Часть 17
9 марта 2025 г., 10:41
— Ирэн, мне нужно с тобой поговорить.
Марк выпроводил Микаэллу за дверь, закрыв её перед удивлённой девушкой, которая только и успела, что накинуть на плечи халат, едва встав с постели.
— Извини за бесцеремонность, но это единственное время, пока Сэма нет дома, а я бы хотел кое-что обсудить с тобой как с его сестрой. — Он хотел сесть на кровать, но потом передумал и плюхнулся на стул.
Хмыкнув, Ирэн поправила распущенные волосы, собирая их в высокий хвост, и развернулась к Марку, скрещивая руки на груди.
— И что же такого особенного случилось, что ты аж свою полуголую сестру за дверь вытурил?
— Никого из посторонних всё равно нет, я её брат, а Сэм гей. Так что ничего страшного с ней не случится.
Он пристально оглядел её вид и вздохнул. Интересно, они с Сэмом после бурной ночи так же выглядят?
— Во-первых, переставай пить кровь Мики, она и так шатается, когда ходит. Во-вторых, — он замялся, не зная, как это озвучить. — я замечаю за Сэмом кое-что странное, в основном в плане постели, но не только. Он… готов сделать всё, что я прошу — будь это простой поцелуй или готовка еды. Меня пугает фраза о том, что он любит, когда им командуют, я боюсь, это отголоски его прошлого.
Лицо Ирэн скривилось, когда Марк вдруг начал в приказном тоне говорить с ней. Однако девушка не перебивала человека, позволив ему закончить свой монолог, а потом выдохнула и, отзеркалив тон, перешла в наступление.
— Дорогой мой Марк. Начнём с того, что выдохни. То, что я пью и сколько пью её крови, тебя не касается, но если тебе очень хочется об этом знать, то я делаю это не по тому, что хочу, а для блага твоей сестры. У неё прослеживается чёткая зависимость, знаешь, как бывает у доноров. Человеческий организм эволюционно приспособлен к кровопусканиям. В случае с твоей сестрой это помогает ей скорее восстанавливаться после сумасшедших вылазок, где вы — охотники — продолжаете выслеживать несогласных с новыми устоями вампиров. Я пью не чаще одного раза в неделю, и её состояние никак не связано с моими аппетитами, она просто-напросто устала. — Обойдя охотника, Ирэн села на кровать, закинув ногу на ногу. — А что происходит с Сэмом — я не психолог, знаешь ли. Вероятно, ему просто нравится подчиняться в постели. Знаешь, ты вообще-то радоваться этому должен, а тебя что-то не устраивает. Ужасно, что его старания и заботу о вас с Алоисом ты воспринимаешь в подобном ключе.
Возможно, Ирэн права и ему стоит покопаться в себе, нежли искать проблемы в Сэме. Но что-то внутри не давало ему покоя.
— Он очень осторожничает, даже слишком. Боится высказаться вслух о своих желаниях, при этом безропотно мои исполняет. И это его… «я сдерживаюсь ради тебя». Как будто он показывает только часть себя.
— О, — резко сорвалось с губ Ирэн, — а с этого момента поподробнее. Вы ведь теперь всё время проводите вместе, и как часто Сэм уходит ночью из дома?
— Пару раз в неделю, — задумавшись на секунду ответил Марк. — А какое это имеет значение?
— Он тебе хоть раз говорил, зачем он уезжает? — продолжала задавать вопросы Ирэн, всё больше мрачнея, игнорируя вопросы Марка.
— Нет, — покачал он головой. — Я пытался спросить, но он отмалчивается всякий раз, как я начинаю говорить об этом. Это тоже напрягает.
— Вот чёрт! — хлопнув по кровати ладонью, зарычала Ирэн. — Чего ты раньше молчал? Ты всегда так яростно реагируешь на то, что я пью кровь Мики, и, похоже, никогда не делишься своей с Сэмом! Он ведь отличается теперь от других — ему нужна кровь, и чаще, чем мне. Потому что… — Ирэн поёжилась, она часто видела во снах мёртвое, обезображенное лицо своего брата, просыпалась от собственного крика, когда в видении пыталась дозваться его. — Наедешь по этому поводу на него, получишь лишь молчаливый упрёк, и он ещё больше отдалится. Поэтому — слушай сюда. Нам надо выяснить, чью кровь он пьёт. Это явно живые люди, другая для него — лишь бесполезный перевод продукта.
Марк почувствовал, как внутри разрастается негодование. Сэм возмущался по поводу того, что в его элексире было несколько капель крови чужих вампиров, а сейчас пьёт кровь посторонних? Обида — самое последнее, что он ожидал от себя, но мужчина постарался взять себя в руки.
— Ладно… — Он запустил руки в волосы и провёл по ним, сжимая пряди. — Ладно, нужно подумать, что сделать.
Дверь неожиданно открылась, и на пороге появилась Микаэлла с подносом, на котором стояли три чашки с чаем и вазочка с конфетами.
— Я вас подслушала, — бесцеремонно заявила она, — и знаю, что можно сделать.
Не ожидая от своей девушки другого, Ирэн встала с кровати и забрала у неё поднос, чтобы поставить его на низкий столик возле кровати.
— Знаете, что меня больше всего бесит? — вздохнула Ирэн. — Прошла куча времени, а мой брат всё ещё не научился доверять. Я всё понимаю, его сильно сломали, как бы он ни отрицал этого. Но он и правда тебя так сильно любит и… — Ирэн резко прижала ладонь к своим губам. Она побледнела ещё сильнее, чем обычно, и взглянула на Марка. — Всё может быть гораздо проще, Марк. Он тупо боится причинить тебе вред, если вновь попытается выпить твоей крови. Он ведь сразу меняется при виде неё? — Ирэн подошла к своей девушке и поцеловала в висок. — Погоди с планом, Микки, пусть ответит сначала Марк.
— Угу. Меняется, — мрачно кивнул он, а потом посмотрел на сестру. — Твоя девушка не внушает мне доверия.
— Не лезь в не своё дело, Марк, — холодно ответила Мики, залезая под одеяло и накрываясь им с головой. — Крепче спать будешь.
— Я так понимаю, моя кровь для него какая-то другая?
— Бля, серьёзно, не внушаю доверия? — закатила глаза Ирэн. — Знаешь что, твоя кровь ему так-то жизнь продлевает, тупой ты человек! Он без неё становится слишком похожим на вас, в физическом смысле, а ещё может и вовсе умереть. — Ирэн резко встала, потому что заметила, что Марк дёрнулся. Девушка подошла к двери, чтобы охотник не удумал сбежать раньше времени и продолжила: — Пока он пьёт кровь других людей, он замедляет процессы. И мне вдруг стало ясно, почему он отказывается от твоей. У этого конченного романтика в башке только ты. И тут два варианта: либо он таким образом намеренно сокращает себе жизнь, чтобы после твоей смерти уйти за тобой, либо реально больше не способен сдерживать себя при виде твоей крови. Ведь в самом начале, после разлуки, мог ведь или он сразу начал меняться при виде её?
— В первый день у меня была вербена в крови, но он как-то спокойно на неё среагировал, а сейчас прямо-таки психанул… И, вообще, не собираюсь я умирать прямо сейчас и в ближайшие лет восемьдесят, понятно?! — Он встал со стула, возвышаясь над Ирэн. — Не смей меня в чём-то обвинять, я тут ни при чём! Почему я уверен в том, что он примет любое моё решение, а он так себя ведёт? Я недостаточно хорош для него? Или это у вас в семье традиция такая — относиться к себе, да заодно и к окружающим, как к дерьму?!
Голос в конец сорвался на крик, проснулся разбуженный шумом Алоис и, вздрогнув от громкой фразы отца, заплакал.
— Марк, — резко выдохнула девушка, откидывая одеяло и вставая между братом и Ирэн на цыпочки, чтобы их лица были на одном уровне, — хватит на неё кричать!
— Милая, — выдохнула спокойно Ирэн, обхватывая руками девушку за плечи и отодвигая в сторону, — займись малышом, пожалуйста. Не беспокойся, я не выйду из себя и не сломаю шею твоему брату. — Ирэн усмехнулась, смерив разозлившегося не на шутку охотника. — Я к людям отношусь со всей любовью. Ты либо плохо знаешь вампиров, либо мой братец тебя слишком избаловал. И только послушай себя: ты хочешь, чтобы он был честен с тобой и был настоящим, и в то же время не понимаешь, почему он не выполняет всех твои требований. Ты уж определись, что тебе нужно: чтобы он был твоей марионеткой, послушно делая всё, что ты пожелаешь, или же стал свободным от бремени властвования над ним. И уясни наконец, что Сэм скорее умрёт за тебя, чем выберет свою жизнь.
— К чёрту мои требования! — прорычал охотник. — На хрен надо, чтобы он был послушным, мне это к чёрту не нужно! Я не ваш гнилостный народ, которому подавай рабов!
В соседней комнате продолжал плакать Алоис, но Микаэлла застыла на месте не в силах сделать на шага.
— Будь ты чуточку более проницательным, сам бы всё понял, чёртов эгоист, — тихо пробормотала она.
Его глаза метнули молнии, а зрачки опасно сузились.
— Ты знала? ТЫ ЗНАЛА И МОЛЧАЛА?!
— Марк, не кричи, Алоис…
— КАКОГО ДЬЯВОЛА, МИКИ?!
В порыве эмоций Марк со всей силы заехал локтем в подошедшую ближе сестру; удар пришёлся в нескольких миллиметрах от больного глаза, заставив её тихо вскрикнуть.
Глаза Ирэн в то же мгновение налились кровью, и она схватила Марка за горло, рывком поднимая его вверх, впечатав в стену. Клыки девушки увеличились вдвое, а зрачок слился с радужкой образовав кровавое месиво.
— Ты перешёл все границы, человек, — зарычала Ирэн, занося руку, где вместо аккуратного маникюра, выросли когти.
За суматохой и криками никто не заметил, что ребёнок резко перестал плакать, в то же время и не обратили внимания, что в доме стало тихо, даже крики будто утонули в тишине, звуча совсем отдалённо. Ирэн была готова полосонуть Марка острыми когтями, но не успела. Её руку резко перехватили, и девушка отлетела к дальней стене. Спало наваждение, в которое всего несколькими секундами раньше попали все жители дома. Перед Марком стоял Сэм, держа на руках Алоиса, который совсем не обращал внимания на сцепившихся взрослых, играя с красивым красным камнем на шее вампира. Глаза Сэма выглядели ничуть не лучше глаз Ирэн. Он не был похож на того Сэма, который мило улыбался, когда смущался, и уж тем более не на того, кто, склонив голову, был готов выполнить любой приказ. Пока Ирэн выпрямлялась и приходила в себя, Сэм схватил Мику и, вручив ей малыша, вытолкнул из комнаты, повернувшись к Марку:
— А теперь идите отсюда все трое, потому что Ирэн впала в ярость. И я совсем не хочу знать почему, и не желаю объяснять, как я собираюсь её останавливать. — В следующий момент Сэм также вышвырнул охотника за дверь и, захлопнув её, направился к сестре. Их ждала серьёзная схватка. Пока не прольётся первая кровь, ярость не спадёт. А значит вести диалог уже было бесполезно. Но и сам вампир был на грани, поэтому был готов к последствиям; главное не убить.
— Ирэн! — в ужасе крикнула Мика, прижимая к груди Алоиса. — Ирэн, постой, подожди! Сэм!
На ватных ногах она дошла до детской и посадила племянника в манеж с игрушками, а потом медленно осела на пол, прикладывая руку ко лбу и закрывая глаза. Из комнаты послышался шум чего-то разбивающегося, вернувший её к реальности, и она посмотрела на Марка, который, не шевелясь, стоял на одном месте и злобно на неё смотрел.
Вскочив на ноги, Мика резко открыла одну из полок, вытаскивая оттуда находившийся там пистолет, который выбили из её рук немедля, заставив убрать.
— У тебя, блядь, мозги на месте или нет, тупая девчонка?! Так сложно было мне об этом сказать?
— Сказать о чём, Марк? — Она сжала кулаки, приготовившись к атаке. — Сейчас эти двое подерутся, так что подожди со своими обвинениями! — Девушка проверила наличие патронов и пошла в комнату, несколько раз постучав. — Сэм! Ирэн тут ни при чём, Марк сам нарвался!
Но ей никто не ответил, и в комнате была абсолютная тишина. Вампиров уже не было в доме. Они выбрались через открытое окно. Точнее Ирэн, схватив Сэма, выбросила его туда и сама кинулась через него на брата. Ярость, которую спровоцировал Марк, затмила весь здравый смысл, превратив девушку в настоящего монстра. Она не смогла бы остановиться, встань перед ней кто угодно. Ярость — это состояние вампира, в которое он впадал в случае опасности. А опасностью она посчитала Марка, который ударил её любимую. Из этого состояния нельзя было вывести с помощью уговоров или просто отключить вампира. В подобном состоянии вампир вообще переставал различать кто друг, кто враг. Для вампира было важно пустить кровь и испить её из жертвы, тогда разум прояснялся. Однако Ирэн напала на Марка, и не видевший ничего до этого Сэм почувствовал подобную ярость внутри себя, не позволяя ей сразу пробудиться, позаботившись о людях. Сейчас два зверя стояли друг напротив друга у утёса, знатно потрёпанные, но всё ещё целые.
— Их… нет? — удивлённо моргнула Мика, растерянно опуская оружие.
Марк лишь равнодушно пожал плечами.
— Плевать. Пусть делают, что хотят. Я в это дерьмо больше не полезу.
— Марк, они могут убить друг друга, ты это понимаешь?
— Ты не стоишь того, чтобы за тебя убивать Сэма. Ирэн не станет жертвовать братом ради того, с кем коротает ночи. Иди, если хочешь.
***
Дыхание сбилось, когда она бежала по лесу, перепрыгивая через небольшие канавки и выступающие корни деревьев. Времени было мало, очерь мало. Неизвестно сколько потребуется, чтобы они причинили друг другу вред, однако… Когда Мика заметила двух вампиров на утёсе, сердце забилось в три раза быстрее. — Чёрт… — прошипела девушка. — Ирэн! — сложив ладони рупором, крикнула она. — Ирэн! — Я сотру тебя в порошок за то, что помешал мне. — Не обращая внимания на крики девушки, Ирэн бросилась на брата, цепляя его когтями, в очередной раз разрывая кожу на груди, но её кисть перехватил Сэм и силой ударил о землю так, что даже птицы взлетели с деревьев, крича по всей округе. Продолжая сопротивляться затапливающей ярости, Сэм стоял на перепутье, готовый полностью потерять контроль, но всё ещё, совсем чуть-чуть, мог различить реальность происходящего. Лишь поэтому они всё ещё не разорвали друг друга, но в то же время, по этой самой причине, даже если бы Сэм и захотел поддаться, он не мог. Потому что стоило немного позволить Ирэн подойти, он впадал в ярость и бил сестру, отбрасывая от себя как можно дальше. С защитным механизмом никто бы не смог совладать, даже самый древний вампир, а поэтому кто-то из них рано или поздно победит. Другого исхода не будет, и лишь оставалась надежда на то, что победитель не осушит проигравшего, не убьёт, прежде чем марево ярости спадёт. Казалось, этой битве не настанет конец, где будет победитель: брат и сестра были равны по силе, и навыки были практически на одном уровне. Вот только не стоит забывать о том, что Ирэн долгое время не была солдатом, а Сэм… Он был, в силу своих способностей, гораздо лучше в драке. Ирэн сделала два шага назад, прежде чем пошатнулась и упала на колени. Мика в ужасе прикрыла рот ладонью. Сэм тяжело дышал. Из его открытых ран текла кровь, и даже ускоренная регенерация не помогала им затянуться, потому что Ирэн до этого наносила удары одним за другим, разрывая кожу, прорезая до костей. Вампир подошёл к девушке и посмотрел на неё сверху вниз. Ирэн рычала на него, не отводя глаз, но её раны не позволяли ей пошевелиться — Сэм перебил сухожилия на ногах и повредил мышцы на предплечьях, отчего её руки болтались по бокам, как лианы. — Ты проиграла, — прохрипел Сэм, хватая Ирэн за волосы, оттягивая её голову назад. — Пошёл к чёрту, — зарычала девушка, меча убийственные взгляды на брата, всё ещё не узнавая его. Сэм тоже уже не узнавал сидящую перед ним, его сущность подталкивала его к незамедлительным действиям. Он знал, что это был поединок, и он был готов закончить его. Клыки увеличились в размерах, и он в то же мгновение опустился на колени, второй рукой перехватывая девушку за талию, и вонзил свои клыки ей в шею, после чего по всей округе раздался истошный крик Ирэн. Мика остолбенела, а потом бросилась вперёд, прямо к своей девушке, обессилено осевшей на земле. Сэм, уже отстранившись, как и сестра, выглядел ужасно: кровь залила всю его одежду, глаза превратились в красные огоньки, которые гарантировали смерть любому, кто находился рядом. С клыков капала кровь, он прерывисто дышал. — Что ты наделал, — прошептала Мика, присаживаясь рядом с вампиршей, одной рукой доставая телефон из кармана и набирая номер отца, а другую перемещая на шею Ирэн, но тут же убирая её. Пульса, как обычно, не было. — Пап! Папа! Нужны целители для вампиров, срочно! — Она провела по щеке Ирэн пальцами, пытаясь выдать своё присутствие. — Нет, люди не пострадали. К ущелью. Быстрее! Я потом всё объясню. — Она отбросила телефон в сторону, куда-то в пожухлую траву, а потом приложила запястье к губам своей партнёрши. — Ирэн, солнышко, выпей немного, прошу, — Язык от волнения заплетался. — Это я, Мика. Микаэлла. — Она сглотнула. — Слышишь меня? Сэм отшатнулся от своей сестры и какое-то время наблюдал за Микаэллой. Осознание произошедшего вернуло его в реальность. Вампир подошёл к девушке и, подхватив её подмышки, оттащил в сторону; строго, не как обычно, совсем иначе, приказал ей сидеть. — Тебе нельзя её сейчас трогать. Если она почувствует твою кровь и выпьет её, то вновь впадёт в ярость. Судя по твоей реакции, ты и не слышала о подобном. А поэтому, я забираю её. — Вампир вновь посмотрел на девушку, сам с трудом стоя на ногах, поднял свою сестру и двинулся в сторону леса. Его телефон чудом уцелел. Слыша о том, что Мика вызвала людей, Сэм успокоился, потому что ей самой была нужна помощь. Возможно — и Марку с ребёнком, он плохо помнил. Набрав номер дяди, Сэм скинул координаты и зашёл дальше в лес, чтобы люди не добрались до них быстрее, чем вампиры. Сейчас он и Ирэн были слишком уязвлены, и им требовалась кровь. Много крови. Мика так и осталась сидеть на коленях на холодной земле в нескольких шагах от обрыва. — Ирэн, — выдохнула она, выпуская изо рта облачко пара, которое вылетело одновременно со скатившейся со щеки слезинкой.***
Неделя прошла тяжело, навалилась на них словно тяжёлая ноша, которую они не в состоянии были вынести. Алоиса ради безопасности отправили к его матери в соседний клан, где малыша встретили с распростёртыми объятиями, а в доме теперь повисла тишина. Марк почти не ночевал дома, пропадая то на обучении новобранцев, то разъезжая по делам коалиции. Мика работала, не выходя из комнаты, разбирая отчёты и разбираясь с документацией. Они не разговаривали. Ни по утрам, когда девушка готовила завтрак на двоих, ни когда ложились спать. — Это ты во всём виноват, — лишь раз произнесла Мика через день после произошедшего. — Пей таблетки вовремя и следи за речью, эгоист сраный. Марк не возражал, никак не комментируя свои действия.***
— Алло, мистер Делмал? Здравствуйте, это Марк. Как… как там ребята? — Ох, мистером меня ещё никто не называл. — По ту сторону трубки раздался добрый смех. — Ирэн хорошо идёт на поправку, Сэм сделал всё правильно. Я бы сказал — филигранно. Сынок, ты знаешь, что такое ярость вампира? — Не дожидаясь, пока Марк ответит, Делман продолжил: — В таком состоянии вампир не различает кто друг, а кто враг. Внутренняя сила высвобождается, и вампир готов убивать. Если же второй вампир в самом начале вызывает его на поединок, в тот момент, когда крупица самообладания теплится в вампире, то обычно вампиры бьются до первой крови. Первая кровь — это момент, когда победитель вонзает свои клыки в проигравшего. Что и сделал Сэм, но! — Последовал тяжёлый вздох. — Сэму не удалось полностью впасть в ярость, поэтому Ирэн здорово его ранила, и я пришёл лишь к одному выводу, по какой причине его регенерация сильно замедлилась. Скажи мне, Марк, как давно ты позволял ему выпить своей крови? — Он не пьёт мою кровь, — покачал головой мужчина. — Сколько бы я ни говорил с ним на эту тему, Сэм отказывается. Мика сидела притихшая, улавливая каждое слово из их разговора и сжимая в руках чашку с чаем. — Ты можешь подъехать в лабораторию? Пришлю адрес. Если ты позволишь, то мы возьмём твою кровь и сделаем переливание. Не переживай. Много не нужно. — Делман что-то сказал своим людям и добавил: — Можешь взять свою сестру, Ирэн полностью пришла в себя. Думаю, она будет рада увидеть Микаэллу. Губы девушки задрожали, она порывисто кивнула. — Хоть всю заберите, — выдохнул Марк. — Да, присылайте адрес. Мы сейчас же приедем. Мика не стала долго собираться, лишь накинула поверх одежды, в которой ходила дома — белого свитера и серых штанов, тёплое пальто и села в машину прямо так. Марк тоже поехал в том, в чём вернулся из штаба, однако, в отличие от сестры, он беспокоился в два раза больше. — Прости, — сказал он, заводя мотор, — я был неправ, накричав на Ирэн и… — Не передо мной извиняйся, — отрезала девушка. — Проси прощения у Ирэн и Сэма. — Помолчав, она добавила: — И молись, чтобы тебя простили.
