(Не) верь мне

Чимин все занятия пытался подобрать для господина Хуна слова, чтобы достойно оправдать внезапное желание сменить предмет и даже преподавателя, но ничего стоящего в голову так и не пришло. Сделав поглубже вдох, он постучал в дверь кафедры. Открывший ему мужчина вопросительно глянул на студента. — Здравствуйте. Простите, господин Хун на месте? Хотел бы с ним поговорить насчёт диплома. — Добрый день. Увы, нет. Сегодня он взял больничный. Юноша весьма удивился, ведь только вчера они с ним виделись, и всё было в порядке. — Что-нибудь ещё? — Нет, спасибо за информацию, — поклонившись, он пошёл на выход. Покинув здание университета, Чимин думал, как поступить. Юнги чётко обозначил сроки, поэтому вернуться сегодня домой и сказать, что не смог увидеться с учителем, а значит, и поговорить, может привести к ссоре. Чтобы уладить вопрос прямо сейчас, оставался только один вариант. Взяв в руки телефон, он позвонил Сану. — Здравствуй, Чимин, — голос звучал устало. — Рад тебя слышать. — Добрый день, господин Хун. Мне сказали, что вы на больничном. Не хотел вас отвлекать, но нам нужно срочно поговорить. — Не переживай, ты не отвлёк, всё в порядке. Можешь заглянуть в гости, если не сильно занят. Поскольку выбора ему не оставили, и вечером придётся давать объяснения, юноша произнёс: — Пары уже закончились. Могу прямо сейчас подъехать. — Отлично, — Хун сразу же оживился. — С нетерпением буду ждать. Завершив звонок, Чимин решил отпустить водителя, опасаясь, что тот доложит Юнги о смене маршрута. Не стоило его посвящать в то, что разговор произошёл вне стен учебного заведения. — Простите, господин Пак, но у меня строгий приказ. Я должен сразу отвезти вас домой. Подобное возмутило до глубины души. По какому праву хён вздумал контролировать каждый шаг? От злости и в то же время бессилия как-то повлиять на ситуацию кулаки сжались сами собой. — Можете передать, что мне нужно в библиотеку, поэтому домой приеду позже. — Давайте я просто подожду здесь, чтобы вам не пришлось беспокоиться. Понимая, что не удастся так просто отделаться, юноша натянуто улыбнулся, прежде чем произнести: — Хорошо. Постараюсь надолго не задерживаться. — Как освободитесь, сразу мне позвоните. — Договорились. Развернувшись, чтобы якобы пойти обратно, он достал телефон и вызвал такси, указав другой вход, чтобы не попасть в поле зрения. По пути к дому господина Хуна, снова и снова пытаясь отрепетировать оправдательную речь, Чимин понимал, как ужасно будет себя чувствовать, когда придётся озвучить это вслух. — Что с вами случилось? — все слова и извинения вмиг вылетели из головы, когда он увидел опухшую щёку. Сан был немного выпивший, поэтому театрально вздохнул, чтобы вызвать побольше жалости, и тихо произнёс: — Твой…дядя приходил вчера на кафедру, чтобы поговорить. Он специально сделал паузу, намекая таким образом, что всё знает, прежде чем обрабатывать дальше, так как был уверен, что произошедшее поможет ему в достижении поставленной цели. Раз все маски сняты, можно действовать. Юноша тут же вспомнил повреждённую руку хёна, который так и не объяснил, что с ней случилось, а сразу же перешёл к тому, что знает про ложь насчёт диплома. Неужели он действительно мог это сделать? Уму не постижимо. — Проходи, пожалуйста, — мужчина пропустил его внутрь, закрывая дверь на замок. — Прости, что толком не успел подготовиться к твоему приезду, очень плохо себя чувствовал. Голова со вчерашнего дня сильно болит, а лекарства не помогают. — Это мне следует просить прощения. Я не понимаю, что на него нашло. Почему Юнги-хён решил напасть? — Что ж, давай поговорим с тобой начистоту, — Сан мысленно потирал руки. — Господин Мин признался, что вы с ним не являетесь родственниками, а состоите в отношениях, и потребовал, весьма жёстко надо сказать, чтобы я ограничил наше общение, опасаясь незаконных действий по отношению к тебе. Когда я попытался возразить, что подобные обвинения недопустимы, тут же получил по лицу. — Боже, простите меня, пожалуйста, — Чимин был готов сквозь землю провалиться. — Он не имел права так с вами разговаривать. И уж тем более бить. Видя его подавленное состояние, мужчина положил руку на плечо студенту и повёл в маленькую гостиную, затем усадил рядом с собой на диван. — Прошу, не расстраивайся. Я всё понимаю, — они сидели практически вплотную, поэтому их бёдра соприкасались, что не являлось случайностью. — Возможно, это не моё дело, но считаю необходимым спросить. — О чём речь? — Твой «дядя», — Хун сделал пальцами кавычки, — не обижает тебя? Если боишься честно ответить, то уверяю, что информация останется строго между нами. Если нужна помощь, любая, поделись со мной. — Нет-нет. Хён и пальцем бы меня никогда не тронул, — поспешил заверить Чимин, переживая, что ситуация может негативно повлиять на все стороны, если об этом станет известно. — Пожалуйста, только не обращайтесь в полицию. Уверен, что хён уже не раз пожалел о своём поступке. Сан окинул его взглядом. Кажется, настал подходящий момент, чтобы признаться. Положив ладонь на худую коленку и слегка погладив, он произнёс: — Не нужно извиняться за то, что случилось. Здесь нет твоей вины. — Как же нет? Ведь именно из-за нашего общения так получилось. Мне искренне жаль. Скажите, как можно загладить вину? Горящая в глазах юноши готовность выполнить любое желание, чтобы отмазать своего любовника, очень сильно манила, поэтому он не сумел себе отказать в удовольствии. Переместив ладонь с ноги, он почти невесомо коснулся его лица, видя, как студент замер и широко распахнул глаза. — Господин Мин отчасти был прав. Ты действительно нравишься мне, Чимини. Так сильно, что больше не в силах это скрывать. — Что вы такое говорите? — голос от неожиданности подвёл, поэтому скорее походил на шёпот. — Говорю правду, которую держал в себе с самого первого дня нашего знакомства. Пак отстранился от ладони, а потом и вовсе вскочил на ноги, находясь в замешательстве. Всё это время он думал, что Юнги ошибается, а на деле оказалось… — Мне лучше покинуть ваш дом. Юноша собрался на выход, но Сан перехватил его, обняв со спины и, уткнувшись куда-то в макушку, произнёс: — Пожалуйста, не бросай меня, — он всхлипнул, — иначе я умру. Скинув с себя чужие руки, Чимин развернулся к нему лицом, полный негодования. — Вы же преподаватель, а я ваш студент. Подобные отношения невозможны ни в каком виде. — Но мы же не вечно будем находиться в таких статусах, — с мольбой в голосе ответил мужчина. — Мне никто, кроме тебя, не нужен. Пожалуйста, не отвергай. Чимин смотрел ему в глаза, испытывая целую гамму эмоций. Хотелось немедленно отсюда уйти, но при этом он не мог испортить отношения с человеком, от которого частично зависел. Не говоря уже о потенциальной угрозе судебного разбирательства. Практически заставив себя сделать шаг навстречу, юноша сказал: — Господин Хун, простите, но я не могу принять ваши чувства. Пользуясь его смятением и тем, что он смотрит виновато, Сан решил перейти к более активным действиям. Приблизившись, он взял его ладони в свои, безотрывно глядя в глаза. — Не нужно давать ответ прямо сейчас. Подумай спокойно. Тем более что в свете последних событий стоит хорошенько проанализировать, что за человек находится рядом. Вдруг в следующий раз ты чем-то его разозлишь и попадёшь под горячую руку? — Такого никогда не произойдёт, — юноша вырвал свои руки из чужих ладоней. — Он никогда… Сан сделал ещё шаг ближе, становясь вплотную и обдавая запахом алкоголя, затем обхватил его лицо, не позволяя отвести взгляд. — Пожалуйста, Чимини, не отталкивай меня. Я сделаю всё, что попросишь, — глаза горели безумным огнём. — Даже с удовольствием позволю руководить в постели. Что скажешь? Уверен, что твой хён никогда не позволял тебе быть сверху. Я прав? От его мерзких слов стало по-настоящему тошно. Чимин хотел отстраниться, но мужчина вдруг стал наклоняться, очевидно, намереваясь поцеловать. Уперев ладони ему в грудь, юноша со всей силы оттолкнул, в результате чего тот упал на диван, не ожидая такого сопротивления. — Мне не стоило приходить, — он отвернулся, пытаясь осознать едва не произошедшее. — Извините. Быстрым шагом направившись к двери, Пак столкнулся с замком, который не сразу получилось открыть, а потом услышал злой голос за спиной: — Не будь дураком. У него таких, как ты, целая пачка. Я же предлагаю настоящие отношения, а не просто секс. Зачем быть чьим-то развлечением, когда можно получить гораздо больше? Внутри всё горело огнём от злости после услышанного. Чимин вернулся обратно в гостиную, чтобы взглянуть на человека, которого когда-то уважал и ценил. — Вы ничего не знаете ни про меня, ни про него, чтобы делать такие безумные выводы, господин Хун. Пожалуй, нам стоит прекратить общение вне занятий. — А как же диплом? Ты и так протянул до последнего. Никто не захочет с тобой работать, — Сан поднялся на ноги и говорил с явной угрозой. — Только со мной получится закончить университет. — Не беспокойтесь, я решу эту проблему, но уже без вашего участия, — разочарование ясно читалось в его голосе и взгляде. — Прощайте. — Мне ничего не стоит пойти в полицию и заявить на него. Когда твой любовник окажется за решёткой, что будешь делать? — Если посмеете так поступить, я расскажу ректору, как вы домогались меня. Посмотрим, что она скажет. Сан растерялся, поэтому ничего не ответил. Справившись с замком и покинув чужую квартиру, Чимин едва сдерживал эмоции от обиды. Юнги был абсолютно прав. От осознания собственной глупости хотелось расплакаться. Как можно быть таким наивным? Ведь хён не просто так предупреждал. Вспыхнувшая в нём ревность и последовавшее ограничение общения теперь не казались чем-то неправильным. Вместо того чтобы прислушаться, он решил поступить по-своему, и вот чем всё закончилось. На душе было гадко от всего, что сказал преподаватель. Хотелось поскорее оказаться дома и как следует помыться, вспоминая, как Сан трогал его, а потом едва не поцеловал. Растерянно глядя по сторонам, когда вышел на улицу, он не знал, что делать. Достав мобильный телефон, Чимин увидел сообщение от Юнги с вопросом, когда тот вернётся с учёбы. Чтобы не печатать ответ, юноша позвонил. — Хён, прости, я такой глупый. — Что случилось? — слыша в голосе слёзы, с тревогой спросил он. — Где ты находишься? Чимин? Мин уже собирался домой, желая приехать пораньше, чтобы успеть до его прихода что-нибудь приготовить и помириться из-за того, что произошло утром. Когда окончательно остыл, он даже подумывал над тем, чтобы разрешить Чимину и дальше заниматься дипломной работой под руководством Хуна, зная, как для Чимина это важно, но при условии, что всё будет происходить на территории университета. — Можешь меня забрать? Пожалуйста. — Скажи адрес, и я сейчас же приеду. Поняв, что не сможет объяснить своё местоположение без необходимости рассказать, что поехал к преподавателю, Чимин молчал, собираясь с мыслями. Приняв неизбежность новой ссоры, так как ослушался, не говоря о том, что обманул водителя, он продиктовал название улицы и номер дома. — Говори со мной, пока не приеду, — попросил Юнги, уже спускаясь вниз. — Что случилось? — После занятий я поехал домой к господину Хуну, так как сегодня он отсутствовал в университете, чтобы поговорить насчёт диплома. И узнал от него по поводу вашей ссоры, а потом… — Что он сделал? — сердце в груди беспокойно забилось. — Пожалуйста, ответь. Твоё молчание жутко меня пугает. Вспоминать о том, что услышал, не хотелось. — Он признался в своих чувствах и предложил встречаться, когда учёба закончится. Но я отказал и сразу же ушёл оттуда, — Чимин тяжело вздохнул. — Ты был прав. Прости, что не поверил. После того, что узнал, Юнги ещё сильнее хотел оказаться рядом. Достигнув указанного адреса, он увидел Чимина, который сидел на скамеечке, низко опустив голову. Разговор несколько минут назад пришлось прервать, чтобы не угодить в аварию, так как самостоятельно сел за руль. Автомобильный клаксон привлёк внимание. Мужчина с тревогой смотрел на поникшие плечи и расстроенное выражение лица. Когда юноша оказался в машине, он молча притянул его в свои объятия. Чимин немного успокоился, но продолжал ужасно себя чувствовать. — Мне жаль, что так случилось, — прошептал Юнги. — Я не хотел, чтобы тебе пришлось из-за этого расстраиваться. Прости. — Не нужно извиняться, хён. Но ты зря напал на него. Господин Хун может обратиться в полицию. Несмотря на брошенную ответную угрозу, что расскажет ректору, Пак не был до конца уверен, что его слова возымеют эффект, поскольку нет доказательств. А видеосъёмка, на которую вполне могли попасть кадры с нападением, станет весомым аргументом. — Пусть делает, что хочет, я смогу себя защитить. Не переживай. — Поехали домой, — юноша откинулся на своё кресло, пристёгивая ремень. — Не хочу здесь больше оставаться. Бросив взгляд на пятиэтажный дом, рядом с которым они находились, Юнги уточнил: — А какая у него квартира? — Не надо больше с ним связываться. — Не волнуйся. Я ничего такого не планировал, — выруливая на дорогу, он усмехнулся. — Думаю, что одной «беседы» ему вполне хватило. — Вообще не вижу ничего смешного. Если он захочет поднять шумиху… — Я со всем справлюсь. Ничего не бойся. Главное, чтобы он не захотел тебе как-то навредить, поскольку был отвергнут. Не теряй бдительности и сразу говори, если Хун что-то предпримет, — он взял его за руку, пытаясь усмирить собственное взволнованное сердце. — Не хочу снова везти тебя в больницу и не знать, что дальше будет. Чимин слышал боль и страх в его голосе, поэтому вновь ощутил вину за свою глупость и недальновидность. Кто же знал, что за интеллигентной внешностью скрывается человек, готовый преступить черту закона ради удовлетворения низменных потребностей. Оглядываясь назад, он стал по-другому смотреть на их индивидуальные встречи, чересчур заинтересованные взгляды, мимолётные прикосновения, которых за прошедшие две недели стало намного больше. Юноша ошибочно принял сексуальный интерес просто за хорошее к себе отношение. Глупо. Очень и очень глупо. Приехав домой, они поднялись в спальню. — Ни в чём себя не вини, ты не мог знать наверняка, — сказал Юнги, снова беря за руку. — Стоило догадаться, — Чимин перевёл на него печальный взгляд. — В первый учебный день в этом году он сказал буквально следующее: «Скоро ты перестанешь быть моим учеником, а я — твоим учителем». — Не загоняйся, это ещё ничего не значит. — Обещаю, что кроме занятий мы больше нигде не будем пересекаться. Дипломную работу пойду писать к другому преподавателю. Правда, ещё не знаю, к какому. — Ты правильно поступил, — Мин смотрел на него с улыбкой. — Всё у тебя будет хорошо. Закончишь учёбу и забудешь, как его звали. — Не представляю, как себя вести теперь. Особенно на практических занятиях. — Послушай, не ты, а он должен бояться, так как не имел права преступать границы дозволенного. Пусть радуется, что сохранил работу. По-хорошему, надо бы на него заявить. Вдруг это не первый раз, когда Хун пытается совратить студентов? — видя, что своими словами делает только хуже, он смягчился. — Прости. В данной ситуации больше моя вина, чем его, и уж тем более твоя. Если бы я не пошёл выяснять отношения на эмоциях, скорее всего, ничего бы не произошло. — Хорошо, что сейчас всё выяснили, чем я продолжал бы на тебя злиться, считая его ни в чём не виноватым. — Тоже верно, — Юнги коснулся нежной щеки. — Рад, что мы нашли в данной ситуации положительный момент. Кстати, а почему ты был там один? Куда делась машина с водителем? — Ой! — испуганно произнёс юноша. — Я совсем про него забыл. Точнее, солгал, что буду в библиотеке, а сам поехал к господину Хуну, так как он взял больничный из-за того, что ты побил его. — Я всего лишь доходчиво объяснил, что не стоит посягать на чужое, — оправдывался Мин, но при этом не испытывал ни малейшего раскаяния. — Если потребуется, могу ещё раз повторить. — Пожалуйста, давай закроем эту тему. Больше не хочу о нём говорить. — Не имею ничего против. Но всё равно считаю, что его нужно уволить. — Если господин Хун будет молчать о нападении, ты тоже ничего не будешь предпринимать. Договорились? Я не хочу снова ощущать на себе косые взгляды и слышать перешёптывания за спиной. Юнги поджал губы, чувствуя вину, поскольку вновь не смог защитить. Надо было присутствовать при разговоре, тогда не пришлось бы сейчас видеть печальные глаза и слышать такой же голос. Притянув в свои объятия, он шепнул: — Обещаю ничего не предпринимать, если он будет сидеть тихо и не станет тебя преследовать. Обнимая в ответ, юноша добавил: — Вряд ли он захочет этим заниматься, особенно в стенах университета. А в другое время мы не будем пересекаться. — Не думал, что Хун осмелится так поступить. Я этого не хотел. Правда. — Я верю, что ты действовал из лучших побуждений и никогда меня не обидишь. — Ни за что на свете, — поглаживая точёные скулы, мужчина смотрел на него с любовью, а затем наклонился вперёд, чтобы поцеловать. Несмотря на то, что решили проблему и пришли к единогласному мнению, во время ужина юноша сохранял молчание, погрузившись в размышления. — Не замыкайся в себе, пожалуйста, — Юнги коснулся сжатой в кулак руки. Чимин перевёл на него взгляд, не зная, что сказать, чувствуя себя подавленным и будучи не в силах это изменить. Но и видеть страх в глазах любимого человека больше не хотел. В прошлом было достаточно таких ситуаций. — Не волнуйся. Просто нужно время, чтобы это переварить. Улыбка на лице вроде бы успокаивала, но в то же время не отпускала тревога, что она всего лишь служит для Чимина прикрытием, чтобы спрятать настоящие эмоции. Он всегда так поступал, просто закрывался ото всех и подолгу молчал, глядя в одну точку. Конечно, сейчас юноша реагировал и отвечал, но после полученного сотрясения мозга первое время тоже казалось, что всё в порядке. А потом он собрал вещи и переехал в другую комнату. Юнги очень надеялся, что в этот раз всё будет по-другому. Видя, что Чимин закончил есть, спросил у него: — Чем планируешь заняться? — Хочу позвонить Иоко. Давняя подруга, которая в своё время не позволила замять проблему травли со стороны бывшего друга и по совместительству её парня, вернулась в Японию, поэтому видеосвязь оставалась единственной возможностью общения. Когда Юнги услышал её имя, ему в голову пришла одна идея. — Хорошо. Я тогда поработаю немного наверху, — с улыбкой сказал он, поднимаясь из-за стола. Поцеловав на прощание, Чимин отправился в свою студию. — Привет! — девушка тут же забеспокоилась, увидев выражение лица друга. — Что с тобой? — Даже не знаю, с чего начать, — он вздохнул. — С начала, если можно. Когда друг закончил говорить, она выглядела потрясённой. — У меня просто нет слов. Вот же мерзкий тип. Я всегда говорила, что он странный. — Не ври, — Чимин улыбнулся. — Как и все остальные, строила ему глазки, когда вы с… Джунсо расстались по моей вине. — Мы расстались, потому что он козёл, — Иоко произнесла фразу с улыбкой, поскольку давно отпустила прошлые отношения. — Не надо себя в этом винить. Благодаря тебе сейчас рядом со мной находится человек, с которым я очень счастлива. Слова подруги послужили облегчением, поэтому и на собственном лице появилась улыбка. — Не пропадай так надолго в следующий раз, иначе заблокирую, — «грозное» лицо во весь экран планшета не оставляло сомнений в серьёзности намерений. — Прости, постараюсь исправиться. Из-за попадания в больницу и напряжения в отношениях, которое произошло из-за того, что Чимин увидел в кабинете Мина, он действительно ни разу ей не позвонил, так как боялся, что страшные мысли, которые его одолевали, станут реальностью, если произнести их вслух. Идти на занятия на следующий день было очень страшно. Юнги видел его нервные ёрзанья, пока они ехали в машине, поэтому сказал, когда прибыли на место: — Держи телефон под рукой и сразу же звони, если он посмеет хотя бы косо на тебя посмотреть. — Хён, ты перегибаешь палку. — Ничего подобного, — мужчина хоть и говорил серьёзно, но старался улыбаться. — Пусть боится. Одно твоё слово, и он вылетит отсюда раз и навсегда. — Надеюсь, что господин Хун сожалеет о произошедшем, — юноша слабо в это верил, учитывая полученные от него угрозы. — Общаться как раньше, конечно, не получится, но взаимодействовать всё равно придётся. — Помни. Он преподаватель, а ты студент. Только в данной сфере должны находиться ваши отношения. Если границы будут нарушены, сразу об этом сообщаешь мне или ректору. Понял? — Да, не волнуйся. — Я заберу тебя после занятий, — сказал Мин, быстро чмокнув в щёку. — Ничего не бойся. — Не буду, хён. До вечера. Улыбнувшись на прощание, Чимин махнул рукой отъезжающей машине и направился к главному входу. Чем ближе подходил к аудитории, в которой первой же парой стояло занятие у Хуна, тем заметнее начинал нервничать. Но страхи оказались напрасными. Преподаватель провёл семинар и ни разу на него не взглянул. Однако после того, как прозвенел звонок, Сан всё же окликнул студента: — Господин Пак, задержитесь, пожалуйста. Оставаться с ним наедине не хотелось, но выбора не было. Приблизившись к рабочему столу, который стал между ними единственным препятствием, юноша спросил: — Вы что-то хотели? — Я попросил госпожу Ву, которая преподаёт историю искусств, чтобы она занялась вашим дипломом и помогла с написанием. — Не стоило этого делать, но я всё равно благодарен. Собираясь уйти, он услышал тихий голос за спиной: — Прости меня, Чимин, — Сан смотрел на него чуть ли не со слезами на глазах. — Я так перед тобой виноват. Борясь с желанием обернуться, юноша холодно произнёс: — Доброго дня. Покинув помещение, он быстрым шагом направился вслед за своей группой, чувствуя в груди бешеный стук сердца. Как же злило такое поведение. Сначала лез с поцелуями и предложением переспать, а теперь просит прощения и передаёт другому преподавателю. Чимин твёрдо верил, что Хун лишь притворяется, видимо, всё-таки испугался жалобы и потери работы, поэтому не собирался вестись на его манипуляции. — Всё в порядке? — спросила староста группы. — Чего от тебя хотел учитель? — Ничего особенного, — отмахнулся он. — Просто я решил сменить тему для подготовки к диплому, этот вопрос и обсуждали. — Понятно, — девушка ещё какое-то время внимательно на него смотрела, прежде чем отвернуться. Понимая, что надо успокоиться и взять себя в руки, он прикрыл глаза и сделал медленный вдох. Как и обещал, Юнги приехал за ним после занятий, очевидно, беспокоясь, поскольку за весь день не получил ни весточки. Как только отъехали от университета, он спросил: — Вы с ним виделись? — Да, сегодня господин Хун был на парах, — ответил Чимин. — Он передал мой диплом госпоже Ву. Я обговорил с ней план работы. Надеюсь, получится достойно подготовиться. — Нисколько в тебе не сомневаюсь, — Юнги понимал, что не всё так хорошо, как прозвучало. — Что тебя беспокоит? — Разочарование в людях, — последовал печальный ответ. — Почему всё так происходит? Сначала Джунсо, теперь господин Хун. — Мир полон ужасных людей. Порой их возникает на нашем пути больше, чем хотелось бы. Главное, помни, что ты не один и всегда можешь обратиться за помощью ко мне или к господину Киму. — Думаю, что он порядком устал столько лет пытаться меня исправить. — Во-первых, ежемесячные чеки, которые я выписываю, с лихвой покрывают любое его неудобство. Во-вторых, он действительно может помочь. Особенно в тех вопросах, где я бессилен. Психотерапия нужна для восстановления душевного равновесия в первую очередь. Твои переживания очень важны. Если просто от них отвернуться и сделать вид, что ничего не происходит, проблемы не исчезнут. Слушая его речь и глядя на профиль, так как хён вёл машину, Чимин поймал себя на том, что улыбается. Здесь и сейчас он находился рядом с человеком, который однажды протянул руку помощи и не отпускал до сих пор. Поэтому вина из-за того, что доставляет так много хлопот, перемежалась с благодарностью. Юнги снова и снова удерживал от падения, одаривая любовью, хранившейся у него в сердце. Юноша знал, что испытывает по отношению к нему такие же сильные чувства, которые со временем никуда не делись, пусть и родились не сразу, а потом долго скрывались за страхом быть отвергнутым. Зато теперь он больше не сомневался и твёрдо верил, что никто не сможет между ними встать. Дальнейшая учёба, к счастью для всех, шла спокойно. Господин Хун ронял печальные взгляды, видимо, надеясь заполучить прощение и наладить отношения. Чимин всячески его игнорировал, выполняя строго полагающиеся задания и сведя взаимодействие к минимуму. Юнги каждый день отвозил и забирал своего мальчика с занятий, практически оставив без работы водителя, который раньше этим занимался. И каждый раз интересовался, как прошли пары и как вёл себя преподаватель. Идея пожаловаться на него ректору никуда не делась, но юноша запретил что-либо предпринимать, тем более что Сан не давал новых поводов. Волнение постепенно стало уменьшаться, но не могло до конца исчезнуть, так как до выпускного оставался ещё не один месяц. В компании дела шли в гору, поэтому часто приходилось работать по выходным или засиживаться по вечерам в домашнем кабинете, когда не успевал что-нибудь доделать в офисе. Понимая, что хён вновь окопался в бумагах, Чимин поднимался с постели и, зайдя к нему, брал за руку, чтобы отвести в спальню, где помогал раздеться, а затем укладывал спать. Поглаживая лохматую макушку, что покоилась у него на груди, мужчина вскоре спокойно засыпал. Иногда Чимин наблюдал за его сном, осторожно касаясь лица или морщинки на лбу, которая не проходила даже в расслабленном состоянии, и думал о том, как много хён работает, чтобы обеспечить им достойную жизнь. Хотелось отплатить тем же, но пока не знал, как это можно сделать. В данный момент оплата учёбы, галереи, а теперь ещё и квартиры, где активно шёл ремонт, являлись главными источниками расходов, уменьшить которые не представлялось возможным. Предложив однажды использовать деньги со спецсчёта на обустройство купленной для него жилплощади, юноша услышал категорическое «нет», а вдогонку обещание, что не увидит ни одного чека, чтобы не приставал больше с подобными «предложениями». До конца мая практически всё было завершено, оставались лишь мелкие детали, связанные с интерьером и мебелью. — Что скажешь? — Юнги ждал его реакции. — Если нужно что-то переделать, только скажи. — Кажется, ты слегка перестарался, стремясь учесть мои пожелания. Они приехали на почти завершённый объект и внимательно осматривали каждый угол. Несмотря на то, что квартира была однокомнатной, её площадь позволяла вместить большую кухню, совмещённую с гостиной, во всю ширину квартиры лоджию, а также просторную спальню с уголком художника и, конечно же, ванную с туалетом. — Всё согласно эскизам, которые ты лично утверждал, — юноша с прищуром на него посмотрел, уличив во лжи. — Ладно, я добавил несколько штрихов, касающихся материалов для кухонной зоны и спального места. — Несколько? Уверен? — Не спорь со старшими, а лучше скажи, что думаешь, — Мин подошёл к нему со спины и обвил руками за талию. — Думаю, что никто и никогда так не заботился обо мне, — Чимин повернул голову, целуя в губы. — Спасибо. Мне очень нравится. Юнги полностью развернул его к себе лицом, чтобы самостоятельно поцеловать, наслаждаясь нежными поглаживаниями по груди. Хотелось раствориться в этом моменте, таким сладким и тёплым он был, но всё испортил звонок телефона. — Прости, надо ответить. — Я пока ещё раз загляну в спальню. Провожая его взглядом, мужчина улыбался, пока доставал мобильный из внутреннего кармана пиджака. Звонила секретарь, чтобы подтвердить бронь отеля и билет на самолёт в бизнес-классе. — Спасибо, Аими. Завершив вызов, он пошёл искать Чимина. Тот стоял у окна, глядя вдаль. — На что смотришь? — Сегодня такой красивый закат. Жаль не захватил с собой никаких принадлежностей, чтобы набросать эскиз, — вздохнув, произнёс юноша. — У тебя прекрасная память. Сейчас вернёмся домой и сможешь нарисовать, — становясь рядом и целуя в висок, Юнги вновь притянул в свои объятия. — Я очень доволен твоими оценками, поэтому хочу кое-что предложить. Чимин поднял на него заинтересованный взгляд. — Что ты задумал? — Через пару недель начинаются летние каникулы. Как ты смотришь на то, чтобы слетать в гости к Иоко на неделю? — Юнги видел удивление и восторг на его лице. — Весь июнь я буду очень занят, поэтому не смогу составить компанию, но уверен, что скучать вам не придётся. Что скажешь? — Хён, ты серьёзно? — Конечно. Неужто стал бы так шутить? — Спасибо, — юноша буквально повис у него на шее. — Я так благодарен. — Аккуратнее с моей спиной, — «ворчал» он. — Таскать тебя на руках не входило в мои планы. Заткнув ему рот поцелуем, Чимин не мог унять восторг. Как и дождаться конца семестра. Почти каждый день вместе с подругой они обсуждали планы, куда пойдут и что будут делать. Иоко составила маршрут по Токио, а ещё хотела свозить его в родной город, чтобы познакомить с родителями. — Не думаю, что это хорошая идея, — с сомнением сказал Чимин. — Я так им расписала тебя, что мама с папой уже любят, как родного сына, — уверяла девушка. — Даже уезжать не захочешь. — Ладно, уговорила. За день до поездки, приехав в офис Мина, юноша зашёл к нему в кабинет и увидел, что хён с кем-то разговаривает по телефону. Кивнув, чтобы проходил, Юнги вернулся к разговору. А когда удалось его завершить, он с улыбкой спросил: — Что сказали? — Преподаватель сделала несколько замечаний по работе, переделаю, когда вернусь домой. Но в целом подготовка диплома идёт хорошо. — Рад слышать. А как настроение? Волнуешься? — Не терпится увидеть Иоко, но при этом не отпускает чувство вины, так как я буду развлекаться, а ты здесь работать. — Отдыхай спокойно и ни о чём не думай. Обо мне в том числе, — Юнги подошёл вплотную, желая поцеловать. — Ты ещё не уехал, а я уже скучаю. Чимин закинул руки ему на шею, притягивая ближе, и оставил лёгкий поцелуй, который быстро перерос в глубокий и чувственный. Снаружи послышался какой-то шум, привлёкший их внимание. — Видимо, Аими вернулась, — нехотя отстраняясь, сказал мужчина. — Сейчас отдам ей последние поручения, и можем ехать домой. — Тогда не буду мешать и подожду в приёмной, — поприветствовав секретаря, юноша присел в кресло и залип в телефоне. На следующий день Юнги никак не мог отпустить своего мальчика, целуя снова и снова. — Хён, по твоей вине я могу опоздать, — не слишком активно сопротивляясь, успел произнести Чимин между поцелуями. — Мне пора ехать. — Обязательно позвони, как приземлишься. — Конечно, не волнуйся. — Прости, что не смогу сам отвезти, — Юнги вновь поцеловал, на этот раз в лоб. — Ничего страшного. Вместе выйдя на крыльцо, они попрощались, и юноша сел на заднее сиденье автомобиля. Он смотрел на хёна до тех пор, пока не выехал за пределы особняка. Несмотря на грядущее путешествие и нежное прощание, от которого слегка припухли губы, Чимин никак не мог избавиться от беспокойства. Казалось бы, нет причин, но сердце было не на месте. Глядя в иллюминатор, он пытался отбросить беспочвенные переживания, чтобы с улыбкой на лице встретить подругу, по которой сильно скучал. К моменту приземления тревога немного утихла. Когда сначала услышал, а потом увидел Иоко, которая с такой силой сжимала в своих объятиях, что едва не трещали рёбра, юноша смог окончательно успокоиться. — Ну что, готов круто провести время? — спросила девушка. — Готов, — уверенно произнёс Чимин, широко улыбаясь и чувствуя на душе радость. — Веди на встречу приключениям.