Это происходит так

***

      Пенелопа и Риэль были на рынке, чтобы купить несколько вещей, на которые у семьи не хватало денег. Риэль хотела купить новые ароматические масла для волос Пенелопы, а рыжая должна была купить новое перо и больше чернил. Она всегда ценила то, что ее горничной была девушка более близкого возраста: Риэль была на несколько лет старше Пенелопы, но не слишком. Большинство молодых леди имели служанок старше их на десять лет, и предполагалось, что служанка может стать адекватной сопровождающей молодой леди. Разумеется, нанимая горничных для своих дочерей, леди Фезерингтон не слишком задумывалась о том, кто из них будет с Пенелопой. Это был один из тех случаев, когда безразличие матери к ней сработало в ее пользу.       Сделав все покупки, обе молодые женщины вернулись в дом Фезерингтонов. Подойдя ближе, Пенелопа и Риэль заметили незнакомую карету у входа. Хотя обычно она не старалась опускаться до уровня своих сестер и говорить о них плохо, Пенелопе пришлось задуматься, не означает ли эта карета, что за Пруденс приехал жених. Это было бы шоком. С учетом того, что Филлипа обручена, это было бы не для нее, и это не была карета мистера Финча. Она вопросительно посмотрела на Риэль, но ее горничная была в таком же замешательстве, как и ее госпожа.       — Пойдемте узнаем, кто это, а? — Она пошла впереди Пенелопы, открыв перед ней дверь. Как только они вошли в фойе, Порция поспешно вышла из гостиной, на ее лице расплылась слишком широкая улыбка.       — Пенелопа, дорогая, вот ты где!       Пенелопа посмотрела на мать так, словно у нее было три головы.       — Мама, ты хорошо себя чувствуешь?       Леди Фезерингтон звонко рассмеялась и, взяв дочь за руки, направила ее в гостиную.       — Конечно, дорогая, ты такая глупая. Идем, идем, у тебя гость. — Под настойчивым взглядом матери Пенелопе ничего не оставалось, как последовать за ней. Когда они вошли в комнату, она увидела, что Джордж Бэннон встал с одного из кресел у окна с букетом в руках. — Пенелопа, дорогая, мистер Бэннон пришел повидаться с тобой. — Она легонько подтолкнула дочь в спину, побуждая ее идти к нему.       — Доброе утро, мистер Бэннон.       Он улыбнулся ей.       — Доброе утро, мисс Фезерингтон. — Он протянул ей букет. — Это для вас. — Это была коллекция розовых и белых роз, довольно обычный выбор букета, но она все равно оценила этот жест. — Надеюсь, они вам понравятся.       Она вежливо улыбнулась, принимая цветы.       — Они прекрасны, спасибо. — Она поднесла их ближе, чтобы вдохнуть их аромат. Розы были красивы и приятно пахли, но она всегда предпочитала более редкие сорта цветов. Порция поспешила к ней с протянутой рукой.       — Пойду поставлю их в воду. — Пенелопа передала матери букет — было странно, что мать уделяет ей столько внимания. — Пенелопа, предложи мистеру Бэннону присесть. Она посмотрела на двух других своих дочерей. — Пруденс, Филиппа, отойдите от дивана. Идите и займитесь рукоделием у окна. — Ворча, две старшие девочки сделали то, что им было сказано, и мрачно опустились в два кресла.       Порция бросила на младшую многозначительный взгляд, после чего вышла из комнаты и передала цветы Пенелопы Риэль, велев ей найти вазу. Пенелопа не знала, что делать, ведь раньше к ней не приходили джентльмены. Она улыбнулась и жестом указала на диван:       — Пожалуйста, присаживайтесь, мистер Бэннон. — Он благодарно кивнул ей, после чего прошел и занял место на одном конце, а она последовала за ним и заняла другой. — Прошу прощения, что меня не было здесь, когда вы приехали. Нам с горничной нужно было кое-что купить на рынке.       Он нахмурил брови.       — Почему бы просто не послать служанку за покупками?       Пенелопа слегка нахмурилась.       — Ну, мне нравится ходить на рынок. Мне нравится ходить среди прилавков и смотреть на все, на эту суету. К тому же иногда там я вижу что-то, что меня интригует, и я бы не узнала об этом, если бы просто послала свою служанку.       Мистер Бэннон на мгновение замолчал.       — Хм, это другое дело. — Он слегка улыбнулся ей. — Мисс Фезерингтон, прежде чем мы продолжим, я хотел бы узнать, в каких отношениях вы состоите с виконтом Бриджертоном?       При упоминании Энтони ее мысли вернулись к их вчерашнему разговору на лугу:       — Я знаю Бэннона… Ну конечно, он пытался произвести на тебя впечатление… Ты достойна большего.       Пенелопа бросила на своего гостя холодный взгляд.       — Это слишком бесцеремонно с вашей стороны, сэр. И это не ваше дело.       Мистер Бэннон посмотрел на нее с удивленным выражением лица.       — Я не хотел обидеть вас, мисс Фезерингтон, но если вы уже заняты, я хотел бы знать.       Пенелопа не знала, как к этому отнестись. Она знала, что Энтони сказал, что, если он будет танцевать с ней, она может привлечь внимание других джентльменов светского общества, а тут такой случай. Но она также доверяла суждениям Энтони, а он, похоже, не слишком высокого мнения о Джордже Бэнноне.       — Лорд Бриджертон — мой близкий друг. Я близка со всей семьей Бриджертонов.       — Значит, он не ухаживает за вами? — От его взгляда ей стало немного не по себе.       — Нет, он не ухаживает.       После ее ответа взгляд исчез, и на смену ему пришло то же тепло, что и вчера, когда он представился.       — Прекрасно, просто хотел быть уверен, что не наступаю никому на пятки. — Он прислонился спиной к подушкам дивана. — Расскажите мне о себе, мисс Фезерингтон.       Она заколебалась. Джордж Бэннон казался вполне приятным человеком, он все делал правильно. Он представился, пришел в часы приема, принес цветы и теперь спрашивал о ней. Она была единственным адресатом его внимания. Но она знала, что Энтони это не понравится. Ведь это всего лишь один разговор.       — Хочу предупредить, что я не совсем такая, как другие дамы светского общества. Как вы уже заметили, я получаю удовольствие от похода на рынок.       Он слегка рассмеялся.       — Так и есть. Однако мне нравится другое. — Она улыбнулась ему и продолжила рассказывать о себе. Она рассказала о своей любви к книгам и о том, как до Далии она боялась ездить на лошади. Он в свою очередь рассказал ей, как помогал отцу в делах и что у него есть младший брат, который только что закончил обучение. Это был вполне приятный разговор, он никогда не переходил границы дозволенного и не спрашивал ее о чем-то неприличном. Слушая его рассказ о том, как он в детстве занимался верховой ездой, она не могла отделаться от ощущения, что немного предает Энтони.       После того как мистер Бэннон ушел, Пенелопа прошлась по своей комнате. В животе у нее было ужасное ноющее чувство. Риэль наблюдала за ней пока складывала свежевыстиранные вещи Пенелопы. Она должна была рассказать Энтони о визите Джорджа Бэннона. Многие видели, как он вошел и вышел из их дома, леди Уислдаун должна была написать об этом, а она не могла солгать и сказать, что он приехал повидаться с Пруденс. Никто бы ей не поверил: члены светского общества тоже видели, как он представился ей вчера. Это заставит леди Уислдаун потерять доверие. Лучше пусть Энтони узнает об этом от нее сейчас, чем он будет ошарашен, когда прочтет ее следующую колонку.       — Риэль, я ненадолго наведаюсь в Бриджертон-Хаус.       — Позвольте мне проводить вас. — Пенелопа знала, почему вдруг Риэль захотела сопровождать ее. Теперь, когда к ней зашел джентльмен, чтобы поговорить с ней, за ней будут наблюдать гораздо пристальнее. И хотя Бриджертоны жили прямо через дорогу, сейчас это не имело значения. Пара направилась вниз по лестнице, Пенелопа остановилась в гостиной.       — Мама, я иду к Элоизе. Хочу рассказать ей о мистере Бэнноне. — Она не собиралась этого делать, но знала, что под этим предлогом мать ее отпустит.       Порция лучезарно улыбнулась.       — Конечно, дорогая. Поделись своими хорошими новостями. — Теперь, когда у Пенелопы появился потенциальный жених, ее мать вдруг стала более внимательной.       — Спасибо, мама. — Она вышла из комнаты и направилась к двери, ведя за собой Риэль. Они быстро пересекли улицу, и Пенелопа постучала в дверь. — Я пробуду здесь некоторое время, не могла бы ты зайти за мной через пару часов? — Горничная кивнула и подождала, пока дверь откроется и Пенелопа войдет в Бриджертон-Хаус, после чего она вернулась на другую сторону улицы.       Как обычно, при входе она тепло улыбнулась дворецкому, который проинструктировал ее, что семья снова находится в гостиной, очевидно, идет очередной урок танцев. Она направилась в ту сторону, но тут ее внимание привлек шум справа. Дверь в кабинет Энтони была приоткрыта, она медленно подошла к ней и распахнула ее настежь.       Она увидела Энтони, сидящего за своим столом, вокруг были разбросаны бумаги, он что-то бормотал про себя, вертя в руках перо. Он закатал рукава рубашки до локтя и расстегнул несколько первых пуговиц. Пенелопа прислонилась к дверному косяку и с легкой усмешкой наблюдала, как он проводит рукой по волосам, размышляя. Он пересчитал какую-то информацию в своих бумагах, затем порылся в одном из ящиков стола, чтобы найти бухгалтерскую книгу. Хотя она знала, что он всего лишь работает и, возможно, немного напряжен, он был очень мил. Решив воспользоваться тем, что никто, кроме дворецкого, не знает о ее присутствии, она легонько постучала в дверь. Энтони поднял голову на шум, и при виде ее на его лице появилась чудесная улыбка.              — Пен, входи. — Она ослепительно улыбнулась ему, проскользнув в дверь и закрыв ее за собой. Она знала, что должна была оставить ее открытой или хотя бы приоткрытой, но проигнорировала это. Это был Энтони. — Не думал, что увижу тебя сегодня.       Она направилась к нему и подошла к его креслу, глядя через плечо на бумаги, которые он держал в руках.       — Над чем ты работаешь?       — Просто, имущество. Много цифр. — Он бросил бумаги и встал с кресла. — Твой визит — идеальное время, чтобы сделать перерыв. — Он окинул ее взглядом. Она была одета в темно-зеленое платье с длинными рукавами, манжеты рукавов и подол юбки были отделаны кружевом. Линия талии проходила чуть ниже бюста, украшенная поясом из той же ткани и того же цвета, что и платье, который она завязала в простой бант, уйдя влево. Волосы были распущены и спадали по спине распущенными мягкими локонами. — Ты прекрасно выглядишь.       Она слегка приободрилась от его похвалы, но быстро вспомнила, зачем она здесь.              — Спасибо.       Он заметил опасение на ее лице.       — С тобой все в порядке?       Она нервно улыбнулась.       — Я должна кое-что сказать.       — Хорошо. Не хочешь присесть?       Пенелопа покачала головой.       — Нет, я, наверное, постою.       Энтони прислонился к своему столу, скрестив руки.       — Пен, насколько все плохо? Это что-то связанное с леди Уислдаун?       О, как бы я хотела, чтобы это было так.       — Нет. — Она глубоко вздохнула. — Ты помнишь вчерашнего джентльмена?       — Бэннона? — Она кивнула. — А что с ним?       Пенелопа сжала руки в кулаки.       — Ну, он навестил меня сегодня.       Выражение лица Энтони стало жестким.       — Он?       — Да. На самом деле меня не было дома, когда он пришел, мы с Риэль ушли на рынок. Так что он ждал.       — Как долго?       Она видела, как в его теле медленно нарастает напряжение.       — Точно не знаю, мама не говорила. — Она подождала, не прокомментирует ли он это, но он молчал. — Он принес букет розовых и белых роз…       Смех Энтони прервал ее.       — Прости, но это лучшее, что он мог придумать?       — Это довольно распространенный букет.       Виконт захихикал, но в его смехе чувствовался укор.       — Да, это так, потому что вы можете использовать его для чего угодно. Я имею в виду розовые и белые розы? Что именно он пытается сказать тебе, считая тебя милой и невинной? — Розовые розы обычно символизируют сладость и женственность, в то время как белые ассоциируются с невинностью и чистотой. — Не совсем романтичное послание. То же самое я могу сказать о Гиацинтне.       Пенелопа вздохнула, слегка вскинув руки.       — Может, он не знает, что они означают. Возможно, он просто попросил то, что было популярно.       — Это еще хуже!       Она издала звук разочарования.       — Ладно, дело не в цветах, Энтони! — Она подошла и встала перед ним. — Я просто хотела, чтобы ты знал, потому что мне придется писать об этом. Многие видели его карету перед моим домом, как он входил и выходил. И никто не поверит леди Уислдаун, если она скажет, что он был там ради Пруденс. Не после того, как он вчера при всех представился мне.       Энтони оттолкнулся от стола, чтобы налить себе стакан виски.       — Прошу прощения, я знаю, что это грубо, но я чувствую, что должен это сделать. — Он налил напиток и сделал глоток, прежде чем продолжить. — Ты приняла его?       — У меня не было выбора, мама впустила его, когда меня не было дома, а потом она очень настойчиво требовала, чтобы он остался.       — О чем он хотел поговорить?       По его тону было понятно, что Энтони не обрадовался ее новостям. Впрочем, она и не ожидала этого.       — Обычные общие вопросы. Однако…       Энтони сделал еще глоток.       — Что?       Она встретила его взгляд.       — Он спросил, ухаживаешь ли ты за мной. Если бы я уже была занята.       Он медленно подошел к ней.       — Что ты ему сказала?       Пенелопа почувствовала, как ее сердце забилось быстрее, ведь он был так близко. И этот вчерашний взгляд вернулся.       — Ну, я сказал, что ты не ухаживаешь за мной, потому что это не так.       Он медленно кивнул, затем отпил остатки виски.       — Верно. — Он тяжело опустил стакан на стол. — Рад за тебя. — Он мимолетно улыбнулся ей, а затем вернулся за стол и сел, придвинув к себе бумаги. Рыжая со вздохом последовала за ним к столу и выхватила бумаги из его рук. — Я читал их.       — Энтони, я знаю, что он тебе не нравится, и я доверяю твоему мнению.       Он жестко рассмеялся.       — Очевидно, нет, раз ты с ним разговаривала.       — Я же сказала, что у меня не было выбора!       Виконт снова встал, и она сделала несколько шагов назад.       — У тебя всегда есть выбор, Пен! Неужели ты всерьез боишься, что, сказав «нет», ты можешь ухудшить отношения с матерью?       Пенелопа почувствовала, как гнев вспыхнул в ее позвоночнике.       — Нет, конечно, но это не отменяет того факта, что она все еще моя мать, а со смертью отца она может решать это! У меня нет старшего брата, который бы принимал за меня такие решения, вмешивался в мои дела!       Энтони застонал.       — Пен, что, по-твоему, я делаю?       Она положила руку ему на щеку:       — Энтони, да, ты мой лучший друг, но ты не можешь контролировать визиты, это все равно решение моей матери. Кроме того, разве не этого я хотела? То, что ты, Бен и Саймон танцуют со мной, может повлиять на других джентльменов, чтобы они обратили на меня внимание?       Он пожалел, что сказал это.       — Джентльмены — да, Бэннон — нет.       — Что ты знаешь о нем такого ужасного?       Он покачал головой.       — Это неприлично обсуждать с дамой. Это были мужчины, разговаривающие с другими мужчинами… использовались цветастые выражения.       — Так избавься от красок.       Энтони тяжело вздохнул и предложил ей руку. Она взяла ее и позволила ему подвести себя к дивану.       — Скажем так, он не терпеливый человек. Я никогда не слышал, чтобы он принуждал женщину к чему бы либо, но он допускает вольности. — Пенелопа вспомнила, как неловко она чувствовала себя под взглядом мистера Бэннона, когда он узнал, что Энтони не ухаживает за ней. — Я не хочу, чтобы ты оказалась в таком положении.       — Может, на этот раз все по-другому. Ведь раньше он никогда не замечал меня. Конечно, если бы дело было исключительно в физическом влечении, он бы танцевал со мной не один раз.       Он провел большим пальцем по тыльной стороне ее руки, которую все еще держал.              — Мужчины хотят иметь то, что есть у других мужчин, Пен.       Она выглядела смущенной.       — Я сказала ему, что ты не ухаживаешь за мной.       — Это не имеет значения. В его глазах ты моя.       Пенелопа мило улыбнулась ему.       — Ну, в каком-то смысле это так.       Энтони рассмеялся, и на этот раз это был тот самый теплый смех, который она уже успела узнать. Он прислонился губами к ее виску. Когда он это сделал, его окутал запах цветущей вишни. Он издал звук признательности и опустил голову, чтобы поцеловать ее в шею.       — Ты пахнешь божественно.       Она вздрогнула: его голос приобрел грубые нотки. Ее мысли помутились, и она подсознательно прислонилась головой к нему, чтобы дать ему лучший доступ.       — Это… ароматические масла. Для волос.       Она вдруг почувствовала, как он напрягся и отпрянул от нее. Он был удивлен тем, что не контролирует себя.       — Простите за это.       Пенелопа застенчиво улыбнулась ему.       — Все в порядке.       Наступило неловкое молчание. Энтони прочистил горло.       — Итак, тебя интересует Бэннон? — Он изо всех сил старался контролировать тон, но не был уверен, что ему это удалось.       Рыжеволосая теребила кончики своих волос.       — Я доверяю тебе и тому, что ты знаешь. Но у меня не так много вариантов. Он попросил меня оставить ему танец на следующем балу.       Энтони поерзал на своем сиденье, пытаясь подавить желание найти Джорджа Бэннона и, возможно, покалечить его настолько, чтобы он не был сильно ранен, а просто не мог ходить несколько дней.       — Неужели?       — Он упомянул об этом, когда представлялся вчера.       — Ты хочешь с ним потанцевать?       Пенелопа вздохнула, пожав плечами.       — Я не знаю, Энтони. — Она посмотрела вниз, ее волосы рассыпались по плечам и упали на лицо. — Когда меня навещает джентльмен, потенциальный жених, а моя мать вдруг следит за мной, как ястреб, — все это для меня в новинку.       Энтони вздохнул, чтобы успокоиться. Он ненавидел то, как сильно он хотел, чтобы она сказала «нет». Он должен был быть ее другом, ее лучшим другом, а он хотел, чтобы она отказала потенциальному жениху. Конечно, он знал, что Пенелопа способна на большее, и беспокоился о репутации Бэннона, но она уже подтвердилась.       — Если хочешь, подари ему танец, это твой выбор. У меня только одна просьба. — Он протянул руку, чтобы поднять ее подбородок и заправить за ухо упавшие на лицо волосы. Он хотел иметь возможность смотреть в ее голубые глаза. — Он может станцевать с тобой, но только не вальс. Он мой.

***

      Энтони сидел в гостиной в кругу семьи: Фрэн играла на фортепиано, Грегори и Гиацинта наслаждались закусками, которые подавались к послеобеденному чаю. Прошло два дня с тех пор, как Пенелопа рассказала ему о Бэнноне. Судя по всему, он снова навещал ее в последние два дня. Мать держала ее в доме в плену, поэтому она могла рассказывать ему только через письма.       — Элоиза, что ты думаешь об этом? — Вайолет протянула голубую ткань дочери, которая едва подняла глаза от книги.       — Уверена, она прекрасна, у тебя отличный вкус. — Он усмехнулся, глядя на вопиющую незаинтересованность сестры. Хотя Дафна и убедила мать оставить Элоизу в покое, Вайолет все равно хотела, чтобы дочь хотя бы притворилась, что ей интересно, в каком платье она будет на балу завтра вечером.       Леди Бриджертон вздохнула, но сказала мадам Делакруа, что она остановится на голубой ткани, которая сейчас находится у нее в руках.       — Дорогая, я была бы признательна за твой совет по поводу твоего гардероба. И не потому, что я пытаюсь, как ты так красноречиво выразилась, сделать так, чтобы ты выглядела как теленок, выставленный на аукцион. — Энтони и Элоиза обменялись веселыми взглядами. — То, как женщина одевается или делает прическу и макияж, в равной степени относится как к себе, так и к джентльменам. Когда мы будем посещать мероприятия в течение сезона, я хочу, чтобы ты действительно чувствовала себя самой красивой, и не для кого-то, а для себя.       Энтони ухмыльнулся сестре.       — Думаю, она выиграла, Эл. — Он перевел взгляд на мать. — Этот ответ действительно был очень хорошим.       — Спасибо, дорогой.       Элоиза с легким укором посмотрела на брата.       — Да, спасибо, Энтони.       — Все, что угодно, лишь бы помочь тебе, сестра. — Элоиза скорчила брату рожицу, но это только рассмешило его. Он посмотрел в сторону двери, где Бенедикт пытался и, судя по всему, безуспешно ухаживал за мадам Делакруа. Он знал, что в прошлом они уже встречались, но, судя по выражению лица брата, он был отвергнут. — Брат. — Бенедикт повернулся, наблюдая за тем, как мадам ушла, и направился к Энтони за стол. — Вы с модисткой все еще… — Он бросил взгляд в сторону, где сидели его мать и Элоиза, — - чините шов?       — Очевидно, нет. Ты уже нашел себе жену? Как же так, ведь ты же планировал «все произойдет само собой».       Энтони посмотрел на своего обычно спокойного брата, вздернув бровь.       — Очевидно, я задел тебя за живое.       Бен вздохнул.       — Прости, просто… я не получил той реакции, на которую рассчитывал.       Виконт отпил чаю, изучая опечаленное выражение лица брата.       — Ты влюблен в нее?       — Что? Нет! — Бенедикт бросил блокнот на стол. — Я просто наслаждался ее обществом.       Энтони ухмыльнулся.       — Помимо всего прочего.       Бенедикт решил поддразнить брата в ответ.       — Это то же самое, что и твоя дружба с Пенелопой. Как ты сказал, тебе нравится общаться с ней, иметь ее рядом.       Энтони усмехнулся:       — Да, но разница в том, что у меня не было секса с Пен. — В его голове промелькнула мысль об огненно-рыжих волосах, разметавшихся по подушкам.       Бен заметил быстрое выражение желания, появившееся на лице брата.       — А ведь ты думал об этом. — Он рассмеялся, когда брат лишь бросил на него взгляд в ответ. Энтони встал, отводя от себя веселый взгляд Бенедикта.       — Мне нужно поговорить с нашим адвокатом. — Когда он направился к выходу, Вайолет встала и последовала за сыном.       — Энтони, дорогой. — Она положила руку ему на плечо. — Что касается твоих поисков жены, я знаю, ты сказал, что хочешь, чтобы все развивалось естественным путем, и я совершенно не против. Именно так ты узнаешь, что это будет любовь. Но мне интересно, что именно ты ищешь? Совершенства? — Она хотела выяснить у сына этот вопрос, увидев, как он танцует и общается с Пенелопой. Очевидно, он не понимал, как выглядит его поведение с рыжей. Она хотела проверить, соответствует ли то, что он говорит, тому, какой девушкой была Пенелопа.       Он вздохнул, пытаясь придумать, как лучше объяснить свои мысли.       — Я имею в виду и да, и нет. Женщина, на которой я женюсь, станет следующей виконтессой Бриджертон. Она будет помогать моим сестрам, станет хозяйкой этого дома и родит мне детей. Я хочу, чтобы их воспитывал человек, который научит их быть больше и ожидать большего, чем то, что общество считает достаточным. Я хочу, чтобы их мать научила моих дочерей тому, что они могут быть не просто милым личиком с красивыми манерами или искусным рукоделием. Я хочу, чтобы мои сыновья знали, что они могут ждать подходящую женщину, что долг, возможно, не всегда важнее всего. — Этому он сам только что научился. — Я хочу, чтобы моя жена могла научить моих детей всему, так же как ты учила нас. — Вайолет тепло улыбнулась своему первенцу: он уже нашел эту женщину, просто не мог этого увидеть. — Я хочу показать своим детям пример того, что жизнь — это не только долг и общество. Что может быть лучше, чем рассказать им историю о нас с их матерью?       Она протянула руку, чтобы прикоснуться к щеке сына.       — Я думаю, что подходящая для тебя женщина ближе, чем ты думаешь.

***

      Вечером следующего дня состоялся очередной бал, и Пенелопа была в расстроенных чувствах. Мать весь день приставала к ней, и она тосковала по тем дням, когда была невидима для матери. Сейчас она пыталась скрыться от Порции, спрятавшись за одной из больших колонн в бальном зале. Бал устраивала королева, но, к счастью, она дебютировала в прошлом году, и сегодня ей не нужно было представать перед королевой. К счастью, она смогла приобрести бальное платье на свой вкус, темно-темно-синее. Благодаря темному цвету матери будет сложнее ее заметить. Платье было сшито из шифона, оно слегка переливалось, а талию подчеркивала лента из бриллиантов и жемчуга. Легкие рукава опускались чуть выше локтя. Риэль взяла локоны волос с обеих сторон чуть выше ушей и заплела их в косы. Затем она взяла каждую косу и протянула их через затылок Пенелопы на противоположную сторону, после чего заправила концы косичек, закрепив их булавками. Остальные волосы Пенелопы спадали объемными спиралями.       Когда Пенелопа заглянула за колонну, чтобы убедиться, что ее мать ушла, кто-то потрепал ее по плечу, что вызвало у нее легкий вскрик. Мистер Бэннон стоял с виноватой улыбкой на лице.       — Я приношу свои искренние извинения, мисс Фезерингтон, я не хотел вас напугать.       Она положила руку на свое бешено колотящееся сердце.       — Все в порядке, просто не делайте так больше никогда.       — Принято к сведению. — Он жестом указал на ее платье. — Вы прекрасно выглядите сегодня.       После разговора с Энтони и теперь, зная, что он делал, она не могла не посмотреть на мужчину перед ней несколько иначе.       — О, спасибо.       С минуту они молчали, и только гул разговоров вокруг них был единственным звуком. Мистер Бэннон потянулся к ее танцевальной карточке.       — Можно?       Она заколебалась, прежде чем кивнуть, внимательно наблюдая за тем, какой танец он выберет. Он, похоже, собирался подписаться на вальс, поэтому она быстро ответила:       — Мне больше всего нравится кадриль. — Он поднял на нее глаза. — Если вам интересно. — Мужчина улыбнулся ей, отходя назад, чтобы подписать свое имя под кадрилью.       — С нетерпением жду нашего танца, мисс Фезерингтон.       После того как он ушел, у нее была всего минута или около того, прежде чем ее поймала Элоиза.       — Привет, Эл.       — О Боже, Пен, как ты сама это сделала в прошлом сезоне? Опасно просто ходить по комнате. Столько мужчин пытаются ухватиться за эту нелепую танцевальную карту.       Пенелопа сочувственно улыбнулась подруге.       — Мне очень жаль говорить тебе об этом, Эл, но лучше от этого не становится. Однако я избавлена от твоих проблем: не обладая такой популярностью, как ты, мои вечера гораздо менее переполнены.       Элоиза посмотрела на танцевальную карту своей подруги.       — Похоже, некий Джордж Бэннон, по меньшей мере, пригласил тебя на танец. — Она посмотрела налево и увидела другого молодого человека, который пытался пробиться к ней. — Боже правый, идемте, Пен. — Она потащила рыжеволосую за собой, прочь от наступающего джентльмена.       Элоиза направила их под защиту своих братьев. При виде Энтони и Бенедикта молодые джентльмены, казалось, были менее склонны подходить и приглашать на танец.       — О, вы оба прекрасны! — Она крепко обняла обоих братьев, в то время как Энтони и Бен были смущены комплиментом сестры.       Пенелопа хихикнула, глядя на происходящее.       — Она избегает многочисленных молодых джентльменов, которые так и норовят подписать ее танцевальную карточку.       Бенедикт кивнул.       — Ах, да, я вижу, как она это делает. — Он посмотрел на сестру. — Пойдем, Эл, потанцуем. Если я буду перемещать тебя по полу, это поможет молодым парням немного оторваться.       Пока брат и сестра выходили на паркет, Энтони повернулся и посмотрел на нее.       — Ты потрясающе выглядишь сегодня вечером.       Внутренне она сравнила его комплимент с комплиментом мистера Бэннона. Энтони легко победил.              — Ты и сам выглядишь довольно привлекательно.       Он подмигнул ей, затем кивнул на запястье.       — Он требовал танец?       — Да, кадриль. Он пытался подписаться на вальс.       Энтони не удивился, что Бэннон попытался, ведь некоторые из тех вольностей, которые он совершал с другими молодыми женщинами, были именно во время вальса. Ничего не говоря, Энтони взял в руки ее танцевальную карточку и с размаху подписал свое имя на линии для вальса.       — Теперь он не сможет повторить попытку. — Следующим танцем была кадриль. Хотя кадриль была относительно безопасным танцем, он все же поклялся, что будет очень внимательно следить за происходящим. — Будь осторожна, Пен, я хочу верить, что он уже не тот человек. Но я также знаю, что леопард не может изменить свои пятна.       Пенелопа немного сжала его руку.       — Со мной все будет в порядке.       — Если ты начнешь чувствовать себя неловко…       — Я позову тебя. Обещаю.       Кто-то прочистил горло. Обернувшись, друзья увидели Бэннона, стоявшего с вежливой улыбкой на лице.       — Добрый вечер, лорд Бриджертон. Если вы нас извините, мисс Фезерингтон обещала мне этот танец. — Он предложил руку Пенелопе. Энтони потребовалось все силы, чтобы не схватить ее и не задвинуть себе за спину.       Вместо этого он подражал вежливой улыбке Бэннона.       — Конечно. — Затем он посмотрел на Пенелопу, чей взгляд метался туда-сюда между двумя мужчинами. Виконт прислонился губами к ее щеке и прошептал: — Я буду наблюдать.       Быстро кивнув ему, Пенелопа взяла Бэннона за руку и последовала за ним на танцпол. Энтони взял с подноса напиток и выпил его одним махом.       Началась кадриль, Пен и Бэннон двигались по паркету в такт с другими парами. Все шло хорошо, и Пенелопа даже начала понимать, что ей весело. В момент, когда они поворачивались вместе, он начал негромко смеяться.       — Знаете, что забавно, мисс Фезерингтон?       Его глаза впились в ее.       — Что?       — Крессида сказала, что с вами будет легко. Я просто не понимал, насколько легко. — Пенелопа почувствовала, как кровь отхлынула от ее лица. От его слов она споткнулась, но он еще крепче прижал ее к себе, заставляя двигаться.       — Крессида? Что?       Он усмехнулся, но улыбка потеряла свое очарование.       — Мой отец, а он очень любезен, пригрозил лишить меня наследства и передать мое право первородства младшему брату, если я не женюсь в ближайшее время. Крессида — моя старая подруга, и она рассказала мне все о тебе, о том, как ты отчаянно грустишь. У маленькой Пенелопы Фезерингтон нет женихов. Это был идеальный план. Ухаживания, свадьба, а потом я найду себе любовницу. — Его губы искривились в злобной ухмылке. Она попыталась высвободиться из его объятий, но они были слишком крепкими. — Признаюсь, когда я представился тебе в тот день, я подумал, что она была, пожалуй, немного сурова. Ты не выглядела такой трагичной, как она описывала. Но в тот день в твоем доме твоя мать стала почти маниакальной, когда я сказал, что приехал к тебе. В тот момент я понял, что, учитывая отсутствие у тебя выбора и твою настырную мать, я, вероятно, должен буду ухаживать за тобой всего две недели, прежде чем ты примешь мое предложение.       — Зачем ты мне это говоришь? Ясно же, что я ничего от тебя не приму. — Она снова попыталась освободиться, но безуспешно. Бэннон опустил ее руку и крепко сжал ее запястье. — Отпусти, ты делаешь мне больно.       Бэннон жестоко рассмеялся, не обращая внимания на ее слова.       — У меня появилась новая мысль. Ты сказала, что Бриджертон не ухаживает за тобой, и я полностью в это верю. Зачем виконту ухаживать за такой женщиной, как ты? Но очевидно, что он делал… что-то… с тобой. Он слишком близок, даже для близкого друга. — В его тоне слышалась насмешка, когда он исказил ее слова. — Скажи мне, Пенелопа, ты распутная женщина? — В его глазах появился тот самый блеск, с которым он осматривал ее в первый день, и от которого ей стало не по себе. Только теперь все было гораздо хуже.       Энтони задрал голову, пытаясь уследить за Бэнноном и Пенелопой. Кадриль была почти бесконечным источником движения. Особенно эта, к которой добавился галоп. Он заметил ее рыжие волосы и только что увидел ее панические глаза, когда услышал:              — Энтони!!!