Лилия в кольцах змеи

      Вернувшись, Чжучжи-лан застал Юаня спящим в окружении змей. Сверток из лопуха был пуст, ягоды были съедены, а сам мальчик уютно устроился на мягком мху у большого дерева, и спал так сладко, что не услышал возвращения старшего брата-змея. Мысленно издав умиленный звук, демон осторожно подполз к мальчику, окутывая его тело своим. Стало теплее, и ребенок, ощутив себя в большей безопасности, расслабился окончательно.              Чжучжи-лан ласково гладил кончиком хвоста Юаня по волосам, улыбаясь своим пухлым ртом и размышляя. Дитя выбрало очень хорошие ростки, едва ли не лучшие. Они быстро взойдут и придет время вливать в них ци для принятия нужного облика.              Стоит ли ему уведомить господина?..              О, змей помнил, в каком ужасном состоянии пребывал его владыка. Измотанный телом и душой, он гнил заживо, неспособный говорить, видеть и ощущать мир. Его душе и разуму был нанесен сильный удар, и вряд ли он станет прежним, даже вернув себе возможность снова жить вне стен своей темницы. В порывах безумия Тяньлан-цзюнь кричал, пока его язык не истлел. Он вопил о ненависти, приказывая из раза в раз племяннику пойти прочь.              Но как он мог оставить его?              Нет. Он не оставил его тогда, когда надежды не было. И не оставит теперь, когда она брезжит уже светом скорого успеха.              Оставался только один вопрос. Стоит ли… сейчас вести маленького Юаня к господину на поклон? Нет, это явно не было хорошей идеей. Чжучжи-лан взглянул на ребенка в кольцах своего тела с тревогой. Каким бы хорошим мальчик не был, неизвестно, что может сделать владыка, пострадавший от людского племени.              Змей решил не рисковать.              Росток Росы Луны и Солнца будет зреть не один год. За ним нужен будет крайне кропотливый уход, вливание темной ци, тем более – такого сильного демона, как Тяньлан-цзюнь, - может и вовсе не получиться с первого раза.              У него еще есть время. Но и затягивать процесс Чжучжи-лан не имел права. Мысленно попросив предков об удаче, змей задремал, приказав помощницам охранять их сон.              Проснулся демон от того, что Юань надел на его голову венок из полевых цветов и веточек. Судя по тому, как порозовело его личико, сделать он собирался это тайно, но его поймали на месте, и деваться уже было некуда. Чжучжи-лан тихо зашипел, словно смеясь. Этот ребенок очарователен.              - Старший брат-змей хорошо выглядит в короне из цветов! – мальчик смущенно потер нос и заулыбался. – Очень красиво!              Чжучжи-лан замер, едва справляясь с тем, чтобы с шипением не удрать под какой-нибудь густой куст. Он… красивый? Боги, какие глупости говорит это дитя! У Юаня точно немного странное мышление относительно мира вокруг него! Скулы змея чуть заалели, а сам он скукожился в комок, старательно делая вид, что не слышит и не видит весело бегающего вокруг него ребенка.              Этот мальчик… и правда не боится его больше. Настолько не боится, что даже имеет наглость подшучивать!              - Было бы так здорово, - Юань сел рядом, уложив голову на прохладное тело змея, - если бы я был твоим сыном, старший брат.              Ребенок улыбнулся.              - Я бы мог называть тебя папой!              От количества любви в обоих сердцах Чжужчи-лан зашипел так сильно, что едва не оглушил половину леса.

***

      Бедствие Юга, Генерал Южного удела, Змей-Опустошитель… уже второй день думал о том, что сказал ему ребенок. Он то и дело замирал на месте с глупым видом, и не мог двигаться, пока мысли тоже не придут в движение.              Как и теперь. Он замер посреди рыбалки, и воодушевленная этим рыба проворно ускользнула из его хвоста, обрызгав его лицо холодной водой.              «Папа».       Это даже звучало абсурдно.              Змей смущался. Очень и очень. Человеческие детеныши доверчивы сверх меры! Он всего-то помог ему, а ребенок уже готов считать его отцом, да куда это годится! Но сколько бы мысленно не сокрушался, Чжучжи-лан наслаждался тем, что он оказался достаточно хорош для роли родителя.              Хотя, мальчику явно сравнивать особо не с чем, но…              Было страшно верить в лучшее. Стоило просто позаботиться о ребенке, пока он сам не научится выживать. Ну, или пока не придет кто-то более компетентный в этом вопросе.              Но Юань льнул к нему, спешил показать поделки из веток и листочков, плел ему венки и засыпал под боком. Юань делился вкусностями, найденными в лесу, рассказывал, что интересного видел и слышал. Юань... каким-то образом заполнил собой обычно бесцветные серые однотипные дни.       Так прошла неделя.       За ней - месяц, два. Они обзавелись домиком в глуши леса, Юань многому научился, даже иногда сам ходил в город. Много воды утекло и много чего случилось.       И Чжучжи-лан сам не понял, как пять лет провел бок о бок с этим нежным ребёнком.

***

      В свои одиннадцать лет Юань был прелестнее юных демонов Востока –его кожа была красивой, от природы светлой. Золотистые, нечеловеческие глаза, смотрели на мир с интересом и добротой. И было в нем что-то и от названного родителя – некая текучая стать, змеиная ловкость, которой мальчик учился у демона, будто губка впитывая каждое движение опекуна.              Змей не мог налюбоваться. Чем старше становился Юань, тем краше он выглядел, и тем нежнее становилось на душе Чжучжи-лана, уже признавшего мальчика своим детёнышем. И да, он все же позволил ребенку звать себя «Папой», сурово обещая себе отказаться от этого «титула», как только это станет неуместно.              Однако даже с возрастом Юань не прекратил льнуть к нему.              Глядя на сопящего в кольцах его тела юношу, Чжучжи-лан не мог сдержать умиленного ворчания. Они спали под крышей дома, на столике догорал фитилек свечи. Ставни были накрепко закрыты, где-то за стеной скрипели ворота.        - Папа снова не спит? – сонно ворча, Юань притянул змея к себе, обнимая его за прохладное тело и устраиваясь поудобнее. – Спи. Узорочка и Слюдянка нас защитят. Ночь спокойная.       Чжучжи-лан прикрыл глаза, ткнувшись приплюснутым лицом в макушку "сына". От того пахло костром и свежестью леса - приятное сочетание, от которого внутри зарождалось чувство безопасности. Юань гладил его по блестящей от постоянной заботы чешуе, что-то тихо мурча себе под нос. А змей думал, что уже скоро созреют плоды Ростка. Стоит познакомить Юаня с его... Двоюродным дедом, выходит?..              Волнение охватывало сердца змея приливами, сон не шел, как бы он не призывал его. Пусть не по крови, но – Юань его дитя. Неважно, что будет дальше – змей поклялся, что не откажется от своей преданности, даже если мальчик решит уйти с другими людьми прочь от него. Но… Тяньлан-цзюнь. Что же он скажет? Примет ли ребенка? Цзюнь-шан согласится обучать Юаня? Научит демонической культивации?              Ведь, если подумать, самое время, а век людей… так короток.              От этой мысли внутри все болезненно сжалось.              Он так не хотел, чтобы его маленький цветочек умер раньше, чем познает мир вокруг него. Потому, да, он убедит господина, обязательно его уговорит, расскажет, что именно этот ребёнок добыл цветы и помогал выращивать тело для Тяньлан-цзюня.              Юань тихо засыпал, и у Чжучжи-лана мелькнула странная идея, что, если сейчас это дитя так ослепительно, то каким же станет, вступив в пору зрелости? И разве не станет чистота его сердца губительной для внешнего мира и для него самого?..              ... нужно будет что-то придумать, чтобы скрыть его красоту от других людей...              Юань обнял его крепче, и по выравнявшемуся дыханию и сопению змей понял – он уснул достаточно глубоко. Погладив теплый бок сына кончиком хвоста, Чжучжи-лан укрыл его своими кольцами, а сам задумчиво уставился в потолок.              Времени оставалось мало. Цветы жухли, впитав ци и кровь будущего владельца тела. Могло случиться так, что плод переспеет, и этот ничтожный не сможет помочь своему господину.Ему... нужно было отправиться к Тяньлан-цзюню и заручиться его поддержкой. Чтобы быть уверенным – цзюнь-шан не откажется от нового тела, примет помощь.              Но что делать с Юанем?..              Утром, не дожидаясь пробуждения юноши, Чжучжи-лан укрыл его одеялом и направился к дальним пещерам горы Байлу, к темнице, где держали его господина.              За Юанем присмотрят. Его помощницы любили это дитя, словно он вылупился из их собственных кладок. Защитить юношу – это сейчас была их первостепенная задача. А он пока... Да, он пока поговорит с Цзюньшаном. Если их связь можно было назвать разговором, конечно.              Как и раньше, Тяньлан-цзюнь долго молчал. Это была его обычная тактика за последние несколько лет. Но... уже лучше, чем бесконечная ругань и проклятья. В конце концов, он всегда по итогу отвечал. Парой фраз, а то и одной. Но чётко и по делу. Как и теперь – в ответ на свои увещевания о новом теле для господина, Тяньлан-цзюнь ответил только:        «Ты хорошо постарался. Я приму это»       Сердца Чжучжи-лана бухнули невпопад от радости. Генерал мог лишь закрыть глаза, ощущая невообразимое облегчение. Хвала предкам, хвала предкам, что обратили на него внимание госпожи-удачи!        «Этот старик думает, что тебе помогли достать это тело. Я прав?»       Вопрос от Цзюньшана... Прозвучал неожиданно резко, уже тогда, когда змей собрался уйти. Чжучжи-лан вздрогнул. Не осмелившись лгать, он еле слышно ответил в своих мыслях:        «...да» «Это другой демон?»       Чжучжи-лан повернулся лицом к тому месту, где покоилось тело дяди, и покачал головой.        «... нет» «Значит, тебе помог человек?..»       Змей вздрогнул, ощущая недовольство Цзюньшана, настолько явное, что становилось не по себе. Он невольно сглотнул. «Это... мое дитя»       Это вырвалось у него в ответ само собой, и прозвучало настолько неловко, что он даже зашипел вслух. Молчание в мыслительной связи повисло гробовое. Чжучжи-лан подумал даже, что воздух застыл. «Что?..»       Ох, ему показалось, или мысли Цзюньшана... Пискнули?..              Собравшись с духом, змей осторожно, подбирая слова, поведал господину о том, как в его жизни появился ребенок. Постепенно мысленный монолог насыщался нежностью и теплом, а молчание "по ту сторону" становилось все более вдумчивым        «Люди ужасны, раз бросили ребёнка в лесу совсем одного, - ответил мысленно Тяньлан-цзюнь, будто бы вздохнув. - Этот мальчик... Стал дорог тебе, верно?»       Помявшись с ответом пару ударов сердца, Чжучжи-лан кивнул, сопроводив это мысленным: «Да... да, очень дорог...»       В мыслях раздался тихий смех, от которого змей вскинулся. Он так давно не слышал хотя бы толики радости от хозяина! Пусть даже смешок был нервным, но это! – это уже такой хороший знак! «Я хотел бы познакомиться с ним. Приведи его, когда будешь готов» «Х-хорошо! Конечно, я приведу его, господин...»       Чжучжи-лан пригнулся к земле, не в силах сдержать улыбки. Несомненно... несомненно, Юань понравится Цзюньшану...              В голове стали выстраиваться планы. Мальчика нужно причесать. Отпустить в город (за последние годы Юань бывал там не так часто, да и никогда не испытывал желания там остаться), чтобы тот присмотрел себе новую одежду. А уж деньги... Что ж, Чжучжи-лан эти пять лет собирал травы, и Юань продавал их в аптеки. Финансы у них имелись, пусть и небольшие. Можно их потратить – скоро мальчику не придется так много трудиться, чтобы они хорошо жили!              Когда Юань-эр пойдет в город, он непременно скажет паре своих змей сопровождать своего... своего...              Ух...       Сына. Да.       Своего сына.       Ведь скоро, может... Он будет ходить в городок вместе с ним. Как же это будет здорово...              Улыбнувшись, демон радостно поспешил обратно к своему ребенку. Он хотел обрадовать его хорошими новостями (ах, скоро они смогут поговорить, как полагается!).

***

      Юань то и дело поправлял свою одежду, нервничая. Его названный отец постарался рассказать ему, куда они направляются, но юноша решительно ничего не понял. Он осознал лишь одно: тот, к кому они идут, очень и очень важен для его родителя.              Логично, что юноша нервничал.       В пещеру он прошёл без проблем, но ему пришлось ждать змея. Тот тащил в своём хвосте что-то тяжёлое и продолговатое, затянутое в ткань. Юноша нервничал и не отходил от отца ни на шаг. Все же, тут было легко потеряться. Они не взяли с собой факелов, поэтому Юань полностью полагался на папу, цепляясь за его холку в кромешном мраке              Тот тихо шипел и потирался о руку мальчика, будто обещая, что все будет хорошо. Они шли долго. Юань, честно говоря, даже успел устать. В какой-то момент он просто закрыл глаза и полностью доверился демону, позволяя вести себя куда угодно.              Через пол шиченя они вышли в просторный природный карман, наполненный запахом сырости и... Разложения? Очень странным, неприятным духом пахло в этом месте. Юань прикрыл нос, чтобы не было так больно дышать. Чжучжи-лан молча одобрил этот жест. Он коснулся носом закрытых глаз юноши, и тот еле заметно кивнул – да, он не станет их открывать. Папа явно не хочет, чтобы он увидел... хоть что-то              Видимо, тут было страшнее, чем он себе уже навоображал. Оставшись стоять на месте, юноша пропустил змея вперёд. Тот быстро прополз, и вскоре в пещере раздались звуки. Тихие, едва различимые.              Юноша пытался не вслушиваться, но это было слишком... слишком...       Юань заткнул себе уши.       Это было слишком страшно. Будто ломали кости и вскрывали плоть.       Звук был слишком...       Настоящим.              Прошло с четверть шиченя. Ноги затекли, холодный воздух заставлял юношу ежиться и переступать с ноги на ногу, и он уже хотел позвать названного родителя, когда в пещере послышались едва ощутимые слуху шаги.       Юань опасался пошевелиться. Это явно... явно был не папа, ведь он... он...        - А-Юань, - голос раздался в тишине, такой тёплый и нежный...       Юноша дрогнул, невольно попятился. - К-кто?..       К нему тут же прикоснулся... Папа! Это точно было ощущение его кожи и тепла, он не спутает его ни с чем и никогда, - та же прохлада, та же мягкость, но...              Какие-то неуловимо другие.        - А-Юань, не бойся, - голос будто стал чуть тише, а его обладатель... Подошёл. - Открой глаза, пожалуйста.       Поджав на миг губы, юноша заставил себя расслабиться и медленно, опасливо поднять веки. В темноте он с трудом различал очертания... Человека. Да, перед ним стоял человек, и именно он касался его щеки, именно от него ощущалась та же энергия, что и от... Папы.        - А-Юань, - ласковый голос молодого мужчины едва не дрожал от бури чувств. - Наконец-то могу позвать тебя по имени. - П… папа? - тихо пискнул юноша, неосознанно потянувшись к человеку. Тот провел ладонью по его голове, мягко улыбаясь. - Да, - Чжучжи-лан притянул юношу к себе и крепко обнял его. - Да, мой хороший. Это я.       Позади змея Юань различил ещё один силуэт и крепче прижался к демону. Тот потерся носом о макушку названного сына с улыбкой, чувствуя, как подрагивают его губы. Наконец-то... наконец-то он может обнять его, погладить его по голове, назвать по имени... Змей даже не представлял, как хотел этого!              За эти долгие пять лет именно эти желания подстегивали его сильнее, чем что бы то не было.        - Так, значит, это и есть твой приёмный сынишка, племянник?       Юань вжался в демона сильнее, словно звереныш, не отводя настороженного взгляда с мужчины, что неспешно выходил к ним из затхлого полумрака. Темные глаза чужака прищурились, когда он рассматривал юношу.        - Да, Цзюньшан, - змей нехотя отстранил от себя мальчика и тут же зажёг на ладони зелёное пламя. Свет резко ударил по глазам.       Юань зажмурился, но заставил себя открыть слезящиеся глаза. Только чтобы вцепиться в одежды папы еще крепче.              Прямо перед ним присел на корточки тот, кто только что стоял в нескольких шагах от них.        - Хорошенький, словно дух цветка, - ахнул незнакомый мужчина, скаля клыки в улыбке. – Значит, тебя зовут А-Юань, дитя? – незнакомец протянул ладонь и легонько потрепал юношу по волосам.       Замерев крольчонком, юноша моргнул и выдавил из себя смущенное "мгм". Он не ощущал угрозы от этого... человека ли? Судя по всему, этот мужчина был таким же демоном, как и его папа...              Кстати, о нем.        - Папа? - Юань вцепился в его руку, и только теперь заметил... Одежду? Его любимый опекун был в одежде. Как и этот незнакомец.       Чжучжи-лан чуть склонился к нему, улыбаясь. В человеческом виде у него был… немного наивный вид, не такой опасный. Ребенок расслабился.        - Да, мой хороший? - Тут холодно и сыро, - тихо пожаловался мальчик, взявшись за ладонь опекуна. Мужчина рядом с ними согласно промычал и выпрямился во весь свой немалый рост. - Да, мальчик прав. Надо отсюда уходить.