Записки бывшего октябрёнка

— А что там Его Величество? — Гневаться изволит, третий день уже! — Этак и до Большой Порки недалече! — Хоть бы по жребию дозволили! — Вот послезавтра и узнаем! В назначенный день столица словно замерла. Горожане старались не показываться на улицах, опасаясь стать жертвами августейшего негодования. Впрочем, опасения их оказались напрасными. Уже в полдень на проспекте затрубили глашатаи, возвещая новость — Его Величество решил ограничиться поркой Малой, и требует привести к нему шесть девиц, поровну из благородных и из простолюдинок. Сроку — три дня. Что тут началось! Богатеи, ясное дело, дочек любимых под розги королевские отдавать не спешили, а вот ремесленники да крестьяне в очереди становились. Ведь для бедной девушки возможность угодить во дворец, пусть даже и на порку, была настоящим чудом! А самые послушные, работящие и хорошенькие зачастую там и оставались, становясь служанками вельмож и прочих придворных особ. В назначенный час в Малой Королевской Зале состоялся просмотр претенденток. Всего их было три дюжины, и компетентной комиссии во главе с Министром Порки пришлось изрядно потрудиться, чтобы выбрать достойнейших. Пришлось аж несколько туров поводить. В первом по внешности выбирали, самых приятных и разнообразных. Во втором мелодичность взвизгиваний оценивали, для чего девушек разували и по голым пяткам настёгивали, чтобы следов на теле не оставлять ненужных. А члены комиссии спинами к ним сидели, и когда визги слух ласкали — поворачивались. Победительницами в итоге стали Франческа, дочь капитана королевского флота, Альтина из семьи дирижёра столичного симфонического оркестра, наследница купеческого рода Мария, а также три сестры — Анна, Инна и Джессика, отец которых был кузнецом. Всех девушек как следует отмыли, накрутили им роскошные причёски, нарядили в пышные платья и велели к вечеру быть готовыми к церемонии. Сама Порка, хоть и называлась Малой, проводилась при большом стечении вельможного народа. В этот раз даже герцог Акамута прибыть изволил, из самой далёкой провинции. Собственно, ради него три дня и ждали, так-то могли быстрее управиться. Главный концертный зал убрали ленточками в цветах королевского флага, будущих жертв воспитательного произвола в министерскую ложу посадили, а перед основным действом устроили концерт с участием лучших артистов и даже самого Ведуна, наипопулярнейшего звездуна. Больше всего его выступлению дочки кузнеца радовались — когда ещё такое чудо живьём увидишь, билеты же дорогущие! Только и остаётся кавер-менестрелей деревенских слушать. После песен ещё танцы были. Дамы приглашали кавалеров, те топорщили усы и делали важные лица. Вальс, мазурка, менуэт — и вот взвыли фанфары, возвещая, что сейчас начнётся то, ради чего все тут, несмотря ни на что! В середину зала вынесли скамейку и старого глашатая, который во дворце традиционно возвещал о самом главном. — Нынешняя Порка по решению нашего мудрейшего Величества пройдёт в необычном формате! — дребезжащим голосом заявил старик. — Вначале благородные леди высекут простолюдинок. Затем простолюдинки высекут благородных леди. После почтеннейшее собрание определит лучшую секомую и её высечет Его Высочество Принц! Приступайте! Зал взорвался аплодисментами. Придумка Короля показалась всем очень смелой и креативной, пусть такого слова тогда ещё и не изобрели. Первыми к скамьям вышли Франческа и Анна. Капитанская дочка явно пошла в папу — сложена была крепко, голос имела громкий, глаза — цвета Тиффани (сознавайтесь, кто пошёл гуглить?) Старшая же из кузнецких девочек на её фоне выглядела хрупкой феечкой. В зале сразу принялись делать ставки — выдержит простолюдинка положенную дюжину или сомлеет? По команде распорядителя Анна быстро сняла платье и аккуратно сложила в изголовье скамьи. Туда же отправилась нижняя рубашка, а за ней чулки. Кузнецкая дочь мило порозовела от смущения и поскорее вытянулась на лавке, замерев в напряжённом ожидании. Франческа же вытянула из стоящего тут же корыта с водой розгу, пару раз взмахнула ею в воздухе и громогласно объявила: — Ну я это, готова! Король, восседавший на троне в собственной ложе, взмахнул белым платком, и порка началась. Зрители во все глаза смотрели, как на белых ягодицах Анны вспухают ярко-алые полосы. Франческа свою напарницу не щадила, стегала сильно, с оттягом, явно собираясь вывести её из строя уже в первом раунде. Да только одного не учла — с папашей-кузнецом ей было не тягаться. Он-то тренировал дочерей с раннего детства, заранее готовя к сегодняшнему дню. Потому Анна лишь попискивала иногда, если удар особо удачным получался. И со скамьи после встала, будто и не полосовали её. Средней, Джессике, жребий подкинул купеческую дочь. Мария была дородна, пышна, как булочка с корицей, и довольно слабосильна. Потому Джесс, высоченная и худая, как жердь, особенно за свой зад не переживала. Как выяснилось — напрасно, ибо неумелость соперницы сыграла с ней злую шутку. Мария и розгу выбрала с почками, и встала слишком далеко от лавки, отчего кончик прута больно жалил наказываемую не только по тощим ягодицам, но и между ними, если Джессика не успевала свести ноги. В общем, наслушались зрители воплей и сквозьзубных ругательств. Младшей кузнецовой дочке, Инночке, лишь недавно миновал шестнадцатый год, и была она исключительно мила собой. Посудите сами — волнистые золотистые волосы ниже попы, глаза цвета осеннего неба, чуть пухлые губки и застенчивая улыбка. Стоило ей появиться у лавки, как по залу прокатился гул восхищения. Можно было биться об заклад — среди вельмож грядут неслабые баталии за право взять эту прелесть себе в прислуги. Однако, сейчас ей было не до того. Отчаянно, до слёз, краснея, Инночка скинула одежду, оставшись совершенно обнажённой и, подняв на распорядителя виноватый взгляд, кротко спросила: — Можно мне ложиться, сэр? Или господа с дамами желают меня пристыдить за что-то? — Её папенька только за сильную вину сечёт! — негромко пояснила Анна. — И при соседях бывает. Вот она и привыкла. Стыдить юную красотку никто не стал. Дирижёрская дочь Альтина — натура тонкая — тоже была очарована её непосредственностью, потому сечь сильно не решилась, так, постегала легонько. Инночка же вволю развлекла почтенейшую публику просьбами о прощении, взвизгами, обещаниями впредь быть самой послушной и никогда больше так не поступать. Как именно «так» — никого не интересовало, но каждому первому хотелось, чтобы этого обещания девушка не сдержала и вновь очутилась однажды на лавке. А особо ушлые отправили слуг выяснять адрес кузнеца и скупать соседскую недвижимость, раз уж там такое показывают. После окончания первого раунда объявили часовой перерыв. Благородным девицам было велено раздеться, после чего все шесть встали по углам. А зрителям подали десерт от королевского шеф-повара, чтобы они могли услаждать не только взор, но и вкусовые рецепторы. Наконец, все тарелки опустели и взгляды вновь устремились на скамейку, где уже умащивалась Франческа, которую слегка потряхивало — одевающаяся Анна минутами раньше одарила её настолько многообещающим взглядом, что капитанская дочка чуть в обморок не грохнулась на всякий случай. Лучше бы грохнулась… Фееобразность Ани не помешала ей унаследовать от батюшки тяжелорукость, и обидчице пришлось очень несладко. Верещала она так, что стёкла звенели, а в дворцовом парке с ветки грохнулась задремавшая было сова. Падение сов продолжилось и во время порки Марии. Но она сама вопить начала, Джессике особых усилий прикладывать не пришлось. Очень уж у дочки купца психика ранимая оказалась, не выдержала зрелища страданий Франчески. А вот Инночку чуть ли не уговаривать пришлось свою наказательную миссию исполнить. Ни в какую не хотела она Альтину сечь, жалко ей было музыкальную девочку. Но пришлось смириться, когда мудрый распорядитель сообщил, что отказом она расстроит самого Короля. Стегая, она шмыгала носом, едва сдерживая слёзы, а после бросилась обнимать подружку — да-да, они успели подружиться, пока в углах соседних стояли. — Его Королевское Высочество Принц Телмаг! — объявил распорядитель, когда девушки вытерли слёзы и выстроились для оглашения победительницы. Наследник короны, статный рыжеволосый юноша, спустился из ложи и повернулся к залу. — Ваше Величество, дамы и господа, друзья! Сейчас мне предстоит огласить ваш выбор и назвать самую достойную из этих прекрасных леди. Вы были единодушны и я с удовольствием объявляю, что ею стала… Он выдержал паузу и торжественно закончил: — Инночка! И сейчас она получит заслуженную награду! Остальных участниц Малой Королевской Порки прошу пройти на свои места, если, конечно, они смогут сидеть! Инночка поверить не могла своему счастью. Прекрасный Принц, о встрече с которым мечтала любая жительница королевства, выбрал её и сейчас окажет великую честь, собственноручно всыпав ещё дюжину розог. Да она и на десять дюжин согласилась бы ради такого момента! Во время порки она не просила прощения и не молила о пощаде, лишь шептала после каждого удара: — Спасибо, Ваше Высочество! Вы так любезны! Я никогда не забуду Вашей милости! А потом начались танцы. И Принц пригласил её на вальс, во время которого она сломала каблук и вынуждена была сбросить туфельки. Одна из них отлетела к придворному писателю, который тут же принялся сочинять сказку о бедной девушке, помогавшей отцу в кузнице и постоянно ходившей по уши в золе. Но это уже совсем другая история…