Булочки с курагой

      Прошло около месяца, и жизнь, ненадолго приостановившаяся на время обучения Марка вампирским навыкам, снова вернулась в своё, пусть и изменившееся, русло.       Девушки сосредоточились на своих делах: Ирэн решала вопросы клана вместе с Микаэллой, которая всегда была рядом. Наблюдая за ними, Ларджент невольно улыбался — несмотря на их различия, они удивительно хорошо ладили, хотя порой он ловил на себе колючие взгляды Ирэн.       Сэм, сообщив, что не сможет часто находиться дома, продолжал выполнять роль главы: вести переговоры с охотниками и устранять конфликты, возникавшие в логове, входило в его прямую компетенцию.       — Мне нужно уехать ненадолго, — сказал он Марку в одну из ночей. — Постарайся наладить контакт с Алоисом, хорошо?       — Без проблем, — с лёгкостью ответил Марк, переворачиваясь на бок и зевая.       Однако проблемы всё-таки имелись.       

***

             Наблюдая за тем, как Алоис пытается из десяти кубиков построить идеальную башню, не уронив ни одного, Марк начал засыпать. Сын совершенно не обращал на него внимания, напевая под нос какую-то мелодию.       — Зачем Сэм только с тобой возится? — зевнул Марк. — Твои родители — сильнейшие охотники, а ты теперь ещё и вампир… В чём дело, какая муха его укусила?       В этот момент башня из кубиков с грохотом обрушилась, и Алоис раздражённо обернулся к Марку, который, развалившись, сидел в кресле.       — Ты! Перестань говорить о папе так неуважительно! Он аристократ, вампир из высшего общества, а ты… ты всего лишь жалкий… — Алоис сжал кулаки от гнева. — Я бы тебе врезал, но папа этого не разрешает!       Яростная защита малыша Сэма только развеселила Марка. В конце концов, кто он такой, чтобы отказывать себе в удовольствии немного поиздеваться над сыном? Для чего, как не для этого, нужны дети?       — И ты ему во всём подчиняешься? — лениво поднял бровь мужчина. — Да ладно, это же скучно.       — Во всём! — с гордостью ответил мальчик, слегка притопнув ножкой.       На лице бывшего охотника расползлась хитрая улыбка. Он уже посеял семена сомнений в молодом, послушном старшим разуме и теперь был готов этим воспользоваться.       — Даже считаешь, что он прав, когда не выпускает тебя гулять?       Алоис замер, нахмурившись от недоумения, а затем всхлипнул — глаза его заполнились слезами.       — Папа… папа лучше знает, как нужно.       «Ещё секунда — и заплачет», — мелькнуло у Марка в голове, и он с энтузиазмом продолжил:       — Ты видел, какой вчера был снегопад? Наверняка снега у тебя было бы по колено, а мне и вовсе по пояс. Как же интересно строить из него снежную крепость…       Чутьё Марка ещё ни разу не подводило, и в следующее мгновение Алоис разразился плачем, судорожно глотая воздух и крича так, что его, безусловно, слышали в каждом уголке замка. Оставлять ребёнка в таком состоянии надолго было нельзя: в замке множество слуг, которые искренне заботились о юном господине, да и расстраивать его слишком сильно не хотелось.       Мужчина усмехнулся, встал с кресла и медленно, почти вальяжно, подошёл к сыну, присев на колени.       — Хочешь, выйдем вместе? На десять минут, ненадолго отдохнём от замка?       Рёв мальчика прекратился мгновенно, и Марк даже удивился, как быстро изменилось его настроение.       — Правда? — с осторожным интересом спросил он.       Солнце склонялось к закату. Тонированный внедорожник с трудом пробирался по извилистой дороге, завуалированной сильным снегопадом. Узкий серпантин, представлявший собой последнюю треть пути к дому, был покрыт тонким слоем снега, что делало его особенно труднопроходимым. Единственное место, где нельзя было объехать, вызывало немало проблем.       Сэм скучающе сидел на заднем сиденье рядом с сестрой, уставившись на бумажные документы, которые без устали листал в руках. Его глаза механически скользили по строчкам, пока сознание пыталось впитать информацию.       — Эх, ты как бездушная машина, — потянулась и зевнула Ирэн, повернувшись к брату.       — Это моя работа, — ответил вампир, не отрываясь от переворачивания страниц.       — Братец, ты всегда был таким занудой или стал невыносимым бюрократом после того, как получил статус главы? — с недовольством произнесла девушка, откидываясь на сиденье автомобиля, словно ища в этом металлическом пространстве хотя бы каплю комфорта. — У тебя муж вернулся, считай, с того света, растёт очаровательный сынок — маленький ангелочек. Да-да, это говорю я! Алоис — настоящий душка, но он всё ещё совсем малыш, а ты, как взрослый и ответственный, пытаешься впихнуть в его детскую головку то, что и у некоторых взрослых не укладывается. — Ирэн поджала губы и, глядя в окно, наблюдала за серыми скалами, словно стервятники, нависшими над их судьбами. — Ты воздвиг неприступную крепость вокруг себя и теперь прячешь близких за высокими стенами. Но что, если ты перегибаешь палку, пытаясь их защитить? Это ведь не только твоё решение, на этой земле мы все заслуживаем свободы, даже если мир вокруг так жесток, — произнесла она, уставившись в даль.       Сэм, сосредоточившись на своих делах, отложил бумаги, понимая: теперь, когда Ирэн настроилась на разговор, снова уткнуться в работу не получится. Игнорировать её настойчивый диалог тоже не выйдет. Он покачал головой и, волей-неволей, собрался ответить, зная, что затянувшееся молчание ни к чему хорошему не приведёт.       — Я понимаю, что ограничивать их неправильно, дорогая, — сказал он, осторожно подбирая слова. — Это всё равно что возводить прочные стены между нами. Но я не могу иначе, пока не поймаю тех, кто причинил нам вред. Прошло уже три года, а я всё ещё не отыскал Фредерика. — Вампир сжал ладони в кулаки, напряжённо сжимая челюсть. — И пока он не понёс наказание, они будут жить в пределах замка, как в безопасной зоне, где я смогу следить за ними. Это моя обязанность и моя цель, и я готов на всё, чтобы защитить нашу семью.       — Но, Сэми! — возразила Ирэн, вспыльчиво поворачиваясь к брату и ища в его глазах понимание и поддержки. — Ты знаешь Марка! Он не ребёнок и никогда не отличался покладистым характером. Он не будет выполнять твои требования идеально, и чем больше ты будешь его ограничивать, тем сильнее он будет сопротивляться. Это же очевидно. Нужно учиться жить в реальном мире, а не в сказочной крепости, где можно спрятаться от всего.       — Я попытаюсь уговорить его, — кивнул Сэм с лёгким раздражением. — Им нельзя выходить. Точнее, Алоис должен находиться в стенах замка, чтобы его невозможно было отследить. Ещё полгода… — Сэм помассировал виски, словно в надежде, что это поможет прояснить мысли. — Это ведь даже не моя идея, я всего лишь исполняю указания. Делман установил в стенах замка защиту, чтобы его не смогли учуять, и это крайне важно для нашего существования. Его обращение незаконно, и если кто-то узнает — это может навлечь на нас большие неприятности.       Речь оборвалась на полуслове, и оба вампира, как и их водитель, резко повернули головы в сторону уже показавшегося с левой стороны замка.       Глаза Сэма налились кровью, выражение лица стало угрюмым, и казалось, напряжение в воздухе достигло своего предела.       — Ох… — выдохнула Ирэн, уже понимая, что они все почувствовали Алоиса — его присутствие было невыносимо ощутимым. — Сэми?! — прошептала девушка, когда вампир, даже не заметив, сломал в руках свой планшет, и кусочки пластика посыпались на пол. — Спокойно…       Марк не стал отводить мальчика далеко от замка, а потому они просто остались стоять на крыльце, прикрытом крышей, ступени которого, однако, были занесены снегом, создавая иллюзию уединения в этом холодном мире.       Сына Марк держал на руках — у того не было подходящей обуви, чтобы ходить по мокрой, а тем более снежной поверхности, и он опасался, что ребёнок может простудиться.       Алоис, пережив несколько секунд безмолвного восторга, наконец выдохнул и попросил:       — Опусти меня, я хочу его потрогать!       — Никак нельзя, ты же без сапог, — насмешливо заметил Марк, наблюдая за вспыхнувшими красными глазёнками. — Но если хорошенько попросишь, я могу сесть и посадить тебя на колени, чтобы ты вдоволь наигрался.       — Попросить? — Алоис чуть нахмурился, припоминая уроки манер от Микаэллы и Делмана. — Сказать «пожалуйста»?       — И это тоже, — не стал спорить Марк. — Но ты должен назвать меня папой.       — Ты не мой папа! — тут же ощетинился Алоис, и Марк чуть подбросил его на руках.       — Биологически я твой отец, так что, если хочешь потрогать снег…       Соблазн был велик. Алоис зажмурился на несколько секунд, сжимая кулачки, а потом выпалил на одном дыхании:       — Пожалуйста, папа, я хочу потрогать снег!       Марк довольно кивнул, а потом, расчистив ногой место на каменной ступени, сел туда, позволив Алоису устроиться у него на коленях.       — На сахар похож, — удивлённо моргнул мальчик, потянувшись к маленькой белой кучке. Марк держал его за талию, чтобы тот не упал. — А на вкус тоже сладкий?       — Попробуй, — предложил Марк.       Неожиданное появление машины Сэма застало Алоиса обнимающим Марка за плечо одной рукой и засунувшим указательный палец другой в рот.       — Я умоляю тебя, только не… — начала вампирша.       — Ирэн, его почуяли по-любому, но я не собираюсь за это кого-то наказывать. Это моя ответственность, — перебил вампир сестру.       Слова Сэма и его внешний вид сильно различались. Он говорил спокойно, как всегда, не выдавая эмоций, но удлинившиеся клыки, когти, вспыхнувшие глаза и даже посеревшая кожа ясно говорили о том, что вампир находился в боевой форме.       Когда машина остановилась во дворе и они увидели, как Марк сидит на корточках, а на его коленях располагается счастливый Алоис, Сэм не сразу вышел из машины — старался выдохнуть.       Выхватив телефон и позвонив по одному из номеров из быстрого набора, он отдал чёткие поручения солдатам, находившимся на полигоне позади основного здания: срочно прибыть к парадному входу.       — Он хотел как лучше, — вдруг сказала Ирэн, не отрывая взгляда от счастливого лица мальчишки, который и дальше с удовольствием бы поедал белые хрустящие кристаллики, если бы Марк с недовольным возгласом не остановил его.       — Я знаю, — кивнул Сэм, совсем устало вздохнув. — Мне стоило рассказать, к каким последствиям приведёт выход Алоиса из замка. Но я умолчал. В тот день просто ушёл от ответа.       Мягкая ладонь сестры легла на его колено, и он отвлёкся от созерцания счастливой семейной сцены на крыльце. Он посмотрел на Ирэн, понимая её посыл — она всегда на его стороне.       Благодарно улыбнувшись ей, Сэм вышел из машины, зная, что она последовала за ним. Он не торопился подходить, наслаждаясь этой минутной слабостью, пока не услышал вой глубоко в лесу. Цокнув, он кивнул сестре, и та сразу же рванула к стенам замка — навстречу стали понемногу стекаться военные вампиры, явившиеся на зов своего господина.       — Сэм? — Марк подавился воздухом, рефлекторно прижимая к себе ребёнка.       — Папа? — Алоис невольно вздрогнул, увидев отца в таком виде. — Что с тобой, папа?!       Мужчина, догадавшись, чего от него хотят, тут же юркнул за дверь, оказываясь в защитных объятиях замка, и глянул на Сэма сверху вниз.       — Почему ты в боевой форме? Какого чёрта происходит?       — Уведи сына как можно глубже в замок, — спокойно ответил вампир, глядя мимо него.       До его слуха уже доносились звуки из леса. Те, кто ждал, что он однажды оступится, дождались. К замку приближались недовольные. Они всегда были рядом, но не имели повода для нападения — а теперь он появился. Двое обращённых — один — вовсе не по законам вампиров, — стояли на пороге и во все глаза смотрели на Сэма.       — Происходит переворот, Марк, но мы решим это. Твоя забота — сын, он твоя ответственность. Защищай его, но в пределах этой крепости, не позволяй увести его из этих стен, иначе… — Сэм обернулся к воротам, где собралось множество вампиров. Большая их часть находилась за пределами. Среди них были Делман, Ирэн и Микаэлла. Все были готовы к любому повороту событий. — Думаю, сегодня я наконец увижу Фредерика.       Не объясняя больше ничего, вампир развернулся и пошёл в сторону своих солдат. Снег, будто специально, усилился, добавляя происходящему драматизма. Белоснежные волосы Сэма развевались, пока его от холода защищало чёрное длинное пальто. Он был готов к бою.       — Что… что происходит? — Алоис, вырывавшийся из объятий Марка и не сумевший это сделать, задрожал. Подсознательно чувствуя, что что-то произошло, он пытался понять, что именно, но не мог. — Папа! ПАПА!       Марк, не оглядываясь на Сэма, поспешил прочь, направляясь в самый дальний конец замка — туда, где он пережил свой переход в вампира: двери там были достаточно крепкими, а в холодильниках сохранилось немного крови, так что для них с Алоисом это было лучшее место.       — Будь осторожен! — крикнул он Сэму.       Возможно, случись это раньше, когда он ещё был человеком, он, не раздумывая, пошёл бы за ним, однако сейчас всё внутри кричало о том, что этого делать не стоит.       Мика собрала резинкой успевшие отрасти волосы и, прищурившись, посмотрела на горизонт.       — Поганцы, — выдохнула она, разминая шею, а потом оглянулась на тех, кто её окружал. — Если кто увидит Мартина, не убивайте. — Она оскалилась. — Оставьте его мне.       — Мы не будем вступать в бой первыми, — прогремел голос Сэма.       Когда вампир был в боевом обличии, он казался куда внушительнее. Угроза от него исходила такая, что её можно было почувствовать за несколько километров. Он казался больше и суровее. Никакой миловидности и никакой слабости — голая ярость и мощь окутывали его, создавая ауру уверенности.       — Оставайтесь в боевой готовности, но для начала мы выясним, зачем они пришли.       Как только слова Сэма стихли, на горизонте появились тени. Вампиры, приближавшиеся к ним, были настроены враждебно, но среди них не было того, кого они ожидали увидеть.       — Чёрт, Фредерика нет, — зашипела Ирэн, обращаясь к Мике, пока её брат стоял впереди всех, вглядываясь в горизонт. — Этот ублюдок не пойдёт вперёд, он добивается кровавой расправы.       — Он всегда был трусом, — отозвалась Микаэлла. Всё внутри неё кричало, что нужно остаться рядом с Ирэн, защитить её любой ценой. — Подождём. Сэм будет проводить переговоры, так?       Она метнула взгляд на замок, величественно раскинувшийся среди зимнего леса. Запахов брата и племянника она больше не чувствовала, зато появился другой. Принюхавшись, она выдохнула:       — Август.       С западной стороны к ним приближались силы охотников: около тридцати военных внедорожников, которыми управляли люди из коалиции.       Мика тут же переместилась так, чтобы находиться практически вплотную к Ирэн. Она не взяла её за руку, но стояла молча — живым напоминанием о том, что вампирам не чужды чувства.       — Ты вызвал охотников? — Делман подошёл к сосредоточенному племяннику. Его вид, как обычно, выражал спокойствие.       — Нет. — Он лишь бросил незаинтересованный взгляд на приближающиеся автомобили. — Но они точно на нашей стороне.       Вампир напрягся, и его взгляд переместился куда-то вдаль.       — Мика не права. Фредерик пришёл и будет требовать казни. — Сэм усмехнулся и рефлекторно повёл плечами. — Сохраняйте спокойствие. Я пошёл — пора показать ему, кто на самом деле стоит у власти. Он ответит за всё.       Август оказался первым, кто вышел из остановившейся машины и окинул взглядом собравшихся вампиров. Он был вооружён до зубов, как и те, кто прибыл вместе с ним.       — История повторяется, — пробормотал он, глядя на то, что практически никто из вампиров не обратил на него внимания. Их взгляды были устремлены на направляющихся к ним других вампиров.       — Если хочешь помочь — оставайся и помогай, — резко одёрнула его Микаэлла. — Если нет — можешь идти. Мы сами справимся без твоего утомительного присутствия.       Август лишь хмыкнул, ничего не сказав в ответ. Ему претила идея о том, что всю его семью обратили в вампиров, однако выбора ему не предоставили, да и Мика не стала добрее с годами к отцу.       — Где Марк? Он разве не с вами?       Вопрос остался без ответа.       

***

             Мартин, одетый в форму рядового солдата, быстрыми шагами направлялся к месту, где находился лорд Фредерик. Скрытый от посторонних глаз под вуалью множества запахов вампиров, он оставался незаметным для других.       — Ребёнка и новообращённого среди них нет, — доложил он.       — Конечно нет! — холодно отозвался лорд. — Этот раб спрятал их. Возомнил из себя невесть кого. — Фредерик поправил ворот своего пальто. Из его рта вырвался пар — на улице сильно похолодало. — Изменение температуры значительное. Полагаю, Сэмюэль уже готов к «переговорам»? Как хотите, но приведите мне его живым.       — Вы уверены, что вам нужен Сэм? — чуть нахмурился Мартин. За годы, проведённые с вампирами после обращения, его пыл несколько поубавился, однако ненависть к старым товарищам лишь возросла. — Не легче ли напасть на новообращённого? Нестабилен, не умеет пользоваться силой. Да и ребёнок… — чуть усмехнулся он, — мог бы пригодиться.       — Смеешь со мной спорить? — Глаза вампира налились кровью. — Это отродье нужно только для того, чтобы доказать вину Сэмюэля. А то все поголовно считают, что он святой, а мне он нужен запятнанным, униженным и раздавленным. — Басистый смех лорда раздался по округе.       В этот момент к двум вампирам подошёл помощник Фредерика.       — Прошу прощения, но у нас происходит что-то странное. Один из вампиров врага вышел вперёд. Кажется, они хотят вести переговоры.       — Ох, чудесно, — ухмыльнулся Фредерик. — Кажется, малыш Сэми решил, что мы хотим разговаривать. — Лорд развернулся, вглядываясь вдаль и сощурив глаза, чтобы разглядеть знакомую фигуру молодого вампира.       Мартин, в свою очередь, привстал на цыпочки, чтобы лучше видеть то, что происходит, и невольно поразился.       — Это Сэм? Ну ни хрена себе. Он… изменился.       По бокам от Сэма стояли Ирэн с Микаэллой: без охотничьего оружия, но уверенные в своей силе. Разве что у Мики в руках был небольшой кинжал, который она крепко сжимала в ладони.       — Кого пошлёте на разговор? — спросил помощник, озадаченно хмурясь.       — Великолепный, — промурлыкал вампир, облизываясь.       «Твоя сущность с самого начала принадлежала лишь мне, раб. Всего этого не было бы, если бы ты смирился со своим положением. Выше головы не прыгнешь, но ты сумел. Если бы ты знал, малыш Сэми, как кричала твоя мать перед тем, как сделала последний вздох…»       Вампиры ждали приказа лорда Фредерика. Те, кто был предан ему, кто ни за что не отвернулся бы. Убийцы, напильники, чиновники, которые не гнушались самых отвратительных способов завоевания власти. Те, кто был против заключения мира.       — Он выказал неуважение, придя на переговоры не в одиночку, — начал говорить намеренно громко Фредерик, чтобы приближённые как следует слышали его сквозь поднимающуюся бурю. — Мы не обязаны слушать его, но давайте сделаем это. Будем снисходительными и позволим сказать последние слова перед смертью.       Кровожадная улыбка разрезала бледное лицо вампира. Его глаза вспыхнули ярким светом, кожа посерела, клыки и когти заострились, призывая остальных принять боевую форму.       — Со мной пойдут те, кто был рядом с самого начала и по сей день. Два доверенных лица и… — Фредерик опустил голову и посмотрел со снисхождением на Мартина. — И ты!       Фредерик направился к вампирам неспешно, будто прогуливался по снегу, что хрустел под ногами, словно кости будущих жертв, которым было суждено сегодня умереть. Следовавшие за ним вампиры бесшумно ступали по его следам.       — Сэми, малыш, давно не виделись. — Он раскинул руки в стороны в приветственном жесте. — А ты изменился. Выглядишь ужасно. Тебя так изматывают хлопоты?       Они не стали подходить ближе, остановившись в десяти метрах от вампиров под руководством Сэма.       — Переезжай ко мне — я позабочусь о тебе гораздо лучше.       Заметив, что вампиры находятся в боевом обличии, Сэм усмехнулся. Сжав под полами пальто кулаки, он прикрыл глаза, выдыхая через приоткрытые губы. Когда он вновь их открыл, они стали небесно-голубыми, а буря вокруг только набирала силу.       — Мы не ждали гостей сегодня, лорд Фредерик. Владения Ламбертсон всегда открыты для благих намерений, но, как я вижу, вы явились нежданно-негаданно, ещё и в боевой форме. Объясните, лорд Фредерик, что вы делаете на моей земле?       — С каких пор у рабов есть земля? — наигранно поразился аристократ, задумчиво постукивая пальцем по губам. — Это привилегия высших существ, а не тех, чьё место — у ног хозяина, — кивнул он вниз, на носки своих сапог. — Что же касается лорда Делмана и его племянницы — против них ничего не имею. В конце концов, аристократы должны держаться вместе…       — Ух ты, у кого-то длинный язык, — зашипела Ирэн. — Может, научишься разговаривать с высшими, или уже поздно?       Хмыкнув, вампирша покрутила ножик в руках, демонстрируя скорость владения холодным оружием.       В этот момент Сэм улыбнулся. Но улыбка не была тёплой, она не затронула глаз. В ней таился морозный холод.       — Вы готовы ответить на вопрос: что вы тут забыли?       — Ты три года назад так распинался, чуть ли не на коленях стоял, брызжа слезами перед всем вампирским миром, доказывая, что я ужасный садист и желаю тебе зла. — Фредерик тепло улыбнулся. — А сейчас сам нарушаешь один из главных законов. Даже мне такое в голову не пришло, признаю. Что ты планировал делать с этим ребёнком? — Фредерик размял шею. — Оставить своим рабом или использовать как секс-игрушку? Видимо, тебе не хватает того, как тебя отодрал твой новоиспечённый муж? От тебя разит похотью и кровью, малыш.       Глаза Сэма вспыхнули кроваво-красным. Слова Фредерика были низменными, провокационными, сметающими все барьеры. Они были лживыми и грязными. Грязи в адрес своих самых близких вампир не мог потерпеть.       Однако, когда Ирэн дёрнулась в сторону враждебно настроенных вампиров, Сэм перехватил её с такой скоростью, что вокруг поднялся снег.       — Стоять, — скомандовал он, с трудом сдерживаясь от желания разорвать глотку Фредерика. — Лорд, — начал он тихо, шипя и медленно поднимая на него взгляд, — ваша правда не стоит выеденного яйца. Вы пришли с обвинениями, не имея ни одного доказательства. Поливать грязью меня не запрещаю, но вам стоит держать свои мысли и доводы при себе, когда дело касается моих родных.       Выпрямившись, Сэм взглянул на Микаэллу и кивнул в сторону, куда отшвырнул сестру, чтобы она шла к ней. Он ухмыльнулся, глядя на вампиров, которые окружали Фредерика, и шагнул вперёд.       — Лорд, вы ведь приверженец традиций, не так ли? — Сэм выгнул бровь, дерзко поправив выбившиеся пряди. — Хочу вам предложить поединок. Давайте решим всё между собой, не привлекая господ. Зачем вам кровопролитие? Ведь даже если вы победите здесь, то проиграете, представ перед верховным правлением.       — Чего ж ты в тот раз на поединок не решился, шлюхино ты отродье? Всё время прятался за спину дядьки и своего охотника? — Фредерик за секунду забыл о манерах, отметая в сторону этикет и формальности. — Допустим, я соглашусь, но ты всё равно проиграешь: твоего любовничка и ребёнка казнят. Как и тебя, — усмехнулся он.       Неожиданно заговорил Мартин, глядя на Мику:       — А ты не переживай, Ларджент. Когда ваш дом падёт, я возьму тебя под свою опеку, бояться нечего.       — Тебе я первой перережу глотку, если подойдёшь к ней, — крикнула Ирэн, отряхиваясь от снега и метая молнии в сторону врага. На брата она зла не держала. Верила в него, и то, что он так грубо оттолкнул её, было правильным — она сама не сдержалась.       Слова Фредерика не задели её. Особенно оскорбления, но угрозы и обещания казнить Марка с Алоисом пробуждали в ней ту самую свирепость, скрывавшуюся внутри все эти годы.       — А вы попробуйте для начала одолеть меня, лорд Фредерик, — хмыкнул Сэм. — Возможно, у вас это даже получится, и тогда сможете гордиться этим всю свою жизнь, а может, убедите меня встать перед вами на колени и ублажать вас. Вы ведь об этом мечтали, но так и не смогли заставить меня прогнуться.       Микаэлла, подойдя к девушке, крепко сжала её за предплечье, притянув к себе.       — Не поддавайся на провокации. Тише, всё хорошо. Он специально тебя дразнит, ждёт, пока ты накинешься на него от злости.       Уголки губ Фредерика дрогнули — идея явно пришлась ему по вкусу.       — Что ты предлагаешь? Давай, малыш, развлеки меня, как в старые добрые.       — Этот сучёныш должен поплатиться, но мой братец не позволит казнить — отдаст под суд, когда всё закончится, — фыркнула Ирэн, переводя взгляд на Фредерика. — А этот извращенец спит и видит, как разложить Сэма. Что за одержимость? И как Марк вообще отпустил сюда этого безумца? Он собрался сражаться с противником вдвое старше себя, да ещё и опытнее, кто не чурается грязных приёмов. Чёрт! — Вампирша выпрямилась, но не смела перечить, ожидая выпада Сэма.       — Позвольте, лорд Фредерик. Я уступлю вам первый ход — в силу вашего возраста и статуса. Если вы готовы сразиться на дуэли, то давайте отпустим своих помощников и назначим двух наблюдателей, чтобы всё происходило по традициям и честно. — Сэм расстегнул пальто, наплевав на снежную бурю вокруг них. — Ведь сражаются вампиры не на оружии — мы должны показать своё могущество в физической силе, не так ли? Это уже выглядит возбуждающе — в ваших фантазиях. Представьте, как вы повалите меня на снег, — играючи, Сэм произносил подобные слова, не заботясь о чести. В голове был лишь план: вывести Фредерика и заставить его сорваться, давя на его низменные желания.       — Сэм! — неожиданно окликнула вампира Микаэлла, кладя руку ему на плечо и крепко сжимая. — Прошу, осторожнее с эмоциями. Алоис чувствует каждую из них, особенно негатив и ненависть. Если он начнёт биться в истерике, тебе это на пользу тоже не пойдёт.       Фредерик удовлетворённо кивнул.       — Согласен. Но убери это мясо отсюда, — кивнул он на Августа, который мгновенно вскинул руку с пистолетом, направляя его на вампира. — Они мозолят мне глаза.       Приподнятая в ответ на слова Фредерика бровь могла лишь выдать небольшое удивление, потому что охотники находились на приличном расстоянии, намного дальше, чем вампиры.       Качнув неопределённо головой, Сэм подал знак, и все отошли назад. Когда он повернулся к Микаэлле, то неожиданно прижал её к себе и прошептал на ухо совсем тихо, чтобы услышала только она:       — Уведи Ирэн подальше и… — Он заглянул ей в глаза, взяв её лицо в холодные ладони и прикоснувшись поцелуем к её лбу. — Я прекрасно знаю, что делаю, и в последнюю очередь в мои планы входило причинять вред близким, а тем более ребёнку.       Странное проявление чувств не осталось незамеченным и для вампиров-противников. Ведь это могло показать, что Сэм только что со всей нежностью приласкал Микаэллу — а от этого у некоторых возникли вопросы. И небольшие шепотки пронеслись среди толпы. Недоверие к Фредерику немного возросло.       — Ну раз вы согласны, лорд Фредерик, то, пожалуй… — осмотрел он присутствующих, которые тоже отходили назад, — давайте выберем смотрителей по очереди. Я — с вашей стороны, а вы — с моей. Так гласит правило.       Фредерик дёрнул уголком рта, а потом указал на одного из вампиров за спиной Сэма. Ткнул небрежно, будто самому не было охоты делать столь утомительную работу.       — Разберёмся побыстрее, — хрустнул он шеей, — а потом я заберу и твоего слугу, и твоего новообращённого, и тебя. Посмотрим, как тебе понравятся мои новые изобретения.       — Мы что, просто уйдём? — нахмурился Август, обращаясь к Деламану. — Просто… оставим их тут?       Вампир долго смотрел на своего племянника, а потом обернулся к охотнику:       — Да, мы отойдём чуть дальше. Сэм сам разберётся. Он не стал бы рисковать просто так. Мы должны довериться ему, — ответил лорд и развернулся, чтобы отступить к замку.       В то же время Сэм указал на молодого, почти совсем юного, вампира и отошёл на пару шагов в сторону, чтобы сбросить своё пальто и остаться в белоснежной сорочке, заправленной в чёрные брюки.       — Смотрите не повредите, а то играть будет неинтересно, — с намеренным пренебрежением съязвил в своей учтивой манере Сэм. — Особенно лицо, ведь именно оно не даёт вам спать по ночам. Напоминает о моей матери. Ох, лорд Фредерик, я уже всё прекрасно знаю.       — Твоя мать была просто редкостной красавицей и такой же изящной развратницей. — Фредерик окинул Сэма взглядом, а потом обнажил клыки, приподняв верхнюю губу. — Прям в неё пошёл. Если бы родился девушкой — всё было бы гораздо проще.       — Господин, — тихо кашлянул вампир за спиной Сэма, — мне… начать?       Фредерик, услышав его, театрально зевнул, а потом поднял руку, на которой вместо пальцев были острые когти, уходящие вверх и заострённые по краям.       — Считай до трёх, — велел он секунданту. — Смысла тянуть нет.       Пропустив мимо ушей слова, сказанные Фредериком, Сэм расстегнул лацканы и подвернул рукава рубашки.       — Знаете, лорд, так красиво — вокруг белым-бело. — Мальчишка начал считать. Один. — Прямо как в той комнате, где вы меня держали. — Голос юного вампира раздался с другой стороны. Два. — Эти пушистые снежинки напоминают мне о тех временах, когда вы приковывали меня к столбу у утёса. И даже замок похож. — Сэм усмехнулся, его глаза вспыхнули багровым. — Помните, как вы убили мою мать, лорд Фредерик?..       Наблюдатели закончили отсчёт на «три»… И в тот самый момент Сэм, словно призрак, растворился в метели. Его скорость была потрясающей. Он возник с левой стороны от Фредерика и тихо прошептал ему на ухо:       — Вы умрёте так же.       В следующее мгновение он стремительно схватил кисть лорда и резким движением вывернул её под неправильным углом, нанося перелом.       Фредерик двинулся вправо, схватив Сэма за шею и пытаясь прижать его к земле. Однако, как только он взглянул в глаза своего «раба», руки внезапно соскользнули. Взгляд Сэма был полон ярости и жажды убийства. Красные, налитые кровью зрачки словно расползались по венам, придавая его глазам жуткий, зловещий оттенок.       Сломанное запястье не заставило его вздрогнуть — лишь поморщиться. Он откинул Сэма другой, здоровой рукой, которой до этого держал его за шею.       — Великолепен в своей ярости, Сэмюэль. — Он облизнулся. — Как кстати.       Приземлившись на ноги, Сэм отъехал по скользкой земле от лорда. Его дыхание было лёгким — они только начинали разминаться. Хорошо зная своего противника и предполагая его уязвимые места, вампир не испытывал волнения, хотя вспышки ярости, меняющие его взгляд, мешали сосредоточиться.       Цель была ясна: убить Фредерика любой ценой. Иначе конца не предвиделось. Мысленно попросив прощения у давно покинувшей его матери, Сэм отпустил свои мысли в снежную вьюгу. Его внутренние барьеры треснули, выпуская на свободу сдерживаемую ненависть и ярость.       — Всегда любили строптивых, не так ли? — усмехнулся Сэм, медленно обходя лорда, как дикий зверь, ожидая его действий. — Ведь их веселее использовать в качестве игрушек. Жизнь полна соблазнов, которые так и тянут себя постичь, не задумываясь об остальных. Но, лорд, пока вы ещё дышите, скажите: если вы любили мою мать, почему же убили её? Так сложно было смириться с отказом?       — Ты бы знал, какое удовольствие мне доставляет представлять на твоём месте её. Как ты плачешь. — Фредерик помассировал сломанное запястье, которое уже срасталось. — Как молишь о милосердии и стонешь, глядя на меня. А в то же время… я люблю тебя. Всем сердцем люблю.       Собравшись с силами, Фредерик стремительно бросился на Сэма, прижав его к земле с поразительной грацией. С усмешкой он произнёс:       — Но было крайне глупо приходить ослабленным потерей крови, малыш.       На лице молодого вампира появилась улыбка. Прижатый к земле крепкой, костлявой рукой лорда, он выглядел удивительно счастливым в этой ситуации. Как будто одержимый мазохизмом, Сэм начал смеяться в голос. Но когда Фредерик слегка ослабил хватку, его смех утратил искренность.       — Ох да, лорд Фредерик, дни, проведённые в заточении, были бесценны, — сказал Сэм, вздрагивая от боли, когда лорд сильнее вдавил его в снег, надавив на грудь. Из его губ вырвался сдавленный вздох, но улыбка не исчезла. — Все ваши испытания, издевательства и угнетения сделали меня сильнее. И моя кровь… Вы ведь хотите попробовать её вновь? Попробуете?       — Гадёныш, — возмущённо выдохнул вампир, наклоняясь, чтобы впиться клыками в шею Сэма. Но в последний момент передумал и только сильнее сжал его шею. — Ты жив только потому, что я хочу, чтобы ты мучительно умирал. — Он присел на колени. — Но, может, я… сделаю исключение!       Раздался хруст рёбер, на которые надавил Фредерик. Его лицо при этом оставалось удивительно спокойным.       — Твоя мать клялась, что сделает всё, что нужно, лишь бы я пощадил её ненаглядных детей. Она плакала и обещала исполнить любое моё желание, — сказал лорд, мечтательно закрывая глаза. — Но, к сожалению, она умерла раньше, чем удостоверилась в вашей безопасности. — Вампир тихо засмеялся. — Как жаль.       Сжав челюсти, после того как его рёбра треснули и обжигающая боль разлилась по телу, Сэм выдохнул весь воздух через нос, но не издал ни звука. Его глаза всё ещё сверкали ярким багровым цветом.       Фредерик произнёс то, что оказалось как нельзя кстати. Вампиры обладали острым слухом, и их диалог был слышен всем, в том числе сторонникам Сэмюэля и Фредерика. Леди Элизабет Ламбертсон, дочь прародителя и представительница первой из трёх великих семейств, пользовалась всеобщим уважением. Признание Фредерика в убийстве Леди Элизабет открывало для Сэма возможность отомстить: казнить лорда теперь разрешалось на месте.       Эта мысль внесла ещё больше веселья в душу вампира. Несмотря на хрипы и хлюпанье, вызванные сломанными рёбрами, он наконец мог сделать то, о чём мечтал много лет.       — Да, жаль, лорд Фредерик, — произнёс вампир, схватив руку, сжимающую шею. Сэм сжал её так сильно, что кость треснула и рассыпалась в его ладони. От этого старший вампир отдёрнул руку и отстранился. Это позволило Сэму подняться на ноги. Он прижал ладонь к груди и выпрямил спину. — Готовы понести наказание, лорд, и сдаться? Или мы прекратим болтать и приступим к настоящей схватке?       

***

             Марк не знал, что ему делать: Алоис, сидя у него на коленях, заливался кровавыми слезами, всхлипывая и размазывая по щекам красную жидкость, а на вопросы о самочувствии отвечал одинаково:       — Папе… папе сейчас плохо, я не знаю, страшно… Пусть перестанет, он делает мне больно!       — Какого чёрта с тобой происходит? — Мужчина рассеянно стирал платком слёзы с его лица, в первый раз в жизни не зная, что делать, когда кто-то плачет. Алоис отказывался сидеть в его объятиях, мечась по комнате босиком.       — Ты должен помогать папе! — огрызнулся Алоис. — Тётя Мика помогает, дедушка помогает, даже Ирэн! А ты сидишь тут, как бесполезный кусок мяса, и ничего не делаешь! — Марк вздёрнул бровь, вытирая с уголков рта сына засохшую кровь.       — Иногда лучше сделать так, как тебе велят. Я не могу уйти отсюда, потому что защищаю твою тушку. — Алоис сжал кулаки, топнув ногой.       

***

             Фредерик нанёс удар когтями без предупреждения и подготовки, просто полоснув по боку Сэма. Тот успел отскочить, но всё равно почувствовал оскаленные клыки противника.       — Почему ты убегаешь, если настроен серьёзно? — проворчал Фредерик.       Сэм, отступив на несколько шагов и крепко прижав ладонь к ране, понимал: Фредерик прав. Крови у него и так не хватало. Перемещаясь к утёсу, он не собирался сильно сопротивляться. Ему нужна была ситуация, в которой лорд почувствовал бы своё превосходство, чтобы тот совершал ошибки и раскрывал свои тайны. Такова была стратегия Сэма.       То, что Фредерик наносил ранения, не пугало его. Если план сработает, всё закончится, а раны заживут — стоит только выпить побольше крови и отлежаться несколько дней.       Два молодых вампира, выбранных в качестве наблюдателей, сохраняли бдительность, фиксируя каждое слово и действие сражающихся.       — Не хочу вам, лорд, доставлять удовольствие, но продлевать своё… — усмехнулся Сэм, грациозно отступая к утёсу. — Мне нравится прелюдия… Хотя вы правы: я немного увлёкся.       Когда Фредерик снова попытался нанести удар, Сэм перестал уворачиваться и, слегка скользнув вперёд, неожиданно схватил лорда за горло. С усилием, словно отдавшись игре, он прижал противника к земле, его когти впились в кожу, из ран потекла кровь.       Сэм, не давая себе насладиться растерянностью Фредерика, крепче прижал его к земле. Свободной рукой он сломал левую руку лорда у основания и раздавил ему плечевую кость, наступив на плечо.       — Вам нравится, лорд, когда боль застилает глаза? — спросил он в тот момент, когда Фредерик оказался обездвижен. Сэм сконцентрировался на его нижних конечностях. — Вам нравится наблюдать за этим? — продолжил он, несмотря на боль в груди и сломанные рёбра, из-за которых кровь хлестала из его бока, пропитывая ткань белоснежной сорочки. Он приподнял лорда за ворот одеяния и прошептал ему в лицо: — Вам всегда нравилось, когда кто-то страдал. Знаете, я могу убить вас прямо сейчас. Знаете почему? Вы признались в убийстве леди Элизабет, моей матери.       В этот момент дверь в основное помещение начала открываться, и Марк насторожился, замерев на месте. Его инстинкты обострились, нервы натянулись до предела.       

***

             Однако ранее нервный Алоис вдруг встрепенулся.       — Тётя Мика! — воскликнул он.       В спальню медленно вошла Микаэлла, вытирая запястьем пот со лба. Щека девушки была забрызгана кровью, как и чёрное платье, которое она носила всё это время. Увидев брата с племянником, она с облегчением выдохнула и опустила руку с кинжалом.       — Слава богу, вы целы. Мы весь замок перерыли, пока искали вас.       — Почему ты в крови? — Марк, который до этого сидел на кровати, даже не встал. Он лишь бросил полубезразличный взгляд на неё.       — Даже не спросишь, как я? — На губах женщины появилась лёгкая улыбка, больше похожая на вымученную, чем на облегчённую.       — Я лично тебя тренировал, и ты прошла обряд обращения. Так что не сомневайся: ты бы справилась с теми, кого училась убивать с самого детства, — спокойно объяснил мужчина.       Алоис молча обнял её, дрожа как осиновый лист. Микаэлла присела на корточки и обняла его в ответ.       — Марк, — обратилась она к брату, — тебе нужно к Сэму. Прямо сейчас.       

***

             Фредерик захрипел, пытаясь вырваться.       — Думаешь, — проговорил он, кровь, которой он так дорожил и которая сочетала в себе аристократическое наследие, стекала по краю его рта, — что моей смертью ты что-то кому-то докажешь? Ты последуешь за мной, глупая шлюха. — Аристократ закашлялся хрипло и тяжело. — Я жалею, — неожиданно признался он. — Мне действительно… жаль.       Сэм, держа лорда одной рукой и прижимая его к краю ущелья, замер и внимательно встретился взглядом с Фредериком.       — Жаль? — медленно произнёс он, чувствуя, как вены на руках и лице вздуваются. Сэм тяжело дышал, стараясь не выдать своей слабости. Из-за ран и потери крови перед глазами темнело, но он не мог упустить шанс расправиться с тем, кто на протяжении многих лет превращал жизнь его и родных в настоящий ад. — Давайте я предположу. Вы жалеете о том, что не прикончили меня, когда была такая возможность? — Сэм усмехнулся, ещё сильнее сжимая шею Фредерика. — Или вам жаль, что пришли сюда сегодня, поверив в себя? Пожалуйста, лорд Фредерик, — слегка ослабил хватку вампир, — признайте свою вину, и я передам вас под суд. В противном случае вы умрёте.       — Нет, — с трудом произнёс Фредерик, изо всех сил пытаясь выдавить оставшиеся слова. — Стоило оставить Элизабет в живых и позволить ей смотреть, как страдает её любимое дитя. А тебя… я бы научил, что делают с рабами, сбежавшими от своей судьбы.       В это время Марк, быстро покинув помещение, после того как убедился, что двери надёжно заперты и Мика с Алоисом в безопасности, остановился, когда увидел Сэма, держащего Фредерика на самом краю пропасти.       — Сэми? — воскликнул он.       Слова охотника вырвались из его уст тихим шёпотом, но острый слух Сэмюэля сразу различил знакомый голос. Ярость, над которой ему с трудом удавалось держать контроль, немного угасла, и даже черты его лица слегка смягчились, когда он бросил быстрый взгляд в сторону замка.       Почему Марк оставил сына? Зачем он вышел, когда его просили оставаться в безопасности? Эти вопросы были лишними, и отвлекаться на них было нельзя. С рыком он поднял Фредерика в воздух и сильно ударил его о камни, лежащие под ногами. Осколки разлетелись, и, когда лорд завопил, хватая Сэма за кисти, тот снова поднял его.       — Тогда умрите, лорд Фредерик. Я приговариваю вас к смерти за убийство леди Элизабет, за незаконное обращение и подчинение против воли. — Сэм развернул Фредерика спиной к себе, прижал к своей груди, обхватил руками его голову, резко свернул шею, схватил за волосы и в конце концов отделил голову от туловища. Он толкнул обездвиженное тело вампира ногой в ущелье и поднял его голову вверх, зашипев: — Вы все слышали, он признался и проиграл в честной схватке. Хотите сражаться? Прежде чем ответить на этот вопрос, спросите себя, за что вы бьётесь.       Марк повидал немало жестоких убийств вампиров и смертей людей, но на этот раз его впечатлило не то, как расправились с Фредериком, а то, кто это сделал.       — Ничего себе, — выдохнул он так, чтобы его услышали даже люди рядом. Август обернулся к нему и шумно выдохнул, но Марк поднял руку: — Не сейчас.       Он направился к Сэму, который стоял весь в крови посреди белого снега, погружаясь в его невинную чистоту. В руках у него всё ещё была голова вампира.       — Фу, какую мерзость ты подобрал, — сказал Марк, взглянув на «трофей» супруга. — Надо сжечь, а то мало ли что… Как думаешь, господин Ларджент?