Not a Future Missus

~-~-.-°* ⭐️ *°-.-~-~

      Луна похлопала Эллу по плечу.       ― Все в порядке, Элла, ― успокаивала Луна. ― Я вижу, что ты стараешься. Нужно быть очень смелой, чтобы изменить себя к лучшему, даже под угрозой неодобрения родителей.       ― Я знаю, что они меня любят, ― сказала Элла. ― Я чертовски раздражаю отца своей дружбой с тобой и Гермионой, но я знаю, что он по-прежнему любит меня.       Утром Элла получила ответ родителей на письмо дяди Сева, и в их словах ясно читалось недовольство. Отец и так не слишком уважал Гермиону, но, похоже, его больше беспокоил тот факт, что Элла прогуливает уроки, чтобы быть с ней. Именно перед ужином она решила поговорить с Полумной о письме. В данный момент они находились в конюшне, принимающей Абраксанов. Элла не знала, знает ли Хагрид о визите Полумны, но он уже видел ее с Клювокрылом, так что ей было все равно.       Полумна кормила Абраксана яблоком.       ― Тебе уже лучше? ― спросила она Эллу.       ― Да, ― ответила Элла. ― Мне бы только хотелось, чтобы меня не так легко было разгневать рядом с Поттером. Как ты думаешь, сможем ли мы когда-нибудь помириться друг с другом?       Луна загадочно улыбнулась.       ― Помириться? Я действительно думаю, что вы двое прекрасно поладите, если уладите свои разногласия. Возможно, уже скоро, учитывая, как хорошо вы продвигаетесь.       ― Я так устала от этого семестра, ― ворчала Элла. ― Я надеялась на хороший четвертый год, но, похоже, судьба сейчас не очень-то мне благоволит.       ― Все наладится, ― уверенно заверила Луна. Она светилась оптимизмом. ― Вот увидишь!       ― Посмотрим... ― вздохнула Элла.       Ночью Элла пошла в подземелье, чтобы приготовить зелья. Вечером она поужинала, а также дочитала статью в «Пророке» о чемпионах Турнира, написанную Ритой Скитер, - в основном о Поттере, а имена Крама и Флер были написаны с ошибками, как в статье с Артуром Уизли. Профессор Снейп уже ждал у двери, и он молча поприветствовал Эллу, прежде чем оставить ее одну. Он достаточно доверял ей, чтобы быть уверенным, что она знает, что делать. Не обращая внимания на его грубость, Элла поправила волосы и достала рецепт, после чего заняла свое место в конце кабинета.       Следующие несколько минут Элла сосредоточилась на работе над зельем. Однако в тот момент, когда она доводила свой состав до кипения, в класс вместе с профессором Снейпом вошли Поттер и Уизли. Они выбрали стол прямо напротив Эллы. Она не обратила на них внимания и продолжила варить, доставая новые ингредиенты и нарезая их тонкими ломтиками, чтобы добавить в котел.       На заднем плане был слышен голос профессора Снейпа и недовольное бормотание Поттера и Уизли. Поскольку зелье должно было кипеть еще полчаса, Элла решила понаблюдать за Поттером и Уизли. По всей видимости, они мариновали маленькие заготовки во время своего задержания, за которым внимательно наблюдал профессор Снейп. Уизли поднял голову и бросил взгляд на Эллу, после чего вернулся к работе, шипя себе под нос какие-то непонятные слова. Поттер продолжал заниматься своим делом, но иногда бросал тоскливые взгляды в сторону Уизли. Если Элла раньше только догадывалась об этом, то теперь она была свидетелем недружеских отношений между Поттером и Уизли.       Элла доварила свое зелье как раз в тот момент, когда Уизли убирал последнюю банку с остатками. Профессор Снейп отпустил двух мальчиков, и Уизли вскоре ушел, не сказав ни слова. Затем он забрал у Эллы зелье, и они обменялись напряженным, но понимающими взглядами, чтобы восстановить мир: пришло время отпустить ситуацию, поскольку Элле не пойдет на пользу открытое недовольство учителем, как бы ей этого ни хотелось. Когда профессор Снейп отправился в кладовую, чтобы разложить заготовки — он сердито посмотрел на Эллу и Поттера, чтобы они вели себя хорошо, прежде чем уйти, — Элла подошла к Поттеру. Она остановилась рядом с ним, и тогда он посмотрел на нее раздраженными зелеными глазами.       ― Ну что, неприятности в раю? ― ухмыльнулась Элла. ― Вы с Уизелом не выглядите дружелюбными, как обычно.       ― Это не твое дело, ― прорычал Поттер.       ― О, только не злись снова! Посмотри, до чего тебя довела эта вспыльчивость!       ― Забавно, потому что я отчетливо помню, как ты выходила из себя вчера и в сентябре, — нахмурился Поттер.       ― Это дело в процессе, ― холодно ответила Элла. ― Но я не вижу, чтобы ты пытался сдерживаться.       ― Только потому, что это касается тебя.       Элла с любопытством хмыкнула.       ― Ну, я определенно отказываюсь позволять этому беспокоить меня сейчас. Мои родители узнали об этом вчера, и мне надоело тратить свое время на таких, как ты.       ― Правда? ― Поттер недоверчиво поднял брови.       ― Да, идиот, правда.       ― Знаешь, ― начал Поттер, ― я не думал, что ты проводишь время после уроков со Снейпом. Неудивительно, что ты его любимица.       ― Я здесь только для того, чтобы доварить зелье, ― усмехнулась Элла, ― потому что кто-то не сопровождал Грейнджер в больничное крыло.       ― Ты? ― нахмурился Поттер. ― Я имею в виду, что вскоре после этого мне тоже пришлось отлучиться. Я должен был присутствовать на интервью с другими чемпионами.       ― Ты ведь закончил свое зелье?       ― Да. Пришлось провести еще час со Снейпом.       ― Профессор Снейп.       ― Как будто мне есть до этого дело.       Элла собиралась вести себя вежливо. Она собиралась быть вежливой, она собиралась быть вежливой...       Она прочистила горло.       ― Ну, я уверена, что Уизли скоро снова прибежит в твои объятия. Кто он такой, если рядом нет его дорогого Поттера?       Губы Поттера дрогнули.       ― Это твоя жалкая попытка утешить меня?       ― Нет, ― ответила Элла, сверкнув глазами. ― С чего бы мне это делать? Я утешаю только своих друзей, потому что я знаю, когда моим друзьям нужна помощь.       Она имела в виду Гермиону, но Поттер, похоже, не понимал.       ― Ладно, ладно! ― Поттер поднял руки. ― Я просто думал, что до значков у нас было что-то менее враждебное. Ты собираешься уходить?       ― Сначала позволь мне сказать тебе одну вещь, — решила Элла, ― и только одну!       Она наклонилась в личное пространство Поттера, пока ее лицо не оказалось в нескольких дюймах от его лица. Признаться, было трудно говорить, когда они смотрели друг другу в глаза - она чувствовала себя незащищенной.       ― Если ты еще раз нападешь на меня, то столкнешься с последствиями...       ― О чем, черт возьми, ты говоришь...       ― Не перебивай! Как я уже говорила, нападение на меня приведет не только к тому, что я буду ранена. Мой отец будет мстить, и это будет некрасиво. Кроме того, я советую тебе сдерживать свой нрав, чтобы в конечном итоге не навредить и себе. Тебе нужно повзрослеть, Поттер, и если ты хочешь заслужить уважение людей, тебе нужно перестать разжигать их гнев, ― серьезно закончила она.       ― Ты даешь мне совет? ― удивленно сказал Поттер. ― И ты не хочешь, чтобы я причинил себе вред? Ты уверена, что ты та Малфой, которую я знаю?       ― Просто воспринимай мои слова так, как хочешь. И если к лету Уизли все еще будет злиться на тебя из ревности, значит, он не тот друг, которого стоит беречь, как бы ты по нему ни скучал.       Поттер почесал затылок.       ― Спасибо? Кроме того, я почти уверен, что это были две вещи.       Элла хотела сказать тысячу и две вещи, но решила, что, пожалуй, пора двигаться дальше. Пусть даже маленькими шажками. Как она и пыталась делать с сентября. Как бы ни было весело общаться с Поттером и Уизли (особенно с первым), она не хотела и дальше ставить Гермиону в затруднительное положение своим незрелым поведением. Кроме того, она не хотела рисковать переводом в другую школу, как бы привлекательно это иногда ни звучало, потому что Хогвартс стал для неё третьим домом - первым и вторым были Малфой-мэнор и замок во Франш-Конте соответственно.       ― Воспринимай это как хочешь, Поттер.       ― Учитывая, кто вы двое, должен ли я упомянуть, как удивлен, что не вижу свой класс в полном беспорядке? ― раздался мягкий голос у входа. Элла чуть не подпрыгнула, когда повернулась лицом к профессору Снейпу.       Она смущенно улыбнулась.       ― Нет, профессор.       ― Тогда, думаю, вам двоим пора уходить. Уже поздно. А теперь уходите!       Элла и Поттер ушли, они неловко стояли рядом друг с другом, когда дверь захлопнулась.       ― Малфой, ― позвал Поттер. Элла встретила его взгляд и увидела странную серьезность в его слишком зеленых глазах. ― Я просто хочу сказать...       Он сделал паузу, нервно сглотнув, и зашаркал ботинком по полу. Элла лишь молча ждала.       ― Я хочу сказать... неважно, ― Поттер беспомощно пожал плечами.       ― Правда? ― Элла ощутила странное чувство разочарования. Что бы он ни хотел сказать, это звучало важно, но по какой-то причине он никак не мог закончить.       ― Да.       Элла поджала губы.       ― Тогда ладно.       ― Я смогу сдержать свой гнев, если ты избавишься от этих значков. Если ты действительно думала, что это привлечет внимание людей к Седрику, а не ко мне, то ты ошиблась, ― сказал Поттер.       ― Может, я и создала их, но это не мне решать. Это Пэнси распространила их, и я не могу изменить мнение людей о тебе. Если они хотят сохранить значки, то пусть сохраняют. Кроме того, ― Элла достала свой значок «Злости нет» (так она стала называть его в голове) и дразняще помахала им, ― мне кажется, это забавно. По-детски, но забавно создать и видеть их почти на всех.       ― Но я же не воняю в буквальном смысле.       ― Нет, не воняешь, ― Элла почти хотела улыбнуться.       Лицо Поттера исказилось.       ― Ты ведь не нюхала меня, правда?       ― О Мерлин, нет! ― решительно отрицала Элла. Если она и нюхала, то это не касалось Поттера, даже если речь шла о том, как он пахнет. Не то чтобы она знала, чем от него пахнет, потому что на самом деле она не знала.       Поттер выглядел так, словно собирался что-то сказать, но промолчал. Он с сомнением кивнул, и Элла скрестила руки.       ― У меня больше нет к тебе никаких дел, ― заявила она. ― А теперь уходи, или я заставлю профессора Снейпа продлить тебе срок наказания!       Она развернулась и практически почувствовала его взгляд на своей спине, когда направилась в общую комнату Слизерина.       Однако, находясь в вежливом настроении, она остановилась. Каким-то образом она могла определить, что Поттер все еще находится на прежнем месте.       Не поворачивая головы, она сказала:       ― Что бы Турнир ни подкинул тебе, ты справишься. Ты слишком упрям, чтобы умереть. Думаю, это было установлено еще три года назад.       ― Хорошо? ― услышала она слова Поттера, в его голосе слышалось замешательство. ― Спасибо?       Элла хмыкнула и продолжила идти. Больше между ними не было произнесено ни слова.

~-~-.-°* ⭐️ *°-.-~-~

      ― Я все еще не думаю, что Грейнджер такая уж «потрясающе красивая» девушка, ― ворчала Пэнси, энергично намазывая маслом тост.       ― А я по-прежнему не думаю, что Поттер «нашел в ней любовь», ― сказала Элла, хихикая над мрачным взглядом Пэнси.       Прошло уже несколько дней с момента выхода статьи, а люди все еще обсуждали ее. Лично Элле она показалась забавной, потому что в ней в основном описывалась так называемая душещипательная история Поттера, а не другие чемпионы, а упоминание о Гермионе было просто уморительным бонусом. Она знала, что Гермиона воспринимает Поттера только как друга, а если уж на то пошло, то она может испытывать какие-то чувства к Уизли, если судить по ее письмам и поведению, несмотря на то, насколько недостойным ее возможной привязанности был этот придурок, но Скитер, похоже, считала иначе.       ― Очевидно, нет, ― Пэнси закатила глаза. ― Не тогда, когда он так явно смотрит на Чанг почти все время.       ― Если только он не следит за Эллой, ― рассмеялась Дафна. ― Бедный дурак, его смущают две девушки!       Элла фыркнула.       ― Я так не считаю, но я точно знаю, что он влюблен в Чанг примерно с нашего третьего курса. Девушка просто слишком сосредоточена на Диггори, чтобы заметить это.       ― Это любовный треугольник! ― усмехнулась Трейси. ― Ну, любовный квадрат, если считать тебя.       ― Определенно без меня, ― настаивала Элла.       Это была абсурдная идея. Во-первых, она могла добиться большего, и она знала, что может заполучить кого угодно, если постарается. Однако она не была уверена, что отец скажет о том, что она соблазняет всех студентов. Кроме того, она ненавидела Поттера и наоборот. И снова Элла старалась избавиться от этих чувств, чтобы упростить беспорядок, которым была ее жизнь.       К сожалению, значки «Злости нет» усложняли ситуацию, поскольку люди по-прежнему отказывались их снимать - более того, они с гордостью демонстрировали их всякий раз, когда Поттер и его друзья проходили мимо. Элла ничего не могла с этим поделать, но она и Дафна перестали носить значки просто потому, что они были (1) неловкими, (2) немодными и (3) детскими, по крайней мере, Гермиона выглядела успокоенной, когда заметила пропажу значка Эллы, и не стала настаивать на обострении ситуации, позволив значку Г. А. В. Н. Э. остаться неиспользованным, к ее разочарованию. Как бы то ни было, значительная часть школы носила значки Эллы как орден, и они с гордостью демонстрировали их Диггори. Хуже всего было то, что дополнительные значки были выданы, чтобы подбодрить Диггори за первое задание, которое было сегодня. Поттер и Гермиона постоянно исчезали до начала задания, предположительно, чтобы потренироваться перед ним. Элла задалась вопросом, что это за задание, и на мгновение пожалела Поттера за то, что он ввязался в опасный турнир для семикурсников.       Элла получила ответы на свои вопросы, когда вместе с друзьями расположилась на трибуне. Под ними находился вольер с четырьмя разными драконами. Насколько она помнила, это были Валлийский зелёный дракон, Шведский короткорылый дракон, Китайский огненный шар и Венгерский хвосторог. Ее глаза округлились, интерес возрос. Какая-то часть ее души была взволнована возможностью увидеть драконов вблизи, но она хорошо скрывала это и сосредоточилась на Людо Бэгмене, который вышел из палатки, где, вероятно, находились чемпионы. Он устроился на комментаторской трибуне и усилил свой голос. Элла переместилась на свое место, оказавшись рядом с Пэнси и Дафной.       ― Добро пожаловать на Турнир Трех Волшебников! ― объявил Бэгмен. ― Уверен, вы уже догадались о сегодняшнем задании для наших четырех чемпионов: драконы!       Толпа одобрительно загудела.       ― Нашему первому чемпиону предстоит сразиться со Шведский короткорылым драконом, поэтому без лишних слов я приветствую мистера Диггори!       Диггори вошел в вольер, и аплодисменты стали еще громче. Несколько студентов подбросили в воздух свои значки «Strop Disposal", наблюдая за тем, как Диггори сражается со Шведским короткорылым драконом. Рядом с Дафной послышались крики Трейси и возбужденные возгласы хаффлпаффцев.       Серебристо-голубая чешуя дракона угрожающе поблескивала, и он зарычал, сгорбившись над яйцами, защищая их. Одно яйцо светилось ярким холодным светом, в отличие от более тусклой скорлупы настоящей кладки.       ― Как вы видите, ― сказал Бэгмен, ― задача состоит в том, чтобы забрать у дракона золотое яйцо. Чемпион не должен причинить вреда настоящим яйцам и их родителям, проявив при этом знания и творческий подход к противостоянию дракону - настоящее испытание на смелость, должен сказать!       С ревом Шведский короткорылый дракон выстрелил из пасти голубым пламенем, и битва началась. Диггори увернулся от пламени и произнес мощное заклинание Протего, когда на него обрушилась еще одна волна пламени. Он поднял палочку, и стая птиц с громким криком налетела на дракона. Толпа ахнула, когда Диггори помчался вокруг дракона, которого отвлекли птицы.       ― Блестящее заклинание! ― заявил Бэгмен. ― А, и он бросается вперед, пока дракон отвлечен. Простая, но эффективная стратегия, по-видимому!       Диггори оказался перед золотым яйцом. К сожалению, птицы исчезли, и Шведский короткорылый дракон заметил присутствие Диггори. Он зарычал и взмахнул хвостом как раз в тот момент, когда Диггори коснулся золотого яйца.       Бэгмен поморщился, глядя, как Диггори уворачивается и катится прочь.       — О, промахнулся, совсем чуть и все бы получилось.       Когда Шведский короткорылый дракон наклонился, чтобы укусить Диггори, тот крикнул:       ― Люмос Солем!       Элла и Пэнси закричали, когда дракон зарычал, и его пасть обрушилась на Диггори. Несмотря на мгновенную слепоту, он явно зацепил его.       ― Умный ход, жаль, что не сработал! ― воскликнул Бэгмен.       Борьба продолжалась, и Диггори пришлось отступить и применить различные заклинания уровня Ж. А. Б. А. и выше. Один из способов заключался в очередной попытке отвлечь внимание: с помощью безупречной трансфигурации камень превратился в собаку, которую он левитировл подальше от яиц. Некоторые заклинания были незнакомы Элле, но их было интересно изучить.       В конце концов Диггори, обойдя дракона с помощью трансфигурированной собаки, вернулся к кладке яиц, но попал под огонь дракона, так что в итоге получил несколько ожогов, когда Шведский короткорылый дракон вновь сосредоточился на нем. Наконец Диггори выхватил золотое яйцо, увернувшись от взмаха острых когтей, и победоносно поднял его. Ученики вскочили на ноги и радостно закричали.       Голос Эллы был заглушен, когда студенты выражали свою поддержку криками или кричалками. Если бы она не привыкла к шуму матча по квиддичу, она бы закрывала уши на протяжении всего задания.       ― У него получилось! У него получилось! ― кричал Бэгмен. ― Действительно, очень хорошо! А теперь оценки от судей!       Элла наблюдала, как из палочек судей вылетают цифры. Оценка Диггори была достаточно высокой, но Каркаров выбрал для Диггори низкий балл.       ― Пока неплохо! ― сказала Пэнси, с усмешкой наблюдая, как Диггори выходит из загона. ― Видели, как он перепрыгнул через хвост дракона и скрылся? Это было так плавно, и он выглядел просто восхитительно, когда крутился вокруг пламени!       ― Один прошел, осталось три! ― объявил Бэгмен, прежде чем Пэнси успела продолжить. ― Мисс Делакур, прошу вас!       Элла одобрительно закивала, а Пэнси освистала. Несколько мальчиков тоже хлопали и радостно кричали.       В загон вошла дрожащая Флёр. На неё с рёвом набросился назначенный ей дракон - Валлийский зелёный. Он был самым маленьким из четырех драконов, но все равно очень опасным. Флер задрожала еще сильнее, но потом, глубоко вздохнув, взяла себя в руки. Подняв палочку, она решительно встала на ноги и начала отталкивать дракона, но это мало что дало, кроме того, что отбросило его на несколько шагов от кладки и разозлило.       ― О, я не уверен, что это было разумно! ― сказал Бэгмен. ― Отличное Флиппендо Максима, но по отношению к такому устойчивому к магии существу, как дракон, это не более чем толчок!       Флёр наложила Замораживающие чары, когда в неё полетела струя огня. Она хихикнула и исчезла в приступах мелодичного смеха. Дракон обнюхал местность и ударил хвостом по барьеру. Он держался на небольшом расстоянии от яиц, но этого хватило Флер, чтобы заключить Валлийского зелёного дракона в пузырь.       Затем последовало творческое проявление магии, более яркое, чем у Диггори, но менее сильное. Однако Флёр удалось добыть золотое яйцо так же долго, как и Диггори, и толпа рукоплескала, когда она держала его в руках. Единственная проблема была в том, что она ввела в дремоту дракона, и когда тот захрапел, он поджег ее юбку. Флер махала рукой, сияя от гордости за свой успех. Несколько студентов были очарованы красотой Флер и разочарованно застонали, когда она уверенной походкой вышла из вольера.       Третьим чемпионом стал Крам, которому предстояло сразиться с Китайским огненным. Это означало лишь...       ― Поттер выходит против Венгерского хвосторога, ― вздохнула Элла.       То, что она пожелала Поттеру удачи несколько дней назад, было смехотворно по сравнению с серьезностью ситуации. Пэнси и Дафна, похоже, услышали, потому что посмотрели на нее в замешательстве. Элла сглотнула.       ― Венгерский хвосторог - вы видели этого черного дракона? - самый крупный из всех. Считается, что это один из самых опасных видов драконов в мире.       ― Поттеру достался самый опасный дракон, ― проговорила Дафна.       Крам быстро произнес заклинание дымовой завесы, а затем, когда его силуэт исчез, наложил Дезиллюминационные чары. В толпе воцарилась тревожная тишина, а Китайский огненный шар кружил вокруг своей кладки. В течение, казалось, целой вечности ничего не происходило, и люди затаили дыхание в ожидании следующего хода Крама и дракона.       Все ахнули, когда Крам вновь появился перед Огненным шаром. Он направил свою палочку на дракона и прокричал проклятие Коньюнктивитус. Огненный шар закричал в агонии и скорчился на земле.       ― Очень смело! ― удивленно воскликнул Бэгмен, глядя, как Крам уклоняется от трепыхающегося Огненного шара. ― Вот это смелость! И да, у него есть яйцо!       Крам забрал свое золотое яйцо и скрылся как раз в тот момент, когда Огненный шар приземлился на свою кладку, легко уничтожив по меньшей мере половину яиц. Тем временем толпа аплодировала усилиям Крама, которые были наименее сложными и наиболее простыми.       ― Кажется, Крам потерял несколько очков за уничтожение настоящих яиц, но, тем не менее, он предпринял смелую попытку заполучить свое золотое яйцо. Он определенно знал, как выполнить задание! — объяснил Бэгмен. Элла заметила, как он усмехнулся. ― И вот, наконец, наш неожиданный четвертый чемпион: мистер Поттер!       Несколько студентов зашумели, но многие зааплодировали. Гриффиндорцы с гордостью поддерживали Поттера, в то время как хаффлпаффцы слишком охотно высмеивали Поттера, показывая свои значки.       ― Ха, посмотрите на его дракона! ― крикнул Эдриан Пьюси с места позади Эллы. Она готова была поспорить на свой самый дорогой браслет, что он злорадно ухмыляется. ― Он ведь умрет раньше, чем что-то сделает, правда?       Когда Поттер вошел в загон, сердце Эллы нервно заколотилось. Как бы она ни ненавидела Поттера, он был слишком молод, чтобы участвовать в соревнованиях. Она надеялась, что Гермиона ему достаточно помогла, ведь Турнир не был рассчитан на несовершеннолетних учеников - даже трое старших участников испытывали трудности, а Поттеру пришлось иметь дело с Венгерским хвосторогом       Элла наклонилась вперед, наблюдая за тем, как Поттер поднимает палочку. Она недоверчиво уставилась на него, гадая, что он собирается делать.       ― Акцио, Молния! ― крикнул он, и несколько мгновений ничего не происходило.       Затем его Молния метнулась к нему и остановилась, зависнув рядом с ним. Среди толпы раздались голоса, выражающие удивление.       ― Призывающие чары! ― воскликнул Бэгмен. ― Для Молнии! Дорогая, но замечательная модель, использовавшаяся на Кубке мира по квиддичу, которую также комментировал ваш друг! Поттер, должно быть, настоящий игрок в квиддич, раз может владеть такой метлой — о, и он летит вверх!       Поттер быстро сел на метлу и взлетел в воздух. Он летел все выше и выше, проносясь над Хвосторогом и трибунами.       ― Он относится к этому как к квиддичу! ― потрясенно сказала Пэнси.       Далекая фигура Поттера замерла, и Элла могла только догадываться, о чем он думает.       Элла вскрикнула, когда Поттер сдвинулся с места, и его фигура стремительно опустилась в крутое пикирование. Он продолжал набирать скорость, проносясь вниз по небу. Когда он приблизился к земле, он резко выпрямился, и хвост его метлы защекотал пыльную землю. Хвосторог выпустил в сторону Поттера струю огня, от которой тот легко уклонился, свернув в сторону и плавно перекатившись. Если бы в соревнованиях участвовала Элла, она бы не стала так безрассудно летать вокруг дракона и совершать безумные нырки. Впрочем, она не была гриффиндоркой.       ― Отличный нырок, он умеет летать! ― воскликнул Бэгмен. ― Вы это смотрите, мистер Крам?       Поттер продолжал уворачиваться от Хвосторога, и ему удавалось уклоняться от каждой атаки, пока его не ударил хвост. Шипы разорвали его мантию и оцарапали плечо. На трибунах раздались крики, и Элла призналась только себе, что один из них исходил от нее. К счастью, Поттер быстро отмахнулся от боли, что означало, что порез был не таким уж сильным или что он слишком привык к травмам, связанным с полетами (Элла могла перечислить их с ходу).       К несчастью для Поттера, Хвострог оставался на месте, даже когда Поттер продолжал дразнить его каждым умелым движением. Однако он не сводил с него своих острых желтых глаз, защищая яйца. Поттер продолжал лететь, постоянно приближаясь к Хвосторогу и взмывая ввысь. Это была смелая тактика, которую Элла ожидала от него, и она напоминала ей то, с чем она иногда сравнивала его: назойливая муха, жужжащая вокруг, только и ждущая, чтобы её прихлопнули.       Минуты летели (без каламбура), и Хвосторогу пришлось подчиниться назойливому Поттеру. Темные крылья широко распахнулись, и дракон приготовился взлететь. Элла почувствовала прилив сочувствия к дракону - бедный Хвосторог был не единственным, кого Поттер постоянно донимал до изнеможения. В данный момент, какой бы интересной ни была тактика Поттера, она не знала, за кого болеть. Антиподовый Опаловый Глаз был одним из любимых видов Эллы, но Венгерский хвосторог был великолепен тем, что выглядел по-настоящему грозным. Кроме того, они были одними из самых умных драконов, и это было видно по тому, как они вели себя в окружении таких угроз, как Поттер. Тот, что был перед Поттером, уже был готов к полету, но все еще пытался сохранить яйца в безопасности.       Но Поттер снова оказался слишком назойливым.       Хвосторог был готов последовать за Поттером, но ему потребовалось слишком много времени, чтобы подготовиться. Быстро нырнув, Поттер нацелился на золотое яйцо. Маневр был не таким простым, как в первый раз, так как он не летел с большой высоты. Однако Поттер, похоже, смирился с этим фактом и даже освободил обе руки от метлы, готовый схватить золотое яйцо, как будто это был гигантский снитч.       ― Он поймал его! ― закричала Элла, когда Поттер вынырнул из нырка с золотым яйцом под мышкой. Она отчаянно хотела встать, почти не в силах сдержать свое волнение. Это было похоже на просмотр чемпионата мира по квиддичу, и именно благодаря чрезмерной смелости Поттера она ощутила прилив сил, который возникает при наблюдении за победой. Ей казалось, что это она летит, но она знала, что у нее не хватило бы смелости взлететь так стремительно.       Поттер пролетел над трибунами, дико ухмыляясь, когда пронесся мимо Эллы. Бэгмен что-то кричал толпе, но Элле было все равно. Все ее внимание было приковано к Поттеру, который приземлился перед профессором Макгонагалл, Грюмом и Хагридом.       ― Его волосы в еще большем беспорядке, чем есть на самом деле, — пробормотала она вслух, наблюдая, как Поттер выходит из арены.       Когда пришло время объявлять счет, все ждали с затаенным дыханием. Как и другим чемпионам, кроме Крама, Каркаров поставил низкий бал. В итоге счет оказался равным с Крамом. Это было неудивительно, учитывая, что Поттер был воплощением смелости, да и просто потому, что из почти невозможных ситуаций, в которых он оказывался, как правило, выходило что-то хорошее.       Элла опустилась на свое место.       ― Когда-нибудь этот мальчишка заставит кого-нибудь умереть от шока.       ― Это Поттер, ― сказала Дафна, как будто это все объясняло. Так оно и было.       ― Мне жаль Чанг, ― добавила Элла. ― Сердце этой девушки слишком слабо для него. По крайней мере, она, похоже, нацелилась на Диггори.       Пэнси хихикнула.       ― Любовный треугольник!       ― Я слышала, гриффиндорцы будут праздновать, ― размышляла Дафна, помогая Элле и Пэнси подняться со своих мест. Все уже возвращались в замок, непрерывно обсуждая первое задание. ― Только они и болельщики. Мне кажется, что я скоро оглохну от этой суматохи.       ― У тебя уже три года опыта наблюдения за громкими матчами по квиддичу, ― рассмеялась Элла. ― Пойдемте.       Взгляды Гермионы и Эллы встретились, и они обменялись улыбками, следуя за своими друзьями в замок.

~•~•.•°* ⭐️ *°•.•~•~

      В выходные Элла зашла на кухню после обеда. С ней была Полумна, так как она решила, что на этот день лучше остаться в школе.       ― Мисс Элла! ― радостно пискнул домовой эльф, когда Элла и Полумна вошли в кухню. ― Как давно мы не виделись! Да еще и с другом!       ― Это Полумна, ― представила Элла, и Луна помахала рукой. ― Вы случайно не знаете домового эльфа по имени Добби? Мне сказали, что он недавно начал здесь работать.       ― Добби? ― прошипел другой домовой эльф. Элла кивнула. ― О, этот Добби. Он плохой эльф, раз ему платят за работу! Но нет, Добби здесь нет, мисс. Он забирает нового работника, но они еще не вернулись.       Элла разочарованно улыбнулась.       ― Какие пирожные вы можете приготовить? ― мечтательно спросила Полумна.       Многочисленные головы повернулись к Полумне, и громкие голоса ответили дружным эхом, пока домовые эльфы описывали различные рецепты. Когда Луна отвлеклась, Элла попросила яблочный пирог.       Жуя пирог, Элла размышляла, стоит ли ей в ближайшее время снова посетить кухню. Она хотела увидеть Добби, и ей было любопытно узнать об этом новом домовике. Удовлетворенная улыбка не сходила с ее губ, когда она наблюдала за Полумной в центре толпы домовых эльфов, пробующей тарелки с французскими сладостями. Знакомство с кухней было очень полезным, и в данный момент ей было все равно, каким образом отцу удалось об этом узнать. Она подумывала о том, чтобы взять с собой Гермиону, но беспокоилась о том, что может случиться с бедными домовыми эльфами в связи с развернувшейся кампанией Г. А. В. Н. Э.       В конце концов Элла сжалилась над Гермионой и провела ее на кухню несколько дней спустя. Поттер все еще наслаждался своим воссоединением с Уизли, поэтому Гермиона могла на время исчезнуть.       ― Как давно ты знаешь об этом месте? ― с трепетом спросила Гермиона, оглядывая кухню. Она нахмурилась, увидев занятых домовых эльфов.       ― С третьего курса, ― ответила Элла. ― Недавно я привела сюда еще одного друга, ― она улыбнулась, когда домовые заметили их, и они бросились к ним. ― Проси все, что хочешь, и они дадут тебе это.       Гермиона решительно покачала головой.       ― Ни в коем случае! Ты только посмотри на них! Они целыми днями сидят здесь, чтобы служить нам! Мы не должны нагружать их больше, чем уже обременяем!       ― Мисс Элла вернулась! ― радостно крикнул домовой эльф. ― С еще одним другом! А мисс Луна сегодня не придет?       ― Нет, ― ответила Элла. ― Это Гермиона. Она очень любопытна к вашему роду.       ― Вы все счастливы? ― быстро спросила Гермиона. ― Вам действительно не платят? Как вы можете справляться...       ― Мисс Элла! ― крикнул знакомый голос. Элла окинула взглядом рой домовых эльфов и широко улыбнулась, увидев своего любимого домовика.       ― Добби! ― позвала она. Добби вынырнул из толпы эльфов и ухватился за её ноги.       ― Добби так рад видеть мисс Эллу! ― радостно воскликнул он.       Элла присела на корточки и ответила на его объятия.       ― Это были долгие месяцы, ― сказала она. ― Как ты поживаешь? Я слышала, ты привел с собой еще одного эльфа.       ― Добби уже говорил мисс Элле, что должен был отправиться в Хогвартс позже, но он нашел работу раньше, ― сказал Добби. Он махнул рукой, и вперед вышел другой домовой эльф. ― Добби отправился за Винки и вернулся сегодня. Ей нужно где-то остановиться.       Элла хмыкнула, внимательно разглядывая нового домового эльфа. Винки показалась ей знакомой, но Элла не могла вспомнить, где видела ее раньше. Тем не менее Винки выглядела тревожно. По сравнению с другими домовыми эльфами она выглядела неухоженной и готовой в любой момент покориться смерти.       Позади Элла услышала, как Гермиона вздохнула, тоже заметив Винки.       ― Приятно познакомиться, ― мягко поприветствовала Элла. В глазах Винки блестели непролитые слезы. ― Надеюсь, Хогвартс станет для тебя прекрасным домом.       При этих словах она всхлипнула, и слезы полились из ее карих глаз. Элла лишь неловко наблюдала за тем, как Винки плачет, не выпуская Добби из рук. Было слышно, как Гермиона в панике пробормотала что-то и метнулась к Винки.       ― От Винки тоже отреклись, — громко прошептал Добби. Винки только сильнее зарыдала. ― Добби считает, что Винки сможет найти дом в Хогвартсе. Добби уехал на время, чтобы найти ее, и профессор Дамблдор разрешил ей работать.       ― Это здорово, Элла! ― сказала Гермиона, решительно глядя на домовых эльфов. ― Я смогу достичь своих целей с помощью всех этих эльфов. Я покажу и научу их, что они ценны как живые существа, вот увидишь!       Элла и вправду не знала хочет ли она это увидеть.       ― Хорошо, ― согласилась она.       Как и в прошлый раз, она попросила яблочный пирог. Пока Элла ела, она наблюдала за тем, как Гермиона пытается утешить Винки, но безуспешно. Рядом с Эллой Добби рассказывал о своих делах за последние несколько месяцев. Иногда она подумывала о том, чтобы подолгу оставаться на кухне. В Хогвартсе было так шумно из-за всей этой суматохи с заданиями и присутствия иностранных студентов. Пэнси также не могла заткнуться из-за мальчиков из Шармбатона, и было много случаев, когда ее ловили на флирте с ними. Был даже один день, когда Элла и Дафна пытались найти Пэнси и стали свидетелями того, как она пожирала лицо мальчика в голубой мантии. Элла решила, что в тот день у нее появилась новая душевная рана.       Один мальчик из Шармбатона даже попытался подойти к ней, но она убежала к Флер прежде, чем он успел сделать хоть одно телодвижение, которое, скорее всего, вызвало бы заклинание целомудрия отца.       К счастью, Элла обычно проводила время с Гермионой, пока Поттер и Уизли наверстывали упущенное время. Они устраивались на своем обычном месте в библиотеке, но всякий раз, когда Гермиона переходила на свободное место, Крам оказывался рядом. Элла всегда видела его со свитой девушек, а Гермиона принимала раздраженное выражение лица, прежде чем вернуться и присоединиться к Элле за их скрытым столиком.       ― Я собираюсь показать Гарри и Рону это место, ― внезапно объявила Гермиона. Элла вынырнула из своих мыслей и усмехнулась.       ― Зачем?       ― Я знаю, что им будет интересно побывать здесь, ― ответила Гермиона, ― и я уверена, что Гарри будет рад снова увидеть Добби. Близнецы Уизли сначала собирались показать мне, но я не решилась прислушаться к их словам. Я также считала, что студентам не следует посещать кухню.       ― Я думаю, Уизли просто используют их для еды, ― проворчала Элла. ― И очевидно, что ты изменила свое мнение.       ― Гарри Поттер! ― воскликнул Добби. ― Гарри Поттер придет сюда? Добби хочет его увидеть!        Элла закатила глаза.       ― Скоро, ― заверила Гермиона. ― Мне просто нужно провести небольшое исследование и выбрать свою позицию, прежде чем я покажу им. Они будут рады этому открытию, я уверена.       ― Только сделай так, чтобы они не видели меня здесь, ― сказала Элла.       ― На следующей неделе я приведу их, ― предупредила Гермиона.       Когда наступила эта неделя, Гермиона рассказала об этом Элле. Это было сообщение, переданное шёпотом во время урока Ухода за магическими существами, который теперь включал в себя десять соплохвостов. На протяжении всех недель соплохвостовы убивали друг друга, что несказанно радовало Эллу, когда сменялся каждый «урок».       Как обычно, занятие заканчивалось катастрофой, поскольку оставшиеся в живых соплохвосты оказались длиной около шести футов. Хагрид попытался выяснить, не впали ли они в спячку, но Элла, спасаясь от катастрофы, убежала в хижину вместе со своими мясными щитами Крэббом и Гойлом. В это время Рита Скитер даже осчастливила их своим назойливым присутствием, только чтобы поговорить с Поттером.       Но даже тогда казалось, что все станет еще более насыщенным.       Однажды вечером профессор Снейп собрал весь факультет Слизерин в общей комнате. Он стоял перед ними с мрачным выражением лица. Элла расположилась между Трейси и Пэнси, стоявшими позади любопытных первокурсников.       ― Хотя я вызвал вас всех, ― начал профессор Снейп, ― я обращаюсь в основном к старшим ученикам. Я знаю, что вам было велено принести парадные мантии. Это связано с тем, что Хогвартс имеет неудовольствие устраивать Йольский бал, сопровождающий Турнир Трех Волшебников. Это возможность, ― усмехнулся он, ― установить связи с иностранными делегатами. На балу могут присутствовать только четверокурсники и старше, но младшие студенты могут быть приглашены в качестве сопровождающих. Вопросы, к сожалению, принимаются во внимание.       Начались перешептывания, особенно среди женского пола. Взволнованное хихиканье эхом разносилось по общей комнате, а Пэнси, казалось, сдерживала крик.       ― Да, мисс Гринграсс? ― профессор Снейп поднял бровь, глядя на поднятую руку Дафны.       ― Во сколько начинается бал, сэр? ― спросила Дафна.       ― Бал длится с восьми часов до полуночи. Уверен, вы все знаете, когда состоится Йольский бал?       ― Двадцать пятого, ― весело прошептала Трейси.       Когда никто не задал больше ни одного вопроса, профессор Снейп продолжил свое объявление.       ― Напоследок, считайте, что вам повезло, поскольку чемпионы должны танцевать вступительный танец. Однако я ожидаю, что вы все будете вести себя с должным приличием, в котором, как я знаю, вас воспитывали. Некоторые из вас уже были знакомы с подобными мероприятиями, поэтому мне не нужно напоминать вам о том, что ожидается от бала. На этом все, и я по-прежнему рассчитываю, что вы будете соблюдать комендантский час.       Драматично взмахнув мантией, профессор Снейп вышел из общей комнаты. Студенты остались одни, а младшекурсники переговаривались в надежде, что их пригласят на бал.       Наконец Пэнси издала пронзительный визг.       ― Это замечательно! В этой ужасной школе наконец-то появилось что-то стоящее!       ― У тебя есть пара на примете? ― взволнованно спросила Трейси.       Пэнси усмехнулась.       ― Я надеюсь на кого-нибудь из Шармбатона, но не отказалась бы и от слизеринца, особенно симпатичного.       ― А ты, Элла? ― Трейси с хихиканьем повернулась к Элле. ― Кто-нибудь конкретный?       Элла уже собиралась ответить, но ее прервали.       ― Это я, ― сказал Эдриан Пьюси, высокомерно ухмыляясь. Он придвинулся к Элле и даже попытался обхватить ее за плечи, но она отстранилась от него. ― Правда, Малфой?       ― Нет, ― грубо ответила Элла, неодобрительно фыркнув. ― А теперь проваливай.       ― Жестко, ― хмыкнула Миллисент из-за спины Дафны. Все смотрели, как Пьюси топает прочь.       ― За это время их станет больше, ― догадалась Дафна.       ― Очевидно, ― хмыкнула Пэнси. ― Мы - красотки! Людям повезло, что мы у них есть.       Трейси усмехнулась.       ― В кои-то веки хорошо, что мы получили уроки полового воспитания...       ― Мы не говорим об этом! ― Элла прервала ее, улыбаясь слишком широко, чтобы это можно было считать нормальным. ― Ну, думаю, мне пора спать.              ― Ты уверена? — спросила Трейси. ― У нас еще час до комендантского часа.       Элла пренебрежительно махнула рукой. Она удалилась в общежитие, решив приготовиться к натиску предложений о свидании.