Люмина Грейрат

Роксас и я добрались до окраины Зандпорта. Пока мы шли прочь от центра города, где располагались роскошные отели и изысканно оформленные магазины, я любовалась оживлённой атмосферой самого города. Его архитектура разительно отличалась от архитектуры портового города, похожего на Виндпорт. Дома были построены из кирпича, крыши выкрашены в яркий, жизнерадостный синий цвет — и, боже мой, после стольких лет, проведённых на Демоническом континенте, я была очень рада увидеть зелёные пятна. Если для того, чтобы так сильно изменить ландшафт, понадобился всего один океан, то мне оставалось только гадать, как обстоят дела в других уголках мира. Например, я надеялась когда-нибудь побывать на Небесном континенте. Хотя, может быть, когда я не буду так занята другими делами. Ах да, раз уж мы заговорили о том, что я была занята другими делами, я наконец-то вспомнила о том, что давно собиралась сделать. Когда я поздно вечером сидела и строчила в своём дневнике, моё внимание привлекло то, что лежало на столе. Под блестящим пресс-папье лежала аккуратно сложенная стопка бумаги для писем. Я подумала про себя, что подросток на моём месте пришёл бы в ужас от такой подготовки. Я уже не так увлекалась писательством, как раньше, но это действительно вернуло меня в нужное настроение. Я выглянула в окно, чтобы посмотреть, который час, — я не хотела засиживаться слишком допоздна, — и поймала себя на том, что смотрю на небо, а в голове роятся идеи. Хоть я и не знала, в каком направлении двигаться, идеи были, и теперь я, наверное, была слишком взбудоражена, чтобы уснуть в ближайшее время. Я протянула руку, взяла лист бумаги и начала писать сверху. А потом я поняла, что бумага для писем — это на самом деле бумага для писем. Меня осенило. «Мне действительно стоит написать письмо моему дорогому старику-отцу, не так ли?» И я сразу же приступила к написанию письма, слегка смущённая тем, что мне потребовалось столько времени, чтобы додуматься до этой идеи. Но, эй, я же наконец-то взялась за дело, разве этого недостаточно? Кроме того, наша группа двигалась довольно быстро по меркам приключенческих групп на Демоническом континенте, поэтому я сомневалась, что гонец с гораздо менее срочным посланием доберётся до Пола раньше нас. Мне не стыдно признаться, что я не раз останавливалась, чтобы подумать, как сформулировать те или иные вещи и что сказать. Но я была довольна результатом. Дорогой Отец, Я надеюсь, что это письмо дойдёт до тебя в целости и сохранности. Прошло больше года с тех пор, как я видела тебя в последний раз, и я надеюсь встретиться с тобой при первой же возможности. Точнее, при нашей первой возможности. Я присоединилась к нескольким твоим приятелям, Элинализ и Талханду. Они, конечно, рассказывают о тебе много интересного, пап. Мягко говоря, ничего хорошего. На этой ноте они объединились с Роксасом, когда поняли, что все трое преследуют одну и ту же цель — найти на Демоническом Континенте нашу семью. Я нашла хорошее применение твоему подарку на день рождения на Демоническом Континенте, куда меня, к несчастью, отправили. Короче говоря, я встретила человека, который согласился помочь мне вернуться к тебе и маме. Этим человеком оказался Бог Севера Кальман Третий, Александр Райбак. Пусть тебя не пугает его титул, он хороший человек. Может быть, немного инфантильный, но всё равно на него можно положиться. Я также познакомилась с парнем по имени Арес, фехтовальщиком, который так же хорош в фехтовании, как и в том, чтобы быть надёжным. Он примерно на два года старше меня и имеет средний ранг в стиле Бога Севера, который ты так упорно отказывался мне показывать. Ну что ж, думаю, теперь всё в порядке. К счастью, теперь я знаю, как противостоять такому фехтовальщику, как он. На момент написания этой статьи мы находимся в Виндпорте, и, если уж на то пошло, это довольно быстрый способ передвижения. Так что, думаю, можно с уверенностью сказать, что всё идёт гладко. На самом деле, достаточно гладко, и нам удалось сузить круг поиска до нескольких ключевых мест. Благодаря подкупу и небольшой помощи со стороны самой Императрицы Демонов Киширики Киширису (я обязательно расскажу вам об этом позже), мы выяснили, где находятся все члены семьи. Даже Лилия, ведь она практически сестра мамы. Судя по всему, все живы и здоровы. Мама по-прежнему остаётся для меня загадкой, но мы сможем поговорить обо всём подробнее, когда встретимся. На момент написания этого письма мне исполнилось одиннадцать лет! Еда здесь отличная, а виды ещё лучше. Конечно, это было непросто, но, возможно, всё не так плохо по сравнению с тем, через что пришлось пройти тебе. Ты был один, верно? Что ж, держись, папа. Мы скоро будем на месте. Что касается всего, что произошло до того, как случилась вся эта неразбериха? Я давно об этом думаю. Но больше всего я хочу извиниться перед мамой за то, как мы расстались. Это была глупая, мелочная причина для ссоры. Я не могу оправдываться, особенно сейчас, год спустя. Я просто хочу увидеть её снова. Любой ценой. Я бы спасла её, даже если бы это меня убило. Я бы сделала всё, чтобы извиниться перед моей ангельской матерью. Я скучаю по тебе, папа. Надеюсь, у тебя всё хорошо, и давай наверстаем упущенное, когда встретимся в следующий раз. Я буду считать дни до окончания сезона дождей, чтобы мы могли добраться до Милишиона и узнать, где ты. Увидимся. С любовью, Люмина Грейрат. Конечно, в конце я немного сентиментальничала, но я чувствовала именно это. Я сомневалась, что кто-то в этом мире сможет понять, насколько это тяжело — получить второй шанс в жизни и совершить такую ошибку со своими родителями, которые совсем не похожи на тех, что были у меня в прошлой жизни. Я любила своих родителей. Для меня они были такими же родителями, как и те, что были в моей прежней жизни. Вычеркнув это из списка, я смогла заснуть с горячим желанием продолжить поиски своей семьи. Но пока мне оставалось только терпеливо ждать. А что может быть лучше для того, чтобы скоротать время, чем старые добрые уроки магии с Роксасом? Только на этот раз всё было немного по-другому. Я сама собиралась преподавать, а Роксас был бы моим прилежным учеником. Ах, одна только мысль об этом наполняла меня радостью. Часть меня всё ещё хотела, чтобы он меня хвалил, но я была слишком стара для этого… верно? Боже, не слишком ли многого я прошу? Хватит об этом. Я мысленно встряхнула головой, чтобы избавиться от этих отвлекающих мыслей, и сосредоточилась на том, что мы добрались до одного из холмов, расположенных на окраине Зантпорта. Вокруг было много растительности, что делало это место идеальным для демонстрации Роксасу. Вы, наверное, спросите, какова цель сегодняшней вылазки? Роксасу всё ещё было интересно узнать о природе магии проклятий, поэтому сегодня я собиралась попытаться научить его этому, но в основном сосредоточилась на экспериментах. Я приняла свой привычный образ нервной дамы в треугольных очках и начала говорить с Роксасом. «Насколько мне удалось выяснить, магия проклятий бывает двух типов. Первый — Гниль. Единственный недостаток этого заклинания в том, что оно по какой-то причине не действует на нежить». Я указала на колокольчик, тихо прошептала ему извинения и наложила на него Гниль. Почерневшая, быстро разрастающаяся гниль распространилась по всему цветку, который быстро утратил способность выдерживать свой вес и рассыпался на землю грустными, сморщенными частицами. Роксас, казалось, был почти встревожен происходящим. И не без причины. Даже по меркам моего мира это было настоящее биологическое оружие. С ним в моём арсенале я, вероятно, могла бы уничтожить почти всё живое, что имело некоторые тревожные последствия. «Т-ты... ты когда-нибудь пробовала это на человеке?» Роксас, похоже, был обеспокоен не меньше меня. «Конечно, нет! Даже на животном! Оно, конечно, мощное, но использовать его против кого-то, кроме монстра, это немного...» — я замолчала. Мне не хотелось представлять, что я буду вынуждена применить его к живому человеку. Роксас взял себя в руки, но выражение его лица осталось таким же напряжённым. «Люмина, как же тебе удалось научиться чему-то подобному этому?» То, что Роксас так озадачен, практически гарантирует, что магия проклятий — новое понятие для этого мира. В конце концов, он учился в Университете Раноа. Он должен быть более осведомлённым, чем обычный маг. «У меня было много свободного времени, когда я путешествовала по Континенту Демонов, господин», — ответила я. Но это, похоже, не удовлетворило его любопытство. «Если бы время было единственным, что кому-то нужно, я бы уже нашёл способ вернуться в прошлое», — вздохнул он. «Если у тебя есть с чем сравнивать, это бы очень помогло». Роксас всегда был учёным. «Хм. Если бы мне действительно пришлось выбирать, я бы остановился на чём-то вроде обратной магии детоксикации, на противоположном конце спектра». Это сравнение возникло не на пустом месте. Когда я создавала прототип первой версии «Магии проклятий» в деревне Буэна, я экспериментировала с «Магией детоксикации». «Обратная детоксикация…? Я не очень разбираюсь в этомно суть в том, что это вмешательство маны, верно?» «Что ты имеешь в виду?» Это была первая магическая теория, которую я услышал не от себя. И даже тогда это были не совсем теории в полном смысле этого слова, а скорее предположения, не подкреплённые реальными доказательствами. «Ты нарушаешь баланс маны в чужом теле, чтобы ускорить регенеративные процессы. По крайней мере, так мне сказали в Университете магии. Разве ты раньше не выдвигал собственную гипотезу?» Он смотрел почти с ожиданием, но без излишней строгости. «Теперь, когда ты это говоришь, я так не думаю. Я помню, что собирался заняться этим, когда доберусь до Раноа, так что это дело долго оставалось в подвешенном состоянии. Но интересно услышать такую интерпретацию». «Верно, Луми, возможно, ты многого не замечаешь. Но в любом случае мы отклонились от темы. Вернёмся к тому, о чём я говорил. Возможно, магия проклятий больше соответствует моему пониманию магии, чем я думал. Как именно ты накладываешь порчу? Я имею в виду, какие процессы происходят, чтобы добиться такого эффекта?» — спросил он. «Это сложный вопрос…» Я попыталась вспомнить, как использовала это заклинание, и выдавила из себя ответ. «Это похоже на… поглощение маны другого живого существа? Давай я попробую использовать свой Демонический глаз и посмотрю, поможет ли это мне что-нибудь визуализировать». Я присела на корточки рядом с другим участком, где росли колокольчики, и активировала свой Демонический глаз. Я настроила его на фокусировку, и все яркие огни померкли, уступив место более яркому свечению внутри одного из колокольчиков. Это было слабое золотисто-жёлтое свечение, характерное для рассеянной маны — то, что я называю физическим проявлением естественного излучения маны телом, видимым Глазом Индикации. Чем больше я пользовалась этим глазом, тем больше понимала, насколько он похож на Демонический Глаз Гислен. Я мало что о нём знала, но он давал ей возможность визуализировать ману. Может быть, Глаз Индикации — это улучшенная версия? В любом случае я сосредоточилась на текущей задаче. Я применила упрощённую версию «Гнили», надеясь увидеть, как она работает. Яркий луч медного света пронзил колокольчик, и я влила в него ещё немного маны, чтобы подготовить процесс заклинания, которое было запечатлено в моей голове. Тогда я заметила, что мана-подпись магии проклятий отличается от высвобождённой или рассеянной маны. Вместо золотого цвета, как у рассеянной маны, или красного, как у высвобождённой маны, заклинания магии проклятий имели свой фирменный цвет — медный. Я понятия не имела, означает ли это, что это отдельный подкласс маны. Я отложила этот вопрос в сторону и заметила, что я внедряю свою ману в цветок, заметно отталкивая его ману в сторону. На этом начальном этапе в местах, где моё влияние встречается со слабой маной цветка, образуются тёмные пятна. Второй шаг, или заключительный, заключался в том, что я влила в заклинание один мощный импульс маны, который полностью разрушил внутреннюю структуру маны цветка и в результате привела к его явной порче и лишению жизненной силы. Я сразу же удивилась. До сих пор я не могла даже уловить ощущение Гнили, а сейчас была слишком занята другими делами, чтобы проверять что-то подобное. С каждым днём этот демонический глаз становился всё полезнее. «Какое зрелище...» — пробормотала я. Через несколько мгновений, когда я собралась с мыслями и всё обдумала, я снова повернулась к терпеливо ожидавшему меня Роксасу. «Надеюсь, я смогу хорошо это объяснить, э-э-э...» Я пересказала большую часть того, что только что увидела, и постаралась как можно точнее выразить свои мысли, к чему Роксас, к счастью, отнёсся с пониманием. Вероятно, к тому моменту он уже привык к моей манере речи. «Это... абсурд... но такое возможно», — с трудом подбирая слова, сказал Роксас. «Если это правда, то Гниль использует систему вмешательства в ману, о которой мы ничего не знаем». «Ничего страшного, если ты сейчас не можешь этого понять. Нам ещё предстоит разобраться с параличом», — сказала я. Я знала, как трудно бывает отвлечься от своих мыслей, но решила, что ему будет проще, если он узнает все подробности, прежде чем пытаться сложить всё воедино. «Верно. Не стесняйся, малышка», — ответил Роксас. «Думаю, это не сильно отличается, верно?» «Хм… на ощупь не очень. Визуально ещё предстоит выяснить», — ответил я. Когда я начала разыгрывать «Паралич», то поняла, что недостаточно подготовилась, чтобы продемонстрировать его Роксасу. Может быть, из-за нашего разговора я совсем забыла, что для правильного использования «Паралича» мне нужно живое, движущееся существо. Вокруг была только растительность и листва, и я слышала, как местные животные мигрировали в другие места, чтобы подготовиться к сезону дождей, который уже начинался. «Я… могла бы наложить Паралич на растение, но это было бы не очень эффективно с точки зрения попытки понять, как работает заклинание. Особенность Паралича в том, что сила заклинания зависит от того, насколько опасен объект, на которого оно наложено. Например, я могла бы наложить его на овчарку и полностью обездвижить её, вероятно, на столько времени, на сколько захочу. Но когда я применила его к Стражу Лабиринта, с которым мы сражались два дня назад, я смогла удерживать его на месте всего около минуты, едва хватило до конца твоего заклинания», — объяснила я. «Это... любопытно. Если предположить, что магия проклятий находится в том же спектре, что и магия восстановления, то, думаю, мана как-то связана с этим. Возможно, если существо достаточно хорошо контролирует свою ману, оно может противостоять вашему заклинанию или даже полностью нейтрализовать его», — размышлял Роксас. Боже. Он действительно умный, не так ли? Если бы он был женщиной, я бы сказала, что из него получилась бы отличная жена. Я горячо закивала. «У тебя сегодня полно идей, не так ли?» — пошутила я. Роксас всегда был любознательным, но я привыкла к его более непринуждённому поведению. Этот парень был умным, если не сказать больше. «Конечно, малышка! Мы говорим о совершенно новом направлении магии. Нужно быть сумасшедшим, чтобы не заинтересоваться. Это революционная штука, Луми», — сказал Роксас. «Ты гений, раз во всём этом разобралась». «Ну, за всё то время, что я им пользуюсь, я так и не смогла выдвинуть гипотезу о том, что за всем этим стоит. Было бы неплохо отдать должное самому себе, понимаешь?» Я ткнула его пальцем в грудь. «В конце концов, они являются гипотезами не просто так. Нам ещё предстоит проверить Паралич, а мы не можем этого сделать…» Роксас замолчал, и в его глазах вспыхнул огонёк. «Но что, если бы мы могли?» «Как бы мне этого ни хотелось, я не вижу подходящего способа продемонстрировать это. По крайней мере, здесь. Что, если мы вместе выполним ещё несколько заданий до окончания сезона дождей?» — предложила я. Это был бы хороший компромисс: у Роксаса появилось бы больше подсказок о том, что такое магия проклятий, а я бы смогла узнать его мнение. Хотя у меня было смутное подозрение, что у самого Роксаса есть идея. «А что, если…?» Наверняка он не имел в виду то, что я подумала. «А что, если ты попробуешь на мне?» — сказал Роксас, не сводя с меня глаз. Вздох. Вот и оно. Такая возможность, конечно, была всегда, но я не хотела рисковать и причинять ему боль заклинанием. В конце концов, у меня не было прецедента с человеком — или, в данном случае, с демоном — в качестве цели. Я всё ещё хотела когда-нибудь попробовать, но не на парне, которому я практически обязана этой новой жизнью. Я представляла себе подопытным что-то вроде вора, бандита или головореза. Однако я не была настолько наивна, чтобы думать, что мне не придётся когда-нибудь использовать менее гуманные заклинания, ведь я уже видела своими глазами, как легко в этом мире заставить людей совершать поступки, граничащие с преступлением. Но всё же. Роксас был человеком, на которого я не могла не равняться. Он ни за что не стал бы подопытным кроликом. «Что это у тебя за взгляд?» — спросил Роксас. «Ты себя слышишь?» — хихикнула я. — «Если бы ситуация была обратной, ты бы захотел испытать на мне что-то подобное?» «Да ладно тебе, это другое», — ответил он. — «И кроме того, мне хотелось бы думать, что я довольно стойкий. Если со мной что-то случится, я буду винить только себя». «Именно поэтому я не хочу этого делать», — вздохнула я. — «А что, если Паралич будет использовать ману цели против неё, расходуя ману на подпитку заклинания, пока она не иссякнет?» «Полное истощение не обязательно приводит к летальному исходу, но...» — он вздохнул, — «я бы предпочёл не проходить через это снова». В прошлый раз, когда мана Роксаса иссякла, он просто упал мне на колени. Когда мы вернулись в отель, он не просыпался несколько часов. Честно говоря, ближе к концу это стало немного беспокоить. И когда он наконец проснулся, то не был похож на сгусток радости и энергии. Звучит не очень приятно. «Но даже если мы не сможем применить Паралич сегодня, это не значит, что мы не можем продолжать экспериментировать с Гнилью», — невозмутимо возразил Роксас. «Верно», — любезно кивнула я, благодарная за то, что он уступил. Роксас перевёл взгляд на соседнее дерево, а затем снова посмотрел на меня. «Эй, Луми. Что, если ты попробуешь это на том дереве?» — спросил он. «Если я смогу его срубить, стану ли я лесорубом?» — съязвила я. Роксас усмехнулся и сел на пень. «Почему бы и нет», — ухмыльнулся он. Бедное дерево. Что ж, небольшая вырубка леса не повредит. Это ради науки! Когда я повернулась, чтобы наложить на дерево заклинание, у меня возникло ощущение, что я буду для Роксаса не столько учителем, сколько сторонним наблюдателем. Но, как говорится, когда у двух людей есть возможность обмениваться идеями, это значительно повышает продуктивность. Если это работает, значит, это работает. После целого дня проб и ошибок с Роксасом мы пришли к выводу, что его гипотеза более или менее близка к истине. Мы не могли сказать, попал ли он в точку — в конце концов, мы всё ещё находились на ранней стадии исследования, — но он был близок к цели. Роксас считал, что Гниль — это сверхбыстрое магическое заболевание, которое прогрессирует только по моему желанию. Он использовал это слово — «заболевание», — потому что считал, что «болезнь» звучит слишком неестественно. Не то чтобы превращение чего-то в труху без единого прикосновения было естественным, но Роксас есть Роксас. Гниль требовала серьёзного вмешательства маны, и то, что я описала как «укоренение» моей маны, было похоже на установку крошечных взрывных устройств внутри существа, которые затем детонировали, когда я усиливала свою ману внутри него. Этот процесс ослаблял сопротивление организма Гнили, позволяя нанести быстрый удар и в конечном счёте привести к его безвременной кончине. Роксас находил странным, что в обычных обстоятельствах нельзя управлять заклинаниями внутри тела существа. Именно поэтому нельзя просто направить огненное заклинание в чьи-то лёгкие и сжечь их изнутри. Однако Роксас считал, что Гниль использует какую-то лазейку, чтобы продолжать действовать внутри тела. Большая часть маны, которая используется для «взрыва», закладывается при первом контакте с заклинанием, а когда я направляю в заклинание более концентрированную ману, это запускает цепную реакцию и уничтожает организм изнутри без непосредственного применения заклинаний в теле. Роксас действовал быстро, если это было недостаточно ясно. Похоже, ему не терпелось найти себе занятие, учитывая, что мы собирались пробыть в городе следующие три месяца. Мы решили опробовать Паралич в следующий раз, когда возьмём задание для Гильдии искателей приключений, и на этом закончили. Когда мы с Роксасом подошли к отелю, солнце уже начинало садиться. Сквозь задние окна стойки регистрации я увидела, как во дворе некий рыжеволосый мужчина размахивает мечом. «Мастер, я пойду присяду там», — сказала я. Роксас выглянул на улицу и кивнул в знак согласия. «Уже так поздно, а они не прекращают?» — сказал Роксас почти с удивлением. «Мечники — это нечто особенное», — ответила я. «Особенно эти двое. Они, наверное, будут сражаться, даже если наступит конец света». «Меня это не удивляет. Я имею в виду, что это, конечно, Северный Бог, но я не ожидал, что его ученик будет таким энергичным несмотря на то, что ему всего тринадцать? Не то чтобы это плохо или что-то в этом роде, но это действительно впечатляет», — сказал Роксас. «Арес — один из самых преданных людей, которых я когда-либо встречал», — похвалила я его. «Я не представляю, как бы я отправилась в путешествие по Континенту Демонов без него. И он… замечательный парень. Всегда присматривает за мной, составляет мне компанию, когда я болею, и всё такое. Приятно, что он рядом», — сказала я, не стесняясь разглядывать его отточенное мастерство владения мечом. «О, правда? Похоже, ты действительно восхищаешься этим парнем», — усмехнулся Роксас. «И, судя по всему, он думает так же». «А… ты так думаешь?» Я оторвала взгляд от Ареса и посмотрела на Роксаса. «Ха-ха, ты не заметила? Этот парень не может и пятнадцати минут провести без того, чтобы не взглянуть на тебя. Каждый раз, когда ты произносишь заклинание, в его глазах появляется тот же восторженный блеск, как будто он впервые в жизни видит магию», — сказал Роксас, многозначительно глядя на меня. Может быть, он действительно имел в виду то, что сказал, когда говорил, что хочет расти вместе со мной… Не то чтобы я сомневалась в его словах, но услышать это от Роксаса было почти подтверждением. Что ж, если он восхищается мной, я не могу позволить ему догнать меня! «Хорошо», — улыбнулась я. «Я буду работать так же усердно, как и он, если он так думает». «Что ж, судя по тому, что я увидел в этом спарринге, ты определённо освоила несколько приёмов, которых я раньше не видел», — заметил Роксас, уперев руку в бедро. «Большинство из них я освоила во время спаррингов с Полом, но да, это правда. Хотя Арес слишком вспыльчив, чтобы я могла придумать хороший контрудар против него», — призналась я, слегка почесав затылок. Роксас усмехнулся. «Знаешь, ваши боевые стили действительно дополняют друг друга. Я уверен, что у вас всё получится, и он сделает то же самое». «Это интересный подход, мастер. Спасибо», — я посмотрела ему в глаза. Он кивнул мне и улыбнулся так, что это практически кричало: «Удачи!» — и направилась внутрь. Я вышла во двор и нашла скамейку, на которую присела, чтобы понаблюдать за поединком Ареса и Алека. Они сражались не на жизнь, а на смерть, и было видно, что Алек агрессивен и не позволяет Аресу взять инициативу на себя. На это всегда было приятно смотреть: как скрещиваются их мечи и как они двигаются. Даже в тускнеющем свете дня их мечи сверкали на фоне неба. Арес первым заметил меня и коротко кивнул, прежде чем вернуться к спаррингу. Однако Алек, что неудивительно, даже не взглянул в мою сторону, пока их спарринг не закончился: Арес лежал на земле, а Алек только начинал потеть. Похоже, кое-что никогда не меняется, да? Издав лишь слегка мелодраматичный стон, Арес поднялся с земли и отряхнулся. Вытерев лоб, он направился в мою сторону. «Эй, Люмина», — окликнул он меня, переводя дыхание. «Хочешь реванша?» — пошутил он, широко улыбаясь. Я покачала головой и улыбнулась в ответ. «Пока просто наблюдаю. Кроме того, за сегодня я уже вдоволь наволновалась». «Наволновалась?» Арес опешил. «Серьёзно?» Алек подошел и вытер лоб, на его лице читалась привычная уверенность. «Чем вы с Роксасом занимались?» Арес дёрнулся и прищурился. «Да, я бы тоже хотел это знать». Я почувствовала, как откуда-то исходит едва сдерживаемая жажда убийства, но отмахнулась от этого чувства и решила объясниться. Я мысленно посмеялась над тем, что, вероятно, неправильно поняла кого-то из-за того, как я это сформулировала. Я рассказала им обоим о наших экспериментах, не вдаваясь в технические подробности — Бог свидетель, я бы, наверное, отключилась, если бы стала это делать, — но в общих чертах описала всё. Арес фыркнул. «И чем это может быть интереснее того, что мы делаем?» Я ткнула его в нос и отмахнулась. «Дело не в этом», — рассмеялась я. «Две вещи могут быть интересными одновременно, понимаешь?» Арес скрестил руки на груди, но в его глазах мелькнул огонёк, который практически выдавал то, что он скрывал. «Конечно, если тебе это нравится». Алек похлопал его по плечу. «Не спеши с выводами, Арес. Разве сегодня ты не засыпал меня вопросами о магии проклятий, на которые я не смог ответить?» Арес оживился. «...Ах да, верно», — признал он. «Но всё же!» Чёрт. Этот парень точно не сдастся, да? Мы с Алеком обменялись удивлёнными взглядами, прежде чем я снова повернулась к Аресу. «Кстати, раз уж об этом зашла речь, может, вы двое сделаете перерыв, а мы сходим перекусим в столовой? Я тут практически умираю с голоду», — предложила я. Арес просиял. «Это я могу поддержать». Алек кивнул в знак согласия. «Хорошая еда — это здорово. Тогда пойдём». Хе-хе. Они больше похожи, чем я думала.

...

Пока мы шли в столовую, Арес держался на шаг позади, и его обычное энергичное щебетание было заметно тише. Я оглянулась и увидела нахмуренные брови и стиснутые челюсти. Его что-то беспокоит? Я решила пока не обращать на это внимания, надеясь, что хороший ужин поднимет ему настроение. Столовая была какой-то странной. Это было единственное место, где я до сих пор видела такой порядок. Вы делаете заказ на стойке регистрации, при этом от вас ожидают, что вы будете знать, чего хотите, без меню. Затем вас сажают в зоне ожидания на мягкие сиденья, а когда приносят еду, зовут вашу компанию. Тем не менее было приятно сидеть за столом, на котором стояла готовая еда, словно она ждала, когда вы её съедите. Хе-хе. «Ну как дела, Алек?» — спросила я. Я давно не разговаривала с Алеком по душам, так что хотела наверстать упущенное. В конце концов, я многим ему обязана. «Тебе нужно быть немного более конкретной, Люмина», — сказал Алек, почти соединив два указательных пальца, но не смыкая их. «Пф. Ну, ты же знаешь, что я за героя», — пояснила я. — «В последнее время у нас было много дел, и ты как будто был чем-то недоволен». «Благодаря этой вечеринке моё имя у всех на слуху. Я ещё не совсем герой, но, если мне удастся ещё несколько раз сразиться с существами S-ранга, такими как Фенрир, которого я убил на Континенте Демонов, это будет хорошим шагом вперёд», — сказал Алек, и в его голосе слышалось предвкушение. Это был хороший знак. В последнее время он не особо занимался этим, но, возможно, просто ждал, когда у него появится свободное время, чтобы осмотреться и найти возможность. Хотя я не была уверена, как именно он хотел добиться такого уровня известности. «Тебя не беспокоит, что ты привязан к имени «Одиссеи Короля-Дракона»?» — спросила я на всякий случай. «Ни капельки. Я ведь в долгу перед тобой за то, что ты вдохновила меня отправиться в это путешествие, помнишь?» — сказал Алек. «Боже, для Бога Севера ты слишком мягкосердечный, знаешь ли?» Я рассмеялась и сморщила нос. «Ну, вы ещё дети», — ответил он, защищаясь. «О? А сколько тебе сейчас?» — спросила я. Почему-то я никогда раньше не задавала этот вопрос; мне это никогда не казалось важным. Насколько я знала, бессмертные демоны не сильно меняются с возрастом из-за своего долголетия. Разница между бессмертным демоном, которому 600 лет, и тем, кому 1000 лет, почти незаметна. Однако от Алека всегда веяло ребячеством. Я бы сказала, что ему около 200. «Сто семьдесят семь лет». Что? «Серьезно?» — ответила я, широко раскрыв глаза. Я была не так уж далека от истины, знаешь ли?! Он весело улыбнулась и кивнула. «Я моложе, чем кажусь, и мне нравится этим гордиться». Моложе, чем кажешься? Ты выглядишь на тридцать! Я вздохнула. Разговор немного замедлился, когда я начала поглощать свою восхитительную еду. Я уже говорила об этом, но этот мир недостаточно развит, чтобы позволить себе экспериментировать с приправами и тому подобным. Честно говоря, это трагедия, бремя, о котором знаю только я. Но всё равно это съедобно, даже вкусно. Однако я заметила, что Арес почти не притрагивается к еде. Странно, ведь этому парню пришлось пережить кошмар, когда он целый месяц питался только рабской едой. Но он немного оживился и снова включился в разговор со своим обычным энтузиазмом. Однако я не могла отделаться от ощущения, что что-то не так. «Значит, ты нашла что-то интересное в магии проклятий, чего раньше не замечал?» — спросил Арес между укусами, и тон его был слишком непринуждённым. Я пожала плечами, откусывая кусок жёсткого мяса. «Кое-что есть, и этот Демонический глаз действительно помог нам визуализировать некоторые вещи и объяснить их Роксасу. В конце концов, именно он разобрался в большинстве нюансов». Улыбка Ареса не коснулась его глаз. «Роксас, да? Похоже, вы двое проводите много времени вместе». Я уловила странную нотку в его голосе, едва заметную, но всё же. «Я давно не видела этого парня, вот и всё». «Просто убедись, что Роксас не слишком увлекается своими исследованиями», — перебил его Алек. «Он слишком напоминает мне людей, с которыми я сотрудничал и которые вкладывали всю свою жизнь в работу, а в итоге получали обратный результат». Ладно, фу. Это страшно. На заметку: не дай Роксасу заумничать. «Поняла!» — уверенно сказала я.

...

Остаток ужина прошёл в обычном для нас троих подшучивании друг над другом, как в старые добрые времена. Чёрт, я и правда ностальгирую. Не прошло и месяца, ей-богу! Однако я не могла забыть, как Арес говорил ранее. Я не какой-то невнимательный главный герой из низкопробного сериала. Ладно, может, я и немного медлительная, но не невнимательная. Спусти мне это с рук. Эта мысль действительно беспокоила меня. Арес был чем-то недоволен из-за Роксаса, и я не хотела, чтобы это привело к напряжённости. Во-первых, потому что я не хочу, чтобы Арес расстроился, а во-вторых, любой конфликт между членами команды почти наверняка приведёт к плохим последствиям. Я имею в виду, только посмотрите, как распалась старая команда моего отца! Пол был слишком поглощён чувством «ответственного человека», чтобы понять, как уход Зенит и выход на пенсию повлияют на остальных членов команды. Поэтому это меня беспокоило. Поднимаясь по лестнице в свою комнату, я думала о том, что сказал мне Роксас. То, что Арес восхищается мной, вероятно, раздуло бы моё эго, если бы я не была осторожна. Но это привело меня в бешенство. Как он мог так заботиться обо мне? Не я делала для него всё возможное, и я не могла должным образом защитить его, потому что он и так был очень силён. В любом случае я была всего лишь ещё одним членом отряда. Кроме того… если бы он знал, кто я на самом деле, он бы ни за что не захотел снова со мной разговаривать. Но из-за этого мне было ещё тяжелее сидеть сложа руки и смотреть, как растёт это чувство к Аресу. Может быть… может быть, он видел в Роксасе соперника в борьбе за моё внимание? Как бы эгоистично это ни звучало, для него это было бы вполне в духе. Он всегда меня защищал, так что в его ревности нет ничего странного. Ох. Эта мысль заставила меня одновременно забеспокоиться о чувствах Ареса и странным образом почувствовать себя польщённой тем, что кто-то ревнует из-за меня. Я поймала себя на том, что сжимаю щёки, глядя в окно. Арес… Ладно, как бы мне это ни нравилось, эта идея – всего лишь предположение. Более вероятно, он просто не доверял ему, учитывая, что Роксас появился из ниоткуда. Я не могла быть настолько слеп, чтобы признать свою правоту. Мне нужно поговорить с ним об этом как можно скорее, пока не стало еще хуже. Пока я устраивалась в постели, мои мысли блуждали где-то далеко, и я думала только об одном рыжеволосом человеке.

…

Но, к счастью, в ту ночь мне приснился сон. Я очнулась в бесконечной пустоте, окутанной белым и серым туманом. Мне потребовалось всего несколько мгновений, чтобы даже в полусонном состоянии понять, где я нахожусь и что происходит. Я убрала с глаз отросшую челку этого тела и посмотрела на знакомую фигуру, с которой познакомилась всего около двух недель назад. «Привет!» О. Это ты. Серьёзно, всё действительно начинало казаться хорошим! Ты как ходячий и говорящий дурной знак. «Уф! Мое сердце! Ты меня обижаешь». Не мог бы ты быть немного потише? У меня к тебе несколько вопросов. «Как самонадеянно с твоей стороны полагать, что я вообще на них отвечу. Ты была довольно груба, ты же понимаешь». Что ж, каждый раз, когда ты решаешь прервать мой отдых, ты только и делаешь, что спрашиваешь, спрашиваешь, спрашиваешь. Почему бы мне хоть раз не спросить? «Хе-хе. Значит, ты готова пойти на компромисс, вот что ты хочешь сказать». …Как бы ты это ни называл. «Тогда давай, действуй. Главное, чтобы ты меня выслушала». Ладно. Что именно ты задумал? Нет, дело не в этом. Чего ты пытаешься добиться, помогая мне? Ты в одиночку привёл меня к моей семье и, как следствие, воссоединил меня с моим учителем. Ты ни за что не стал бы делать это просто так, чтобы развеять скуку. «Что ж… если бы мне пришлось отвечать, я бы сказал, что это потому, что у тебя есть потенциал». Что это значит? «Ты очень интересная, Люмина. Тебе одиннадцать лет, но ты уже создала магию, которая в будущем может соперничать даже с самой сильной магией в мире». Самой сильной, говоришь? «В этом мире не так много магии, способной обойти боевую ауру и парализовать тело человека». …Под боевой аурой ты подразумеваешь Токи, верно? Тем не менее, то, что я могу использовать немного странной магии, не означает, что я смогу победить сильнейшего. Не то чтобы я знал, кто сильнейший, но я остаюсь при своём мнении. Возможно. «О? В любом случае, это правда. Не думаю, что в мире есть развлечения получше для такого, как я. Даже богам бывает скучно». Всё ещё развлекаешься, да? Наверное, мне следовало этого ожидать. «Как скажешь, Люмина». Но… спасибо. Как бы мне ни было больно это признавать, ты мне помог. «О, правда? Мне приятно это слышать. В любом случае, ты сказал, что хочешь меня о чём-то спросить. Выслушай меня или что-то в этом роде. «Ах да. На этот раз всё не так масштабно, так что, надеюсь, это не повлечёт за собой серьёзных последствий». Ты хочешь сказать, что не знаешь? Ты не можешь видеть будущее? Я был в этом абсолютно уверен. Как ещё он мог направить меня на этот путь? И очевидно, что за этим стоит нечто большее. Может быть, он действительно был богом… нет, он? Ни за что. «Даже я иногда ошибаюсь в своих предсказаниях. Но от этого они становятся только забавнее». Хм. То есть ты хочешь сказать, что оставляешь мою судьбу на волю случая? Это вселяет в меня уверенность в том, что стоит тебя послушать. — проворчала я. «Да ладно тебе, ты же знаешь, что я не это имел в виду вот. Это просто незначительные детали». О? Какие именно? «Для начала, ты не спрашиваешь, где находится твоя любимая подруга детства. Я был уверен, что ты спросишь». Ах... Послушай, я... нет, мне не стоит оправдываться. Я упустила единственный шанс узнать, где она, и я даже не знаю, всё ли с ней в порядке. Я говорила себе, что всё в порядке, но... «Теперь это в прошлом». …Ты прав. Подобные сожаления только тянут меня вниз. Не могу поверить, что мне приходится снова и снова напоминать себе об одном и том же. Я здесь и сейчас, и это главное. «Ты оптимистка, не так ли?» Дайте мне насладиться этим чёртовым моментом. «Хорошо. Но у меня есть кое-какие неотложные дела, так что выслушай меня». …Конечно. Что на этот раз? «Ваша группа недавно разделилась в том лабиринте, не так ли?» Я была с Роксасом, но да. К чему ты клонишь? «Помнишь, я говорил, что у тебя есть потенциал? Я бы не хотел, чтобы всё это пошло прахом из-за того, что ты однажды заблудилась и погибла. Ты не согласна?» Думаю, любой нормальный человек согласится. Кроме того, я не знаю, что, чёрт возьми, я буду делать, если умру здесь и оставлю столько незавершённых дел. «Я как раз об этом и думал. Так что, может, было бы неплохо иметь что-то, что не даст нам застрять? Что-то вроде магического инструмента, например?» Ты странно выражаешься. Перестань ходить вокруг да около и скажи мне прямо, ладно? «С тобой неинтересно. Ну ладно. Возвращайся в магазин «Вещи и посохи». Попроси своего маленького друга об одолжении — компасе восстановления. Он указывает на того, кто последним направлял через него ману, так что ты можешь отдать его членам своей группы. Дальше — как хочешь». Хм. Ты был прав. Это довольно безобидно по сравнению с тем, о чём ты меня просил. Что будет дальше, господин Бог Людей? «Что ж, тогда, полагаю, я должен тебя поблагодарить! Обычно их не продают, но ваш друг, скорее всего, назначит вам цену, которую вы точно сможете заплатить. Так что удачи тебе!» Эй! Ты же не собираешься снова оставить меня в подвешенном состоянии, верно? Ой! Ой! Я чувствую себя заезженной пластинкой, понимаешь?? Пока я изливал своё разочарование, меня снова накрыла волна сонливости, к которой я уже привык. Я перестал сопротивляться, как только начал клониться вперёд, и моё сознание погасло, как пламя свечи на сквозняке.