Глава 4 — Под взглядом луны
11 января 2026 г., 10:00
— Удивительно, как ты запоминаешь такие мелочь, — проговорил я, стараясь спокойно спуститься по лестнице вслед за небольшим горящим огоньком в руках Даниэла. — У вас и так много работы, не обязательно так заморачиваться…
— Ян, давай на «ты», — вдруг сказал император.
— Что? — от неожиданности я чуть не полетел по лестнице вниз.
— Давай перейдём на «ты», хотя бы когда мы наедине. Можно сказать, что мы не чужие друг другу люди уже, — проговорил он. Голос, как всегда был спокоен.
— Хорошо, — согласился я, хотя всё ещё был удивлён. Это в какой вселенной император разрешит кому-то обращаться к нему на «ты»? Мне казалось, что подобное не было разрешалось даже членам семьи…
— И я просто держу своё слово, как ты заметил, — продолжил Даниэл.
Вскоре мы снова вышли к берегу под шум плещущихся волн и тихое мерцание звёзд. Луна, всё так же прекрасная, подобно венцу, украшала небо. В этот раз мы решили не идти до скал, а расположиться прямо на берегу.
Из небольшой сумки император достал тёмную ткань, цвет которой не было разглядеть точнее в темноте, чтобы постелить её на песок. Сам-то я знал, так как видел её ещё в замке: она была тёмно-синей расшитой серебряными нитями. На вид она была очень дорогой, но, наверное, самый простой вариант из всех предложенных.
Из той же сумки Даниэл достал вино с двумя серебряными бокалами и небольшой свёрток с сырной нарезкой. Вот и питьё с закуской, собственно говоря. Мы оба присели на покрывало, благо, что император стал чуть проще к этому относиться, после прошлого раза, став менее отстранённым.
— За что выпьем? — спросил я, разливая вино по бокалам, один из которых я подал мужчине. Даниэл с благодарностью принял его, кивнув.
— За удачное знакомство, может? — он усмехнулся.
— Спустя больше месяца? Поздновато немного, — теперь смешок вырвался у меня. — Тогда уж за дружбу.
— За дружбу, — он кивнул, поднимая бокал. Со звуком мой бокал коснулся его в тосте:
— За дружбу.
Мы оба отпили. Вино на вкус сладкое с терпкими алкогольными нотками слегка обожгло горло, заставляя потянуться к закуске. Сыр оказался таким же вкусным, как и вино. Недаром его подают самому императору. Я даже стал сомневаться, что это могло придумать моё сознание. Может, Адам был прав, и мои сны имеют магический смысл? Некое предназначение? Кажется, я всё-таки поехал крышей…
Даниэл тоже на вид наслаждался вином и сыром, проникающий в лёгкие солёный воздух, и наслаждаясь шумом волн. Ну, или только я находил в этом что-то занимательное. Хотя, признаюсь, было приятно проводить время с кем-то, а не в одиночестве, как я привык, даже если мы могли иногда просто молчать. Император скрашивал летние ночи, из-за чего порой мне хотелось задержать во сне, а не возвращаться в явь.
Была только одна проблема: стоило только первым лучам солнца выглянуть из-за горизонта, как я просыпался. И сколько я не пытался заснуть обратно, чтобы вернуться обратно в замок, — всё никак не получалось. Честно признаюсь, но мне было трудно заснуть днём или даже задремать, как и заснуть обратно утром, если меня случайно разбудили. И даже снотворные не помогли: я ходил весь день сонный, но так и не мог отключиться. Спустя несколько дней я перестал пытаться, просто смирившись. Но так эти часы проведённые вместе становились ещё ценней, заставляя ждать пришествия осени и наступления зимы и их долгих ночей.
Я спокойно потягивал вино, пока босые ноги зарывались в остывший песок. Тот мягко льнул, обтекая, что обычно мешало ходить по берегу. Даниэл прокручивал вино, больше зачарованно разглядывая жидкость в бокале, которая почти совпадал с цветом его глаз. Точнее, в темноте они казались совершенно одинаковыми.
— Что-то не так? — Даниэл повернулся ко мне, давая осознать, что я слишком долго на него смотрел, разглядывая черты лица в свете луны.
— Нет, всё в порядке, — я смущённо отвернулся, глядя на темноту вод.
Мужчина несколько секунд молчал, прежде чем продолжить разговор:
— Я говорил с Кэрисом по поводу твоих магических способностей.
— Я же говорил, что мне это не особо важно, — я удивился, что он даже это запомнил, снова повернувшись снова к нему.
— А я говорил, что попробую сделать всё от меня зависящее, — он усмехнулся. — Мне не сложно.
— Я и так забираю время твоего сна и отдыха, — проговорил я, — а так ещё выходит, что я мешаю тебе спокойно работать.
— Не волнуйтесь, Кэрис сам подошёл ко мне по другому вопросу, — но в его словах отчётливо виднелась ложь, чтобы меня успокоить. Вот только вина всё равно прокралась, так как мне не стоило даже начинать тот разговор. Но я решил это никак не комментировать, чтобы не усугублять ситуацию.
— И что он сказал?
— Что у тебя нулевой потенциал и его нельзя никак развить. Прости, я попробую ещё что-то узнать, — он вздохнул.
— Ну, это я и так знал. Не нужно так переживать, я не сильно страдаю по магии, — попытался охладить пыл императора, вот только, кажется, это уже не поможет. Если он задался целью, то ничто не могло его остановить. С одной стороны это прекрасное качество, а с другой, некоторые цели не несут особого смысла.
— Вообще, я читал, что существует цветок, способный даровать силы… — начал он.
— Боже, Дан, прошу, — я нервно усмехнулся. — Это не стоит того.
— Я сам решу, стоит оно или нет, — ответил Даниэл.
— Не стоит. Тем более, учитывая, что я появляюсь здесь только ночью и не чувствую себя угнетённым из-за отсутствия сил, — я вздохнул.
— А ты хотел бы здесь задержаться?
— Что? Да, наверное, но у меня не получается, — проговорил я.
— … — мужчина замолчал, будто задумав ещё что-то, но не став озвучивать.
— Но так я рад, что оказался здесь, даже если на короткие периоды, — я улыбнулся ему, а в мыслях снова всплыли сожаления о том, что это всё лишь сон и придумка сознания. Сейчас хотелось это отрицать, словно это что-то изменит и, однажды, я больше не проснусь в своём мире, оставшись здесь. Не знаю, что из этого звучит хуже: навсегда заснуть в своём мире или никогда не вернуться в этот.
— Тогда давайте это время проведём вместе, сколько бы оно не длилось, — Даниэл поднял бокал.
— Сколько бы оно не длилось, — наши бокалы снова со звоном коснулись друг друга.
***
Вечер перетекал в ночь, а музыка в бальном зале играла всё громче, даже не близясь к своему завершению. Это празднество было лишь формальностью для поддержания репутации, но на него съехались почти все представители аристократии, чтобы показать свой достаток и статусность. Ну и, конечно, плести интриги. Хотелось бы, чтобы это всё было для меня далёким, но оно оставалось часть моей жизни, если я не хочу потерять трон и обеспечить Лети лучшим, что поможет ей в будущем, когда меня не станет. Но в памяти неизменно всплывал ещё один человек, который за короткий промежуток времени стал достаточно близким, чтобы ради него хотелось продолжать стараться и сделать это государство лучше, даже если последнее всеми силами сопротивляется. Собственно, Яна я и пошёл встречать, отлучившись от продолжающегося торжества. Парень нашёлся у себя в комнате, только появившийся и разглядывающий собственные картины, некоторые из которых развесили на стенах его комнате. Часть, конечно же, теперь находились в других местах, где я часто бывал. — Доброй ночи, — я поздоровался, снимая чёрную с позолотой маску. — Доброй, — поприветствовал он в ответ. — У вас какой-то праздник? Музыку даже отсюда слышно. — Можно и так сказать. Просто бал-маскарад. Иногда нужно нечто подобное устраивать, чтобы поддержать свой статус, — говорю я. — Вот как, не буду вам тогда сегодня мешать и просто останусь у себя, — кажется, новость о бале не сильно понравилась Яну. — Боюсь, что я уже подготовил тебе наряд и маску для участия, — сказал я, но на лице парня лишь появились сомнения. — Прости, я не большой любитель шумных мероприятий и предпочёл бы остаться в стороне, — спешно проговорил он, всё же заметив лежащий на диване костюм и маску. — Но может сделаешь для меня исключение? Боюсь, без тебя, там будет совсем тоскливо. Ты можешь уйти в любой момент, если захочешь, — попытался настоять я. Ян, кажется, задумался. — И… Бал в виде маскарада я специально устроил, чтобы тебе там было спокойнее и не привлекать лишнего внимания, — добавил я. — Если я буду крутиться вокруг тебя, то всё равно привлеку внимание, уж поверь, — усмехнулся Ян. — Ладно, давайте попробуем… — Тогда переодевайся, я подожду тебя здесь, — сказал я. Парень кивнул, подхватывая коробку с одеждой и несколькими украшениями. Он вышел меньше чем через десять минут. Костюм был практически весь чёрный: рубашка с жабо, брюки с завышенной талией и длинный пиджак, изнанка которого была сделана в красном цвете. — Я так понимаю, костюм сделан в цветах императорской семьи, что я точно не привлёк внимания? — усмехнулся Ян, поправляя кольца на пальцах. Особенно выделялся перстень с рубином. — Ну, может, я чуть-чуть приврал, — улыбка сама появилась у меня на губах. — Это будет на твоей совести, — парень поднял на меня взгляд с озорными искрами в глазах, — Ваше Величество. — Не волнуйся, я понесу за это полную ответственность, чтобы не случилось, — заверил я. — Тогда славно, — он в последний раз поправил пиджак. — Можем идти. — Маска, — лишь указал я. — А, да, — Ян неловко усмехнулся, спешно подхватив маску с дивана. — Я помогу завязать, — перехватил её из рук парня. — Спасибо, — на лице его снова появилось смущение и неловкая улыбка, но всё же Ян повернулся спиной, давая завязать ленты. Убедившись, что маска закреплена достаточно надёжно. — А вам не нужна помощь? Но к этому моменту я уже завязал маску с помощью магии. Мы неловко переглянулись. — А так можно было? — в его глазах промелькнуло некое осознание, но, кажется, он решил сдержать его при себе. Я будто и сам что-то для себя понял, но тоже решил промолчать. Наверное, использовать магию было бы правильнее, но что-то не давало так небрежно относиться к Яну. — А вот теперь мы можем идти, — я постарался сгладить появившуюся неловкость. Ян лишь кивнул, а чёрно-золотая маска, скрывающая половину лица, также скрыла и часть эмоций, слишком легко читаемых в обычные дни. После мы наконец отправились к остальным в общий зал. Музыка всё так же громко играла, а люди танцевали, будто я и не отходил никуда. О моём отсутствии напомнил лишь один человек: молодая девушка меньше двадцати лет в синем платье до пола и такой же изящной маской, украшенной серебром: — Ваше Величество, — она снова начала крутиться вокруг, не отлипая и не отходя ни на шаг. В прошлый раз у меня еле скрыться от неё, чтобы встретить Яна. — Мисс Гейтс, я попрошу оставить меня, я бы хотел пообщаться с моим особым гостем, — попытался отвязать её от себя. Лилия, дочь советника, кивнула, хотя даже в сжатых губах читалось досада. Девушка даже оценивающе глянула, с кем это я хотел поговорить, но смутилась и быстро ушла, увидев чёрно-красные цвета в его одежде: — Прошу меня простить. — А кто это? — спросил Ян, когда Лилия уже ушла. — Дочь советника, я тебе про него рассказывал в тот раз, — сказал я, ловя проходящего мимо слугу, чтобы взять несколько бокалов с вином: — Будешь? — Это та незамужняя дочка? Смотрит на тебя так, будто ей было поручено тебя соблазнить, — усмехнулся парень, принимая бокал: — Спасибо. — Возможно и так, но мне на это, честно, всё равно. Она милая и воспитанная девушка, но сейчас нам явно не по пути, — я вздохнул. Но ещё честнее было сказать, что она просто меня не привлекала. Сложно хотеть человека, который буквально рос на твоих глазах. И это не учитывая, что единственной желанной женщиной для меня оставалась Илэрия. Лилия теперь же крутилась рядом со своим отцом, следя за нами издалека и что-то шепча своему старшему брату. Через полчаса уже все в зале будут знать, что я привёл некого мужчину на бал, о котором ничего не было известно. Ян глядел на это скептически, в то время как я воспринимал подобное, как данность: всё равно никаких доказательств, у них не было, кроме того, что мы просто стоим и общаемся. Да и, собственно, доказывать было нечего. — Мне не нравится, что на нас так смотрят, — признался Ян, отпивая вино. — Мне не хочется создавать тебе проблем, но у меня такое чувство, будто скоро поползут слухи, — он поморщился. — Поползут, — констатировал я. — Не волнуйся, самое страшное, что о нас подумают, так это то, что мы любовники. — Мне кажется, сейчас для них это единственный вариант: никто и не подумает, что мы просто друзья, — проговорил Ян, заставив меня тихо засмеяться. — Скорее всего, — решил согласиться я. —Я, кажется, даже догадываюсь, что они говорят, — казалось, что парень еле сдерживал смех. — Просто Его Величество император был слишком травмирован смертью жены, что предпочёл мужчину. Извините, если звучит грубо. Но это вызвало лишь новый смех: — Всё в порядке, — я улыбнулся. — Давайте лучше… — но меня перебил подошедший человек. Что ж, похоже, мне снова придётся отбиваться. И на что я надеялся? — Добрый вечер, Ваше Величество, — перед нами появился мужчина в чёрном строгом костюме с белой рубашкой и серебряной брошью с большим зелёным камнем. — Ваша Светлость, добрый вечер, — я постарался натянуть улыбку на лицо, хотя на самом деле ни с кем, кроме Яна, говорить не хотелось. Как минимум потому, что этого человека я и так часто вижу, так как Эдмунд Этер тоже состоял в совете, как и Дор Гейтс. Как максимум, потому что сил за сегодняшний день на формальное общение у меня не осталось. — Я бы хотел обсудить с вами пару вопросов, но вижу, что вы уже заняты, — начал мужчина. — Боюсь, что сейчас не самое лучшее время для важных вопросов. Поберегите их до завтрашнего утра, — я старался оставаться дружелюбным. — Тогда, раз уж эту ночь вы хотите оставить праздной, то, может, представите своего спутник? — и он всё-таки выдал свою цель. Даже ждать не пришлось. Яну же этот вопрос не понравился и он, стараясь скрыть это, отпил вино. Эдмунд всегда любил совать нос туда, где начинает заниматься что-то интересное на его взгляд или взгляд окружающих. Можно сказать, сейчас он выступал в роли разведки, чтобы после донести мысль до остальных. — Не горю желанием, — а моя улыбка быстро превратилась в усмешку, заставив советника опешить. — Что ж, тогда я оставлю вас, — Эдмунд поклонился, чуть ли не сбегая. — Благодарю, — лишь сказал я ему вслед. — Не слишком ли это? — спросил Ян. — Всё нормально, иначе они не отстанут, а ты вроде не хотел привлекать внимание. — Мне кажется, только хуже стало, — он издал смешок. — Красивая музыка, — вдруг сказал, наблюдая за танцующими парами в центре зала. — Тогда может мне стоит пригласить тебя на танец? — не смог удержаться я. — Тогда все точно решат, что мы спим вместе, — поддержал Ян, — так что я, пожалуй, откажусь. — И что ты предлагаешь? — Предлагаю просто сбежать с бала, — парень посмотрел на меня. — Но мы только пришли, — я чуть склонил голову, внимательно глядя на него. — И что? Зато нам больше никто мешать не будет, — настоял Ян, хотя, кажется, это больше было в шутку. — О, то есть, так ты думаешь, в этом случае все решат, что мы просто дружим? — Нет, я думаю, все подумают, что мы сбежали предаваться крепкой мужской… дружбе, — он прикрыл рот рукой, стараясь сдержать смех. — Давай лучше не будем давать повода им так думать, — сказал я. — Что ж, ладно. В любом случае, у меня есть право сбежать, — Ян снова отпил вино, отдав пустой бокал проходящему мимо слуге. — Да, но надеюсь, что ты им не воспользуешься, — я тоже опустошил свой бокал, отдавая слуге, который тут же исчез, чтобы не мозолить нам глаза, — потому что без вас это будет совсем скучная ночь. — А что, я вам нужен только, чтобы скрашивать ночи? — Ну, вы можете скрашивать мои дни, если хотите, — предложил я, хотя на самом деле, за этим таились другие чувства. Всё чаще я ждал наступления ночи, чтобы, наконец, встретиться с Яном, стараясь поскорее уладить дела, чтобы ничего не могло меня отвлекать. В тоже время после смерти жены я наоборот старался зарыться в работу и дела империи, оставляя редкие свободные мгновения для дочери. А сейчас казалось, что я наконец начал дышать. Проводить время с человеком, не обременённым титулами, оказалось лучшим, что могло случиться. Как оказалось, именно этого мне не хватало, так как даже с Илэрией я был вынужден общаться, соблюдая формальности. До этого вольности я мог позволить только с дочерью, хотя даже так мне часто напоминали оставаться строгим и отстранённым, чтобы она выросла самостоятельной. Сожалений о сделанном и несделанном оставалось много, но я старался не зацикливаться на этом, чтобы снова не погрузиться горе, стараясь зацепиться за тот подарок, что преподнесла судьба. И даже иногда начинало казаться, что мы с Яном становились ближе, чем должны быть простые друзья. Или это алкоголь в голову ударил, что подобные мысли вообще появлялись в моей голове, учитывая, что на этом балу я старался не спиться уже с раннего вечера, когда всё только начиналось. Потому что даже если признаваться в этом самому себе, кто знает, как к этому отнесётся сам Ян. Если честно, я даже не помню, чтобы он хоть как-то затрагивал тему собственных отношений и, даже бы сказал, избегал её. Учитывая, рассказы парня об их мире, можно было сказать, что взгляды большинства людей у нас весьма схожи, так что Ян бы не стал говорить о таком открыто… Но это лишь догадки, в которые хотелось бы верить, а на деле меня парализовывал страх, не давая завести подобный разговор, ведь ценой стала бы наша дружба. И тогда бы я не смог наслаждаться искренним смехом Яна, как сейчас, нашими разговорами, теми моментами, что вносили в жизнь хоть какой-то смысл. И останется лишь однообразный круговорот правления государством и доказывания собственной состоятельности, как правителя, другим аристократа, будто всего остального недостаточно. В худшем случае, он больше никогда не вернётся в замок. Но с другой стороны носить в себе все чувства и надеяться, что Ян сам сделает первый шаг… глупость. Как минимум из-за его черты замалчивать и избегать разговоров о себе. Что уж говорить, если о том, что он рисует, я узнал не сразу. В общем, на Яна надежды не было, а мне самом не хотелось рисковать. По крайней мере, пока чувства не решили попробовать сжечь меня. И самое интересное, что даже к Илэрии я подобного не чувствовал. Наши с ней отношения всегда были спокойными, не вызывающими бурю и не требующими обсуждения. Но на самом деле, мне даже сравнивать их не хотелось, так как они были совершенно разными людьми. — У этой дамы забавная причёска, — проговорил Ян, указывая на одну женщину. Кажется, это была жена северного графа Хейга. — А тот мужчина похож на напыщенного индюка, и ведётся себя так же. Последним он указал на Дора Гейтса, и я не мог не согласиться с ним. Даже учитывая, что он был другом моего отца. Тем более учитывая это. — Что, всё ещё хочешь сбежать отсюда? — спросил я. — Ну, придумывать глупые прозвища аристократам, конечно, весело, но с другой стороны, я бы предпочёл выпить на берегу, — ответил парень. С этим тоже было сложно не согласиться. — Осталось совсем недолго, так что… — начал я, но Ян посмотрел на меня умоляющим взглядом. — Думаю, время для последнего танца. Тем более свечи почти догорели. — Спасибо, — Ян кивнул. — Но ради меня сворачивать всё не стоит. Я могу простой уйти пока он окончательно не завершиться. — Я же сказал, свечи почти догорели, — проговорил я, — думаешь, я бы стал устраивать долгое торжество, зная, что тебе придётся не очень? Так что спасибо, что скрасил это время. — Но из-за меня к тебе больше никто не смог подойти в этот вечер, — снова заладил он. — Балы же вроде устраивают, чтобы наладить отношения. — Это мероприятие лишь формальность. Мне это всё тоже не импонирует, — всё повторял я. — Пожалуйста, запомни, ты не можешь мне ничего испортить. — Спасибо, что ещё терпишь меня. — Это не сложно, потому что я не терплю тебя, — ответил я. — Но, может, всё же, станцуешь хоть раз? Здесь много красивых девушек. — О нет, кроме того, что я не горю желанием, я ещё и не умею. В последний раз, когда я танцевал, был на выпускном вечере в школе. И то, этот танец нам специально поставили и, если бы родители не настояли, я бы даже не участвовал. — А жаль, я бы хотел посмотреть на вас в танце, — сказал я, не добавив, что предпочёл бы, чтобы танец был со мной. — Может, как-нибудь в другой раз, — спешно проговорил Ян, а потом лишь, кажется, осознал, что сказал. — Я запомню. Придётся устроить ещё один бал ради вас, — усмехнулся я. — О нет, — а вот теперь точно дошло, — а мы не можем танцевать без… всего этого? Только наедине. — Возможно, — без уточнений сказал я, оставляя парня в неведении. — А сейчас подожди ещё немного и после мы сможем спокойно… рано позавтракать? — Хорошо, я подожду здесь тогда.***
— Мерзкая погода. Чем тебе нравится гулять в дождь? — поморщился Адам, прячась под капюшон. Но даже это ему особо не помогало, так как худи уже достаточно намокло. — Зато не жара, — ответил я, даже не пытаясь спрятаться. — И ты же минут десять назад говорит, что погода отлично характеризует твоё внутреннее состояние. — Так-то оно так, но лучше, давай, зайдём куда-то, — друг умоляюще посмотрел на меня. — Ладно, и куда ты хочешь? Снова заставишь меня тратить деньги на оверпрайс кофе? — Ты и сам с этим прекрасно справляешь, — усмехнулся Адам. — Я знаю место, где готовят вкусные блинчики. — Тебе лишь бы поесть, — я вздохнул. — Дай угадаю, они напоминают тебе о Вике? — Не бей по больному, — он скривился. — Лучше Вики ещё никто мне не готовил. — О, то есть теперь ты ценишь всё, что она для тебя делала? — я не смог сдержать смешок. — Имея не ценим, а потеряв плачем… — О, да ты прям философ. Подглядел из сборника грустных цитат? — Нет, просто соц. сети меня ненавидят и подкидывают в ленту всё это, — друг вздохнул. — Ладно, давай не о Вике. И блинчики есть я тоже передумал. Помниться, где-то недалеко был мост… — Неужели свидания проходят плохо? — я повёл Адама в другую сторону от моста. На всякий случай. — Хуже, чем я думал. Так трудно найти человека, с кем бы вы были похожи… И я не понимаю, как другие меняют партнёров как перчатки, — от досады он пнул лежащий на пути камень и тот отлетел куда-то в траву. — Что, совсем ни одного метча не случилось? — почему-то у меня складывалось впечатление, что дело вовсе не в девушках. — Была одна девушка. Красивая, интересы у нас схожи, и планы на жизнь тоже, но знаешь, это будто не то. Вот не йокает ничего, — продолжал жаловаться Адам. — Поверь мне, с первого свидания йокнуть может только тревога, — сказал я, но понимал, что ничего вразумить друга не могло. Тот как баран упёрся, даже не думая, что без отношений можно спокойно жить, а если говорить ему напрямую, то он начнёт ещё хаять меня за затворнический образ жизни, приговаривая: «вот что одиночество с тобой сделало». Ему-то не объяснить особо, что дело было вовсе не в этом. — Ты ничего не понимаешь, — отмахнулся Адам. — Ты уже и забыл, как это, влюбляться. И с этим мне очень хотелось поспорить, вспоминая моего ночного спутника. Хотелось бы сказать, что я до сих пор не разобрался в природе своих чувств, но это бы была ложь. Просто не хотелось признавать, но я чувствовал себя, как в подростковые годы, когда влюблялся в знаменитых певцов и героев фильмов, которые оставались для меня недосягаемыми. А теперь я вышел на новый уровень и влюбился в мужчину из своего сна. Насколько это бредово звучит? Мне кажется, весьма. И как я докатился до жизни такой… — Что ты лицо скривил, будто втюрился в кого-то и не хочешь говорить? — вдруг вырвал меня из задумчивости Адам. — Когда ты успел? — казалось, что сейчас друг отскочит от меня, как от прокажённого. — Боже, да не влюбился я, — отмахнулся я, потому что говорить об этом с ним не хотелось. Я и так прекрасно понимал, что он скажет. — И кто он? — парень в интересе склонил голову на бок. — Никто, — снова попытался извернуться я. — Ты уже додумываешь. — Э-э, нет, я знаю это твоё лицо и умение отрицать очевидно. Колись, Ян, — Адам не хотел дать мне уйти от ответа. — Какое лицо? — я недоумённо посмотрел на него. — Вот такое, — и друг, что называется, скорчил рожу. — … не выдумывай, — лишь сказал я, оценив это. — Ну, так, кто он? — и на этот вопрос я, сдаваясь, вздохнул: — Помнишь, я тебе рассказывал про мой странный сон? — Он тебе до сих пор сниться? — удивился Адам, сложив руки на груди. — Типо того, — нервно я растрепал волосы на голове, хотя наоборот пытался их поправить. — И я тебе рассказывал, что там общаюсь с одним мужчиной… — Только не говори, что ты влюбился в парня из сна? — Адам не смог сдержать смешок, который довольно быстро перерос в хохот. — Вот поэтому я и не хотел говорить! Я ведь знаю, что ты скажешь. Не хватает только: «а я говорил, что это твоё сознание намекает завести парня», — нервно выдал я. — Правильно говоришь, это всё от одного… — Замолчи, пожалуйста. Принимаются только дельные советы, — я снова вздохнул, но постарался отнять руку, потянувшуюся к волосам. — Найти парня, — просто сказал он. — Я сказал дельные советы, а не твои обычные. — Так я всегда дельные советы даю, — по другу было видно, что он издевается, но именно этого мне сейчас меньше всего хотелось. — А если серьёзно? — Так я серьёзен. Почему ты так сопротивляешься? Ну был у тебя неудачный опыт, ну бывает, — покачал головой Адам. — Ну, знаешь, когда тебя пытаются найти родственники твоего парня и избить, за то что ты «соблазнил» их милого невинного сыночку. А учитывая, что он первым ко мне подошёл и предложил отношения, то не очень хочется рисковать снова. — Ну, не у каждого же парня ебанутые родственники, — теперь уже от моих слов отмахнулся Адам. — А тот случай, когда другого моего парня родственнички пытались сдать в клинику для исправления ориентации? — продолжал я. — Ну не упекли же? — продолжал он. — Ага, но я недавно узнал, что его бывший ножом пырнул. Спасти не успели. И кто знает, что может случиться со мной. Я, честно, устал от этого всего. Если мне суждено построить отношения во сне, то так тому и быть, — закончил я. — Ты в другую крайность не беги. Ладно я — я понимаю свою проблему и без тебя прекрасно знаю, что слишком зациклен на отношениях. Но не надо циклиться на их отсутствии: может, тебе повезёт, и кто-то да появится. — Зато понятно, почему мы друзьями стали. Противоположности притягиваются, — усмехнулся я. — Слушай, а раз тебе так нужны отношения и ты не хочешь, чтобы я был одинок, то, может, начнём встречать? — А давай не будем, — Адам чуть ли не отскочил от меня, как ошпаренный. — Я всё-таки натурал… Ты вообще говорил, что я не в твоём вкусе! Я лишь рассмеялся, но он, кажется, понял. — Ладно, хорошо, я больше не буду тебя тыкать в это. Но, как твой друг, я переживаю, что ты почти никуда не выходишь и всё время проводишь один. Я даже не уверен, что у тебя есть друзья кроме меня, — сказал он. — Не волнуйся, никого у меня нет, — сказал я утешающим тоном. — Вот и я об этом… Давай я тебя познакомлю с кем-то? Не для романтических отношений, не волнуйся. Например, с моей сестрой. Я знаю, что вы и так знакомы, но вы бы очень хорошо бы поладили, — теперь нашёл новую тему Адам. — Может быть, когда-нибудь, — неопределённо ответил я. — Я приму это за согласие, — парень усмехнулся. К этому моменту дождь уже закончился и выглянуло солнце, а мы как промокшие воробьи пошли дальше, решив всё же поесть блинов.***
Ночь началась как обычно с того, что я снова оказался у себя в комнате в замке. Даниэла рядом не оказалось, хотя он часто приходил ещё до захода солнца. Решив не зацикливаться на этом, я переоделся, хотя, на самом деле, больше проверял, что изменилось в гардеробной. Отчего-то постоянно там появлялась новая одежда. Я пытался намекнуть, что мне столько не надо, но, кажется, в этом вопросе моё мнение не учитывалось. Под мой взгляд попала пара новых рубашек. Одна из них мне особо приглянулась: глубокий тёмно-синий цвет с широким длинным рукавом, заканчивающийся манжетами. Под неё неплохо смотрелись бы те брюки, которые я уже облюбовал до этого. Правда, кажется, здесь особо не приветствовалось ходить в одном и том же, но привычка иметь лишь базовые вещи и сочетать их между собой брала вверх. Пришлось добавить несколько колец и одну цепочку с кулоном в виде красного камня-капельки. Не хватало только серёжек, но прокалывать уши для них я не был готов даже во сне, так что остановился на этом. А после я уже отправился искать Даниэла. Первым делом я проверил его кабинет, но тот оказался закрытым, что меня удивило. Пока я остановился, чтобы подумать, где искать дальше, меня успел найти приставленный ко мне слуга Сэм. — Хорошо, что вы нашлись, — он выдохнул. — Его Величество ждёт вас в зимнем саду. Я вас отведу. — Спасибо, — я кивнул. Повезло, что не пришлось искать Даниэла по всему замку, а то к такому забегу я не был готов. Уже через пару минут я оказался на месте, шагая по тропинке между цветущими и благоухающими цветами. Кажется, в этой части росли белые и розовые гортензии. Заметил я так же розы и какие-то более экзотичные цветы, название которых я просто не знал. Даниэл же нашёлся на небольшой круглой каменной площадке, вокруг которой всё так же росли кустовые цветы. Мужчина сидел за небольшим столиком, но при виде меня он поднялся. — Добрый вечер, — проговорил он, и я заметил лёгкое волнение за маской привычного спокойствия. — Добрый, — я кивнул, подходя ближе. Он явно что-то задумал, а его поведение казалось странным. Например, даже в том, что он решил помочь мне сесть за стол, будто барышне, но пока я решил делать вид, что всё нормально. В этот раз на столе не было сладостей и чая, которые так часто появлялись на наших встречах, зато нашёлся полноценный ужин. К слову, это можно было счесть вполне обычным, так как Даниэлу часто приходилось ужинать уже со мной. А ещё было вино. А вот это можно было счесть подозрительным, так как никто из нас особо не пил, тем более вот так просто. Вспоминались только те пару раз на берегу и на том балу. — У нас какой-то особый повод выпить? — решил уточнить я. — Можно и так сказать, — кивнул Даниэл, но понятнее не стало, кроме того, что сегодня какой-то важный день. Но всё ещё в голове крутился вопрос, отчего император так нервничал? — Хорошо, — я кивнул. Слуга разлил вино по бокалам, пока мы оба молча принялись за поздний ужин. Я неловко пытался нарезать мясо: с этикетом у меня не особо складывалось, и это при том, что на досуге я сел почитать книги и потренироваться на практике. Всё же, мне не приходилось жить с этим каждый день. В подобные моменты начинаешь ценить простоту нашего века. Радовало, что и сейчас от меня ничего особо не требовали, иначе бы я совсем сгорел от стыда. Даниэл же действовал более уверенно, на автомате, больше погружённый в себя. Я его не трогал, давая время и пространство всё же прийти к тому, что он хотел сказать или сделать. А что-то он явно собирался. К тому моменту, когда ужин уже заканчивался, а вино оказалось допито, Даниэл решил всё же начать разговор: — Я бы хотел сказать тебе кое-что, — его голос звучал слишком неуверенно, в отличии от того, к которому я привык. И это при том, что алкогольный румянец наплыл на его щёки. — Что-то случилось? — решил уточнить я, чувствуя, как его волнение довольно быстро передалось и мне. Умом-то я понимал, что волноваться не о чём, но чувства брали верх. — Нет, — он постарался немного успокоить меня. — Я бы хотел поговорить о нас… это странно звучит, да? — а увидев, что я лишь сильнее начал волноваться, добавил: — Не волнуйся, я надеюсь, что в случае, всё между нами останется как прежде… — А что, может не остаться? — у меня вырвался нервный смешок. — Надеюсь, что нет, — несколько мгновений Даниэл просто смотрел на меня, будто собираясь силами, прежде чем сказать: — Ты мне нравишься… не как друг. А вот теперь настала моя очередь впасть в ступор и просто смотреть на него. Кажется, это вызвало волнение теперь у Даниэла: — Я понимаю, если это не взаимно… давай просто забудем об этом, — проговорил он быстро, уткнувшись взглядом в стол и прикрыв лицо руками. — Нет-нет-нет, я просто в шоке, — невольно я встал со своего места, но тут же заставил себя сесть обратно. — На самом деле, это взаимно. — Это правда? — Даниэл поднял глаза, убирая руки. Я кивнул, хотя сам от себя не ожидал. Ладно, я влюбился в мужчину из своего сна. С кем не бывает влюблять в несуществующих людей, да? Но вот начать встречать с ними… Нет, это не просто странно. Это очень странно. Но с другой стороны мои чувства и правда были правдивыми и, наверное, ответить взаимностью — это не что-то плохое. Среди студентов в последнее время я часто слышу, как они общаются с искусственным интеллектом, под видом знакомых персонажей книг или фильмов. Иногда в романтическом ключе. Вспомнить бы, как это называется… Но, в общем, чем эта ситуация была хуже? — Получается, мы теперь пара? — решил уточнить уже я, будто и сам осознавая произошедшее. — Получается, да, — согласился Даниэл, еле скрывая свою радость. За прошедшие дни он стал меньше скрывать свои эмоции при мне. — Помниться, вы мне обещали танец? — Помниться, я говорил, что не умею танцевать. — я смутился. Вот чего мне сейчас не хотелось, так это позориться. — Ничего страшного, можете отдавить мне все ноги, — усмехнулся император, будто стараясь разрядить обстановку. Он поднялся, протягивая мне руку. — Ладно, — я последовал за ним, положив свою ладонь в его. Даниэл вывел меня на свободную часть площадки, махнув рукой, и на небольшом постаменте недалеко закрутился прозрачный шар, из которого начала исходить музыка. — Ого, — удивился я. Кажется, в это время никаких проигрывателей быть не должно, но магия творила чудеса. — В следующий раз будет живая музыка, но сегодня я не хочу, чтобы нас беспокоили, — проговорил мужчина. — Я бы предпочёл не позориться при других людях, — не смог удержаться я, заставив Даниэла засмеяться. Стоило нам признаться друг другу, и всё волнение как рукой сняло, оставив привычное спокойствие и лёгкость. Император повёл меня в медленном вальсе. На удивление, подготовка танца на выпускной не прошла зря и у меня даже не плохо получалось. Ну, или Даниэл очень хорошо меня вёл. И весь танец мы молчали: всё было сказано чуть раньше. Сейчас же оставались только чувства, а чувства говорили намного больше, чем слова. Зато теперь мне наконец удалось разглядеть тот влюблённый взгляд, который я игнорировал до этого. Прервались мы только через несколько мелодий. Даниэл предложил вернуться за стол, где слуги за это время успели убрать остатки ужина и принести сладости с чаем. Мы спокойно сели на свои места и продолжили уже в более привычной обстановке. Вино постепенно, казалось, выветрилось из головы, давая мыслить трезво и переварить произошедшее. Признаться честно, я бы тоже не решился говорить о своих чувствах на трезвую голову. Как минимум потому, если мне откажут, чтобы просто не помнить этого позора. — Это, наверное, глупо, но я переживал, что мои чувства окажутся не взаимными, — вдруг начал Даниэл. — Признаюсь тоже, но я бы даже не нашёл сил признаться, — у меня вырвался нервный смешок. — Я знаю, поэтому и решил сделать первый шаг, — мужчина выглядел абсолютно серьёзным. — Мне иногда кажется, что люди вокруг знают меня лучше, чем я сам. — Не думаю, что это так. Просто некоторые твои черты очень заметны, чтобы их не запомнить, — сказал он. — Наверное… И прежде чем мы продолжили, к нам подошёл незнакомый мужчина в одежде, похожей на форму стражи. Довольно легко было догадаться, что это их глава и прямой подчинённый Даниэла. — Ваше Величество, — мужчина выглядел напряжённым. — Что случилось? — император не выглядел довольным. Да и честно, я понимал, что нельзя остаться довольным, когда твоё свидание прерывают. Глава стражи кинул на меня взгляд, пытаясь понять, стоит ли при мне говорить, но Даниэл кивком разрешил ему. — Кто-то проник в замок. Несколько стражников было убито. Я уже отправил людей к Её Высочеству, все выходы заблокированы, — сказал он, но чуть погодя добавил: — Барьер вокруг замка цел. — Хорошо, — император поднялся. — Ян, я отлучусь, чтобы разобраться, что происходит. С тобой побудет Сэм, а Этан приставит стражника. Не ходите сейчас по замку, пожалуйста: лучше просто вернись в комнату. От шока я смог только кивнуть, когда Даниэл удалился с главой стражи, а рядом с нами материализовался один из его подчинённых. — Давайте скорее уйдём. Я, правда, не думаю, что вы цель того, кто проник в замок, но лучше не рисковать, — сказал Сэм. Он и сам выглядел очень взволнованным. — Я понял, — сказал, стараясь подавить растущую внутри тревогу за Даниэла и Лети, даже не смотря на то, что старался себя убедить, что это лишь сон и ничего тут не произойдёт вопреки моему желанию. Не помогало. Слишком для меня реально оказалось всё происходящее. Стоило мне уже смириться с этим. Привычный полумрак замка стал казаться каким-то зловещим, будто в его тенях что-то пряталось, ожидая нужного момента. И это при том, что я прекрасно знал, что угроза вполне материальна, а не мистична. До покоев оставалось немного, когда вдалеке мы заметили невысокую фигурку. Приставленный страж сразу поднял меч, готовый к бою, но по лицу Сэма было прекрасно видно, что он понял, кто перед нами: — Госпожа Летиция, что вы делаете в коридоре? — можно было заметить, как у слуги волосы чуть ли не дыбом встали от осознания, что вообще могло случиться. Девочка ойкнула, отходя от окна. — Мне опять не спалось, — но увидев наши испуганные лица, поспешила подойти: — Что-то не так? — тихо спросила она. Сэм, кажется, думал, говорить ли ребёнку о происходящем или нет, но я решил его опередить, потому что Лети должна понимать, что сейчас лучше не высовываться: — Кто-то проник в замок и в коридорах сейчас опасно. Я наклонился к девочке, быстро беря её на руки. — Извините, я не знала… — Всё нормально. Главное, что ты цела, — ответил я. — Надеюсь, что ты больше не будешь гулять по коридорам. Куда, кстати, смотрит стража? — Мне самому интересно, — вздохну слуга, а приставленный стражник покачал головой. — Давайте отведём госпожу в её покои, а потом… — У меня плохое предчувствие. Не зря же стражи снова не оказалось на месте, — сказал я. Сэму пришлось согласиться. — Я тогда предупрежу Его Величество, — он вздохнул. — Идёмте. До моих покоев мы добрались вполне благополучно. Стражник встал у двери, блокируя выход, а мы с Лети сели на диван. Девочка прилипла ко мне и не собиралась отходить ни на шаг, дрожа, как осиновый лист. — Всё будет хорошо, — постарался я её успокоить, но не вышло. А собственно, чего я ожидал? Оставалось надеяться, что скоро вторженца поймают, но вестей, к сожалению, не было. Сэм нервно мерял шагами комнату, пока в один момент не остановился, коснувшись броши. Несколько секунд он внимательно слушал, параллельно побледнев, но в итоге кивнул. После Сэм глянул на меня, а потом и на Летицию, будто думая, говорить или нет, но в итоге решился: — Комнату госпожи разгромили — искали что-то… или кого-то. До меня дошло не сразу, а вот Лети ещё более испуганно прижалась ко мне. — Беру свои слова назад, как хорошо, что Её Высочество решила прогуляться по коридорам, — выдал я подобие шутки, только вот, никому смешно сейчас не было. — И получается, что её будут продолжать искать? — Скорее всего, — Сэм кивнул. — Его Величество сказал оставаться на месте, но стражу сейчас к нам не пришлют, чтобы не привлекать внимание. — Не то, чтобы мы собирались куда-то идти, — я вздохнул. — Ладно, я понимаю, что ситуация не располагает, но давайте не будем слишком волноваться, а то до наступления утра у нас поедет крыша. — Вам это просто говорить. Утро наступит и тебя эти проблемы больше касаться не будут, — решил высказать недовольство слуга, сложив руки на груди. — Если бы у меня был выбор, я бы остался, — сказал я, нахмурившись. — Я переживаю из-за происходящего не меньше вашего. Сэм решил промолчать, продолжая расхаживать из стороны в сторону, будто заведённый, хотя в брошенном взгляде прекрасно читалось, что он об этом всём думает. Я же пытался успокоить дрожащую Лети. — Я отнесу Летицию в спальню, чтобы она могла отдохнуть и её не увидели сразу, как зайдут в комнату, — решил сказать я, подхватывая девочку на руки. Сэм решил не спорить, молча соглашаясь, что так будет лучше. В комнате, когда я посадил Лети на кровать, она тихо юркнула под одеяло, будто ей тоже когда-то говорили, что монстры в таком случае не смогут до неё добраться, хотя всё равно оставалась близко ко мне, ища защиты. Сквозь плотную ткань я погладил девочку по голове, стараясь унять и собственную тревогу. Темнота и тишина лучше не делали, хотя обычно именно они дарили спокойствие. Особенно тишина — сейчас она ощущалась затишьем перед бурей, заставляя напрягать слух и улавливать любые малейшие колебания. Сэм всё так же шоркал по ковру, не находя себе место, а стражник продолжал стоять и не шевелиться и не издавая звуков, уподобившись статуи. В глубине гостиной даже слышалось тиканье часов, звучавшее в ушах набатом. Тик-так-тик. Шорканье прекратилось, а после послышался глухой звук упавшего на пол тела. Откуда я знаю, как это звучит? Однажды при мне человек упал в обморок и его не успели поймать. А после послышались неразборчивый голос со Сэма и наступила тишина. Летиция затихла, а я прошептал ей спрятаться и не высовываться, а после подкрался к двери, блокируя его. Сердце застучало в висках, заглушая звуки по ту сторону. Кажется, мне не помешало бы иметь при себе нож для самозащиты… — Лети, у тебя есть связь с отцом? Не отвечай, просто сообщи ему, что кто-то пробрался в нашу комнату, — тихо проговорил я, понимая, что человек по ту сторону и так знает, что мы здесь. Правда, куда спряталась Летиция, я не знал, но так даже лучше. Я старался успокоиться и взять себя в руки, потому что сейчас только я мог хоть как-то защитить Лети. Параллельно от двери я поглядывал на окно, если неизвестный решит пробраться через него, но пока ничего не происходило, что напрягало ещё больше. И поэтому я не удивился, когда замок в двери сам по себе повернулся. Я потянулся к ручке, чтобы хоть так предотвратить проникновение, но одёрнул рук, как от раскалённой сковородки. Я постарался подавить вскрик, чтобы не напугать Летицию ещё больше. Дверь распахнулась, и передо мной оказался человек, чьего лица не было видно за плотной тканью, а только лишь холодный взгляд устремлённый прямо на меня. Без раздумий я бросился на мужчину, повалив того на пол, чтобы выиграть немного времени. В любом случае, в схватке у меня шансов мало, если не полностью нулевые. Собственно, выиграл я только пару секунд, так как ударить незнакомца у меня не вышло: тот даже лёжа на полу подо мной легко уклонился, перехватив сначала одну мою руку, а потом… Я почувствовал резкую боль в груди. Вторая рука убийцы держала нож воткнутый прямо в меня, а на тёмной рубашке проступило ещё более тёмное пятно. Рот наполнился металлическим привкусом. Эти несколько мгновений, казалось, замедлились до минут, давая осознать произошедшее, когда дверь в комнату распахнулась. Краем глаза я заметил Даниэла и лежащее в крови тело Сэма, прежде чем сознание начало мутниться, проваливаясь в темноту. А потом я проснулся. Домашняя рубашка прилипла к телу из-за пота, а сердце в груди бешено стучало, что даже стало казаться, будто оно вот-вот остановится. Я сел, стараясь прийти в себя, чтобы понять, что вообще произошло. Луна всё так же висела высоко, заглядывая в не зашторенное окно. До утра ещё было далеко, что показалось непривычным. Чуть успокоившись, я снова лёг, стараясь заснуть: мне жизненно необходимо было выяснить, что с Лети и Даниэлом всё было в порядке, что убийцу остановили и что всё закончилось. Но сон не шёл, будто насмехаясь надо мной. А когда мне всё же удалось заснуть, проснулся я лишь утром, когда солнце уже поднялось высоко над горизонтом, так и не вернувшись в замок на берегу моря.
