я не твой, хён

В доме, как ни странно, приятно и тепло, замерзшему Джошуа уж точно. Он осматривается и снимает мокрые кроссовки на пороге, стягивает куртку. Дом небольшой, сразу справа кухня, куда и идет Джошуа, ставит рюкзак на стол. Из кухни прямой обзор на небольшую комнату, типа гостиной, где сидит Сынчоль прямо на полу и опираясь спиной на старый диван, перед ним стоит еда и виски, а на телефоне, который он держит в руке, играет тихо музыка. Сынчоль снял куртку и остался в синих джинсах и черной толстовке с капюшоном, он поднимает взгляд и смотрит на Джошуа, который так и стоит у стола. — О, кто пришел? — Сынчоль какого-то хуя лыбится довольно, чем бесит еще сильнее. — Неужели решил, что моя компания лучше, чем замерзнуть в лесу и быть погрызанным волками? — Захлопнись нахуй, Сынчоль, — рявкает Джошуа и указывает на него пальцем. — Если бы не ты, меня бы здесь не было. Ты, сука, испортил мне день рождения, и общаться я с тобой не собираюсь. Сынчоль перестает улыбаться и сверлит Джошуа взглядом, тот отворачивается от него и осматривает кухню. Находит какую-то кружку, споласкивает (ого, здесь даже вода есть, как ему повезло всё-таки) и открывает бутылку шампанского. И никак не сесть за стол так, чтобы не видеть Сынчоля, Джошуа раздраженно выдыхает и плюхается на деревянный стул, наливает себе и почти залпом выпивает половину, морщась от пузырьков. Джошуа, игнорируя Сынчоля, утыкается в телефон, лишь бы не смотреть на него, но нет настроения играть, как и нет интернета, блять, в этой чертовой жопе Южной Кореи. Джошуа становится все злее и наливает еще, до сих пор не понимая, за что ему все это. Вот точно самый худший день рождения за всю его не слишком долгую жизнь, да и навряд ли дальше будет хуже. Возможно, потом, спустя время, Джошуа сможет поржать над всей этой ситуацией, но точно не сегодня. И раздражает, что Сынчолю будто похуй, сидит, пьет и жрет, а у Джошуа нет аппетита, как бы вкусно его мама ни готовила. Да даже если бы Джошуа здесь застрял с тем же Мингю или Докёмом, они бы ржали, как кони, над этой идиотской ситуацией, завалились в дом и бухали бы, а утром разобрались со всем. С любым, кто не Сынчоль, было бы весело, потому что Джошуа, как человек активный, общительный и веселый, и хочет веселиться, а не сидеть хуй пойми где, где только снег валит и волки топчут сугробы. Еще и в свой, блять, день рождения. Проклиная Сынчоля и себя заодно, потому что не поехал на такси, Джошуа поднимает взгляд и исподлобья глядит на Сынчоля. Тот что-то сосредоточенно смотрит в телефоне, пьет вискарь из зеленой стеклянной кружки и облизывает губы. Это его привычка, которая тоже раздражает, потому что выглядит это… Да, блять, это выглядит пиздец горячо и привлекательно, Джошуа поджимает губы, рассматривая черные волосы и красивое лицо. Почему такой привлекательный парень-гей родился без нормального чувства юмора и без расположения к адекватному общению? Несправедливо. Джошуа вздыхает, снова допивает шампанское и наливает себе еще, бутылка как-то слишком быстро заканчивается. Сынчоль вздыхает, блокирует телефон и откладывает его на пол, делает глоток виски и смотрит на Джошуа, который сидит на кухне за столом. Тот пальцами стучит по кружке, смотря вниз на столешницу, Сынчоль видит, что Джошуа кусает губу, весь его вид выражает раздражение. Но взгляда не отвести от темных, чуть вьющихся волос, которые обрамляют лоб. Широкие плечи обтягивает белый лонгслив с V-образным низким вырезом, который так шикарно открывает соблазнительную шею и ключицы, белый цвет выделяет еще больше карамельный оттенок кожи. Сынчоль давно зависает на Джошуа, иногда взгляда не может отвести, и уже сотни раз проклинал себя и тот случай, как они познакомились. Да, его вина точно есть, но, блять, как он должен был отреагировать, когда пьяный незнакомый парень возле клуба решил засосать его? Нормальная реакция, защитная, Сынчоль сделал, как сделал. Но возможно дальше не стоило продолжать цеплять Джошуа даже в шутку, потому что тот, как увидел впоследствии Сынчоля, за словом в карман не полезет и хуями обложит сверху по самую макушку. Даже это привлекает в чертовом Хонге Джошуа, хотя Сынчоль порядком устал, потому что чувства Джошуа начали вызывать совершенно иные. И очень зря по пьяни назвал шлюхой, когда Джошуа уселся на колени к Мингю и смачно чмокнул в щеку. Все поржали, а Сынчоль ляпнул то, за что до сих пор расплачивается. Он хорошо узнал Джошуа за этот год, тот тактильный до безумия, но только с близкими друзьями, других близко не подпускает. Ну и да, Сынчоль тоже. Джошуа веселый, добрый, взрывной и заводной,он искрится дружелюбием. Пометочка — если ты не Сынчоль. А Сынчоль устал скрипеть зубами, глядя, как Джошуа искренне улыбается и смеется с кем-то, но не с ним. Обнимает крепко друзей, а ему и руки не протянет, даже взгляда лишнего не кинет. Потому что если Джошуа хочет кого-то игнорировать, то у него это прекрасно получается. Именно это и происходит сейчас, происходит снова и снова. Сынчоль опять делает глоток виски и наливает себе еще, пока Джошуа сидит напротив на кухне и со скучающей миной смотрит в темное окно. Кинув взгляд на Сынчоля, Джошуа замирает на пару секунд, заметив, что на него смотрят в упор, а потом кривит красивые пухлые губы и снова отворачивается, пьет свое шампанское. Сынчоль опять бесится. Он десятки раз пытался завести разговор с Джошуа, чтобы извиниться, но не успевал, потому что его посылали и игнорировали снова. Однажды прямо без предисловий сказал «извини меня», на что ему ответили, что «похуй, кем там ты меня, придурок, считаешь, не нужно со мной разговаривать». М-да, не стоило с самого начала поддерживать Сынчолю эти словесные войны, потому что по итогу сам же Сынчоль вляпался по самые помидоры в Джошуа, а как изменить их общение теперь понятия не имеет. Очень сложно это сделать, когда тебя постоянно посылают и не замечают, словно тебя нет в комнате. Но Сынчоль же видит, что Джошуа его замечает, оценивает, ловит эти взгляды на себе. Но зная, какой Джошуа принципиальный, хрен от него дождешься попыток нормально общаться. Да, Сынчоль его обидел, и не раз, своими словами, но и извиниться не дают, а очень хочется. Джошуа всего хочется до скрипа зубов и дрожи внизу живота, сейчас буквально съесть его хочется, когда он сидит напротив, такой красивый и злой. Сынчоль и поездку эту придумал лишь для того, чтобы здесь с ним наедине остаться. Ведь с машиной все отлично, на руку то, что Джошуа в них нихрена не понимает. А если за эту ночь между ними ничего не изменится, и Джошуа узнает правду, Сынчоль не уверен, что живым выберется из этого леса. Поэтому нужно действовать, но стоит им раскрыть рот, они сразу ссорятся. Понимая, что молчанием проблему не решишь, а Джошуа точно первый не начнет с ним общаться, Сынчоль допивает виски и говорит: — Джошуа, ты будешь виски? Джошуа переводит на него взгляд и молчит, а потом отвечает с холодом: — Я с тобой пить не собираюсь, Хон. У нас тут не дружеская посиделка. Сейчас допью шампанское и лягу спать, лишь бы быстрее этот день закончился.