Небытие

В детстве родители вместе с маленьким Яковом регулярно ходили в церковь по воскресеньям, из церковных праздников отмечали Рождество и Пасху. В Высшем Императорском Училище Правоведения проводились ежедневные утренние и вечерние молитвы, но для многих студентов это, скорее, была обязательная рутина, нежели проявление глубокой и чистой веры. Для молодого Штольмана трудно было совместить знания, полученные из учебников по физике, математике, истории, философии, затем переработанные его цепким умом, с церковными догмами. Однако превратиться в ярого атеиста тоже не спешил, допуская существование непознаваемого, неважно, как это назвать, вселенского разума. В том, что не все в мире однозначно, и не все явления в нем проиходящие можно объяснить на понятном языке науки, было подтверждено знакомством с юной барышней из Затонска. В тот день после разговора с послом Яков отправился в церковь с некоторым смятением в душе: причина была очевидна- на исповеди он давным давно не бывал, храм Божий не посещал, молитвами утро не начинал и вечер ими не заканчивал, а теперь ему предстояло вытащить на свет перед незнакомым человеком свои сомнения во многом, вере в Бога в том числе. Не считая других грехов и заблуждений, в которых сам уже раскаялся...Но так как без исповеди и причащения ему не выдадут необходимые для венчания справки, Штольман вынужден был смириться. В церкви, в месте отведённом для исповеди, ожидали своей очереди двое мужчин, третий стоял перед священиком, опустив голову, а батюшка с уставшим лицом человека, которому постоянно приходилось выслушивать чужие откровения, уже заканчивал разрешительную молитву у аналоя, где лежали евангелие и крест. У Штольмана появилось сильное желание повернуться и уйти, отложив исповедь. Но это была минутная слабость. Он остался и терпеливо ожидал своей очереди, пытаясь сосредоточиться на своих собственных грехах. Штольману повезло. Когда он оказался перед священником, кроме них и пожилой дамы, погруженной в молитву перед иконой Пресвятой Богородицы, в церкви никого не было. Батюшка прочел молитву, и наступила очередь Якова. -Господи, я согрешил,- и остановился, не зная, как продолжить. - И в каких грехах вы раскаиваетесь?- Пришел на помощь священник. -В гордыне, самоуверенности, в том, что принимал решения за другого человека, и это привело к его страданиям; вспыльчив, невоздержен. Грешен в том, что лгал близкому,ошибочно принимая ложь во благо любимого человека. Сомнениях во всем. -Сомнения свойственны людям. Осознание неправильности совершенного есть путь к исправлению. Сомнения - это происки и искушение дьявола, а также слабость веры. Единственный путь избавиться от них- это крепкая вера в Создателя. Обращайтесь к Богу не только в минуты печали за помощью, но и за поддержкой в минуты сомнений, молитесь, чаще посещайте храм, чтобы покаяться, читайте божественную литературу. Смиренно просите прощения у человека, которого вы обидели. Делая это, вы снимаете груз не только со своей души, но и облегчаете душу того человека от нанесенной вами обиды. Гордыня - это неверие в могущество и мудрость Бога, коли Вы берете на себя право судить другого и принимать за него решения. Без веры в Бога, в его заповеди человек слаб и подвержен искушениям. Укрепляйте веру, очищайте душу от скверны. - Господи, согрешил, и каюсь, - повторил Штольман, и это прозвучало искренне. Священник благословил, прочел разрешительную молитву , перекрестил Якова, и тот понял, что исповедь закончилась. Он поцеловал крест и Евангелие и направился к выходу. Из церкви Штольман выходил со смешанными чувствами. Облегчение от того, что все быстро закончилось, что он, наконец, в открытую признался в том, что терзало его. И неловкость от того, что в его отношении к вере изменений не произошло.

***

Последние два дня перед венчанием и крещением прошли в заботах и подготовке к важнейшим событиям в их жизни. Анне также предстояло исповедаться и обоим причаститься. Вполне естественно возник вопрос: кто останется с ребенком? Яков категорически отказался от предложения найти на несколько дней временную няню для Илюши. Доверить малыша незнакомому человеку с непроверенными рекомендациями в чужой стране? ! Выбор пал на единственного человека, которому Штольман научился доверять. Данная гениальная мысль была озвучена ничего не подозревающему Василию Петровичу и ввела его в ступор. Он только смирился с возложенной на него ответственностью стать крестным отцом, однако оставаться наедине с грудным малышом на какое-то время... Об этом раньше речи не было! Но кто мог устоять против чар Анны Викторовны и отказать ей в маленькой просьбе? Как Штольман и обещал, в самое ближайшее время Василий Петрович предварительно прошел краткий курс подготовки. Он добросовестно прослушал инструктаж, как правильно поднимать и держать младенца, наблюдая, как это делала Анна Викторовнна, и, наконец, с тайным волнением согласился применить усвоенное на практике. Когда же почувствовал на руках мягкое, хрупкое, живое, его охватил страх, что он неизбежно что- нибудь может повредить в этом крошечном теле. Василий Петрович замер: мышцы на руках напряглись, он невольно сжал малыша, боясь уронить. Илюша почувствовал дискомфорт и сразу известил родителей. Яков понимал друга-сам недавно прошел это испытание, поэтому пришел на помощь и с видом эксперта посоветовал: - Расслабьтесь, Василий Петрович. Ребёнок привык к ласке и нежности, а Вы его чуть не в тисках зажали. Смирнов собирался огрызнуться, но поймал промелькнувшую улыбку на лице стоявшей рядом Анна Викторовны и передумал. Он чувствовал, как напряжены были его мышцы, словно не четырехкилограммового малыша держал, а непосильный груз оттягивал ему руки. - Василий Петрович, согните руку в локте, отведите немного в сторону, вот так, теперь затылок удобно лежит на сгибе локтя, правильно, а спинка на предплечье,-вмешалась Анна .- Видите, малышу удобно находиться в кольце Ваших рук, а кисти должны поддерживать его попу и ножки,- аккуратно поправила его.- И улыбнитесь Илюше. Он к Вам быстро привыкнет. Хотя Анна Викторовна и оказывала на старого холостяка магическое действие, но в данном случае её ободрение не успокоило начинающего няня. - А если он начнет плакать?-высказал Василий Петрович свое второе серьезное опасение, представив заходящегося криком младенца на руках. - Постарайтесь успокоить- покачайте, поговорите с ним, вон, мишкой своим займите,-прозвучал очередной совет от продвинутого в практике ухода за малышом Штольмана. Хотя у молодого отца некстати мелькнуло неприятное подозрение, что надежный во всем Смирнов может и не справиться с возложенными на него новыми обязанностями. Но тут же постарался успокоить себя и Василия Петровича. -Мы же вас не одного с ним дома оставляем. Поедем все вместе в церковь, там Вы совсем не долго с малышом пробудете.. Пришлось Смирнову продолжить тренировку, а в перерывах наблюдать, как ловко Анна Викторовна управлялась с малышом. Уже вечером, вернувшись к себе после того, как малыш уснул, и они втроем спокойно поужинали в номере Штольманов, Василий Петрович должен был признаться, что впервые за долгое время он не чувствовал себя одиноким, а впереди ожидали открытия и новые приключения. В этом он был уверен, учитывая приобретенный за время знакомства со Штольманом опыт.

***

На следующий день все прошло без сучка и задоринки. У Храма Анна осторожно передала спящего малыша в руки Василия Петровича, Штольман ободряюще похлопал друга по плечу, и тот остался с малышом, отчаянно надеясь, что ребенок проспит до возвращения родителей. На всякий случай в кармане пальто был припасен тот самый мишка. Бережно держа малыша, Василий Петрович медленно ходил по двору, ощущая приятную тяжесть в руках, и внезапно на память пришли слова хозяйки магазина, где он купил первый подарок будущему крестнику. " Какие Ваши годы! Вы прекрасно выглядите, неудивительно, что жена подарила Вам младенца.". И вытекающее из этого заключение уже не показалось ему абсурдным.

***

Накануне вечером после ухода Смирнова, когда казалось, что все уже обговорено и решено, и Штольман нетерпеливо ожидал Анну в постели, она не спешила: с рассеяным видом расчесывала свои густые волосы, погруженная, судя по лицу, в невеселые мысли. Что-то ее беспокоило, и Штольман не выдержал: - Аня, что случилось? Анна вздрогнула от неожиданности и повернулась к нему: - Мне страшно. Предвкушение ночных удовольствий мгновенно вытеснилось привычным беспокойством и поднимающей голову тревогой. - Что случилось? -повторил Штольман, поднимаясь. - Отец Федор назвал мой дар богомерзким деянием. Что дар мой не от Бога. И все несусветное, что творилось в Затонске в то время было от меня. Он сказал, что я слышала бесов, а не людей, живших когда-то. Анна смотрела на него, и Яков видел, что она боролась со слезами. -И пригрозил, что я буду гореть в аду. Если это великий грех, и я раскаюсь в нём завтра на исповеди, что будет дальше? Я уже пыталась бороться с даром, отказывая людям в помощи, отмахиваясь от духов, обращающихся ко мне. Но все было напрасно. Сейчас я не вижу духов наяву, но они опять начали приходить во сне. И дар может вернуться.Я не знаю, что будет завтра на исповеди. [ У Якова до сих пор сохранилась в памяти встреча и разговор с Анной на кладбище более шести лет назад. Отец Федор, местный священник, одним своим видом вызывал невольный страх-высокий, худой старик с изрезанным глубокими морщинами никогда не улыбающимся лицом фанатика что-то гневно высказывал Анне, которая стояла перед ними с видом кающейся грешницы. Появление Штольмана прекратило моральную экзекуцию. После болезни и последних событий, обрушившихся на Затонск, Анна была слаба и ранима. Ей нужна была поддержка, которую она не нашла у духовного отца, и Анна ожидала ее от него, Штольмана. А он опять говорил не то, избегая дать ей надежду, помня о выстреле, который оставался за Разумовским, и что пощады от врага нечего было ожидать. -Мало ли , кто что болтает. Вы ни в чем не виноваты. -Штольман вложил в эти слова всю страсть и уверенность. И Анна поверила ему: - Я не виновата,- более твёрдо повторила за ним. А дальше последовало непредвиденное- повторение сцены в доме князя после побега Эллис, когда юная Анна нуждалась в нем, его утешении, признании того, что поисходило между ними. - Вы меня опять спасли. Я Вам очень благодарна. Но я никому не нужна.- В ее глазах читалась робкая надежда и ожидание. Он опять отступил тогда, повторив банальности, что она молода, у нее все впереди. Анна улыбнулась сквозь слезы и ушла, предварительно обрезав, как казалось, все нити, связывающие их. -Все, пожалуйста, оставьте меня. Вы меня измучили. Я больше не могу. Не ходите за мной. Оставьте меня навсегда. ] Тогда он, уже почти мертвец, отказал Анне в самом необходимом-подтверждении ,что она нужна ЕМУ, что он всегда будет рядом, чтобы защитить, что ОНА - самое дорогое, что у него было. В этом Штольман ей признался пять лет спустя. Правильным ли было то первое решение ? Теперь Яков не был уверен. ] Штольман понимал Анну. Её тоже мучили сомнения. Был ли её необыкновенный дар благом, ниспосланным свыше для помощи людям, или проклятием, притягивающим силы зла, в руках которых она могла стать инструментом для осуществления преступных замыслов? - Аня, иди сюда,- Яков похлопал ладонью рядом с собой. Анна устроилась на кровати рядом, но не касаясь его. Она сидела, разглядывая сложенные на коленях руки. Яков молча накрыл их ладонью и легонько сжал. -Я помню семь смертных грехов: гордость, гнев, зависть,похоть, что там еще-жадность? - Еще чревоугодие и лень, - подсказала Анна. -Ни одного из них я в тебе не замечал. То же самое касается заповедей- не убий, не прелюбодействуй, не кради, чти отца и мать- с ними у тебя тоже все в порядке. Атеизм не проявлялся. Что касается твоего дара... Яков ненадолго умолк. - Помнишь наш разговор о духах в доме князя в день его убийства? Анна молча кивнула. Как могла она забыть то время, когда все катилось под откос и закончилось исчезновением Якова! -Я спросила:" Теперь Вы не отрицаете, что они говорят со мной?" А ты ответил, что не можешь отрицать очевидное, хотя и понять этого никогда не сможешь. -А еще я признался, хорошо, что ты являешься проводником этого невероятного. - И еще добавил, что если бы это был Коробейников, то ты бы, наверное, застрелился,- улыбнулась Анна и прижалась к Якову. Он заправил мешающую прядь волос Анны за ухо и поцеловал в висок . -Ты никогда не проявляла свой дар во зло или всуе. Вспомни маленького Ваню, благодаря тебе он обрел мать; помогла Егору, дважды спасла Петра Ивановича от обвинения в убийстве, несмотря на моё глупое упорство и неверие спасла меня от бесчестья и судебных разбирательств. Сколько преступников не смогли избежать наказания здесь, на земле благодаря твоему дару. И скольким людям ты помогла, когда они обращались за помощью. Ты была выбрана проводником этого дара потому, что у тебя доброе сердце, ясный ум, храбрость и сострадание чужой боли. Я думаю, Всевышний это понимает, и это главное. Все будет хорошо. Они немного помолчали, затем Яков прервал тишину: -Тебе надо отдохнуть, пока малыш не проснулся. Анна уснула в его объятиях, а Яков долго лежал без сна, вспоминая прошлое, думая о будущем.