Самое главное

Утро. Слабый свет едва пробивался сквозь шторы, окрашивая комнату в мягкие, теплые тона. Катя лежала на боку, её дыхание было ровное, спокойное, тело расслаблено после долгой ночи, рука лежала рядом, на том месте, где обычно спал Миша, но сейчас его не было. Внезапно, сквозь сон, она почувствовала легкое прикосновение. Кто-то осторожно проводил пальцами по её волосам, нежно, почти боясь разбудить. Прикосновение было таким знакомым, таким родным, что сердце её дрогнуло, прежде чем она успела понять, почему. Сначала подумала, что это Миша, даже улыбнулась сквозь сон. Но потом почувствовала, что это не он, не его прикосновения. Она испугалась, распахнула глаза, и мир вокруг словно замер. Рядом с ней сидел Сева. Его лицо, немного осунувшееся за время пребывания в больнице, всё ещё светилось той же теплой улыбкой, которую она помнила с детства. Он смотрел на неё, словно пытаясь прочитать каждую мысль, каждую эмоцию, которая промелькнула в её глазах. - Сева… Севка! — её голос дрогнул, сломался на полуслове. Она резко поднялась с кровати, не обращая внимания на то, что покрывало соскользнуло на пол. Обнять его было всё, что она сейчас могла сделать. Она вцепилась в него так крепко, словно боялась, что он исчезнет, если отпустит. Её руки дрожали, а в груди какая-то тяжелая глыба, накопившаяся во все эти дни, наконец, рассыпалась. - Я так боялась за тебя, — шептала она, её голос был едва слышен. Сева молча обнял её, его руки, всё ещё немного слабые, крепко прижали её к себе. Он вдыхал запах её волос, словно пытался наполнить себя этим ощущением, чтобы никогда больше не терять. - Я же обещал поправиться, вернуться, вот я и вернулся. — произнёс он тихо, голос его был мягким, почти шёпотом. Катя отстранилась, чтобы посмотреть ему в глаза. Её пальцы дрожали, когда она коснулась его лица, как будто проверяя, что он действительно здесь, что это не сон. - Мишка, предатель, почему ты не сказал? Почему не взял меня с собой? — её голос звучал одновременно с упрёком и безграничной радостью. – Сева, как ты? У тебя ничего не болит? - Да всё отлично, систер! Здоров практически как бык, доволен как слон, ещё и на твою свадьбу со всеми своими посещениями лечебных учреждений успел! В углу комнаты Миша стоял молча, руки в карманах, его взгляд был мягким, но в нём читалось что-то, что Катя пока не могла уловить. - Я хотел сделать для тебя сюрприз, и вообще, любимая, если бы ты сейчас видела своё лицо, ты меня бы не спрашивала. — Миша засмеялся, с озорством в глазах глядя на Севу и Катю. Катя не могла отвести взгляда от Севы. Слишком долго она жила в страхе, в ожидании худшего, слишком долго сражалась с судьбой. Слишком часто ловила себя на мысли, что этот мир несправедлив и жесток. И вот он стоит перед ней, живой, настоящий, с той же искренней улыбкой, которая всегда согревала её сердце. Все слова благодарности, все молитвы, все надежды, казалось, воплотились в этом моменте. Она притянула его к себе снова, утонула в его объятиях, чувствуя, как дрожь постепенно отступает, уступая место теплу и облегчению. Миша подошёл ближе, положил руку на плечо Кати. – Я знал, что это будет для тебя самым лучшим подарком, – сказал он тихо, глядя на Севу. В его голосе звучала искренняя радость. – Ну, раз уж сюрприз удался, может, позавтракаем? – предложил Миша, стараясь разрядить немного напряженную атмосферу. – Сева, уверен, ты голоден после дороги. Да и нам всем нужно подкрепиться. Катя отстранилась от Севы и посмотрела на Мишу с благодарностью. Она знала, что он сделал это все ради нее, ради ее счастья. И хотя в ее сердце сейчас бушевала буря эмоций, она понимала, что должна быть благодарна ему за его любовь и заботу. Она взяла его за руку и крепко сжала ее, словно пытаясь передать все свои чувства без слов. – Конечно, любимый, – ответила она, улыбаясь. – Пойдем, я приготовлю что-нибудь вкусненькое. Они втроем прошли на кухню, где солнечный свет уже вовсю хозяйничал, заливая комнату теплом и светом. - Катюш, повар уже с этим прекрасно справился. – Миша улыбнулся. За завтраком Катя прижала брата к себе так крепко, как только могла. — Севка, ты же не исчезнешь снова? — прошептала она, зарываясь носом в его воротник. Запах больницы ещё не выветрился с его кожи, но под ним уже проглядывал знакомый аромат — домашний, Севин, живой. Сева засмеялся, но в его глазах стояла та же дрожь — лёгкая, как первый снег, но не менее холодная. — Ну, если только твой Миша меня не выгонит за то, что я съем весь его запас вкусностей из холодильника, — пошутил он, но пальцы его сжали Катины плечи чуть сильнее. Миша, стоявший рядом, фыркнул и потянулся к Севиным волосам, слегка их взъерошив. — Её Миша тебя не выгонит, родственник. Ты теперь наш пожизненный гость, — сказал он, но в голосе его не было ни капли раздражения, только тёплая усталость. - Эй, родственнички, в том числе и будущие уже второй год, вот на это я не подписывался! Недельку-другую поживу у Вас и всё, по домам! Катя отпрянула от брата, словно ошпаренная. В ее глазах застыла боль. Она знала, что эгоистично цеплялась за него, боялась отпустить, боялась снова потерять. - Сев... Я… я просто так боюсь… А если тебе станет плохо? А рядом не будет никого! Совсем никого! И никто не сможет помочь тебе… - прошептала она, опуская глаза. Слова застревали в горле, душили ее. Ей хотелось сказать так много, но она не знала, как выразить всю свою боль, всю свою любовь. Миша обнял Катю за плечи, прижал к себе. Он знал, что сейчас ей нужно просто время, чтобы переварить услышанное. - Все хорошо, любимая. Все будет хорошо, - прошептал он ей на ухо, пытаясь успокоить ее. Сева протянул руку и взял её ладонь в свою. Его пальцы были теплыми, шершавыми, такими знакомыми. Он сжал её руку крепко, словно давая понять, что он здесь, рядом, никуда не денется. - Катюш, ну что ты, ей богу! Я уже не тот слабак, каким был в больнице. Теперь я как новенький, видишь? – Сева попытался пошутить, но в голосе его звучала тревога. Он понимал её страх, он сам испытывал нечто подобное. – Я буду беречь себя, обещаю. И буду звонить каждый день, если хочешь, каждый час. Просто дай мне немного свободы, ладно? Мне нужно снова почувствовать себя живым, понимаешь? - Я не могу… не смогу. - Катя замотала головой, сглотнув комок в горле. Она понимала. Знала, что ему нужно пространство, чтобы восстановиться не только физически, но и морально. Но как же было страшно отпустить его, отпустить хоть на секунду из виду! В ее глазах стояли слезы, но она старалась улыбаться, чтобы не расстраивать брата. Миша нежно поцеловал Катю в висок, обнимая её за плечи. - Сева, подумай, это не безопасно для тебя! А Катя как себя будет чувствовать? Я не хочу, чтобы она накручивала себя и лезла на стену от мысли, что с тобой может что-то случится! – вмешался Миша. - Так что гости у нас сколько угодно, – сказал он, улыбаясь. – Места хватит на всех. И вкусностями поделимся. Главное, чтобы ты снова был с нами, а не в лечебных учреждениях. Сева вздохнул, провел рукой по волосам и посмотрел на Мишу, в его взгляде читалось понимание, но и мольба о снисхождении. Он знал, как сильно Катя переживала за него, но ему необходимо было вновь ощутить себя самостоятельным, почувствовать вкус жизни за пределами больничных стен. - Родственник, я понимаю твои опасения, и я благодарен тебе за заботу о Кате. Но я не могу жить как хрустальная ваза, которую боятся тронуть. Мне нужно жить, двигаться дальше, дышать полной грудью. Иначе я просто зачахну, понимаешь? Я обещаю быть осторожным, буду держать вас в курсе всего, что со мной происходит. Просто дайте мне шанс, прошу вас – проговорил он с мольбой в голосе. В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь тихим тиканьем часов на стене. Катя, все еще прижавшись к Мише, подняла на Севу заплаканные глаза. - Тогда предлагаю компромисс! – Миша понял, что брат и сестра не смогут договориться. – ближайший год Сева живёт у нас, под присмотром. А дальше, если всё хорошо – переезжает в твою старую квартиру. И звонит несколько раз в день! Согласны?- Катя вскинула голову, обдумывая предложение. Год? Целый год Сева будет рядом, под их присмотром? Это было больше, чем она осмеливалась надеяться. Она посмотрела на Севу, ища в его глазах ответ. - А если мне станет лучше гораздо раньше? - тихо спросил Сева, в его голосе прозвучала надежда. - Тогда и поговорим, - твердо ответил Миша. - Но сейчас, это лучшее, что я могу предложить. Для вас обоих. Сева перевел взгляд с Миши на Катю. В ее глазах плескались слезы, и… облегчение. Он прекрасно понимал, как тяжело ей было отпустить его, как измучил ее страх потерять его снова. Этот год, проведенный рядом с ними, станет для нее своего рода гарантией, щитом от кошмаров, которые преследовали ее последнее время. Он вздохнул, смирившись с неизбежностью. - Ладно, - прошептал он, опуская плечи. - Я согласен. Но с одним условием. Никакой гиперопеки. Я буду жить вашей жизнью, но и вы не будете забывать о моей. Никаких нянек, никаких ограничений, кроме тех, что действительно необходимы для моего здоровья. По рукам? - Он протянул руку Мише, затем крепко обнял Катю. Катя прижалась к брату, ощущая его тепло, его присутствие, и слезы облегчения брызнули из ее глаз. Год… ей казалось, целая вечность и мгновение одновременно. Главное, что он здесь, рядом, живой. И это было все, что имело значение. Она крепко сжала его руку, почувствовав ответное пожатие, и прошептала: - Спасибо, Севка… Спасибо, что ты есть. Я люблю тебя. - Ее голос дрожал от переполнявших ее чувств, но в нем звучала такая искренняя любовь, что Сева не смог сдержать улыбки. Она отстранилась, вытерла слезы и, взглянув на Мишу, произнесла: - Мишка, любимый, я не знаю, что бы я без тебя делала. Вечер прошел в тихой атмосфере. Они говорили, смотрели друг на друга, наслаждаясь каждым мгновением, каждым прикосновением. Миша рассказывал забавные истории из своей работы, а Сева слушал, прислушиваясь к каждому их слову, запоминая каждую деталь. Когда пришло время ложиться спать, Сева уснул на диване под пледом, Катя присела рядом, осторожно гладя его по голове. — Он же поправится, да? — спросила она у Миши, но больше у самой себя. Миша обнял её сзади, прижав подбородок к её плечу. — Конечно. Он уже поправился. А если нет — мы его заставим поправиться. И в этом «мы» было столько силы, что Катя на мгновение перестала бояться. Ночью Катя долго не могла уснуть. Она лежала, прижавшись к Мише, пытаясь услышать, как ровно дышит Сева в соседней комнате. Ей казалось, что кошмар наконец-то отступил, что она снова может дышать полной грудью. Год… она постарается сделать этот год лучшим в их жизни, наполнить его любовью, радостью и незабываемыми моментами. Она будет беречь его, такого хрупкого братика, любить и поддерживать до конца.Год. Всего год. Они справятся. *** Катины руки дрожали, когда она открыла дверь особняка. Солнечный свет, пробивающийся сквозь высокие окна, ослепил ее на мгновение, но затем она увидела её—Марину. Подруга стояла на пороге, ее волосы, слегка растрепанные после долгой дороги, отливали медью в лучах заката. Её глаза, такие же яркие, сияли радостью. - Марина! - Катя бросилась вперед, обнимая подругу. - Я не могу поверить, что ты здесь! Марина засмеялась, её голос, как теплый ветер, обнял Катю. - Как я могла пропустить твою свадьбу? Ты ведь моя лучшая подруга, помнишь? - Катя почувствовала, как на глаза навернулись слезы. Она отстранилась, чтобы взглянуть на Марину, её сердце билось так громко, будто хотело вырваться из груди. - Я так скучала по тебе. Ты выглядишь… потрясающе. - Марина улыбнулась. - Ты тоже, Катюш. Невеста, конечно, должна быть самой красивой. Они вошли в дом, и Катя повела Марину в гостиную. Воздух наполнился ароматом свежих цветов. Марина огляделась, её глаза скользили по высоким потолкам и роскошной мебели. - Ты здесь как в сказке, Катя. Скажи, ты же счастлива? Как ты снова оказалась с ним? Катя замерла. Счастье, словно хрупкая бабочка, вспорхнуло и затрепетало где-то в глубине души, но ей вдруг стало страшно поймать его. Она поправила прядь волос, стараясь подобрать слова. - Это длинная история, – тихо ответила Катя, стараясь удержать дрожь в голосе. – Многое изменилось. Он изменился, Марина. Он стал другим. Более внимательным, заботливым… любящим… Да, сейчас… сейчас я чувствую себя счастливой. – Она посмотрела Марине в глаза, моля о понимании. Все же боялась, зная отношение Марины к Мише. Но подруга мягко улыбнулась, ее глаза, наполненные участием и пониманием, казалось, видели Катю насквозь. Она не задавала лишних вопросов, не навязывала своих суждений. Просто была рядом, как и всегда. - Я всегда буду с тобой, Катя. Неважно, где мы, что случилось, ты всегда сможешь на меня рассчитывать. В этот момент в комнату вошёл Сева. Его высокий рост и уверенная походка сразу привлекли внимание Марины. Он остановился на пороге, его глаза, глубокие и загадочные, встретились с её взглядом. - Катя, неужели это твоя подруга? - его голос, низкий и мягкий, прозвучал, как музыка. – Маринка, я бы тебя не узнал. Как же ты похорошела. Марина ответила на приветствие Севы легкой улыбкой, чувствуя, как в животе порхают странные бабочки. «Он и правда изменился, – подумала она, – от того Севы, каким она помнила его, осталась лишь тень былой самоуверенности». - Как ты, Сев, как здоровье?! – спросила Марина, присаживаясь на диван. Сева сел рядом с ней. – Оправился после операции? В гостиной повисла неловкая тишина. Сева перевел взгляд с Марины на Катю, и та, словно прочитав его мысли, кивнула. - Все отлично. Спасибо, что спросила, Маринка, – ответил Сева, тепло улыбаясь. – Операция прошла успешно, сейчас чувствую себя намного лучше. И все благодаря Кате, – он взял ее руку и сжал ее ладонь. – Систер была рядом каждую минуту. Марина почувствовала, как тепло разливается по ее телу от этого простого, но такого искреннего жеста. Она знала, что операция была серьезной и как сильно Катя переживала за Севу. Видеть их рядом друг с другом, таких счастливых, понимать, что с Севой, наконец, все в порядке, было высшей наградой. Она всегда желала им только лучшего. Из мыслей девушку вывел звонок в дверь. Как тут же побежала открывать, а Марина и Сева посмотрели в сторону входной двери. Катя открыла дверь, её лицо осветилось улыбкой, но в глазах промелькнула тень усталости. На пороге дома стояла Елена, её пальцы сжимали сумку с бумагами, планами и списками. Ветер слегка играл её волосами, но это не отвлекало её от мыслей, которые крутились в голове словно спираль, затягивающая всё глубже. Она глубоко вздохнула, чувствуя, как тревога сжимает её сердце. Свадьба Кати и Миши была уже на носу, а они, казалось, не понимали, сколько всего ещё нужно сделать. — Елена, здравствуйте! Что-то случилось? — спросила она, отступая, чтобы впустить гостью. Женщина шагнула внутрь, её взгляд скользнул по уютной гостиной, где на диване лежали разбросанные журналы пару чашек кофе, а на диване сидели сидели молодые люди. Она чувствовала, как её сердце сжимается; она так хотела, чтобы всё было идеально. — Катя, я не могу больше... Я совершенно ничего не успеваю, — начала она, голос дрожал не то от усталости, не то от волнения. Женщина велела в дом и села на диван, рядом с Мариной. — Свадьба через две недели, а Вы даже не начали выбирать цветы! Это катастрофа! И какой у вас план по рассадке гостей? А меню? Осталось же слишком мало времени. Катя вздохнула, её глаза наполнились теплом, но в них же читалось лёгкое раздражение. — Елена Семеновна, всё будет хорошо, обязательно. — сказала она мягко, но твёрдо. — Мы с Мишей хотим, чтобы это был просто праздник для нас и наших близких. Не нужно всё усложнять. У нас многое готово, и этого достаточно. Чем плохи те планы по рассадок, которые Вы мне до этого присылали? Елена почувствовала, как её щёки заливаются краской. Она не могла просто взять и отпустить это. Её сердце било тревогу. — Катя, я понимаю, что ты хочешь, чтобы всё было просто, но свадьба — это не только для Вас. А ещё для тех, кто Вас любит, кто хочет праздновать этот день вместе с Вами. Да и для Сергея она важна, это свадьба его старшего сына, будут важные люди, причём и для Мишиного бизнеса тоже. Все должно прийти по высшему разряду. Все должны остаться довольны. Катя замолчала, думая, что лучше ответить. — Вы правы, — прошептала она. — Я тоже немного волнуюсь, как все пройдет. Елена увидела страх в глазах Кати, тот самый страх, который она сама так хорошо знала. — Тогда я помогу тебе, — уверенно сказала Елена, её голос теперь был твёрже. — Бери с собой подругу, и мы поедем справляться со всеми свадебными хлопотами. Молодой человек, надеюсь, Вы не против? - Елена вопросительно посмотрела на Севу. - Это мой брат, Сева. А это моя подруга, Марина. - Катя представила своих гостей. - Очень приятно, Елена Семеновна Воронцова. Мать Миши. Извините за мою эмоциональность, просто у нас действительно очень много дел. - Приятно познакомиться. - Сева и Марина кивнули. Катя кивнула, её глаза блестели. Она обняла Елену, и та почувствовала, как её тело расслабляется. — Спасибо, — прошептала Катя. — Я не знаю, что бы я без Вас делала. - Елена улыбнулась, но внутри её всё ещё бушевали эмоции. Она знала, что впереди их ждёт много работы, но она была готова. Для Миши, Кати, для их счастья она была готова на всё. - Так, эмоции потом, а сейчас - за дело!