Paint the town Red

      Утром я проснулся раньше будильника, наверное, сказывается волнение перед возвращением на работу. И я не стал долго валяться в постели, а принялся собираться: сперва душ, затем завтрак, а после этого можно выдвигаться. Когда я собирался, мой сосед ещё спал в своей комнате, а я не хотел его будить.       Приняв душ и одевшись к работе, я тихо пошёл на кухню, чтобы попить кофе и перекусить парочкой бутербродов. Ожидая, пока заварится живительный напиток, я сделал себе перекус и одним ухом слушал, что рассказывали по утренним новостям. Как всегда — в мире полный хаос, а из хороших новостей только то, что обещают тёплую погоду. Но я очень сомневаюсь, что метеорологам можно доверять.       Попив кофе и позавтракав, я убрал за собой и отправился в участок, где уже давненько не был. Всё же гораздо приятнее приходить туда в качестве работника, а не в качестве человека, которого подозревают в убийстве одного из близких друзей. Ну, это если на меня хотели повесить только дело Джорджа, а не все четыре, включая его.       Когда я вошёл в участок, то какие-то офицеры со мной поздоровались, а какие-то сделали вид, что не заметили. Мик поприветствовал меня, но был скромен и немногословен, как и всегда. Хави упорно избегал любого контакта со мной, даже зрительного. Логан и Эстебан, как обычно, сидят в своих кабинетах или лабораториях. Они вообще редко выходят оттуда, разве только уточнить что-то по делу или узнать какие-то новости, так что я не был удивлён тому, что не встретил их.       Я пришёл как раз к началу рабочего времени и совершенно не удивился, увидев Макса за рабочим столом. Он всегда приходит чуть раньше меня, такая вот у него привычка.       Я подошёл к нему и коротко поцеловал его в краешек губ, на что он улыбнулся и кивнул в сторону моего рабочего стола.       — Я тебе там кофе принёс.       — Какой ты заботливый.       — Ну а как иначе?       Я улыбнулся, сел за свой рабочий стол и провёл по его поверхности руками. Приятно всё-таки вернуться в свой кабинет, к которому я уже основательно привык ещё со времен стажировки.       Макс с улыбкой смотрел на меня, вслед за тем спросил, как мне живется без браслета на ноге. Конечно же я рассказал ему о своих общих впечатлениях обо всём этом «домашнем аресте», а он рассмеялся.       — А ведь ты всего неделю с ним был.       — «Всего неделю»? Для меня она длилась вечность.       — Любишь же ты драматизировать.       — Поэтому я тебе и нравлюсь, разве нет?       — Согласен.       Я улыбнулся, следом сделал небольшой глоток всё ещё горячего кофе. Дальше я попросил у Макса рассказать мне в мельчайших деталях обо всём, что было обнаружено в деле Джорджа. Он рассказал мне про экспертизы, про результаты обыска места жительства жертвы, о допросе той женщины, которая обвинила меня в убийстве, потому что спутала с настоящим убийцей. Я внимательно слушал его рассказ и отметил для себя, что он ни слова не сказал о ленте на запястье Джорджа. Ничего: ни размера, ни цветов, ни материала, ни краёв, которые в трёх предыдущих случаях были неровными. Неужели об этом ничего не сказано в отчётах? Проверю потом это лично.       Выслушав Макса, я поблагодарил его за информацию, после чего включил свой компьютер, дабы лично прочитать заключения экспертов и проверить интересующие меня данные. Я нашёл отчёты по делу Пьера и решил посмотреть, что там указано по поводу ленты. Открыв документ и заключение эксперта, я был удивлён тому, что в нём практически ничего не было сказано о ленте, а лишь коротко написано: «На запястье трупа обнаружена лента». Всё. Никаких характеристик, никаких свойств, ничего, просто факт наличия какой-то ленты на запястье.       Следующим я открыл отчёт по делу Оскара и снова: «На запястье трупа обнаружена лента». Как так может быть? Почему уже во втором документе нет никаких данных о ленте, это же весомая улика в деле. Открыв дело Карлоса, я даже не удивился, когда в тексте заметил знакомую строчку о ленте на запястье, но не увидел никаких её характеристик. Я был уверен в том, что и в деле Джорджа будет красоваться точно такая же надпись, поэтому аж тихо усмехнулся, когда взглядом зацепил: «На запястье трупа обнаружена лента». Макс глянул в мою сторону и вопросительно приподнял бровь, а я лишь махнул рукой, мол «ничего, не обращай внимания». Я так и не сказал ему о том, что обнаружил, пока сидел дома, поскольку он, как и Лиам, входил в обозначенную мною область поиска преступника на карте.       Кстати говоря, о карте. Надо проверить адреса и сравнить с теми, что были указаны в наших первоначальных отчётах. Я снова поочередно открывал документы с мест преступлений и с каждым удивлялся всё больше: все адреса не совпадали с теми, что были вписаны вначале. Кто-то точно хорошенько подправил данные в делах, только зачем? Чтобы отвести от себя подозрения? Чтобы пустить нас по ложному следу? Чтобы поиграть с нами и выиграть больше времени для следующего убийства? И снова вопросов больше, чем ответов.       Я скопировал отчёты и отправил их на свою личную почту, нужно дома сопоставить их с теми данными, которые я нашёл. Раз разные адреса, значит, и новое зонирование даст другие результаты.       Что меня ещё удивило, так это то, что в общем деле нет ни слова о магазине, где была приобретена лента, и уж тем более нет прикреплённого к делу видео или скриншотов с предполагаемым преступником. Надо будет обязательно поговорить об этом с Эстебаном, так как я сильно сомневаюсь в том, что он не заметил каких-то деталей или не сделал описание улики как следует.       Я спросил у Макса насчёт де Вриса, и он сказал, что его убрали из числа подозреваемых за недостатком улик. Вполне ожидаемо, потому как улик против него у нас и правда нет.       Работая над отчётом о деле Джорджа, в какой-то момент Макс повернулся ко мне и спросил насчёт Хэмилтона.       — Слушай, а кто такой этот Льюис? Откуда он вообще взялся?       — Льюис? А, это адвокат, напарник Джорджа.       — И что он тут забыл?       — Джордж незадолго до смерти попросил его помочь мне, если со мной что-то случится.       — Предусмотрительно. А то он ко мне приходил, задавал вопросы о тебе.       — Да, он говорил об этом.       Макс кивнул, а я с интересом посмотрел на него. Он с такой странной интонацией говорил о Льюисе, мне аж показалось, что он немного заволновался. Хотя, может, мне это только показалось.       — Всё в порядке?       — Да, просто не думал, что тебе понадобится адвокат.       — Это точно. Я тоже не думал, что меня внесут в список подозреваемых.       Я пожал плечами и допил уже успевший остыть кофе. И тут я вспомнил, что мне нужно было зайти к Фредерику, чтобы подписать какие-то бумаги, да и заодно поговорить о произошедшем. Сказав об этом Максу, я попросил его сообщить, если вдруг его отправят на какое-то мелкое дело, пока меня нет. Такое часто бывает, когда основное дело стоит на мёртвой точке, а разная мелочь будто наплывами появляется каждый день.       Я вышел из кабинета и уже мысленно поставил себе задачу — после визита к Фредерику мне надо будет зайти к Эстебану и узнать у него насчёт данных о ленте. Если повезёт, то зайду и к Логану, узнаю у него про видеозаписи с магазина, а ещё интересовался ли кто-то тем, откуда взялась наша единственная улика.       Когда я пришёл в кабинет Фреда, то он был в приподнятом настроении, так что наша встреча прошла в довольно приятном ключе. Он спросил, как мне жилось ту неделю дома с браслетом на ноге, не слишком ли я злюсь на него за всю эту ситуацию и прочие вопросы, связанные с моим «заточением». Но, по сути, за что мне злиться на Фредерика? Он же не виноват в том, что какая-то женщина спутала меня с убийцей и на основании её показаний меня внесли в список подозреваемых. Да и через него Макс с Логаном отправили прошение прокурору, поэтому…претензий лично к нему у меня нет.       Пока я беседовал с начальником, Макс прислал мне сообщение, в котором сообщил, что его отправили на мелкое дело с кражей, оттого его до конца дня не будет в участке. Почему-то мне стало от этого как-то легче, ведь я мог спокойно просмотреть все интересующие меня детали в отчётах и не бояться лишних вопросов, если бы Макс заметил это. Я всё же твердо решил никому не сообщать о своих находках и вести параллельное расследование, пока не вычислю личность убийцы своих близких.       После разговора с Фредом, я решил зайти к Эстебану и уточнить у него по поводу лент, найденных на телах. Как и ожидалось, он был в своём кабинете и делал опись улик к очередному делу, но для другого детектива. Я постучал и вошёл в его кабинет, а он увидел меня и заулыбался.       — Какие люди! Неужели ты наконец-то вернулся, мон ами?       — Ну вот, как видишь.       — И что же тебя привело в мой кабинет?       Он поправил очки на переносице и сложил руки перед собой на столе. Я сел на стул у его стола и закинул ногу на ногу.       — Эсти, у тебя же сохранились первичные описи улик с мест преступлений по нашему делу?       — Ты про те убийства с лентами?       — Именно так.       — Минутку.       Он проверил сперва пару папок на своём столе, затем прошерстил ящики и достал небольшую бумажную папку. Открыв её, он перелистал парочку отчётов, и с победоносным «Ага!» нашёл то, что я у него просил. Он вытащил из прозрачных кармашков несколько листов и протянул их мне. Я тут же принялся искать ту информацию, которая меня интересовала, а именно — данные о ленте и её характеристики.       Я был несколько удивлён тому, что в отчётах Эстебана было указано всё: материал, ширина, длина, цвет, даже то, что края ленты были неровными. Я усмехнулся, читая эти данные в деле Пьера, а затем в деле Оскара, Карлоса и, само собой, Джорджа. Во всех четырёх документах была вся та информация, которой не было в наших нынешних отчётах. Мои подозрения о том, что кто-то намеренно подчищает данные в деле, только укрепились.       Видимо, я слишком подозрительно выглядел, потому что Окон сложил руки на груди и стал буквально буравить меня взглядом. Я оторвался от чтения и вопросительно посмотрел на него.       — Что?       — Зачем тебе эти отчёты? Я же вам их присылал.       — Просто…просто у меня на компьютере был какой-то сбой, когда я вводил данные и, кажется, некоторая информация не сохранилась.       — Ты Логану говорил?       — Нет, я ещё до него не дошёл.       — Обязательно зайди, может, он сможет помочь.       — Да всё в порядке, я заново введу информацию и всё. Кстати, можешь сделать мне копии?       Я протянул листы Эстебану, а он кивнул, сложил их обратно в папку и, сделав несколько кликов на своём компьютере, распечатал мне все первичные отчёты. Отлично, можно будет дома сравнить их с моими находками.       Побыв у Эсти ещё немного и поговорив на отвлечённые темы, я забрал распечатанные копии и отправился обратно в свой кабинет. Конечно, я бы мог пойти сейчас и к Логану, но нужно делать дела постепенно — сначала одно, затем другое. И да, в первичных отчётах Окона были указаны адреса, где произошло каждое преступление, значит, это будет ещё один «пунктик» для сравнения.       Вернувшись в кабинет, как и ожидалось, Макса там не было. Он отправился на мелкое дельце, а так как время стремительно подходило к концу рабочего дня, я не стал садиться за свой компьютер, а лишь взял свои вещи и отправился домой.       Пока я шёл домой, то на мой телефон пришло сообщение. Я поначалу подумал, что это Макс или Юки, но был крайне удивлён, когда увидел, что сообщение было прислано с незнакомого номера. Неужели убийца вновь решил дать о себе знать?       Любопытство взяло надо мной верх и я, немного помедлив, всё-таки открыл сообщение.       Неизвестный номер:       «К кому ты бежишь, когда тебе плохо? Много ли у тебя осталось близких людей? Тебе так подходит отчаяние».       Я сразу же осмотрелся вокруг, надеясь приметить того, кто мог прислать мне сообщение, но никого не увидел. Какого чёрта? Что вообще это значит? Можно ли считать это угрозой моим близким? Максу? Юки? Чёрт возьми, я должен сообщить об этом в участок, но сначала мне нужно быть уверенным в том, что с ними всё нормально.       Решив не медлить, я побежал домой, чтобы убедиться, что Юки в порядке, а по дороге стал названивать Максу — он тоже мой близкий человек, значит, и ему может угрожать опасность. Я почувствовал настоящее облегчение, когда Макс поднял трубку, и я услышал его голос.       — Макс, ты цел? Ты в порядке?       — Да, Чарли, я в порядке. А что такое? Что-то случилось?       — Мне…мне снова пришло сообщение и я подумал…       — Сообщение? Опять? Что в нём написано?       — Там что-то про близких и что мне подходит отчаяние. Он точно больной ублюдок.       — Так, ты сейчас где?       — Я…я дома уже, я должен проверить в порядке ли Юки.       — Ты прав. Мне прийти к тебе?       — А ты где? Ещё на деле?       — Нет, уже вернулся домой. Там дело было на пару часов максимум.       — Макс, прошу тебя, проверь дома все замки и не выходи на улицу, хорошо?       — Мне точно не надо…       — Макс, сделай так, как я тебя прошу.       — Хорошо. Обязательно позвони мне позже и скажи всё ли у вас в порядке.       — Хорошо. И…Макс?       — Да?       — Я тебя люблю.       Я выпалил на одном дыхании и услышал тихий смешок на той стороне трубки. Он точно сейчас улыбается, я это чувствую.       — Я тоже тебя люблю.       Он ответил, и я сразу же закончил вызов. Я рад ответу Макса, но в данный момент я больше беспокоюсь за Юки. Я вошёл в дом и позвал соседа по имени, но не услышал ответа. Меня вмиг окатило волной страха, ибо меньше всего на свете я бы хотел, чтобы ещё один мой близкий человек пострадал. Я звал его и проверял подряд все комнаты.       Я вошёл в его спальню и услышал шум, доносящийся из ванной комнаты. Постучав в дверь, и снова позвав его по имени, я хотел уже войти в ванную, но дверь открылась, и меня встретил ошарашенный Юки в махровом халате.       — Твою ж мать, Чарльз! Какого хрена ты тут делаешь?       — Юки, ты в порядке! Господи, я так волновался!       Я не выдержал и крепко обнял соседа, а он всё ещё не понимал, что происходит. Он что-то пробормотал, но я не особо понял, потому что одновременно с ним тараторил вопросы о его самочувствии. Когда я наконец-то его отпустил, то он отряхнулся и внимательно посмотрел на меня.       — Так, а теперь объясни — что происходит?       — Мне прислали сообщение, и я подумал, что кому-то из моих близких может грозить опасность.       — И ты решил, что я в беде?       — Ну, ты и Макс — единственные близкие люди, кто у меня остался.       Юки тихо засмеялся и похлопал меня по плечу. Он заверил, что не даст себя в обиду и что я могу не переживать за него, но я всё равно попросил его быть предельно осторожным.       Когда я всё же успокоился, то извинился перед Юки и вышел из его комнаты. Я с облегчением выдохнул, понимая, что и с ним, и с Максом всё в полном порядке. Завтра с утра я первым делом пойду к Логану и попрошу найти его, откуда было прислано это сообщение. Наверняка, это опять отложенное сообщение на одноразовом телефоне, но даже если и так — мы хоть узнаем, где он мог засветиться.       Позже я отписался Максу о том, что всё в порядке, затем мы с Юки поужинали, и я дал ему средства для самозащиты — лучше поздно, чем никогда, верно? Я учтиво показал ему, что и как работает, а он отшутился, что ему удобнее носить с собой скалку для самообороны. Я рад, что в такой ситуации он умеет сохранять оптимизм, но я видел по нему, что когда я сказал ему о содержимом сообщения, то в нём слегка, но засел страх. Он до конца так не оправился от смерти Пьера, а тут новая беда. Когда же Юки сможет пожить спокойно? Да и не только Юки.       Когда мы разошлись по своим комнатам, то я засел за рабочий стол и достал карту, на которой была отмечена моя зона поиска по первичным адресам обнаружения тел. Я достал из рюкзака распечатки от Эстебана и стал сравнивать отмеченные мною адреса с теми, что были в наших нынешних отчётах. Я взял маркер другого цвета и стал отмечать точки. К моему удивлению, это не заняло много времени, и вскоре на моей карте появилась новая обозначенная зона.       Самое интересное, из новой зоны удобно был «вычеркнут» магазин, в котором была куплена злополучная лента. Видимо тот, кто изменил информацию, прекрасно знал о том, что выйдя на магазин, мы сможем наткнуться на какие-то улики, поэтому заблаговременно подправил адреса в отчётах. И, основной вопрос, кто это мог быть?       Предполагаемому убийце нравится видеть, как я страдаю. И он знает о людях, к кому я обращаюсь в такие моменты. Но таких людей всего трое: Юки, ибо нас объединяет общая потеря; Макс, ведь он всегда рядом, когда мне нужна помощь или поддержка; и Лиам — он всегда предлагает мне помочь и мог бы спокойно подставить Макса, поскольку он его откровенно недолюбливает. Чёрт возьми, мне следует повнимательнее заняться Лиамом и посмотреть, что из этого выйдет.       Был уже поздний час, поэтому я не стал задерживаться за отчётами и пошёл принять расслабляющий душ. Войдя в душевую кабинку, в моей голове сразу же пронеслись кадры с выходных, которые мы провели с Максом вдвоём. В частности, картинки того, как мы потом принимали совместный душ. Хоть на меня и лилась прохладная вода, мне самому вдруг стало очень жарко. Я бы списал это на обычный стресс, но воображение явно не желало такого поворота событий, поэтому я дал полную волю своей не такой уж и приличной фантазии.       «Сняв стресс» в душе, я переоделся и лёг в постель. Моё тело будто окутала приятная усталость, а кровать так умело утягивала меня в мир снов, что я не стал бороться с этим чувством, а лишь написал Максу пожелание спокойной ночи, и, получив от него ответ, я провалился в такой желанный сейчас сон.