Вернуться к тебе

– Прости меня за тот концерт… – Наконец подаёт голос Лестат. – Я просто перенервничал… – Не извиняйся. – Отбиваюсь я. – Это всё – пустяки. Честно, мне кажется, ты даже немного поскупился на выражения. Я тихонько усмехаюсь и смотрю на него, всё ещё неловко тихого, но уже чуть более привыкшего к ситуации. Мы едем по ночной дороге и мне многого стоит не отрываться от руля, потому что прикоснуться снова хочется невыносимо. Но… На самом деле, сейчас намного важнее позаботиться о другом. О том, чтобы выходить его и привести хотя бы в относительную норму. – Звучит так, будто ты только что принизил мою потрясающую способность доводить других до ручки… – Лес… – Я серьёзно. – Вдруг он отрывается от лицезрения вида за окном и поворачивает голову на меня. – Мне ничего не стоит извиниться, потому что понимаю, что с порога задел недопустимые на данный момент темы. – Какие например? О том, что я поднимал на тебя руку? Об обесценивании тебя? Об Армане? Что конкретно? И в словах моих нет ни единого упрёка. Но Лестат вновь замолкает, отворачиваясь, и начинает пальцами перебирать полы халата, скрывающего обнажённые ноги. – Слушай, тебе не нужно пытаться угодить мне или избегать моих возможных “триггеров”. – Показывая кавычки, начинаю доносить свою позицию. – В первую очередь тебе нужно расслабиться, как бы глупо это не звучало. И говорить со мной ты имеешь право на любую тему, в том числе на тему моего ублюдского поведения в прошлом. – Даже на счёт того, что я участвовал в убийстве нашей дочери?.. А вот теперь теряюсь я. Почему-то мысль об этом избегала меня всё это время. – И на счёт того, что ты, по всей видимости, пытался убить себя? – Его голос снова начинает дрожать, а я просто физически ощущаю нашу общую боль. – И о том, как я издевался над тобой восемьдесят лет назад? Обо всём этом, Луи?! Так, нет. Я сворачиваю на обочину и останавливаю машину. – Лестат. – Что “Лестат”?! Ты так рьяно хочешь взять на себя всю ответственность и почему-то совершенно забываешь о том, кто на самом деле причина произошедшего! – Посмотри на меня. – Я пытаюсь верить тебе, но всё равно не понимаю почему ты, чёрт возьми, внезапно изменил свои взгляды и на жизнь, и на меня! Не выдержав более, я сам беру его за подбородок, вынуждая посмотреть на меня, и без лишних предупреждений целую. С одной стороны, чтобы отвлечь неожиданностью, с другой – в попытке успокоить и успокоиться… Вот так – мягко, в меру требовательно, лишь слегка углубляя и оглаживая подрагивающие от эмоций плечи. – Потому что люблю… – Шелестящим шёпотом во влажные губы. – Несмотря ни на что… Мы оба наломали дров, оба виноваты, но также и оба намучились… Может быть хватит изводить друг друга и самих себя? Его голубые глаза блестят от света фонарей, бьющего в затемнённые окна машины. Губы подрагивают, а светлые ресницы дрожат. Я даже начинаю сомневаться, что стоило отпускать самоконтроль настолько рано… – Ты никогда раньше… – Не говорил тебе такого? Да, и за это мне тоже очень стыдно. Лестат смотрит на меня ещё пару мгновений, потом морщит нос и утыкается им в мою грудь, как выбившийся из сил ребёнок. Я же лишь кладу ладонь на его спину и продолжаю гладить, ни одним действием не коря его за некоторую слабость. Он так долго держал её в себе… Кто я такой, если не смогу позволить возлюбленному быть собой, верно? — Ты же понимаешь, что не обязан верить мне сразу?.. У тебя есть всё время мира на принятие решения, каким бы оно ни было. И если ты скажешь мне больше не переходить грань до того момента, то я послушаюсь. — Не скажу… Это короткое и глухое “не скажу” ложится на сердце лечащим бальзамом. — Хорошо. — Снова шёпотом отвечаю я, улыбаясь, и немного смещаюсь, чтобы отстраниться равно настолько, чтобы посмотреть на него. — Тогда давай всё-таки доедем до этого чертового аэропорта и решим все оставшиеся вопросы в Дубае. — Ты уверен, что нам нужно именно туда? — От такого тона уже нет, если честно... — А есть другие варианты? Оставаться в твоём пристанище — идея не очень, а отели недостаточно оборудованы под жизнь вампира. — Лу, — он снова льнет ко мне и цепляется пальцами за воротник кофты, — Я домой хочу… — А… Я задумчиво поджимаю губы, сомневаясь. Тот дом стал очередной достопримечательностью для туристов, культурным наследием, если угодно, но дальние перелеты в состоянии Лестата действительно вряд ли пойдут на пользу… Тем более… Это же наш дом. — Хорошо, Лес, только немножко подождать всё равно придётся. Мне нужно будет как-то решить вопрос собственности. — Спасибо… Короткий поцелуй в висок и продолжение пути теперь в комфортной тишине. Впервые мне так легко менять планы. Ради кого-то. Ради тебя, mon chéri… И пусть на мою голову упадёт небо — я всё равно дам тебе всё, о чём попросишь. Абсолютно.