к своему стыду, не могу похвастать подобным… Муж учил меня продвинутой магии, это факт, учил долго, но эти знания тут… бесполезны? Я могу управлять парусным судном. Эти знания тут бесполезны. Могу ловить всякую нечестивую гадость и обезвредить. Эти знания тут, опять же, бесполезны, — она упала на траву, Люми только лишь и оставалось поправить ее плащ. С магией у нее уже установился какой-никакой контакт, хотя сила и сопротивлялась, как могла, такому извращенному ее пониманию и применению.       — К чему ты клонишь, милая? — мягко спросила Люми.       — Ты сама слышала, у Эпплов есть ферма. А ферме что нужно? Рабочая сила и плуги. А плуги что? Плуги это значит, что их кому-то надо отлить и потом пустить в хозяйство. Я уже молчу о куче инструментов.       — Тебе не кажется, что ты… немного витаешь в облаках? — спросила Люми хмуро. — Я что, похожа на тяговую лошадь? И вообще, как я помню от своего мастера, работа кузни это как минимум куча, огромная куча ресурсов. Это как минимум специальное здание с мехами, доменной печью, формами для отлива. Это постоянно нужно искать источник угля, источник руды, которую можно плавить, и утилизировать шлак. Да, в конце концов, я ушла оттуда, потому что не выносила этот жар! — сказала белая недовольно. Мищ лишь вздохнула, посмотрев на нее.       — Я не прошу тебя этим заниматься. Это лишь мой план. Ты просто не знаешь тонкостей перехода между мирами. А я знаю. Уравнение нашего отца требует настолько мощных энергий и настолько странных вещей, что, Люми… мы тут надолго. Нам нужно выделение судьбы. А это мистерия настолько мощная и редкая. Хотя… я смотрю и питаю надежду, что… эти рисунки на их задницах несут кусочек этой силы. Но все еще стоит вопрос в оружии не из этого мира. Астральный нож нужен как минимум или хотя бы осколок. Понимаешь? Вот и думай, как нам тут не остаться навсегда, — она закрыла глаза.       — Хорошо… Я рада, что у тебя есть план. И все же, я не очень люблю жар… — сказала белая.       — Я назвала минимум. Если мой план не выгорит и мы не сможем брать с их крупов эту магию, то нас ждет невероятное Злоключение. Это ручной сбор различных сил и выделений, смешивание, и раз за разом повторение, и надежда на удачу. Знаешь, что такое безумие? Это повторение одного и того же действия раз за разом в надежде на изменения. Так вот, получение этой силы чем-то похоже на это, — Люми тяжело вздохнула, смотря в голубое небо...