Небытие

Они стояли близко, почти вплотную, и Энни вынуждена была отступить на шаг. - Что случилось?-повторила она, чтобы прервать затянувшееся молчание. - Я пришел с таким же вопросом. Ты убежала, ничего никому не сказав, не вышла к ужину. Что это было? - Моё дальнейшее пребывание там могло привести к дополнительным вопросам, на которые у меня нет ответов. - Вопросы возникают в любом случае: при тебе и в твое отсутствие. На них придется отвечать. Было не место и не время для подобных обсуждений . Энни попыталась скорее закончить ночной разговор. - Мне очень жаль, что мое появление поставило вас с миссис Робинсон в сложное положение. Я уйду. -Куда?-Генри сделал шаг вперед и скользнул взглядом по ее губам и груди. Энни обняла себя за плечи, отгораживаясь от него. В доме никого не было, кроме них и миссис Робинсон, которая в это время уже спала. Страх проник в душу от понимания того, что могло произойти. Она уже не раз замечала этот взгляд у Генри. Энни заставила себя посмотреть ему прямо в глаза. Несколько мгновений, которые показались вечностью, они стояли лицом к лицу, затаив дыхание. Энни успела подумать, почему у него черные глаза, они должны быть светло- серыми. - Ты знаешь, как можно избежать этих трудностей,- медленно произнес Генри. Энни продолжала молчать, не отводя взгляда. - Спокойной ночи, - Генри повернулся и уже на пороге сказал: - О завтрашних танцах не беспокойся. Я поговорил с Грейс. Она тебя не будет больше донимать подобными предложениями. Дверь за ним закрылась, и Энни обессиленно опустилась на стоящий поблизости стул.

***

Генри не вернулся к себе, а вышел из дома и, не выбирая направления, зашагал по дороге. Ночная тишина и покой помогли успокоить бурю чувств и эмоций, вызванных недавними событиями. Он понимал, зачем пришел к Энни, и осознавал, что был близок к совершению непоправимой ошибки. Энни была другой, непохожей на женщин, с которыми он сталкивался за свою взрослую жизнь. Притягивала не только ее красота: Грейс тоже была привлекательна молодостью, свежестью, невинностью, но этого оказалось мало. Генри не мог объяснить, какая неведомая, неконтролируемая сила влекла его к Энни, заставляла сердце сбиваться с ровного ритма, когда они оказывались рядом, а по ночам ворочаться, не в состоянии уснуть, представляя самые откровенные сцены с ее участием. Все труднее было справляться с физическим влечением, и это привело к тому, что произошло. Генри не был юнцом с романтическими взглядами и возвышенными чувствами. Труд на ферме с юного возраста заземлил его отношение к жизни. В двадцать лет его лишила невинности молодая жена бакалейщика, который был на тридцать лет ее старше и уже не мог удовлетворять пробудившиеся потребности двадцатипятилетней супруги. Первая жена бакалейщика умерла, не оставив потомства, и главной целью женитьбы на молодой, здоровой простолюдинке было обзавестись наследником, что, как оказалось, не совпадало с её интересами. Новая миссис Смит заприметила высокого, широкоплечего, сероглазого молодца среди регулярных покупателей и в один из дней, когда в лавке кроме них никого не было, пригласила пройти в подсобное помещение, откуда он через несколько минут появился смущенный, немного взлохмаченный, с пылающими щеками, ошеломленный быстротой превращения его в полноценного мужчину. Встречи их были нечасты. Когда бакалейщик уезжал за товаром на пару дней, Генри оставался у неё на ночь. С годами связь прерывалась на какое- то время, потом восстанавливалась. Она была необременительна и устраивала обоих. Бакалейщик умер три года назад, однако вдова не спешила вступить в новый брак, и, как понял Генри, рассчитывала на него. Генри считал, что он не давал ей никакого повода для подобных ожиданий, так как не видел в ней женщину, с которой хотел бы прожить до конца дней. Потом появилась Грейс, между ними возникла взаимная симпатия, и Генри решил, что в тридцать лет пора подумать о будущем и обзавестись семьей. Энни ворвалась в его жизнь и за короткое время смешала все планы. Но существовала невидимая преграда, которая стояла между ними- тайна Энни. То, что она принадлежала другому миру, стало понятно сразу: ее речь, манеры, поведение лишь служили подтверждением. А в тот день еще и неожиданный визит в книжный магазин, который она раньше не замечала. Энни словно медленно просыпалась, и в ней открывались новые черты другой личности, которая изначально не была Энни. Не сегодня-завтра может появиться кто-то из прошлого, чтобы забрать ее. И Энни исчезнет так же неожиданно , как и появилась, оставив его с разбитыми надеждами. Прогуливаясь с Грейс в саду , Генри думал об Энни. Он рассеянно слушал Грейс, которая оживленно рассказывала, какой Роберт умный и веселый,какие интересные истории рассказывал о студенческой жизни, о своих приятелях. Все это было чуждо Генри и не имело ничего общего с его жизнью. Он смотрел на ее губы, а думал о других. - Энни не сможет поехать с нами,- прервал он Грейс.- У неё несколько месяцев назад умерла мать, а отца она давно лишилась. Сейчас ей не до развлечений. - И как долго она здесь пробудет?- невольно вырвалось у Грейс, что ее очень смутило. - Как получится, спешить ей некуда. Здесь она нужна миссис Робинсон. - А Вам?- Грейс не ожидала от себя подобной смелости. Она давно влюбилась в Генри и с нетерпением ожидала помолвки, о которой поговаривали родители, как о нечто уже решенном. Появление Энни вызывало беспокойство. Грейс не была слепа и замечала тревожащие признаки повышенного внимания Генри к своей красивой кузине. Откуда она свалилась на ее голову? -Она нам помогает, а дополнительная помощь на ферме всегда требуется,- ровным голосом ответил Генри, не глядя на спутницу. Не об этом спрашивала Грейс, и уклончивый ответ еще больше обеспокоил её. Разговор на этом закончился. Некоторое время погуляли в саду , а затем вернулись в дом. Вскоре Грейс с матерью уехали. Миссис Робинсон была довольна неожиданным визитом и разговором с миссис Томпсон. Ее также обрадовала прогулка Генри и Грейс, так как теплилась надежда, что ее упрямый сын прислушается к голосу разума. Как можно не любить такую умную, красивую и добрую Грейс! Но Генри разочаровал ее: -Где Энни? - Ушла к себе, ей стало скучно с нами. В положении Энни это было лучшим решением,- не преминула напомнить миссис Робинсон. Генри промолчал и провел остаток дня, занимаясь своими делами. Когда вернулся к ужину, мать накрыла на стол, Энни не появилась. Генри сидел мрачнее тучи, и миссис Робинсон знала по опыту, что ей лучше помалкивать, когда он был в таком состоянии.

***

Сложившаяся ситуация грозила еще больше усложниться в ближайшее время. Нельзя было и дальше откладывать решение главных вопросов. Если Энни не согласится на его предложение, как дальше будут развиваться их отношения? Когда он увидел ее в халате из-под которого выглядывала ночная сорочка, а распущенные густые волосы, обычно собранные в пучок на затылке, покрывали плечи и грудь, он едва удержался, чтобы не коснуться их и плавно провести по всей длине, почувствовать под ними упругость высокой груди, которую не могли скрыть халат и сорочка. Генри взглянул на разобранную постель- кровь застучала в висках, и он сделал шаг к ней, потеряв контроль над собой. Предостерегающий жест Энни, когда она крепко обхватила себя за плечи, будто закрываясь от него щитом, твердый взгляд, сжатые губы вовремя отрезвили и остановили. Энни не нужна его любовь. Генри был уверен, если бы он дотронулся до нее, Энни не подчинилась. А потом ушла, убежала, как и обещала. Как сбежала от тех, кто представлял для нее угрозу и опасность. " Возможно, у меня уже есть муж, и его ребенка я ношу в себе." Энни ждала того, другого. Первый раз в жизни Генри не знал, как поступить.