For The Reason That

Глава 14 Сокджин украдкой смотрит на Чонгука, который занят наблюдением за королем. Прошла неделя, почти вторая, с тех пор, как Сокджин последний раз говорил с ним. Сначала он сказал себе, что смешно думать, что Чонгук избегает его. Однако теперь он не находит это таким уж смешным. Чонгук определенно избегает его. Сокджин отводит взгляд. «Я что-то сделал не так? Сказал что-то оскорбительное», — думает он. Он уверен, что не делал этого. «Принц Сокджин», — зовет принц Тэхён. Сокджин вырвался из своих мыслей. «Да, Ваше Королевское Высочество», — улыбается он, поворачиваясь к наследному принцу. «Хотите присоединиться ко мне завтра вечером за ужином с послом?» — спрашивает принц Тэхён. У Сокджина голова забита, и ужин с послом из-за рубежа ему не поможет. «Я-» «С удовольствием», — заканчивает за него Хён. Сокджин резко поворачивает голову к Хён, прищурившись. Она наклоняет голову, не понимая реакции Сокджина. «Что-то не так?» Принц Тэхён смотрит между ними двумя. «Нет», — Сокджин поворачивается к нему. «Я просто не уверен, что смогу быть полезен, сопровождая тебя», — неубедительно оправдывается он. Принц Тэхён тихонько посмеивается. «Полезно? Это ужин. Тебе не нужно делать ничего, что требует много работы». Он берет Сокджина за руку. «Просто будь там», — говорит он с мягкой улыбкой. Сокджин делает вид, что улыбается, соглашаясь пойти. Принц Тэхён опускает руку, внимание возвращается к речи короля. Взгляд Сокджина возвращается к Чонгуку, который смотрит на него и принца Тэхёна. Выражение его лица стоическое, как и сегодня. Однако его глаза отражают другую эмоцию. Сокджин хочет что-то сказать, но с таким расстоянием между ними, сможет ли он что-то сказать? Чонгук снова обращает внимание на речь короля, оставляя Сокджина безмолвным. ~~~~ Сокджин в последний раз кланяется принцу Тэхёну и послу, прежде чем выйти из Главного дворца. Он прикрывает рот, зевает и идет обратно во дворец Румекса. Изначально он не хотел идти на ужин с принцем Тэхёном и послом. Но это было мило. Посол приехал из далекой страны, поэтому было интересно узнать об их обычаях и традициях. Это также заставило Сокджина перестать думать о ком-то определенном. Шаги Сокджина останавливаются, когда открывается дверь и выходит Чонгук. Он закрывает за собой дверь, затем поднимает взгляд, встречаясь с Сокджином. Вокруг никого нет. Только они двое. Хотя, избегая Сокджина в последние недели, Сокджин рад видеть, что Чонгук выглядит хорошо. У него нет темных кругов, и, кажется, он физически в порядке. Сокджин разжимает губы, чтобы заговорить, но прежде чем хоть слово вылетает из его уст, Чонгук проходит мимо него. Сокджин зажмуривается, когда его обдувает холодный ветерок. Снег, который мирно падает, летит в лицо Сокджина, оставляя его холодным. Шаги Чонгука эхом разносятся по коридору. Сокджин оборачивается как раз в тот момент, когда Чонгук заворачивает за угол и исчезает в холодном воздухе. ~~~~ Сокджин вдыхает воздух, белый пар поднимается в небо. Он дрожит, плотнее запахивая пальто, если это возможно. Он ищет Чонгука уже больше часа, но так и не находит его. Сокджин пинает снег, чувствуя разочарование. «Собирайтесь, дамы и господа, чтобы рассказать историю о двух запретных возлюбленных», — слышит он, как объявляет женщина. Замерзший и нуждающийся в тепле, Сокджин следует за ее голосом. Он входит в ресторан, который был устроен как мини-театр для спектакля. Люди рассаживаются, возбужденно болтая. Сокджин осматривает место в поисках свободного места. Он ахает, когда замечает пустое место спереди, рядом с Чонгуком. «Пожалуйста, садитесь. Шоу начинается», — говорит женщина на сцене зрителям. Сокджину не нужно повторять дважды, он идет так быстро, как только могут его две ноги, к Чонгуку. Он садится как раз в тот момент, когда свет тускнеет. Чонгук не замечает его, занятый шепотом своему другу, сидящему напротив него. «Дже-» Сокджина прерывает громкая музыка и поднятые занавески. Женщина начинает рассказывать, но Сокджин не может сосредоточиться на сцене, уставившись на профиль Чонгука. Глаза Чонгука смотрят прямо вперед, погружаясь в рассказываемую историю. Глаза Сокджина следят за его резкой линией подбородка, затем за небольшим шрамом на щеке. Он удивляется, как он его получил. Чонгук втягивает внутреннюю часть щеки, отчего появляется ямочка. Сокджин наблюдает, как Чонгук моргает, ресницы отбрасывают небольшую тень под его глазами. «Ангел не заметил этого, когда его глаза следовали за прекрасным человеком, погруженные в его красоту». Сокджин садится, чувствуя себя так, будто его поймали с поличным. Он поворачивается к сцене, пытаясь сосредоточиться на пьесе. Пьеса одновременно интересная и развлекательная, так что не проходит много времени, прежде чем Сокджин полностью погружается в историю. Она довольно юмористическая, и Сокджин время от времени ловит себя на том, что тихо смеется. «Мы не можем быть вместе», — удрученно говорит ангел Чанхи, отвернувшись от принца. «Почему нет?» — спрашивает принц Ёнхун, его лицо искажено мукой. Он подходит к ангелу, обнимая его сзади. «Нам суждено быть вместе», — шепчет он, уткнувшись лицом в плечо Чанхи. Чанхи моргает, и слеза скатывается с его глаз. Он торопливо вытирает ее, поворачиваясь лицом к Ёнхуну. «Мы не можем», — хрипит он, глядя в глаза принца. Он гладит лицо Ёнхуна. «Ты станешь королем через месяц. Если люди узнают обо мне, ты не сможешь стать императором». «Мне плевать на эту дурацкую корону», — Ёнхун наклоняется к руке Чанхи. «Меня волнует только мой ангел». Чанхи качает головой, слезы текут. «Ёнхун», — говорит он сквозь слезы. «Ты помнишь ту ночь, когда мы встретились?» Ёнхун вытирает слезы, кивая. «Ты сказал, что у тебя такое чувство, будто мы уже встречались раньше», — вспоминает Чанхи. «Таки было», — Ёнхун кладет свою руку поверх руки Чанхи, которая все еще держит его за щеку. «Ты не только поразил меня своей неземной красотой. Ты также принес ощущение чего-то знакомого». «Это потому, что мы уже встречались раньше», — шепчет Чанхи. «Много раз. Мы пересекались друг с другом каждую жизнь. Но», — его голос ломается. «Мы никогда не будем жить долго и счастливо». Губы Ёнхуна раскрываются, а глаза расширяются. «Мы несчастны». Ёнхун прижимает Чанхи к своей груди, пока слова звенят в его ушах. Плечи Чанхи трясутся, когда он плачет сильнее. Ёнхун склоняет голову на макушку Чанхи, тихая слеза вырывается из его волевого сердца. Свет гаснет, когда рассказчик говорит: «Вспоминая каждое трагическое завершение их жизни, ангел решил поступить наилучшим образом». Занавес открывается, и пока принц крепко спит, Чанхи целует его в лоб, прежде чем уйти и спуститься на небеса. «Ёнхун стал королём и прожил долгую-долгую жизнь, в отличие от своих предыдущих жизней. Однако его сердце всегда тосковало по милому ангелу, которого он больше никогда не видел. Но когда он позволил смерти забрать себя, он знал, что снова встретит Чанхи. Хотя, конечно, их следующие жизни не будут сильно отличаться от боли и страданий, испытанных в этой жизни». Занавес закрывается, и все аплодируют. Актёры выходят и кланяются, аплодисменты продолжаются. «Несчастные. Такое только в сказках», — думает Сокджин. «Джин?» Он отворачивается в сторону, вспоминая, зачем он вообще сюда пришёл. Он смотрит на Чонгука в течение долгой минуты, его язык пересох. Чонгук тоже смотрит в ответ, сдвинув брови. «Что ты здесь делаешь?» — он оглядывается на уходящую публику. «Я», — голос Сокджина звучит кротко. Более громким голосом: «Я хотел увидеть тебя». Брови Чонгука отступают назад, больше не смыкаясь вместе. Он стоит, а Сокджин все еще сидит. Он смотрит на Сокджина сверху вниз: «Ты видел меня». С этими словами он разворачивается и направляется к двери, как и остальные. «Ч. Чон», — спешит за ним Сокджин. Он протискивается сквозь толпу людей, изо всех сил стараясь не потерять Чонгука. Они добираются до улицы, где люди начинают расходиться, облегчая доступ к Чонгуку. «Я хочу поговорить с тобой!» — кричит он, когда расстояние между ним и Чонгуком увеличивается. Чонгук продолжает идти быстро, игнорируя Сокджина. Сокджин вздыхает, останавливаясь, когда Чонгук отдаляется от него. Его глаза, наблюдающие, как голова Чонгука становится все меньше и меньше, опускаются на землю, побежденные. Но прямо перед тем, как они достигают земли, они достигают запястья Чонгука. Вокруг его запястья красный шелк. «Моя повязка на голову», — понимает Сокджин. Повязка на голову, которую он подарил Чонгуку. Если бы он был зол на Сокджина, он бы не носил ее до сих пор, не так ли? Рука Сокджина тянется к его голове, касаясь заколки для волос, которую дал ему Чонгук. Он в противоречии и не уверен, почему его так волнует, что Чонгук его игнорирует. Но он знает, что не хочет, чтобы они были такими. Особенно, если они оба все еще хранят подарки друг друга. Сокджин снова начинает идти, все еще держа Чонгука в поле зрения. Затем его ноги переходят на бег, когда видимость Чонгука начинает заслоняться другими людьми. ~~~~ Сокджин бродил вокруг, потеряв из виду Чонгука. Ему удалось не отставать от него, пока он не повернул за угол прямо в оживленный проход. Сокджин не узнает проход, так как Чонгук никогда не приводил его сюда раньше. Он надувает губы, выходя из другого магазина, Чонгука не видно. Иссохший Сокджин заходит в таверну в поисках выпивки. «Просто воды, пожалуйста», — заказывает он, садясь на один из стульев. Он окидывает взглядом новое место, ожидая свою чашку воды. Там есть камин, за которым ухаживают и который приносит тепло, что очень ценно, так как Сокджин слишком долго был на холоде. Когда его взгляд достигает другого конца бара, его рот открывается, ошеломленный тем, что Чонгук поглощает алкоголь так, будто завтра не наступит никогда. В мгновение ока он оказывается рядом с Чонгуком. «Что ты делаешь?» — спрашивает Сокджин, явно обеспокоенный. Глаза Чонгука едва открываются. «Пьёт». Его голова поворачивается к Сокджину. «У тебя с этим проблемы?» — он смотрит, невнятно произнося. Сокджин жует нижнюю губу, прежде чем решить сесть рядом с Чонгуком. Он машет рукой перед глазами Чонгука, проверяя, насколько он пьян. Чонгук лениво моргает, прежде чем поднести к губам еще одну чашку соджу. «Чонгук, это я, Джин», — говорит Сокджин, пока Чонгук наливает себе еще выпивку. «Давай вернемся. Уже поздно, и люди, вероятно, гадают, где мы». Чонгук усмехается: «Люди интересуются, где ты. А не я». Он выпивает еще одну чашку соджу. «Что?» Сокджин знает, что Чонгук не всегда в мыслях людей во дворце, но они все еще заботятся о нем. «Не говори так. Ты их принц. Конечно, они будут гадать, где ты. А теперь пойдем, пока ты не напился еще больше». Сокджин тянется к руке Чонгука, но Чонгук отстраняется от него. «Я не хочу», — возражает он, голос все еще немного невнятный. «Давай сначала поедим, чтобы ты протрезвел», — говорит Сокджин, пытаясь помочь Чонгуку снова встать. Чонгук неодобрительно хрюкает, когда Сокджин тянет его за руку. «Нет, я не хочу». «Чонгук», — вздыхает Сокджин, вставая. Усталость от погони и поисков Чонгука в течение всего дня начинает сказываться. «Давай просто вернемся сейчас». «Нет!» — повышает голос Чонгук, заставляя Сокджина вздрагивать. Словно осознав, что он только что сделал, плечи Чонгука опускаются. Он наклоняет чашку в руке вперед и назад, наблюдая, как плещется жидкость. «Просто», — его голос теперь низкий и кроткий, больше не невнятный. «Возвращайся без меня». Сокджин смотрит на дверь, затем снова на Чонгука, который делает еще один глоток. Он садится обратно, наблюдая, как Чонгук продолжает пить соджу. Его лицо морщится от беспокойства, пока Чонгук продолжает это делать. «Что его так беспокоит? Что его так взволновало, что он думает, что единственный способ решить проблему — это выпить?» — беспокоится Сокджин, пытаясь понять, что заставляет Чонгука вести себя таким образом. Когда Чонгук подносит к губам свою сотую чашку, Сокджин выхватывает чашку из его руки. Чонгук поворачивается к нему, щелкнув языком. «Дай мне», — требует он. «Нет», — говорит Сокджин, глядя в глаза Чонгука, которые уже не кажутся такими далекими. «Он что, протрезвеет сейчас? Он пьет медленнее и меньше», — замечает Сокджин, глядя в единственный полупустой стакан. «Кто-то должен это выпить, иначе напиток пропадет даром», — говорит Чонгук, протягивая руку к чашке. Не раздумывая, Сокджин выпивает соджу. В последний раз он пил алкоголь в родном городе на свой день рождения. Соджу отвратительно на вкус и обжигает, когда попадает в горло Сокджина. Его чуть не выворачивает. «Вот», — он ставит пустой стакан на стойку. Чонгук хватает бутылку соджу, но прежде чем он успевает налить ее, Сокджин выхватывает ее у него из рук. Он ставит ее как можно дальше от Чонгука. Он ожидает, что Чонгук рассердится, но этого не происходит. Вместо этого его взгляд задерживается на деревянной стойке. «Ты правда не уйдешь без меня, а?» Чонгук бросает на него взгляд. Сокджин кивает, решительно сжав губы. ~~~~ «Осторожно», — говорит Сокджин, когда Чонгук почти теряет равновесие. Чонгук кивает, борясь со своими опущенными веками. Он обнимает Сокджина за плечо, пока они, шатаясь, идут обратно во дворец. Сокджин быстро обнимает Чонгука за талию, когда тот снова чуть не спотыкается. «Я действительно скучаю по карете прямо сейчас», — выдохнул Сокджин, продолжая тащить Чонгука. Чонгук не ответил, его голова ударилась о голову Сокджина, когда его глаза закрылись. «Ой», — кричит Сокджин, разбудив Чонгука. «Что...» — бормочет Чонгук, обдувая щеку Сокджина своим дыханием. Сокджин прикрывает рукой от запаха алкоголя. «Я не могу позволить тебе задремать здесь. Я и так с трудом помогаю тебе идти, когда ты полусонный. Как я должен нести тебя обратно, когда ты спишь?» Чонгук зевает: «Извини. Я постараюсь не заснуть». Они продолжают, и Чонгук, судя по его словам, не спит. Он больше не опирается всем своим весом на Сокджина. «Подожди», — выдыхает Чонгук. «Я», — тяжело выдыхает он, морща лоб. «Ты что?» — спрашивает Сокджин, в панике, когда лицо Чонгука искажается в агонии. Чонгук качает головой, прежде чем сбежать с тропы в лес. Это заставляет Сокджина волноваться еще больше, и он бежит вслед за Чонгуком. Когда он доходит до Чонгука, тот сгибается и рвет в жалкий куст. Сокджин морщится, когда Чонгук продолжает блевать. Наконец он заканчивает и поворачивается к Сокджину. Он выглядит несчастным и выгоревшим. «Ты в порядке?» — спрашивает Сокджин, когда Чонгук подходит к нему зигзагом. Он кивает, но почти падает. К счастью, Сокджин был достаточно близко, чтобы поддержать его, прежде чем он ударился о лесную землю. «Я думаю, тебе нужно немного отдохнуть», — говорит Сокджин, опуская его в сидячее положение. Голова Чонгука падает на плечо Сокджина, и он наваливается на него всем своим весом. У Сокджина не хватает духу сказать ему не делать этого, он сочувствует ему. Он делает все возможное, чтобы удержать Чонгука, обхватив его талию надежной рукой. Он смотрит вниз на Чонгука, который молчит. К удивлению Сокджина, он не спит. Просто тихо смотрит на небо, на котором виден полумесяц. Сокджин берет конец своего рукава и вытирает остатки рвоты с подбородка Чонгука. «В следующий раз, когда будешь пить, подумай об этом опыте», — говорит Сокджин легким тоном, убирая свой теперь уже запачканный рвотой рукав. Он усмехается, когда нижняя губа Чонгука выпячивается в надутой гримасе. Чонгук рыгает, а Сокджин морщит нос от запаха, но смеется, когда Чонгук болезненно стонет. «Я приготовлю тебе завтра на завтрак похмельный суп», — говорит ему Сокджин. «Надеюсь, это поможет». «Ты не сможешь сделать это сразу, как только мы вернемся во дворец?» — торжественно спрашивает Чонгук. Сокджин улыбается: «Хочешь, чтобы я пошел?» Чонгук кивает, но тут же останавливается, когда чувствует, что у него начинает болеть голова. «Мы сможем снова начать ходить, когда тебе станет лучше», — говорит ему Сокджин, несмотря на снег под ними, который начал просачиваться в их одежду. «Тогда мы пробудем здесь некоторое время», — бормочет Чонгук, заставляя Сокджина снова улыбнуться, не привыкшего видеть Чонгука в таком отчаянии. Пока Сокджин ждет, когда Чонгуку станет лучше, его веки начинают тяжелеть. Когда он моргает, его глаза остаются закрытыми все дольше и дольше. Как раз когда Сокджин собирался заснуть, «Ладно, я в порядке. Пошли». Чонгук поднимает голову с плеча Сокджина, поворачивается к нему и замечает его попытку бороться со сном. «На самом деле, нам пока не нужно идти», — парирует Чонгук. Он придвигается ближе к Сокджину, как раньше. «Ты можешь немного поспать». «Чт..чт?» Сокджин устало моргает, потому что сон уже приближается к нему. «Нам нужно вернуться как можно скорее». «Разве это имеет значение?» — Чонгук кивает в ночное небо. «Мы вернемся поздно, уйдем ли мы сейчас или позже». Сокджин слишком измотан, чтобы протестовать, позволяя векам опуститься. Чонгук осторожно кладет голову Сокджина себе на плечо. Сокджин поправляет свою голову на плече Чонгука, теперь позволяя сну прийти к нему. По какой-то причине Сокджин больше не может найти сон где-либо поблизости. Чонгук, должно быть, заметил это, потому что он предлагает: «Хочешь, я спою тебе песню?» Точно. Однажды Сокджин попросил Чонгука спеть для него. «Это было бы здорово», — тихо произносит Сокджин, с нетерпением ожидая услышать пение принца. Его глаза все еще закрыты, когда Чонгук начинает петь. «Твой слабый голос, который коснулся меня.  Пожалуйста, позови меня ещё раз.  Я стою неподвижно под застывшим светом, но  я пойду к тебе, шаг за шагом.  Всё ещё с тобой». Глаза Сокджина распахиваются, голос Чонгука проникает в его уши. «Мы смеёмся вместе, мы плачем вместе.  Эти простые чувства — всё, что у меня было». Сокджин смотрит на Чонгука, который смотрит на него сверху вниз, пока поет. «Когда же это будет?  Если я снова тебя увижу,  то посмотрю в твои глаза  И скажу: «Я скучал по тебе». В восторженном воспоминании  Дождь льёт, даже когда я танцую один.  К тому времени, как этот туман рассеется,  Я побегу с мокрыми ногами.  Так что обними меня тогда». Чонгук заканчивает петь, а Сокджин смотрит с благоговением. «Твой голос», — Сокджин посылает ему улыбку. «Успокаивающий и мелодичный. Слаще, чем голос любого певца, которого я когда-либо слышал», — хвалит он. Чонгук краснеет, уголки его губ приподнимаются. Он ерошит волосы Сокджина: «А теперь ты». «Я же тебе говорил», — Сокджин поправляет волосы, которые Чонгук испортил. «Я не пою». Чонгук улыбается: «Тогда я подожду, пока ты не захочешь спеть для меня». Сокджин сбит с толку его словами, которые не принимают тот факт, что Сокджин «не» поет. С тем, что спать больше не на меморандуме, они начинают идти обратно во дворец. ~~~~ «Почему ты так рано встал?» — зевает Хён, заходя на кухню. Сокджин насыпает в кастрюлю немного соли: «Я хотел приготовить». «Но так рано?» Хён снова зевает. «Ты вчера так поздно вернулся. Ты не устал?» Сокджин зачерпывает немного супа половником, подносит ко рту: «Не совсем». Он делает глоток супа, прежде чем решает добавить еще соли. Он продолжает, давая супу закипеть, пока он достает больше ингредиентов. Сокджин напевает, добавляя еще приправы. Если вы не заметили, он в хорошем настроении. Он чувствует, что они с Чонгуком снова близки. Он не уверен, почему Чонгук отдалился в первую очередь, но это уже не имеет значения. Важно то, что Чонгук снова с ним разговаривает. Сокджин наливает немного супа в миску и передает ее Хёну. «Попробуй, пожалуйста? Скажи, не слишком ли он соленый и стоит ли добавить больше овощей? С рисом было бы хорошо, да?» — бормочет Сокджин, пока Хён делает глоток. Хён облизывает губы и кивает: «Вкус идеален, Ваше Королевское Высочество». Сокджин усмехается и снимает кастрюлю с плиты. Он накрывает ее крышкой. «Я отойду на минутку. Не нужно готовить завтрак. Я уже поел», — сообщает он Хёну, забирает кастрюлю с собой и направляется на кухню. «Но Ваше Королевское Высочество-» дверь закрывается за Сокджином, и он спешит во Дворец Тигровой Лилии. Поскольку еще так рано, Сокджин не утруждает себя долгим путем, который он обычно выбирает, чтобы его не заметили. Запыхавшись и не в силах выдержать жар, исходящий от кастрюли, Сокджин ставит кастрюлю на скамейку, переводя дух. Зимний воздух тут же приветствует его. Когда Сокджин готов идти, он берет горшок, который остывает из-за холодного воздуха вокруг них. «Принц Сокджин», — слышит он чей-то голос позади себя. Сокджин узнает голос. Он оборачивается и кланяется: «Доброе утро, Ваше Королевское Высочество». Шаги принца Тэхёна эхом разносятся по пустому залу, когда он направляется к Сокджину. «И вам доброго утра», — приветствует принц Тэхён, выпрямляя спину. Он выгибает бровь, глядя на горшок в руке Сокджина. «Что у тебя там?» Руки Сокджина опускаются на кастрюлю: «Суп». Принц Тэхён вдыхает, позволяя аромату супа стать известным ему. Он улыбается: «Он пахнет восхитительно. Для кого ты его приготовил?» Сокджин слабо улыбается и говорит: «Для вас». Он не знал, что еще сказать. Принц Тэхён продолжает улыбаться: «Ах, спасибо. Пообедаем в главном дворце с королём и королевой?» ~~~~ Сокджин откинулся на спинку стула, плечи опустились от облегчения. Наконец, он закончил готовить суп. После завтрака с принцем Тэхёном, королём и королевой существование супа прекратилось. Поэтому Сокджину пришлось поторопиться и переделать суп для Чонгука. Но это заняло целую вечность, и к тому времени, как он закончил, уже наступил обед. «Вот и всё, Чонгук съел это на завтрак», — думает Сокджин, закрывая кастрюлю крышкой. Не повторяя той же ошибки, что и этим утром, Сокджин идет длинным путем к дворцу Чонгука, избегая людей. Он достигает Дворца Тигровой Лилии с руками, которые вот-вот откажут. Он не ждет, пока слуга придет ему на помощь, и идет прямо в знакомый дворец. Он сияет, когда видит, как Чонгук открывает двери в комнату. «Чонгук!» — кричит он. Чонгук оборачивается, и Сокджин улыбается, показывая зубы. Глаза Чонгука мелькают, но Сокджин этого не замечает, поднимая горшок, чтобы показать ему. Чонгук стоит как вкопанный, поэтому Сокджин ковыляет с супом. «Верный своим словам, я приготовил суп от твоего похмелья», — говорит Сокджин, протягивая ему горшок. Чонгук не берет, глаза сканируют Сокджина. «Что ты здесь делаешь?» — спрашивает Чонгук, остекленевший взгляд. Сокджин наклоняет голову, сбитый с толку тем, почему Чонгук ведет себя так холодно. «Я приготовил тебе суп, как и обещал вчера...» «Мне это больше не нужно», — Чонгук поворачивается спиной к Сокджину. Нижняя губа Сокджина выпячивается, когда Чонгук открывает дверь. Он думал, что они с Чонгуком снова в хороших отношениях. Почему Чонгук так себя ведет? Чонгук делает шаг в комнату, все еще стоя спиной к Сокджину. «Ты можешь уйти», — говорит он, пока Сокджин все еще стоит на том же месте с горшком в руках. — Чонгук… — удрученно говорит Сокджин. «Не надо», — резко говорит Чонгук. Он оборачивается, бросает взгляд на Сокджина, прежде чем отвести взгляд. «Больше не приходи ко мне». С этими словами он захлопывает двери перед лицом Сокджина. ~~~~ Сокджин зарывается лицом в колени. «Почему ты такой запутанный?» — спрашивает он, надув губы. «Я даже не знаю, что я сделал не так. Ты не можешь хотя бы сказать мне, почему ты больше не хочешь меня видеть?» — говорит сам с собой Сокджин. Он берет два кулона, которые ему дал Чонгук, крутя один с тигровой лилией. Сокджин больше не знает, что делать. Чонгук звучал серьезно, когда сказал ему уйти. Но Сокджин не может просто оставить Чонгука одного. А что, если что-то действительно плохо? А что, если вместо того, чтобы быть в одиночестве, кто-то рядом с ним поможет? Сокджин прикусывает губу. Он надеется, что с Чонгуком все в порядке. Он сжимает в руках оба кулона. «Я просто пойду проверю его. Убедиться, что с ним все в порядке», — говорит себе Сокджин, выбираясь из своего дворца. Падает снег, и Сокджин жалеет, что не взял с собой пальто, но не поворачивает назад. Уже темно. Сокджин провел весь день, размышляя, что делать. Беспокоится о благополучии Чонгука. Он останавливается, услышав мелодию знакомого инструмента. Сокджин следует за звуком хулуси во Дворец Тигровой Лилии. Наконец он встречает владельца инструмента у задних ворот. Ворота, через которые они с Чонгуком всегда идут на рынок. Взгляд Сокджина скользит вверх по высокой стене, вспоминая, как он упал, а Чонгук его поймал. Его взгляд достигает вершины, где находится Чонгук. Он сидит на вершине стены, свесив ноги наружу. Сокджин смотрит, как снег падает вокруг Чонгука, слушая музыку хулуси. Звучит противоречиво. Он морщится, когда Чонгук играет не ту ноту, звук визжащий и мучительный. Чонгук стонет, поднимая руку, как будто собираясь бросить флейту, но затем опуская ее. Он отводит ее в сторону, проводя рукой по волосам. Сокджин не знает, как к нему подойти. Последние слова Чонгука в его адрес не очень-то поддерживающие. Дрожащим голосом: «Чонгук». Сокджин тут же ругает себя за то, что звучит так тихо. Несмотря на громкость, Чонгук слышит его. Он оборачивается и, увидев, что это Сокджин, не моргает. Сокджин не может точно определить эмоции в глазах Чонгука. Смесь гнева, грусти, тоски и боли. Чонгук отводит взгляд, сидит наверху стены еще минуту, прежде чем подойти к веревке, свисающей с нее. Он спускается по ней, и Сокджин волочит к себе свои замерзшие ноги. Прежде чем Сокджин успел что-то сказать, «Я же сказал тебе больше не приходить ко мне». «Я…» Трудно подобрать слова, когда суровый взгляд Чонгука пронзает его. «Я хотел прийти, чтобы проверить тебя», — умудряется выдавить Сокджин. «Что-то», — Сокджин смотрит мимо холодных глаз Чонгука, ища знакомые глаза, которые он знает. «Не так?» Лед в глазах Чонгука немного тает. Сокджин делает шаг к нему. «Ты можешь сказать мне», — мягко говорит он. Он повторяет слова, которые сказал, когда Леди Ёна скончалась: «Я здесь для тебя, Чонгук». Челюсти Чонгука сжимаются, и он отворачивается. Сокджин застигнут врасплох реакцией. «Мне нужно повторяться?» — хрипит Чонгук. «Больше не приходи ко мне». Губы Сокджина складываются в тонкую линию, брови сходятся вместе. «Почему?» — спрашивает он, звуча так же потерянно, как он себя чувствует. «Потому что я тебе так говорю», — строго говорит Чонгук, по-прежнему не поворачиваясь лицом к Сокджину и теперь отступая к стене. Сокджин качает головой, чувствуя себя очень сбитым с толку. «Почему ты отталкиваешь меня?» — спрашивает он, глаза его колеблются. Чонгук останавливается. Сокджин чувствует подвески в своих руках. «Прошу прощения, если я сделал что-то, что тебя расстроило, но, пожалуйста», — Сокджин вздыхает, холод пробирает его до костей. «Пожалуйста, не обращайся со мной так». Чонгук резко разворачивается: «Хочешь знать, почему я продолжаю тебя отталкивать?» Он идет к Сокджину. «Потому что», — его глаза отражают страдание, когда он смотрит Сокджину прямо в глаза. «Я больше не хочу тебя видеть. Я больше не хочу тебя видеть. Я больше не хочу с тобой разговаривать». Сокджин размыкает губы, желая что-то сказать. Чонгук проводит рукой по волосам, еще больше их взъерошив. «На самом деле, я ненавижу, когда ты со мной». Глаза Сокджина расширяются. «Я ненавижу, как ты смотришь на меня. Я ненавижу, как ты улыбаешься мне с таким лицом», — выплевывает он. «Я ненавижу слышать твой смех». Тише и глаза больше не встречаются с глазами Сокджина. «Я ненавижу тебя, Сокджин». Сокджин отшатывается назад, чувствуя боль, которую он никогда не чувствовал раньше. Он прикусывает нижнюю губу, чтобы унять дрожь. «Я ненавижу тебя, Сокджин», — слова Чонгука звучат в его ушах, пронзая его сердце. «Единственный человек, который меня видел. Единственный человек, который слушал мой голос. Единственный человек, который взял меня за руку. Единственный человек, который, как я думал, будет рядом со мной, несмотря ни на что. Единственный человек, который делает меня счастливым», — думает Сокджин, и слезы текут из его глаз. «Ненавидит меня». Сокджин вытирает слезы: «Если ты так меня ненавидишь, то я больше не буду тебя беспокоить». Он берет руку Чонгука, кладет два кулона ему на ладонь. Его пальцы задерживаются, не желая отпускать кулоны. Не желая отпускать его. Сокджин отдергивает руку и разворачивается. Он начинает идти обратно, пробираясь сквозь снег. Он ненавидит, когда его глаза снова начинают слезиться. Снег продолжает падать спокойно. Сокджин зажмуривается, пытаясь отогнать воспоминания о себе и Чонгуке, но они все равно прорываются. Ночь, когда Чонгук впервые вывел его из дворца, и они катались на каноэ, разделяя желание. Во время охоты, когда они разделились и их преследовал тигр, и Сокджин сказал: «Я не оставлю тебя». Когда бандиты напали на деревню, и Чонгук повторил те же слова: «Я не оставлю тебя». Сокджин сжимает губы, и по его лицу катится слеза. Тот случай, когда Чонгук нарисовал на руке рыбу кои. Ночь, когда они прятались от охранника, а паук полз по ноге Чонгука. Ночь, когда они танцевали вместе. Весь их день на пляже. «Неужели все это стало для тебя ничем?» — Сокджин резко трет глаза, расстроенный своими слезами. «Моя шпилька». Снег оседает вокруг Сокджина. Он слышит приближающиеся шаги Чонгука по снегу. «Ты все еще носишь его». Губы Сокджина трясутся, и он говорит себе, что это из-за холода. Не потому, что он пришел просить шпильку, что ему больно от того, что Чонгук хочет вернуть ее. Сокджин вытаскивает шпильку из волос, мельком взглянув на нефритовый цветок, такой же белый, как снег, и ярче луны. Он заставляет себя повернуться, глядя куда угодно, только не на Чонгука. «Вот», — слова едва слетают с его губ. Он протягивает шпильку Чонгуку, изо всех сил стараясь унять дрожь в руке. Прежде чем Сокджин успел понять, что происходит, Чонгук схватил его за протянутую руку и притянул к себе. Глаза Сокджина расширились от слез, скопившихся на его ресницах, когда Чонгук соединил их губы.