Часть 16
2 марта 2025 г., 09:46
Алоис слез с кровати, на которой сидел, и потянулся, встав на носочки и сцепив руки над головой.
— Пап, можно мне уже пойти погулять? Сижу тут, как преступник в тюрьме, а там такоооой снег! — он с улыбкой выдохнул.
— Я обещаю тебе, что ты уже совсем скоро сможешь выйти на улицу и как следует поваляться в снегу, — подойдя к ребёнку и на его манер выглядывая из окна, спокойно сказал мужчина. — Ты веришь мне? — Холодными пальцами он коснулся мягких волос мальчишки и погладил его по голове.
— Я тут уже месяц сижу, — раздражённо отозвался тот. — Хватит прятать меня, как розу под колпаком, я хочу на свежий воздух! — Он на пятках развернулся к мужчине. — Ты же выходишь, чего мне нельзя?
— Ох, кроха, — мягко проговорил мужчина, поправив свои отросшие волосы. — Ты ведь знаешь, что ты самое ценное, что у меня есть? И вот представь, что кто-то очень хочет заполучить сокровище того, кто его оберегает всем сердцем. Ты моё сокровище, и я не могу позволить кому-то забрать тебя у меня, — в его голосе было столько нежности и любви, что её нельзя было даже измерить. Порой казалось, что эти чувства разорвут его изнутри, оставив большое ничто после. — Я выхожу, чтобы проверить, всё ли хорошо, и пока не могу отпустить тебя. Но обязательно сделаю это. Вот увидишь, мы поиграем в снежки и покатаемся с горки.
— К тому времени всё растает, — нахмурился Алоис, а потом пнул ногой лежащую на полу книгу. — Вечно всё запрещаешь! И кто посмеет ко мне подойти — я тут же откушу ему голову! Мне скучно весь день дома, ты постоянно с другими а… а я? — голос немного охрип, словно ребёнок собирался расплакаться.
Прикрыв на мгновение глаза, мужчина выдохнул. Иногда ему становилось сложно, особенно в те дни, когда ребёнок начинал сильно капризничать и грубить ему.
— Пойми меня правильно, малыш. — Он опустился перед Алоисом на одно колено и притянул к его к себе, держа за маленькие ручки. — Пожалуйста, милый, помоги мне немного: побудь ещё чуть-чуть терпеливым и хорошим мальчиком. Я тебя очень сильно люблю и всем сердцем желаю скорее вернуться в наш дом. Ты первым его увидишь, обещаю.
— Мне и здесь нравится, — возразил он. — Хотя бы книжек ещё дай.
Он вдруг что-то вспомнил, резко вырвал руки из хватки взрослого, подбежал к шкафу и, встав на цыпочки, достал какой-то альбом.
— Мне его тётя Мика дала! Тут я маленький!
***
— Сэми, в этом нет ничего сложного. Кашу я уже приготовил, просто уложи на спину и дай в руки бутылочку, он будет сам её держать, — Марк с перекинутым через плечо полотенцем стоял над сыном и направлял своего партнёра. — Не волнуйся, всё нормально. — Я не волнуюсь, — чуть ли не закатив глаза, ответил вампир. Он сидел в кресле, и на его руках был Алоис, который звонко смеялся от того, что его всего несколько мгновений назад щекотали за пяточку. Вампир протянул бутылочку, привлекая внимание малыша, и терпеливо дожидался, когда тот возьмёт её маленькими ручками. — Да, вот так, держи крепко-крепко, — продолжал подбадривать кроху вампир. — Кушай много и станешь таким же сильным, как твой папа. — Вы, ребят, женаты уже лет сто? — Мика, стоя у зеркала, расчёсывала волосы. За последнюю неделю она выспалась и выглядеть стала если не на все сто, то хотя бы немного лучше. — Сэм прямо как мамочка. — Мгм, — откликнулся Марк, садясь рядом с ними на корточки. — Он моя хозяюшка. Осталось научить готовить и всё. — Он и так умеет, просто не любит, — засмеялась входящая в комнату Ирэн, на ходу чмокая Мику в щёку и незамедлительно получая в свою сторону взгляд убийцы. — Ну, а что ты хотел, братец? Привыкай к роли женатика. — Что я сейчас делаю плохого, что вы все тут глумитесь надо мной? — для малыша Сэм сохранял улыбку на лице, этим подбадривая его, но на лбу залегла глубокая складка, которая намекала на очень сложный мыслительный процесс. — Ирэн просто завидует, что у неё такой талантливый брат. — Марк размял шею и посмотрел в окно на падающий снег, а потом перевёл взгляд на сына. — А ещё, что у её брата такой прекрасный парень и сын. А ей досталась… — он с усмешкой глянул на Мику, — сама посредственность. — Кто бы говорил, — откликнулась Микаэлла, заклеивая бежевым пластырем глаз и опуская на него волосы. — Сам ты посредственность, — фыркнула весело Ирэн и, дождавшись, когда Микаэлла закончит свои дела перед зеркалом, развернула её к себе, нежно целуя. Мика улыбнулась, но как-то немного вяло. — Вы и тут соревноваться будете? — изогнул бровь вампир. — Как подростки. Так и не скажешь, что будущий глава клана охотников и правая рука лорда драконов. Только ты, Мика, среди этих оболтусов поистине взрослая, и это хорошо, иначе моя сестра всё ещё пускала бы сопли пузырями. — Да ты язвить научился, — оторвавшись от девушки, восхитилась Ирэн. — Притом, что Мика вообще-то тут самая младшая, — напомнил Марк. — Ей всего двадцать пять, — он хитро улыбнулся, — будет в феврале. Мика осторожно отшагнула от Ирэн, чтобы та оказалась в стороне и произнесла: — Что-то ты совсем от рук отбился. Может, устроить тебе показательное наказание, чтобы не выкобенивался лишний раз? — В угол меня поставишь? — хохотнул Марк, опираясь головой о колено Сэма. — Я могу сделать это за неё, — хитро усмехнулся Сэм. — О, я даже соглашусь сегодня посидеть с Алоисом, чтобы ты это воплотил в жизнь, — поддержала Ирэн. — Если тут все такие взрослые, то вы же понимаете, что делать я это буду вне стен этого дома, чтобы никто не услышал… — Братец, да ты пошляк, — перебила его девушка, заливаясь краской. — Вы все извращенцы, — решила Мика, а потом неожиданно спросила: — Чисто из любопытства, а кто из вас… — она указала пальцем сначала на Сэма, потом на брата, — кто из вас… Алоис выплюнул соску бутылочки и попытался сесть. Получилось плохо, поэтому он просто схватился за рубашку Сэма. — Па, — произнёс он. — Кто нижний? — хмыкнул Марк. — А сама как думаешь? — И думать не надо, — веселилась Ирэн, хищно сверкая глазами, поглядывая на то, как брат со всей присущей ему нежностью держит малыша за ручки, позволяя тянуть его на себя, чтобы тот предпринимал попытки встать. — И почему ты всегда такая злая, — покачал головой Сэм. — Я не злая, просто по вам это видно, — фыркнула вампирша. — Пусть ты хоть в двести раз будешь сильнее, я-то тебя знаю, ты всегда… — Неправда, не всегда я прогибаюсь под других. Просто не люблю конфликты, — перебил её брат. — Конфликты? — поразился Марк. — Когда это мы конфликтовали за то, в каких ролях будем в постели? — Он повернулся к Мике. — А ты сама-то даёшь или только получаешь? — Некорректно задавать такие вопросы даме! — Да ну? — фыркнул Марк. — Ирэн? — Ну-у-у, — тянет вампирша, внимательно посмотрев на свою девушку. — Вообще по настроению, знаете ли, так что тут всё просто, — развела она руками. — Как всегда очень размыто, — покачал головой Сэм в тот самый момент, когда Алоису удаётся надуть из слюны пузырик и он лопается, вызывая короткий хохот у ребёнка. — Раз вы так ломаетесь, то точно. Марк у нас бэд бой, который старается над этим отличником, а почти двухсотлетний вампир и не против. Я права же? — Ой-и-и, — протянул Марк, показывая ей средний палец. — Я тоже могу предположить, что у вас происходит. Но у нас с моим мужем хотя бы здоровые отношения, и он изматывает меня не тем, что пьёт мою кровь, а кое-чем более приятным. Он забрал у Сэма ребёнка и положил в кроватку, насыпав туда игрушек. — Так что ещё раз: завидуй молча. Громкий, радушный смех тут же залил комнату. — Не пиздите мне тут, герои-любовники. Вы как только приехали в этот дом, только и занимаетесь тем, что работаете и присматриваете за ребёнком. Ни разу даже не выходили «гулять», — вновь обняв со спины Мику, Ирэн обратилась к брату, который как раз встал с кресла. — А ты, братец, серьёзно уже. Позволяй себя выгуливать и парочку раз доставь этому охотнику незабываемые ощущения и, желательно, с кровопусканием. Всё, скучные вы, поехала я на базу, и, Сэм, — уже разворачиваясь, — сегодня на работе не появляйся. Придушу. Чао. Когда за Ирэн закрылась дверь, Сэм посмотрел на Мику, и в его взгляде бегущей строкой читалось: «Ты правда выбрала вот эту сумасшедшую?» — Зато вы в эмоциях не сдерживаетесь, — хмуро парировал Марк, укладывая сына в кроватку. — Захотел бы послушать визги, принёс бы домой паука, так что потише, хотя бы ради ребёнка. — Всё, я тоже побежала, — засуетилась Мика, — у меня сегодня куча дел. А вы ведите себя хорошо и не делайте глупостей. — Она тоже исчезла за дверью. — И вот как на это всё реагировать? — уже в пустоту задал вопрос Сэм, поворачиваясь к Марку. — Полагаю, займёмся домашними делами, раз девочки на нас сегодня всё спихнули и назвали это выходным. Вампир подошёл к кроватке и посмотрел на уже дремлющего малыша. — Скоро придёт няня и присмотрит за Алоисом, — напомнил мужчина, а потом спросил: — Слушай, ты уже почти неделю тут безвылазно и вообще ни разу не притрагивался к крови. Давай я принесу запасы? — Подожди, — останавливает Сэм Марка, — я не буду пить кровь в одном доме с ребёнком. Позднее. — Вампир, приподнявшись на носочках и поцеловав Марка в щёку, удаляется в сторону кухни. — А что в этом такого? — Марк пошёл следом, снимая с плеча полотенце и вытирая им руки. — Ты ведь умеешь себя контролировать, да и Алоис ведь… Сэм? — Я не буду рисковать, когда в доме маленький ребёнок, — отозвался вампир, ставя на плиту чайник. — Тем более, после изменения нашего с тобой статуса мы и правда ни разу не… Вампир замолчал и, кажется, сжался. Если бы не Ирэн, он бы никогда не начал подобного разговора. Марк же, казалось, удивился. — Сэми, милый, если ты хотел заняться сексом, нужно было так и сказать. Я бы снял номер в отеле или мы бы поехали в нашу старую квартиру. Я бы нашёл для тебя время — неважно когда и сколько. Почему ты молчал? А вампир и не знал, что ответить. Подобные разговоры всегда его смущали, особенно если они касались Марка. Сэм сразу же чувствовал себя неопытным и совсем юным. Особенно, когда охотник смотрел со всей серьёзностью и нежностью, что плескалась в глубине его глаз. — Пожалуйста, мне очень неловко говорить об этом. — Когда ты хочешь принять душ, а он занят, ты ведь просишь меня освободить его, правильно? Или если хочешь чего-то сладкого, то так и говоришь. Поэтому, если с утра тебе захотелось меня, просто подходишь и говоришь: «Давай займёмся любовью». — Он нашёл под тканью футболки его сосок и легонько сжал. — Можешь ещё и позу уточнить, чтобы было совсем понятно. Громкий вздох сорвался с губ вампира, когда он почувствовал руку Марка на своей груди; он прижался спиной к его торсу, прикрыв глаза. — Марк… — Сэм закусил нижнюю губу, поражаясь тому, как остро отреагировал на незамысловатую ласку. Вероятно, его тело ещё не отошло от яда, что при укусе пустил по его венам Марк, когда находился в пограничном состоянии после эликсира. Ведь они давно не были вместе. Только однажды, после первой встречи, спустя шесть лет. — Неужели тебя возбуждает, когда я говорю такие непристойности? Или вовсе не они? — Он легко поцеловал его в шею, обдавая горячим дыханием тело. — Сэми, выключи чайник, он нам не понадобится. Мне нужно исполнить свой супружеский долг.***
В этот раз всё было по-другому: быстрое срывание одежды и горящая страсть. Марк повёл партнёра в спальню и там немедленно повалил его на постель. — Сколько дней я тебе задолжал? — спросил он, целуя его чуть ниже уха. — Сколько, ответь. — Я не считал… — распластавшись на синих простынях, прошептал Сэм, руками лаская спину Марка, пальчиками гладя по сильным рукам, подбираясь к шее, массируя её, но через мгновение сдался. — Две тысячи сто девяносто дней. На лице Марка читалось: «Это будет проблематично, но я что-нибудь придумаю». — Боюсь представить, что мне нужно сделать, чтобы ты получил столько оргазмов за день. Но, Сэм… Ты считал дни? А вампир не то чтобы считал. Он просто ждал, когда наконец сможет увидеть своего человека, почувствовать его тепло на своей прохладной коже. Сэм думал, что даже если Марк уже не одинок, ему было бы достаточно увидеть его, но как же он ошибался. Сэму всегда было мало Марка и будет мало потом. — Я не специально, — спрятал взгляд вампир, уткнувшись в крепкую грудь охотника, потираясь об неё лицом. — Просто скучал, и это произошло само собой. И… — коснувшись влажными губами шеи охотника, вампир прошептал, — это вовсе необязательно, я хочу, в первую очередь, чтобы тебе было хорошо. — Никогда так не говори, — Марк резко отстранился. — Если во время секса хорошо только одному, то это плохо. Ты думаешь, что если твоему партнёру будет норм, то и ты тоже будешь счастлив? Ни хера подобного. Ментально — возможно, чуть-чуть, но тело-то говорит само за себя. — Он потянулся вниз и чуть надавил на промежность Сэма, где уже отчётливо виднелось его возбуждение. — А-ах, — сорвалось с губ Сэма. Он затуманенным взглядом смотрел на Марка. Его губы были приоткрыты, а дыхание уже сбивалось, и это пугало вампира. Неужели он настолько сильно соскучился? — Прости, — зачем-то выдыхает слова о прощении Сэм. Он тянется к Марку. Обивает его шею руками и тянет на себя, чтобы поцеловать. — Хей, что с тобой? Дыхание перехватило от моей красоты? Чего ты такой чувствительный сегодня? Расстегнув ремень на его джинсах, он взглянул сначала на него, потом перевёл взгляд на вампира, и в глазах мелькнула идея, но он тут же мотнул головой, отметая её. Не хватало, чтобы у Сэма началась паническая атака. — Зачем ты всё время извиняешься? — Это привычка, и разве это плохо? — тянет Сэм. — Если ты хочешь слышать от меня всю правду, то я и сам не знаю, почему так реагирую. Будто всё тело горит внутри, просто хочу тебя рядом, но всё ещё сомневаюсь, ведь в доме ребёнок, — вампир перехватил руки охотника и остановил его, немного приподнимаясь на кровати. — Сэми, ему полтора года, — он отодвинулся, чтобы вампиру было удобнее лечь. — Даже если услышит, то ничего не поймёт. — Ты уверен? — всё также с беспокойством спрашивает Сэм. — Я весь на взводе, боюсь, что не смогу быть тихим. — Если бы вампир мог, он бы точно сейчас покраснел. Разгорячённое тело охотника было слишком манящим, а у вампира помутился рассудок. Сэм навис над ним, медленно ведя носом по ключицам, изгибу шеи, сначала касаясь кожи через тонкую домашнюю рубашку Марка, а потом переходя на открытые участки, невесомо прикасаясь к ним губами. Когда он добрался до красивого лица охотника, то сначала залюбовался им, будто впервые увидел. Наблюдал, как его рука, которой он продолжал ласкать Марка внизу, заставляла охотника приоткрывать рот, покрыться лёгким румянцем. В глазах человека Сэм с лёгкостью мог рассмотреть жгучее желание, но покорность, с которой он позволял вампиру вести, возбуждала ещё больше. — Хочу, чтобы мы никуда не торопились. Чтобы ты запомнил этот раз… — Вампир резко отстранился, глядя в сторону выхода из комнаты. Прислушался, даже убрал руку из штанов Марка, но быстро успокоился и возвратил всё своё внимание охотнику. — Прости, мне показалось, Алоис проснулся, но всё в порядке. Марк почти обречённо застонал, прикладывая руку ко лбу. — Сэми, ему, чёрт возьми, полтора года. Он не различает звуки так, как мы, — он облизнул губы, всё ещё чувствуя на них следы от поцелуев. — Если ты сейчас будешь отвлекаться, я позову сюда кого-нибудь из охотников, чтобы посидели с ним, пока мы тут трахаться будем. — Он пошевелился, выбирая более удобное положение, а потом сжал руками его бедра. — Тебя такое устроит? Возбуждение почти достигло пика, он еле сдерживался, чтобы не забрать свои слова назад и не взять Сэма самому. — Мне показалось, что я снаружи услышал какой-то шум и от этого проснулся ребёнок, — почти мурлыча прямо в губы охотника, прошептал Сэм. — А приглашать кого-то в дом, пока мы делаем это, не стоит. Я ведь могу и смутиться, если ты так будешь об этом говорить. Несмотря на внешнюю невинность, вампир продолжал расстёгивать рубашку охотника, тут же запуская прохладную ладонь под ткань, разводя полы одежды в стороны. Налюбовавшись голым торсом человека, вампир опустился ниже, поцелуями двигаясь от шеи к ключицам, со всей нежностью покусывая загорелую кожу и зализывая её языком. Несмотря на дикое желание, Сэм не торопился и не позволял ускорить процесс Марку, наслаждаясь моментом близости. Когда вампир спустился к крепкой груди Марка, он вобрал уже затвердевший сосок в рот, смачивая его слюной. Свободной рукой вампир продолжал поглаживать эрегированный член охотника, наращивая амплитуду движений, оттягивая желанную истому, превращая процесс в пытку. На этот раз послышалось отчётливое хныканье, Марк уже не в силах был контролировать то, что происходило с его телом, и, положив голову Сэму на ухо, прошептал: — Я больше не могу, Сэми. Не могу, понимаешь? Я хочу и тебе приятно сделать, милый. — Он облизнул сухие губы. — Прошу… Это было непривычно. Обычно умолять заставлял он, доводя партнёра ласками до пика, а потом, когда тело становилось неконтролируемо мягким, брал его во всех позах. — Ах, Сэм! Сжав пальцы на ногах, Марк прижал тыльную сторону ладони ко лбу и с силой прикусил, пытаясь отрезвить себя болью, однако получилось ровно наоборот — рана оказалась достаточно глубокой, чтобы закапать красной жидкостью подбородок и шею человека. Однако возбуждения это не убавило, и, размазав кровь по губам, Марк взглянул на парня, ожидая его реакции. И реакция не заставила себя долго ждать. Сэм оторвался от возбуждения Марка, склонив голову набок. Его глаза полностью стали красными, а клыки увеличились. — Как ты так? — обречённо, необычно сдержанно выдохнул вампир, подползая выше, аккуратно перехватывая ладонь Марка, осторожно целуя ранку и слизывая кровь, выпуская слюну, чтобы помочь коже затянуться. — А? А что такого? — буднично поинтересовался тот. — Ты довёл меня до этого, доволен? — Марк сжал кулак, натягивая кожу так, что теперь из раны кровь брызнула с новой силой. — Тебе что-то не по душе, муж? — Ты ведь понимаешь, что провоцируешь меня, и я сдерживаюсь лишь благодаря этому, — Вампир указал на подвеску и два браслета на запястьях с красными камнями. Он встал с кровати, отходя к окну. Сэм подозревал, что что-то может пойти не так, поэтому боялся близости в доме, в котором был ребёнок. Ему хотелось просто любви и нежности, он хотел показать Марку её, но, видимо, что-то сделал неправильно и всё испортил. — Конечно, знаю. — Марк сел. Ну вот, его партнёр опять всё не так понял в силу своего возраста. — Понимаешь, это ведь часть соблазнения. Иногда в постельных утехах используется провокация, чтобы ещё больше раздразнить партнёра, а не то, что ты подумал. Я не собирался нас прерывать. — Я не понимаю, о чём ты, — спокойно ответил Сэм, облокотившись на подоконник. Он чуть не сорвался — вот что сейчас беспокоило его, и то, что Марк этого даже не понял. Сделав два глубоких вздоха, вампир оттолкнулся от подоконника и подошёл к охотнику, встав перед ним. Сэм положил свои ладони на его плечи и склонился к лицу. — Ты считаешь меня идиотом? — Было бы странно прожить дохренищу лет и остаться идиотом. Нет, не считаю. Но в твоём присутствии мне крышу сносит и я плохо понимаю, что делаю. — Он потянулся вперёд, дотрагиваясь кончиком носа до подбородка вампира. — Просто хотелось увидеть тебя настоящего. — Пойми, что крышу сносит не тебе одному, и каждый раз я боюсь сожрать тебя, — зарываясь пальцами в растрепавшиеся волосы охотника и оттягивая их назад, вампир склонился ещё ниже, нежно проведя своими губами по губам Марка. — Я мечтаю любить тебя и чтобы наша близость стала безопасной, в первую очередь, для тебя, но для этого тебе нужно быть осторожнее. — Ладно, я понял — никаких резких и не обдуманных движений. — Он поднялся, направившись к шкафу. — Сейчас найду пластырь и продолжим. Когда переставшая кровоточить рана оказалась под пластырем, а простынь отправилась в корзину для грязного белья и заменилась на новую, Марк снова уселся на кровать, похлопав себя по колену и смотря при этом на вампира: — Ты идёшь? Вампир кивнул. Этот человек был невыносимым, своенравным, иногда неуправляемым, но к нему тянуло, сильно, до нестерпимого желания. Вампир поцеловал Марка, сразу углубляя поцелуй, сразу переворачивая их в постели так, чтобы человек оказался сверху. Марк, обводя контур губ парня, задумался о том, какой же на самом деле его партнёр странный — куча обликов скрывалась под одной личиной, хотя всё всегда, вроде, наоборот. — Постараемся потише, вдруг мелкий проснётся. — Он задумчиво убрал прядь волос с лица Сэма. — Хорошо? И снова кивок. Сэм закусил нижнюю губу, глядя на охотника из-под ресниц. Он приподнялся на локтях, заглядывая человеку в глаза, молчаливо прося его ближе, теснее. Вампир умел быть тихим, пусть этим и не гордился. Ведь когда Фредерик пытался добиться от него хоть одного вздоха, стона или крика, Сэм был нем. Пусть с Марком сдерживаться будет сложнее во много раз — ведь человек сводил его с ума — он постарается лишь почувствовать его внутри как можно теснее. — Люблю, когда ты мной командуешь.
