Глава 2 — Повторение сна
7 января 2026 г., 10:00
От недосыпа клонило в сон. Казалось, что всю ночь я и правда пробегал по незнакомому замку, а не провёл лёжа на диване. Даже в худшие дни таким разбитым после короткого сна я себя не чувствовал. Оставалось надеяться, что следующая ночь будет не такой выматывающей.
Пока я дожидался свой утренний кофе, ко мне подсел Адам. Тот тоже, похоже, решил прийти пораньше, чем начинался у него экзамен.
— Выглядишь так, будто вот-вот уснёшь, — прокомментировал моё состояние друг. Я лишь поднял на него уставший взгляд.
— Плохо спалось, — ответил я, когда мне, наконец, отдали заказ.
— Опять сидел допоздна над картиной? — он усмехнулся, прекрасно меня зная.
— И это тоже, — не стал отрицать я. — Ещё и сон такой странный снился. Из-за него я проснулся в пять утра, — проговорил, со вздохом завалившись на своё место.
— И что за сон? Неужели кому-то снятся романтические сны? — предположил Адам.
Именно в такие моменты мне хотелось прибить его.
— Не все, как ты, помешаны на отношениях и не могут и дня без них провести. Готов поспорить, ты снова скачал какое-нибудь приложение для знакомств и ищешь там любовь всей своей жизни, — я отпил кофе, внимательно рассматривая своего друга. Раздражающая улыбка пропала с его лица, будто его поймали с поличным.
— Ты сегодня какой-то злой. Спать нужно раньше ложиться, — он отвёл взгляд, игнорируя сказанное.
— И как успехи в поисках? — спросил я, пытаясь унять внезапную злость. Недосып и правда отвратительно сказывался на мне. Главное было не отключиться случайно на экзамене, иначе среди студентов ещё долго будут ходить слухи, как это было с одной пожилой преподавательницей с нашей кафедры.
— Познакомился с несколькими девушками, на неделе будет с одной свидание, — ответил Адам, уже показывая мне фотографию девушки на телефоне. Кого-то она мне напомнила. Чёрные волосы, тёмные глаза, светлая кожа, припухлые губы, веснушки. Я не стал уже говорить, что девушка была уж слишком похожа на Вику, ограничившись кивком. Краем глаза заметил описание профиля, из чего я понял, что девушка была домоседкой, интровертом и геймером. Полная противоположность образу жизни друга, что и озвучил ему.
— … Трудно вам будет, — договорил я, на что Адам лишь отмахнулся, мол, сам разберётся. Но я прекрасно знал его: в отношениях с таким человеком он взвоет уже через месяц, потому что проводить девяносто процентов времени дома ему было невыносимо. Его постоянно тянуло на долгие пешие прогулки, кемпинг, конный спорт, плавание и далее по списку, так как занятия менялись чаще, чем я успевал моргать. Наверное, из всех девушек только с Викой у друга на все сто совпадали интересы, но не характер и видение будущей жизни, что и вызывало вечные споры.
Некоторое время я продолжал слушать рассказы Адама о том, какие девушки сидят на сайте знакомств, периодически кивая, хотя мыслям был совсем не с ним. Перед глазами всё ещё стоял старинный замок, красные ликорисы и такие же красные, как и цветы, глаза мужчины, которого увидел перед тем, как проснуться.
Эта игра моего подсознания вызывала много вопросов. Если берег моря ещё получалось объяснить тем, что я накануне рисовала картину с ним, то вот всё остальное… не читал и не смотрел я ничего подобного в последнее время, чтобы оно могло мне присниться. Но мучаться этими вопросами было бесполезно, всё равно сон забудется через пару дней, как и любой другой.
Через час мы с Адамом разошлись. Я отправился принимать экзамен. Сонливость удалось прогнать с помощью нескольких кружек кофе, хотя постоянно то и дело отвлекался, благо, что принять работы удалось без происшествий. Отдельно радовало, что это был последний экзамен в первой ведомости этого семестра. Оставались только пересдачи, но тех было немного и с ними мне придётся разбираться уже в новом учебном году.
Не став снова встречаться с Адамом в кафе, я отправился домой. Сил на какое-либо взаимодействие у меня уже не осталось. Хотелось лишь отоспать то, что не доспал ночью. Правда, уже в своей квартире я понял, что заснуть не получится: ярко светящее солнце и жара делали своё дело.
Выпив ещё кофе, я решил продолжить рисовать картину, вспоминая тот вид из окна в своём сне. Увидев это место «в живую», получилось добавить ещё больше деталей, составляющих полноценную картину. Получилось нарисовать даже то, что я изначально не представлял. Кажется, это сделало мою работу даже лучше.
К вечеру ещё удалось позаниматься домашними делами, прежде чем наконец стемнело и можно было лечь спать. От усталости я буквально свалился без сил и мгновенно заснул.
***
И снова я открыл глаза так же быстро, как и закрыл, непонимающе моргая. Место снова не походило на мою комнату. Чуть осмотревшись, стало понятно, что место мне знакомо. Именно придя сюда, я проснулся прошлой ночь и здесь же меня почти схватили. Комната была погружена в полумрак, но чёрно-красные гобелены были различимы. Лежал я на полу, да и рядом всё равно не нашлось бы, куда прилечь. Спасибо, что хоть на ковре, а не на холодном камне. Только вот, в любом случае, я бы предпочёл проснуться в несвязном сне, нежели здесь. Почему-то казалось, что ни к чему хорошему это не приведёт, да и не слышал я, чтобы сны продолжались или повторялись. Я поднялся, так как делать было нечего. Стоило поискать способ, как проснуться и заснуть в нормальном сне без сновидений. Жаль, что мысли об этом не могли меня разбудить, как это происходило с осознанными снами. Помещение оказалось пустым, без намёка на вчерашнюю группу стражей, пытавшихся схватить меня. Хотя нет, краем глаза я заметил движение где-то за колоннами. Похоже, помещение охранялось, и прямо сейчас меня заметили, а это уже плохо. Мне хватило и вчерашней погони, и я бы предпочёл спокойно провести время до рассвета, пока мне не удастся проснуться. Кажется, если это продолжится, то я вообще спать перестану. Пока здесь снова не собрался отряд на мою поимку, я поспешил уйти, скрываясь в лабиринте коридоров. Стоило поскорее найти выход из этого места, иначе идея выйти через окно уже не станет выглядеть такой бесполезной. Вздохнув и почесав затылок, я шёл, оглядываясь по сторонам. Всё те же мрачные стены, полумрак и редкие светильники. В итоге получилось выйти лишь на небольшой балкон, откуда открывался куда лучший вид на берег. Кажется, я был обречён навсегда остаться в этом сне и в этом замке. Или, может, следующая ночь решит сжалиться надо мной. Правда, окажись я лишь на берегу реки без посторонних, этот сон мог даже быть одним из лучших… Прохладный ночной воздух трепетал волосы и ткань лёгкой пижамы, хотя духота никуда не делать. В любом случае, здесь было лучше, чем в помещении и я ненадолго прикрыл глаза, наслаждаясь этим моментом, прежде чем решил посмотреть вниз. Хотелось бы сказать, что можно было как-то выбраться через балкон, но высота поражала. Замок расположился прямо на скалах. Попытка спуститься по ним закончилась бы тем, что я просто сорвался бы и сломал шею, пока летел бы вниз. А, даже учитывая, что это сон, мой инстинкт самосохранения было против, чтобы я подвергал себя опасности. Рациональной части до сих пор не получалось убедить меня в обратном. Хотя, было что-то зачаровывающее в высоте. И пугающее. Я сделал шаг назад, отступая от обрыва, но случайно наткнулся спиной на что-то. Мне казалось, что стена была не настолько близко. Ещё более странно стало, когда на плечи легли руки, сжавшие их, заставив меня замереть на месте, чувствуя обволакивающий запах цветочного парфюма. Ну, что ж, если я захочу сбежать, то только вниз… — Я думаю, нам стоит познакомиться, — проговорил человек сзади. Его голос был низким, пробирающим до мурашек Я попытался отстраниться и мужчина меня отпустил. Прижавшись к перилам я встал напротив, глядя прямо в глаза. Такие же, как и вчера: кроваво-красные. Сейчас он был не в парадной форме, а в более «лёгкой» одежде: чёрные рубашка и брюки, пиджак с красной подкладкой. Особо выделялись серьги с камнями и обилие колец на руках, и золотую вышивку на одежде. Мужчина так же застыл, глядя на меня и оценивая. В отличии от него, я стоял в своей пижаме: простой, купленной на маркетплейсе, бледно-жёлтой пижаме. Даже стало стыдно за свой внешний вид, но успокаивало лишь то, что это сон. Да, именно, это был сон. Мне не о чём переживать. Я несколько раз вдохнул и выдохнул, стараясь унять внутреннюю дрожь. На лице мужчины появилась лёгкая улыбка, будто его забавляла моя реакция. — Добрый вечер, — проговорил я, стараясь придать голосу уверенности. — Боюсь, что уже ночь, — заметил мужчина. — Доброй ночи? — я усмехнулся, хотя смех, кажется, вышел более нервным. — Думаю, наше вчерашнее знакомство немного не задалось, — проговорил он, игнорируя мою глупую шутку. — Да уж, когда против тебя выступает вооружённый отряд… как тут задаться знакомству, — казалось, я говорил, только чтобы говорить. Вот она — неловкость при знакомстве. — Поэтому я хочу загладить вину, — сказал мужчина, — и пригласить вас на очень поздний ужин. Звучало очень подозрительно. Я не был идиотом, чтобы понимать, что под «приглашением ужином» могло пониматься «пригласить посетить темницу в качестве будущего жителя и быть обвинённым в шпионаже или чего похуже». В общем, никуда идти мне не хотелось. Но, делая скидку на то, что это был сон… очень реалистичный сон, где я чувствовал даже боль, и мне не хотелось думать, как ощущались бы пытки. Это был именно тот опыт, без которого я точно обойдусь. Оставалось надеяться, что мужчина и правда имел в виду ужин, потому что я сомневался, что встреча со скалами оказалась бы менее болезненной. — Хорошо, — я кивнул, после чего мужчина протянул руку для рукопожатия: — Моё имя Даниэл Авель, — представился он. — Ян Юмин, — я пожал его руку в ответ. — Ян? Странное имя, — мужчина издал смешок. — Я тоже самое могу сказать про ваше. Даниэл, кажется, счёл это тоже забавным, нежели оскорбительным, так что не стал зацикливаться на этом внимание, пригласив обратно в замок. Я следовал за ним, петляя по коридорам, пока мы не вышли на другую, более просторную террасу, где уже стоял накрытый небольшой столик. Кажется, ужин и правда значил ужин, даже если стоящее на столе нельзя было назвать полноценной едой. Даже от сердца отлегло. Мужчина пригласил меня присесть за стол, и я послушно занял место напротив него. На столе стояли несколько тарелок с различными сладостями: выпечкой и конфетами, а также две чашки для чая и чайник, от которого исходил пар. В какой-то момент рядом материализовался слуга, чем слегка напугал меня, своим неожиданным появлением. Но даже внутреннее напряжение от встречи и этого сна не могло скрыть завораживающую красоту ночи. Всё ещё полная луна важно возвышалась на небе, окружив себя россыпью звёзд. Полупрозрачные редкие облака плыли по небу, подобно кораблям на водной глади. Тишина и покой успокаивали разум, а ветер приятно щекотал кожу. Слуга разлил нам чай по чашкам, а после, поклонившись, скрылся с глаз, чтобы не вмешиваться в разговор. Но Даниэл не спешил начинать этот разговор, спокойно отпивая горячий напиток. Я последовал его примеру, а после потянулся к сладостям. Честно признаться, они были моей второй слабостью после кофе. От передоза сахаром меня останавливала небольшая зарплата, которую я и так тратил на кофе. И, что удивительно, вкус еды в этом сне тоже чувствовался: шоколадная конфета буквально таяла во рту, оставляя после себя сладкое приятное послевкусие. Невольно рука потянулась к следующей, и я понял, что остановиться будет трудно. Точнее, даже невозможно. Даниэл наблюдал, как я одну за другой брал конфеты, а после запил их чаем, который оказался без сахара, благо, что сладость конфет сгладила напиток. Сам чай показался вкусным и необычным, как для человека, который в своей жизни пил только пакетованную ароматизированную пыль. — Я думаю, мне стоит извиниться за вчерашний приём, так как мы не совсем правильно поняли ситуацию, — начал говорить мужчина. Я поднял на него не многозначительный взгляд, так как ответить с набитым ртом было сложно. — Думаю, вы понимаете, что когда в замке появляется незнакомый человек, можно ненароком всполошиться. Я кивнул. Прекрасно понимал, так что даже спорить не хотел. Единственное, что было для меня удивительным: сейчас ко мне уже не было претензий. Что изменилось в мире моего сна за день? Но, как бы там ни было, это только мне на руку, учитывая, что завтра сюда я возвращаться не собирался. Кажется, я так же и вчера говорил? Не суть! — Всё в порядке, — проговорил я. Даниэл улыбнулся, держа чашку в руках. — Рад слышать, — и он снова отпил. Как можно было заметить, сам он не прикасался к сладостям. Или в этом был какой-то подвох, или они ему просто не особо нравились. Об этом я старался не задумываться, чтобы не накручивать себя из-за какого-то сна. А не накручивать не получалось: сон был настолько реалистичным, как хорошая книга, в которую погружаешься с головой, не чувствуя границ. Это немного пугало меня, так что я раз за разом старался повторять себе, что с наступлением рассвета я проснусь и ничего здесь больше не будет иметь значение. Но это ведь не значило, что нельзя участвовать в этом сне, как в настоящей жизни, даже если просто из интереса? Когда ещё выпадет шанс на такой реалистичный сон. Хотелось бы назвать его осознанным, но здесь всё ещё не получалось делать даже малую часть запредельных вещей, по типу полёта или перемещению в другие точки выдуманного мира. Под воцарившееся молчание мы продолжали пить чай, а я всё никак не мог прекратить любоваться здешними видами. Вот где хотелось жить, а не в душном городе и четырёх стенах. И выходить каждый вечер на балкон под тихое мерцание звёзд. — У вас здесь красиво, — решил озвучить я свои мысли. Даниэл тоже посмотрел на берег и море, будто впервые его увидел. Наверное, он, как и многие люди, не замечал красоты, что вокруг него, погружённый в дела. Я и сам часто попадался в эту ловушку, а потому иногда хотелось остановиться, и оглянуться вокруг, выцепив красоту в простых вещах: в одиноко светящем фонаре посреди улице, цветущем дереве у дома, певчей птичке на проводе… Что-то меня потянуло на философствования. Вот что недосып с людьми делает. — Вам понравился берег? — кажется, мужчина заметил мой особо пристальный взгляд, прикованный к песку, окружённому длинным фьордом (Прим. Автора: Фьорд (фиорд) — узкий, извилистый и глубоко врезающийся в сушу морской залив со скалистыми берегами. Длина фьорда в несколько (чаще всего — в десятки) раз превосходит ширину). — Да. Я изначально хотел спуститься к нему, но не вышло, — я вздохнул, а потом понял, что мои слова, должно быть, прозвучали достаточно странно для человека из моего сна. Но тот лишь кивнул, не задавая вопросов, по типу «как попал в замок, если изначально хотел оказаться на берегу», но это и не было важно. Это же сон, какая здесь логика. Нужно сказать спасибо, что на меня больше не наставляют оружие. — Я могу провести вас туда, — предложил Даниэл. — Правда? — удивился я, выпрямляясь, будто готовый идти прямо сейчас. А я был готов. Мужчина кивнул, поднимаясь: — Пойдёмте, — и я, не думая, последовал за ним. Даниэл шёл ровно, чеканя шаг. Идеальная осанка, плавные изящные выверенные движения, и это буквально кричало, что передо мной аристократ. И как моё сознание могло выдумать нечто настолько прекрасное? Откуда взяло всё это? Явно же не из «исторических» сериалов, где люди не всегда могли передать и десятую часть атмосферы того времени, не говоря уже про этикет и грацию людей с малых лет приучаемых к этому. В один момент Даниэл остановился у стены, протянув руку к настенному канделябру. Тот поддался и стало понятно, что это был какой-то скрытый механизм: в доказательство этого стена перед нами распахнулась, подобно двери. — Замок старый, так что здесь много тайных ходов, — проговорил Даниэл. — Прошу, за мной. Мы вступили в узкий неосвещённый коридор. На руке мужчины возник небольшой светлячок, прям как тот, который призывала та девочка и которые использовались в светильниках. И спасибо, что он его использовал, потому что дальше показалась лестница, ведущая куда-то вниз. Без света на ней можно было легко оступиться и сломать себе шею, а я пока не горел желанием проверять, как это будет ощущаться. Но, если задуматься, эта лестница могла служить спуском в темницу и сейчас меня просто вели в ловушку. Наверное, я слишком плохо думаю о людях? Это же мой сон, кому здесь вздумается вредить мне? Хотя, кто знает, что ещё моя фантазия решит выдумать. Может, завтра на меня снова наставят оружие. В общем, шли мы несколько минут только, а лестница показалась такой же бесконечной, как и коридоры, особенно, если идти в молчании. Несколько раз нога чуть не соскальзывала от влаги на камне, но я быстро возвращал равновесие, пока Даниэл с тревогой оборачивался ко мне. А потом лестница, наконец, закончилась, выведя нас к двери. Мужчина приложил руку и на ней засветились незнакомые символы, а после дверь отворилась с тихим грохотом. Так мы оказались в широком туннеле, напоминающим пещеру. Или это она и была. И отсюда прекрасно был слышен шум бьющихся о скалы волн. Стоило нам ступить в неё, дверь закрылась. Я невольно обернулся, и мне показалось на секунду, что прохода и не существовало, настолько хорошо она сливалась с окружением. Учитывая, что проход вёл прямиком в замок, маскировка была просто необходима. — Идём, тут немного осталось, — проговорил Даниэл, сложив руки на груди. Я кивнул и вскоре мы вышли к каменному берегу, о который бились волны. Взгляд то и дело зачарованно застывал на беспокойной воде с отражением луны и звёзд, отчего чуть не соскользнул в воду, зазевавшись, благо, что Даниэл успел меня поймать за руку и потянуть обратно. — Осторожнее, — сказал мужчина, взглядом убеждаясь, что я снова твёрдо стою на ногах. — Спасибо, — я выдохнул от облегчения, хотя низ штанин промок насквозь, а босые ноги пробрал холод. — Лучше смотрите в оба. Хоть фонарик и достаточно освещает нам путь, но всё равно легко оступиться. Мы почти пришли. Буквально меньше чем через минуту мы, наконец, вышли к берегу. Босыми ступнями я опустился на прохладный ночной песок. Мы с Даниэлом некоторое время просто стояли на берегу и смотрели в морскую даль. Здесь морской солёный воздух стал ощущаться отчётливее, проникая в лёгкие. Достаточно налюбовавшись видом вблизи и тем как волны разбивались о скалы, окатывая всё вокруг брызгами, я шагнул к воде на встречу, теперь уже добровольно заходя по щиколотки в воду. Холод воды пробирал до дрожи и мурашек, но их я решил проигнорировать. Когда ещё выйдет оказаться около моря? Наверное, я всего пару раз бывал на солнечном пляже и то, скорее по случайности. Так вышло, что в свои студенческие годы я был довольно деятельным и получилось попасть в несколько поездок. Конечно, прекрасные были времена, но нынешние ощущения с тем не сравняться. — Спасибо, — я обернулся к Даниэлу, улыбнувшись. — Рад помочь, — просто сказал он. На его лице тоже виднелась лёгкая улыбка, хоть и непонятно было: ему самому нравилось на этом пляже или ему нравилась моя реакция. В общем, гадать я всё равно не хотел, решил прогуляться вдоль берега по воде. Хотелось разглядеть дно, так как вода казалась прозрачной, но темнота не давала мне это сделать, а фонарик был только у Даниэла. Как призвать его, я не знал, а потому довольствовался тем, что видел. А видел я всё равно достаточно, особенно, когда глаза привыкли к темноте. Жаль, что со мной не было телефона, чтобы сфотографировать это место, и приходилось вбивать его у себя в памяти. Даже жаль, что это просто сон. Возможно, ценность этого места как раз и было в том, что его не существовало.***
Утром я чувствовал себя таким же вымотанным, как и до. Как бы ни был прекрасен сон, он очень плохо сказывался на моём самочувствии, будто и правда всю ночь провёл у берега. Даже, казалось, что на языке чувствовался привкус соли. Сонный и уставший я сидел за столиком кафешки, ожидая заказ. Даже уже пожалел, что вообще решил выйти сегодня из дома, но Адам очень настойчиво стребовал с меня выполнение обещания. Сам же друг довольный сидел напротив. — Я уже начинаю жалеть, что вытащил тебя, — проговорил Адам. — Выглядишь ещё хуже, чем вчера, — не удержался он от нового комментария. — Ещё бы. По мне будто поезд проехал, — я откинулся на спинку дивана. — Вот у тебя бывало, что сон решил продолжиться в следующую ночь? — Как сериал? Мечта-а. Но нет, не было такого, — друг покачал головой. — А вот у меня продолжился. И не скажу, что я в восторге от него, — вздохнув, сказал я. — Соболезную. Что, ужастик какой-то? — Нет, вроде обычный сон, но после него я чувствую, будто даже не ложился спать. Ладно, не важно. Не будет же он третью ночь подряд мне сниться? Два раза я ещё понимаю, но дальше это уже просто невозможно… — И то верно. А тебе нужно в реальности жизнь налаживать, — усмехнулся Адам. — Боже, опять ты за своём. Свою жизнь налаживай! — фыркнул я, отвернувшись. — Ну, знаешь, хочется гулять парочками, ходить на двойные свидания, — пожаловался он. — Сходи хоть на одиночное. Когда оно там у тебя вообще? — Завтра. — Вот и думай о своём свидании. Давай лучше сменим тему, а то ты как расстался с Викой только об одном и думаешь. — Не произноси её имя, — зашипел Адам, будто змей. — Боже, она что, Волан-де-Морт? Пара дней всего прошло, а уже одно её имя тебя триггерит. Да уж, — у меня снова вырвался вздох. — Ладно, забудь. Что там нового? — Да вот, вписался писать статью и уже жалею. А мог бы отдыхать этим летом… — И кто тебе виноват? — я засмеялся, а заказ нам, наконец-то, вынесли.***
Прохладный ветер трепал одежду и волосы, не смотря на стоящую летнюю жару. Волны, сталкиваясь с берегом, шумели, превращаясь в пену. Я спокойно стоял от этого в стороне, не давая воде мочить обувь, и наблюдал за парнем, зашедшем в море. Искренняя радость этого человека зачаровывала больше самой искусной музыке. Очень редко что-то подобное можно увидеть в обществе аристократов: нас с детства учили скрывать и сдерживать свои эмоции, сохранять внимательность и хладность рассудка. Только под утро получилось уговорить Яна вернуться в замок. Нехотя он согласился, снова впав в задумчивость, только теперь относился внимательнее к препятствиями на дороге, так что дошли мы без происшествий. Только стоило нам войти в замок, как парень снова рассыпался пылью, растаяв в лучах рассветного солнца. Прокручивая эту ночь в голове, я закончил заполнять бумаги. Работа на сегодня была почти закончена, оставалось лишь просмотреть отчёты с северных земель и проверить список завтрашних встреч. Я устало потёр виски, откидываясь на спинку кресла. Время на часах клонилось к вечеру, а, значит, странник должен скоро снова появиться. В дверь постучали, заставляя меня снова выровняться и оторваться от собственных мыслей и работы. — Войдите, — кратко сказал я. В комнату вошёл Кэрис с улыбкой на лице. Только вот улыбка эта не предвещала мне ничего хорошего. — Добрый вечер, Ваше Величество, — поздоровался хранитель книг, — вы сегодня вообще ложились спать? Всю ночь провели вне замка, а сейчас продолжаете работать. — Вы пришли отчитывать меня? Я спал пару часов днём… — Этого недостаточно. Вы совсем себя не жалеете! Нашему государству нужен здоровый и полный сил император, — Кэрис твёрдым шагом и сложенными руками на груди подошёл к столу. — Я почти закончил, через пару часов встречу нашего странника, а остаток ночи буду спать, не волнуйтесь, — проговорил я, только вот такой вариант библиотекаря, кажется, не устраивал. Как вообще дошло до того, что за моим состоянием приглядывает хранитель книг? — Вы можете поручить следить за странником кого-то из слуг. Лично не нужно этим не обязательно заниматься, — продолжал наседать Кэрис. — Пару часов. Всего пару часов и я лягу спать, — вздохнул я. Хранитель книг подумал несколько секунд, а после кивнул: — Ладно. Но я приду проверить. — Хорошо, — а после Кэрис всё же ушёл. Но спокойно доработать мне не дали, потому что в дверь постучали практически сразу, как библиотекарь ушёл. В кабинете появился один из советников — Дор Гейтс, родом с южных земель. Один из верных людей императорской семьи, пусть и весьма консервативных взглядов: не зря он был близок с моим отцом… Дор был мужчиной уже преклонного возраста с короткими седыми волосами, блеклыми серыми глазами за стёклами очков и небольшим ростом. Одет он был как всегда строго в тёмно-синем костюме, что сразу показывало его статус. Особенно во всём образе выделялся фамильный перстень дома Гейтс. — Добрый вечер, Ваше Величество, — мужчина поклонился. — Добрый вечер. Что привело вас в столь поздний час? — спросил я, глядя прямо на него. Встреча с ним не была назначена, что меня не радовало: не было времени морально подготовиться к очередному серьёзному разговору, которые на себя взял Дор после смерти отца. Сегодня мне и Кэриса хватило. — Я хотел бы обсудить с вами мой прошлый вопрос… — начал он, но прервался, после моего тяжёлого вздоха. — Я даже не хочу рассматривать это, — сразу оборвал его я. — Моя женитьба не настолько важный вопрос сейчас, даже если у вас есть претендентки на место императрицы. — Но вам всё равно нужен наследник, — всё продолжал настаивать на своём Дор Гейтс. — У меня уже есть наследница, — отмахнулся я, в очередной раз. — Её Высочество Летиция — женщина, она не сможет управлять государством… — Знаете, я уважаю вашу дружбу с моим отцом, уважаю всё, что вы сделали для меня и государства, но считаю, что ваши взгляды весьма устарели, — мой голос стал твёрдым. — Я не вижу необходимости в женитьбе и рождении наследника, а моя дочь станет императрицей, и будет управлять государством, если это понадобиться. — Ваше Величество, простите за дерзость, но это не вопрос устаревших взглядов, а традиции, — упёрся Дор. — Да и иметь лишь одного наследника… небезопасно. — Не все традиции должны продолжать жить. А безопасность дочери я в состоянии обеспечить. Думаю, на этом наш разговор можно закончить. Своё мнение я не изменю, — сказал я, наконец, ставя точку в этом повторяющемся разговоре. — Вы хотели поговорить ещё о чём-то? — Нет, Ваше Величество. Спасибо, за уделённое мне время. После советник удалился, оставив меня наедине с собой, чему я сейчас был рад. Внутри закипала злость и хорошо, что Дор вовремя это понял, чтобы не попасть под горячую руку. Вернувшись к работе, я смог закончить с ней за полчаса и, наконец, покинул кабинет, под начинающийся за окном дождь. Первым делом я решил навестить Лети. За работой часто не замечал, что буквально оставляю свою дочь одну. Раньше это с лихвой компенсировала жена, занимаясь Летицией самостоятельно или устраивая нам семейные ужины, но даже спустя год с её смерти оказалось сложно перестроиться. Но дочери было ещё труднее, и это стоило держать в голове. Она потеряла мать в столь раннем возрасте и у неё есть только я. Комната Лети встретила полумраком, освещаемым лишь одним тусклым ночником. Дочь лежала в кровати, но постоянно вертелась, а служанка Мэри сидела рядом и пыталась уложить её, буквально упрашивая заснуть. Сразу становилось понятно, что мы родственники. — Папа! — Летиция почти что вскочила с кровати, увидев меня. Мэри устало вздохнула, не став препятствовать. — У вас всё хорошо? — спросил я, беря Лети на руки. — Да, только госпожа всё никак не хочет ложиться спать, — кивнула служанка, поднимаясь, чтобы поклониться. — Не стоит сейчас кланяться, — одёрнул её я, — я ненадолго заглянул, чтобы проведать дочь, не стоит так фамильярничать. — Извините. — Всё в порядке. Лети, почему ты не слушаешься? — с серьёзным тоном проговорил я. — Я просто не хочу спать, — возмутилась Летиция, надув щёки. — Если ты не будешь спать, у тебя не будет сил завтра, — сетовал я. — Я всё равно не хочу, — продолжала дочь. Я вздохнул, понимая, как гувернантке трудно приходится. — Лети, если будешь слушаться мадам Мэри, на следующей неделе мы сходим вместе в город на праздник, хорошо? — я опустил дочку на пол, присев на корточки, чтобы быть с ней лицом к лицу. Летиция задумалась, а после кивнула. — Хорошо. Но только с тобой, а не с Мэри, — проговорила она. — Вот славно, — ответил я, передавая Лети обратно служанке. — Доброй ночи. — И тебе, — сказала Летиция, зевнув. — Доброй ночи, Ваше Величество. Стоило покинуть покои дочери, как рядом оказался один из стражников, сообщив, что странник снова появился. Я кивнул, а после направился туда, где его видели. Похоже, он снова решил пойти гулять по замку, если не решил попытаться выйти к берегу. Последнее у него не выйдет, если только не в обход, так как секретный ход можно открыть только с магией, которой в нём совершенно не было. Ян нашёлся быстро: он недалеко ушёл от того места, где пропал в прошлый раз. Парень застыл у окна, по стеклу которого барабанил по дождь. — Доброй ночи, — сказал я, привлекая внимание. — Сегодня прогуляться не выйдет. — Не думаю, что дождь станет для меня помехой, — отмахнулся парень. — Тогда придётся идти в обход, а это дольше, — а под удивлённый взгляд Яна я пояснил, — в дождь ещё проще оступиться на камнях, а море в это время более беспокойное: и не заметишь, как тебя унесёт. — Ясно, — кивнул он, выглядя при этом весьма расстроенным. — Давайте лучше я покажу вам наш зимний сад, — предложил я, а Ян согласился с этим предложением. В любом случае я планировал перенести туда поздний ужин, так как дождь шёл сегодня уже полдня, иногда успокаиваясь, а иногда набирая силу. В саду нас встретил уже накрытый круглый столик с небольшой беседке, увитой красными розами. Рядом протекал исскуственный ручей с небольшим водопадом. Наверное, во всём замке это было моим любимым местом. Тихо, никто не беспокоит, — можно даже слуг отослать, — и непогода не страшна. Ян любопытно оглядывал сад, иногда приближаясь к некоторым растениям, чтобы разглядеть их получше. Я не стал прерывать его, просто наблюдая, как и вчера. — Синие гортензии такие красивые, — прокомментировал себе под нос Ян, чуть присев. — Нравятся? — спросил я. — Мои любимые цветы. У бабушки в саду всегда такие росли. И ещё белые. У неё много разных цветов было, — сказал парень, поднимаясь. — Белые здесь тоже есть, но в другой части сада. Я могу потом показать. — Если вас не затруднит, — проговорил Ян, наконец отрываясь от растений, после чего мы смогли сесть за стол. Пока парень начал уплетать сладости почти за обе щёки, слуга разлил нам чай. В этот раз я приказал подать много разных вкусностей. Сам их не особо любил, но вот дочка просто обожает сласти. Жене они тоже нравились, но она не часто их ела, предпочитая оставлять их Лети. Мне всегда казалось это странным, но потом я понял, что она была из беднеющего рода, и лишних денег на подобное у них не было: привычка так и не ушла, так что лучшее она старалась оставить нашей дочери. Моя дорогая Илэрия часто пренебрегала собой и это её сгубило. Как жаль, что и я тогда был слеп и не смог ей помочь — Рад, что вам нравится, — вкус чая играл на губах. Кажется, именно его доставили с земель Этерии. — Спасибо за ваше гостеприимство, — Ян смутился, положив одну из взятых конфет на место. — Всё в порядке, их принесли для вас, — проговорил я, пожалев, что косвенно указал на это. Меньше всего мне хотелось стеснять его, подобно другим аристократам, которые часто при виде меня боялись сделать лишнее движение. Вот уж что, а слава прошлого императора всё ещё догоняла меня. — Простите, наверное, я выгляжу, как варвар, — проговорил Ян, уткнувшись взглядом в чашку чая. — Мне это не важно, делайте так, как вам комфортно. Если я захочу посмотреть на ханжей, я организую бал, — проговорил я. — Хах, — он неловко усмехнулся, — но вы не выглядите так, будто вам комфортно сейчас. — Почему вы так решили? — я перевёл на него удивлённый взгляд. — Вы очень напряжены и очень осторожно разговариваете, это заметно… — Вы тоже не очень-то разговорчивы, — не удержался от небольшого смешка я. — Ну… ладно, засчитано, — Ян тоже усмехнулся. — Но думаю, вы правы. К сожалению, у нас так принято. Как я заметил, у вас принят более фамильярный стиль общения? — Можно сказать и так сказать. Есть, конечно, и деловое общение по работе, но оно не постоянно используется, — добавил парень. — Знаете, мне было бы интересно послушать о вашем мире и его обычаях, — я снова отпил чая, прежде чем снова посмотреть на Яна. На его лице застыло ещё большее удивление, будто он не ожидал от меня… а чего не ожидал? Может того, что я знаю о его происхождению из другого мира? Но он же должен понимать, что его сон стал порталом в другой мир? — Да, конечно. Что вам интересно? — парень неловко вывел пальцем узор на белоснежной скатерти. — Я думаю, что вы можете рассказать это в следующий раз, — прервал нас до боли знакомый голос. Кэрис спокойно подошёл к столу: — Извините, что прерываю вас, но Его Величество нужно идти спать, так как уже поздно. Ян переводил взгляд то на библиотекаря, то на меня. — Ничего страшно. Значит в следующий раз, — торопливо проговорил он. Я благодарно кивнул: — Извините, что мне придётся вас покинуть. Надеюсь, следующей ночью мы сможет продолжить наш разговор. Я попросил слугу приглядывать за вами. Обращайтесь к нему, если что-то понадобиться, — после этого мне пришлось подняться из-за стола и покинуть зимний сад, отправившись в свои покои. Только вот спать совершенно не хотелось, а внутри рос интерес.***
Его Величество? По спине пробежал холодок, когда догнало осознание, с кем я общался эти несколько дней. То, что Даниэл был владельцем замка и аристократом — было понятно с первых мгновений нашего знакомства, но я даже представить не мог, что он — правитель. Наверное, меня всё же казнят за неуважение, так что, спасибо, что это сон. Можно просто проснуться и… и что я сделаю? Прикажу своему мозгу не переносить меня сюда снова? Как я проверил, это не работает, и третий день подряд оказываюсь здесь без права выбора. Может, конечно, нужно чуть больше времени, чтобы, наконец, освободиться, но меня начинают терзать смутные сомнения по этому поводу, но каких-либо идей, что с этим делать, пока не было. Ещё больше добило, что он знает, что я «из другого мира». Но если подумать, то не странно, что человек из моего сна знает, что я не часть этого сна. Или это всё уже слишком замудрено? Голова начала болеть от всех этих мыслей. Я ждал лета и конца сессии, чтобы отдохнуть, а не ломать голову над странностями собственного сна! Тем более, что это сон: он и должен быть странным! Боже, когда там уже утро? Но ночь только началась. Я невольно поднял голову наверх, упёрщись взглядом в стеклянный потолок зимнего сада, по которому барабанили и стекали капли дождя, наполняя этим звуком всё помещение. Было что-то приятное в том, чтобы находить внутри и наблюдать за непогодой снаружи. Допив чай и съев ещё несколько конфет, я больше не хотел оставаться на одном месте, поднявшись. Рядом со мной мигом оказался слуга, до этого остававшийся в стороне. Сильно переживать о «проявленном неуважении по отношению к правящей персоне» я не хотел, решив, что раз Даниэл не сделал мне хотя бы замечание на этот счёт, то можно быть немного спокойнее. Но за словами лучше начать следить. Кто это там чувствует себя некомфортно? Я еле удержался, чтобы не ударить себя по лицу от стыда. Стоило мне покинуть зимний сад, как слуга последовал за мной, держась сзади на несколько шагов. Я старался сильно не думать и о нём, непривычный к такому поведению людей. Не был я настолько важной персоной, чтобы выделять мне личного слугу. Скорее всего, его приставили больше для слежки за мной. Почему-то сразу вспомнилась та девочка с красными глазами — почти что копия Даниэла, только с более мягкими чертами лица и лисьими глазами. К слову, вспомни солнце, вот и лучик: эта девочка снова встретилась мне в коридоре. Она пыталась забрать на подоконник, до которого еле доставала. Кинув взгляд на слугу, я увидел, как тот побледнел, будто её здесь быть не должно. Через несколько секунд девочка заметила нас, случайно повернув голову: — Ой, здравствуйте, — пискнула она. — Госпожа, почему вы не у себя? — спросил слуга, коснувшись камня на собственной броши. Как-то я её не сразу заметил. — И почему не спите? — Я проснулась и не смогла уснуть, — пробормотала девочка чуть ли не себе под нос. — Решила прогуляться. Отец часто так делает… — Вам не стоит бродить ночью по замку, это может быть опасно, — вздохнул слуга, и в это время показалась служанка. Её я тоже помнил: она же и в прошлый раз увела девочку, а после вызвала стражу на меня. Как приятно, что мозг помнил эти мелочи. — Госпожа Летиция, — служанка выглядела сердитой, одетой в ночную рубашку. Считай, пришла сюда в неглиже. Видимо, вопрос настолько не требовал отлагательство, что у неё не было времени даже одеться. Девочка застыла испуганным оленёнком перед летящей на неё фурой. — Ваш отец будет недоволен, — сказала он. Летиция опустила голову. — Что он скажет, когда узнает, что вы не выполнили своё обещание? — Это в последний раз, — пробубнила девочка. — Но мы ведь можем не говорить об этом Его Величеству, чтобы не беспокоить? Не думаю, что ему стоит переживать из-за такого незначительного повода, — проговорил я, оглядывая всю разворачивающуюся картину. Летиция подняла голову, а её глаза, казалось, засияли от надежды. Служанка сжала губы, с недовольством глядя на меня, когда слуга вздохнул, покачав головой. — Мэри, пожалуйста, — Летиция посмотрела прямо на служанку. — Это в последний раз… Девушка вздохнула, будто сдаваясь: — Хорошо. В последний раз. Сделаете так ещё раз и я расскажу вашему отцу. — Спасибо, — девочка обняла Мэри. — Сэм, не говори Его Величеству. Всё равно ничего страшного не произошло, — попросила служанка, посмотрев на приставленного ко мне слугу. — Ладно. Только ради тебя, — он кивнул, кинув взгляд на меня, но я и так собирался молчать, раз сам предложил это. Надеюсь, это не сильно плохо скажется на сюжете моего сна. — А теперь быстро обратно спать, — Мэри поднялась, поставив руки в боки, чтобы подчеркнуть свою строгость. — А ты почитаешь мне сказку? — Летиция теперь, казалось, сделала глаза кота из «Шрека». — Вы уже слишком взрослая для сказок, — служанка протянула девочке руку и та, поникше, приняла её. А мне хотелось запротестовать: она выглядела лет на шесть-семь, то есть, она ещё ребёнок! Вполне нормально ещё почитать ей сказку на ночь. Наверное, стань я родителем, то не смог бы хоть что-то запретить своему ребёнку. Ну, или как бы сказали современные психологи, я компенсирую так своё неудачное детство и стараюсь не стать, как мои родители. Это ясно, как день! Но всё равно, глядя даже на чужого ребёнка, хотелось сделать, как он хочет. Наверное, хорошо, что я не стал школьным учителем — со взрослыми семнадцатилетними и старше лбами проще бороться. Не зная, что всё равно делать, я решил последовать за Летицией и Мэри, которые зашли в дверь напротив окна: похоже, девочка не успела ещё далеко уйти. Я застыл в дверях между подобием гостиной в покоях и самой спальней, наблюдая, как служанка укладывала малышку спать. Та крутилась, будто под матрас ей насыпали гороха, и всё никак не могла устроиться. — Давайте, если вы не хотите, я почитаю ей, — не выдержал я, надеясь, что это всё же поможет. Мэри вздохнула, а после кивнула, соглашаясь на эту последнюю надежду заставить ребёнка спокойно спать: — Книгу можно взять в соседней комнате, — сказала она. — А можно историю про русалку? — засверкав глазками, попросила Летиция. — Хорошо, — а после, уже выйдя из комнаты-спальни, я спросил у слуги: — Что за история про русалку? — «Звёздная пена», это сказка из этой книги, — Сэм вытащил один кожаный сборник из полки, вручив мне. — Спасибо, — я благодарно кивнул, принимая книгу. Тёмно-синий переплёт с посеребренным названием на обложке: «Сказки из звёзд и ночи». Я немного пролистал её, ища нужный рассказ, но, как оказалось, синее ляссе было заложено уже на нужной странице, будто эту историю читали настолько часто, что решили даже секунды не тратить на её поиски. Глазами я пробежался по тексту, чтобы удостовериться, что я всё понимаю и могу прочитать. После мы вернулись в спальную комнату, откуда, из под одеяла, выглядывала малышка, затаившись. Я присел на краю кровати, под взглядом Мэри, которая следила за мной. Даже подумалось, что я бы тоже опасался незнакомого мужчину в комнате маленькой госпожи, так что решил не обращать на это внимание, сосредоточившись на тексте. Спокойным голосом я начал читать, и сам погружаясь в историю про любовь принца и русалки, которая хотела защитить его от морской колдуньи и превратилась из-за этого в морскую пену. Сказка показалась мне знакомой, но это уже привычно списал это на попытку моего мозга в копирование. Закончив последней строчкой, где принц стоял на берегу моря, глядя вдаль с сожалениями о ушедшей любви, я закрыл книгу. Летиция широко зевнула, сонно моргая глазами. — Не думал, что детям нравятся сказки с грустным концом, — тихо проговорил я. — Она напоминает мне о маме, — так же тихо пробубнила девочка., закрывая глаза. Почему-то эта фраза показалась мне странной, поэтому я решил спросить, не думая даже секунду: — А где она? По лицу служанки Мэри было понятно, что зря я вообще рот открыл, но Летиция лишь ответила: — Она умерла, — а после, наконец, заснула. Служанка выдохнула, понимая, что нас пронесло, а после попросила жестом выйти. Мы вернулись в подобие гостиной: — Лучше не задевать эту тему при госпоже. Она очень тяжело перенесла смерть Её Величества и только начала отпускать произошедшее, — сказала Мэри. — Извините, я не знал, — я чуть склонил голову, чтобы выразить своё сожаление. — Всё в порядке, это нормально, но впредь будьте аккуратнее, — попросила она. — И с чтением тоже будьте осторожнее: раньше госпожа Илэрия часто читала дочери на ночь. Можно сказать, это было их традицией… — Я понял, — кивнув, мы покинули покои Летиции и решил продолжить прогулку. До рассвета было ещё далеко, так что я хотел найти место, где смогу скоротать время. Желательно, где будет сухо, поэтому идея посидеть где-то на балконе отсеялась ещё на первичном отборе. Сэм посоветовал библиотеку или вернуться в зимний сад. В итоге я решил для начала взглянуть на библиотеку и может взять почитать что-то для себя: вдруг что-то интересное найдётся в моём сне. В хранилище книг нас встретил тот же человек, который отправил Даниэла спать. — Моё имя Кэрис и я библиотекарь Императорской библиотеке, — он улыбнулся, представившись. И с каких пор библиотекари имеют власть и право указывать, что делать Императору? Но я решил всё же не спрашивать. Наверное, я даже не хотел знать. Просто очередная странность сна. — Я Ян, — представился я и немного задумался, какие регалии в своём сне имею, кроме имени. Интересно, здесь прокатит, что я доцент технических наук и являюсь преподавателем? Хотя, это даже в моём мире мало кто воспринимал всерьёз, кроме таких же преподавателей. Студентам уж тем более всё равно, кто им там что ведёт: большинство думает, как прогулять пары, чтобы поскорее пойти домой, да как сдать экзамены с меньшими энергетическими затратами. — Вы что-то хотели? Может, хотели взять книгу почитать? — спросил Кэрис. — Да, но вообще, я искал место, где можно скоротать время до утра, — признался я, чувствуя толику неловкости. Даже с Даниэлом было меньше тревоги, чем при взгляде на библиотекаря. Кэрис кивнул: — Есть какие-то предпочтения и пожелания? — он вышел из-за своей стойки, шагая к высоким стеллажам. А они и правда были очень высокими, что никакая лестница не поможет. Сами полки сделаны из дерева с аккуратной резьбой, которые штабелями заполняли книги, свитки и прочее. — Нет, мне просто интересно, что тут есть, — я последовал за Кэрисом. — Тут много чего, так просто предложить что-то конкретное без пожеланий будет сложно. Давайте начнём с простого: вы хотите научные труды, книги по магии или просто художественную литературу? Хотя, книги по магии вам всё равно не подойдут, в вас нет ни капли маны, только зря время потратите… — библиотекарь задумался, разглядывая уходящий вдаль строй книжных полок. Было весьма обидно, что магии во мне не нашлось, даже если это просто мой сон. Казалось, что здесь мне не везло так же, как и в обычной жизни. — Мне всё равно было бы интересно про неё почитать, — проговорил я. — Скажем так, для общего развития. — Хорошо, — библиотекарь улыбнулся, словно одобрял это, — что вам именно про неё интересно? — Давайте начнём, например, с основ? — я неловко улыбнулся. Кэрис кивнул, а после махнул рукой и одна книга, паря в воздухе, спустилась вниз. Она оказалась прямо у меня в руках и оказалась намного больше, чем я мог предположить. — Давайте я вас провожу в читальный зал, — сказал Кэрис, попросив следовать за ним.***
Утром я проснулся рано, как по часам, будто не мог позволить себе сон хоть на секунду дольше. Солнце уже взошло, а, значит, странник исчез, оставив за собой лишь воспоминания до следующей ночи. Завтрак я решил провести вместе с дочерью, чему та была рада. В малой столовой было спокойно и всё ещё чувствовалось присутствие Илэрии, хоть и её место пустовало. Летиция вела себя, как ни в чём не бывало, выбирая вилкой из тарелки нелюбимые овощи. Стоило сделать ей замечание, чтобы дочка привыкала к этикету, но решил оставить это на её учителей. Пусть хоть рядом со мной она не будет чувствовать себя скованной. — Как спалось? — спросил я, стараясь проявить участливость, но вышло скорее дежурно. — Не очень. Всю ночь ворочалась и не могла уснуть, пока Мэри, Сэм и тот новый слуга не почитали мне сказку, — проговорила она. — Новый слуга? — я внимательно посмотрел на неё, а Лети беззаботно продолжила, наколов небольшой кусочек мяса вилкой: — Ну да, светлый такой. Я говорила, что он появился несколько дней назад. Вы ещё тогда ругались, что я снова вышла, — Летиция подняла на меня свои большие глаза, будто надеясь, что я не буду ругать, но тот разговор уже был закрыт. Довольно быстро я понял, что она имела в виду Яна. Только вот, каким образом он и Сэм оказались в комнате дочери? — Он не слуга, а странник меж миров… — увидев, что Лети непонимающе посмотрела на меня, поспешил дополнить: — Это связано с магией. Он появляется только ночью и впервые появился как раз несколько дней назад. — То есть, он не настоящий? — в голове дочери прозвучала печаль. — Нет, настоящий, просто не из нашего мира. Когда вырастешь и будешь изучать магию, тебе станет понятнее. — Тогда я хочу начать изучать магию, — оживилась Летиция. — Я думаю, это я могу устроить, — сказал я, что обрадовало дочь. Да и сам я считал, что изучить магию будущей правительнице будет кстати, так что появившийся интерес меня порадовал. — И он почитал тебе сказку? — пришлось продолжить тему. — Да. Он кажется хорошим человеком, — сказала Лети. — И как ты это поняла? — я не смог сдержать смешок. — Он добрый и хорошо читает, — казалось, что дочка что-то умолчала под фразой «он добрый», но расспрашивать дальше я не стал, решив, что позже допрошу слуг. Стоило, так же присмотреть к Яну, раз он так легко втёрся в доверие к дочери…
