От тьмы до солнца одна ночь

      Эндрю стоял на краю озера, чувствуя, как магия внутри него беспокойно ворочается и едва ли не мечется. Раньше он бы просто выпустил ее, чтобы та не отвлекала и не нервировала, но теперь… это и правда походило на отражение чувств Натаниэля, который, как ведьмак знал, замер у него за спиной ожидая. Миньярд знал себя. Он был сосредоточен, спокоен и думал. Это мельтешение внутри совсем не походило на него. А вот Веснински… Он не был уверен, не мог быть, и все же если его теория верна… Для обычных ведьм и ведьмаков потеря контроля означала разбитый стакан или вазу. Для Эндрю потеря контроля означала возможные смерти, катаклизмы и еще бог знает что. Если его теория была верна, Натаниэль сейчас куда больше управлял состоянием его магии, чем сам блондин. А самое раздражающее, что даже проверить это он до конца не мог. Всегда оставалась вероятность того, что подобное поведение магии — результат трех его смертей и всех тех разов, когда он ломал себя. Возможно, его силы просто насколько сепарировались от него самого после выброса и имели свое мнение касательно всего. Голова начинала гудеть от обилия мыслей, и Миньярд обреченно рухнул на ближайшее поваленное дерево. — Ты злишься. — Точно, нюх, как я мог забыть, — проворчал себе под нос Эндрю, слыша приближающиеся шаги. — Что произошло в кабинете Дэвида? — Нат присел перед ним на корточки, заглядывая в глаза, стараясь не давить, но даже без волчьего обоняния Миньярд видел, насколько тот жаждет получить ответы.       Первым желанием было послать оборотня прогуляться, потому что ему, черт возьми, нужно было понять что теперь делать, но Эндрю сдержался. Он не мог заставить «это» между ними работать просто отдавая рыжему приказы, даже если тот будет слушаться. И это была не только его проблема. Они были повязаны. Навсегда. Если только один из них, как и сказал Ваймак, не откажется от связи, при этом покалечив обоих своим решением. Миньярд поступать так не собирался. В нем не было достаточно жестокости, чтобы обрекать себя и Ната на подобное существование. Он просто слишком давно был один, чтобы сразу знать, как поступить, живя с кем-то в тандеме. — Я пришел к Дэвиду, чтобы поговорить, — вздохнул Эндрю, соскальзывая с дерева на траву, давая понять, что расскажет и это займет время. Оборотень, поняв его без слов, опустился напротив, скрестив ногу по-турецки и коленями касаясь носков ботинок ведьмака. — Я планировал купить себе машину, чтобы не заставлять других возить меня в город, еще кое-какие вещи и подать документы в университет на заочное обучение. Для этого мне нужно было, чтобы Дэвид или кто-то еще из стаи повозили меня в город. Это была первая тема разговора, — Нат кивнул, подтверждая, что слушает, но Эндрю и так это знал. По этим сине-голубым глазам, что смотрели прямо на него, гипнотизируя. — Второе — я хотел узнать больше о парах. Я не спросил тебя, потому что мне нужны были сухие факты, — опередил вопрос Миньярд, — и потому что я знаю, насколько такой разговор между нами был бы неловким и странным. — Справедливо, — вздохнул рыжий, криво усмехнувшись. — Я хотел понять, как это работает. Понять, что тебе может быть нужно. Что может быть нужно мне. Как мы можем сделать это комфортным и удобным для обоих, — он видел, как Натаниэль открыл было рот, чтобы возразить и, вероятно, сказать что-то вроде: «тебе не нужно это делать» — но переборол себя, продолжая слушать. — И пока Дэвид рассказывал, у меня появилась теория, подтвержденная моими наблюдениями. Я не волк и не чувствую этот мир, как ты. Но я и не просто человек. Моя магия после выброса ведет себя странно. Я списывал это на период восстановления, но… Есть вероятность, что, как ты чувствуешь мои эмоции по запаху, так моя магия отражает твои, — как можно проще постарался объяснить он. — После того, как я пришел в себя, магии во мне почти не было. Но в последнее полнолуние… Сколько я могу вспомнить и даже сейчас, моя магия словно живет своей жизнью. Не всегда так ярко и яростно, но и до полного восстановления мне еще далеко. — Поэтому ты запаниковал. И очень сильно. — Даже сейчас во мне сил хватит, чтобы устроить землетрясение в добрые семь баллов, — Эндрю не знал, какое именно у него сейчас было выражение лица, но чувствовал он себя загнанным в угол зверьком. Паршиво. — А это еще не вся моя магия. Я приумножал себя каждый раз, когда умирал. Если это вырвется из меня… Я уничтожу все вокруг. И тебя, и дом, и стаю, и город. — Я знаю, — просто ответил Натаниэль опустив взгляд в землю, застав этими словами блондина врасплох. — Я был там, когда у тебя произошел выброс, Эндрю. Я знаю на что ты способен. — Проблема в том, что, — чувствуя напряжение, он выпустил свою магию, и она привычными золотыми лентами завилась вокруг них, — даже проверить это я не могу. Моя магия могла отделиться и обрести что-то вроде собственного разума после стольких смертей, разношерстных направлений и… — Эндрю устало потер лицо рукой, стараясь не уходить на второй виток. — Я просто пока что не знаю что делать, но точно не хочу никому случайно причинить вреда. — Мне уйти? — Нет, — слишком быстро ответил он, едва удержав собственные руки от того, чтобы ухватиться за Натаниэля. — Я просто… всего этого чертовски много, чтобы разобраться, не обращай на меня внимания. Я как был нестабильным ведьмаком, от которого воняет сигаретами, так им и остался. — От тебя не пахнет сигаретами, — повел плечом Веснински, смотря куда-то на гладь озера. — От них осталась только горчинка табака. И я уже говорил, что не могу не обращать на тебя внимание. Плюс, тебе не обязательно разбираться со всем этим самому. Ты больше не один, — Эндрю показалось, что он подавился, но так и не нашел в себе силы сказать хоть слово или даже невербально возразить. — Твоя теория имеет право на жизнь, но, думаю, твой страх неоправдан. — И почему же? — Потому что, — оборотень мягко ему улыбнулся, а потом зачерпнул немного золотистого песка из воздуха, чтобы начать пересыпать его из ладони в ладонь. — Даже если твоя магия отражает мои эмоции, компенсируя отсутствие связующей нити, которая есть у пары волков, она не подчиняется моей воле, потому что я оборотень, а, значит, не выйдет из-под твоего контроля. И, прежде чем ты оспоришь это утверждение, напомню, что я не могу управлять даже той магией, что посадили внутри меня, не то что чьей-то еще. Я могу лишь впитывать в себя чужую. — Тебя и правда совсем не волнует, что я могу быть бомбой замедленного действия, да, мазохист? — криво усмехнулся Эндрю, качая головой. — Я был рядом, когда ты взорвался в последний раз и произошел выброс. Что такого ты еще можешь сделать, чтобы я испугался, позволь спросить? — в вызове вскинул бровь Нат, а его сине-голубые глаза вспыхнули.       Миньярд почувствовал дразнящее шевеление магии в груди, а золотой песок вокруг них заискрился в лучах солнца. Неожиданно он понял, что они сидят совсем вплотную друг к другу, вероятно, ближе, чем когда-либо, когда рыжий был на двух ногах. Он мог приподнять руку и коснуться буйных волос цвета опавшей листвы, если бы захотел. — Много чего.       И это правда было так. Они оба это знали. Вероятно, желай он этого, смог бы призвать призраков всех обидчиков Натаниэля, мог бы дать им тела и вернуть сознания, буквально подняв из мертвых. Сила Эндрю была разрушительной и могущественной, но в то же время… Он не хотел причинять вреда, поэтому Веснински мог играючи поддевать его и подстегивать. Возможно, это и было подсказкой, путем по которому они могли двигаться.

***

      Эндрю так и не смог присоединиться к учебе в университете, потому что Дэвид запретил ему проводить ритуал для изменения памяти работников, убедив в том, что Миньярд прекрасно может побездельничать до середины января. Это было жестоко со стороны альфы, но, учитывая все остальное, ведьмак был вынужден согласиться, купить себе несколько курсов по программированию и начать изучение того, что таит в себе лес вокруг дома. Иногда он натыкался на каких-нибудь тварей, которых неосознанно призывал, один раз заблудился в лабиринте духов, из которого его только на рассвете вытащили Натаниэль, Рене и Кевин, отправившиеся на поиски и нашедшие его лишь потому, что на красного волка не действовала магия, а еще Эндрю нашел старый курган, который пришлось очищать от тьмы. Было весьма утомительно, но все же продуктивно. Все это отвлекало от скуки. Его красный волк же все время был где-то неподалеку, и, даже когда тот был на двух ногах, они привыкли находиться рядом. Безусловно, вся стая заметила изменение в их динамике, но никто благоразумно не высказывался.       Третье полнолуние с волками, в конце сентября, Эндрю не пропустил. На этот раз его «нес» Натаниэль и, в отличие от Рене, он с самого начала был внимателен к скорости, регулируя свои действия так, чтобы ведьмаку на его спине было удобно и комфортно. Все та же поляна, все те же звезды и луна над головой, все те же беснующиеся вокруг оборотни. Только на этот раз силы Миньярда почти полностью вернулись к нему, сознание было чистым, а в голове имелось какое никакое, но все же представление о будущем. Для себя и Эбби Эндрю создал небольшую зону отдыха с матрасами, подушками и одеялами, уйдя ненадолго в лес, собрал ветки для костра, который разжег, запустил по всей огромной поляне светлячков, а для себя достал из взятого с собой рюкзака книгу по рунам, которую заказал и забрал из города пару дней назад. — Ты явно подготовился на этот раз, — улыбнулась блондину Эбби, кутаясь в теплое одеяло, садясь на краю матраса поближе к огню. — Я не люблю холод, не люблю скуку, но знаю, что нужен здесь, — пожал плечами он, доставая из рюкзака большой термос с чаем. — Уж лучше заранее все продумать, чем мучаться добрые тринадцать часов. Хочешь? — он протянул ей одну из алюминиевых кружек. — Не откажусь, — улыбнулась женщина, принимая железный стаканчик, с благодарностью кивая, когда Миньярд налил ей чай, от которого шел пар. — Я не думала, что ты примешь это так просто. — А я должен был брыкаться и отшвыривать то, что по сути выше меня? — Эндрю скептически выгнул бровь, а потом весело фыркнул, отпивая немного чая, который пах травами, собранными собственноручно в лесу, и медом. — Больше всего я презираю глупость и невежество. Если бы это было наложенное кем-то проклятье или чары, я бы просто снял их, но это не так. Не принимать это, было бы сродни отказу от магии, с которой я родился, или отказу подчиняться луне, если ты родился волком. И то, и другое ведет к смерти. — Возможно, ты прав, — задумчиво протянула женщина, глядя на волков, что играли в что-то на подобии догонялок. Ваймак пытался цапнуть хоть кого-то за хвост или заднюю лапу, но пока что у него ничего не выходило. — Я рада, что все сложилось так, и ты решил остаться с нами. — Рановато для сентиментов. Я тут едва ли три месяца, — красный волк, что носился все это время со стаей, быстро отделился от общей массы и за несколько секунд оказался рядом, словно хотел проверить в порядке ли Эндрю. Он обнюхал его с головы до ног, ткнулся носом в щеку и лизнул челюсть. — Что не так? — уже привычным движением Миньярд поймал Ната за шею, чуть почесывая за ушами. Магия вспыхнула в груди блондина и завилась радостным вихрем. — Все хорошо, взрослые разговаривают. Иди дальше носиться с остальными, — волк издал игривый скулеж, а потом, ухватив зубами толстовку Эндрю, требовательно потянул. — Нет, даже не надейся, я ненавижу бегать, — он попытался оттолкнуть Натаниэля, но, разумеется, ничего не вышло, тогда как Эбби рядом засмеялась, ничуть не помогая. — Я не буду с тобой бегать, — отставив чай, который лишь чудом еще не расплескал, Эндрю откинулся на спину, сурово глядя на красного волка. — Все. Я остаюсь тут, — Натаниэль отпустил его толстовку и лег на землю, прижав уши к голове и жалобно заскулив, устремив при этом на ведьмака свои большие умоляющие сине-голубые глаза. — Ты чертов шантажист и манипулятор, — буркнул на него Миньярд, чувствуя, как всем существом хочет сделать то, что от него хотели. — Не смотри на меня так, — словно почувствовав слабость ведьмака, Натаниэль подполз к нему сбоку и лег так, чтобы почти касаться своим носом носа Эндрю, продолжая безмолвно выпрашивать желаемое, метя хвостом землю. — Кажется, он не отстанет от тебя, — с широкой улыбкой на губах, сказала Эбби, как и раньше не спеша помогать ему. — Не вставай на сторону этого попрошайки, — бросил на женщину хмурый взгляд Миньярд, а потом, тяжело вздохнув, снова сел, глядя в полные надежды сине-голубые глаза. — Пять минут, Нат, — волк вскочил на ноги, радостно гавкнув, виляя хвостом из стороны в сторону с безумной скоростью, а светлячки на поляне вспыхнули на несколько секунд ярче, чем прежде. — У тебя не больше пяти минут, понял меня? — кряхтя, как старик, ведьмак поднялся на ноги, скидывая с плеч плед. — И советую не забывать, что я всегда могу швырнуть тебя магией в воду.       Очевидно, Натаниэля такие мелочи не волновали. Он прыгал вокруг Эндрю, как настоящий щенок, виляя хвостом, не в силах дождаться, когда же самый нужный человек начнет игру. И, что ж, Миньярду ничего не оставалось, кроме как побежать, тогда как волк помчался следом. Нату не составляло труда догнать простого человека, что никогда в жизни не мог бы конкурировать со скоростью оборотня, но и блондин не собирался сдаваться так легко, когда его уже подняли с места. Эндрю не стеснялся использовать магию, чтобы подбрасывать собственное тело в воздух, перепрыгивать через других волков, речку, а иногда и самого Веснински, когда тот уже должен был поймать его. Через десять минут к «охоте» Натаниэля присоединились и другие волки стаи, но и им не везло. Несмотря на свое хрупкое и слабое человеческое тело, Миньярд был одним из сильнейших ведьмаков, не обделенный умом и хорошими рефлексами. Уворачиваться от целой стаи оборотней для него было сродни вызову, который тот с азартом принял, совсем забывая о том, что хотел лишь сделать пятиминутное одолжение.       Видя радость своей стаи, Дэвид незаметно отошел от игры и улегся за спиной у Эбби, позволяя ей опереться на свой бок, с удовольствием наблюдая за сумасшедшим и явно новым развлечением своих ребят. Женщина тут же начала поглаживать его черную шерсть, тогда как сама с улыбкой смотрела на то, как Эндрю отвлекает волков иллюзиями зайцев в траве, ныряет в землю, как в воду, чтобы потом выскочить на другой стороне поляны… О, конечно он не любил лишние телодвижения, но еще больше Миньярд не любил скуку. А что может быть веселее, чем тягаться с оборотнями в полнолуние?       В результате Кевин все же оказался в реке. Он так старался поймать Эндрю, что забыл про водяную преграду, которую нужно было перепрыгнуть и просто кубарем скатился туда, под гавкающие и лающие звуки стаи, что явно насмехалась над своим товарищем. Правда, спустя сорок минут безумства ведьмак все же начал сдавать, вымотавшись и устав. Сделав очередной кульбит в воздухе, блондин смог увернуться от прыжка Мэтта, но… его все-таки смог поймать Натаниэль. Оборотень обхватил тело человека передними лапами и рухнул на землю, заваливая Эндрю на себя, вылизывая лицо в искренней радости и благодарности, тогда как у Миньярда даже не было сил оттолкнуть или вырваться. Да и не то что бы он хотел. Его хватило только на то, что бы перевернуться на живот и выдохнуть, уткнувшись собственным лицом в красную шерсть своего волка, стараясь отдышаться.       Что он там планировал? Посидеть у огня, читая книгу, а потом спокойно поспать? Не судьба. Не когда твоя пара — Натаниэль Веснински, обожающий бегать, играть, объятия и… тебя самого. Куда он мог деться от этих лап, прижимавших его к горячей грудной клетке, счастливых сине-голубых глаз и того буйства восторга и эйфории в груди, заставлявшего магию вокруг них искриться, кружить, петь, фонтанировать и ликовать? Никуда. Это просто нужно было признать, как и его собственное удовольствие от нахождения рядом с Натаниэлем. Он мог это сделать. Это было не так сложно, когда не нужно было произносить слова вслух, ведь оборотень и так чувствовал это по их нити связи, слышал в его запахе.       Спать под открытым небом все еще было паршиво, но теперь у Миньярда был матрас, подушка, одеяло и большая, прямо-таки огромная пушистая печка, а по совместительству игрушка, что грела его всю ночь напролет, не давая замерзнуть и почувствовать себя брошенным и бездомным. На самом деле было что-то в том, чтобы укутаться в тепло со всех сторон, ощущать дыхание Натаниэля рядом и смотреть на звезды и луну над собой.       Обратно в дом Эндрю возвращался так же на спине своего красного волка и, пока все остальные перекидывались обратно, занялся приготовлением кофе, в котором чувствовал страшную потребность. Небо начинало затягивать тучами, и ведьмак не мог не радоваться тому, что они не попали под дождь. Предсказуемо, дом ожил и загудел, стоило оборотням вернуться после полнолуния, Рене принимала «заказы» на чай, Эбби начинала готовить плотный обед, чтобы поскорее утолить всеобщий голод их большой семьи, и только Натаниэль достаточно тихо устроился на кухонном гарнитуре рядом с Эндрю, покачивая ногами и следя за его ловкими действиями с туркой.       Помешивая кофе, отделив себя едва видной ширмой голубоватой магии от постороннего шума, Миньярд отстраненно думал о том, что впервые за долгие годы с тех пор, как умерла Бетси чувствует себя целостным и на своем месте. Дома, а не в гостях. Ему было тепло, спокойно и достаточно тихо. Он привыкал к шуму стаи и учился коммуницировать со всеми ними, тогда как волки принимали его границы, не напирая. Да, изредка они перебарщивали, но Дэвид, Эбби и Нат всегда были поблизости, чтобы оттолкнуть любопытные носы. Ха… Дэвид и Эбби… Они не были ни друзьями, ни родительскими фигурами. Чем-то средним. Но при этом все еще приятным и имевшим место быть. Своей мягкостью и заботой Эбби напоминала ему Бетси, но в то же время она была другой. Чуть строже, чуть громче, чуть требовательнее. Вероятно, сказалось проживание с оборотнями. Но она нравилась Эндрю. Нравилась ее решимость, нравилось, как она не смущалась и не зажималась из-за того, что буквально все в доме были сильнее нее — все равно гоняла полотенцем. И Натаниэль. Пара. Вот с чем Миньярд не думал, что когда-нибудь столкнется. Чем когда-нибудь станет. Его красный волк буквально вилял хвостом, когда просто видел его.       Скосив глаза на рыжего парня рядом с собой, что просто наблюдал качая ногами, Эндрю не смог сдержать веселого фырканья и положил руку на чужое бедро чуть выше колена, одним этим жестом заставляя остановить движение. Он чувствовал на себе горящий взгляд сине-голубых глаз, но… ничего с этим не делал. Не убрал ладонь, не посмотрел — просто продолжал помешивать кофе, пока тот наконец не был готов, и ему не понадобились обе руки, чтобы перелить свой напиток в кружку. Две ложки сахара, молоко и… утро переставало быть таким противным. Миньярд уже собирался пройти мимо, как вдруг на его пути появилась поднятая нога, обтянутая темно-синими джинсами, преградившая путь, как шлагбаум. Смешно ли это? Безусловно. — А мне? — поинтересовался Натаниэль… в голосе которого слышались игривые нотки издевки. — Собакам нельзя пить кофе, — усмехнулся Эндрю, повернувшись к нему лицом, оказываясь практически вплотную к парню, что все так же сидел на кухонном гарнитуре. — Ты только что назвал меня собакой? — Собака, волк, — Миньярд весело пожал плечами, — все едино. — Смотри, как бы волк не укусил тебя за бок во сне, — Натаниэль забрал кружку из его рук и показательно сделал глоток, но скривился от приторно сладкого вкуса под смешок Эндрю. — Как ты можешь пить эту гадость? — С удовольствием, Нат, с удовольствием, — ведьмак щелкнул его по колену и забрал себе свой кофе, но не отошел. Ему нравилось это положение, в котором он мог чувствовать исходившее от Веснински тепло и видеть яркие сине-голубые глаза напротив. — Полнолуние еще не отпустило? — Нет, просто настроение такое. — Как же. Ты что-то хочешь от меня, и я это знаю. Тебе лучше сказать, пока я снова не догадался сам. — Думаешь, ты сможешь? — с азартом спросил Нат, наклонившись ему навстречу, закусив нижнюю губу в предвкушении.       Эндрю насмешливо окинул взглядом лицо парня перед собой. Искрящиеся глаза цвета магического огня, длинные темные ресницы, густые брови, достаточно темные губы, которые рыжий сейчас чуть покусывал, едва ли не вибрируя в ожидании ответа, крохотный шрам на подбородке, который парень не помнил, как получил еще в детстве… Оу. Миньярд знал, куда текут его мысли. Он, в общем-то, должен был быть к этому готов, но… все-таки почему-то не был. Они с Натаниэлем были парой, очевидно, и все же… Эндрю столько раз видел рыжего и остальных оборотней стаи голыми, что даже не обращал на это внимание, столько раз засыпал и просыпался со своим волком в одной кровати, столько раз гладил и обнимал, когда тот был на четырех лапах… Он словно увидел Веснински в первый раз, осознал, что его пара — это не только красный волк, но и вот этот парень со шкодливой улыбкой и озорством в глазах. — Эндрю? — веселье во взгляде Натаниэля сменилось на обеспокоенность. — Привет… — Ты в порядке? — Да, просто слишком привык, что ты на четырех лапах, — честно ответил Эндрю, отмахнувшись ненадолго от того, в какую сторону потекли его мысли. — Было бы неплохо, будь ты человеком чаще. Огромный горячий красный волк — это конечно неплохо, но вот это, — он кивнул на оторопевшего парня, что слушал его слова с приоткрытым от удивления ртом, — явно куда лучше.       Совершенно довольный собой, больше не останавливаемый ничьими ногами, Миньярд ушел в гостиную, чтобы занять свое любимое кресло в углу. Ему определенно нужно было подумать. Например о том, как его взгляд зацепился за губы Натаниэля, и он почувствовал давно позабытое желание. Нет, это не было незнакомое для него чувство, но за те года, что он скитался по миру было место только для банального удовлетворения физической потребности. Здесь же… Это могло стать проблемой. Вероятно, им с Натом нужно будет снова поговорить. И обсудить все. Очевидно, как волк, рыжий захочет сделать все, чтобы осуществить желание своей пары, но… это казалось неправильным, если они оба не хотели этого одинаково. Эндрю не хотел пользоваться ситуацией, в которой они оказались. Это было бы мерзким. А вот как выстроить разговор так, чтобы получить ответ и при этом не навязывать свое желание…       Мысли Миньярда были прерваны вошедшим в гостиную Ваймаком с телефоном у уха. Все еще в одних только джинсах, вожак стаи выглядел явно не расслабленным и уравновешенным, как в предыдущие разы после полнолуния. Вероятно, все волки слышали разговор целиком, но не Эндрю, которому пришлось дожидаться, когда мужчина сбросит вызов и объявит новость: — К вечеру у нас будет гость, а утром еще один, — провозгласил он, привлекая к себе внимание всех. — Нат, — Дэвид нашел глазами парня, что вышел из кухни с кружкой чая в руках, — твой дядя будет на рассвете. — Чего?! — рыжий вздрогнул всем телом, едва не выронив керамику из рук. — Ситуация следующая. Один немецкий ведьмак приехал ненадолго в штаты, чтобы навестить своего кузена, а тот этой ночью обратился и умчался прочь. Хорошо, что не в город. Ведьмак связался со своим ковеном в Германии, потому что был без понятия что делать. Те позвонили твоему дяде в Англию, так как знали про то, что у Стюарта есть племянник волк в штатах. Стюарт позвонил мне и запросил помощи, хотя скорее просто поставил перед фактом, а заодно решил навестить тебя. Тот ведьмак кое-как нашел своего кузена и уже едет сюда, но, судя по всему, щенок обратно в человека не перекинулся. Пришлось усыпить травами. Предположительно, какой-то одичавший мелкий волк укусил парня до полнолуния, а тот и внимания не обратил. А теперь все пошло по одному месту. — Как можно не заметить, что тебя укусил огромный волк? — не сдержал удивления Эндрю. — Вы на домашних песиков не тянете. — Не все оборотни такие большие, как мы, — гордо усмехнулся Кевин. — Волк силен настолько, насколько сильна его связь со стаей и сама стая. — Плюс, если тот одичавший и укусивший его волк был подростком или ребенком, то мог быть и правда размером с крупную собаку, — задумчиво протянул Жан, глядя в пустоту перед собой. — Это мог бы быть правдоподобный сценарий. Ребенок или подросток, одичавший и толком даже не напавший, а просто испугавшийся и укусивший, когда этот несчастный решил отвести заблудившуюся собачку домой или что-то еще… Где это было? — Сан-Франциско, парень учится там в медицинском. — В теории ребенок из стаи мог просто ослушаться своих родителей и уйти побродить или даже перекинуться в первый раз и испугаться, — предположила Рене, обменявшись встревоженным взглядом с Моро. — Дэвид, может, нам с Жаном съездить в Сан-Франциско и попробовать найти того волка? Если он одичавший, то надо попытаться вернуть его. Если потерявшийся, то отвести домой. — Я свяжусь с Джеймсом и его ребята займутся этим, — качнул головой вожак. — У нас будет трое гостей, двое из которых обладают магией, а третий сходящий с ума и ничего не понимающий укушенный. Вы все нужны мне тут. Пусть Реманн с Ноксом, Альварес и Дермотт сами со всем разбираются на своей территории. Если им понадобится помощь, я скажу тебе, Рене. — Хорошо, — тут же успокоившись, девушка вернулась в свое обычное нейтральное состояние. — Эндрю, когда-нибудь сталкивался с укушенными? — Нет, не приходилось, — отрицательно качнул головой Миньярд. — Тогда будь осторожнее и лучше никогда не подходи к укушенному пока один, — предупредил Ваймак. — Такие волки нестабильны от слова совсем. Они могут перекинуться и стать агрессивными в любой момент. И могут укусить. — Я услышал, — Эндрю почувствовал, как все внутри похолодело от одной только мысли о том, что его могут укусить. Нет, он не презирал волков. Они были прекрасны. Но от одной только мысли о том, чтобы потерять свою магию… — Я буду с ним рядом и прослежу, — вероятно, почувствовав ужас своей пары, пообещал Натаниэль. — Напомни, на кой черт мой дядя решил заявиться? — Сказал, что соскучился, — скривился Дэвид. — В любом случае. Все знают что делать. Ждем гостей.       Это не могло быть еще более странным, чем уже было, но, судя по совершенно спокойной стае, такое было обычным. Просто Эндрю появился не так давно. Поразмыслив немного, Миньярд решил, что в большей степени ему плевать. Это никак его не касалось. Он просто будет держаться как можно дальше от укушенного и как можно ближе к Натаниэлю. Его жизнь не сильно изменится. Только вот факт приезда дяди парня… Никто из присутствующих явно не был рад этому. Вообще то, что Натаниэль остался не с родной семьей, а с незнакомым вожаком в столь юном возрасте о многом говорило. — Не ладишь с дядей? — спросил он, когда оборотень сел на подлокотник его кресла, как и всегда. — Он друид, — пожал плечами Веснински. — Дэвид узнал о той лаборатории отца благодаря Стюарту. И Стюарт хотел забрать меня. Очень сильно. — Почему не пошел с ним? — Потому что он вспомнил о моем существовании только когда в его магии появилось немного скверны из-за связывающего нас кровного родства, — буквально выплюнул Натаниэль и… что ж, это был аргумент. В безмолвной поддержке Эндрю выпустил ленты золотого песка, что тут же завился вокруг оборотня. — Если продолжишь так делать, я могу привыкнуть, как щенок к любимой игрушке, — усмехнулся парень, тут же запуская пальцы в магию, которая, вероятно, чуть щекотала его ладони. — Ты только что сам назвал себя собакой, так что я на верном пути, — цокнул языком ведьмак, заставляя песок принять форму мячиков, косточек и прочих мелочей, в форме которых обычно были игрушки для щенков.       Реакция последовала мгновенно. Натаниэль разразился хохотом, все-таки пролив несколько капель чая себе на джинсы, а золотая пыль осела на его лицо и волосы, заставляя сверкать и светиться там, где он врезался в магию головой. Эндрю был совершенно доволен, наблюдая за смеющимся и хихикающим оборотнем у себя под боком. Вся стая, смотревшая на происходящее, широко улыбалась и… что ж, Миньярд был в прекрасном расположении духа. Шевельнув рукой, он заставил еще больше золотого песка появиться и закружиться по всей гостиной, принимая формы собачьих игрушек, заставляя уже и остальных волков расхохотаться. Жан предсказуемо отмахивался, Рене просто любовалась золотыми подснежниками и маками, которые специально для нее создал Эндрю, Элисон насмехалась подначивая Кевина, к которому села на колени, говоря, что это именно то, что ему нужно, Дэн и Мэтт пытались схватить тот или иной образ, но только пачкали руки… Да, Миньярд не был волком, но, судя по всему, он неплохо вписался и научился с ними ладить.       Решив не заканчивать на достигнутом и не удерживать свое злорадство, ведьмак заставил картинку, которую нередко рисовала фантазия, ожить и предстать перед всей стаей. Часть золотого песка образовала фигуры и… посреди гостиной встали измученные копии Эндрю и Эбби, вокруг которых вились маленькие крикливые щенки с тем же окрасом, что и у волков стаи. Оборотни снова покатились со смеху. Теперь от ухмылки не удержался даже Жан. Маленькие детеныши таскали игрушки, валяли друг друга по ковру… — Ну прекращай, — едва ли не плача от смеха, взмолился Натаниэль, сползший с подлокотника на пол. — Все не так плохо! — Правда? — невинно поинтересовался Эндрю и на голове красного щенка появился большой венок, как тот, что он сплел в первое полнолуние, заставляя Веснински уйти на новый виток истерики. — Ой, — Мэтт, попытавшийся взять на руки щенка-Дэн и отдернул руки, когда тот растворился, как туман, став золотым песком. — Я нечаянно. — Это просто иллюзия, а не трансфигурация или еще что, — сжалившись над своей парой, ведьмак щелкнул пальцами и мираж рассеялся. Весь золотой песок вновь собрался вокруг Натаниэля, а потом и вовсе исчез. — Считай, это все мыльные пузыри, которые легко лопаются, если к ним прикоснуться. — И ты можешь сделать все, что угодно? — уточнила Элисон. — Вот прям совсем все? — Я не буду выполнять твои капризы, не надейся, — отмахнулся от нее Эндрю, наконец уделяя внимание своему кофе, который почти остыл. — Я носился с вами пол ночи и развлекал сейчас. Отвалите.       Оборотни в ответ только широко улыбались ему, уже привыкшие к тому, что, пусть Миньярд и не был волком, но огрызался не хуже них, когда начинал уставать, или если они слишком надоедали ему и давили. Это было нормально. Это было привычно. Это то, что было даже забавным.

***

      День Эндрю предпочел провести в своей комнате и, как и всегда, Натаниэль был рядом. Только вот в этот раз не на четырех лапах. Пока ведьмак сидел с ноутбуком на коленях, рыжий сидел рядом, перекинув свои ноги через икры Миньярда, создавая тот необходимый физический контакт и работая над какими-то финансовыми документами. Сначала блондин то и дело отвлекался на чужое тепло, но потом попросту привык. Они почти не меняли свое положение, не разговаривали, каждый занимаясь своими делами, и это было спокойно. Отвлеклись они только на обед и два раза Натаниэль спускался, чтобы принести сухофрукты себе и печенье с шоколадной крошкой для Эндрю. Привычка подкармливать была весьма забавной, но ведьмак не был против, пока это было и правда что-то вкусное, а не какие-нибудь овощи или салаты.       За окном было темно, а часы показывали девять тридцать, когда оборотень вдруг напрягся всем телом и резко опустил книгу, которую читал. Весь его вид говорил о настороженности и внимательности, и, будь он сейчас волком, Эндрю был уверен, что его уши зашевелились бы, выискивая звуки. Магия в груди блондина так же неспокойно зашевелилась и заворочалась, подтверждая теорию Миньярда о состоянии его пары. — Что не так? — Машина приехала, — Натаниэль все еще смотрел на приоткрытое окно, вероятно, полностью сосредоточившись на слухе. — Обещанные гости. — Хочешь пойти посмотреть? — Мы идем посмотреть, — уточнил тот, откладывая книгу и поднимаясь на ноги, ведя себя беспокойнее и настороженнее, чем Миньярд когда-либо его видел. А Натаниэль при нем мышцами выталкивал из своего тела осколки дерева, истекая кровью! — С улицы несет страхом. — Ты же в курсе, что я — последний за кого нужно переживать, да? — недовольный лишними телодвижениями, Эндрю выкарабкался из кровати и побрел за своим волком. — Напоминаю, я любому в этом доме могу сломать позвоночник щелчком пальцев. — Кроме меня, — усмехнулся Нат. — На тебя уйдет чуть больше времени. — Ошибаешься. — Я легко смог удержать тебя корнями тогда в лесу. — Я позволил тебе это. — Верь в это, если помогает спать крепче, — фыркнул блондин, спускаясь за ним следом по лестнице. — Это ты сам себе сказал, да? — коротко хохотнул Натаниэль, оборачиваясь через плечо. — Если хочешь, можем проверить как-нибудь. — Нет. — Уже не так уверен в своих силах, а? — Не хочу случайно причинить тебе боль.       Что бы волк не услышал в его голосе, это заставило его резко остановиться и обернуться. Кажется, он хотел сказать, возразить, но что-то в лице Миньярда заставило его не делать этого, а сине-голубые глаза потеплеть. Несколько секунд Натаниэль просто смотрел, а потом взял его за руку, сжав ненадолго, но лишь для того, чтобы потом отпустить и уже в тишине продолжить их путь. Магия внутри ластилась и успокаивала, как большой кот, и, к сожалению, это работало. Эндрю просто не мог противиться части самого себя. Вместо этого он решил сосредоточиться на происходящем вокруг, когда они вышли на крыльцо.       Как и сказал Нат, гости приехали. Только вот вместо приветствия или чего-то в этом роде, Ваймак, Кевин, Мэтт и Жан были на четырех лапах и окружили мелкого, по сравнению с ними, волка, что рычал и рвался в разные стороны. Девушки стояли неподалеку, судя по напряженным позам, готовые броситься на помощь в любой момент, а Эбби держала за руки в стороне высокого смуглого парня с вьющимися черными волосами, который с нескрываемым волнением смотрел на оборотней. Судя по тому, что Эндрю мог видеть, укушенный и правда ничего не понимал и был в ужасе, бросался, несмотря на то, что Дэвид и его парни держались на расстоянии и не нападали, лишь не выпускали из своего круга. Этот новообращенный и правда походил на щенка рядом с ними, не дотягивая в размерах даже до Рене, ни то что Моро, Бойда или уж тем более кого-то из Ваймаков. Ведьмак так привык видеть членов своей стаи сильными, даже когда те играли и валялись в траве, что вид этого укушенного с песочной шерстью, белой грудью и кончиком хвоста, что походил на загнанного зверька, вызывал лишь жалость. — Что они пытаются сделать? — уточнил Эндрю, следя за происходящим. — Успокоить его достаточно, чтобы Рене могла подойти объяснить, что произошло и что нужно сделать, чтобы перекинуться обратно. Если не выйдет, Дэвид просто задавит его, чтобы он не причинил Рене вреда. — Я мог бы удержать его магией, если это нужно. — Еще немного, и я подумаю, что чувствую тебя еще и потому, что ты становишься частью стаи, — усмехнулся Натаниэль, спиной прислонившись к стене, неотрывно следя за происходящим. — Дэвиду не впервой. Гарантирую, через час Эбби уже будет отпаивать этого парня чаем с травами. — Аарон?! — от резкого выкрика в стороне, Натаниэль и Эндрю вздрогнули, резко поворачиваясь к источнику звука, как и все на поляне.       Тот парень, которого старалась успокоить Эбби, во все глаза смотрел на Миньярда, словно у того было три головы, хватая ртом воздух. Возможно, он бы сказал что-то еще, но со стороны волков раздался какой-то визгливый звук. Укушенный, пользуясь всеобщим замешательством, рванул вперед, прямо на ведьмака, но, прежде чем он успел добраться до крыльца, Дэвид напрыгнул на него сзади, хватая за шкирку и придавливая к земле, а перед Эндрю выросла рокочущая гора шерсти, мускулов, клыков и когтей цвета опавших листьев. Натаниэль перекинулся в мгновение ока и теперь закрывал Миньярда собственным телом, тогда как вокруг него… искрился золотой песок магии ведьмака.       Укушенный дернулся, зарычал, но Ваймак держал крепко, придавливая того к траве, тогда как Веснински, судя по содрогающемуся телу, еле сдерживал себя от нападения. Не глядя на то, как Рене подходит и начинает говорить, не обращая внимание на лепечущего что-то незнакомца, которого теперь еще крепче схватила Эбби, Эндрю обошел своего волка и обнял его за крепкую шею, успокаивая и останавливая. Сработало это куда лучше, чем он думал. Нат тут же стих и своей головой ответил на объятия, прижимая всего блондина к пушистой груди, глазами, вероятно, продолжая следить за ситуацией. — Вы в порядке? — спросила подошедшая к ним с незнакомцем на буксире Эбби. — В полном, — блондин повернулся спиной к груди красного волка, оставляя тяжелую голову на своем плече, стараясь игнорировать то, как на него пялился этот «гость». — Полагаю, такое случается. — Эндрю, может, пойдем в дом? — осторожно предложила она. — Нам тут пока что все равно нечего делать, — волк за спиной Миньярда издал глухое недовольное рычание, и передняя лапа переместилась, перекрывая часть тела ведьмака, ни то удерживая, ни то защищая. — Нат, конечно ты пойдешь с нами, если хочешь, — заверила его Эбби, тут же поняв без слов. — Она права, — Эндрю коснулся острой морды, почесывая под подбородком, тогда как второй рукой начал неспешно восстанавливать порванную при обращении одежду. Ему нравились эти темно-синие джинсы. — Давай обратно и пойдем внутрь. Я хочу горячий шоколад. — Я не понимаю, как ты все еще не заработал сахарный диабет, — фыркнул все еще рычащий голос над ухом блондина, заставив чуть вздрогнуть, а человеческая рука, что легла поперек живота сжала ткань толстовки. Это явно было чем-то новеньким… Незнакомец вскрикнул, видимо, пораженный увиденным, но Эндрю это ничуть не волновало в отличие от факта того, что он был буквально прижат к обнаженному телу своего волка. Натаниэль, словно услышав мысли, прыснул у него за спиной. — Ты пахнешь волнением, — шепнул оборотень, прежде чем отлипнуть, взять свою восстановленную одежду и начать быстро одеваться. — Интересно почему? — попытался вернуть издевку назад Миньярд, но по расслабленным голым плечам и брошенному взгляду полного озорства понял, что ему не удалось.       И тут Эндрю понял кое-что, что не мог осознать раньше в силу незнания. Натаниэль только начинал показывать свой характер. До этого момента оборотень был осторожен со своими словами и действиями, подстраиваясь под ведьмака, не уверенный в том, как себя вести, чтобы ничего не испортить. Они оба делали так. Ходили по минному полю, боясь, что все взлетит на воздух, хотя на деле… ничто не предвещало этот взрыв. Не сейчас. Покачав головой на собственные мысли, Эндрю сделал в голове пометку обсудить это все с Натом перед тем, как снова уснуть с волком в своей кровати, а потом, когда рыжий наконец прикрылся одеждой, взял его за руку, переплетя пальцы и потянул в дом, зная, что Эбби с незнакомцем последует за ними.       Войдя в кухню, Миньярд подтолкнул оборотня в сторону гарнитура, тогда как сам начал ставить воду для чая, который несомненно нужен был Уинфилд и блеющему что-то про «невероятное» гостю, а для себя доставая горячий шоколад и молоко. Часть дел он выполнял руками, часть магией, и это успокаивало его, давая параллельно подумать о том, что его правда волновало, а точнее изменившемся поведении Веснински… после того, как он сегодня, не задумываясь особенно над своими действиями, положил руку парня на бедро, когда тот качал ногами. Вот оно что. Вот почему Нат осмелел. Потому что увидел, что для Эндрю это комфортно. Закатив глаза, ведьмак подошел к рыжему, что снова забрался на кухонный гарнитур, и слабо щелкнул по лбу: — Ты идиот, — фыркнул он, после чего вернулся к своему горячему шоколаду, который нужно было помешать, магией у себя за спиной, готовя заварку из трав из запасов Эбби. — Отрицать не буду, но хотелось бы конкретики, — Нат потер лоб, а потом повернулся к Уинфилд. — Почему я уже идиот? Что я успел сделать? — Эндрю, не хочешь, чтобы я сама справилась с чаем? — улыбнулась Эбби, игнорируя вопрос насупившегося волка, и подойдя к ведьмаку, глядя на то, как он помешивает молоко, в которое уже добавил какао-порошок. — Справься с этим бормочущим ребенком, — недовольно цокнул языком он, но, в извинение за свою язвительность, магией ливитировал в руки женщины вазочку с печеньем со стола, заставляя ее тихо рассмеяться. — Он старше тебя, Эндрю, и просто удивлен. — Это не отрицает вышесказанного. — Я правда повел себя очень невоспитанно, — вмешался тот самый гость, кажется, наконец хоть немного успокоившись. — Извините. — Ты повел себя глупо, — словом ударил Натаниэль. — Еще секунда, и обращенный набросился бы на Эндрю. Если бы он укусил его… — Я знаю, знаю! — затараторил парень. — Просто… он вылитая копия Аарона, моего кузена, понимаешь?! Они как две капли воды! Буквально отражения! — Аарон — это тот новообращенный волк, которого ты привез, Ники? — уточнила Эбби. — Да! — всплеснул руками парень, засветившись от радости того, что хоть кто-то его понял. — А это ведь невозможно, верно? Ну, потому что я уверен, что Аарон сейчас волк, а тут я вижу еще одного Аарона и!.. — Я Эндрю, — перебил этого Ники Миньярд, щелчком отправив заварку во вскипевшую воду чайника. — Освободи меня от своих слов и эмоций. Эбби, чай на тебе, а я собираюсь закончить со своим горячим шоколадом и оставить вас разбираться с вашими проблемами самостоятельно. — С каких пор ты такой ворчливый? — усмехнулся Нат, достав кружку и протянув ее блондину. — Я всегда был таким, — тут же смягчился Эндрю. — Или мне напомнить тебе мои первые недели тут? Ты просто отвык от моего дерьмового поведения. — О, так ты сдался под нашим пушистым очарованием? — Типа того, — не смог сдержать слабой улыбки ведьмак, переливая свой горячий шоколад. В конце концов, в словах Натаниэля была толика правды, которую он не имел права отрицать. — Достань зефир. — У тебя будет кариес или сахарный диабет, — проворчал Веснински, но послушно сделал то, о чем его попросили, собственной рукой высыпав большую горсть мелких зефирок в горячий шоколад блондина. — Почему ты так одержим сладким? — В детстве в детских домах не доел, — закатил глаза Эндрю. — Я просто люблю сладкое. Я же не спрашиваю почему ты так одержим своими цифрами? — Справедливо, — согласился Нат, носом втянув запах горячего шоколада. — Но пахнет вкусно. — О, ты не потерян для человечества, — усмехнулся Миньярд, делая первый обжигающий глоток. Идеально. — Все. Я пошел. До завтрака даже не вспоминайте о моем существовании. — Даже я? — серьезно спросил Нат, соскочив с кухонного гарнитура, но готовый остаться на месте. — Ты исключение.       Именно это Эндрю и собирался сделать — вернуться к себе, лечь в кровать с ноутбуком или книгой по рунам, которую так и не смог толком почитать в полнолуние, но в гостиную вошла стая с завернутым в плед незнакомым парнем, и Миньярд буквально споткнулся о собственные ноги, чуть не упав. Этот человек напротив был его вылитой копией, как и пищал Ники. Светлые волосы, глаза, может быть, чуть тусклее из-за отсутствия магии, тот же нос с горбинкой, скулы, линия челюсти, губы, брови… Увидев Эндрю, парень так же оторопело замер. Магия сжалась в груди ведьмака, но он был слишком поражен, чтобы реагировать на это, а потом… — Нет, — выдохнул он, тряхнув головой. Этого было слишком много. Он не собирался иметь с этим дело. Ни сегодня, ни, возможно, даже завтра. — Не-а. Ну нахрен. Я этого не видел, — сделав глоток горячего шоколада, обжигая небо, он кивнул сам себе, а потом, проигнорировав буквально всех, пошел через весь дом к лестнице, чтобы после скрыться в своей комнате. Ему это все причудилось. Просто галлюцинации. Да. Именно так. И никак иначе.