Проницательная Преданность (Discerning Devotion)

— Ого, вода такая холодная, — запротестовал Адам, но продолжал широко улыбаться даже тогда, когда босиком шел дальше по медленному ручью. — Это напоминает мне о том, как я заходил в озеро в Миннесоте. — Действительно, — подтвердил Михаил, следуя за Адамом на мелководье глубиной по икры. Хотя Адам и подвернул концы своих серых спортивных штанов, чтобы те не промокли, Михаил не последовал его примеру. Архангел просто не позволял намокнуть своему ментальному образу — подобию Адама Миллигана. Как Михаил неоднократно говорил Адаму последние 16 десятилетий, быть мокрым было неэффективным и неприятным состоянием бытия. Поэтому Архангел не участвовал в намокании. Адам и Михаил проводили «каникулы» в Чистилище, пространстве воспоминаний Михаила, воссоздающем ландшафт настоящего Чистилища. После того, как душа Сэма Винчестера была забрана Смертью, Адам возжелал длительного отпуска от своих «день ото дня» повторяющихся дел. Отказ Смерти забрать его из Клетки в сочетании с осознанием того, что единокровные братья Адама, Дин и Сэм Винчестеры, были мертвы и не спасут его из Ада, почти сломали человека. Только благодаря чистой силе воли Адам вытащил себя из пропасти полного эмоционального срыва. (В возрасте 187 лет и 153 дней Адам был уже далеко за гранью средней продолжительности жизни человека. Из-за неправильно проведенного Михаилом Апокалипсиса, Адам жил в заключении внутри своего человеческого разума — изолированно от человечества и с Михаилом, выступающим в качестве единственного спутника Адама — с тех пор, как человеку было 19 лет и 129 дней. Теперь несправедливое наказание Адама будет продолжаться неоценимо долго, в ожидании, когда Бог спасет Михаила и Адама из Клетки — пугающее и подавляющее будущее для человека). Михаил был только рад побаловать Адама тем, что тот считал «сильно отложенным отпуском». В конце концов, Михаил поклялся защищать человека. Это включало защиту эмоционального благополучия и психического здоровья Адама. — О, эй, взгляни на этот крутой камень! — Адам направился вброд по руслу реки. Он кивнул в сторону гладкого красного камня, мерцающего в воде перед ним. — Да, я вижу. — Подтвердил Михаил, старательно вглядываясь в камень. Пространство воспоминаний о Чистилище состояло из лугов, ручьев и их русел, лесов, холмов, пещер и величественного водопада. За исключением нескольких избранных видов насекомых, бактерий и рыб, ландшафт Чистилища был лишен всех живых существ, оставляя только растения. Михаил собрал образ, составляющий пространство воспоминаний Чистилища, в момент его создания — после того, как Отец поручил Михаилу заключить Левиафанов в тюрьму, но до того, как Михаил отправился ловить этих мерзких существ. Вопреки назначению Чистилища на роль печального карантина от Владений Бога, оно само по себе было буколическим раем девственной пустыни. Это также был адаптивный ландшафт, созданный для удовлетворения климатических требований любого существа, находящегося на карантине внутри этого мира. В случае с Адамом Чистилище снабжало человека атмосферой, пригодной для дыхания, и терпимым температурным диапазоном — хотя Адам и считал температуру «прохладной, граничащей с холодом». Когда человек в сопровождении Михаила бегал трусцой по лесным тропинкам или исследовал русла рек, он одевался в одежду для бега, подходящую для холодной погоды: леггинсы для бега, беговая футболка с длинными рукавами, черная шапка-бини и высокие носки с белыми теннисными кроссовками. Кроме того, он предоставлял Михаилу аналогичную сборку одежды. (Наблюдая за Адамом, Михаил узнал, что люди имеют «определенную одежду, которую они [носят] для определенных особых целей», а также, что «спортивная одежда [предназначена] для бега». Одежда для бега «намного более комфортная для случаев, [когда] человек бегает». Самолично оценив повышенный комфорт во время их первой совместной экскурсии в пространство воспоминаний Чистилища, Михаил с готовностью позволил Адаму облачать себя в комплект одежды для бега во время последующих экскурсий в Чистилище). В этот день Михаилу был предоставлен комплект одежды, включающий в себя черную футболку для бега с длинными рукавами, пару черных леггинсов для бега, черную шапку, пару белых носков и пару белых теннисных кроссовок. Предметы одежды для бега были не так знакомы, как стандартный набор одежды Михаила (черная футболка, синяя рубашка на пуговицах, зеленая куртка, синие джинсы и белые носки с коричневыми походными ботинками), однако Архангел все больше привыкал к ощущениям взаимодействия одежды для бега с кожей его ментального образа. Адам закатал рукава своей фиолетовой беговой футболки с длинными рукавами до локтей, прежде чем наклониться и вытащить красный камень из русла реки. Выловив из воды, человек поднял его вверх, чтобы рассмотреть под полуденным солнечным светом. — Хммм, — размышлял Адам, критически глядя на камень, — он выглядит не так круто, как я думал. Михаил вопросительно наклонил голову. — Под водой он казался более ярким, — ответил Адам на невысказанный вопрос Архангела. — Но вне воды этот камень на самом деле довольно тусклый. Думаю, тот ярко-красный, который я нашел три дня назад, был лучше. — Да. — Михаил согласился. — Ну, ладно. Я продолжу искать. — Пожав плечами, лучший друг Михаила бесцеремонно швырнул тускло-красный камень обратно в русло ручья. Камень с тихим всплеском ушел в глубину. Лучший друг Михаила. Быть лучшими друзьями с Адамом Миллиганом было настолько же приятно, насколько и казалось незаслуженным. Дружба была человеческим понятием, сопровождающим Свободу Воли. Именно людям — которых Отец повелел ангелам любить превыше всего остального творения — Бог даровал право выбора. Ангелы, напротив, не могли выбирать. Ангелов Отец благословил Целью, и Цель каждого ангела управляла процессом принятия его решений. Все решения Михаила должны соответствовать данной ему Архангельской Цели как Защитника Владений Отца, и, поскольку Михаил не имел Свободы Воли, Архангел никогда не мог выбрать дружбу. Однако 110 лет и 155 дней назад Адам — демонстрируя его Свободу Воли — назвал Михаила своим лучшим другом. Поэтому теперь Михаил им и был. Поддерживать лучшую дружбу с Адамом было потрясающе, и ему это нравилось. Очень. Адам был добрым, умным, благородным, храбрым и ненасытно любопытным. Получив почетный статус лучшего друга Адама Миллигана, Михаил исполнял эту роль с величайшей тщательностью и усердием. Чтобы обеспечить Адаму счастье и увлеченность, как и подобает лучшему другу, Аспекты разума Михаила ежедневно развлекали человека. Аспект, поддерживающий эйдетическую ангельскую память Архангела, или ЭАМ – как назвал это Адам, поддерживал человеческое общение, а также снабжал человека книгами и другими печатными материалами, чтобы человек мог их читать, изучать и наслаждаться. Аспект разума Михаила, посвященный тактическому планированию, бросал вызов Адаму в Пятикарточном Покере и шахматных матчах. Аспект разума, посвященный лидерству и динамике масс, вовлекал человека в актуальные дискуссии, а также следил за его эмоциональным здоровьем. Наконец, Аспект разума Михаила, посвященный разведке и рекогносцировке, обеспечивал Адаму физическую защиту. Этот Аспект никогда не входил в разделяемое с Адамом пространство воспоминаний; никогда прежде Аспект напрямую не взаимодействовал с ним. Вместо этого Аспект, посвященный разведке и рекогносцировке, оставался внимательным к происходящему внутри Клетки, наблюдая за Люцифером, чтобы защититься от нападения на тело Адама, сосуд Михаила. — О, здесь куча ярко-желтых камней. Лучшему другу Михаила нравилось находить «эстетически приятные» объекты во время исследования Чистилища. В детстве Адам собирал коллекцию драгоценных камней, это было «хобби», к которому человек теперь вернулся, отдыхая в новом пространстве воспоминаний. Только самые «интересные» из эстетически приятных объектов будут переправлены в «домик для отдыха» Адама, деревенскую деревянную хижину, которую Михаил воспроизвел в пространстве воспоминаний Чистилища по просьбе человека. Когда они не исследовали ландшафт Чистилища, они проводили время в домике для отдыха. Там была небольшая общая гостиная, спальня и душевая для Адама, кабинет для Михаила и зона отдыха на открытом воздухе. Адам схватился за закатанные серые спортивные штаны, подтянув их повыше, пока вглядывался в ручей. Медленно текущая вода была довольно прозрачной, демонстрируя в четком рельефе дно русла и желтые камни, которые привлекли внимание Адама. — Я даже не знаю, что это за минералы — эти желтые камни, — задумчиво заметил Адам. Его голубые глаза сверкали из под края черной шапки, которая плотно сидела на его голове, скрывая светлые волосы. — Они похожи на цитрин, но на них темно-зеленые точки? Но я имею в виду, что Чистилище даже технически не находится на Земле, верно? Так что это может быть драгоценный камень, которого на Земле не существует. — Заинтригованный своим открытием, Адам наклонился вперед, чтобы внимательно рассмотреть желтые камни с зелеными пятнами, погруженные в русло реки. А потом нахмурился. — Ох, это всего лишь игра света. На них нет темно-зеленых пятен. На самом деле, я думаю, это просто кварц, ну, я имею в виду цитрин. — Он еще больше наклонился вперед. — Но это по-прежнему красивый желтый кварц, — рассеянно заключил он. Пока Адам продолжал изучать желтый кварц, Аспект разума Михаила, посвященный тактическому планированию, заметил, что сейчас идеальное время, чтобы вступить в бой с брызгами. В конце концов, Адам совершенно не ожидал такой внезапной атаки, добросовестно заметил Аспект. Да, он не ожидал. Аспект разума Михаила, поддерживающий ЭАМ Архангела, согласился. С момента входа в пространство воспоминаний Чистилища Михаил и Адам проводили массовые бои с частотой в каждые 3,14 ± 2,98 дня. На данный момент Михаил и Адам не вели боев с брызгами в течение 3,61 дня. Поэтому атака была запоздалой, послушно отчитался Аспект. Да, она была запоздалой. Адам продолжал наклоняться вперед, полностью поглощенный желтыми кварцевыми камнями, сверкающими на дне русла реки. Он невнимательно говорил с Михаилом через плечо: — Когда я был ребенком, мне очень нравились агаты. Я находил их в реке Де-Мойн в Уиндоме. Они просто были в воде… Также Адам всегда любил быть мокрым, — задумчиво напомнил Аспект разума Михаила, посвященный лидерству и динамике масс. Да, любил. — ...а озеро Верхнее, которое часть северо-восточной границы Миннесоты, должно было быть полно красновато-оранжевых агатов. Я всегда хотел найти агат там, но… Действительно, это был весьма подходящий момент. Тайком Михаил направился к более глубокой части воды. Когда он погрузился в реку чуть ниже линии бедра (но все еще не намочившись), Михаил остановился. Адам не обращал на Архангела никакого внимания. — …видел один раз в магазине драгоценных камней в Торговом Центре Америки. Это был огромный агат из озера Верхнее, с… Беззвучно Михаил опустил руки в медленно движущийся поток. Его цель была на расстоянии 10,83 фута (3,30 м). Затем, с невероятной осторожностью, Михаил отвел левую руку назад, повернув ладонь под углом 23,51°. Продвигая левую руку со скоростью 5,21 фута/с (1,59 м/с) по поверхности воды, Михаил провел по эллиптической орбите под углом 39,72° с эксцентриситетом 0,64. (Он установил, что левое плечо является началом конического сечения, а левая рука — длиной большой полуоси). — …агат достаточно большой, чтобы из него можно было сделать стол… Еще нет. Еще нет. Сейчас. Он взмахнул. — …действительно кру… Какого черта!?! — внезапно долговязая фигура Адама выпрямилась. Темные мокрые пятна окрасили часть его фиолетовой беговой футболки с длинными рукавами и затемнили серые спортивные штаны. Вода даже забрызгала лицо Адама и его черную шапку. Лицезреть свидетельства внезапной атаки Михаила было приятно. — Ты только что обрызгал меня! — недоверчиво обвинил Адам. Стоя на мелководье, человек повернулся к Архангелу с яркой, восторженной улыбкой. И было приятно видеть улыбающегося Адама. После жатвы Сэма Винчестера Михаил поставил перед собой задачу заставлять Адама улыбаться. (Это была одна из многих вещей, для которых нужны лучшие друзья). Бесстрастно встретив решительный взгляд Адама, Михаил кивнул. Он наклонил голову вниз, вверх и вниз еще раз, прежде чем принять прежнее положение. — Да, обрызгал. — Архангел бесстрастно подтвердил. Улыбка Адама стремительно расширилась. — О, черт возьми, ты пожалеешь! — заверил Адам. Его голубые глаза озорно блестели, а руки, все еще сжимавшие сложенные штанины его теперь влажных серых спортивных штанов, дрожали в ликующем предвкушении. В ответ Михаил только холодно наклонил голову. — Адам, мне не жаль, — сообщил Архангел. — Тебе не жаль? — повторил лучший друг Михаила с наигранной оскорбленостью. Брови Адама комично поднялись на лбу, и он одарил Архангела расчетливой ухмылкой, которая была одновременно коварной и бесхитростной. — Нет. — Михаил спокойно подтвердил. — Не жаль. Когда Архангел участвовал в развлекательных мероприятиях с Адамом, он всегда следовал Неформальным Правилам Взаимодействия. По примеру самого Адама, Михаил должен был болтать и дразнить человека. — Ну что ж, я заставлю тебя пожалеть! — самоуверенно возразил Адам. Михаил рассматривал своего лучшего друга, стоящего в русле ручья. — Адам, я не понимаю, почему я должен пожалеть, — поддразнил Архангел, его лицо все так же ничего не выражало. Адам фыркнул. Голубые глаза понимающе сверкнули. Коварно. — Тогда, полагаю, мне придется показать тебе, почему, — предложил он с бойкой беспечностью. — Правда? — Да, правда. Опустив подвернутые штанины своих серых спортивных штанов на мелководье глубиной по икры в знак осознания надвигающейся борьбы с брызгами, Адам направился к более глубокой части воды. Серые спортивные штаны вскоре промокли, когда он пробрался дальше в русло ручья. Когда глубина достигла уровня середины бедра, Адам остановился и опустил руки в воду. Сразу же в воздух брызнула вода, окропив Архангела. Михаил немедленно ответил на мокрую атаку. Адам плеснул в отместку. Михаил сделал то же самое. Архангел держал наступление. Как Защитник Владений Бога и Наместник Небес, Михаил превосходил любого в боевых приемах, тактических маневрах и стратегии боя. (Хотя Адам был достаточно умен, и представлял собой грозного соперника во время боя с брызгами). Кроме того, во время данного сражения ментальный образ Михаила оставался сухим: беговая одежда Архангела и белые теннисные кроссовки не пропитывались жидкостью; под черной шапочкой его волосы не собирали капли воды. Пока Адам пытался сдержать наступление Михаила, тот продвигался вперед, обрушивая на Адама последовательную волну сокрушительной контратаки. Всплеск! Вода стекала по лицу человека, по его фиолетовой беговой футболке с длинными рукавами и серым спортивным штанам. Всплеск! — Адам, мне все еще не жаль, — Михаил реализовал еще один пример поддразнивания. Всплеск! — Ну, подожди! — раздался смех в ответ. — О, черт возьми, она холодная! Всплеск! — Адам, я ждал три минуты двадцать семь целых шестьдесят четыре сотых секунды, — Михаил любезно озвучил время, прошедшее с момента начала их поединка. — О, неужели? — крикнул Адам. Голубые глаза сверкали игривым рвением. Всплеск! Вода стекала по черной беговой футболке с длинными рукавами и черным беговым трико Михаила, но не пропитывала ткань. Он пробирался по воде, доходящей до бедер, медленно сокращая расстояние до человека. — Нет. Теперь я ждал три минуты тридцать шесть целых четыре десятых секунды. Всплеск! — Пффф! Эй, я жду, чтобы сделать свой ход! — Адам запротестовал. Даже когда Адам утверждал, что он вот-вот сделает ход, человек делал шаг назад и в сторону от неуклонно приближающегося Архангела. Всплеск! — Помимо этого, я жду, пока ты ждешь, чтобы сделать свой ход, — услужливо заметил Михаил. Всплеск! Человек был основательно облит последней водяной атакой Архангела. Всплеск! — Не смей издеваться надо мной! — Адам пробормотал. Его руки взметнулись, образуя слабое контрнаступление. Всплеск! — Хорошо. Адам, я больше не жду, пока ты сделаешь свой ход, — заботливо поправил Михаил. Всплеск! — Черт побери, тут ты прав! Всплеск! Всплеск! Всплеск! Вся одежда Адама теперь промокла, а его фиолетовая беговая футболка с длинными рукавами прилипла к жилистому телу. Выбившиеся пряди светлых волос выглядывали из-под плотно прилегающей черной шапочки, пока с них капало. Лицо Адама покраснело от более прохладной температуры, однако его голубые глаза блестели, подчеркивая яркую, дерзкую ухмылку. Он стоял по бедра в ручье — серые спортивные штаны тоже полностью промокли — и беспорядочно плескался. Адам проигрывал бой с брызгами. — Я не проиграю! — Адам настаивал, беспомощно смеясь. Продолжая свое неумолимое водное наступление, Михаил с сомнением склонил голову. Всплеск! — Не смотри на меня так! — жилистые плечи Адама дрожали от безудержного и взрывного смеха. Всплеск! И наконец, успехи Михаила сократили расстояние до человека. Победа была обеспечена! Но затем, внезапным и отчаянным маневром, Адам рванулся вперед, словно пытаясь схватить Михаила за плечо. Архангел рефлекторно увернулся. — Хорошо, планы меняются, — авторитетно заявил Адам. — Я вожу! Всплеск! — Я вожу! Я вожу! — Адам вскрикнул, поднимая свои (мокрые) руки с длинными пальцами в умиротворяющем жесте. Заметив замешательство Архангела, Адам немедленно дал ему указания. — Я вожу значит, что я преследую тебя, — объяснил лучший друг Михаила. — Ты должен бежать, чтобы я не смог тебя осалить! Михаил прекратил плескаться, чтобы обдумать объяснение Адама. 166 лет и 55 дней назад Адам пообещал быть гидом Михаила по современным людям, и хотя Михаил обращался к своему наставнику все реже, время от времени Архангел сталкивался с незнакомым термином или понятием. — Адам, что значит осалить меня? — задал уточняющий вопрос Михаил. Он вопросительно наклонил голову, глядя на своего лучшего друга, гида — и, к тому же, проигравшую сторону только что завершившегося боя брызгами. (Хорошо, что Адаму всегда нравилось быть мокрым, рассудительно размышляли Аспекты разума Михаила. Адам был довольно основательно намочен работой Архангела). Стоя по пояс в воде рядом с Михаилом, Адам быстро ответил на его уточняющий вопрос. — Я пытаюсь коснуться тебя рукой, а ты пытаешься избежать этого! — объяснил Адам. — Это называется салки, салки — это игра. Ты бежишь, а я бегу за тобой. — Адам махнул жилистой (капающей) рукой, указывая на медленно текущий ручей, окруженный грязной насыпью. Ручей и его набережная находились на травянистой лесной поляне, переходящей в старовозрастный лес. — Ты можешь бежать куда угодно, не обязательно держаться в воде. — Понятно. — Заключил Архангел. — Хорошо. — Адам решительно кивнул, заставив упавшие с его головы капли воды вызвать рябь в ручье. — Так что беги! Архангел побежал. Михаил быстро пересек русло ручья, оставив позади более глубокую воду и устремившись к отмели. Адам поспешил за ним, но Архангел устремился вперед, легко уклоняясь от (насквозь промокшего) человека. А затем Михаил вышел из ручья и побежал по грязной насыпи, которая шла параллельно воде. Его немокрые белые теннисные кроссовки хлюпали по размягченному дерну. Адам бежал следом, вылезая из воды и босиком ступая по илистому берегу. — Абракадабра! — закричал человек. Даже когда промокшие насквозь предметы одежды Адама стали сухими, а на его ногах появились белые теннисные кроссовки с носками, лучший друг Михаила не замедлил шага. Вместо этого Адам увеличил скорость. Тело Адама (и, соответственно, ментальный образ Михаила) хорошо подходило для бега. До смерти человека и последующего воскрешения Адам провел много лет, оттачивая свое мастерство бега по пересеченной местности. Ему даже была присуждена частичная стипендия в Университете Висконсина за его способности. За годы их лучшей дружбы Адам бросал вызов Михаилу в гонках и, совсем недавно, уговорил Михаила сопровождать его в забегах на длинные дистанции. Однако человек никогда раньше не просил об игре в салки. — Я у тебя на хвосте! — Адам гоготал позади Михаила. Звук теннисных кроссовок Адама, стучащих по грязной местности, резко контрастировал с мягким журчанием близлежащего ручья. — И прежде чем ты меня поправишь, я знаю, что у этого тела нет хвоста. Это значит, что я близок к тому, чтобы осалить тебя! [Адам] у тебя на хвосте: Адам близок к тому, чтобы осалить тебя. Аспекты разума Михаила сохранили эту идиому для последующего использования. Но Адам не был близок к тому, чтобы осалить Михаила, возразил Аспект разума, посвященный тактическому планированию. Аспект разума, поддерживающий ЭАМ Архангела, согласился. В настоящее время Адам отстает от него на расстояние 17,92 фута (5,46 м). — Адам, ты не близко, — бесстрастно оспорил Михаил через плечо. — В настоящее время ты отстаешь на 17,92 фута (5,46 м). — Не надолго! Михаил свернул с грязной насыпи, оставив береговую линию и направившись к более сухой местности лесной поляны. Та была засеяна короткими, выносливыми травами и небольшим древесным напочвенным покровом. Архангел мчался через грубую зелень. Звук позади предупредил Михаила, что Адам тоже изменил курс. Михаил прибавил скорость. Судя по затрудненному, но смеющемуся дыханию Адама, человек также увеличил свою скорость. — Я поймаю тебя! — насмешливо звал Адам. Аспекты взволнованно вспыхнули на переднем плане разума Архангела. Никогда Адаму не поймать Михаила! Линия деревьев, отмечающая край лесной поляны и вход в лес, быстро приближалась. При своей текущей скорости Михаил войдет в старый лес за сорок две целых семьдесят четыре сотых секунды. Через тридцать семь и двадцать три сотых секунды. Через двадцать три и двадцать три сотых секунды. — Я поймаю тебя! — Нет. Через пятнадцать целых и восемнадцать сотых секунды. Через восемь целых и пять сотых секунды. Вход в лес маячил прямо впереди. — Я… Михаил достиг границы леса и немедленно выполнил точную последовательность движений. Поставив правую ногу, а затем повернувшись на ней, Михаил использовал инерцию, чтобы развернуться на 180,00°. Теперь, столкнувшись с Адамом, Михаил помчался вперед, отметив свою траекторию, чтобы сместить траекторию человека на расстояние 4,78 фута (1,46 м). Михаил обогнал ошеломленного человека, в то время как инерция Адама унесла того вперед в лес и прочь от Михаила. — Черт возьми! Как ты… Наместник Небес был превосходен в тактических маневрах. — Адам, ты меня не поймал, — миролюбиво крикнул Михаил человеку, который теперь был далеко позади. Адам радостно рассмеялся в ответ. Игра в салки продолжалась сорок семь минут и шестнадцать целых семьдесят девять сотых секунды, прежде чем Михаил решил закончить игру. (Как Наместник Небес, Михаил мог ускользать от Адама на протяжении всего отпуска в Чистилище. Однако целью вовлечения Адама в развлекательные мероприятия было достижение счастья и увлеченности, а не разочарования человека). В настоящее время Михаил бежал в пределах прямой видимости Адама от русла ручья. Заметив небольшое скопление скалистых валунов выше по течению, Михаил намеренно направился к темным желтым скалам. Грубый звук шагов позади него указывал на то, что Адам продолжал попытки догнать его. Валуны образовали барьер. Идеально. И вот Архангел достиг ограждения. Внезапно Михаил остановился перед каменным барьером. Он резко повернулся лицом к Адаму. — Вот, я тебя поймал! — торжествующе крикнул Адам. Он вытянул вперед правую руку. Заинтригованный, Михаил ждал. Не было ясно, что должно было произойти после того, как Адам осалил Михаила. Архангел остался неподвижным, когда правая рука Адама коснулась левого плеча Михаила. — Осалил! И игра окончена! — победно объявил Адам. — Действительно. Задыхаясь, Адам остановился на одном из невысоких валунов, образувших край скалистого ограждения. Его грудь тяжело вздымалась, когда он прислонился к камню. Михаил стоял рядом, не затронутый таким же напряжением. Архангел не пытался восстановить дыхание, потому что Архангел не дышал. — Фух! Это бы-было весело. Спасибо, что раз-развлек, — сказал Адам между глубокими вдохами. Он яростно улыбался, и его голубые глаза блестели пьянящим удовлетворением. Михаил добро склонил голову. — Всегда пожалуйста, Адам, — с готовностью ответил он. — Для чего нужны лучшие друзья? — Архангел задал риторический вопрос. Лучшие друзья нужны для того, чтобы дарить друг другу счастье и увлеченность. Улыбка Адама стала еще шире. Три минуты и четырнадцать целых четыре сотых секунды прошли в приятной тишине, пока дыхание Адама постепенно не успокоилось. Хотя Адам существовал только как проекция его сознания в пространстве воспоминаний Чистилища — то есть как проекция сознания Адама, взаимодействующего внутри воспоминания, хранящегося в эйдетической ангельской памяти Михаила — тем не менее, мозг Адама имитировал ряд биологических процессов и реакций. Адам дышал. Он реагировал на температуру и климатические условия. Он спал и дремал, хотя его тело не требовало сна. Он чувствовал физическую боль, хотя она была мимолетной, потому что Адам не мог быть непоправимо ранен в пространстве воспоминаний. Однако он никогда не испытывал жажды, голода и не производил биологические отходы. Никогда не старела и проекция его сознания. Было довольно любопытно, как человеческий разум Адама реагировал и не реагировал на стимулы, которые он получал в пространстве воспоминаний. Адам переместил свой вес так, чтобы больше не опираться на валун на краю скалистого ограждения. Вместо этого он реализовал сидячую позу на более коротком камне. Закончив, Адам балансировал на темно-желтом валуне, свесив перед собой длинные ноги, а над землей висели белые теннисные кроссовки. Свои жилистые руки он раскинул на камне по обе стороны сутулого туловища. Михаил остался стоять. Лучший друг Михаила посмотрел на стоявшего перед ним Архангела. — Это был первый раз, когда ты играл с кем-то в салки? — спросил Адам. Его голова склонилась от праздного любопытства. — Нет. — Михаил опроверг. Он поправил: — Это мой первый опыт «игры в салки» во время бега. — Когда Адам смущенно нахмурился, Михаил тут же прояснил. — В своей Истинной Форме я не могу бегать. Вместо этого я «играл в салки» во время полета. — Ох, ладно. Я понял. Догонялки во время полета в Истинной Форме. Это довольно круто. — Да. Разговор утих. Однако тишина не вернула прежнюю легкость. Адам смотрел на Михаила почти нерешительно. Михаил вопросительно посмотрел в ответ. Голубые глаза противоречиво сверкнули. Михаил продолжал смотреть в ответ. Затем Адам сделал успокаивающий вдох. Глубокий вдох. Резкий выдох. — Как... Как ты выглядишь? — внезапно спросил Адам. Его вопрос был задан с великой осторожностью, а сам человек подался вперед. Плечи сгорбились нехарактерно робко. — В твоей Истинной Форме, я имею в виду. Архангел замер. Никогда еще Адам не просил описать Истинную Форму Михаила. Почему Адам попросил об этом? засомневался Аспект разума Михаила, посвященный тактическому планированию. Человек знал, что никогда не станет свидетелем ангельской Истинной формы Михаила — глаза Адама будут уничтожены раньше, чем тот осознает увиденное Возможно, Адам запросил описание Истинной Формы Михаила, потому что он просто желал получить эту информацию, предположил Аспект разума Михаила, посвященный лидерству и динамике масс. Возможно, ему было любопытно. Лучшему другу Михаила всегда было любопытно. Никогда прежде человеку не предоставлялось описания ангельской Истинной Формы, отметил Аспект разума Михаила, поддерживающий ЭАМ Архангела. Даже пророкам не давалось такое знание. Голубые глаза выдерживали нечитаемый взгляд Архангела. Не требовательно, но с хрупкой надеждой. Тем не менее, Адаму можно доверить это описание, заверил Аспект, посвященный тактическому планированию. Адам никогда не воспользуется этой информацией, чтобы причинить вред. Два других Аспекта с готовностью согласились с этой оценкой. Адам был весьма благородным человеком. Но затем Аспект разума Михаила, посвященный лидерству и динамике масс, распознал поразительную вероятность. Человеку, возможно, ангельская Истинная Форма покажется непостижимой и неестественной — сбивающее с толку жуткое творение. Возможно, это его даже напугает. Внезапно пейзаж померк. Адам не стал бы использовать знание об Истинной Форме, чтобы причинить вред, но не нанесет ли вред Адаму знание об Истинной Форме Михаила? подверг сомнению Аспект разума Михаила, посвященный тактическому планированию. Это было неизвестно. «Не бойся» — это было стандартное приветствие, произносимое ангелом, когда тот впервые предоставлял одержимому человеку Ангельскую Форму, заметил Аспект, поддерживающий ЭАМ Михаила. Но люди все равно боялись, хотя Ангельская Форма и напоминала человека. Истинная же Форма Михаила не имела ничего общего с физиологией человека. Чистилище затихло, странно раздробленное растущим опасением. Только размеренный ритм дыхания Адама прерывал мягкое бурление близлежащего ручья. Гладкая серебристая рыба безмолвно лениво плескалась на дне русла, скрытая под россыпью камней. Там солнце светило неровно, мерцая водянистыми тенями по одиноким глубинам. Голубые глаза потускнели. — Извини, тебе не обязательно говорить. Мне просто было любопытно, Михаил, — поспешно сказал Адам. Извиняющимся тоном. Он больше не смотрел на Архангела. Вместо этого человек сосредоточил свой взгляд на земле, и его лицо вытянулось. Руки Адама с длинными пальцами переместились со своего места на вершине валуна и схватили края длинных рукавов его фиолетовой беговой футболки. — Пожалуйста, просто… просто забудь, что я что-то сказал. Забудь, что я сказал — это было выражение, которое указывало на то, что обе стороны разговора должны были не обращать внимания на предыдущее замечание. Однако поведение Адама противоречило этой директиве. Человек не делал вид, что не обращал внимание. Вместо этого опущенные вниз голубые глаза светились плохо скрываемой тоской и разочарованием. А также, было ли это болью? Был ли Адам обижен неотзывчивостью Михаила? Не бойся. Михаил неуверенно склонил голову. — Адам, я сильно отличаюсь от тебя, — предупредил Архангел. Его лицо и голос были бесстрастными. Человек поднял взгляд. — И ты также мой лучший друг, — вмешался Адам с мгновенным теплым заверением. А также тревожным. Михаил был лучшим другом Адама по причине его Свободной Воли. Архангел дорожил своим почетным статусом и лелеял его как дар. Однако, если бы Адам больше не считал Михаила своим лучшим другом, то Архангел безвозвратно лишился бы этого статуса. Это был результат, о котором Архангел никогда раньше не задумывался. Голубые глаза сузились. — Знаешь, то, что ты мой лучший друг, не изменится только потому, что ты отличаешься от меня, — многозначительно заявил Адам. Сидя на валуне, он устремил на Михаила пронзительный, неумолимый взгляд и гордо поднял подбородок. Облака отбрасывали тени, которые рябили по ландшафту. Чистилище было отлито в непредсказуемости света и тьмы. Тем не менее, освещенных солнцем участков было значительно больше, чем затененных. — Я серьезно. — Голос Адама был бескомпромиссным. Непреклонным и однозначным. — Не изменится, — пообещал он. Не бойся. — Действительно. — Подтвердил Михаил. Поразительно, но это подтверждение было обращено не только к Адаму, но и к самому Михаилу. Потому что Адам всегда держал свое слово. Адам и Михаил продолжат быть лучшими друзьями даже после того, как Михаил раскроет описание своей Истинной Формы. Потому что Адам всегда держал свое слово. Лучший друг Михаила был благородным человеком. Кроме того, он был довольно храбрым. Адам передвинулся по валуну. Он выпустил из рук свою фиолетовую беговую футболку с длинными рукавами и положил их себе на колени. Его длинные ноги висели в воздухе, серый цвет спортивных штанов резко контрастировал с фоном темно-желтого камня. Лицо его было твердым, убежденным — решительным. Пряди светлых волос выбивались из-под черной шапки. Голубые глаза по-прежнему были прикованы к Архангелу. Он ждал. Михаил встретился взглядом с Адамом. Человек мягко и ободряюще улыбнулся в ответ. Он даже сделал свой привычный жест рукой, прося пояснения. — У меня четыре ноги, — сообщил Архангел. Его поза была неподвижной и напряженной. — Они заканчиваются когтями. Когти не предназначены для бега. Адам задумчиво закусил губу. — Итак, ты уже упоминал крылья и нимб в своей ангельской форме. А в твоей Истинной Форме они тоже есть? — Да. — И еще когти, — подытожил Адам. Сидя на валуне, он задумчиво рассматривал стоящего перед ним Архангела. — То есть твоя Истинная Форма больше похожа на птицу? — подтвердил Адам. — Нет. — Михаил опроверг. — Я предшествовал созданию птиц. — Да, я помню, тебе как минимум 13 миллиардов лет. — Адам легко кивнул. — Да. — Михаил согласился и решил продолжить: — Кроме того, я имею множество лиц и множество рук. — Хм. Ладно, ладно. Но затем внезапно лучший друг Михаила нахмурился, а голубые глаза Адама потемнели от пристального взгляда. Третичные крылья Михаила инстинктивно сжались у линии плеч его сосуда, словно готовясь к удару. Хотя действия крыльев Михаила происходили внутри Клетки и, следовательно, не были видны Адаму, взгляд голубых глаз Адама немедленно смягчился. Вместе с тем его брови тревожно поднялись. — О, черт! Прости, прости! — Адам поспешил извиниться. Он быстро поднял руки, вытянув ладони в примирительном жесте. — Это я не корчу странную рожу тебе, Михаил. Клянусь. Это я корчу странную рожу себе, — заверил человек. Его лицо растянулось в искренней мольбе. Михаил уставился. — У меня было такое лицо, потому что я пытался представить, что бы я делал, будь у меня больше двух рук, — объяснил Адам, решительно наклонившись вперед. Затем он сделал паузу и весело фыркнул. — Но я ничего не смог придумать? — он признался. Адам пожал плечами, небрежно опустив плечи. Уголки его глаз сморщились, когда он подарил Михаилу добродушную улыбку. — Так что, я спрошу тебя. Михаил, что ты делаешь, если у тебя больше двух рук? Поведение Адама вызывало теплоту, и при этом он источал непринужденную восприимчивость. Даже его улыбка источала дружескую привязанность. Медленно, облачный покров дрейфовал, обнажая землю внизу дополнительным пятнам сияния. Чистилище прояснилось под постоянным солнечным светом. Третичные крылья взъерошились, прежде чем осторожно выйти из своего сложенного положения. Сидя на темно-желтом валуне, человек терпеливо поддерживал зрительный контакт с Архангелом. Адам все еще ждал ответа на свой вопрос. «Что [Михаил] делал, имея больше двух рук?» Архангел осторожно склонил голову. — Много задач, — сказал он. Когда лучший друг Михаила кивнул, широко и завороженно раскрыв голубые глаза, Архангел пояснил. — До того, как я завладел тобой и составил тебе компанию в этом пространстве воспоминаний, я никогда не мог себе представить выполнение любой задачи только двумя руками. — Ладно, справедливо! — Адам усмехнулся. — Гораздо предпочтительнее выполнять некоторые задачи с помощью дополнительных конечностей, — рассказал Михаил. Рот Адама растянулся в кривой улыбке. — Поскольку ты здесь единственный, у кого есть хоть какое-то мнение, я поверю тебе на слово. — Действительно. — Михаил согласился, довольный. — Хотя, просто чтобы прояснить. Победа в брызганьях, потому что ты используешь дополнительные руки, — это читерство. Михаил возмущенно склонил голову набок. — Это так, — настаивал Адам. — Не смотри на меня так! Михаил почувствовал, что вынужден вежливо возразить: — Адам, в официальных Правилах Взаимодействия не указано, что существо должно вести бой в воде, используя только две руки. Адам фыркнул. Он выразительно наклонился вперед. — Какой читер! Ты и твои Правила Взаимодействия, — усмехнулся он. — Адам, строгое соблюдение согласованного кодекса поведения является неотъемлемой частью обеспечения честной конкуренции, — защищался Архангел. Он сравнял человека с землей суровым и неоспоримым взглядом. В ответ Адам смущенно покачал головой. Он широко ухмылялся. — Ладно. Если я когда-нибудь увижу твою Истинную Форму, и она каким-то образом не выжжет мне глаза, и мы устроим бой брызгами, то ты можешь использовать все свои руки. — Да. — Хорошо. — Действительно. — Отлично. — Очень хорошо. — Тогда ладно. Внезапно странное, переменчивое напряжение, которое периодически терзало Чистилище в тот день, казалось, испарилось. Солнце ослепительно сияло. Пространство воспоминаний снова представляло собой нетронутую дикую природу, идеальное убежище для двух существ, отдыхающих от своих повседневных обязанностей. Было приятно проводить время с лучшим другом Михаила. Адам ухмылялся ему — губы широко растянулись, обнажая ослепительный ряд зубов. Он расслабленно сидел на темно-желтом валуне, его плечи небрежно сутулились, руки опустились по бокам, а длинные ноги свесились перед человеком. Лучший друг Михаила источал непревзойденную доброту, присущую самой сути Адама. Михаил продолжил описание своей Истинной Формы. — К тому же, я очень большой по сравнению с тобой. Адам пожал плечами. — Я так и думал, — согласился он. Михаил удивленно склонил голову. — Ну, ты сказал, что зависал со своим братом Рафаилом во времена Юрского периода, а тогда были динозавры, — рассказал Адам. — Поэтому я предполагаю, что ты должен быть, по крайней мере, немного больше меня. — Невозмутимо нахмурившись, Адам посмотрел на Михаила, ожидая подтверждения. — Да. — Михаил согласился и тут же пояснил. — В своем каноническом состоянии моя Истинная Форма выше самого большого динозавра. При росте в 1594,88 фута (486,12 м) моя Истинная Форма превосходит большинство самых высоких небоскребов. Кроме того, размах моих крыльев самый большой среди всех ангелов. Голубые глаза расширились от удивления. Но в них не читалось ни капли отвращения. — Хах. Как ты можешь владеть чем-то таким маленьким, как человек, если ты такой большой? — длинные пальцы правой руки Адама теперь рассеянно барабанили по каменной поверхности валуна. — Ты же сказал, что создан из благодати, а благодать — это то, что владеет человеком? — Это правильное воспоминание. Моя Истинная Форма состоит из благодати, — подтвердил Михаил. Адам кивнул, легким движением головы. Михаил продолжил: — Во время одержимости моя благодать меняется. — Хм. — Адам задумчиво закусил губу. — Ладно. И ты смог бы уменьшить размер своей Истинной Формы, если бы захотел? — предположил он. Длинные пальцы продолжали стучать по валуну, пока Адам фомулировал свою мысль. — Я имею в виду, не обладая кем-то, ты можешь просто уменьшить свою Истинную Форму? Адам был весьма проницателен. Михаил оценил смышленость своего лучшего друга. — Да. — Архангел подтвердил. — Во многих обстоятельствах я это и делал. — Заметив интерес Адама, Михаил объяснил: — Замысел Отца ангельской благодати похож на его замысел атома. Оба состоят из микроскопических частиц, содержащихся в орбитах, и внутри орбитальных структур есть много пустого пространства. Однако, хотя абсолютное расстояние между субатомными частицами внутри атома должно быть сохранено, внутри частиц ангельской благодати должно быть сохранено только относительное расстояние. Это ограничение относительного расстояния позволяет ангельской Истинной Форме масштабироваться. Чтобы увеличить или уменьшить размер ангельской Истинной Формы, просто увеличивается или уменьшается расстояние между частицами благодати. — Как? — надавил Адам. Его голубые глаза были пристально устремлены на Михаила. — Расстояние между микроскопическими частицами благодати изменяется за счет усиления или уменьшения поляризующих зарядов, составляющих орбитальные структуры, тем самым притягивая или отталкивая частицы ангельской благодати. — Хммм. Ладно. Ладно. — Адам задумчиво зажевал губу. — Это было бы похоже на возможность манипулировать отрицательным зарядом электрона или положительным зарядом протона. Изменение силы зарядов изменило бы размер атома. Уменьшение или увеличение всех атомов в теле уменьшило или увеличило бы тело. — Понял. — Адам кивнул. Михаил удовлетворенно склонил голову. Затем он возобновил объяснение масштабирования ангельской Истинной Формы. — Не существует нижней границы того, насколько маленькой может быть ангельская Истинная Форма, но есть верхняя граница. Верхняя граница того, насколько велика ангельская Истинная Форма, определена Богом при создании каждого ангела; это называется канонической формой ангела. За исключением случаев, когда это абсолютно необходимо для масштабирования ангельской Истинной Формы — например, при обладании человеком — предпочтительно существовать в Истинной Форме в каноническом состоянии, как задумал Отец. Адам слушал Михаила с голодным и заинтригованным видом. Теперь, когда Архангел завершил свое объяснение, длинные пальцы человека замерли, прекращая постукивания по камню. — Черт возьми, это просто огонь! — воскликнул он. Это огонь: очень здорово или очень интересно, с готовностью предоставили Аспекты разума Михаила. Михаил оживился от восхищения своего лучшего друга. — Действительно, — подтвердил Архангел. — Я не шучу, когда говорю, что это, наверное, самый интересный биологический механизм, о котором я когда-либо слышал! Не говоря уже о том, насколько практично иметь возможность увеличивать или уменьшать себя по своему желанию. — Да. — Михаил согласился. — Это весьма практично. — Вау. Адам упал навзничь, на его лице отразилось восторженное, почти детское ликование. Голубые глаза, светящиеся плохо сдерживаемым волнением, слегка затуманились, когда Адам начал обдумывать объяснения Архангела. Михаил спокойно стоял рядом. Двадцать шесть минут семнадцать целых и тридцать девять сотых секунды прошли неспешно. Такая дружественная атмосфера была приятной. Как и было приятно составлять тихую компанию лучшему другу Михаила. Адам часто проводил так время с Михаилом; это было похоже на то, как ангелы проводят время вместе. Лучший друг Михаила, все еще невидяще, смотрел на пейзаж Чистилища: ограждение из скалистых валунов, близлежащий ручей, окаймленный грязной набережной, и затянутое облаками дневное небо. — Твоя Истинная Форма прекрасна, не так ли? — размышлял Адам. В его голосе отчетливо звучала тихая убежденность. — Я имею в виду, ты всегда держал себя как кто-то действительно красивый. — Он вернул свою сидячую позу, перераспределяя вес и наклоняясь вперед. — Ангелы должны быть прекрасны, — пробормотал Адам почти неслышно, теперь «разговаривая сам с собой». Третичные крылья застенчиво примялись. Никогда прежде Михаила не называли прекрасным. (Это произошло только потому, что Адам предположил — никогда еще Адам не был свидетелем полного созыва ангелов. Михаил затмевался всеми остальными. Правда, Отец благословил его самыми большими крыльями среди ангелов, но шесть крыльев Михаила были окрашены в простой цвет, чисто-белые. Кроме того, хотя его нимб был самым мощным, а его Истинная Форма — самой жестокой, Михаил не был создан для эстетики). — Я довольно прост для ангела, — поправил Михаил Адама в его заблуждении. — Нее, — лениво протянул Адам. Встретившись взглядом с Михаилом, он с самоуверенной ухмылкой оглядел Архангела и вздернул подбородок. — Я искренне в этом сомневаюсь. — Уверяю тебя, — заявил Михаил, пристально глядя на человека перед ним. — Моя истинная форма была создана довольно утилитарной. — И что? Это ничего не значит. — Из своей сидячей конфигурации на вершине темно-желтого валуна Адам поднял правую руку, указывая вверх на дневное небо. Солнце надежно светило сквозь облака. — Солнце "довольно утилитарно", если ты хочешь подходить технически к этому вопросу, — твердо сказал Адам. Доброжелательно. — Но я все равно думаю, что это самое прекрасное, что есть на небе. Голубые глаза опустились от созерцания горизонта, чтобы сосредоточиться на Архангеле. Во взгляде Адама была только лишь непоколебимая уверенность. — И я все еще уверен, что твоя Истинная Форма должна быть прекрасной, даже если я не вижу ее. Третичная пара крыльев застенчиво затрепетала. — Действительно. — Это значит, что я прав, и ты это знаешь. — Адам самодовольно и победоносно ухмыльнулся. — Хорошо. — Заключил Михаил. Если Адам считал Михаила прекрасным, не видя его, тогда Архангел не станет оспаривать решимость человека. В конце концов, Адам обладал Свободой Воли. Это был выбор Адама — иметь такое мнение об Истинной Форме Михаила. И это было хорошо. Да, это было хорошо. Ухмылка Адама смягчилась. Он тепло улыбнулся Михаилу. В ответ Михаил любезно склонил голову. Шестнадцать минут и тринадцать целых двадцать три сотых секунды прошли в еще одной умиротворяющей тишине. Но затем Михаил заметил, что Адам странно смотрит на Архангела. Это был взгляд, который Адам теперь часто демонстрировал с момента первой экскурсии в Чистилище. Смятение. Удивление. Благоговение. Глубокое изучение. Адам смотрел на Михаила, словно изучая книгу. Он делал это только тогда, когда глаза ментального образа Михаила были направлены в сторону от человека — как сейчас. Однако Михаил всегда был в курсе всех событий в пространстве воспоминаний, независимо от того, на чем фокусировались глаза его ментальной конструкции. Адам продолжал странно смотреть на Архангела. Затем, внезапно, Адам протяжно вздохнул. Его сутулая поза стала более выраженной. — Если бы мы не были вместе, держу пари, что ты бы никогда не заметил такого, как я, — пробормотал он. Его голос звучал плоско и глухо. Не зная наверняка, «разговаривал ли Адам сам с собой» или же затеял разговор с Михаилом, Архангел решил отреагировать на замечание. — Никогда раньше я не «замечал» людей, — признался Михаил. — Ты первый. — Ох. — Вероятно, если бы мы здесь не «застряли вместе», я бы тебя не заметил. — Ага. — Губы Адама плотно сжались, а ноздри раздулись. — Я имею в виду, что этого и следовало ожидать, я думаю, — отупело сказал он. — В смысле, зачем тебе? Неважный маленький человечек и все такое. У меня не было бы и шансов. — Голубые глаза опустились вниз, внимательно рассматривая скалистый валун, на котором сидел человек. Михаил доброжелательно обратился к своему лучшему другу: — Адам, это не потому, что ты недостоин внимания, — объяснил Михаил. Он сказал мягко: — Это просто потому, что такой возможности не представилось бы. Адам кивнул, движение было резким и деревянным. — Да, я знаю. Знаю, — твердо согласился он. — Но все же. Просто… — он беспомощно замолчал, завершив свои слова рваным пожатием плеч. Голубые глаза все еще уныло смотрели на темно-желтую скалу. Так не пойдет. — Адам… — Михаил произнес имя своего лучшего друга и замолчал до тех пор, пока тот не встретился с ним взглядом. — Не думай так. Ты здесь, и я тоже здесь. — Михаил с любовью склонил голову. — И ты мой лучший друг. Под весом утверждения Михаила с лица Адама сошло прежнее напряжение. Осторожная улыбка расцвела и засияла. — Да, ты прав, — решительно заявил Адам с блеском в глазах. — Ты мой лучший друг, и я рад, что ты здесь. — Да, — сказал Архангел, заодно и выражая взаимную радость. Затем, поскольку это был неподходящий ответ, но также и потому, что Адаму было бы приятно услышать это, а Михаилу — произнести, Архангел добавил: — Адам, я тоже рад, что ты здесь. Адам улыбнулся. Они оставались у ограды из валунов до заката, после чего вернулись в домик человека, чтобы скоротать остаток дня.