Ночной гость

      Рассвет я встретил уже с кофе, купленным в кофейне недалеко от дома. Напиток за оверпрайс был, конечно, не лучшим решением, но сейчас мне было всё равно: реши я заварить кофе самостоятельно, то спалил бы дом. Вот, что недосып делает с людьми. Но, как бы там ни было, дальше я решил прогуляться в парке, наслаждаясь лёгкой утренней прохладой, перед скорым возвращением палящего солнца.              Что делать со своим сном, я всё ещё не знал. Он продолжал возвращаться каждый раз, стоило мне закрыть ночью глаза, заставляя думать, что так просто это не закончится. Правда, я продолжал надеялся на лучшее, хотя, признаюсь, прогулки по ночному замку мне нравились. Нравился и ночной берег, зимний сад, библиотека. Невольно хотелось искать всё новые интересные места в своём сне.              Это напоминало те времена, когда подростком мы лазили по заброшкам и прочим труднодоступным местам, откуда часто открывался красивый вид. Но недосып всё равно был страшен. Сложно было представить, как мне придётся совмещать работу и эти сны, что выматывали не хуже той же работы. Может, мне и правда мне стоило отправить куда-нибудь, даже на тот же пленэр, как советовал Адам, чтобы заместить сны реальной жизнью. Стоило подумать об этом.              Когда солнце окончательно осветило землю, я вернулся домой, решив уделить время рисованию. Картина сама себя не закончит. А там можно подумать, чем ещё заняться, пока не наступит ночь…              Я что, уже жду, когда снова перенесусь в свой сон?       

***

             Замок встретил заигрыванием звёзд за окном, пока я лежал на диване. За прошедшую неделю я стал действовать умнее и теперь, перед тем как проснусь начал ложиться на диван или кровать, чтобы не находить себя следующей ночью на полу. Даниэл даже выделил мне собственные покои, куда я мог уйти, когда мне нечем заняться или хочется побыть наедине. Это было даже приятно.              С самим Даниэлом отношения, по началу, были натянутыми, особенно, когда я узнал, что он является императором, но со временем привык. Мужчина никак не показывал пренебрежительного отношения ко мне, даже наоборот, будто был заинтересован. А я уже был готов отправиться на местные Нары…              И вот даже сегодня, стоило мне поднять, как оказалось, что Даниэл уже ждал меня.              — Доброй ночи, Ян, — он улыбнулся, отложив книгу, которую просматривал. Кажется, это была книга, которую я взял в библиотеке почитать на днях. А, нет, не кажется, это была именно она.              — Доброй, — проговорил я, поднимаясь с дивана, но только чтобы в меня вписалась небольшая фигурка, обняв. Летиция доставала мне только до живота, от чего картина показалась странной.              — Здравствуйте, — проговорила она. Красные глазёнки блестели, как в свете фар.              — И тебе привет, — я не сдержался и потрепал малышку по голове. — Почему мы ещё не спим? — поинтересовался я.              — Папа обещал меня сегодня взять с собой в город, — продолжала она. Я глянул на Даниэла:              — Надеюсь, ты не против, если она побудет с нами? — спросил он.              — Не против, — сказал я, что обрадовало Летицию ещё больше. — Так мы идём в город? — до меня не сразу дошли сказанные слова, так что я решил переспросить.              — Сегодня фестиваль в честь основания города. Конечно, было лучше пойти днём, но я только освободился, а Лети очень этого ждала, — ответил Даниэл.              — Понятно, хорошо, — я кивнул. На самом деле, мне было  интересно посмотреть на город, окружающий замок. До этого я только из окна его и видел, да с балконов, а сегодняшний поход обещал быть интересным.              — Только переоденем тебя для начала, — проговорил император. — В этом ты не пойдёшь.              Хотелось, конечно, задаться вопросом, почему людям из моего сна не безразличен мой внешний вид, но я решил не встревать. Пусть делают что хотят. Не вечно же мне щеголять в пижаме?              — Лети сама для тебя выбрала наряд, — усмехнулся он.              — Мне переживать, что одежду для меня выбирал семилетний ребёнок? — спросил я, кинув на него подозрительный взгляд.              — Нет. У неё вкус будет лучше некоторых взрослых аристократок, — отмахнулся Даниэл. — Слуга сейчас принёс его.              И через несколько минут Сэм и правда появился с несколькими небольшими коробками в руках. На них красовались неизвестные логотипы, видимо, означающий их создателей или даже какого-то предприятия, но я решил не вдаваться в подробности.              — Спасибо, — я чуть поклонился, старая соблюдать хоть какие-то правила приличия.              — Иди, переодевайся, а мы тебя подождём пока.              Я ушёл в гардеробную, которая была и в моей комнате, хоть до этого в одежде я и не нуждался, чтобы спокойно надеть наряд. В первой коробке обнаружились классические чёрные штаны с высокой посадкой и рубашка молочного цвета с жабо. Во второй нашлись туфли на низком каблуке. К моему удивлению, вещи сели идеально, словно на меня и шиты, да и спорить со вкусом Лети теперь не хотелось, если это и правда она выбирала. На вид, правда, как для человека из двадцать первого века, немного старомодно… но можно считать, то это винтаж. Тем более, что одежда соответствовала и внешнему виду Даниэла с Лети.              Закончив с переодеванием, я вернулся обратно. Даниэл оценивающе оглядел меня, а после утвердительно кивнул. Что-то мне начинает казаться, что это совсем не Летиция подбирала наряд. Как минимум, она выбирала из предложенных вариантов…              К этому моменту слуга снова что-то принёс: в руках виднелась небольшая шкатулка, украшенная красной росписью. Сэм открыл шкатулку, поставив её на стол, после чего Даниэл проговорил:              — Возьми несколько украшений, которые подойдут.              Я не был особым любителем подобного. Точнее, даже так, я никогда не носил ни колец, ни браслетов, ни подвесок, ни чего-либо ещё. Выбирать сильно долго не хотелось, так что выбрал лишь пару колец, довольно простых, и тонкий браслет. Но даже так они казались мне очень дорогими, так как сделаны были из золота. Точные цены на такие украшения в реальном мире я не знал, но сестра как-то хвасталась дорогой золотой подвеской, цепочка которой на вид казалась очень тонкой.              — Спасибо, я верну утром, — сказал я, рассматривая кольца на пальцах.              — Не стоит. Считай это подарком, — отмахнулся Даниэл.              — Пошли скорее! — встряла Летиция, торопя нас. Терпение девочки постепенно сходило на нет, что выглядело забавным. Она хмурилась и смотрела на нас в упор, с укором.              — Лети, принцессе не стало проявлять нетерпение. Нужно держаться сдержаннее, — проговорил мужчина.              Малышка надулась, но после пробубнила:              — Ладно, — она сделала серьёзный вид, выпрямилась и встала ровно.              — Не стоит быть с ней настолько строгим, — решив сказать я.              — Но и не нужно быть с ней таким мягким, как ты. Разбалуешь её сильно, — вздохнул Даниэл. — И это я ещё не строг. Ты не знаешь, как воспитывали меня.              — Может, и не знаю, но понимаю, потому что я тоже не хочу, чтобы моё детство досталось ещё кому-то, — проговорил я, взъерошив волосы. Несколько секунд мы просто замерли, глядя друг другу в глаза, пока нас снова не прервал тоненький голос:              — Долго вас ещё ждать?              — Пошлите, — кивнул император, беря дочку за руку.              У выхода замка нас встретила карета с лошадьми. Она была не сильно вычурной без опознавательных знаков для безопасности, как не сложно было догадаться. Первым в карету поднялась Летиция, а вторым Даниэл пропустил меня, под удивлённый взгляд слуги, а после и он сам, сев рядом.              Карета двинулась. Даниэл раздвинул шторку, открывая вид из окна, к которому сразу прилипла Летиция. За стены мы выехали попав сразу в город. На хорошо освещённой улице стоял шум, а вокруг толпились люди, уступая карете дорогу, стараясь не оказаться на её пути. Остановили мы только когда достаточно отъехали, чтобы спокойно выйти: похоже, Даниэл не хотел, чтобы мы привлекли лишнее внимание.              Перед тем, как покинуть карету, император достал из кармана небольшой флакон и под мой удивлённый взгляд пояснил:              — Это зелье, меняющее цвет глаз. Отличительная черта нашего рода — красные глаза, а мне не хотелось бы, чтобы нас узнали. В первую очередь, из-за дочери.              Я лишь кивнул, понимая, что и правда не встречал больше людей с таким цветом глаз, так что они и правда выделялись. Первым закапал глаза Даниэл: немного проморгавшись, его глаза стали карими. Потом он передал флакон дочери. Летиция покрутила его в руках, как бы решаясь, прежде чем повторить за отцом.              — Щиплет, — пожаловалась она, потирая глаза.              — В первый раз всегда так, потом привыкаешь, — сказал Даниэл, пытаясь утешить дочь.              Летиция подняла на него слезящиеся и чуть покрасневшие глаза с карей радужкой. Вид был такой, будто он совершил непоправимое предательство. Немного проморгавшись, слезиться глаза перестали, хотя покраснение ещё осталось, создавая вид, словно у девочки была аллергия или она только закончила рыдать.              — Можем идти, — проговорила Летиция.              — Нормально себя чувствуешь? — уточнил отец, на что дочь лишь кивнула. Даже если бы она сейчас не очень себя ощущала, то вряд ли бы сказала об этом отцу, дабы не развернуть нашу прогулку обратно домой — это я прекрасно понимал. Даниэл тоже, судя по тому, как он нахмурился. —  Если вдруг станет хуже, говори. Погуляем мы если что и без фестиваля.              — Хорошо, — кивнула она, но в глазах читалось всё тоже упрямство. Даниэл вздохнул, но выбрался из кареты, помогая дочери сойти. Мне же помощь не требовалась, но император всё равно предложил руку.              — Спасибо, — поблагодарил я. Не хотелось бы со своей «аккуратностью» ударить лицом в грязь. В прямом смысле этого слова.              — Не за что, — улыбнулся Даниэл. Стоило нам сойти, как карета быстро уехала, чтобы больше не преграждать путь толпе.              Люди были повсюду, стоя по парам, тройкам или большим количеством людей в группе. Они смеялись, веселились, слушали музыку, ели сладости. К последнему Летиция и решила нас потянуть, будто того, что подают ей на завтрак, обед и ужин было недостаточно. Даниэл с радостью купил ей то, что она хотела, ещё и мне умудрился всучить что-то. Я не был против, на самом деле, и с благодарностью принял угощение.              — Пока едите, пойдёмте дальше. Здесь недалеко должны выступать музыканты, — предложил император.              Летиция с восторгом шла за ним, вцепившись рукой в край одежды и стараясь не отставать, пока я привычно оглядывался по сторонам, стараясь врезать в память каменные здания и аккуратные улочки. Сразу видно было, что это столица. Особое внимание привлекали и яркие цветные фонарики явно магического происхождения. Да и одежда местных: все нарядились, кто как мог, доставая лучшее, что у них было, но становилось понятным, что здесь жили люди более-менее зажиточные, хотя встречались и те, кто по беднее. Засмотревшись, я снова не заметил, как споткнулся…              — Осторожнее, — Даниэл снова оказался рядом, успех подхватить меня, давая встать крепко на ноги. — Если мы не возле берега, это не значит, что можно не смотреть под ноги, — проговорил он.              — Простите, здесь так всё так необычно, и я засмотрелся…              — Просто будь внимательнее, а то в следующий раз меня рядом может не оказаться, — мужчина улыбнулся.              — Хорошо, я постараюсь, — я отвернулся, смутившись. Было неловко постоянно оказываться в подобных ситуациях.              — Почему тебе вообще нравится разглядывать всё, что ты видишь? — вдруг спросил Даниэл.              — А, ну… наверное, я пытаюсь запомнить всё, чтобы потом нарисовать, если мне захочется, — проговорил я, но казалось, что рассказываю о чём-то непристойном.              Я никогда особо не делился своими картинами: родители считали мой занятие глупостью, друзьям обычно было вообще всё равно, чем я там занимаюсь, главное, чтобы к ним с этим не лез. Кроме Адама. Тот, на удивление, всегда проявлял интерес к тому, что я делаю, даже если не понимал, для чего и что тот или иной элемент в картине значил для меня. Так что в обычно жизни я привык даже не заикаться об этом. Да и в добавок не хотелось попасть в разряд активистов, что вечно рисуют что-то для школы, потом универа, а потом и для кафедры…              — Вы рисуете? — уточнил Даниэл, а в глазах промелькнуло удивление.              — Да, но так, для себя, — поговорил я, чувствуя волну неловкости в душе.              — Хотел бы я увидеть ваши картины, — он улыбнулся.              — Сомневаюсь, что я смогу их здесь показать, хах, — я издал неловкий смешок.              — Могу приказать принести вам краски и холсты в покои, сможете и тут рисовать, — с полностью серьёзным тоном проговорил мужчина.              — Можно, наверное, но не думал, что свободное время для рисования будет во сне, — стоило попытать попридержать язык и перестать нести чушь…              — А вы обычно очень заняты? — снова спросил Даниэл.              — Большую часть времени, но сейчас хоть отпуске, могу отдохнуть немного, — ответил я.              — И кем вы работаете?              — Я преподаватель в университете, — признался я. — Не такая, наверное, престижная профессия, как могла быть, хах.              — Да нет, это очень уважаемая работа. Приятно, что в окружение есть образованный человек, — казалось, что слова Даниэла скинули камень с души, давая, наконец, вдохнуть. — А мы пришли, наконец.              За разговором я не заметил, как вокруг начала играть громкая музыка. Летиция замерла рядом, с восторгом глядя на выступающих людей. Энергичная песня разливалась по улицам, чтобы быть услышанной, не оставляя ни один уголок или тупик. По ощущениям, с каждой секундой людей вокруг становилось всё больше, образуя круг вокруг музыкантов. Когда заканчивалась одна песня, практически сразу начинала играть следующая, и лишь иногда делались перерывы.              Через некоторое время Летиции поднадоело, и она предложила пойти дальше. Даниэл согласился, а я не стал возражать. На самом деле, мне не особо хотелось вмешивать во времяпрепровождение отца и дочери, особенно зная, как Лети скучает по нему большую часть времени, и зная, сколько тот работает. Честно сказать, я не знаю, зачем меня взяли с собой. Может, просто не хотели оставлять одного.              А вот найти развлечение для ребёнка оказалось сложнее. Большая часть интересного прошла ещё днём, а сейчас, казалось, настала пора для более взрослых развлечений, так как дети уже давно спали. И лишь Летиция гордо расшагивала среди толпы, пока мы старались не спускать с неё глаз. В конце концов, девочка замерла у небольшого открытого прилавка с разными безделушками. Удивительно, что ещё что-то работало в такой час кроме заведений с едой, выпивкой и музыкой.              — Тебе что-то понравилось? — Даниэл подошёл ближе к дочери, разглядывая прилавок вместе с ней              — Вот эта брошка, — сказала она, указав пальцем на небольшое серебристое украшение. Витиеватое, будто бы сделанное из шипастой лозы, почти круглой формы с голубым камнем по центру. Не долго думая, Даниэл купил её, даже не обратив внимание на цену. Летиция радостно покрутила брошь в руке, прежде чем прикрепить её к своему платьицу.              — Можем прогуляться просто по городу, — предложил я, пока Лети продолжала любоваться новой вещицей, но уже на себе.              — Давайте. Здесь недалеко есть мост с видом на устьем реки и на пристань, — поддержал Даниэл. Глаза Летиции загорелись новым восторгом:              — Пойдёмте!              Мужчина улыбнулся, беря малышку за руку, чтобы не потерять. К моменту, когда мы оказались на мосту, толпа уменьшилась. Видимо, самый пик празднования происходит в центре, хотя даже на мосту были люди, сбившиеся в группы, разговаривая и смеясь. Мы стали в отдалении: Летиция старалась дотянуть до верха перил, чтобы в полном объёме оценить открывающийся вид. Я приподнял девочку за талию, позволяя спокойно посмотреть.              Даниэл, опершись на перила, тоже смотрел вдаль. Даже отсюда были видны деревянные корабли и беспокойное море. Луна висела на небе прямо над устьем реки, оставляя своё отражение на воде. Вовремя мы решили сюда прийти, а то могли бы пропустить подобное.              — Как красиво, — проговорила Летиция, а после зевнула.              — Наверное, нам уже пора возвращаться, — сказал Даниэл.              — Нет! — Лети запротестовала.              — Уже поздно, тебе нужно спать…              — Нет, я не устала! — упёрлась девочка.              — Ты не хочешь спать или не хочешь прекращать прогулку? — спросил Даниэл, внимательно посмотрев на дочку.              — … — Летиция опустила голову, а я поставил её на землю.              — Ты не хочешь уходить, потому что не знаешь, когда в следующий раз проведёшь время с отцом? — решил вставить своё слово я. Девочка кивнула, после чего я посмотрел на мужчину, ожидая его реакции. Даниэл плотно сжал губы, будто размышляя над чем-то, а потом, вздохнув, проговорил:              — Я постараюсь завтра освободить немного времени, чтобы побыть с тобой, хорошо?              — Хорошо, — согласилась Лети, но вид у неё был такой, будто она ему совершенно не верила.              — Тогда пошли. Карета сейчас приедет за нами…              Уже через полчаса мы вернулись обратно в замок. Время давно перевалило за полночь и казалось, что мне уже скоро нужно будет просыпаться. Чтобы, наконец, заснуть, Летиция снова попросила почитать ей, только в этот раз этим занялся уже сам император. Я лишь со стороны наблюдал за этим, случая низкий приятный голос, пробирающий до мурашек. Когда Даниэл был так сосредоточен, то выглядел особо привлекательно, на самом деле, но я гнал эти мысли прочь. Странно было думать нечто подобное про человека из сна.              — Пойдём, — тихо прошептал мужчина, когда Лети заснула.              Мы вышли, стараясь не шуметь, оставив лишь стражников на посту охранять сон принцессы. Чем интересно они занимались в те дни, когда девочка сбегала из комнаты? Это мне до сих пор было не ясно, но опять же — странности сна…              Даниэл снова предложил посидеть на балконе, пока погода позволяла.              — А я думал, вам тоже нужно будет лечь спать, — проговорил я, протягивая руку с лежащим на столе конфетам. В чайнике дымился какой-то новый вид чая, который слуга привычно разливал по чашкам. Каждое чаепитие вкус чая менялся. То ли меня хотели удивить, то ли опыты ставили. В любом случае, меня всё устраивало, а чай отлично сочетался со сладостями.              — Думаю, я могу позволить себе ещё немного посидеть с вами. По крайней мере, Кэрис пока не объявился, а значит всё нормально, — он улыбнулся.              — Что ж, хорошо, — кивнул я, — рад, что вы составите мне компанию. Хотя, вам тоже нужно отдыхать, — вздохнув, я облокотился на спинку стула. Сколько бы я не убеждал себя, что это сон, он казался слишком реальным, чтобы не сопереживать людям в нём.              — Не волнуйтесь, маги более выносливы, чем обычные люди, — проговорил Даниэл.              — Но вам всё равно нужен отдых. Я в книге читал…              — Это да. Даже магия не может полностью убрать потребность во сне, — усмехнулся мужчина.              — И каково это… ну, быть магом? — поспешно добавил я последнюю фразу.              — Хм… А каково не быть им? — видно было, что Даниэл не удержался от этого вопроса.              — Скучно, наверное. Я просто обычный, — серьёзно ответил я. — Мне просто интересно, как это, колдовать.              — Я бы сказал, как дышать. Многие этому с детства учатся, — ответил он. — Или точнее, как говорить. Если с детства говоришь на нескольких языках, то это ощущается естественным.              — Понятно. Но хотелось бы тоже владеть магией. Кэрис сказал, что во мне вообще нет её зачатков, — проговорил я, стараясь скрыть сожаления. Оказаться в фэнтези мире и не уметь колдовать — только мне могло так повезло. Даже если это сон… Тем более, если это мой сон! Я тут вообще должен уметь всё. Но у моего мозга были другие планы.              — Может, всё не настолько плохо. Если хочешь, я поищу, что можно сделать, — серьёзно предложил император.              — Мне не настолько это важно, не волнуйтесь, — попытался остановить его я. Но по взгляду видно, что не очень-то и помогло.              — Ладно, — лишь сказал он.              Было понятно, что ничего не ладно, но я решил сделать вид, что ничего не понял. Зря опять рот открыл: у него и так много дел, а искать возможность для бездарности колдовать — та ещё задачка.              — Знаете, я даже рад, что вы попали к нам. Хоть что-то может скрасить проходящие дни, — сказал вдруг он, внимательно посмотрев на меня.              — Не думаю, что я настолько интересен… — я снова смутился под его взглядом. Мне было не совсем привычно, что он постоянно пытался смотреть прямо в глаза, словно разглядывая душу или пытаясь понять, что у меня на уме.              — Почему вы так считаете? Вы храните много знаний о своём мире и других вещах, можете поддержать разговор. И вы нравитесь моей дочери, а она редко кому доверяет особенно, после смерти матери, — Даниэл спокойно отпил чай, будто все произнесённое было само собой разумеющееся и я должен был это понимать и без его слов.              — Спасибо? — неуверенно проговорил я, на что мужчина кивнул.              — И я надеюсь, что так будет складываться и дальше, — закончил он.              — Я тоже на это надеюсь. Признаюсь, вы мне тоже симпатичны, — вдруг вырвалось и у меня.              — Рад это слышать, — он снова улыбнулся уголками губ, будто старался сдерживаться.              Мы оба так и застыли, глядя друг на друга. Это, наверное, выглядело довольно странно со стороны, ведь мы знакомы всего неделю и, даже не смотря на неудачное первое знакомство, успели сблизиться. С человеком из сна. Теперь даже не хотелось, чтобы эти сны заканчивались…       

***

             — Напомни, которая это кружка кофе за утро? — Адам подозрительно посмотрел на меня, спокойно пьющего свой напиток.              — Если ты хочешь пошутить, что вместо крови по моим венам течёт кофе, то поспешу тебя расстроить, это только вторая кружка, — я спокойно отпил его. — Как там прошли твои свидания?              — Не очень, — вздохнул Адам. — С первой мы не сошлись характерами, со второй у нас оказались разные планы на жизнь, с третьей… я лучше промолчу. Я знаю, что я не подарок, но не думал, что найти девушку так сложно, — он задумчиво почесал затылок.              — Да уж, когда вы с Викой сошлись, необходимость в этом у тебя отпала, — сказал я.              — Знаешь, я начинаю думать, что с ней было не так уж и плохо… Но давай не об этом, а то у меня ещё несколько свиданий назначено, не хочу заранее себе настрой портить, — друг облокотился на спинку.              — Когда ты успеваешь их находить? Или не пробовал подольше пообщаться, чтобы понять, подходите вы друг другу или нет?              — Общение по интернету — это совсем не то, понимаешь?              — Не понимаю, по простым вопросам можно много о человеке узнать, — вздохнул я. — Ладно, проехали, сам разбирайся.              — Вот именно, разберусь как-нибудь. А у тебя как дела проходят? Опять затворничаешь?              — Не затворничаю, а рисую, — запротестовал я.              — Затворничаешь. Сколько раз ты куда-то выходил за эти дни? — Адам внимательно смотрел на меня, выровняв спину.              — Я завёл привычку гулять по утрам, — признался я, — так что теперь я не затворничаю.              — Ого, так и до собаки недалеко, — усмехнулся Адам. — А утром, это в двенадцать утра?              — В шесть-семь, — ответил я.              — Опять кошмары мучают? — друг заинтересованно наклонил голову.              — Не кошмары, а всё тот же сон, что и неделю назад. Помнишь, я говорил. Он как многосерийный сериал, всё продолжается и продолжается…              — Даже не знаю, хорошо это или плохо, но звучит, как какой-то феномен, — проговорил Адам, задумавшись.              — Может быть, но там всё так реально и люди ведут себя как живые…              — Может это что-то магическое? Некоторые же говорят, что они выходят в астрал там, или нечто похожее, — предположил он.              — Адам, не говори ерунды, пожалуйста. Ты ещё скажи, что по таро можно и правда узнать будущее, — мне хотелось приложить друга подзатыльником.              — Ну, знаешь, мне как-то сестра гадала, и всё сбылось, так что, может быть это и правда, — Адам выглядел максимально серьёзным.              — Глупость, — всё же отмахнулся я.              — Ладно. Так, а что там в твоём сне вообще происходит? — перевёл он тему, чтобы не затевать споры на тему реальности мистики.              — Да ничего особенного, просто гуляю по замку, берегу рядом с ним, один раз в город подле… — проговорил я.              — Ты скучный. Даже во сне любишь созерцать, — бросил Адам, но я решил проигнорировать его:              — Ещё в  моём сне есть несколько людей, с которым я общаюсь. Они ведут себя, как настоящие, а не из сна.              — А что, люди не из сна чем-то отличаются от людей из сна? — усмехнулся друг.              — Адекватным поведением, — просто сказал я.              — Ладно, и кто там у тебя? — продолжал Адам.              — Ну, в первую очередь есть один мужчина…              — О, то есть даже твоё подсознание считает, что тебе нужен мужчина, — было видно, что он не мог сдержать от такой шутки.              — Боже, что ты несёшь? Это ещё хуже твоих конспирологических теорий по поводу карт таро! — возмутился я в ответ. — Это только тебе снятся романтические сны из-за недотраха.              — Ладно, один — один. Но всё же, может это знак? — сказал Адам.              — Знак, что только во сне у меня могут быть отношения? — теперь от шутки не смог удержаться я. — Ты на это намекаешь?              — Ну, не преувеличивай. Но что-то это значит…              — Может быть. Например, то, что я схожу с ума, — вздохнул я.              — Я же сказал, не преувеличивай.              На самом деле, мне казалось, что я и правда начал сходить с ума, потому что иначе я не могу объяснить этот продолжающийся сон. Радовало только то, что спустя неделю у меня получилось приспособиться, потому что недосып уже практически не влиял на меня, даже не смотря на ранние пробуждения. Казалось, что я постепенно из совы становился жаворонком, а странный сон больше не заставлял меня чувствовать себя так, будто я бодрствовал всю ночь.              — Я не преувеличиваю. Вот ты бы смог понять, схожу я с ума, или нет? — с серьёзным лицом и насмешливым тоном спросил я.              — Ну, ведёшь ты себя как обычно, только на улицу стал чаще выходить и жалуешься на странные сны… А пожалуй, ты и правда поехал кукухой, — согласился Адам, а на губах играла улыбка.              — Ну спасибо, друг. Успокоил, — у меня вырвался смешок. И в этот самый момент у меня закончилось кофе. — Давай ещё закажем.              — Я тебе говорил, что вместо крови у тебя по венам течёт кофе?              — Ещё нет, — и мы оба рассмеялись.       

***

             Ночь неотвратимо вернула меня в замок на берегу моря, где в окне половина луны переливалась своим бледным светом. Я привычно поднялся, пройдя в гардеробную. С того раза, когда мы выбирались с Даниэлом и Летицией в город, оказалось, что если я переодевался во сне, то в следующий раз на мне оказывалась та же одежда. Больше никакого позора в пижаме! Даже если это просто сон…              Обычно я старался выбирать простую одежду, так как оказалось, что местная вычурная мода мне не по нраву. Слишком уж я привык к современному минимализму, хотя, признаюсь, что-то было в этом приятное, что мы потеряли с упрощением. В любом случае, я решил не занимать подобным свои мысли, спокойно собираясь: рубашка, штаны, туфли — всё по стандарту. Затем я вышел и решил сам поискать Даниэла, так как в «гостиной» того не оказалось.              Коридоры уже не выглядели таким лабиринтом, и я довольно уверенно ориентировался в них. Первым делом было решено проверить его кабинет, который он мне как-то любезно показал. Если он где-то и будет то только там, случайно потеряв счёт времени за работой.              До кабинета я добрался быстро, застыв у двери в нерешительности. Не хотелось отвлекать Даниэла от важных дел, но с другой стороны… наверное, ему стоило отдохнуть. Кэрис бы точно так и сказал. Сам я не любил мешать людям работать. Ну и, стоило ему ещё просто сообщить о своём присутствии, если он не станет отвлекаться от работы.              Собравшись духом, я всё же решил постучать, но стоило только занести руку, как дверь распахнулась. Я еле успел отойти в сторону, уступая дорогу невысокому седому мужчине, державшемуся так же ровно, как и император в наши первые встречи. Глаза серые за очками полумесяцами, а вид недовольный, будто ему запретили захватывать трон. Мужчина презрительно глянула на меня, как на грязь под его ботинком, и молча ушёл. Ну и ладно, я тоже не горел новыми знакомствами.              Я заглянул в кабинет, где за столом, поставив на него локти и закрыв лицо руками, сидел Даниэл. Вид у него был не очень.              — Даниэл? — тихо позвал я, переступая порог.              — А, Ян, это ты, — он выдохнул, чуть дёрнувшись от звука, но после быстро глянул на часы, будто убеждаясь, что уже наступила ночь. — Проходи, садись, я скоро закончу.              — Тебе стоит прерваться, — проговорил я, заметив его уставший вид, а после присел на небольшой диван, как он и посоветовал.              — Мне немного осталось…              — Это очень важно и не подождёт до завтра?              Даниэл оглядел бумаги на столе, решая, а после махнул рукой:              — Подождёт, пойдём, — он встал со своего места и направился к выходу. Зря я всё же сел, потому что пришлось быстро подняться и последовать за ним.              — Извините, что вот так оторвал вас, но вы выглядели не очень. По себе скажу, что это не лучшее состояние, чтобы продолжать работу, — спешно проговорил я.              — Всё в порядке. Мне и правда стоило прерваться. Сам бы я не даже не подумал выйти из кабинета, так что хорошо, что вы пришли, — лишь ответил император, но после остановился в паре шагов впереди от меня, когда понял, что его шаг был слишком быстрым, словно сейчас он пытался сбежать из кабинета. Даниэл выдохнул, пытаясь справиться с эмоциями.              — Кто этот мужчина? — спросил я.              — Один из советников, друг отца, — кратко сказал он, но по виду Даниэл не горел желанием вдаваться в подробности. Только вот я не мог не узнать, в чём дело.              — Что он такого сказал? — я разглядывал спину императора с идеально ровной осанкой, что мне и не снилась. Хотя нет, снилась, получается?              — Ничего, что я бы уже не слышал. Не бери в голову, тебя это всё равно не касается, — Даниэл даже не взглянул на меня. — Пошли, слуги уже должны были накрыть на стол.              — Извините за мою бестактность, — а в голове появилась мысль, что мне не стоило вообще приходить.              — Всё нормально.              — Я же вижу, что нет. Простите, мне иногда следует держать язык за зубами, — я отвернулся, разглядывая знакомый пейзаж за окном.              — … Ян, — он тихо позвал, а в голове послышалось какое-то печальное осознание, — извини, вы просто попались под горячую руку. И я не хочу сейчас говорить о делах государства. Да и тебе не интересно будет слушать,  — он нервно усмехнулся. Всё чаще я замечал, как его маска отстранённости и спокойствия рядом со мной начинала трескаться.              — Если это вас волнует, то я могу выслушать, — сказал я. Даниэл обернулся, глядя прямо на меня.              — Спасибо, — он кивнул.              — Может, тогда, сегодня лучше просто прогуляемся по берегу? — предложил я, чувствуя, что в своей обычной среде император будет чувствовать себя скованно. Всё же такие вечера за столом с чашкой чая были очень похожи на то, что Лети описывала как званые вечера.              — Хорошо, давайте прогуляемся, — согласился он.              Несколько минут ушло на то, чтобы добраться до секретного прохода и спуститься по лестнице, и ещё несколько, чтобы преодолеть каменную дорогу. В этот раз я был внимательнее, чтобы не упасть и не вынуждать Даниэла спасать меня снова. А вот сам мужчина был задумчив, но, к счастью, ни разу не оступился. Да и море, на удивление, сегодня было очень спокойным, лишь слегка волнами касаясь камней. Единственной проблемой оставалась летняя духота и прилипающая к телу от пота одежда.              Оказавшись на берегу, я не думая стянул с себя обувь, заходя в воду. Даниэл недоумённо на меня посмотрел. Ну да, я же сказал, что мы можем здесь поговорить. Точнее, не сказал, но именно это и имел в виду.              — Снимайте обувь или вы собираетесь в ней в воду заходить? — спросил я,  стараясь подавить улыбку, чтобы не выглядеть так, будто что-то задумал. — Или вы опять собираетесь стоять в стороне?              Мужчина несколько секунд просто смотрел на меня, пытаясь понять, шучу ли я, но поняв, что нет, всё же решил снять обувь и стать босыми ногами на песок. Лицо у Даниэла правда было такое, словно он делал что-то незаконное. Ещё несколько секунд у него ушло на то, чтобы решиться зайти в воду.              — Вы никогда не купались в море? Или в реке? Озере? — спросил я, сложив руки на груди, в ожидании, когда император приблизится.              — С тех пор, как меня представили обществу. Мой отец был довольно строгим и любые подобные глупости порицались, особенно, если они мешали моей учёбе, — просто сказал он. — С тех в воду я заходил лишь несколько раз, да и то на тренировках.              — Но теперь же вы сами определяете, что вам можно, верно? — я чуть склонил голову. Даниэл, легко улыбнулся и кивнул. — Так, что вы хотели рассказать?              Мужчина замер, разглядывая темноту вод под собственными ногами с отражением мелкой россыпи звёзд. Холодные волны щекотали лодыжки, контрастируя с удушающей духотой.              — Наверное, ты уже знаешь, что моя жену умерла больше года назад? — начал он.              — Лети сказала, — признался я.              — Изначально наш брак был вынужденным. Отец выбрал мне невесту из знатного рода, а я не мог противиться его воли. Сначала мы с Илэрией относились друг к другу холодно, но со временем сблизились и смогли даже полюбить друг друга. Особенно, после того, как исчез надзор отца и я взошёл на престол, — говорил Даниэл, отводя глаза. — Потом родилась Лети. Можно сказать, мы стали счастливой семьёй. Но это всё продлилось до того момента, когда моя дорогая Илэрия заболела. Ни один врач не мог понять, что с ней, не говоря уже о том, как вылечить её. Она угасала прямо на моих глазах и глазах дочери…              — Мне жаль, — только и смог сказать я, так и застыв, глядя на него.              — Я не скажу, что боль от её смерти прошла полностью, но мы с Лети как-то справляемся. Прошёл год и… наверное, стало легче? Признаюсь честно, как минимум, твоё появление сделало нам обоим немного легче. Я вижу, что ты нравишься дочери, и она практически перестала плакать по ночам, вспоминая мать и её похороны. Я знаю, что она не забывает её, но мне спокойнее, что она может идти дальше. Да и мне нужен был кто-то рядом, — он вздохнул и замолчал.              Я просто слушал и старался не прерывать, давая ему выговориться под тихий шум волн. Но тишина затягивалась, так что я тихо произнёс, будто пытаясь не нарушить хрупкое равновесие:              — Я так понимаю, ваш советник надавил на больное?              — Можно и так сказать, — Даниэл кивнул. — Он, как и мой отец, довольно консервативных взглядов и считает, что мне нужно жениться и родить наследника. Представь, как это звучит, когда только недавно умерла моя жена? — император горько усмехнулся. — И это при том, что у меня уже есть наследница и жениться, чтобы родить мальчика, которому я должен буду передать престол, как по мне, не обязательно.              — И часто он вот так… настаивает на женитьбе? — спросил я.              — По несколько раз в месяц, наверное. На твоём лице написано, будто ты подозреваешь его в чём-то, — сказал он, теперь тоже смотря на меня, но я его проигнорировал:              — А у него есть дочь? Незамужняя, — последний критерий я добавил поспешно. Даниэл  задумался:              — Да, — кивнул.              — Простите, я ничего не подозреваю, но, когда «освобождается» место императрицы, хочется, чтобы на её месте оказалась твоя дочь, — проговорил я, специально выделив часть фразы.              — Хах, возможно, — император ненадолго замолчал. — Признаюсь, я не думал в эту сторону. Наверное, я привык, что он всегда желал моему отцу и мне добра и был хорошим другом семьи…              — … даже если он был хорошим другом, не значит, что он не преследует своих целей, — хотя, думается мне, стоило промолчать по этому поводу: Даниэл и так должен прекрасно это всё осознавать. — Но даже если не смотреть на это, то кем нужно быть, чтобы сразу после смерти близкого человека предлагать искать ему замену… простите, если я слишком грубо выражаюсь о вашем советнике.              — Нет, ты правильно говоришь. Возможно, мне пора перестать закрывать на это глаза из-за старой дружбы с моим отцом, — проговорил мужчина. — И раз уж меня уже выслушали, я хочу, чтобы эта ночь прошла более приятно.              — Предлагаю тогда просто погулять, — сказал я, протягивая руку в качестве приглашения.              — Хорошо, — он согласился, протянув руку в ответ. Ладонь мужчины казалась тёплой, особенно контрастируя с прохладной водой щекочущей ноги. Кажется, до этого он ни разу меня не касался, отчего этот момент показался ещё более особенным. — Мы собираемся так и остаться в воде?              — Ну да, — сказал я с самым серьёзным лицом, на которое был способен. — Можем ещё даже окунуться.              — Это уже перебор, — Даниэл усмехнулся.              — Почему же? Погода хорошая. Ещё бы прийти сюда днём и можно вообще прекрасно поплавать в тёплой воде.              — О, планируете навестить нас днём? — новый смешок.              — Боюсь, что это не в моих силах, так что придётся довольствоваться этим, — теперь усмехнулся я.              — А жаль, — кивнул он.              — Но, если хотите, я заприметил недалеко камни, на которых можно неплохо посидеть с видом на море. Не хватает только вина и закусок…              — Могу организоваться для следующего раза, — предложил Даниэл.              — Будет славно, — я кивнул.              — Тогда договорились. Радует, что вы даже не сомневаетесь, что я это сделаю. Вы даже не переживаете, что следующего раза не будет.              — Я просто знаю, что вы сдержите обещание. И я так не поблагодарил вас за краски, — улыбнулся ему, направляя нас в сторону скал, противоположных замку.              — Я рад, что вам они понравились. Надеюсь, скоро увижу ваши картины…              — А я надеюсь, что они вас не разочаруют. Знаете, какая это ответственность — рисовать императору, — я взглянул на небо, отводя глаза.              — Это не стоит вашего волнения. Представьте, что я обычный человек, — Даниэл тоже взглянул на небо. — Луна сегодня особенно красивая, — решил прокомментировать он.              — Да-а… — а после я не смог сдержать очередной смешок.              — Я что-то не так сказал? — мужчина недоумённо посмотрел на меня.              — Нет, всё так, просто… в моём мире, если хочешь признаться в любви, то можешь сказать, что луна сегодня красивая. Если человек соглашается, то он принимает чувства, — проговорил я, отвернулся, то ли скрывая смущение, то ли сдерживая тихий смех.              — Вот так совпадение, — кажется, Даниэлу это тоже показалось забавным. — Но знаешь, я всё равно буду рад, если ты будет рядом со мной. Не в романтическом плане.              — Вы мне тоже симпатичны, так что я не против быть рядом, — если, конечно, этот сон не закончится… Я старался давить растущие внутри ростки тревоги. Всё больше я привязывался, и всё страшнее становилось от мысли, что у сна может быть конец.              — Тогда, надеюсь, нас ничего не разлучит, — сказал мужчина.              — И в горе, и в радости, — не смог удержаться я, издав смешок. Даниэл улыбнулся в ответ. Несколько секунд мы так и стояли в воде, а после решили всё же добраться до скалы и до того места, что хотел показать.