For The Reason That

Глава 9 «Давай, давай», — шепчет Сокджин себе под нос, пока два волчка продолжают вращаться. Чонгук ликует, когда его волчок сталкивается с волчком Сокджина, замедляя его вращение. Сокджин игнорирует его, пристально глядя на свою игрушку и молясь, чтобы она победила. «А, да!» Чонгук вскидывает руки в воздух, приветствуя, когда волчок Сокджина останавливается, беспомощно падая на землю. Люди вокруг них, которые наблюдали, хлопают в ладоши и аплодируют Чонгуку. Сокджин подходит к Чонгуку. «Чего ты от меня хочешь?» — спрашивает Сокджин, желая поскорее покончить с этим. Чонгук прищурился, напряженно размышляя. Он пожимает плечами: «Я еще не решил. Как только решу, скажу». Эти двое бросили друг другу вызов, сыграв в волчки. Кто победит, тот получит исполнение желания от другого. Сокджин ошеломлен, когда Чонгук уходит. Он хватает Чонгука за рукав. «Просто скажи мне сейчас. Я не хочу быть у тебя в долгу», — объявляет Сокджин Чонгуку. «Нет, не могу», — Чонгук вырывает свой рукав из хватки Сокджина. «Похоже, ты мне что-то должен», — дьявольски ухмыляется он. Он поворачивается спиной к Сокджину, продолжая идти вперед. Сокджин вздыхает, сожалея о своем согласии на эту сделку. Они пробираются через шумный рынок, Чонгук идет впереди. «Ты часто рисуешь?» — спрашивает Сокджин, пока они продолжают идти. Он вспоминает небольшой рисунок Чонгука с тигровой лилией. Хотя он казался всего лишь каракулем, он был очень похож на настоящий цветок. «Тут и там», — небрежно говорит Чонгук. «Почему ты спрашиваешь?» «Мне просто интересно», — говорит Сокджин. «Не из-за цветка, который я нарисовал на записке?» — спрашивает Чонгук с легкой улыбкой на губах. «Н-не все из-за тебя», — ноет Сокджин, не очень-то королевский поступок. Сокджин не знает, почему он продолжает сопровождать Чонгука, когда тот только и делает, что дразнит и препирается с Сокджином. Чонгук останавливается перед киоском, беря левую руку Сокджина в свою. «Чон, что ты...» Голос Сокджина затихает, когда Чонгук берет кисть и окунает ее в белую краску. Он подносит кисть к руке Сокджина. Сокджин пытается отдернуть его руку, но Чонгук останавливает его: «Стой на месте». Он кладет руку Сокджина на стойку так, чтобы его пальцы были направлены вверх. Затем он откидывает рукав Сокджина назад, открывая его предплечье. В середине предплечья кисть касается кожи Сокджина. Сокджин неохотно остается на месте. Он наблюдает, как Чонгук начинает рисовать на нем. «Тебе не нужно беспокоиться о том, что люди это увидят, так как твой рукав все равно это скроет», — говорит ему Чонгук, не сводя глаз с кисти. Пока что на его руке есть только что-то вроде овала с плавными линиями. «Что это?» — спрашивает Сокджин, не в силах угадать странный рисунок. «Терпение, Джин», — говорит Чонгук, отрываясь от рисунка и встречаясь взглядом с Сокджином. «Я быстрый, но всем хорошим вещам нужно время». Слова звучат в ушах Сокджина, когда Чонгук снова сосредотачивается на рисовании. «А что, если ничего хорошего не получится?» — бормочет Сокджин себе под нос, но Чонгук слышит это. Сокджин задыхается, когда Чонгук мажет краску на его лицо кистью. «Чон!» — кричит Сокджин тихим шепотом, касаясь того места, где была краска. Чонгук хихикает: «Просто посиди спокойно и помолчи немного. Ты часто так делаешь во дворце». Сокджин краснеет от его заявления, чувствуя стыд. Краем глаза он замечает кисть, стоящую рядом с банкой черной краски. Он хватает кисть и окунает ее в краску, убедившись, что захватил с собой большой комок, когда рисует лицо Чонгука. «Джин!» Чонгук отталкивает его руку, на его щеке появляется черная дыра. Сокджин откладывает кисть, и смешок срывается с его губ. «Теперь мы квиты», — сияет он. Раздражение на лице Чонгука исчезает так же быстро, как и появилось, и его голова снова опускается к рисунку. Сокджин приподнимает бровь, удивляясь, что он не бросил ехидное замечание в ответ. ~~~~ Сокджин ополаскивает лицо водой из ручья, протирая места, где осталась краска. Он проверяет свое отражение в ручье, чтобы убедиться, что больше не осталось следов краски, прежде чем вытереть лицо платком. Он бросает взгляд на Чонгука, которому все сложнее смывать черную краску с лица. Он прикусывает нижнюю губу, глядя на свое отражение, и трет рукой так сильно, что щека краснеет. Сокджин подходит к нему, чувствуя вину за свой поступок. «Если ты будешь так тереть, то не только краска сойдет, но и вся твоя щека», — шутит он. Он наклоняется к Чонгуку. «Дай-ка я посмотрю», — тихо говорит он. Чонгук поворачивает к нему голову, слегка надувая губы. Сокджин смеется и окунает платок в воду. Он скручивает его так, что вода капает. Затем он начинает тереть им щеку Чонгука. «Хотя ты на пять лет моложе меня, ты вообще не относишься ко мне с уважением», — говорит Сокджин Чонгуку. «Вот почему это с тобой случилось», — говорит он, сердито глядя на Чонгука. Глаза Чонгука расширяются от его рассуждений в недоумении, но затем он улыбается. «Я глубоко извиняюсь, мистер», — говорит он официально, глаза игривы. «Ой», — морщится он, когда Сокджин трёт сильнее. «Я не старик», — ругается Сокджин. «Я этого не говорил», — отрицает Чонгук. «Но ты сказал «мистер», как будто я им был», — рассуждает Сокджин, как ребенок. «Может быть, так оно и было», — говорит Чонгук, ухмыляясь. «Вот видишь, вот о чем я говорю», — Сокджин сильнее трёт краску. Чонгук шипит от боли: «Ладно, ты победил. Признаю, что был неправ, Джин». Сокджин вздыхает и продолжает осторожно стирать краску со щеки Чонгука. ~~~~ Чонгук открывает ворота, пропуская Сокджина вперед. Сокджин так и делает, и в отличие от обычного, когда он идет так быстро, как только может, обратно во дворец Румекса, Сокджин ждет, пока Чонгук закончит запирать ворота. Чонгук оборачивается, приподнимая бровь при виде того, что он все еще здесь. «Чон», — нерешительно начинает Сокджин, — «ты хорошо знаешь это королевство, не так ли?» «Конечно», — отвечает Чонгук. «Я вырос здесь». Сокджин кивает: «А ты знаешь места за стенами дворца?» «Конечно, я всегда куда-то хожу». Чонгук наклоняет голову. «А почему ты спрашиваешь?» «Кто там?» — раздается незнакомый Сокджину голос. Чонгук быстро движется, утаскивая Сокджина в кусты неподалеку. Они оба медленно приседают на землю, глаза расширяются, а уши внимательно прислушиваются к приближающимся шагам. «Есть кто-нибудь?» — свет от фонаря охранника приближается к тому месту, где находятся Сокджин и Чонгук. Сокджин полностью сосредоточен на охраннике, который выполняет свою работу исключительно хорошо. Он не совсем уверен, есть ли что-то неправильное в том, что он и Чонгук так часто покидают дворец, но он не хочет это выяснять. Он молится всем предкам и богам, которые его выслушают, чтобы стража их не обнаружила, когда внезапно чувствует, как плечо Чонгука упирается в его плечо. Он поворачивается к Чонгуку, прищурившись, недоумевая, почему Чонгук приближается. Чонгук слишком занят чем-то другим, не замечая взгляда Сокджина. Сокджин не осмеливается заговорить, похлопывая его по плечу, чтобы привлечь его внимание. Чонгук поворачивается к нему, в его глазах беспокойство. Сокджин поднимает брови, недоумевая, почему он с каждой секундой приближался к нему все ближе и ближе. Чонгук медленно поворачивает голову обратно туда, куда смотрел, кивая. Сокджин проследил за его взглядом, и хотя было темно, он вскоре смог различить паука размером с гибискус. У него также было несколько блестящих, круглых черных глаз, моргающих на них, все синхронно. Чонгук пытается отползти подальше от странного существа, но Сокджин остается на месте, качая головой. Он не хочет рисковать тем, что их обнаружат по шаркающему шуму. Глаза Чонгука расширяются, и он качает головой, указывая на паука, который приближался. Сокджин протягивает ему палец, говоря, чтобы он просто подождал еще немного. Охранник медленно идет назад, все еще оглядываясь по сторонам. Как раз когда он собирался повернуться, послышался тихий визг. Но эта ночь была такой же громкой и ясной, как гонги во время церемоний. Сокджин прикрывает рот Чонгука рукой. Паук теперь полз вверх по ноге бедного принца. Когда стражник приблизился еще ближе к кусту, за которым они находились, паук продолжил подниматься по ноге Чонгука. Сокджин чувствовал, как Чонгук дрожит напротив него. Сокджин также мог сказать, что охранник выглянет из-за куста, как только он подойдет достаточно близко. Быстро соображая, Сокджин подхватывает странного паука в руку, чуть не вызвав у Чонгука сердечный приступ, прежде чем бросить его через куст туда, где был охранник. Он успокаивает трясущуюся руку, ожидая, сработает ли его план. Сокджин вздыхает с облегчением, когда охранник кричит, прежде чем убежать. Он прислоняется к Чонгуку, который все еще застыл на месте. «Я не считал тебя тем, кого боится насекомого», — говорит Сокджин, сдерживая смех, вспоминая страх в глазах Чонгука. Чонгук садится, взволнованный: «Я не боюсь насекомых. Просто у этого паука было так много глаз. Маленьких и близко расположенных друг к другу». Он качает головой, словно пытаясь отогнать нежелательное воспоминание: «Это было тревожно». Сокджин не может сдержать смех, срывая его с губ. «Н-но я больше ничего не боюсь. Бросьте мне медведя, змею или привидение, и я даже не вздрогну», — говорит Чонгук, пытаясь защитить свою гордость. Он щелкает пальцами: «Даже тигр меня не убьет». «Если ты так говоришь», — дразнит Сокджин с улыбкой, вставая. Он проверяет, есть ли еще охранник. «Кстати, о тиграх», — тихо говорит Сокджин, все еще оглядываясь в поисках людей. «Ты вызвал врача, чтобы он проверил твою спину?» — спрашивает Сокджин, глядя на Чонгука. «Да. Он сказал, что все будет хорошо. Может, даже шрама не останется», — отвечает Чонгук. Сокджин чувствует облегчение. Увидев, что путь свободен, он собирается уйти, когда Чонгук хватает его за руку, останавливая. «Что это?» — спрашивает Сокджин, глядя на Чонгука, который все еще лежит на земле. «Я понял, какое мое желание тебе придется исполнить», — самодовольно говорит ему Чонгук. Из-за того, как ведёт себя Чонгук, Сокджин чувствует себя неловко. «И?» «Я хочу посетить твой дворец», — говорит ему Чонгук с легкой улыбкой. Сокджин не улыбался. «Нет», — прямо отказывается он. Свет в глазах Чонгука мерцает. «Все, что угодно, только не это», — говорит Сокджин. Он не может рисковать тем, что больше людей увидят его и Чонгука вместе. «Почему бы и нет?» — спрашивает Чонгук, и улыбка исчезает с его лица. «Ты посещал мой дворец много раз. Но ты не позволяешь мне посетить твой дворец ни разу». Сокджин вытаскивает руку из хватки Чонгука, размышляя. Он не хочет, чтобы Хён увидела Чонгука. Она задаст много вопросов. А что, если кто-то придет навестить Сокджина, когда Чонгук тоже придет? Однако Сокджин заключил сделку с Чонгуком. «Завтра после заката можешь прийти». Чонгук сияет. «Только на короткий визит», — строго говорит ему Сокджин. Он надеется, что ничего не случится. ~~~~ «Что это, Ваше Королевское Высочество?» Сокджин выходит из оцепенения. Со вчерашнего вечера он переживает из-за прихода Чонгука. Он не может воспользоваться главным входом, иначе его все увидят. Сокджин забыл ему об этом сказать. Тогда ему придется войти через один из боковых входов. Сокджин также нашел способ заставить всех своих слуг оставить его в покое, чтобы они не увидели Чонгука. Он сказал им, что будет медитировать и хочет, чтобы его оставили в покое. Глаза Сокджина расширяются, когда Хён держит его за руку, глаза смотрят на рисунок, который Чонгук нарисовал на нем. Он убирает руку, роняя ее в воду. Масла в воде помогают скрыть ее от Хёна, который хмурится. «Ваше Королевское Высочество, вы знаете, что вам не следует раскрашивать собственное тело». «Я знаю», — говорит Сокджин. «Давай я это счищу», — Хён протягивает руку. «Нет, не надо», — Сокджин отстраняется от Хёна, подбираясь к краю ванны. Хён ошеломлён его поступком, как и Сокджин. Это всего лишь рисунок на его руке, и его там изначально не должно быть, так почему его это так волнует? Хён улыбается: «Ладно, я не буду его стирать. Могу я его увидеть?» Сокджин колеблется, но он уверен, что Хён не пойдет против ее слов. Он подбегает к ней и показывает ей рисунок на своей руке. «Ух ты!» — восклицает она. «Я не знала, что ты такой художник». Глаза Хёна расширяются от своих же слов: «Не то чтобы ты не был таким. Просто я никогда не видела, чтобы ты рисовал или писал». Сокджин смеется: «Нет, ты прав. Я не художник». Он смотрит на рисунок на предплечье. «Кто-то нарисовал его для меня», — выдыхает он. Хён наклоняет голову: «Кто?» «Просто кто-то», — говорит Сокджин, глядя на рисунок. Чонгук нарисовал рыбу кои. Хотя она без цвета, только белая, она прекрасна. Сокджин не замечает этого, поскольку на его губах появляется улыбка. «Как ты думаешь, что это значит, Хён?» — спрашивает Сокджин. Он не совсем уверен, почему Чонгук решил нарисовать рыбу кои. «Я не знаю многого, но поскольку он белый, я бы сказала, что он символизирует трансформацию и/или рост». Хён указывает на рыбу: «И вы видите, как она плывет по вашей руке». Сокджин кивает. «Я бы сказала, что он говорит о том, что прямо сейчас вы решаете, чего именно вы хотите в жизни. Прямо сейчас у вас есть что-то в сердце, но вы не совсем уверены, правильно ли это». Сокджин немного помолчал, вникая в слова Хёна. «Что-то в моём сердце?» — шепчет он себе под нос. Хён улыбается, кивая. Он усмехается: «Я не так уж в этом уверен. Звучит банально». Он снова смотрит на рыбу кои. «Но спасибо, что рассказала мне, Хён. Я не знал, что ты так много знаешь о рыбе кои». Хён улыбается шире и продолжает болтать. ~~~~ Сокджин встает, выходя из павильона. Он осматривает местность, ища Чонгука. Пока его не видно. Сокджин возвращается в павильон. «А что, если он передумал? А что, если он забыл?» — думает Сокджин про себя. Каким-то образом эти мысли знакомы другому принцу. Сокджин сжимает губы, глядя на стол в павильоне, на котором горы еды. Все, что он приготовил сам. Солнца больше нет, и темное одеяло уже появилось на небе. «Может, он забыл?» — думает Сокджин, немного подавленный. Он качает головой. Он вообще не хотел, чтобы Чонгук пришел. По крайней мере, так он себе говорит, собираясь убрать со стола. Но тут он слышит шорох. Сокджин поворачивается на шум, уставившись на куст. Он подходит ближе к нему, «Чон?» Вместо Чонгука из кустов выскакивает маленькая белка. Плечи Сокджина опускаются. Он поворачивается обратно к павильону. «Привет», — говорит Чонгук, улыбаясь, обнажая свои кроличьи зубы. Сокджин подпрыгивает, шокированный его внезапным появлением. Чонгук смеется: «Я не хотел тебя напугать. Извини». Сокджин обходит его, направляясь к столу с едой. Чонгук следует за ним, садясь напротив. «Ты был чем-то занят?» — спрашивает Сокджин, стараясь, чтобы его голос звучал нейтрально. «Нет», — отвечает Чонгук. Он подпирает лицо рукой, глядя на Сокджина. «Ты боялся, что я не приду?» Сокджин отводит взгляд: «Нет, я просто не хотел ждать того, кто не появится». «Ну, я появился», — говорит Чонгук. «Не совсем на закате, но немного позже». «Немного?» — повторяет Сокджин. Солнце уже давно село. Чонгук чешет затылок: «Ну, я думаю, намного. Я просто подумал, что тебе будет комфортнее, если я приду позже, так меньше шансов, что меня увидят. Но я заставил тебя ждать. Извини, Джин». Сокджин смотрит на стол, наливая себе стакан воды. «Я все исправлю. Я исполню любое твое желание», — тихо говорит ему Чонгук. Сокджин усмехается: «Это не очень креативно. Я уже делаю с тобой то же самое». «Ну, взаимность — это хорошо», — рассуждает Чонгук. «Попроси меня о чем угодно, и я тебе это дам». «Мне ничего не нужно», — говорит Сокджин, отпивая воду. «Я полностью доволен тем, что у меня есть». Чонгук молчит некоторое время, заставляя Сокджина думать, что он оставляет эту тему. «Позволь мне как-нибудь отвезти тебя на пляж», — начинает Чонгук. Глаза Сокджина расширяются. «У тебя дома нет пляжей. Я предполагаю, что ты никогда раньше не был на пляже, не так ли?» Сокджин качает головой: «Я не был». Когда он впервые приехал сюда, он был так взволнован посещением пляжей, но он просто забыл об этом. Вчера вечером, до того, как пришел охранник, он собирался попросить Чонгука отвести его на один из них, но не осмелился сделать это. «Тогда решено. Я отведу тебя до начала зимы», — говорит Чонгук. Сокджин улыбается, его глаза встречаются с глазами Чонгука. Глаза лани Чонгука моргают, а затем на его губах тоже появляется улыбка. Сокджин отводит взгляд, чувствуя себя неловко от зрительного контакта. «Ты уже поужинал?» — спрашивает он. «Да, но я съем это снова, раз уж ты приготовил для меня», — говорит Чонгук, беря в руки палочки для еды. Сокджин застигнут врасплох его словами. «Ч-что? Если ты уже поел, то тебе не нужно, и я не говорил, что я это приготовил», — Сокджин указывает на еду. «Ты уже готовил для меня. Думаешь, я не узнаю твою еду?» Чонгук откусывает, жует и кивает головой. Проглотив, «Попробовав, я точно знаю, что это твое, Джин». Сокджин игнорирует легкую радость, которую он испытывает, зная, что Чонгук признает его стряпню и наслаждается ею. ~~~~ «Тебе пора возвращаться. Уже поздно», — говорит Сокджин Чонгуку. «Но ты мне еще даже ничего не показал», — говорит Чонгук. «Как я могу, не дав своим слугам тебя увидеть?» — спрашивает Сокджин. Ну, меньше спрашиваю, больше рассказываю. Чонгук понимающе кивает. «Тогда можешь сыграть мне своей каягым?» Сокджин собирается отказаться от его идеи. Он не хочет шуметь так поздно ночью. Не говоря уже о том, что играть для кого-то, кроме принца Тэхёна, кажется странным. Но, судя по тому, как на него смотрит Чонгук, «Но это всего лишь одна песня». «Все в порядке», — говорит Чонгук, и его глаза сияют. Сокджин идет в свою комнату, чтобы взять инструмент. Он не прикасался к нему некоторое время. Сокджин поднимает его, глядя на него, а затем на свое отражение в зеркале. Он просто сыграет одну песню для Чонгука. Всего одну для Чонгука, который является его другом. Он возвращается в павильон, где его ждет Чонгук. Кажется, он чем-то занят, но убирает это, увидев Сокджина. «Какую песню ты хочешь услышать?» — спрашивает Сокджин, садясь напротив него. «Твоя любимая», — отвечает Чонгук. «Моя любимая?» — спрашивает Сокджин. Никто никогда не говорил ему сыграть его любимую песню. «Но я играю для тебя». «И?» Чонгук наклоняет голову. Сокджин больше ничего не говорит, глядя на каягым. Он не совсем уверен, какая песня его любимая. Он позволяет своим пальцам вести, играя сладкую, мягкую песню. Его глаза сосредоточены исключительно на его пальцах, наблюдая, как они плавно движутся по струнам. Мелодия заставляет его забыть обо всем остальном, просто перебирая струны. Это одно из произведений, которое он так и не закончил. Когда Сокджин играет, его разум начинает блуждать. Он сосредотачивается не только на инструменте и его звуках, но и на одном из зрителей. Сокджин не смеет смотреть на Чонгука, зная, что тот смотрит. Вместо этого он просто думает о нем, не сводя глаз с каягыма. Он чувствует себя комфортно рядом с Чонгуком. Он единственный человек в этом королевстве, с которым он может быть самим собой. Не говоря уже о том, что Чонгук выводит его из дворца, позволяя ему испытать так много вещей. Вот почему Сокджину нравится быть его компаньоном. Они друзья. Но почему иногда Сокджин не может встретиться взглядом с Чонгуком? Взгляд Сокджина скользит к его рукаву. Прямо под ним лежит рыба кои Чонгука, которая все еще на Сокджине. Любой нормальный человек уже стер бы ее, но Сокджин обнаружил, что не хочет, чтобы часть ее уходила вообще. Опечаленный, когда он увидел, что часть краски уже стерлась. Сокджин останавливает игру, дойдя до незаконченной части песни. «Почему ты остановился?» — спрашивает Чонгук, заметив неловкое завершение мелодии. «Я еще не придумал остальное», — говорит ему Сокджин. Он встает: «Уже довольно поздно. Тебе следует вернуться и немного отдохнуть». Он не смотрит на Чонгука, когда тот выходит из павильона. «Джин». Сокджин останавливается. «Спасибо, что позволили мне прийти к тебе в гости. Мне понравилось есть твою еду и слушать, как ты играешь на каягыме». Он останавливается на некоторое время, словно подбирая нужные слова. «Здесь... красиво». Затем тихо: «Спокойной ночи, Джин». Сокджин слышал, как шаги Чонгука удалялись, пока не стало казаться, что его здесь никогда не было. «Красиво?» — удивляется Сокджин, поворачиваясь, чтобы посмотреть на свой павильон и сад. Конечно, он красивый, но разве он не такой же, как павильоны и сады всех других дворцов? У Чонгука есть такой же. Что-то привлекает взгляд Сокджина. Он возвращается к столу, за которым сидели они с Чонгуком. Он смотрит на мгновение, не уверенный в том, что чувствует. На столе лежит листок бумаги. Рядом с ним что-то похожее на маленький кулон. Сокджин поднимает листок бумаги. На него смотрел человек, одетый в простую одежду, одежду для простолюдинов. Он слегка повернул голову. Его волосы мягкого черного цвета, глаза спокойные и яркие, а на его розовых пухлых губах играет легкая улыбка. Сокджин переворачивает бумагу и видит мелкий почерк. «Я обычно не рисую людей, но ты пришел мне на ум, когда я взял кисть. Конечно, я не могу изобразить тебя с точностью на этой картине. Ты ведь все равно ее сохранишь? Для тебя и для меня. — Чон» Лицо Сокджина покраснело, когда он уставился на него, которого Чонгук нарисовал так идеально. Его грудь ощущается странно. Это мысль о том, что Чонгук, должно быть, изучил каждую его черту, чтобы нарисовать это. Он берет другой предмет, состоящий из двух подвесок. На золотом диске — цветок Сокджина, румекс. Другой — тигровая лилия Чонгука. Сокджин берет рисунок и амулет с собой в свою комнату, грудь теплая, когда он готовится ко сну. Прежде чем закрыть глаза, он еще раз смотрит на рисунок, который больше похож на отражение, чем просто на картину. Он держит подвески в лунном свете, наблюдая, как они мерцают. «Спокойной ночи», — шепчет он, глядя на тигровую лилию. ~~~~ Сокджин поднимает руки, позволяя портному снять с себя мерки. Он напевает мелодию, которую играл Чонгуку вчера вечером. «Вы в хорошем настроении, Ваше Королевское Высочество», — комментирует один из слуг. Конечно, день Сокджина не плохой, но разве это так заметно, что слуги это чувствуют? «Что заставляет тебя так говорить?» — спрашивает Сокджин, прекращая напевать. «Вы сегодня выспались», — замечает один из них. «Вы все утро просидели в павильоне и играли на своем каягыме», — говорит другой. «Вы все время напеваете с тех пор, как попали сюда, — замечает портной. — Не говоря уже о вашей улыбке». Сокджин краснеет от их комментариев. «Я хорошо выспался. Вот и все...» Он опускает руки, когда портной заканчивает снимать с него мерки. «Я сошью вам наряды перед предстоящим торжеством, Ваше Королевское Высочество», — говорит портной Сокджину. «Спасибо, главный портной Бэ», — вежливо благодарит Сокджин, прежде чем уйти. Его слуги следуют за ним из дома главного портного. Они идут по дворцовым коридорам, тихо направляясь обратно во дворец Сокджина. Сокджин замечает знакомое лицо, когда они достигают главного двора. С другой стороны идет Чонгук. Сразу же тепло разливается по его щекам, когда он вспоминает прошлую ночь. Сокджин продолжает смотреть, пока они идут. Чонгук, кажется, не замечает его поначалу, все еще смотрит вперед, пока он идет. Сокджин хочет что-то сказать, но он не уверен, что делать. Словно почувствовав на себе взгляд Сокджина, Чонгук поворачивает голову. Их взгляды встречаются, и Сокджин чувствует себя преступником, пойманным с поличным, ведь сейчас Чонгук должен знать, что он ничего не делает, только смотрит на него. Уголок рта Чонгука слегка приподнимается, и он замедляет шаги. Сокджин делает то же самое. Они не обмениваются словами, только застенчивыми взглядами. «Ваше Высочество», — зовет голос, заставляя Чонгука отвести взгляд от Сокджина. «Вы только что закончили учебу?» — спрашивает новичок, один из слуг Чонгука. «Да, только что», — отвечает Чонгук, теперь все внимание обращено на слугу. «Я удивлен, Ваше Высочество, — начинает слуга. — Вы никогда не посещаете занятия с такой охотой и не задерживаетесь до последней минуты». «Что ты пытаешься этим сказать, Хан?» — строго спрашивает Чонгук, но по его лицу видно, что он не это имеет в виду. Хан смеется: «Ничего, Ваше Высочество. Просто интересно, что нашло на принца Чонгука, что заставило его следовать своим обязанностям». «Поскольку я хочу снова начать играть на хулуси, я остаюсь здесь дольше, чтобы попрактиковаться», — говорит Чонгук Хану, который кивает. Он бросает взгляд на Сокджина: «Есть кое-кто, для кого я хочу играть». Сокджин снова чувствует это чувство. Он отводит взгляд от Чонгука, его щеки краснеют. «О, для вашей матери, да?» — догадывается Хан. Сокджин поворачивается к Чонгуку, ожидая его ответа. Чонгук замечает, что он снова смотрит. «Конечно», — отвечает Чонгук, на что Сокджин чувствует, как легкое и трепещущее чувство улетает. Подумать только, Сокджин знал, о ком он говорил. Теперь он чувствует себя смущенным и глупым. «Но я думаю, есть еще кто-то, кто тоже хочет меня услышать», — говорит Чонгук, мягко улыбаясь Сокджину. Сокджин не может сдержаться, и его лицо украшает крошечная и довольная улыбка. Он и его слуги доходят до угла. Угол, на который они поворачивают. У Чонгука все еще та улыбка, направленная на Сокджина. Сокджин бросает на него еще один взгляд, слишком долгий, прежде чем повернуть за угол. Его слуги следуют за ним, не обращая внимания на взаимодействие между Сокджином и Чонгуком.