Последствия ночи на Хэллоуин

Чонгук сидел на диване в своей квартире, глядя в окно на улицу, где весело шлялись толпы детей в костюмах. Хэллоуин был праздником, который он когда-то любил, но в этом году всё выглядело иначе. Он остался один, как обычно, в тот вечер, когда все его знакомые отправились гулять со своими половинками. Четыре месяца назад его бросил парень, и теперь ему было не с кем провести этот праздник. Кому-то было весело и интересно, а он лишь смотрел на тусклый свет уличных фонарей, охваченный тенью своего одиночества. Он даже не удосужился украсить дом: никаких пауков, тыкв или гирлянд — ничего. Пыль покрывала почти всё: полки, телевизор, подоконник. Чонгук не замечал её — она не лезла к нему, и он не мешал ей быть. Он вздохнул, вспомнив, как раньше проводил этот праздник с друзьями, с смехом и шутками, но сейчас только холодная пустота окутывала его. Вдруг раздался стук в дверь. Чонгук посмотрел на часы: было уже поздно, но он всё же встал и подошёл к двери. Приоткрыв её, он увидел трёх детей в костюмах: один был наряжен вампиром, другой — призраком, а третий — в костюме тыквы. Их глаза блестели от восторга, а губы растягивались в улыбках. — Сладость или гадость! — хором закричали они, вытянув руки с маленькими корзинками. Чонгук взглянул на них, и на его лице появилась усталая улыбка. Он нагнулся и начал копаться в кармане, но, к его разочарованию, не нашёл ничего, кроме пустых банок и мелочи. — Эм… Ребята, у меня нет сладостей, только деньги, — сказал он, пытаясь скрыть свою растерянность. Дети переглянулись, и вампир, самый смелый из них, с поднятой бровью спросил: — Деньги или жизнь? Чонгук засмеялся, но этот смех прозвучал безрадостно. Призрак, размахивая своим белым простынём, сказал: — А мы можем взять твою жизнь, если не дашь нам сладостей! — Да, да! — подхватил тыква. — Сладость или гадость, давай, нам нужны сладости! Чонгук вновь попытался искать в карманах, но так и не нашёл ничего подходящего. Он был уже на грани отчаяния. Он посмотрел на детей и сказал с улыбкой: — Ладно, что если я предложу вам сделать сделку? Если вы не возьмёте мою жизнь, я дам вам немного денег. Как вы на это смотрите? Дети переглянулись и, видимо, оценили его предложение. — Давай! — крикнул вампир, вытянув руку. — Деньги лучше, чем жизнь! Чонгук достал из кармана небольшие купюры и протянул их детям. Они с радостью схватили деньги и, обрадованные, закричали: — Спасибо! Сладость или гадость, ты — хороший человек! Ребята развернулись и побежали дальше, смеясь и радуясь. Чонгук закрыл дверь, ощущая, как одиночество снова окутывает его. «Хотя бы у кого-то есть весёлый Хэллоуин», — подумал он, возвращаясь на диван и снова наливая себе бокал. Вскоре он осознал, что в холодильнике не осталось ничего, кроме пустых бутылок и нескольких продуктов, которых не стоило даже вспоминать. Чонгук снова встал и, слегка пошатываясь, направился в ближайший магазин. В магазине была очередь, а полки, казалось, опустели. Никаких сладостей не осталось. — Чёрт возьми, — пробормотал он, разочарованный, и в итоге решил купить бутылку алкоголя. Заплатив, он вернулся домой, снова зашёл на кухню и налил себе бокал. Виски шипел, когда он заливал его в стакан, и в тот момент Чонгук почувствовал, как его сердце бьётся быстрее. Сев на диван, он выпил бокал за раз, ощущая, как тепло растекается по телу. Он отпустил все мысли, позволяя себе просто наслаждаться моментом. Когда стакан опустел, Чонгук почувствовал лёгкое головокружение, но это было лучше, чем ощущение пустоты внутри, он погрузился в мир пьянства и тоски. Он окончательно напился, и слёзы смешивались с алкоголем, когда он осознал, как сильно ему не хватает кого-то рядом. Вечер затянулся в безмолвии, и Чонгук чувствовал, что его одиночество с каждым глотком только крепче, заполняя пустое пространство вокруг него. Чонгук снова налил себе виски, когда внезапно раздался стук в дверь. Чонгук вздохнул и встал, подходя к двери. Открыв её, он увидел грозное создание — Гоблина с великолепным гримом. Его глаза расплывались, и на первый взгляд Чонгук решил, что это просто костюм. — Сладость или гадость? — хрипло произнёс Гоблин, вытянув руку. Чонгук устало покачал головой. — У меня нет сладостей, — сказал он, подавшись вперёд. — Тогда деньги или жизнь! — рявкнул Гоблин, его голос звучал угрожающе. Чонгук почувствовал, как сердце забилось быстрее. Он лишь моргал, осознавая, что денег у него не осталось. В груди глухо сжалось — он остался один, в пустой, захламлённой квартире, слегка пьяный после бутылки дешёвого вина, с привкусом одиночества, который не смыть ни водой, ни алкоголем. — У меня… денег нет, — произнёс он и, прежде чем успел нормально подумать, добавил, с усталой ухмылкой: — Единственное, чем я могу расплатиться, — это телом. Это прозвучало слишком громко и слишком искренне. Он сам удивился тому, как легко эти слова сорвались с губ — возможно, из-за алкоголя, возможно, от того, что ему отчаянно не хватало хоть какого-то контакта, пусть даже странного. Чонгук повернулся и открыл дверь, собираясь войти в дом. Однако, когда он обернулся, чтобы пригласить Гоблина внутрь, то едва не упал с порога: на его глазах чудовище растворилось, уступая место поразительно красивому парню. Тот стоял, чуть улыбаясь, опираясь на одну ногу. Мохнатые, слегка растрёпанные волосы казались мягкими, как плюш, а алые губы, покрытые блестящей помадой, выглядели так, будто их только что целовали — или будто очень хотелось. Он был в коротких обтягивающих шортах, колготках в сеточку, на высоких каблуках, а за спиной покачивались красивые крылышки и игриво извивался хвостик. Наряд был вызывающий, но именно это и бросило Чонгука в жар — и не только от вина. Он сглотнул. — Инкуб? — прошептал он, ошеломлённый, но в состоянии опьянения просто пожал плечами, — Пофиг, заходи. — Ты что, серьёзно? — с ухмылкой спросил парень, переступая порог. — Не ожидал такого предложения, но я не против. Чонгук кивнул, сердце грохотало в груди. В голове уже складывался сценарий, где всё идёт в сторону, которую он почти что вслух озвучил. — Моё имя Чонгук, а как тебя зовут? — Тэхён. Парень вдруг осмотрелся по сторонам, брезгливо поморщился и спросил: — Где у тебя находятся приспособления для уборки? Чонгука будто холодной водой окатило. — Что? — он моргнул, не сразу поняв вопрос. — Эм… в коморке. Он с неловкостью указал рукой, всё ещё переваривая, что они, оказывается, не к постели идут, а к швабре. Инкуб направился в сторону коморки, покачиваясь на каблуках, но вдруг чуть не оступился. Остановился, вздохнул, и… взмыл в воздух. Он просто полетел, как будто это было самое логичное решение. Взяв всё нужное для уборки, он вернулся и без лишних слов начал прибираться. — Смотри, какой у тебя бардак, — произнёс он с весёлым смешком и ловко взялся за дело, протирая полки, даже потолок. Чонгук в ступоре сел на диван. Всё происходящее походило на бред. Сексуальный инкуб с идеальными губами, в шортах и крылышках… и с тряпкой? Он сидел, глядя, как инкуб с хвостиком летает с тряпкой по квартире, и не мог понять: он то ли спит, то ли его реально только что отвергли в пользу генеральной уборки. — Ты действительно убрал весь дом? — спросил Чонгук, не веря своим глазам. — Да, у тебя тут слишком много пыли, — ответил Тэхён с ухмылкой, медленно опускаясь на пол напротив. — Теперь мне нужна награда. Чонгук уловил намёк. Он чуть усмехнулся и, не отводя взгляда, похлопал по своим бёдрам. — Награда? — повторил он низким, хрипловатым голосом, от которого у Тэхёна по спине пробежали мурашки. Тэхён подошёл ближе и, не сводя с него глаз, опустился к нему на колени, легко устроившись на его ногах. Его руки обвили Чонгука за шею, а мягкие пальцы запутались в его волосах. Всё происходило слишком быстро, слишком правильно — и слишком хорошо. — Неужели ты не знаешь, что делать? — прошептал он, облизнув губу. Чонгук не ответил словами. Он наклонился вперёд и поцеловал его. Это не был робкий поцелуй. Это было желание, накопленное за месяцы одиночества и сиюминутной магии. Губы Тэхёна оказались такими же вкусными, как он себе представлял — мягкие, тёплые, с еле уловимым сладким оттенком блеска. Он хотел раствориться в этом поцелуе. Хотел дышать этим телом, этим моментом. «Какие вкусные губы,» — пронеслось в голове Чонгука, когда он крепче обнял Тэхёна, пальцами зарываясь в его пушистые, пахнущие ванилью волосы. Он выдохнул, прижимая его ближе, чувствуя, как горячее тело Тэхёна подстраивается под него, как будто они созданы для этого совпадения. Всё закружилось. Немного от вина, но и не только. Тэхён сводил его с ума. Чонгук жадно прижимался губами к его шее, к ключицам, чувствуя, как дрожь проносится по спине. Сердце билось так сильно, что отдавалось в ушах. Он не мог поверить, что всё это происходит — именно сегодня, когда он чувствовал себя хуже некуда, когда всё внутри было пусто, разбито, когда секс стал лишь воспоминанием четырёхмесячной давности. И вдруг — на его пороге появляется он. Красивый. С игривым хвостиком и дьявольски нежными руками. — Это было неплохо, — прошептал Тэхён, отстраняясь и чуть касаясь губами его щеки. — Ты не против продолжить? Чонгук снова поцеловал Тэхёна, погружаясь в сладкое, теплое ощущение близости. Это было спасение, тепло, этот странный, невозможный парень пришёл и превратил мерзкий вечер в начало чего-то, что хотелось бы не заканчивать. Его губы ласково скользили по губам инкуба, и сердце билось так быстро, что казалось, сейчас вырвется из груди. Влажность дыхания Тэхёна смешивалась с его собственным, заставляя все тело напрягаться от желания. Внезапно рука Чонгука случайно скользнула вниз — и коснулась хвоста. Тэхён резко вздохнул и тихо застонал, этот звук, полный неожиданного наслаждения и уязвимости, словно магнитом притянул к себе Чонгука. Он ухмыльнулся, глядя в глаза, которые уже горели тихим огнём. — Ого, что это было? — спросил он, дразняще и с азартом, не отрывая взгляда от Тэхёна. — Э-э-эм… — голос инкуба дрожал от волнения и лёгкой неловкости. — Не трогай его… Пожалуйста… Он очень чувствительный, правда… Чонгук не удержался и осторожно провёл пальцами по гладкой, почти шелковистой поверхности хвоста, замечая, как он слегка дрожит под прикосновением. — Ааах… — вырвался тихий стон, когда пальцы коснулись основания хвоста, там, где он соединяется с телом. Глаза Тэхёна широко раскрылись, тело напряглось, а потом отстранилось, дыхание стало прерывистым. — Чонгук… Ты издеваешься надо мной… Чонгук рассмеялся, наслаждаясь каждым проявлением реакции инкуба. Ему нравилось видеть, как Тэхён «тает» под его прикосновениями, как в голосе звучит смесь сопротивления и желания. — Я не издеваюсь, — прошептал Чонгук, отпуская хвост, но тут же плавно переместив руки к основаниям тонких крыльев. — Просто хочу понять, насколько ты чувствительный. — О, нет… — выдохнул Тэхён, когда его крылья задрожали от ласк. Его стон стал ещё громче, наполненный сладкой болью и наслаждением. — Ммм… Чонгук, перестань, пожалуйста… Это не смешно! — Но ты такой милый, когда стонешь, — улыбаясь, настаивал Чонгук, продолжая нежно скользить пальцами по крыльям. Тэхён пытался сопротивляться, но улыбка вырвалась сама собой — он не мог скрыть, как ему нравится это внимание. — Ты просто издеваешься надо мной… — тихо сказал он, но голос уже не был уверенным, словно говорил вслух то, в чём сам сомневался. Чонгук прижал Тэхёна к себе крепче, охватил за талию и снова поцеловал — теперь поцелуй был нежным, сладким, полным обещаний и тепла. Тэхён ответил, прижимаясь всем телом, словно ощущающий, что здесь и сейчас — именно то место, где он должен быть. Глядя на распахнутые глаза, Чонгук медленно снял с Тэхёна кроп-топ, открывая гладкую, нежную кожу. Тэхён почувствовал, как сердце ударило сильнее, и с лёгкой робостью посмотрел на Чонгука. — Можем перейти на кровать? — спросил он, чуть смущаясь. Чонгук приподнял бровь, ухмыльнулся и ответил: — Только если ты позволишь мне трогать твой хвост и основания крыльев. Тэхён тут же вспыхнул от возмущения. — Эй! Это не честно! — протестовал он, но Чонгук, не дожидаясь ответа, наклонился и провёл губами по нежной коже на шее. Его дыхание было тёплым и едва заметным, а легкое касание вызвало у Тэхёна невольную дрожь. — Как тебе это? — прошептал Чонгук, медленно опуская поцелуи ниже — к ключицам, где кожа была особенно тонкой и чувствительной. Тэхён попытался сопротивляться, но его голос звучал слабым и предательски сдающимся: — Ладно… только не слишком долго… С этими словами Тэхён расправил свои крылья — тонкие, словно у летучей мыши, с лёгкой прозрачностью, покрытые тонкой кожей, но при этом невероятно гибкие. Он оттолкнулся от колен Чонгука и взмыл вверх, лёгкий и плавный, словно в танце. Чонгук устремился за ним, сердце колотилось от волнения и предвкушения. В спальне Чонгук сел на край двуспальной кровати, а Тэхён, легко касаясь пола кончиками пальцев ног, опустился сверху и нежно обнял его своими крыльями. Кожа крыльев была прохладной, но плотной, словно бархат, и эта необычная текстура казалась Чонгуку почти магической. — Ты не забыл про своё обещание? — с игривым блеском в глазах напомнил Чонгук. Тэхён кивнул, но его дыхание учащалось, когда Чонгук осторожно провёл пальцами по основанию его хвоста — гладкой, мускулистой части, где скрывалась вся его чувствительность. — Ммм… — вырвался у Тэхёна тихий стон, когда Чонгук аккуратно нажал на основание хвоста. Его глаза закрылись, губы слегка приоткрылись, тело стало мягким и отзывчивым. Он начал ерзать на бедрах Чонгука, словно жаждал ещё больше прикосновений. Тэхён не мог скрыть, насколько сильно его возбуждали эти нежные дразнящие касания. — Ты такой чувствительный, — сказал Чонгук с улыбкой, чувствуя, как страсть разгорается в нём всё сильнее. — И это мне очень нравится. Тэхён был словно в тумане — разум затуманился, оставляя место только наслаждению и волнению. Он продолжал тихо стонать, теряясь в каждом движении Чонгука, когда тот исследовал его хвост и тонкие крылья, ощупывая их кожистую поверхность, мягко прогибая и лаская. — Чонгук… — прошептал Тэхён, голос дрожал от удовольствия. — Ты… ммм… не останавливайся. Чонгук сидел на кровати, немного покачиваясь, ещё не до конца понимая, сон ли это или реальность. Голова слегка кружилась, а в груди пульсировало лёгкое возбуждение, отчётливо чувствуемое в штанах. Он почти не верил, что это происходит наяву — неужели он сбрендил? Но если это сон, то точно эротичный, и он нисколько не против. Он улыбнулся, чувствуя, как каждый стон и вздох Тэхёна разжигают в нём огонь. Его пальцы стали двигаться увереннее, погружаясь в наслаждение, что отражалось в каждом жесте и дыхании инкуба. — Чонгук… — тихо произнёс Тэхён, голос дрожал от смеси смущения и волнения. Он был растерян и не знал, как реагировать на такое пристальное внимание к своему хвосту. Когда Чонгук осторожно убрал руку, Тэхён внезапно схватил его запястье хвостом и аккуратно, но настойчиво вернул руку обратно к основанию хвоста. Его лицо вспыхнуло багрянцем от стыда. — Эй, подожди, — улыбнулся Чонгук, глаза блестели игривым огнём. — Почему ты так смущаешься? Это же твой хвост, он под твоим контролем, верно? Тэхён глубоко вздохнул, словно пытаясь собраться с мыслями, и пробормотал: — Я никогда не думал, что он так будет реагировать на тебя… — Не переживай, — ласково сказал Чонгук, наклоняясь ближе, чтобы шепнуть прямо у уха. Его дыхание на коже было тёплым, возбуждающим. — Мне нравится, когда ты смущаешься. От этих слов и лёгкого дуновения Тэхён невольно вздрогнул. Хвост подрагивал в ответ на его прикосновения, делая его смятение ещё сильнее. — Я… не знаю, как это исправить, — тихо прошептал он, голос трясся. — Исправлять не нужно, — уверенно ответил Чонгук, мягко скользя пальцами по основанию хвоста. Из-под прикосновений вырвался невольный стон Тэхёна, который он отчаянно пытался сдержать. — Просто доверься мне. Тэхён попытался скрыть реакцию, но это было невозможно. Закрыв глаза, он позволил себе расслабиться, растворяясь в нежных и уверенных прикосновениях Чонгука. Вдруг Тэхён резко вздрогнул и отстранился, словно испугавшись чего-то невидимого. Он взмыл в воздух, лёгкий и быстрый, словно всполошенный. Чонгук нахмурился, руки зависли в воздухе, полные желания, но и растерянности. — Что случилось? — спросил он, наблюдая, как Тэхён опустил взгляд, будто пытаясь подобрать слова. Тэхён глубоко вздохнул, и его щеки окрасились в нежный румянец. Его голос прозвучал почти шёпотом, дрожа от волнения, но в нём сквозила решимость: — Я… хочу кое-что сделать. Он опустился перед Чонгуком, оказавшись между его ног, и Чонгук почувствовал, как дыхание учащается. Его руки непроизвольно сжали простыни, пальцы вцепились в ткань с такой силой, что казалось, простыня вот-вот порвётся. — Что ты делаешь? — спросил Чонгук, улыбка на губах стала тяжелее, взгляд потемнел от желания. — Хочу кое-что попробовать, — тихо ответил Тэхён, едва слышно. Его руки дрожали, когда он осторожно потянулся к ширинке Чонгука, аккуратно расстёгивая её. Смущение переплеталось с волнением. Чонгук наблюдал, как Тэхён снимает с него штаны и бельё. В груди закипало напряжение, а в штанах разгоралось пламя, которое становилось всё нестерпимее. Он слегка подмахнул бёдрами, словно ища ещё немного близости, и глубоко вздохнул, с трудом сдерживая тяжёлое дыхание. Когда губы Тэхёна осторожно коснулись головки, Чонгук тихо выдохнул, руки сами ринулись в его волосы — густые, мягкие, с нежным запахом ванили. Он сжал волосы, не слишком сильно, но достаточно, чтобы держать Тэхёна рядом, чувствуя каждое движение. — Ты… знаешь, что делать? — хрипло спросил Чонгук, голос дрожал, полон одновременно страха и предвкушения. Тэхён не ответил, его горячий язык медленно скользил по длине, изучая каждый миллиметр, а уверенность с каждым движением только росла. Чонгук запрокинул голову, тяжело дыша, и сжал одной рукой простыни сильнее. Его тело покачивалось в такт движениям Тэхёна, лёгкие, но отчётливые подмахивания бедрами усиливали удовольствие. Он зарывался рукой в волосы Тэхёна, глубоко вдыхая запах ванили, что будто растворял все что было в голове. — Тэхён… — выдохнул он, голос наполненный наслаждением. — Ты делаешь это… слишком хорошо. Тэхён почувствовал поддержку и ободрение в этих словах и ускорил темп, медленно и внимательно, не спеша, будто хотел запомнить каждый миг. Он лизнул член снизу вверх и взял глубже в рот, наслаждаясь каждым мгновением. Чонгук застонал, его голос дрожал от нахлынувших ощущений, а пальцы вцепились в волосы сильнее, почти больно, но он не отпускал. Опуская взгляд, он заметил, как хвост Тэхёна плавно движется из стороны в сторону, словно отражая бурю эмоций внутри. Это зрелище вызвало у Чонгука тёплую улыбку, и желание только усилилось. — Ты даже хвостом машешь… — прошептал он с лёгкой хрипотцой, чувствуя, как всё тело реагирует на это. Тэхён слегка замер, но тут же вернулся к своим движениям, становясь ещё увереннее. Когда кульминация приблизилась, Чонгук попытался предупредить: — Тэхён, я… — но не успел договорить. Его тело вздрогнуло, дыхание сбилось, и он растворился в волнах наслаждения. Тэхён всё проглотил, глаза блестели от удовольствия. Его крылья и хвост вспыхнули ярко-красным светом, отражая всю глубину чувств. Чонгук, тяжело отдышавшись, смотрел на него с лёгким удивлением и нежностью. — Ты… удивительный, — прошептал он, наблюдая, как румянец на щеках Тэхёна становится ещё ярче. Тэхён попытался отвлечься, опуская взгляд, но в его глазах всё равно сияло глубокое удовлетворение — такое, что ничего не могло это скрыть. И дрожащий хвост, не помогал, а выдавал чувства, которые он старался спрятать. Чонгук пристально смотрел на него, наблюдая, как Тэхён расслабленно сидит на полу. Медленно он наклонился и мягко обхватил его под бёдра. — Иди сюда, — прошептал он, легко поднимая Тэхёна в воздух, чувствуя, как его собственное сердце ускоряет ритм. Тэхён даже не успел возразить, как оказался у него на коленях, плотно прижатый к тёплому телу Чонгука. Их взгляды встретились, и Чонгук осторожно, но решительно протянул руку, чтобы поцеловать его. Поцелуй был нежным и лёгким — но уже в нем было столько страсти, что Чонгук почувствовал, как внутри всё загорается. Губы Тэхёна — мягкие, бархатистые — покорили его с первого прикосновения. Он сжал бедра Тэхёна, прижимая ещё ближе, словно боясь, что тот исчезнет, если ослабит хватку. Поцелуи становились глубже, губы плавно раздвигались, язык Чонгука нежно касался языка Тэхёна, словно исследуя его, играя с каждым движением, впитывая сладость и тепло. Руки Чонгука скользнули вниз, крепко охватывая бёдра, прижимая Тэхёна к себе так, что дыхание стало неровным. Тэхён полностью расслабился, и его хвост лениво покачивался из стороны в сторону, словно открываясь навстречу желанию. Чонгук склонился ниже, горячие губы провели по шее Тэхёна, оставляя лёгкие, почти невесомые поцелуи, которые грели изнутри. Затем он добрался до ключиц, задержался там чуть дольше, а затем провёл языком по выступающей линии кости. Лёгкий засос заставил Тэхёна вздрогнуть, тело ответило дрожью тепла. — Чонгук… — тихо выдохнул Тэхён, ощущая, как его сердце стучит всё громче, как будто хочет вырваться из груди. Чонгук поднял на него взгляд, улыбаясь мягко, но в его глазах пылало жгучее желание. Он опустился ниже, губы коснулись груди Тэхёна, а затем остановились на сосках. Мягко, но настойчиво он целовал один из них, одновременно вторая рука нежно гладила другой. Тэхён тихо застонал, отдаваясь каждому прикосновению, прижимая ладони к плечам Чонгука, будто ища в нём опору и уверенность. — Чонгук, не останавливайся… — попросил Тэхён, его голос стал хриплым от желания и нетерпения. — Я и не собираюсь, — прошептал Чонгук с игривой ухмылкой, продолжая ласкать и целовать. Не сдерживаясь, он засунул руку в мини-шорты Тэхёна, пальцы медленно скользили по ткани, но им было тесно — ведь Тэхён сидел на его коленях. Тогда Тэхён расправил свои крылья и плавно поднялся, легкий и уверенный. — Эй, куда? — удивился Чонгук, увидев неожиданный жест. — Дай мне помочь, — улыбнулся Тэхён игриво, глаза блестели озорством. Он быстро снял шорты и снова уселся — теперь прямо на ноги Чонгука, ещё плотнее прижимаясь к нему. Чонгук не мог сдержаться. Его пальцы скользнули вниз, а затем по члену Тэхёна с такой нежностью и настойчивостью, что тело парня вздрогнуло в ответ. Вторая рука сама потянулась к живому хвосту, и он осторожно провёл пальцами по его длине, словно боясь нарушить хрупкое напряжение момента. — Ты даже не представляешь, как мне нравится тебя трогать, — прошептал Чонгук, его голос был низким и хриплым от возбуждения. Он внимательно наблюдал, как тело Тэхёна реагирует — как хвост дернулся от его ласковых прикосновений, как лёгкие стоны вырывались из уст, заставляя его сердце биться быстрее. — Чонгук… — выдохнул Тэхён, голос дрожал, тонкий и уязвимый, словно мостик между его страстью и доверием. Когда Чонгук начал медленно массировать основание хвоста, волны наслаждения пробежали по телу Тэхёна, заставляя его тело выгибаться и замирать в предвкушении. — Да? Что ты хочешь? — улыбнулся Чонгук, глаза сверкали игривым огнём, но пальцы не ослабляли ласк, уверенно скользя по чувствительной коже, исследуя каждую складочку и изгиб. Тэхён молчал — он потерялся в ощущениях, глаза закрылись, губы чуть приоткрылись. Чонгук гладил хвост медленно, почти священно, каждый палец внимал каждой части, словно читая тайный язык тела Тэхёна. Вскрики от неожиданной нежности, от резких контрастов — лёгких пощипываний и нежных касаний — звучали в комнате, заполняя воздух сладким напряжением. — Так хорошо… — прошептал Тэхён, будто боясь нарушить магию момента, его тело дрожало, поддаваясь ласкам. — Просто расслабься и позволь мне заботиться о тебе, — прошептал Чонгук, глаза горели жаром. Он осторожно гладил кончик хвоста, играя с ним, в то время как большой палец скользил по члену Тэхёна, вызывая резкие, непроизвольные реакции. Дыхание Тэхёна стало тяжёлым, прерывистым. Его стоны постепенно становились громче, наполненные страстью и отчаянием одновременно. Тело трепетало от волн удовольствия, каждый мускул словно плавился под прикосновениями Чонгука. — Чонгук… я… я не могу… — голос Тэхёна срывался, полон смятения и желания. Чонгук улыбнулся, чувствуя, как сам вновь охвачен волной возбуждения, которая лишь усиливалась от этих стонов и вздохов. Он притянул Тэхёна ближе, взгляд горел огнём, губы приоткрылись, и он лёгко начал покусывать кончик хвоста, словно играя и испытывая пределы терпения. Тэхён вскрикнул, глаза широко раскрылись от острых, приятных ощущений. Его крылья задрожали, словно отражая каждую волну наслаждения, накатывающую на него с непреодолимой силой. Чонгук не забывал и про член — пальцы уверенно работали, поддерживая поток страсти. — Чонгук! — Тэхён потерял контроль, тело подёргивалось в ритме накатывающей волны, каждая клеточка пылала. — Так… хорошо… — его дыхание стало тяжёлым, прерывистым, крылья дрожали от напряжения и блаженства. И вот, наконец, когда удовольствие достигло предела, тело Тэхёна сдалось — он кончил, срываясь в экстазе, крики наполнили пространство, а крылья трепетали, отражая всю мощь и глубину этого момента. Чонгук почувствовал, как внутри него всё вспыхнуло заново — от этого звука, от этой страсти, от невозможности оторваться. Он остановился, переводя дыхание, его взгляд упал на тумбочку рядом с кроватью. Там не оказалось того, что он ожидал — и Чонгук невольно нахмурился. — Вот блять… — пробормотал он с досадой, — у меня кончилась смазка. — Его глаза на мгновение встретились с глазами Тэхёна, и в них промелькнула лёгкая растерянность. — Придётся пока отложить. Тэхён, ещё раскрасневшийся и пылающий страстью, приподнял голову и нахмурился в ответ — в его взгляде была решимость, но и лёгкая робость. — Зачем тебе эта смазка? Мой организм сам её вырабатывает, — тихо сказал он, голос чуть дрожал, но был твёрд. Чонгук прищурился, не до конца веря. Его сердце забилось сильнее — первый раз с таким близким касанием, и он словно чувствовал, как Тэхён дрожит рядом с ним, внутри — что-то тёплое, приятное, заставляющее его забыть о простых вещах. — Правда? — спросил он, не отпуская взгляда. Тэхён решительно схватил руку Чонгука и осторожно подтянул её к себе, проводя пальцами по своей влажной дырочке. Чонгук на мгновение замер, его глаза расширились от удивления. Он аккуратно ввёл один палец, осторожно, словно боясь причинить боль. Лёгкое покалывание сменилось нежной влажностью — тело Тэхёна ответило мягкой отдачей. Тэхён сжал зубы — сначала было немного дискомфортно, но теплота и прикосновения Чонгука быстро превращали его в приятное ощущение. — Видишь? А я что говорил, — тихо улыбнулся Тэхён, голос дрожал от смешанных ощущений — нежности и растущего удовольствия. Чонгук рассмеялся, низко и немного нервно, но в глазах его заиграл огонь. Он стал осторожно двигать пальцем, медленно растягивая, исследуя тело Тэхёна. Его пальцы нежно касались каждой точки, а внутри росло собственное возбуждение — от близости, от доверия. Вторая рука лёгла на основание крыльев Тэхёна, пальцы мягко поглаживали бархатистую кожу. При каждом движении Чонгука, когда он чуть сильнее надавливал на чувствительные места у основания крыльев, тело Тэхёна дрожало, а он тихо стонал, не в силах сдержать эмоции. — Чонгук… ещё… — выдохнул Тэхён, голос срывался, крылья едва заметно трепетали. Чонгук почувствовал, как внутри что-то тянется и откликается, и с лёгкой улыбкой ускорил движения. Его пальцы умело растягивали, а ладонь усиливала нажатие на крылья, играя с их чувственностью. Тэхён изогнулся навстречу прикосновениям, дыхание сбилось, хвост непроизвольно дергался, словно отражая каждую волну наслаждения, прокатывающуюся по телу. Чонгук продолжал, чувствуя, как тело Тэхёна постепенно принимает уже три пальца — внутри было тесно, но приятно, и каждый вздох, каждый стон усиливали желание Чонгука, вызывая приятное внутреннее напряжение и желание быть ещё ближе. Он внимательно следил за реакцией — за каждым стоном, за трепетом крыльев и изгибом хвоста, который словно жил своей жизнью, откликаясь на его пальцы. Когда Чонгук понял, что пора остановиться, он медленно вывел пальцы, на них осталась густая смазка. Его взгляд снова встретился с Тэхёновым — и в этих глазах было одновременно нежное понимание, лёгкое волнение и растущее желание. Но прежде чем Чонгук успел что-то сказать, Тэхён неожиданно навалился на него, легко, но решительно, заставляя Чонгука откинуться на спину. Его глаза горели желанием, а дыхание сбивалось, когда он медленно, осторожно сел на его член. Тэхён на мгновение замер, пытаясь привыкнуть к новому ощущению — теплота, давление, внутри смешивались с приятным волнением. Его тело дрожало, влажные мягкие волосы липли ко лбу, смешиваясь с каплями пота, которые неспешно скатывались по коже. Сердце билось быстрее, дыхание становилось прерывистым, в груди поднимался жар, который не отпускал. Мягкие пряди волос стали слегка влажными, но казались ещё нежнее, словно дразнящим прикосновением к чувствительной коже. Чонгук смотрел на него сверху, поражённый — лицо Тэхёна, раскрасневшееся от усилий и удовольствия, крылья, пульсирующие ярко-красным светом, словно живое пламя. Каждый вдох, каждый стон, каждое движение запечатлевались в его памяти как нечто удивительное и неповторимое. Тэхён внезапно начал резко опускаться на Чонгука, его движения стали быстрыми и решительными — с каждым толчком он погружался всё глубже, словно пытаясь унять бурю эмоций внутри. Его дыхание участилось, а тело под ним дрожало от силы ощущений и напряжения. Взгляд горел страстью и внутренним волнением, а губы чуть приоткрывались в тихом стоне. Чонгук, захваченный этим напором, едва успевал следить за каждым движением, когда резко схватил хвост Тэхёна и провёл рукой от кончика почти до основания. Этот неожиданный, резкий жест вызвал громкий, протяжный вскрик: — Ааа…аах.ххх! Тэхён резко остановился, тело словно замерло, а глаза широко раскрылись от неожиданного и сильного удовольствия. Чонгук ухмыльнулся, голос его стал тихим и игривым, будто проверяя границы: — Куда ты так разогнался? Тэхён бросил на него взгляд, полный лёгкого упрёка и одновременно вызова, но тут же снова начал двигаться. На этот раз его движения стали медленными, глубокими. Каждый раз, садясь до самого упора, он громко стонал, будто отдаваясь полностью волнам наслаждения, позволяя себе плыть в этом потоке. Чонгук не выдержал — плавно поднялся с кровати, обнял Тэхёна крепко за талию. Его губы опустились на шею партнёра, оставляя горячие поцелуи и лёгкие покусывания, пробуждая в Тэхёне новый жар. — Ты такой красивый… — прошептал Чонгук, проводя языком по нежной коже, наслаждаясь каждым касанием. Тэхён, чувствующий одновременно глубокое проникновение и ласки на шее, растворился в этом ощущении, забыв обо всём, кроме жара, что разгорался внутри. Чонгук крепче сжал талию, его движения стали увереннее и мощнее. Он приподнимал и опускал Тэхёна на себе, чувствуя, как каждое движение вызывает отклик — тело партнёра изгибалось, его дыхание сбивалось, крылья дрожали, а хвост словно ожил, обвиваясь вокруг руки Чонгука и притягивая ближе. — Ты невероятно прекрасен, — прошептал он с таким обожанием, что Тэхён почувствовал, как внутри разливается тепло и гордость. Тэхён весь раскраснелся, издавая тихие стоны, которые наполняли комнату страстью и нежностью. Каждый толчок, каждое прикосновение Чонгука зажигали в нём огонь желания, который казался бесконечным. — Чонгук… — простонал Тэхён, его голос дрожал от переполняющих эмоций и глубокой внутренней страсти. — Я… я инкуб. Если ты кончишь в меня, это будет просто невероятно… Эти слова словно зажгли искру внутри Чонгука. Он замер на мгновение, впитывая каждое слово, его глаза горели смесью возбуждения и нежного желания. — Ты уверен? — осторожно спросил он, стараясь не спугнуть тонкую грань между страстью и доверием. Тэхён фыркнул, и губы его искривились в озорной улыбке, полные уверенности и вызова. — Конечно уверен! Не вздумай останавливаться! — его дыхание стало прерывистым, голос — требовательным и горячим. Чонгук ощутил, как тело Тэхёна под ним раскаляется, как каждая мышца напрягается и в то же время расслабляется в ожидании. Его собственное дыхание ускорилось, руки инстинктивно обвили талию партнёра, чтобы не отпустить его ни на секунду. Толчки Чонгука стали глубже и увереннее, ритм ускорился. Тэхён наклонился, и его горячее дыхание обжигало кожу Чонгука — каждое движение было наполнено огнём и взаимным доверием. — Если ты сейчас остановишься, я серьёзно обижусь! — прошептал Тэхён, крепко обвивая руками шею Чонгука. Его голос дрожал от страсти, а тело дрожало под напором удовольствия. Чонгук улыбнулся, чувствуя, как напряжение внутри него нарастает до предела: — Ты меня доводишь… — выдохнул он, с каждым толчком ощущая, как внутри всё сжимается и вот-вот взорвётся. — Давай… уже! — громко потребовал Тэхён, его стон слился с шёпотом и дыханием, наполненным жаждой и безудержной страстью. Взрыв наступил мгновенно и мощно — Чонгук с глубоким, почти рывковым толчком достиг кульминации, его горячее семя наполнило Тэхёна. В этот момент глаза Тэхёна засияли ярко-красным светом, крылья раскрылись во всей красе, а хвост будто наполнился светом и теплом. — Чонгук… — прошептал Тэхён, его голос был наполнен блаженством, тело дрожало от последующих волн удовольствия, каждое движение отдавалось огнём внутри. Чонгук крепко держал Тэхёна, чувствуя, как их тела сливаются воедино, откликаясь на каждое прикосновение и вздох. Тэхён громко стонал, выгибая спину и позволяя себе полностью раствориться в этом океане наслаждения. Его мягкие, теперь влажные волосы прилипали к лбу, шея была мокра от пота, а крылья и хвост дрожали. Оба полностью истощённые, они замерли, позволяя сердцам прийти в равномерный ритм. Чонгук всё ещё обнимал Тэхёна, словно боясь отпустить ту уязвимую красоту, что лежала рядом. Медленно, с нежностью, он опустил Тэхёна на кровать. Тэхён, ещё дрожа и наслаждаясь ощущением наполненности и тепла, улыбнулся, когда Чонгук осторожно вытащил свой член, оставляя его наполненным и счастливым. Расслабление охватило всё тело Тэхёна — мягкая улыбка растянулась на губах, и он удобно улёгся, подложив руку под голову. Его дыхание стало ровным и спокойным, а глаза с трудом закрывались, погружаясь в сладкий, безмятежный сон. Чонгук, побеждённый и пьяный от чувств и алкоголя, посмотрел на Тэхёна с нежностью, которая осветила его лицо. Он не удержался, лёг рядом, натянув одеяло, чтобы согреть их обоих в тишине и покое. Аккуратно обнял Тэхёна, стараясь не задеть его расправленные крылья, которые слегка дрожали в такт его лёгкому дыханию. Ощущение тепла от тела Тэхёна дарило Чонгуку необычайное спокойствие и безопасность. Улыбнувшись про себя, он быстро погрузился в сон, позволяя себе наслаждаться этой мглой блаженства, пока мир вокруг замедлял свой бег.