Глава 3: Общий секрет
5 декабря 2024 г., 09:00
***
Энтони стоял вместе с остальными братьями и сестрами по одну сторону тронного зала королевы, наблюдая за тем, как каждая девушка предстает перед Ее Величеством. Добраться сюда было довольно сложно, поскольку Элоиза почти наотрез отказалась выходить из своей комнаты. По словам Дафны, во время поездки во дворец их младшая сестра была далеко не спокойна и выглядела откровенно напуганной, пока Вайолет вела ее в зону ожидания, пока не наступит ее очередь. Честно говоря, Энтони не обращал внимание на презентацию, он все ждал, когда кто-нибудь из дворцовых служащих прервет церемонию и представит королеве свежий выпуск «Леди Уислдаун». Вчера, как и обещал, он приехал на Спартане в свои апартаменты и передал письмо Пенелопы и колонку своему лакею Остину. Он заранее проинформировал молодого человека о том, что ему предстоит делать, и наряду с повышением жалованья за осмотрительность Энтони внушил ему страх Божий и пообещал много неприятных вещей, если Остин вздумает открыть рот. Виконт не сказал Остину, кто такая леди Уислдаун, но он все равно не хотел, чтобы стало известно, что он ей помогает. Это сузило бы круг подозреваемых до его сестер и Пенелопы, а этого он допустить не мог. Вчера поздно вечером он получил от Остина записку, подтверждающую, что в типографии прочитали письмо и поняли новые договоренности. Колонка Пенелопы была доставлена, и мистер Харрис обещал подготовить номер к желаемому времени. И вот теперь он с нетерпением ждал ее прибытия. Он обнаружил, что ему нравится быть причастным к тайне, и это приносило чувство восторга, которого он не испытывал уже давно. — Вдовствующая виконтесса Бриджертон и мисс Элоиза Бриджертон! — Звук имени его сестры вернул Энтони в настоящее, и он, как и все остальные, обратил на нее свое внимание. Элоиза выглядела готовой к побегу. Он почувствовал жалость к сестре: джентльменов не выставляли на всеобщее обозрение, когда они достигали совершеннолетия. Она сделала несколько неуверенных шагов в комнату, ее дыхание было очень неровным. Краем глаза он заметил, как Дафна жестом попросила Элоизу улыбнуться, но это не помогло. Ему очень хотелось, подойти к ней и отвести ее домой. Она явно не хотела этого делать, и он изо всех сил старался оградить сестер от необходимости участвовать в том, в чем они не желали, но в этом он должен был уступить матери. Общество требовало, чтобы она была представлена, и даже он не мог этого изменить. Как раз в тот момент, когда он собирался сказать «к черту общество» и защитить Элоизу, как это было его долгом, дверь с грохотом распахнулась, и все повернули головы на шум. К королеве направился дворцовый служащий с чем-то на блюде. Энтони не смог сдержать ухмылку, появившуюся на его лице. Королева выглядела раздраженной. — Что это значит? — Служащий подал ей блюдо, на котором лежал свежий номер журнала «Леди Уислдаун». Королева Шарлотта выхватила его и злобно улыбнулась, глядя на газету в своих руках. — Я видела достаточно. — Но Ваше величество, есть еще… — Я видела достаточно! — Королева без лишних слов выскочила из комнаты. Энтони негромко захихикал, наблюдая за ее реакцией, затем оглянулся на Элоизу. Она выглядела воодушевленной, повернулась и удалилась из комнаты так быстро, как только смогла. К восторгу всех присутствующих, сотрудники вышли с многочисленными экземплярами номера «Леди Уислдаун». Дафна взяла один из предложенных экземпляров и быстро прочитала его. Энтони прислонился поближе к сестре и улыбнулся, увидев напечатанные слова Пенелопы. Конечно, он уже видел это раньше. Принтер сохранил тот же вид ее колонки, что и в прошлом сезоне, но теперь, когда он знал, что это Пенелопа, все выглядело иначе.***
Выйдя из гостиной — мать и сестры были слишком увлечены колонкой «Леди Уислдаун», — Пенелопа поспешила в свою комнату. Как она уже сказала Энтони, сегодня она навестит Элоизу в Бриджертон-Хаусе, чтобы поддержать подругу. Она понятия не имела, была ли Элоиза уже представлена или нет, когда доставили колонку, но в любом случае она позаботилась о том, чтобы брюнетке было что сказать по этому поводу. Она не собиралась надевать свое черное платье в гости к Бриджертонам. Ее мать старалась как можно больше выжать из смерти отца. Скорее всего, потому, что мистер Финч, жених Филиппы, до сих пор не получил никаких сведений о ее приданом. Пенелопа не знала подробностей, но из бессвязных разговоров между Варли и ее матерью она догадалась, что что-то не так. Продолжая разыгрывать траурную карту, родители мистера Финча с меньшей вероятностью поднимут этот вопрос. Новый барон Фезерингтон еще не приехал, и она решила, что мать хочет, чтобы он разобрался с Финчами. Риэль, ее горничная, помогла Пенелопе переодеть ее черное платье и выбрала единственное фиолетовое дневное платье, которое у нее было. Пенелопа купила это платье несколько месяцев назад. Когда леди Фезерингтон увидела его, она спросила, где рыжая взяла его. Ее оправдание, что она копила деньги на булавки, удовлетворило любопытство матери, но почему-то Порция не преминула заметить, что цвет был скучным и делал ее бледнее, чем обычно. Переодевшись, Риэль распустила нелепую прическу, на которой Порция настаивала в то утро. Пен заметила, что ее горничная была тихой и делала все, что ей говорили, но почему-то, когда оставались только она и Риэль, она знала, как лучше подчеркнуть естественную красоту Пенелопы. Ее локоны были быстро расчёсаны щеткой, а затем уложены набок, чтобы каскадом ниспадать на одно плечо. Пен взяла свою маленькую сумку и благодарно улыбнулась девушке. — Спасибо, Риэль. Я вернусь позже. — Она поспешила вниз по лестнице, она слышала, как Бриджертоны вернулись домой, пока переодевались. Она просунула голову в гостиную: — Я иду на рынок со своей служанкой. Порция и ее сестры обсуждали ее статью, поэтому мать даже не ответила. Она и в самом деле слишком легко позволяла своей младшей поступать так, как ей заблагорассудится. Если бы она уделила ей хоть немного внимания, то заметила бы, что Риэль не сопровождает ее дочь. Быстро закатив глаза, Пенелопа вышла из дома и перешла улицу к дому своей суррогатной семьи. Она постучала в дверь, и через несколько мгновений дворецкий открыл ее. Он тепло улыбнулся ей. — Они в гостиной. — Пенелопа улыбнулась ему и направилась в вышеупомянутую комнату. Она была таким постоянным гостем в этом доме, что даже персонал знал, что ей рады в любое время, и получил указание просто впускать ее, без всяких объявлений. Когда она приблизилась к гостиной, то услышала музыку. Она повернула за угол и увидела Элоизу, танцующую с Грегори, а за ней наблюдал учитель. Она знала, как сильно ее подруга презирает танцы, и это было заметно. Рыжая услышала, как Гиацинт и Бенедикт отпускали комментарии в адрес сестры, а затем Грегори закричал от боли, когда сестра наступила ему на ногу. Элоиза закатила глаза и тут заметила свою подругу. — Пен! — Она бросилась к ней и крепко обняла. — Слава богу, ты здесь! Пенелопа рассмеялась, когда она отстранилась. — Как прошло утро? — О, оно было ужасным, серьезно, почему женщины должны носить головной убор из перьев? Вайолет улыбнулась Пенелопе. — Здраствуй, дорогая. — Добрый день, леди Бриджертон. Привет, Бен, Гиацинт. Бенедикт помахал ей рукой и подмигнул, а младшая Бриджертон вскочила со своего места, чтобы тоже обнять рыжую. — Пен, ты должна показать Элоизе, как танцевать. Мне кажется, ее учитель вот-вот уволится. — Мужчина изо всех сил старался сохранить на лице выражение согласия. Вайолет позволила ему уйти, пообещав связаться с ним, как только удастся договориться о другом уроке. — Уверена, что у вашей сестры все хорошо. Грегори фыркнул. — Скажи это моей ноге. Элоиза потянулась, чтобы шлепнуть брата, но он увернулся от ее руки. — Почему я должна учиться танцевать? Это всего лишь еще один способ, которым молодые женщины выделываются, чтобы светское общество могло на них посмотреть. Не дай Бог, они захотят просто пообщаться и узнать женский ум. Вайолет вздохнула. — Дорогая, я знаю, что ты не любишь правила общества, но они все же существуют. Вот как мы найдем тебе мужа. Элоиза в ужасе уставилась на мать. — Лучше я буду старой девой. — Пенелопа переглянулась с Беном, оба пытались сдержать смех. Леди Бриджертон выглядела так, словно она только что проглотила лимон. В комнату вошел Энтони. — Кто-нибудь еще знает, что дорогой Колин решил включить в свой маршрут Албанию или еще какое-нибудь подобное место, пока он будет колесить по миру? Элоиза фыркнула. — Нет, но почему бы не порадоваться за него, что он может просто так решить это сделать. Не так ли, Пен? Она издала нечленораздельный звук, улыбнувшись Энтони. — Привет, Энтони. — Добрый день, Пен. Ты сегодня прекрасно выглядишь, этот цвет тебе идет. Элоиза посмотрела на брата. — С каких это пор ты называешь ее Пен? — Ты ее тоже так называешь. — Да, я знаю, но когда ты начал это делать? Энтони еще не нашел времени рассказать семье о своей зарождающейся дружбе с Пенелопой, и он еще не поговорил с Беном и Саймоном в клубе. — А разве это важно? — прервала перепалку своим вопросом Вайолет. — Присоединишься к нам за чаем, Энтони? — Только на минутку. У меня назначена встреча. Однако я позаботился о том, чтобы пополнить счета у модистки, и нанял дополнительный персонал, поскольку начался сезон. Леди Бриджертон ласково улыбнулась сыну. — Спасибо, дорогой. Энтони пересел на диван вместе с Элоизой и Пенелопой. Когда он расположился рядом с рыжеволосой, она почувствовала пряный запах его одеколона. — Итак, Пен, — он укоризненно посмотрел на сестру, произнося ее прозвище, — чем мы обязаны твоему сегодняшнему обществу? Пенелопа заметила в его взгляде усмешку: очевидно, он знал, зачем она здесь, но никто другой не должен был этого знать. — Я пришла узнать, как прошла сегодняшняя презентация Элоизы. Я слышала только, что она была ужасной. — Так и есть! Один только наряд — это пытка. — Элоиза схватила подругу за руку. — Однако леди Уислдаун вернулась! Как раз когда подошла моя очередь, мое представление было прервано когда королеве принесли первый выпуск! Пенелопа изобразила удивление. — Правда? Когда Брайли принес маме выпуск сегодня утром, я подумала, что еще рановато, но я не знала, что презентации еще не закончились. Энтони усмехнулся. — О да, это была настоящая сцена. — Рыжая снова обратила на него внимание, ее глаза теперь подражали блеску веселья, который был у него. — Королева объявила, что на сегодня она закончила, и вышла, не позаботившись о том, чтобы посмотреть на оставшихся дебютанток. — Вот это да! Элоиза радостно вздохнула. — Это было замечательно, раз она ушла, то и я тоже! Уислдаун спасла меня от этого совершенно устаревшего фарса. Бен хихикнул, откинувшись на другой диван. — Как вы уже догадались, Элоизу не назвали бриллиантом сезона. Шокирует, я знаю? — Мгновение спустя он получил от сестры подушкой по лицу. В комнату вошел служащий с чайным сервизом. Вайолет обогнула диван и постучала по ногам второго сына, чтобы он сел. Когда все было расставлено, она улыбнулась Пенелопе. — Хочешь чаю, дорогая? Даже не задумываясь, Энтони подался вперед, схватив чайник: — Позволь, мама. — Он не заметил трех изумленных взглядов членов своей семьи, наблюдавших за тем, как он готовит чай для их гостьи именно так, как она любит. Вайолет знала, что Энтони не присутствовал при том, как Пенелопа впервые рассказала ей о том, как она пьет чай. Она допускала, что он мог быть весьма наблюдательным, наблюдая за тем, как Пенелопа готовит чай в других многочисленных случаях, когда она присутствовала, но для ее сына такое поведение казалось странным. Бенедикт переглянулся с Элоизой. Это было странно: Энтони всегда хорошо относился к Пенелопе. Он общался с ней и питал к ней ту же привязанность, что и все они. Но он никогда не использовал ее прозвище, предпочитая говорить ее полное имя, и он знал, как она пьет чай? Энтони с улыбкой передал Пенелопе чашку. Она выглядела впечатленной. — Ты вспомнил. — Ее комментарий только еще больше смутил остальных членов семьи. Дуэт отвернулся друг от друга, заметив недоуменные взгляды на лицах остальных обитателей комнаты. Бенедикт отложил блокнот в сторону. — Брат, когда ты узнал, как Пен пьет чай? Виконт уставился на брата, пытаясь придумать ответ. Он решил, что сейчас лучше всего будет рассказать все начистоту, за исключением, конечно, леди Уислдаун и ее помощи ему в поиске жены. — Позавчера. Пен зашла повидаться с Элоизой, пока вас не было дома. Я предложил составить ей компанию, пока она ждала, но, к сожалению, ей пришлось вернуться домой до вашего возвращения. Пенелопа была поражена тем, как плавно он извратил правду. Он действительно был бы прекрасным партнером по преступлению. — Да, он был очень внимателен. Элоиза все еще выглядела скептически. — Почему ты не сказал мне, что она приходила? Я бы пошла к ней. — Честно говоря, ты была так зажата из-за своей презентации, что я посчитал не справедливым причинять ей боль. — Пен хихикнула, увидев, какое лицо Элоиза состроила своему брату из-за его комментария, а он лишь ухмыльнулся в ответ. Вайолет обменялась взглядом с Беном. Между Энтони и Пенелопой возникло взаимопонимание, которое нельзя было полностью объяснить одним общением за чаем, но ни один из них не мог понять, почему. Энтони сверился с часами и быстро допил чай. — Прошу прощения, но я должен откланяться. У меня скоро встреча. Что-то в его выражении лица заставило Пенелопу насторожиться. Когда он вышел из комнаты, она отлучилась, в туалет что бы освежиться, но вместо этого отправилась за ним. Она нашла его в кабинете, где он собирал какие-то вещи. Быстро осмотревшись, она вошла в комнату и закрыла за собой дверь. — Что ты делаешь? Энтони поднял голову, когда он заправлял в пиджак небольшую записную книжку. — Готовлюсь к выходу. Она закатила глаза, подойдя к его столу. С кем у тебя назначена встреча? — Конечно, с мисс Ротчайлд. — Конечно? Энтони, что ты собираешься делать? Он обогнул стол и остановился перед ней. — У меня есть план прогуляться по парку с ней и ее матерью, чтобы понять, подходим ли мы друг другу. Пенелопа покачала головой. — Мы не об этом договаривались. Первый бал сезона уже не за горами, вот для чего нужны танцы. Он жестом пригласил ее следовать за ним к дивану. Они сели на диван боком друг к другу. — Я знаю, но я подумал, что так я смогу позаботиться о том, чтобы это того стоило. Если во время нашей встречи мне будет скучно до безумия, то мне не придется мучиться, танцуя с кем-то, с кем я не буду совместим. У него была здравая логика, но она не думала, что он видит недостатки в своем плане. — Хорошо, и что ты собираешься сделать, чтобы определить это? Допросить ее? — Он промолчал. — О Боже! Он озадаченно усмехнулся ее реакции. — Пен, а как еще я могу узнать, подходим ли мы друг другу? Она схватила его за плечи и слегка встряхнула, сказав: — Танец! — Она вздохнула. — Это все о смягчении подхода, помнишь? Во время танца ты сможешь задавать вопросы о ней самой, и это не будет выглядеть как допрос. — Танец длится всего несколько минут. Я мне нужно больше времени, чтобы решить, что хочу продолжать проводить с кем-то время. Пен прижала пальцы к вискам. — Вот почему ты продолжаешь танцевать с ней на балах и гулять на променадах. Энтони, ты пытаешься уместить многоступенчатый процесс в одну встречу. Это выглядит несколько агрессивно. Энтони рассмеялся над ее выражением лица; она была похожа на сердитого котенка. — Пен, я же говорил тебе. Я не хочу тратить время впустую. А это похоже на пустую трату времени. Она разочарованно хмыкнула. — Но почему ты должен это делать так? И знаешь, если ты не хочешь терять время, забудь о танцах со мной и сосредоточься на поисках жены. Он покачал головой, глядя на нее жестким взглядом. — Танцы с тобой — не пустая трата времени, ты — не пустая трата времени. Пенелопа решила, что это разговор для другого раза. — Ладно, поговорим об этом позже. Какие вопросы ты планируешь ей задать? — Ну, вот посмотри. — Он достал из кармана записную книжку и протянул ей. — О Боже, ты их записал. Виконт издал прерывистый вздох и слегка поднял руки в замешательстве. — Что в этом плохого? Пенелопа выхватила блокнот из его рук, просматривая вопросы, которые он записал. — Ты же не собираешься зачитывать их ей, верно? Ты выучил их наизусть, чтобы просто вставить в разговор? — Нет, я просто решил пройтись по списку. — Он поморщился, ожидая ее реакции. Она издала звук разочарования и шлепнула его блокнотом по руке. — Энтони Бриджертон, ты очень умный человек. Ты не можешь честно сказать мне, что считаете это хорошей идеей. Он озорно улыбнулся. — Я думаю, что это прагматично. Пенелопа откинулась на спинку дивана. — Хорошо, пожалуйста, просто отмени эту встречу. — Это было бы плохо. — Поверь мне, это лучше, чем последствия того, что будет с этим, — она помахала блокнотом, и мягко улыбнулась ему. — Ты попросил меня о помощи. Так послушай меня и просто потанцуй с мисс Ротчайлд на балу. Несколько мгновений Энтони молчал. — Я не хочу танцевать с мисс Ротчайлд. — Это ты спрашивал о ней! — Да, но я передумал. Пенелопа рассмеялась, рассеянно теребя свои волосы. — Наверное, это к лучшему, не думаю, что она бы тебе понравилась. Энтони протянул руку, чтобы ткнуть ее в бок. — Почему же ты тогда ничего не сказала? Теперь настала ее очередь смущаться. — Мне было так обидно, что твой список был ужасным, и я решила дать тебе небольшую передышку. Он недоверчиво уставился на нее. — Перерыв? Ты бы меня подставила! — Она пыталась сдержать смех, но у нее ничего не получалось. Когда первые несколько смешков вырвались наружу, Энтони тоже начал смеяться, что окончательно выбило ее из колеи. После нескольких попыток их веселье наконец улеглось. Пенелопа ослепительно улыбнулась ему, и с нежностью в голосе спросила: — Что мне с тобой делать? — Просто улыбнись мне вот так. Она слегка нахмурила брови. — Зачем? — Потому что мне нравится видеть тебя счастливой.
