Гиш "Каменный"

      Когда Гиш прошел испытание в недрах горы Монблан, он наивно полагал что больше проблем не будет, по крайней мере, не в ближайшее время.       Словно гром среди ясного неба обрушилась новость о помолвке. Гиш оказался настолько ошарашен, что не смог найти нужных аргументов, чтобы переубедить герцога в ошибочности данного решения.       И вот, наступила ночь.       Свет двух лун освещает покои тусклым, бледным цветом, рассеиваясь от плотных занавесок.       Глаза, привыкшие к темноте, обрисовывают серые очертания комнаты, и Гиш уже который час молча смотрит в потолок, стараясь принять странную, неестественную для себя мысль. Снова и снова прокручивая одни и те же мысли, рассматривая их под тем или иным углом.       То, что ему подберут невесту без его ведома Гиш знал уже достаточно давно, ещё во время уроков этикета, позже подтвердив информацию, прочитав об этом в библиотеке. Однако, он не ожидал, что это случится так скоро.       — В последнее время, всё окружение пытается напугать меня доусрачки… И я бы не сказал что безуспешно.       Тихие слова Гиша заставили мысли утихнуть, но когда снова воцарилась ночная тишина, ему не удалось скрыться от своих сомнений и страхов.       Сперва гном заставил столкнуться со страхом стать аномалией, теперь герцог заставляет столкнуться со страхом совсем иного рода.       Ответственность, Гиш не особо сильно её боится. Разумеется, у пятилетнего сопляка нет особой ответственности выходящей из ряда вон: прилежно учиться, хорошо кушать и не убиться во время игр.       Но, Гиш знает, что такое ответственность, и что происходит, когда она ложиться на плечи. Он знает об этом из воспоминаний Веста.       Он помнит день первого дежурства, как на протяжении всей смены мышцы были напряжены, руки сжимали автомат, снятый с предохранителя. Казалось, что в любую секунду всё пойдёт кувырком. Опасность словно витала в воздухе.       Тогда Вест был всего лишь рядовым бойцом Дзета-9. Старшие сослуживцы смотрели на него с лёгкой насмешкой, и как Робу казалось непозволительной расслабленностью. Но шло время, тревога и страх медленно утихали. И спустя какое-то время, Вест осознал, что ответственность это словно прогулка по канату над пропастью. Если поддашься тревоге, груз ответственности тебя раздавит, слишком расслабишься и тогда разорвет то, что должен охранять. Балансирование между двумя крайностями. Цена ошибки — смерть. И далеко не всегда собственная.       Может быть, именно поэтому Вест избегал лишней ответственности?       У него не было особо близких людей, несколько приятелей, которых он очень редко вспоминал во время увольнения. Даже со своей семьёй он всегда держал дистанцию. Тем не менее, человек животное социальное, и Весту не было чуждо человеческое. На личном фронте у него всё было в норме. Найти кого-нибудь на пару ночей никогда не было проблемой, но действительно серьёзных отношений не было никогда.       Одно дело, когда отношения строятся только ради взаимного удовольствия, тогда всё ограничивается исключительно постелью. Однако, не важно, через неделю или месяц, но постели становится мало. Начинаются разговоры, попытки влезть в душу, и тогда Весту приходилось врать, навешивая тонны лапши на уши. Это раздражает.  Кроме того приходилось держать маску «хорошего парня». То, что он связан со спецподразделениями, пассии Веста знали, это было очевидно. Но их нервировало постоянное напряжение Веста, настороженность, граничащая с паранойей и жестокость, которую тот старался скрыть.        Например, во время увольнения, он был на свидании, и к ним пристала группа гопников-малолеток. Вест как доблестный рыцарь защитил свою даму. Правда дама в ужасе сбежала, увидев нападавшего со сломанной рукой и собственным ножом-бабочкой в шее, его подельника с носовым хрящом вбитым Вестом в череп, и последнего захлёбывающегося своей кровью из размозжённого горла. Группа зачистки избавилась от следов, а девушке с разрешения Веста ввели амнезиак.       Конечно, можно было найти кого-нибудь работающего в Фонде. Не пришлось бы скрываться, можно было бы выговориться и его бы наверное приняли. Вест этого не делал. От учёных исследовательниц у Веста всегда пробегали мурашки по спине, он не безосновательно их опасался. В спецподразделениях же представительницы прекрасного пола редкость.       Со временем, Весту стало просто всё равно на свою личную жизнь, и он не планировал остепеняться.       Что касается Гиша, то он воспринимал это как что-то неизбежное, потому не слишком задумывался, считая, что этот вопрос встанет ребром нескоро. Он решил успокоить себя тем, что это всего лишь договоренность на будущее, просто мимолётная встреча. Сказать легко, принять не очень.       Уснуть Гишу так и не удалось. Встав незадолго до рассвета, он собрался и вышел на пробежку. Слуги ещё не проснулись, а стражники, караулящие ворота в поместье с недоумением смотрели на наследника герцога бегающего вокруг дома. Местные работники не привыкли к «странностям» Гиша, но ему в тот момент было плевать. Всё что Гиш хотел, так это нагрузить своё тело, чтобы выбить из головы все лишние мысли.       Из-за ссадин и легких травм, он не смог выполнить комплекс упражнений в полной мере. Но зато боль заставила отвлечься от тяжких дум.       Вернувшись в комнату, он застал слуг за работой по уборке комнаты. Коротко поздоровавшись, Гиш взял сумку, свою «дубинку» и снова ушел.       Как и в имении Грамонов, поместье в городе Тур имеет свой сад, в котором Гиш смог укрыться от посторонних глаз.       Пробравшись через заросли кустарников, он нашел подходящую поляну. Повесив сумку на обломанный сук дерева, Гиш начал искать в траве подходящий камень или булыжник.       — Приступим к полевым испытаниям, — пробормотал Гиш, подкидывая в руке камень, подходя к сумке за чистым листом бумаги и деревянным планшетом который он стащил у управляющего поместьем.       «Субъект исследования — гуманоидная аномалия.  Класс аномалии — Синий тип.        Класс опасности — не присвоен. Предварительный класс опасности в соответствии с положением Фонда непосредственно до попадания в аномалию "Халкегиния"— Евклид.        Цель исследования — изучение границ нарушения законов физики. Проверка, является ли субъект Скульптором Реальности. В случае изменения класса аномалии до Зелёного типа, класс опасности будет изменён до Кетера.        Эксперимент № 1. Изменение структурной целостности предоставленного образца без использования подручных средств.       Образец — галька массой около 20-ти грамм»       Сев в тени дерева, Гиш повертел гладкий камень в руке. Шум листвы отвлекает его, как и солнечный свет, пробивающийся сквозь листву, не давая сконцентрироваться на своих ощущениях.       Гиш закрыл глаза и вспомнил пещеру горы Монблан. Холодная, непоколебимая, и тихая.       Несколько минут он входил в медитативное состояние, и наконец, смог уловить то же чувство что и во время своего испытания.       Он ощущает камень в своей руке, не просто плотность, но и структуру. Гиш попытался её сжать.       Ничего не произошло.       Растерявшись, он потерял концентрацию и открыл глаза, с недоумением посмотрев на камень в руке. Никаких изменений.       Он повторил эксперимент. Снова ничего не произошло.       Гиш не слишком расстроился неудаче. Отложив в сторону камень, он взял планшет с закреплённым листом и, обмакнув писчее перо в чернильницу, продолжил писать.       «Результат отрицательный. Субъект не смог воспроизвести аналогичный порядок действий, произошедший в ходе инцидента „Монблан“.        Эксперимент № 2. Изменение структурной целостности предоставленного образца с использованием подручных средств.       Образец — галька массой около 20-ти грамм.       Подручный инструмент — деревянная палка»        Гиш взял с земли какую-то корягу и снова вошел в медитативное состояние.       И снова неудача. Он просто не чувствует палку в своей руке. Она никак не реагирует с его «шестым» чувством.       Пресловутый кусок гальки остался невредимым.       «Результат отрицательный.       Эксперимент № 3. Изменение структурной целостности предоставленного образца с использованием подручных средств.       Образец — галька массой около 20-ти грамм.       Подручный инструмент — объект созданный субъектом в ходе инцидента "Монблан"».       Взяв в руки свой концентратор, Гиш крепче сжал каменную рукоять черного цвета, отполированную до блеска.       В нужное состояние концентрации Гиш вошёл за считанные секунды, сразу ощутив скопившуюся энергию в навершии короткого посоха. Он даже смог открыть глаза и сохранить это состояние концентрации.       Взглянув на камень Гиш представил, как тот сжимается — ничего не произошло; как камень крошится — ничего; раскалывается надвое — неудача.       Одна попытка за другой, с одним и тем же результатом.       Почувствовав резкую слабость, Гиш чуть не упал. Выронив орудие, он неуверенным шагом отошёл к дереву и опёрся об ствол рукой, согнувшись почти пополам, чувствуя как темнеет в глазах и звенит в ушах.       Делая размеренные вдохи и выдохи, Гиш дождался когда станет легче и сел в тенёк.       «Результат отрицательный. Эксперимент прерван ввиду ухудшения состояния субъекта.       В ходе эксперимента, субъект ощутил изменённое состояние сознания. Эксперимент прерван, так как у субъекта произошел резкий упадок сил выражающийся общей слабостью, вплоть до частичной потери ориентации в пространстве.        В ходе проведенных экспериментов установлено — субъект не является Скульптором Реальности.        Несмотря на отрицательные результаты экспериментов, субъект ощутил паранормальное восприятие аналогичное произошедшему во время инцидента «Монблан».        Согласно принятой классификации Фонда, субъект является Синим типом — необученный Тауматург»       Всё ещё чувствуя лёгкую слабость, Гиш отложил планшет и потёр глаза через закрытые веки. Перед возвращением он хочет провести ещё один эксперимент, на этот раз с использованием заклинания.       Но для чистоты эксперимента, он решил сделать перерыв, чтобы восстановить силы.       Усталость, слабость и бессонная ночь сказались на Гише тем, что он уснул. Лёгкая дремота очень быстро сменилась крепким сном.       Проснулся он в гостиной на диване. Вскочить с места ему не позволил голос герцога.       — Не вставай.       Повернув голову в сторону голоса, Гиш увидел отца сидящего в кресле и пьющего чай. На столике Гиш увидел свои вещи и запись.       Он удрученно откинулся на подушку, понимая как подставился. Гиш не ожидал, что уснёт так крепко. Казалось, он лишь на секунду прикрыл глаза.       — Ты поступил очень опрометчиво, решив изучать магию в одиночку.       — Я просто должен был кое в чем убедиться, — попытался оправдаться Гиш, глядя в потолок.       — Да… Я прочитал, — сказал герцог, поставив чашку на стол и взяв вместо неё лист с записью, пробежавшись взглядом по строкам, — «Скульптор Реальности». Это те, о ком ты мне рассказывал?       Гиш кивнул.       — И что ты собирался делать, если бы решил, что один из них? — в голосе герцога слышно недовольство. Гиш пожал плечами. Хоть он и знает что нужно было бы сделать, точного ответа у него нет. Главное, чтобы это было быстро и ничего не успел понять.       — Мне не нравится твоё отношение к собственному магическому дару, — сказал герцог.       — Дар… Мне не нравятся такие расплывчатые определения. Объяснение Церкви, что это дар Бримира меня не устраивает. Я хочу изучить это, систематизировать, дать более точное определение, выяснить границы и сделать понятным. Хотя бы для себя.       — Тауматург, что это? — задал вопрос старший Грамон.       — Общее определение тех, кто использует ритуальную магию. Говоря проще — маг.       — Понятно, — положив лист обратно на столик, герцог взял чашку с чаем, — Впредь воздержись от подобных экспериментов без поддержки, они опасны, прежде всего для тебя самого. В свое время ты найдешь ответы на свои вопросы.       — Хорошо. Я могу идти?       — Нет. Я вижу, что тебя беспокоит кое-что другое. Говори.       Гиш не ответил, понимая что его протест против помолвки будет звучать как детский каприз. Ему нужны веские аргументы, которых у него нет. Герцогу же очевидно, что именно того беспокоит.       — Долг каждого аристократа заботится о своём роде. Женитьба является одной из обязанностей. От тебя не требуется любовь до гроба, но свою будущую супругу ты обязан уважать.       — Я это понимаю, отец.       — Тогда чего ты так переживаешь? — с усмешкой спросил герцог, — Боишься, что подобрали тебе старую страшилу?       — Нет.       — Вот и хорошо. Чтобы ты знал, эта юная леди твоего возраста и весьма очаровательна.       — Отлично, и партию ей составит малолетний псих.       — Это ещё что значит? — с раздражением спросил герцог.       Гиш не сдержал ироничного взгляда.       — Отец, вы всерьез считаете, что узнав кто я на самом деле, эта юная особа не сбежит в ужасе зовя инквизицию?       — Не к чему раскрывать такие секреты.       — Я это понимаю. И это меня раздражает. Рядом со мной будет человек, которому я не смогу доверять и который возможно сдаст меня церкви Основателя Бремира как одержимого злым духом. К тому же, раз она моего возраста, то она ещё ребенок, о чем мне с ней говорить?       — Импровизируй, — невозмутимо ответил герцог, отпивая глоток чая, — Если так сильно страшишься разбить девичье сердце, то почитай какой-нибудь роман, хоть узнаешь о чем мечтают юные леди.       — Мне всего пять, на кой чёрт мне нужно это знать? — задал риторический вопрос Гиш, с гримасой словно заел лимон.       — Следи за выражениями. Раз тебе всего пять, то прекрати забивать голову глупостями и просто расслабься, — с иронией заметил герцог, — Не переживай, скоро начнется подготовка к мероприятию и тебе будет не до глупых размышлений. Пришел вестник, твоя мать в пути. Она поможет тебе подготовиться.       — Значит, у меня есть несколько дней на отдых?       — Конечно-конечно, — ровно ответил герцог, Гиш с подозрением посмотрел на отца, но по его равнодушному лицу он не уловил подвоха.       — Тогда, может поможешь освоить мой магический дар?       — Увы, в другой раз, — сказал герцог, вставая с кресла, — Я отправляюсь в столицу и подготовлю всё к вашему прибытию. Не перетруждайся, на пользу это не пойдёт.       Гиш расстроился, но показывать этого не стал. Возможно, отец прав и стоит действительно просто отдохнуть.       Увы, но покой ему будет только сниться.       Герцогиня прибыла уже на следующий день, и для Гиша начался Ад.       Разумеется, мать была рада увидеть Гиша, при встрече исцелив все следы его испытания. А затем началась подготовка.       Гиш стоически выдержал снятие мерок, затем началась примерка. Десять нарядов, двадцать… бесконечность. Все возможные фасоны, цвета, оттенки, качества ткани отделки. Наследник герцогства должен выглядеть идеально, на меньшее герцогиня Шивре была не согласна.       Примерка заключалась не только в надевании шмоток. Нужно продемонстрировать каждый поклон с разных ракурсов, под разным освещением. Снова, снова и снова…       И при этом зрители… Подруги его матери, баронессы, маркизы и прочие вассальные рода, оценивающие вид Гиша, высказывающие своё мнение… Стоит одной из куриц хоть слегка усомниться в выбранном наряде, и всё начиналось по новой.       На исходе второго месяца, Гиш уже был готов на всё, чтобы это поскорее закончилось. Скажут побриться налысо и идти на приём голышом, он пойдет. Скажут жениться прямо там, он женится.       Он дал себе слово, если мать снова забракует выбранный наряд, Гиш сбежит, послав этот аристократический статус нах*р.       — Дорогой, что бы ты хотел на свои именины? — спросила герцогиня у Гиша.       — Пощады! — с надеждой взмолил Гиш.       Смотровой зал портного огласил многоголосый женский смех. Гиш не смеялся, даже не улыбался. Он лишь смотрел перед собой в никуда взглядом на тысячу ярдов и беззвучно материл своего отца, который точно знал, что его ждёт, но специально бросил сына на растерзание, спасаясь бегством.       Наконец, два месяца Ада закончились, и они отправились в столицу под конвоем… Точнее в свите наследника герцогства Грамон.