Ещё раз, сначала

      Они пробрались на земли ордена Вэнь незамеченными, хотя солнце давно встало. Вэнь Яо, так и не сказавший ни слова, под присмотром Не Минцзюэ был вынужден провести их к дворцу. Он молчал и всю дорогу бросал нечитаемые взгляды на Сиченя. Тот прятал Цзян Чень у себя за спиной и смотрел в ответ.       Так они дошли до одного из тайных ходов на нижнем уровне, в городе бедняков, окружавших Знойный дворец. Адепты ордена Не взяли всех в круг, отгораживая от шума и грязи. На их группу не обращали внимания, но никто не ослаблял бдительности.       Не Минцзюэ раздражённо сцепил челюсти, ведя всех за собой. Он словно вернулся домой и вновь работал нянькой. Он тащил Вэнь Яо за шкирку и мысленно обещал сломать Хуайсану ноги за самоуправство, как только вернётся в Нечистую Юдоль. Пленник время от времени подавал голос, указывая направление в запутанном лабиринте улочек.       Глава ордена Не поверить не мог, что подбирается к врагу с тыла. Нападать честно и внезапно — вот достойный способ начать драку. А не красться по тайному ходу неизвестно где, надеясь застать противника врасплох. Тем не менее, ему пришлось на это пойти. Не Минцзюэ молча поймал оступившегося адепта за локоть и подтолкнул вперёд. Их было слишком мало. Поэтому сейчас они почти ползли по узкому низкому ходу в каменной толще Знойного Дворца, распугивая крыс и насекомых.       Наконец, впереди показалась ржавая металлическая дверь, и через несколько минут все с наслаждением вдохнули чистый воздух. Глава Не первым беззвучно выскользнул в коридор и осмотрелся. Снаружи было пусто, и он кивнул.       — Признаться, я давно не ползал по канализации, — Не Лин вернул пленника Главе. Тот лишь хмыкнул, вновь приподнимая Вэнь Яо над полом.       — Ох, моя бедная спина! — в коридор вывалилась Усянь, держась за поясницу.       — Ноешь как старуха, — Цзян Чень подтолкнула её, шагая следом.       — Я старше тебя в два раза! Хочу и ною!       Не Минцзюэ шикнул на них, и сёстры притихли. По его жесту адепты вновь подняли Сжигающего ядра, и все осторожно двинулись за старшим Не. Они миновали несколько развилок, пару раз подождали, пока патруль пройдёт мимо, и наконец оказались перед дверьми в Главный зал.       — Что вы .. — раздался голос справа, и Не Лин мгновенно метнул нож.       Вэнь Чао вскрикнул, бросаясь на пол. Он поднял голову и встретился с саблей у самого носа. На него смотрели спокойные крыжовниковые глаза.       — Как это понимать?! — он отпрянул, падая на спину и судорожно окидывая взглядом всю группу. — Вы ..вы вломились в дворец отца!! Страж..!!       Ему под ноги швырнули тело, и истеричный голос Вэнь Чао оборвался. Он хрипнул от неожиданности, смотря в мертвенно бледное лицо своего телохранителя. Место, где должна была быть правая рука было грубо замотано тряпками и промокло от крови. Одежды на груди Вэнь Чжулю были вспороты и тоже покрыты кровью. На белом лице темнели мученически зажмуренные глаза и обескровленные губы.       Он не помнил, как бесчувственное тело оказалось в его судорожных объятиях. Оно — с усилием, редко — но ещё дышало. Вэнь Чао закричал:       — ВЭНЬ ЦИН!!       Не Лин замахнулся, желая прервать крик пока к ним не сбежался весь дорец. Но правую руку вдруг свело судорогой, и сабля выпала из разжавшихся пальцев. Прежде чем она звякнула о каменный пол, колени подогнулись сами по себе. Он смог лишь вскинуть глаза на неожиданного противника. К шее сзади уверенно прижалась длинная игла, и незнакомка произнесла над ухом:       — Одно движение — и я проткну ему горло.       Не Лин смотрел вверх и чувствовал, как к страху примешивается восхищение. Только Глава ордена мог так играючи поставить его на колени, как эта девчонка Вэнь. Нежные пальцы с неожиданной силой сжимали его руку в нервном захвате, да так что он и дёрнуться не мог. Другая рука прижимала иглу точно к артерии, улавливая каждый стук сердца. Шёлковые волосы, сладко пахнущие травами, скользнули ему на плечо, когда она наклонилась ближе. Не Лин был потрясён и плавал в дурмане, не в силах собраться с мыслями. Он пропустил разговор девушки и Главы ордена и очнулся лишь когда чужие руки отпустили его.       — Прекрасная госпожа, молю, скажи своё имя, — она вновь ощетинилась иглами, не ожидавшая, что жертва потянется следом.       На них уставились все в коридоре. Даже Вэнь Чао перестал судорожно вздыхать над телом. Глава ордена смотрел с таким выражением, словно сомневался, есть ли у подчинённого мозги впринципе. Усянь таращилась так, что шимэй пришлось ткнуть её под рёбра.       — Меня зовут Вэнь Цин. Отпусти.       Не Лин выпустил алый рукав из пальцев, но отвести глаза был не в силах. Все заклинательницы ордена Не меркли в сравнении с этой богиней.       — Так что вы забыли у двери в Главный зал? — спросила девушка, отрывая Вэнь Чао от Сжигающего ядра.       Она заметно злилась под двумя взглядами: восхищённым и молящим о чуде. Но точными движениями остановила кровь и проверила пациента.       — Жить будет, — бросила она Вэнь Чао, который нерешительно мялся рядом.       Тот просиял и подхватил её в объятия, в приступе счастья отрывая от пола. Вэнь Цин лишь закатила глаза: подлец предусмотрительно зажал её руки, наученный многолетним опытом.       — Мы шли к Вэнь Жоханю, — Не Минцзюэ удобнее перехватил Вэнь Яо.       Тот молча сучил ногами как перевёрнутый жук. Его причёска сбилась, а на лице застыло смирение пополам с горечью. Целительница хмыкнула от нелепой картины.       — Вы "шли" к Владыке через канализацию? Или ползли по трупам? Откуда такая вонь? — насмешливо спросила она, безжалостно находя взглядом крыжовниковые глаза.       Не Лин залился краской по самые уши. С несчастным видом он спрятал руки за спину и отошёл подальше, наконец прекратив смотреть на её с восхищённо-бестолковым выражением лица. Вэнь Цин откинула упавшие пряди с лица и поднялась.       — Чтож, тогда я провожу вас, — она отряхнула рукава.       Вновь прижавший к себе тело Вэнь Чао шарахнулся с ним в сторону, когда она резко наклонилась.       — Отнеси его в крыло лекарей, болван. Живо!       Младший Вэнь мигом подхватил своего телохранителя и исчез. Усянь где-то позади хмыкнула: она тоже отлично знала характер целительницы. И заставлять её ждать было себе дороже.       Они вошли, препираясь, но зал сразу поглотила тишина, когда раздался звучный голос:       — Что это за сборище?       Хозяин Знойного дворца сидел на троне. Он поднял бровь, увидев разношёрстную компанию, и отложил бумаги. После его кивка Вэнь Цин скрылась за дверью.       — Вэнь Жохань, — прорычал Не Минцзюэ, выходя вперёд.       — Мальчишка, — рубиновые глаза сощурились. — Без приглашения. Без предупреждения. Манерам ты не обучен?       Глава Не побагровел от гнева и стыда. Он положил руку на эфес сабли. Стражники в зале кинулись к нему, но адепты Не перехватили всех, давая Не Минцзюэ беспрепятственно идти вперёд. Тот дошёл до начала лестницы, ведущей к трону, и швырнул Вэнь Яо на ступени.       — Видят небожители, я терпелив к твоим решениям, ведь ты был другом моего отца. Но попытка похищения наследницы Великого ордена — это слишком.       Рубиновые глаза мгновенно нашли Цзян Чень в толпе, и ту передёрнуло от накатившего ужаса. Она схватила стоящую рядом сестру за запястье, и взгляд Владыки перетёк на Усянь. Они смотрели друг на друга с минуту, прежде чем Вэнь Жохань встал.       Он неспешно спустился с лестницы. Адепты Не, стоявшие к трону ближе всех, против воли попятились, не в силах выдержать чудовищную огненную ауру Главы Вэнь. Они отворачивались и задыхались, словно оказались в пекле вулкана. Вэнь Яо у подножия лишился чувств, когда Владыка прошёл мимо. Лишь Не Минцзюэ упрямо стоял на месте, опираясь на саблю. Его глаза слезились, словно он смотрел на яростное полуденное солнце.       — К сожалению, мне не было известно об этом, — сказал Вэнь Жохань. — Я приношу свои извинения.       Цзян Чень вздрогнула, словно ее ударили наотмашь. Её затрясло от необъяснимого страха. Фигуру хозяина Знойного дворца от неё вдруг закрыло что-то белое. Ваньинь проморгалась, увидев спину Сиченя, и отпустила шипящую сестру. Та сразу принялась потирать красное запястье.       — Мы просим прощения за грубое вторжение, Глава ордена Вэнь, — спокойно произнёс Сичень.       — Будущий Глава ордена Лань, — кивнул ему Вэнь Жохань. — Приятно вновь увидеть тебя таким молодым. Время ожесточило тебя и украло ту честность, которая есть сейчас.       Они замерли.       — Вы знаете о возможном будущем? — медовые глаза заледенели.       — Если это так, твои слова уже не будут искренними? — в голосе Владыки звучал интерес.       Лань Сичень выпрямился. Он одним движением закрыл собой растерянную Цзян Чень и вытащил Шоюэ.       — Мои слова будут искренними. Как и желание защитить тех, кто мне дорог. Пусть даже ценой жизни, — решительно ответил Сичень.       Вэнь Жохань вдруг рассмеялся. Жуткое давящее напряжение отпустило, и в зале стало легче дышать.       — Сколько живу, а всё не привыкну, что каждый Лань бездумно горяч и упрям как осёл, — рубиновые глаза смотрели с весельем. — Что Цижень, что твой отец, что ты сам. Дева, которую ты от меня защищаешь, хранит твою ленту, я прав?       Цзян Чень жарко покраснела. Она спрятала пылающее лицо в ладонях. Всё, её нормальной жизни конец. Матушка прикажет высечь их с Сиченем перед всем орденом. А старик Лань закопает живьём, узнав, что они были повенчаны задолго до его разрешения на помолвку.       — Я не стану идти по тому пути, который выбрал в несуществующем будущем, — сказал Вэнь Жохань и вдруг в упор посмотрел на Усянь. — Ты знаешь, как звали твою мать?       Та отшатнулась от неожиданности. Не Минцзюэ вмешался, впрочем не в силах двинуться с места:       — Конечно она знает, кто её мать.       Но хозяин Знойного дворца его проигнорировал, смотря лишь на Усянь. Он снова спросил:       — Или ты знаешь, что сделал нынешний Глава ордена Цзян?       Вэй Инь сжала кулаки и ответила:       — Он ничего не сделал.       Глава Вэнь зло хмыкнул. Его рубиновые глаза запылали.       — Фэнмянь прекрасно знает, что натворил. Он прячется от меня в своих болотах вот уже четырнадцать лет.       — О чём вы говорите? — осторожно спросила Цзян Чень.       Её окатило жаром и сразу обдало холодом, когда взгляд Вэнь Жоханя остановился на ней. Одежда прилипла к взмокшей коже. Внутри вновь разлился страх. Она никогда не встречала такой чудовищной мощи. Даже Усянь меркла в сравнении с мужчиной перед ними.       — Он был помолвлен с моей младшей сестрой, — внезапно сказал Глава Вэнь, и все в неверии распахнули глаза. — А она любила простого слугу.       Атмосфера в зале натягивалась и закручивалась. В ушах нарастал звон. Казалось, что мир лопнет, если ярость Вэнь Жоханя вырвется наружу.       — Они сбежали от меня девятнадцать лет назад. Сестра взяла его фамилию и стала бродяжничать по миру, помогая простым людям.       Тонкие губы скривились в злой улыбке.       — Я опоздал: когда я нашёл тело её мужа, рядом не было ни моей мёртвой сестры, ни её единственной дочери.       Усянь попятилась, тряся головой. Она хватала ртом воздух и задыхалась, не в силах поверить. Рубиновые глаза впились в её лицо:       — Фэнмянь забрал у меня вас обеих. Твою мать звали Вэнь Санжень, в быту Вэнь Мэй.       — Неправда! Нет! Не может ...       Цзян Чень обняла сестру за плечи, позволяя вцепиться побелевшими пальцами в свои одежды. Правда, которую Вэй Инь искала столько лет, оказалась слишком страшной.       — Как ..как моя мать могла быть сестрой такого чудовища как ты?! — голос Усянь к концу фразы взлетел до крика.       Вэнь Жохань, против ожидания закаменевших заклинателей, расслабился.       — Ты правда думаешь, что безродная бродяжка смогла бы подчинить десятки миль Могильных холмов и создать артефакт, способный расколоть этот мир пополам?       Ваньинь крепче сжала несчастную шицзэ, с ужасом смотря на улыбающегося Главу Вэнь.       — От-откуда вы знаете? — выдохнула Усянь.       — Я почувствовал артефакт ещё до того, как ты вошла в Знойный дворец.       — Я никому его не отдам, — предупреждающе произнесла Вэй Инь.       — Знаешь зачем этой крысе была нужна твоя печать? — Глава Вэнь кивнул на бесчувственное тело Вэнь Яо. — Чтобы уничтожить мой орден. А затем орден Цзинь. Месть для безумца — цель жизни.       Лань Сичень после этих слов посмотрел на человека на ступенях. Он не мог поверить, что кто-то может хотеть убить стольких людей лишь ради мести. Развязать войну невероятных масштабов и — не жалеть об этом ни секунды. Он перевёл мутный взгляд на приближающегося хозяина Знойного дворца и тяжело осел на колени, одним из последних теряя сознание из-за давления огненной ауры. Вэнь Жохань остановился в десятке шагов от сестёр и показательно развёл руками. Усянь прижала к себе бесчувственную Цзян Чень. Во всём зале остались лишь они вдвоём.       — Только кровь от крови может стоять в моём присутствии. Я рад наконец увидеть тебя, племянница.       На Вэй Инь было страшно смотреть. Она всю жизнь мечтала узнать кем были её родители. Из какого ордена они ушли и почему решили странствовать. Остались ли у неё другие родственники. А теперь земля рушилась прямо под её ногами.       Хозяин Знойного дворца понаблюдал как эмоции сменяют друг друга на её лице и спросил:       — Кто был основателем ордена Вэнь?       — Огненный дракон, — прохрипела спустя минуту Усянь.       — Верно. Он даёт силу своим прямым потомкам, — Глава Вэнь заложил руки за спину. — Но почти всегда её цена — безумие.       Усянь сглотнула.       — Ты слышала голоса во тьме, — он не спрашивал, он знал. — Это души предыдущих Глав ордена, которых пожрало безумие. Поддашься голосам — станешь такой же.       Он двинулся обратно к лестнице и, степенно поднявшись, сел на трон. Люди вокруг Усянь начали приходить в себя. Ваньинь с трудом оторвала голову от её груди. В фиолетовых глазах плескался ужас, и у Вэй Инь сердце подскочило к горлу. Теперь они друг другу сёстры даже меньше, чем были до этого. Ведь она — Вэнь..       Беспросветное отчаяние прервала пощёчина. Усянь сморгнула слёзы и снова увидела перед собой лицо Цзян Чень. Та выглядела взволнованной и злой.       — О чём бы ты сейчас не думала — не смей, — решительно пригрозила она. — Ты моя шицзэ. Точка. Ясно?       Вэй Инь уставилась на неё. А потом вдруг вместо ответа стиснула сестру в объятиях, зарываясь носом в родные фиолетовые одежды. Какое бы дерьмо с ней не произошло, шимэй всегда останется рядом. С души упал неподъёмный камень.       — Конечно, шимэй, ясно-ясно, — она быстро-быстро целовала сестру в щёку, совсем как в детстве.       Ваньинь отчаянно упиралась, пытаясь дать спятившей Усянь подзатыльник и выбраться на свободу. Мало ей было стыда сегодня, так теперь тискают как маленькую на глазах у кучи народа!       — Верни мне сестру, — их прервал голос Главы Вэнь. Он смотрел на них, и в рубиновых глазах плескалась боль. — Что угодно: меч, ленту для волос — что осталось. И я клянусь, что войны не будет.       Вэй Инь отпустила растрёпанную шимэй. Она нахмурилась, но кивнула. У неё скопилось слишком много вопросов к Главе ордена Цзян.       Вэнь Жохань отпустил их взмахом руки. Никто из адептов Вэнь не препятствовал им до самого конца земель их ордена.