Каждая лилия неповторима 「それぞれのユリはユニークです」

Груз прожитых жизней выдержать невозможно. Во всяком случае, тогда, когда он наваливается на тебя в таком объёме, а ты не готова. Спастись удастся, только если отстраниться от токсичного опыта и с этим у меня наметились успехи. По крайней мере, уже научилась контролировать внезапные озарения и не падать в обморок. - Как здорово выспаться в выходной день, - сказала Чинэтсу и потянулась как кошка. Точно то же самое она произнесла чуть ранее, встав с кровати и покачиваясь перед зеркалом в чулках и блузке, попеременно открывая то один, то другой глаз. Но сейчас уже вечер и её реплика прозвучала совсем уж неуместно. Не увидев ожидаемой реакции, соседка добавила: - Ах, почему золотая неделя так быстро оказалась позади? Теперь её придётся ждать ещё целый год. - Чинэтсу-чан, - заметила на это Юи, - жизнь состоит не из одних только праздников. А ещё, ты потратила золотую неделю, бегая на ипподром, не пропустив при этом ни одного выступления. Действительно, с одним лишь учебным планшетом жизнь в Сатору бывает скучновата и ученицы самостоятельно развлекают себя всяческими культурными мероприятиями, создавая цивилизацию в миниатюре. Как я догадываюсь, это всё задумано учителями с самых первых лет основания школы. Выпускницы Сатору соответствуют званию истинной леди, по крайней мере, по мнению высшего света империи. Этот образ создаётся не надуванием губ и растопыриванием пальцев. Его обеспечивают знания в различных областях, недоступные простой обывательнице, а также неосведомлённость в реалиях, естественных для плебса, подкованность в которых могла бы «испортить» благородную леди. - Ну и что же? Вы не можете обвинять меня. Кстати, во время скачек я первая обратила внимание на несколько очень перспективных пар. Обнаружила, между прочим, неожиданных конкуренток! - И сразу растрещала об этом по школьной сети. Разрекламировала их, так сказать… Мы шли с награждения, где нам с Фуюки вручили довольно странный приз. Хотя следует отметить, что все они по-своему странные. В качестве награды за участие преподносились плоды рукоделия различных клубов. Многие лилии лунного фестиваля получили за выступление что-то съедобное – это постарался клуб домоводства. - Онее-сама, - обратилась я к старшекурснице, - как это понимать? Нашу награду? Фуюки протянула мне длинноухого зайца из ткани. - Забирай, имото-чан, я достаточно им натешилась. Теперь он только твой. Я взяла мягкую игрушку и посмотрела вопросительно. - Мико-чан не может понять смысл награды, - подсказала Амэя. - Ну, однозначного толкования нет. Можно считать, что первое место означает бамбуковый веер, подаренный за выступление с танко-буши. Однако приз, полученный Мико-чан, кажется мне более ценным. - Почему? – заинтересовалась я. - Он больше похож на приз симпатий, а всеобщая симпатия – и есть наша главная цель. То, что приведёт нас к победе. К тому же, Арара-сан рассказала по секрету всему жюри, что ты вышла с мелодией собственного сочинения. Это намного ценнее, чем просто исполнение народной песни. Твоими трудами, в партию наших сторонниц теперь можно смело записывать всех фанаток музыки и пения. Фуюки покровительственно обняла меня за плечи, в то время как остальные девочки шли впереди и болтали. Она наклонилась ко мне и проговорила: - Имото, я не забыла твоё обещание, данное под лунным небом. Фуюки воспользовалась моим порывом и поймала на слове, чтобы теперь я вечно испытывала смущение. - Эта луна, онее-сама, была на самом деле не так уж прекрасна, - нервно ответила я. - Кстати, об этом, - обернулась Чинэтсу. - Почему вы, Фуюки сэмпай, бросили Мико-чан одну? Я незаметно показала подруге большой палец и подмигнула. - У меня не было выхода, - призналась старшекурсница. - Куроко-сан развела меня на пари. - И какими же были условия? - Оставить конкурс на представительниц. Не участвовать самим. Может быть, это даже к лучшему… - Сейчас онее-сама начнёт хвалить меня? – спросила я с иронией. – Возможно, это даже прозвучит искренне? Фуюки на мои слова не обиделась, а придвинулась ближе: - Да, имото-чан, почему бы нет? Я люблю тебя. Я непроизвольно вздрогнула и, судя по всему, покраснела. По крайней мере, моим щекам стало горячо. Что это значит? Теперь я должна покупать шоколад на Валентинов день и ходить вместе с Фуюки на хацумодэ? - Что именно нравится во мне онее-сама? – потребовала ответа я, стиснув мягкую игрушку. Может быть, она имела в виду, что я нравлюсь ей как тёплый солнечный день или забавный щенок? - У тебя детское личико, большие глаза, мягкие пепельные волосы, - стала перечислять девушка. – Стройная фигура, грациозность, манеры. Одним словом, воплощение ниппонской красоты! - Значит, только внешность? - Ещё имото-чан очаровательно милая, вызывает желание защищать и ни с кем не делиться собой. - Для онее-сама я просто кукла? - Хотелось бы, чтобы имото-чан всегда была кавай и нуждалась в опеке, ведь именно для этого существует патронус. Однако ты меняешься, сталкиваясь с испытаниями. Когда доходит до дела, Мико-чан преображается и становится безупречна, подобна Ками спустившейся в мир смертных. Это немного больно ранит самолюбие. Я открыла рот, чтобы возразить, но на такой нелепый комплимент не нашла что сказать.

*****

Вернувшись в пансионат, мы не отправились сразу в столовую, так как на награждении был перекус. На самом деле, тихий час объявлен на всю первую половину выходного дня, а церемония награждения проводилась вечером. Награждаемые были слишком возбуждены и из-за этого многие пропустили ужин. Фуюки отделилась от нашей компании и поднялась по лестнице на этаж старшекурсниц, а остальные последовали за мной. В комнате я отдала мягкую игрушку девочкам. Первая завладела зайцем Каяо. Тряпичный зверёк был достаточно большим, чтобы его можно было обнять как декоративную подушку. - Это… кавай! – сказала Каяо-чан. - Ками! Как же она кавайна! -  не скрывала восхищения Юи, тиская зайца. - И ценна, - добавила Чинэтсу. - Ценна? – удивилась я. – Что ты имеешь в виду, Чинэтсу-чан? - Химэ, представьте себе чувства главы корпорации или президента компании, когда она узнает игрушку, сделанную когда-то своими руками! - А, вот ты о чём… - Мягкие игрушки, сшитые старшекурсницами, бесценны. - Я согласна, - заметила Каяо, - но у тебя это прозвучало как-то меркантильно. Я думаю, в создание этой игрушки вложена душа. - Даже если считать банальные деньги, себестоимость продукции клуба должна быть просто фантастической! - усмехнулась Рикудо сэмпай. – Так что лучше признать их бесценными… - Благодарю, что открыли её значимость, - ответила я девушкам. – Но что с ней делать? Жалко, если она будет просто стоять как экспонат, а играть с ней – я уже слишком взрослая! - Но химэ, в уставе клуба мягкой игрушки написано: «Они созданы, чтобы утешить первокурсниц, оторванных от дома и семьи». - Вот как… - Я не знала, - призналась сэмпай. - Но это звучит разумно. - Я поняла! – воскликнула вдруг Юи. Она оторвала взгляд от зайца, и её взор затуманился. - Ого, кажется, Юи-чан посетило вдохновение, - опознала симптомы Каяо. - Слушайте, игрушку подарили Мико-чан не для того, чтобы она владела ей. Это награда с продолжением! - Кажется, я тоже начинаю понимать… - Мико-чан, ты должна подарить её первокурснице, которая понравилась тебе больше всех остальных. Я подумала над версией Юи и невольно покраснела. - Так, - заметила Амэя-сан, - кажется, у Мико-чан есть на примете первокурсница, которая нравится ей больше других. - Так вот, в чём скрытый смысл… - тихо пробормотала Каяо. - Умеешь же ты, Юи-чан, посмотреть под неожиданным углом… - похвалила подругу восхищённая Чинэтсу. – Если так подумать, то переданная из рук химэ игрушка будет для первого курса не просто бесценной… она станет их святыней! - А девочке, которой я сделаю подарок, это не навредит? – уточнила я, уже готовая расстаться с призом. - Нет, - улыбнулась Каяо. - На неё снизойдёт благодать этого сокровища, и она сама станет кумиром курса. Ничего страшного, если Мико-чан выделит её одну из всех. - Чинэтсу-чан, - недовольно пробурчала Юи, у которой отобрали зайца, - не отвлекай нас от обсуждения той, кто понравилась Мико-чан. Чинэтсу от неожиданности обвинения открыла рот и захлопала глазами.

*****

Мы пришли на завтрак раньше обыкновения, когда в столовой были только дежурные. В Гакусюин не практиковалось трудовое воспитание, и эта система выглядела для меня немного дико, хоть я и знала о ещё более жёстких традициях муниципальных школ. Милые ангелочки в передниках стелили на столы скатерти. Их здесь собралось намного больше, чем необходимо для работы. Смысл был в приобщении девочек к труду, а не в эксплуатации их ради экономии бюджета Сатору, стоимость обучения в которой и так заоблачная. Увидев меня с мягкой игрушкой в руках и следующих за моей спиной подруг, девочки бросили своё занятие и уставились на нашу процессию. Та, ради которой я пришла с утра пораньше, находилась в дальнем конце зала, из-за чего пришлось идти к ней мимо остальных младшекурсниц. Я бы предпочла, чтобы они сделали вид, будто не замечают меня, но снова оказалась в роли суперзвезды, что ужасно смущало. Проходя мимо замерших учениц, я заметила только зелёные, фиолетовые и розовые банты. Кроме моей кампании и нескольких вожатых с повязками, других девушек из ко-ко в зале не было. Чинэтсу похлопала меня по плечу, чтобы я не отвлекалась на каждую разглядывающую меня девицу и продолжала шагать вперёд. Когда проходила мимо девочки с зелёной лентой, раздался тихий возглас, и она осела. Я повернулась и хотела броситься ей на помощь, но передо мной выскочила ещё одна, с такой же ленточкой, и ревниво насупила брови, преграждая путь. Пожав плечами, я пошла дальше, а Чинэтсу идущая за мной следом задержалась и игриво ущипнула хмурую девочку за щёчку, вызвав у неё недовольное ворчание. Пока шла через столовый зал, дежурные не шевелились, предчувствуя в нашем появлении скрытый смысл. Идея прийти сюда перед завтраком принадлежала Чинэтсу. Пикантности придавала игрушка у меня в руках. Младшекурсницы сразу узнали в ней вчерашний приз, а кто не знал, тем шёпотом объяснили её происхождение. Самые догадливые девочки начали смотреть на зайца голодными глазами. Я подошла к малышке с розовым бантом и передником поверх сэйфуку. Цвет ленты означал, что ей тринадцать, но она выглядела младше своего возраста. Студентки не получают новые ленточки каждый год. Они остаются на весь период обучения, однако, только в тю гакко. Получается круговая система цветов, раздельная для средней и старшей школ. Это значит, что в прошлом году розовые ленты носили Чинэтсу, Юи и другие выпускницы, а в следующем первоклашки получат фиолетовые. - Охаё: годзаймас, Юки-чан! – сказала я девочке, попытавшейся уступить мне дорогу. Она перестала дёргаться, поняв, что я шла именно к ней. В зале поднялся гул от тихих голосов, перешёптывающихся между собой дежурных. Они возбудились, услышав моё фамильярное обращение к девочке с розовой лентой. - Охаё, Накатоми-сама, - нервно выдохнула она. - Не нужно быть такой вежливой, Юки-чан, - не согласилась я. – Ведь мы с тобой попали в приключение недавно. На детском личике Юки появилось испуганное выражение, она оглянулась и попыталась оправдаться: - Накатоми-сан, вы придаёте слишком много значения той случайной встрече. Она определённо была хорошо воспитана. Я постаралась как можно более располагающе улыбнуться. - И, тем не менее, Юки-чан, я чувствую свою вину за тот случай и хотела бы сделать тебе небольшой present, - с этими словами я протянула первоклашке игрушечного зайца и выдала ещё одну, добивающую улыбку. - Мико-чан, - заметила Каяо, глядя на зависшую девочку, держащую на руках мягкую игрушку, - кажется, нам нужно оставить её. Юки-сан вряд ли сможет как следует выразить свою благодарность в данный момент. Я внимательно посмотрела на ушедшую в грёзы Юки и согласно кивнула: - Да, Каяо-чан, давай пойдём отсюда. Мы развернулись и вышли из столовой, чтобы не мешать дежурным. Им ещё нужно готовить столы к завтраку. В зале возник новый центр интереса, переместившегося с меня на Юки. - Может, не стоит оставлять её так? – засомневалась я уходя. - Химэ, она сама справится, - ответили мне подруги.

*****

Стоило нам позавтракать и дойти до классной комнаты, как соседка по комнате с видом отпетого злодея насела на меня с расспросами: - Химэ, и что это было? - О чём ты, Чинэтсу-чан? – сделала я непонимающий вид, но остальные девушки поддержали её, а не меня. - Что это за девочка, Юки-чан? Что с вами обеими приключилось, и откуда у химэ взялось чувство вины? - Ну, имя Юки означает «счастье» … - Мы спрашиваем не об этом! - Ара-а, - засмущалась я, - это история, порочащая меня и по этой причине, не хотелось бы её рассказывать. - Выкладывай! – потребовала Юи. Ей было дозволено так обращаться, и теперь не было смысла обижаться на её настойчивость. Оглядев подруг, я созналась: - Понимаете, когда ещё только перевелась в Сатору, я плохо ориентировалась. Терялась в учебных корпусах, кампусе и даже здании пансионата. - Я же тебе показывала… - нахмурилась Чинэтсу. - Всё так, но я решила отправиться на самостоятельную прогулку и попала в галерею, которую используют для содержания горшечных цветов. Зимой в качестве оранжереи. - Где именно? – уточнила Каяо. - В галерее пансионата. - И что дальше, химэ? – поторопила меня соседка. - Там всё было в листьях и лианах, как мир хикигаэру, - продолжила я. – Юки-чан тоже случайно забрела туда вместе со мной и поначалу мы обрадовались, увидев друг дружку, но… - И что было дальше? – загорелись глаза у Юи. Она мангака, и её наверняка вдохновила преамбула. Жаль только, действительно захватывающей истории у меня не было. - Да ничего. Мы обе не знали Сатору, но у меня был бант с цветом старшекурсницы. Мне было не по себе признаваться, что я также, как и Юки не знаю дорогу. В итоге, мы направились не к выходу, а вглубь здания, в подсобные помещения. - И что потом? – даже Каяо проявила интерес, а наши одноклассницы в это время незаметно «грели уши» вместе с ней. - В конце концов, мы нашли дорогу на волю. Но за это время стали немного ближе, вот и всё… - Хатэ… - хмыкнула Чинэтсу. - А чего ты ожидала? – съязвила Каяо. – Или думала, что Мико-чан найдёт внутри шкафа проход в сказочное королевство? - Я же не Юи-чан! – запротестовала Чинэтсу. - Что?! Ах, ты! В это время дверь в класс открыл Фусимару сэнсей и начался урок. Пока он длился, Чинэтсу и Юи продолжали постреливать друг в дружку угрожающими взглядами, веселя при этом одноклассниц. Сэнсей не обратил на них внимания, читая весьма интересную лекцию: - Хотя деление на мужчин и женщин изжило себя, но в быту к доминантным бетам обращаются исключительно как к мужчинам. Ко всем же остальным обращаются как к женщинам. Однако существует множество исключений из данного правила. Вот, например, в отношении Микадо используется архаическое обращение «ОН». И это при том, что мальчики лишены права наследовать императору и даже не получают титул принца. Разумеется, главой императорского Рода может быть только доминантная альфа, то есть условно женщина. И, тем не менее, формально её считают мужчиной, а всех иностранцев, контактирующих с Микадо, об этом факте предупреждают заранее. И подобные архаизмы встречаются не только у нас, но и в других государствах. Зато они не обременяют Великобританию, законодательно утвердившую власть своей королевы. В этой стране дети монарха получают титулы принцев и принцесс, а старшая альфа получает особый титул наследной принцессы и остаётся единственной его носительницей вплоть до коронации. В Ниппон же правила иные: в аристократических Родах, в том числе императорском, введена очерёдность наследования по альфа-линии. Дальше пошла слишком хорошо известная мне информация. Сатору относится к элитным высшим школам, так что многое из аристократических «уложений» преподаётся уже на четвёртом курсе. Когда урок закончился, ветер сменился, и мысли подруг оказались безнадёжно далеки от старой перепалки.

*****

Самые старательные ученицы начали понемногу готовиться к промежуточным. Из-за этого, клубная деятельность встала на «нейтральную передачу» и репетиции стали чисто символическими. Что же касается «лилий», у нас имелись не менее важные собственные заботы. Разумеется, речь идёт о подготовке к выборам. Совмещать политику с учёбой способны далеко не все. Но та, которая была неспособна выдержать одновременно гонку и зубрёжку, считалась недостойной участия. Против хитрюг, отжимавших время у учёбы в пользу состязания за корону, студсоветом были введены дополнительные ограничения. Обязательный средний балл за тестирование у «лилий» очень высок. Прямо-таки, драконовски высок! К счастью, у меня с этим не ожидалось проблем. Вчера я сидела «свадебным генералом» на торжественном чаепитии, которое Фуюки устроила для поддерживавших её старшекурсниц, а перед этим мы с подругами лично разносили пригласительные на оное чаепитие. Сегодня же я отправилась в клуб оммёдо прощупать почву: не согласится ли Шигараки-сан немного подыграть нам на выборах, изрекая свои пророчества? Внутри помещения стоял плотный туман от ароматических палочек. - Подождите, Накатоми-сан, - спохватилась предсказательница, - я ещё не проветрила комнату. Она бросилась открывать окна, а я зашла внутрь и с любопытством приблизилась к столу с гороскопами, проговорив: - Ничего страшного, Шигараки-сан, я потерплю. Моё внимание привлёк свиток кандоку, на котором были аккуратные столбики иероглифов. Шигараки, по-видимому, была неплоха в каллиграфии. К своему полнейшему изумлению я обнаружила, что мне незнакомы начертанные на свитке кандзи. Хозяйка клуба открыла окна и вернулась, заметив мой интерес. - Шигараки-сан, - произнесла я вопросительно, - почему вы не пишете на бумаге? - Ах, это… Накатоми-сан, у меня есть ритуал защиты информации для бамбуковой книги, а для бумаги нет. - Но что такого секретного в этих записях? – удивилась я, а потом вспомнила, что Шигараки с «прибабахом». - Вам и правда интересно? – оживилась девушка, а я в ответ мысленно постучалась головой о дерево. – У меня есть гипотеза о том, что теншу в прошлом неоднократно посещали нашу планету. - Вот как… действительно, такие прорывные идеи лучше держать в секрете. - Ирония Накатоми-сан понятна… - Уважаемая оммёдзи, - спохватилась я, вспомнив о своей миссии и поклонившись, - я была бы счастлива, узнать немного о вашей гипотезе. Что навело вас на подобную идею? - На самом деле, таких идей витает превеликое множество, но я рассуждаю как заклинательница духов, - с важным видом ответила мне сэмпай. – Каждый раз в прошлом, когда теншу открывали проход в наш мир, вместе с ними прибывало великое множество призраков и духовных сущностей. К сожалению, это могли заметить исключительно шаманы. Мои сикигами тоже являются духами, путешествующими между мирами. А вот моему предку Абэ Сэймэю служили настолько сильные ёкаи, что были способны принимать облик людей. Я подумала, что, если Шигараки срочно не остановить, она примется рассказывать о своих предках и замучит меня бахвальством. Чтобы предотвратить катастрофу, я приняла вид увлечённой слушательницы: - Если только для шаманов заметно появление иномировых духов, тогда как вы можете предполагать появление самих теншу? Ведь шаманы не пишут летописи… - Верно, - обрадовалась заклинательница, - зато их пишут другие. Если в одном и том же хронологическом периоде, в разных странах появлялись сильные шаманы и заклинатели, как мой предок, то это можно считать явным признаком открытия прохода в иной мир. Однако теншу и сами оставили немало следов… - В самом деле? – удивилась я. - О да, теншу ничуть не скрывали своего присутствия. Я бы даже предположила, что в наш мир они отправлялись развлекаться. - И вы можете привести примеры? - Разумеется, множество! Легенда о Наётакэ Кагуе химэ. Она спустилась с Луны и влюбилась в ниппонского аристократа, а затем они трагически расстались. Ничего не напоминает? - Хм, - задумалась я, - если так рассуждать, то Кагуя химэ однозначно инопланетянка, ведь даже по содержанию самой легенды она прибыла из космоса. - Аматерасу о миками тоже имеет некоторые признаки неземного происхождения. Но я бы сказала, что в отличие от Кагуи химэ, которая была простой благородной девушкой, Аматерасу-сама являлась высокопоставленной представительницей теншу. Вроде тех, кто остановил войну. - Понимаю, - прониклась я идеей юной оммёдзи. – В учебниках пишут, что в обоих конфликтующих мирах одновременно замедлились внутриядерные реакции. Но это приписывают невероятному технологическому превосходству. - Да кто из людей в этом может разбираться? – пренебрежительно махнула рукой Шигараки. – Личная сила предводителей теншу или совершенные технические устройства – любой из этих вариантов ничего не меняет, по существу. Их возможности слишком сильно превосходят наши. Но если моя гипотеза подтвердится, то это скорее личная сила выдающихся представителей расы. - Сэмпай, вы говорили, что они оставили следы своего пребывания не только в Ниппон? Но я не могу вспомнить примеры, чтобы у других народов было так уж много легенд о пришельцах с Луны. Шигараки, сбитая с мысли, посмотрела на меня пустым взглядом, потом задумалась над моими словами и ответила: - Что же вы хотите, Накатоми-сан, от народных преданий? Для меня, например, совершенно очевидно, что Тангун Вангом, правивший чеснокоедами на продолжении полутора тысячелетий, был теншу. Наверняка, в родном мире он считался отбросом. Зато попав к нам, стал императором древней Чосон. Его долгое время считали обычным древним правителем. Но позже, когда пожиратели собак оказались под властью Тэнно, они снюхались с китайцами и от этого будто с ума посходили – начали молиться на своего мёртвого Тангуна. Странно, что она так не любит корейцев. Может, тут дело в соперничестве? Ведь именно через Чосон в нашу страну проникла культура и цивилизация. Однако я не стала поднимать скользкую тему, вместо этого поинтересовавшись: - Вы считаете, Шигараки-сан, что похожие на Тангуна и Кагую химэ, на самом деле были ксеносами или их потомками? - Были ли они теншу, или гибридами человека и чужого? Микадо, безусловно, ведёт свой Род от Аматерасу-сама. Этому есть множество подтверждений. Возможно, ещё и Лао Цзы из Цюйженя, основатель великого даосского учения, проживший две сотни лет. А также Нурхаци, основавший манчжурскую империю Да Цзинь. В истории его Рода так и написано, что основательницей была непорочная дева теншу по имени Айсинь-сама. Во время сбора материалов, я посещала места захоронения Рода Айсинь Гьоро. Здесь, на Хонсю. Я внимательно слушала и молчала. Шигараки взмахнула свитком кандоку, в попытке сделать свои слова ещё более убедительными и добавила: - Было много других, не связанных с инопланетянами напрямую, однако, получивших преимущества за их счёт. Скорее, подобные исторические личности являлись прирождёнными шаманами, заключившими контракт с проникшими в нашу реальность духами. Это вписывается в мою картину мира. - О каких именно примерах упомянула сэмпай? – уточнила я, заинтригованная гипотезой предсказательницы. Не мечтает ли она тоже стать одной из «исторических личностей»? - Тех, кто получил величайшее признание. Например, Бабур из Андижана, в двенадцать лет захвативший власть и основавший великую империю Маголов. Успехи легендарных героев необъяснимы с точки зрения человеческой логики. - Вы считаете их успехи неестественными? - Безусловно. Нормально для человека войти в историю как Александр из Македонии или Бонапарт. Да, они тоже прославились на века, захватили много стран. Однако стоило им умереть, как все их труды рассыпались прахом, и никому из их потомков не пришла в голову мысль почитать их как божеств. Наследие – вот что отличает великих правителей и мудрецов от удачливых бандитов. Я вдруг вспомнила, что «проклятье крови» возникло благодаря теншу. Без него я не сильно выделялась на фоне остальных школьниц. Пси-способности и моё наследие тоже идут напрямую от ксеносов. - Ну что же… - прокомментировала я исповедь оммёдзи, - готова признать вашу гипотезу, Шигараки-сан. Хорошо, что именно теншу посещали нас в древности, а не другие расы. - О каких других расах вы говорите, Накатоми-сан? - Ну, если бы в прошлом к нам вторглись те же хикигаэру, тогда всё человечество могло бы погибнуть давным-давно. - Вы ошибаетесь. Ведь сохранились легенды о вторжении демонов в наш мир, - неожиданно сообщила Шигараки. - Что вы имеете в виду? - Ничего конкретного сообщить не могу, - недовольно пробурчала девушка. – Эти истории так много раз перевирали, что в них трудно отличить реальность от вымысла. Можно лишь утверждать, что вторжения были. Каждый раз с открытием врат в иной мир к нам приходили Ками и совершали чудеса, а в иных случаях проникали болезни и беды. - Разве предки не вымерли бы из-за бедствий? Или вновь на выручку приходили теншу? - Накатоми-сан, вы безосновательно сравниваете вторжения древности с конфликтом нового времени, приведшим к планетарной войне. Разыскав в нашей акватории пространственную аномалию, учёные вгрызлись в неё как собака в сахарную косточку. Затем мировые державы создали коалицию и ввели в другой мир войска. В каком-то смысле, хикигаэру защищались от вторжения как умели. - Странно слышать от вас настолько крамольные речи, - попеняла я увлёкшейся Шигараки. - Настоящая оммёдзи должна смотреть на мир широко открытыми глазами, - возразила мне она. – Самообман мешает общению с духами. Я полагаю, президенты довоенных стран оценивали боевой потенциал хикигаэру по химерам, которых можно с лёгкостью уничтожить огнестрельным оружием. Ошибка вскрылась, когда в ход пошли боевые вирусы и биосферные преобразователи. Это заставило человечество выложить свои козыри. - Так-то оно, конечно, так… - нехотя согласилась я. - Это ещё вопрос, от чего легче очистить среду – от нестабильных изотопов или биологической дряни. Ничего из этого не применялось в древние времена. Только честные воины с длинными мечами односторонней заточки. При таком подходе, вторжения оставались локальными конфликтами. - Благодарю за науку, - поклонилась я старшекурснице, признавая правоту её доводов. – Шигараки-сан, я вот тут подумала, что зря отказалась у вас учиться… Услышав мои слова, сэмпай расцвела широкой улыбкой. Кажется, в этот момент я забыла о цели своего прихода к ней.

*****

После ужина Чинэтсу ловко перевела разговор на классическую литературу, а потом предложила продолжить его в нашей комнате. Юи поняла хитрый манёвр подруги, но милостиво согласилась прочитать ей лекцию. Каяо пошла с нами за компанию и, послушав немного, спросила меня: - Мико-чан, ты уже заказала платье для церемонии в храме? - Пока смотрю каталоги, - призналась я, затем вытащила из-под подушки смарт и продемонстрировала, как моя моделька идёт по подиуму в синем платье, стилизованном под морскую волну. - У тебя большой выбор, - заметила девушка, говоря о моих возможностях. - Да, президент мне посоветовала поразить всех роскошью нарядов. - Скромность – лучшее украшение, - отвлеклась на наш разговор Чинэтсу. - Если хочешь удивить, - вмешалась Юи, - тогда нужно выглядеть или предельно скромно, или наоборот. Мне кажется, второй вариант для Мико-чан реализовать проще. - А что, если объединить ваши предложения? – спросила Каяо. - В каком смысле объединить? Как можно выглядеть одновременно скромно и роскошно? - Она права, - я поддержала Каяо. – Существуют европейские бренды, выглядящие очень просто, но стоящие при этом как самолёт. На нашем рынке они непопулярны, но, например, среди имперских дипломатов пользуются постоянным спросом. - Если так говорит химэ, - присвистнула подруга, - значит, они и правда дорогие. Юи на самом деле много знала о литературе, помимо обязательного материала. Я тоже с удовольствием послушала её, дав обещание помочь с другими дисциплинами. Но наконец, девушки ушли, и соседка закрыла за ними дверь, а потом приняла загадочный вид. - Скоро доставят моё платье, -  тихим голосом поделилась Чинэтсу. - Твоё? Зачем? – удивилась я, распахнув глаза. - Тоже буду участницей фэмуномии, - гордо заявила она. - Ты же не «лилия»? - В выборах не участвую, но никто не говорил, что фэмуномия только для лилий. - Ага, понятно, значит, подойти к Деве Марии могут обычные ученицы? - Разумеется. После фэмуномии кандидаток, откроется свободный вход всем желающим. Всем, кому уже исполнилось пятнадцать. - И с кем ты пойдешь к алтарю? – с любопытством поинтересовалась я. - С Амэей Рикудо-сан. - Вот это номер! – поражённо проговорила я, вспоминая, были ли в их поведении намёки. – Кажется, вы стали довольно близки во время предвыборной компании… - Химэ не совсем верно поняла ситуацию. Я ведь уже рассказывала, что раньше имела старшую? На самом деле, Амэя-сан мой давний патронус, а я её позабытая клиентэлла. - Но ведь это было в средней школе, не так ли? - Всё так. Тогда мы немного повздорили с Амэей-сан, когда она переходила в старшую школу. - Повздорили? - Немного. Она хотела меня финансировать, а я была слишком глупой и отказалась. - И это всё? - Мне трудно понять отношение химэ и других богачек к деньгам. - Если в йенах никогда не было недостатка, то самое очевидное решение – купить то, что нужно или хочется. - И вы думаете, что можете купить любого человека? - Нет, это вовсе не означает покупку дружбы или что-то типа того. Каждую немного искажает её образ жизни. Вероятно, нам хочется ощущать контроль над окружающими привычным способом. - Вот как? - Не думаю, что с этим можно что-то поделать. Любая проблема, решаемая с помощью денег, перестаёт быть таковой. Лучше скажи, не пожалела ли ты сразу о вашей ссоре? - Вскоре мы должны были оказаться в разных школах. Я уже почти перешла на второй курс и стала сэмпаем для первоклашек. Таким образом, с уходом Амэи-сан мне не грозило вновь превратиться в жертву приставаний. В средней школе не принято без веской причины буллить второкурсниц. - А после, Рикудо-сан пришла к тебе с предложением помочь ей на выборах? – спросила я покрасневшую девушку. - Я и не вспоминала о ней, пока мы снова не оказались вместе! Потом – да, в словах химэ есть истина.

*****

Шагая мимо кустов гортензии по дорожке из разноцветных камней, я думала о том, как здорово, что соседка по комнате воссоединилась с патронусом и, мало того, они решились укрепить свою связь! Праздник Девы Марии приходится на конец месяца, а гортензии перед храмом зацветают чуть позже и выглядят не хуже, чем в Камакуре. Путь из разноцветных камней во время их цветения называют Дорогой Греха, и чтобы попасть в храм парочки идут в обход. Как только я добралась до цели, храмовая дверь приоткрылась и показалась одна из участниц христианского клуба. Поверх сэйфуку у неё висел крестик. Предметы культа на территории школы приравниваются к украшениям и их можно носить только в клубные часы. Также как антураж оммёдзи, которым Шигараки сэмпай эпатирует посетительниц. - Приветствую вас в храме Девы Марии-сама, - поклонилась девушка, и я ответила ей тем же. – Накатоми-сан, вы пришли с посланием от студсовета? Она покосилась на папку у меня в руках, и пришлось утвердительно кивнуть. Я уже было собиралась войти внутрь, но христианка придержала жестом руки: - Если вам не трудно, не могли бы вы немного помолиться, перед тем как войдёте? - Молиться?! – изумилась я. – Послушайте, это не храм Синто, а я не крещёная. Какой смысл мне молиться у входа в христианский храм, да и кому? - Ах, - начала отвечать девушка с последнего вопроса, - вы можете помолиться не только владычице храма, но и просто так. Возможно, у вас есть пожелания здоровья друзьям и родственникам, или вы потеряли близкого человека, а может быть, просто желаете добра и благополучия всем людям Земли? Молитва может быть обращена к Создателю или силам добра. В ней главное не форма, а ваша искренность. Что-то случилось с церковью после войны. Я вспомнила о погибших родителях и разозлилась: - Может быть я плохо учила историю Сатору, но это сооружение, кажется, не находится на балансе Римско-католической церкви? - Это не так важно, - ответила участница клуба. – Храм зарегистрирован в качестве объекта историко-культурного наследия Ниппон. - Вы так считаете? Но это же просто мирская организация и здесь у вас не имеется рукоположенного священника. Наверняка, ваш храм ещё ни разу не переосвящался. - Зачем это нужно? – не поняла девушка. - Во время войны он был покинут. Дикие звери могли проникнуть сюда. Собака могла пробраться и родить щенят. Лиса могла загнать и загрызть животное у алтаря. Да что угодно могло произойти с покинутым зданием, стоящим в глуши! Без проведения христианских обрядов никто не может быть уверена, сохранило ли это место святость. - Вы слишком глубоко копаете, Накатоми-сан, - смутилась моя визави. – Я верю, что ничего страшного здесь не происходило. Мы поём гимны Пресвятой Деве. Этого должно быть достаточно, чтобы место оставалось священным. Я посмотрела на неё как на дурочку, но не стала спорить и сделала вид, что молюсь. Мне говорили, что хор христианского клуба очень хорош, но для участия в нём не обязательно быть крещёной. Им следовало не пускать сюда иноверцев, либо не требовать соблюдения своих обычаев. Войдя внутрь готической базилики, я подняла голову и принялась любоваться нервюрными сводами и большими витражами. С такой акустикой хор должен звучать замечательно. У входа стояла мраморная чаша с водой. - Возьмите немного святой воды, - щедро предложила сопровождающая. - А это здесь, откуда? - снова удивилась я. – Вы сами её благословляете? - Нет, разумеется, - проигнорировала мою иронию девушка с крестиком. – Позади храма есть святой источник. Он даёт воду, не нуждающуюся в дополнительном благословении. - Ну-ну, - пробурчала я очень тихо и взяла кончиками пальцев немного воды. На всякий случай. Чтобы проверить, не стала ли за последнее время демоном. - Если хотите, можете перекреститься, - ненавязчиво предложила участница христианского клуба, на что я вежливо отказалась.