Причина моих ошибок

Прошло два месяца, а значит, близится мой день рождения. В детстве этот праздник казался чем-то особенным. Твой особенный день. Когда ты в центре внимания, получаешь подарки и можешь делать всё, что захочешь. Один день, когда можно отдохнуть от всех забот, учёбы и тревожных мыслей. Но с возрастом этот день теряет всю свою магию, особенно когда приближаешься к отметке в тридцать лет. Где ты, моя молодость? За последние два месяца Кастиэль и я стали очень близки. Каждый день начинался с его сообщения: «Доброе утро!» и каждый вечер я засыпал, отвечая на его «Спокойной ночи!». Так по-детски, но так хорошо. Мы столько времени проводили вместе, что однажды я решил познакомить его с Сашей. Честно говоря, я думал, что они вряд ли найдут общий язык — их характеры казались слишком разными. Но, к моему удивлению, они быстро подружились. Правда, тот вечер мне запомнился смутно — мы немного переборщили с алкоголем. А ведь я обещал себе не пить… Один момент врезался мне в память: Саша чуть не набила Касу татуировку с надписью «Если вы это читаете, у меня есть плечо». Они оба смеялись до слёз, будто это была самая гениальная идея на свете. Я, к счастью, даже будучи пьяным, вовремя остановил их. Мы с Касом всё же успели сходить в кино, а потом зашли в KFC, где устроили соревнование: кто сможет съесть самое острое крылышко и не запить водой. Кастиэль изо всех сил пытался, но против корейца у него не было шансов. Особенно ярким для меня стал тот день, когда мы отправились в театр оперы и балета. Рина никогда не разделяла мою страсть к искусству: её привлекали шумные вечеринки, яркие огни и динамика, а не тонкие мазки кисти или безмолвная магия сцены. Но для меня театр и галереи — это место, где оживают эмоции, где искусство говорит с тобой на языке, понятном без слов. Я мог часами бродить по залам с картинами, вглядываясь в детали, пытаясь уловить невидимые миру нити, связывающие художника с его произведением. Каждый мазок — это как отпечаток души, след мысли, которая, возможно, исчезла для всех, кроме тех, кто готов её видеть. Это отдельный вид фанатизма. Каждое пятнышко, каждая линия — ты во всём найдешь для себя что-то особенное. И неважно, рисовал ли художник яблоко просто потому, что ему так захотелось, или же за этим стоит целая история. Я всегда находил своё объяснение. В этом и есть магия искусства: оно оставляет свободу для воображения, открывает двери в неизведанные миры, даже если ты стоишь перед чем-то, казалось бы, простым. А то, как актёры на сцене перевоплощаются, оставляя позади себя свои жизни, чтобы на несколько часов стать кем-то другим, захватывает дух. Каждая сцена, каждая реплика — словно шаг в новый мир. Кто-то видит в этом просто кривляние актеров, а кто-то — новую вселенную. А балет… Балет — это высшее проявление изящества. Балерины не касаются сцены, они плывут по воздуху, пленяя зрителей своим превосходным мастерством. Каждое движение идеально, словно подчинено не законам гравитации, а музыке, которая управляет всем. Когда мы вошли в большой красный зал, и музыка заполнила пространство, мир за его стенами перестал для меня существовать. Балет «Коппелия, или Девушка с голубыми глазами» увлёк меня с первых минут. Он известен своей живой и мелодичной музыкой, яркими и комическими элементами сюжета и сложной хореографией. История начинается в деревне, где жители готовятся к фестивалю. На балконе дома загадочного доктора Коппелиуса сидит красивая девушка с книгой, Коппелия. Франц, молодой человек, очарован ею, несмотря на то, что он уже обручен со Сванильдой. Конечно — тема измены. Такая знакомая в наши дни проблема, так? Безмолвная история о любви, ревности и прощении разворачивалась передо мной с такой элегантностью и красотой, что казалось, я не просто наблюдаю, а живу вместе с героями. Сванильда ревнует и решает выяснить, кто такая Коппелия, и проникнуть в дом к доктору вместе с деревенскими девушками. То, как актеры передают происходящее без слов, заслуживает отдельной похвалы. Яркие эмоции, плавные движения, будто ветер обдувает большое поле ярких цветов. Каждый пируэт, каждое па пронизано невесомостью и элегантностью. Они словно подчиняются лишь законам музыки, а не гравитации. Действия второго акта происходят в загадочной мастерской Коппелиуса, полной старинных книг, инструментов, тайн и кукол-автоматонов. Девушки осматриваются и обнаруживают, что Коппелия — механическая кукла. Испугавшись приближающихся шагов, Сванильда переодевается в платье Коппелии. В этот момент появляется сам доктор Коппелиус, полный задумок и чудаковатого гения. Он изгоняет девушек из своей мастерской, но вскоре к нему влезает Франц — молодой человек, который признаётся в своей любви к кукле Коппелии, не подозревая, что это всего лишь механическое создание. Коппелиус, одержимый идеей оживить куклу, видит в этом шанс и предлагает Францу выпить вина, подмешав туда снотворное. Когда Франц засыпает, доктор Коппелиус приступает к своему плану, надеясь передать энергию юноши кукле и таким образом вдохнуть в неё жизнь. Кажется, кукла постепенно оживает, танцует испанский танец и жигу. Она мастерски балансирует на грани между человеческим и механическим, и её танец превращается в игру, которая обманывает старика. Их тела говорили языком, который я понимал без слов: язык страсти, борьбы и красоты. Я ловил каждый вздох, каждую мелодию, и внутри меня что-то менялось. Этот танец словно снимал с души тяжесть, оставляя только чистые, обнажённые эмоции. Франц просыпается и вместе с «куклой», которой была Сванильда, покидает дом, а Коппелиус понимает, что его провели. Финальный акт, где жители продолжают праздновать, Франц и Сванильда примиряются и женятся, и все радуются вместе с ними. Даже доктор Коппелиус прощает молодых людей, и балет завершается веселым и радостным финалом. Эта история изображает конфликт человека, мечущегося между идеалом и реализмом, жизнью и миром искусства, в котором всегда найдется место для ярких танцев. История с вечной темой любви, ревности и прощения, которая так близка многим из нас. Я вышел из зала, трясясь, полный различных и непонятных мне эмоций, которые грозили взорваться внутри, если я ими с кем-то не поделюсь. К счастью, Кас терпеливо слушал мои потоки мыслей и длинные тирады о художественных приемах, о том, как искусство меняет нас, и какой след оно оставляет в моём сердце. Это было важно для меня.

***

— С днём рождения, дорогой! — радостный голос Саши ворвался в мои мысли, разрывая утреннюю тишину. — Как собираешься отпраздновать сегодня? — Спасибо, Саша! Не уверен, что вообще стоит его отмечать, — вздыхаю я в трубку телефона. — Какой зануда! Я надеялась на хорошую пьянку за твой счет. — О нет, мне всё ещё плохо от одной мысли об алкоголе, — отрезаю я, усмехнувшись. — Может, просто вечером позову тебя, Майкла и Каса в ресторан? Поужинаем спокойно, и по домам… — раздумываю я, почесывая бровь. — Вряд ли двадцать семь — повод для веселья. Я уже такой старый! — обречённо прикрываю глаза, утонув в диване. — Ты кореец! Будешь и в сорок на двадцать пять выглядеть. — И то правда… — телефон в руках вибрирует, и я отодвигаю его от уха, чтобы прочитать сообщение. — «Собирайся, я буду у тебя через час…» — ошеломлённо озвучиваю текст. — Зачем ко мне ехать? Еще далеко не вечер… — Это мне Кас только что отправил. — А вот и твой гиббон проснулся! — с удовлетворением в голосе говорит Саша. — Иди тогда, готовься, вечером увидимся. — и кладет трубку, даже не дождавшись моего ответа. Я не стал звонить Касу, чтобы выяснить его планы. Он любит неожиданно заявляться и звать куда-то, даже не уточняя, удобно ли мне. Это раздражает, но… я не могу ему отказать. Быстро привёл себя в порядок, надел черную водолазку, поверх которой накинул вязаный свитер из белых нитей в виде паутины, широкие брюки такого же черного цвета и черные туфли с массивной подошвой. Спускаюсь ровно через час, где меня уже ждёт его ярко-синий кабриолет. — С днём рождения, Джуни! — Кас выходит из машины с роскошным букетом алых роз, щедро разбавленных свисающими цветами амаранта. Лента такого же глубокого рубинового цвета нежно обвивает стебли. Букет выглядел так роскошно, что я замер, удивленно раскрыв рот. Сам Кас не уступал общей картине — белый свитер с массивным горлышком, классические бежевые штаны, бардовый пиджак, серьга в ухе и множество серебряных колец на пальцах. Уверенный, улыбчивый и красивый. — Это тебе, — говорит он, вручая мне букет и открывая дверцу машины. Всё это похоже на сон. Ветер, легонько касающийся лица, букет в руках, небо над головой, словно разрисованное золотом. Я невольно улыбаюсь. — Я ведь не говорил, что у меня сегодня день рождения… — очень смущённо подал я голос. — И это расстраивает меня! Хорошо, что существуют социальные сети. — Что ты задумал? — спрашиваю я, когда мы начинаем двигаться. — Увидишь! Ну конечно. Мы заезжаем в район, полностью выстроенный невысокими зданиями из желтых кирпичей, и я узнаю Сент-Катарин Докс — одну из самых известных и престижных марин города. Я помню, мы один раз катались здесь на катере с Риной, но оказалось, что у неё морская болезнь, и нам пришлось вернуться домой. За зданиями открылся вид на множество роскошных яхт, старинных и современных судов разных форм и размеров, каждая из которых словно живая картина, воплощение мечты. — Ты хочешь покатать меня на катере? — глаза загораются от одной мысли изучить Темзу с такой перспективы. — Нет, — и до того, как я успел разочароваться, Кас добавляет: — Покатаю тебя на яхте. — Чего…? Мы поднимаемся на палубу невероятной яхты, где всё вокруг светится роскошью и утончённостью. Белоснежная палуба, чёрный глянцевый корпус и вид на Темзу, мерцающую в последних лучах осеннего солнца. Я рассматривал всё с распахнутыми глазами, чувствуя себя мажором из кино. — Это будет моим подарком на твой день рождения, — говорит Кас, усаживая меня за столик на носу яхты. Когда яхта мягко трогается с места, я не могу удержаться от улыбки, которая расползается по лицу. Ветер обдувает мои волосы, и ощущение свободы заполняет каждый уголок моего существа. Любимый мною город вокруг оживает. Высокие небоскрёбы, мосты, мимо которых мы проплываем, — всё это кажется мне частью одной невероятной картины. Словно я не просто плыву по Темзе, а витаю где-то между реальностью и мечтой. Передо мной на столе появляются подносы с креветками, украшенными дольками лимона, тарелки с красиво оформленными фруктами и овощами, искусно нарезанная рыба. — Корейцы в море едят кимбап и булгоги, но, по-моему, это не сильно аристократично для яхты, — смеется Кас, пробуя первую креветку. — Откуда такие познания о корейской культуре? — спрашиваю я, следуя его примеру и поедая морские деликатесы. Кас пару секунд молча и с той же улыбкой наблюдает за мной, будто я задал какой-то сложный для него вопрос. — Где-то год назад начал изучать… Ещё я знаю, что у ваших имен есть особое значение. Какое у тебя? Я кивнул, приятно удивлённый таким интересом. — «Джун» означает «талантливый», «умный», — начинаю я, не отрываясь от еды. — А вот «Ки» — это «фундамент» и символизирует надёжность и устойчивость. Моё имя может отражать надежды родителей на то, что их ребёнок будет выдающимся и успешным. — Тебе подходит, — он продолжает поглядывать на меня с каким-то удивительным теплом в глазах. — Это точно… — смеюсь я, но замолкаю при следующих словах Каса. — Уверен, ты полностью оправдал их ожидания и имеешь право расслабиться. Я удивлённо замираю, чувствуя, как сердце быстро колотится внутри. Как такой низкий голос может быть таким нежным и успокаивающим? Почему этому голосу так хочется верить?.. Когда мне кажется, что я начинаю тонуть в необъяснимых мыслях и чувствах, меня отрезвляет музыка. Живая музыка. Из кабины яхты выходят четверо человек, играющих поздравительную песню на день рождения в стиле лаунж-джаз. Красивая девушка с темными кудрями и в красном платье поёт в микрофон, а возле неё прекрасно исполняют трубач и молодой парень, стучащий по барабанам бонго. Лёгкое сочетание инструментов и голоса девушки ласкает слух, создавая приятную и романтическую атмосферу. Я восхищенно хлопал и пританцовывал в такт мелодии, ощущая на себе постоянный взгляд Каса. Он будто боялся, что от него ускользнёт любая моя эмоция, и пытался ловить каждое мгновение. Пока музыка продолжала играть, ко мне подошёл ещё один неожиданный человек с судна и предложил устроить мне фотосессию. Я с радостью согласился, и следующие минут сорок меня щёлкали во всех позах и во всех уголках яхты. Половину из них я сделал с Кастиэлем, а ещё на парочке сфотографировался с ребятами, что влюбили меня своей игрой и пением. Солнце начало садиться, и вся река заполнилась яркими искрами, а город вокруг покрылся пеленой, будто сладким мёдом. На нас с Касом накинули тёплые пледы, так как на яхте становилось уже слишком холодно для нашей лёгкой одежды. Мы встали и прижались к бортикам у самого носа судна. Я уставился на завораживающий пейзаж. Удивительная красота… Я и представить не мог, что этот день обернётся именно так. Перемещаюсь на самую кромку носа яхты и раскидываю руки, словно пытаясь обнять этот мир, наслаждаясь прохладным воздухом. Ветер играет с моими волосами, а горячие ладони Каса касаются моей талии. — Я лечу, Джек! — восклицаю я, подражая фильму, и мы оба начинаем смеяться так, что я вынужден ухватиться за поручень, чтобы не свалиться. Когда смех стихает, мы молча стоим рядом, наблюдая за ускользающим солнцем. Небо пылало яркими красками, укрыв город и реку своим пламенем. Закаты — доказательство того, что конец тоже может быть красивым. Неистовое желание разглядеть профиль Кастиэля в лучах засыпающего солнца накрывает меня, но, когда я поворачиваюсь, мгновенно сталкиваюсь с его взглядом. Это кристаллический мёд в кружке горячего чая, взгляд восхищения и спокойствия. Взгляд, раздевающий до сердца… спокойный и тёплый, в котором мирно спит моё беспокойное сердце. И вдруг я понимаю — весь этот закат, это невероятное чувство красоты… всё это я нахожу в его глазах. Кастиэль… Из фантазий меня пробуждает щелчок. Я резко разворачиваюсь и вижу неловко улыбающегося фотографа. — Нам принесли рататуй. Пойдём! — говорит Кас, и мы оба возвращаемся за столик, чтобы перекусить вкусно пахнущим блюдом. Когда я подумал, что удивить меня уже нечем, внезапно начинается фаер-шоу. Я каждый раз вскрикивал от красоты и удивления, когда в воздухе порхали искры огня, а языки пламени создавали яркие узоры, такие, что я был готов поверить в волшебство и существование фей. Экспрессивный танец факиров приковал мой взгляд, а дыхание перехватило от завораживающих клубков огня, что пронизывали воздух и обдували моё тело горячим воздухом. Огненные всполохи отражаются в глазах Каса, и на мгновение я теряю связь с реальностью, полностью погружаясь в этот момент. Когда шоу заканчивается, я восхищенно пищу и хлопаю, даже немного разочарованный, что шоу пришло к концу. Конец пришёл и нашему плаванью. Яхта швартуется у причала, и я в приподнятом настроении спускаюсь вместе с Кастиэлем с яхты. — Это было потрясающе! Как ты всё это придумал? — У творческих людей нет проблем с фантазией! — деловито говорит Кас, от чего получает локтем под бок. — Неужели у владельцев клубов столько денег? Ты там наркотики ещё продаёшь? — не всерьёз спрашиваю я, щуря глаза. — Откуда ты узнал? — шокировано застывает он, но сразу улыбается при виде моего раскрытого от ужаса рта. — Да шучу я! У меня просто богатый папочка. Времени на меня у него нет, но зато есть деньги. — Вот оно как… — киваю я. — Клуб тоже от него? — Клуб я выкупил сам, у своего лучшего друга. Ему надоело им заниматься, хотелось путешествовать… — недовольно акцентирует он на последнем слове. — А для меня это был отличный вариант. Мы продолжали неспешно гулять по вечернему городу, пока Кас неожиданно не повёл меня в ресторан. Мы зашли внутрь, и меня окутала уютная атмосфера пустого зала с кирпичными стенами, где мягкий свет свисающих с потолка ламп играл на тёмных деревянных полах. Барная стойка из тёмно-синего дерева, украшенная, как и мой букет, красными цветами, добавляла месту особую элегантность. Точнее, зал был почти пуст. В центре комнаты стоял длинный деревянный стол, вокруг которого были расставлены стулья с синей обивкой. На этих стульях уже сидели мои друзья. Саша в красивом чёрном платье и большими золотыми серьгами, а рядом с ней Майкл — улыбчивый, с рыжей бородой, он напоминал доброго фермера из фильмов. Но больше всего меня удивило присутствие той самой барменши с розовыми волосами, которая когда-то обслуживала меня до знакомства с Касом. Сейчас же у неё были длинные фиолетовые локоны — подозреваю, что тоже искусственные, — а одета она была в изящный белый костюм. Улыбка растянулась по моему лицу до ушей. Я думал, что этот день не может стать лучше, но ошибался. Он ещё как смог. Всё ещё пребывая в приятном шоке, я подошёл к столу, а друзья сразу окружили меня с поздравлениями и крепкими объятьями. — Привет, Джунки! С днём рождения! — с милой улыбкой ко мне подошла подруга Каса. — Меня зовут Лили, и я очень рада быть здесь, надеюсь, ты не против? — и протягивает мне белый пакет, гармонирующий с её нарядом. — Мне казалось, что нас будет маловато, поэтому я позвал и её, — шепнул мне на ухо Кас. — Она классная! — Конечно, не против. Спасибо, что пришла, Лили. И тебе, Кас, — с горящими от эмоций глазами я повернулся к нему. — Ты сделал этот день по-настоящему особенным. — Он и так особенный. Ведь это твой день. Мы присоединились к остальным за столом. Этот день действительно был фантастическим. Меня поздравили, угостили тортом и хорошенько напоили. Я обещал больше не пить? Не помню такого…