Всё, о чём я молчу

… когда свет Лаурелин стал мягче, празднество выплеснулось за стены Валимара. Во все стороны от города большими компаниями и маленькими группками эльдар расходились, ища мест любимых или приятных. Эленвэ облюбовала холмик у наезженной тропки и теперь вглядывалась вдаль, и когда ей показалось, что она видит того, кого поджидала, она даже привстала на цыпочки… Но тут Сурьяни с разбегу обхватила её сзади за талию, смеясь и задыхаясь. - Ну, всё, ты “ястреб”! - заявила она. Девушки, с которыми Эленвэ покинула Валимар, затеяли игру в догонялки ещё дорогой и теперь продолжали на облюбованной лужайке. - Подожди, Сурья, - Эленвэ вывернулась из рук подруги и вновь взглянула на дорогу. - Подожди, Сурья, - подхватила подбежавшая следом Ларинэль. - Кому веночек, Лэнэ? Эленвэ, прикрыв свободную руку венком так, чтобы подругам её было видно, а с дороги - не заметно, вытянула палец. Девушки на миг замолчали, тоже вглядываяь. - Ох, нет, Лэнэ, у тебя ничего не выйдет! - воскликнула Ларинэль. Эленвэ взглянула на неё в изумлении. - Ты не допрыгнешь, - уверенно заявила Ларинэль. Сурья рассмеялась коротким смешком и подхватила: - Лучше к старшему брату приглядись, он пониже. А этот хоть бы тоже косы плёл - так ещё можно было по ним забраться… Ларинэль толкнула её в плечо. - Сурья, задержи их, - сказала она. - Я сейчас сбегаю к брату за той киркой и верёвкой, с которыми он лазит на утёсы. Лэнэ, тебе они точно понадобятся, чтоб взобраться на эту башню… Эленвэ улыбнулась и шагнула с холмика вперёд, навстречу приближающимся всадникам. Поравнявшись с ними, она пошла рядом с неспешно ступающими конями и вместо приветствия показала венок и кивнула на подруг. - Сделала для тебя венок, - сказала она. - А они шутят, что мне без верёвки не дотянуться… Турукано не ответил. Молча соскочил с коня - она успела обрадоваться и прижала венок к груди - и через мгновение стоял перед ней на одном колене, наклонив голову. Она уложила венок на тёмные пряди, дотронувшись до них кончиками мизинцев. Ей понравилось, пальцам стало тепло, словно она не по волосам ими провела, а подставила под лучи Лаурелин в разгар сияния. И едва Турукано поднялся, она схватила его за руку и потянула в сторону, к подругам. - Хочу кое-что сказать… Девушки бросили игру и сбежались поглазеть, их окружил хоровод смешков и шутливых реплик. Но он не противился ни когда она его вела за собой, ни когда встала перед ним и потянула за руку. - На ушко… ты высокий. Наверное, он поверил, что она действительно хочет ему что-то сказать, потому что когда вместо этого она прижалась губами к его щеке, замер. Смех вокруг стал громче. Со стороны тропки тоже донеслись возгласы и насмешливое: - Турьо, ты остаёшься? Турукано чуть отстранился и посмотрел на неё. Среди общего веселья и смеха он казался спокойным и серьёзным. Эленвэ вдруг стало неловко за себя и за подруг, словно они сделали что-то скверное. Она хотела уже извиниться и разжала руку… но тут земля из-под ног унеслась, мир закрутился. - Эй, куда ты её?! - воскликнула Ларинэль. - Поговорить нужно, - ответил Турукано. Он тут же спохватился и спросил: - Ты не против? Эленвэ помотала головой и мгновение спустя очутилась на спине его скакуна. И когда всадник оказался рядом, спросила: - Быстро поскачем? - Боишься? - с некоторым изумлением спросил он. Эленвэ рассмеялась. - Нет, хочу посмотреть, насколько он скорый. Или тяжело ему будет? Конь, словно услышал и оскорбился и немедля рванул с места быстрой рысью. Эленвэ обхватила всадника руками. Вовсе не сложно было бы удержаться и без того, но ей нравилось к спутнику прикасаться - и обнимать, чувствуя под ладонями тело сквозь одежду, и прижиматься щекой к волосам. Но пока они добрались до берега под ивами на краю садов Ирмо, её одолело раскаяние, и, соскочив на мокрый песок она принялась торопливо извиняться. Турукано терпеливо дождался, когда поток её сожалений иссякнет. А когда она поняла, что красноречие её оставило и замолчала, спросил: - Ты это мне хотела там сказать? - Нет, - ответила Эленвэ, опуская глаза и поджимая пальцы. Влажный песок набился между ними, и она переступила с ноги на ногу, отряхивая босые ступни, уставившись на голубоватые листики, нападавшие с ветвей на берег. Венок не обязывал ни к чему. Это был лишь знак симпатии, юноши и девушки подстерегали друг дружку после празднеств и вручали венки тем, кто им нравился. Никто не отказывался, но никаких ответных жестов это не подразумевало. Разве что при случае - объясниться, взаимен ли интерес. А она зашла, пожалуй, дальше, чем следовало бы для начала… - А что же? - спросил Турукано с лёгкой улыбкой. Эленвэ тоже улыбнулась. Чего ждать? Она запрокинула голову и приподнялась на носки, опуская ресницы: - Ты высокий… я так не дотянусь…