5. Любовь
22 января 2026 г., 13:10
Примечания:
Я в шоке, что прошло десять месяцев, когда я выкладывала главу в последний раз...
Атрей, уставший после долгого дня, держал в руке камень своей матери, ощущая его прохладную поверхность. Воспоминания о ней наполняли сознание, пока веки не стали тяжёлыми, и он провалился в сон.
Внезапно вокруг раздалось эхо женского голоса. Туманное пространство сменило привычную темноту, и перед ним появилась картина из прошлого. Он увидел самого себя — маленького, ослеплённого новым знанием о своей божественной сущности. Вспышки воспоминаний пронеслись перед глазами, вызывая неприятное ощущение стыда и сожаления.
Прежде чем он смог осознать происходящее, образ сменился. Теперь перед ним была странная маска, окружённая таинственным сиянием. Она манила, притягивала, но стоило ему сделать шаг ближе, как мир вновь растворился.
Очнувшись, Атрей оказался посреди незнакомого пейзажа. Всё вокруг выглядело иначе: деревья простирались высоко в небо, трава переливалась необычными оттенками, воздух был наполнен новыми, неизведанными ароматами. Среди этого живого и загадочного мира мелькнула тень. Волк. Он внимательно смотрел на мальчика, а затем неспешно направился вперёд, словно приглашая следовать за собой.
Поняв намёк, парень пошёл за ним. Со временем стало очевидно, что он попал в Ярнвид — место, о котором шла речь в пророчестве.
Вскоре он встретил великаншу, которая показала ему древние рисунки. Среди множества изображений одно сразу привлекло внимание: его отец лежал безжизненно, а рядом стоял он сам. Атрей ощутил, как внутри поднимается волна тревоги. Дальше рисунки показывали его рядом с Одином, как если бы он примкнул к нему. Всё внутри протестовало против этого.
Он не мог принять подобную судьбу.
Чтобы отвлечься от тяжёлых мыслей, он вместе с великаншей отправился дальше. По пути он узнал о её бабушке, которая когда-то потеряла рассудок. Она похищала души животных, запирая их, не позволяя им обрести покой. Этот поступок казался неправильным, и он вместе с новой знакомой разрушил котёл, служивший источником её силы.
Разгневанная великанша не стала мстить, но с горечью прогнала их прочь.
Вернувшись к месту с рисунками, Локи лёг на покрывало рядом со своей спутницей. Он молча смотрел на звёздное небо, позволяя себе хотя бы на мгновение забыть о том, что увидел.
— Теперь я понимаю, почему он так сказал... — вспомнил он свой прошлый разговор.
— М-м? — вопросительно посмотрела на него Ангрбода.
— У меня есть друг... Нашего возраста. — начал рассказывать он.
— Правда? — удивилась она.
— Да, его зовут Боруто. Мы с ним познакомились три года назад. Тогда... я нашёл его в лесу... Замёрзшим, уставшим... Мы с отцом помогли ему... и он остался с нами. — рассказал своё знакомство с ним. — Вы бы подружились.
— Возможно. — не давала себе надежд. — А... откуда он?
— Не знаю... Он не рассказывал никогда. Да и... я больше не настаивал. Хочу, чтобы он сам рассказал, когда будет готов. — теребя в руке мамин камень, грустно проговорил: — Он-то и сказал мне, чтобы я сам прокладывал себе путь, а не... доверял пророчествам.
— Пророчества бывают туманными и разными... Они не всегда сбываются, но... я бы, наверное, согласилась с твоим другом. Иногда... хочется вдохнуть воздух и просто... идти своей дорогой, которая бы не была написана заранее. — посмотрела она в небо, искренне говоря с ним.
— Знаю, ты просила никому не говорить, но... эх... я так не хочу от него что-то скрывать... Только не от него... — был с ней честен.
— Он... важен для тебя? — снова взглянул она на него.
— Важен?.. — посмотрев на камень и немного поразмыслив, уверенно проговорил: — Да... Он мне важен... Я бы сказал, что... он единственный человек, который всегда поддерживал меня и верил в меня... — повернувшись к ней, спросил: — Это странно?
— Что именно? — уточнила она у него.
— Ну... что он... мне нравится?.. — от искреннего признания девушка немного обомлела, но не показала это сильно.
— Оу... Ну, не мне судить это. — была честна с ним. — Но... любовь бывает разной, и... у каждого она проявляется по-своему... Это ведь не грех — любить. — рассуждала вслух свои мысли. — Но, пожалуйста, ему тоже не говори. Он поймёт, я уверена.
— Знаю... — выдохнул Атрей. — Потому что я знаю, что мои чувства взаимны.
***
Как только Атрей снова провалился в сон, его мысли непроизвольно унеслись к дому. Он не ожидал, что это каким-то образом перенесёт его в Мидгард. Он почувствовал ледяной ветер, пробирающий до костей, и увидел знакомые заснеженные просторы. Не успел он осознать, что произошло, как на него напали скитальцы. Они вынырнули из теней, окружая его со всех сторон. Пришлось схватиться за лук и вступить в бой. Атаки врагов были быстрыми и хаотичными, но юноша справился: увернулся, выпустил несколько стрел, отбил удары кинжалом. Вскоре вокруг него лежали поверженные враги. Переведя дыхание, он направился к вратам, чтобы вернуться обратно. Однако, открыв их, из них тут же вышел его строгий серьёзный отец. — О чём ты думал? — начал пристально смотреть на него Кратос, задавая вопрос. — Я... ходил проведать Фенрира. — соврал ему. — На два дня? — чуть повысил голос. — Я... — хотел что-то ещё соврать, но отец не дал. — Больше не лги мне. — ещё сильнее повысил свой голос, продолжая спрашивать: — Зачем ты сюда пришёл? Один. Смерти ищешь? — Не больше тебя. — туманно ответил ему сын. — Зачем? — грозно и прямо повторил он свой вопрос. — Ответь. Что ты от меня скрываешь? Я пытался тебе довериться. Мы тебе потакали... — Но вы мне вообще не верили. — прекрасно понимал он. — Но шли следом. — взялся за его плечи, пытаясь вразумить его. — Потому что главное — оберегать тебя. — Но это совсем не главное. — отпихнул он от себя руки, продолжив: — Кто оберегает тебя? — Твоя защита мне не нужна. — прямо проговорил ему Кратос. — Уверен в этом? — хотел подойти с другой стороны, но рука отца не дала сделать ему и шага. — Что ты знаешь? — пристально посмотрел ему в глаза, понимая, что что-то скрывает. — Я не могу сказать. — снова отпихнул его руку, продолжая говорить: — Но ты должен доверять мне. Ведь я же верю тебе. — Это совсем другое. — ответил ему Кратос. — Почему? — не понимал его Атрей. — Вы с мамой многое скрывали, у вас были причины, есть и у меня. Так почему ты... Не успел мальчик договорить, как спартанец оттянул его в другую сторону, чтобы атака врага не попало по нему. — Позже. — взяв свой топор, подготовился мужчина к битве. Скитальцы бросились на них со всех сторон, не давая передышки. Кратос сокрушал врагов своим топором, каждый удар которого разносил ледяные всплески, замораживая и разбивая нападающих. Атрей, держа лук наготове, выпускал стрелы, ловко уворачиваясь от ударов. Их слаженные движения превращали бой в смертоносный танец, но скитальцы не отступали. Внезапно воздух сгустился от магии, и порыв холодного ветра пронёсся над полем битвы. Прежде чем они успели осознать, что происходит, в небе появилась тень. Валькирия. Она обрушилась на Кратоса с сокрушительной силой, и в её движениях чувствовалась ярость. Фрейя. Она металась вокруг, атакуя с ужасающей скоростью. Её клинки высекали искры при столкновении с Левиафаном, а магия пронзала воздух. Кратос уверенно отражал её удары, но она была безжалостна. В какой-то момент она сумела сбить его с равновесия, и теперь её клинок уже был направлен прямо в его грудь. Атрей, увидев это, ощутил всплеск неконтролируемой силы. Мир перед глазами окрасился в багровый оттенок, тело начало меняться. В следующий миг на месте юноши стоял огромный медведь. Рык огласил заснеженные земли, сотрясая воздух, и зверь уже собирался броситься вперёд, но в последний момент его отец вскинул руку, преграждая путь. В глазах медведя сверкало дикое желание сражаться, но отец не позволил. Подросток сделал шаг назад, его дыхание сбилось. Он почувствовал, как пульс замедляется, а тело возвращается в обычную форму. Постепенно ярость отступила, оставив после себя лишь усталость и беспокойство. От ярости и злобы она разрушает камень и говорит, что на данный момент пока не будет его убивать, так как будет ей полезен живым. — Атрей, иди домой. — приказал ему Кратос. — Домой... Вот как? — был не рад от него услышать такой тон. — Ты достаточно натворил. — увидев гномов, он проговорил: — Не спускайте с него глаз. — видя, как его сын послушно идёт в верную сторону, на последок проговорил: — Парень не спал два дня. Искал тебя. Полубогу больше не нужно было слов. Услышав достаточно, ринулся домой к гномам, чтобы увидеть друга.***
Сын Фэй, вернувшись, быстро забежал в дом, распахнув дверь с такой силой, что та громко скрипнула. Его дыхание было сбивчивым, сердце всё ещё колотилось после случившегося. Он осматривал комнату, вглядываясь в каждую тень, но никого не видел. — Боруто! — его голос эхом разнёсся по дому. Ему никто не ответил. Тогда он решил проверить его комнату. Подойдя и открыв её, к сожалению, не нашёл его. — Может, расскажешь, где ты пропадал? — на вопрос Синдри парень ничего не ответил и, случайно толкнув его, вышел на улицу. — Да поговорите вы ещё! Пускай с ним поговорит. — остановил Брок брата. — Вид у него и так не хороший. Может, хоть он вразумит его. — Ладно... Ты прав. — согласился он с ним. Полубог вышел на улицу, быстро осматриваясь вокруг, но нигде не заметил Боруто. Его нигде не было видно, что только усиливало беспокойство. Не теряя времени, он решил обратиться к белке, надеясь, что та сможет помочь ему в поисках. — Рататоск! — позвал его Атрей. — Да, мой юный друг? Хотите что-то узнать? — повернулся он к юнцу. — Ты не знаешь, где Боруто? Не могу его найти. — беспокойно спросил его. — Да, конечно! Он во-он там! — указал ему Рататоск на большую ветку дерева, где сидел голубоглазый. Без лишних вопросов Локи тут же сорвался с места, быстро поднимаясь по веткам вверх. Добравшись, он замедлил шаг, осторожно подходя ближе к другу. — Боруто? — неуверенно позвал его. Узумаки тут же откликнулся на его голос. Он устремил свой взгляд на него, показывая своё уставшее лицо и синяки под глазами. — Ты... в порядке? Ужасно выглядишь... — беспокоился за него Атрей. — ...Ты где был? — с ноткой злостью и беспокойства спросил его Боруто. — Я как вернулся обратно к тебе, ты... пропал. — Я... Мне жаль! — сел он на корточки, искренне извиняясь. — Это... получилось случайно! Парень обиженно отвернулся от него, показывая свою обиду. — Боруто, прошу... — сел он на колени, пытаясь добиться его прощения. Блондин, повернувшись полубоком, взглянул на него одним глазом. Его вид был немного расстроенным и... обеспокоенным, а глаза были как у маленького волчонка, который просил прощения. Сердце немного сжалилось. Он не мог на него долго злится, поэтому, вздохнув, проговорил: — Ладно... — опустил он голову вниз. — Главное, что ты вернулся... — Я не хотел, чтобы ты из-за меня... не выспался... — присел он возле него. — Я... — сделав паузу, Боруто решил сказать ему правду: — Я ещё с того дня не спал... — Что?.. — удивлённо уставился он. — Почему? Тебя что-то тревожит? — Атрей, я... устал... — начал жалобно говорить, еле сдерживая свои эмоции. — Всё это... Агх!.. Это невыносимо! — схватившись за волосы, тихо проговорил: — Я... не знаю, что мне делать... Я боюсь уснуть и проснуться... в кошмаре... В реальном... — посмотрев на друга, жалобно проговорил: — Я... так хочу тебе всё рассказать... — Так расскажи. Не надо нести на себе груз один. — немного подумав, Атрей случайно ляпнул: — Или... ты мне не доверяешь?.. — Нет! Нет, доверяю! — сразу отрицал его сомнения, чем вызвал у него улыбку. — Просто... не хочу втягивать в свои проблемы... Ниндзя снова склонил голову вниз, избегая взгляда друга. Его плечи чуть подрагивали, словно он сдерживал в себе что-то большее, чем просто усталость. Атрей не знал, что сказать, но видел, как тяжело тому на душе. Он хотел хоть как-то помочь ему отвлечься, хоть на миг вернуть ту искру, которая горела в его глазах. И вдруг вспомнил… В Ярнвиде он сорвал один красивый цветок. Слегка смущённо он протянул ему маленький, но удивительно яркий голубой цветок. Это был тихий, но искренний жест — знак симпатии, дружбы, и, возможно, чего-то большего. — Это... тебе. — не знал, что и сказать в подобной ситуации. Поморгав глазами, сын Хокаге тут же понял, что... ему дарят цветок? Было довольно странно получить от него такой подарок, но и одновременно чувствовал... тепло внутри. — Эм... — Боруто слегка улыбнулся, принимая его подарок. — Спасибо... Полубог наслаждался его милой, тёплой улыбкой. После всего произошедшего увидеть, как он хоть немного оживает, было для него настоящим облегчением. Это было то, чего он хотел — чтобы друг перестал выглядеть таким подавленным, таким сломленным. Но, помимо облегчения, он ощутил что-то ещё. Он не мог отвести взгляд от того, как мягко вздрогнули его светлые ресницы, как в голубых, словно чистое небо, глазах отразился свет, как слегка розовел кончик его носа после прохладного ветра. Он поймал себя на том, что просто смотрит на него, отмечая каждую деталь. И почему-то ему хотелось запомнить этот момент и сказать... — Ты мне дорог. — признался ему Атрей, ловя его немного удивлённый и непонимающий взгляд. — Очень... дорог. Во взгляде генина читалось лёгкое недопонимание. Он словно пытался осознать смысл сказанных слов, но не мог сразу уловить их глубину. Мальчик видел это — видел, как его друг чуть прищурился, словно пытаясь разобраться, что именно он имеет в виду. Но Локи больше не хотел оставлять это двусмысленным. Он чувствовал, как сердце сильно колотится в груди, но отступать было уже некуда. Сделав глубокий вдох, собрал в себе всю решимость, отбросил сомнения и, наконец, признался в том, что держал в себе. — Ты мне нравишься. — признался ему в своих чувствах. Блондин застыл, словно время вокруг него замерло. Его глаза слегка расширились от удивления, а губы приоткрылись, но ни единого звука не сорвалось с них. Он смотрел на него, пытаясь осмыслить услышанное, переварить каждое слово. — Что?.. — переспросил он его, моргая два раза. — В смысле... Чего? — Ты мне нравишься. — повторил для него Атрей. Боруто резко покраснел, словно его лицо вспыхнуло от жара. Горячий румянец окрасил его щёки, уши и даже шею. Сердце заколотилось так сильно, что он мог слышать его гулкий стук в ушах. — «Чего-о-о?! Он... признался мне?! Это не сон?!» — рассуждал у себя в мыслях. — Если тебе станет чуть лучше, то... я знаю, что и тебе нравлюсь. — почесал он свой затылок, признаваясь ещё в одном секрете. — Что-о?! Как?! — ещё сильнее раскраснелся парень, выдавая свои чувства. — Я случайно перепутал наши блокноты и... увидел, что ты там написал. А дальше... всё решило время. — кратко пересказал ему Атрей. — Боже... Я так надеялся, что ты не читал! — закрыл он лицо руками, сгорая от стыда. — Эй... — раздвинул его руки, чтобы тот посмотрел на него. — Я ведь не отталкиваю тебя. На самом деле... я рад, что прочитал. Я чувствовал себя счастливым, когда находился рядом с тобой. Ты слушал меня, понимал, поддерживал, всегда был рядом... — он легонько дотронулся до его щеки, сказав: — Я хочу быть с тобой. — Я... — запинался он. Они смотрели друг на друга, словно вокруг них не существовало больше ничего. Только этот момент. Только они двое. Узумаки заглянул в его глаза и почувствовал, как его сердце снова бешено заколотилось в груди. Его взгляд был глубоким, пронизывающим, будто он видел его насквозь, будто читал все те чувства, что бушевали внутри. Он нервно сглотнул, а потом... сам не заметил, как его глаза скользнули вниз, к его губам. Воин тоже почувствовал это. Между ними словно пробежала искра, мгновение напряжения, пропитанного чем-то сладким и неизведанным. Он чуть приглушённо выдохнул, сам не осознавая, что тоже смотрит на его губы. Ни один из них не проронил ни слова. Они просто начали медленно тянуться друг к другу. Миллиметр за миллиметром. Их дыхание смешалось, теплота друг друга ощущалась всё сильнее. Боруто на секунду зажмурился, боясь, что вот-вот проснётся... Но это было реальностью. И тогда их губы мягко соприкоснулись. Словно электрический разряд прошёл по их телам. Прикосновение было робким, почти невесомым, но оно сотрясло их изнутри. Локи чувствовал, как партнёр дрогнул, а Узумаки услышал, как тот затаил дыхание. Их губы замерли, но ни один из них не хотел отстраняться. И всё же спустя несколько секунд они медленно разъединились, оставаясь так близко, что их носы почти касались друг друга. Ниндзя тяжело выдохнул, а каштановолосый прикрыл глаза, словно пытаясь осознать, что только что произошло. Но тишина длилась недолго. Одного взгляда друг на друга оказалось достаточно, чтобы понять — этого мало. Порыв нахлынул на них с новой силой. Блондин не сдержался и первым снова потянулся к нему. На этот раз поцелуй был более уверенным, чуть более требовательным. Полувеликан тут же ответил, поддавшись инстинктам. Обхватил того за талию, крепко, но бережно прижимая его ближе, а руки сосуда Ооцуцуки легли на его плечи. Боруто слабо сжал ткань его одежды, чувствуя, как с каждой секундой всё больше теряет себя в этом моменте. Это было слишком... правильно. Слишком сладко. Он неосознанно потянулся ближе, его руки скользнули к его плечам, а затем мягко легли на его шею. В груди бушевало пламя, жар разливался по телу, и он уже не мог сопротивляться своим желаниям. Всё, что он чувствовал — это Атрея: его тепло, его губы, его руки, осторожно прижимающие его за талию. Не думая, он плавно уселся к нему на колени, ноги по обе стороны от его тела, пока их взгляды не встретились в новом электрическом столкновении. Атрей тихо выдохнул сквозь поцелуй, руки сами по себе крепче сжали его талию, чуть проводя пальцами по спине. Тонкая ткань одежды не скрывала жара их тел, и Боруто чувствовал, как его сердце бешено колотится в унисон с сердцем Атрея. Поцелуй становился всё глубже, горячее, пока их дыхание не начало сбиваться, а тело не охватила дрожь. Для героев это длилось лишь одно мгновение, лишь одна минута, а может и две. А вот белке, которая издалека наблюдала, что творят паразиты, казалось, что они там надолго прилипнут друг к другу. — Божешь ты мой... Уже два часа прошло. Как у них ещё губы не отсохли? — разговаривал Рататоск с самим собой. Сквозь поцелуй полубог почувствовал, как парень немного... ослаб? Приоткрыв глаза, увидел, как он начал немного пошатываться. Всё же он решается прервать их поцелуй, давая ему прилечь на него. Он с нежность продолжил его обнимать, не убирая руки с талии. — Ты устал, поспи. Я буду рядом, всё будет хорошо. — его слова успокоили парня, и тот с облегчением быстро засыпает на его плече. Подросток осторожно поднял его на руки и, прижимая к себе, направился обратно к дому гномов. Он тихо вошёл внутрь, стараясь не разбудить его. Недалеко в маленькой мастерской увидел недовольное лицо друга гнома. Понимал, что нужно было поговорить о его побеге, но... — Синдри, прошу, давай потом. Сейчас не время. — попросил он друга подождать. — Эх... Ладно. — покачав головой, решил пока не трогать его. Полувеликан поблагодарил его улыбкой и направился в комнату Боруто. Там он аккуратно положил его на кровать, а точнее полулёжа, так как хотел присесть рядом с ним. Сев рядом с ним, аккуратно облокотил его на свою сторону, чтобы голова легла на его плечо. Он нежно взял его руку, переплетая пальцы, словно в замок, и слегка сжал, чувствуя тепло. Тишина комнаты и размеренное дыхание друга успокаивали. Закрыв глаза, он позволил себе расслабиться и вскоре, не отпуская его руки, уснул рядом. — Наконец-то... — прошептал Момошики, протягивая свою руку к своему сосуду, но какая-то защита оттолкнула его и не дала вселиться в тело. — Что за?!.. — заскрипел он зубами. — Ах, ты... Маленький негодник!***
Спустя какое-то время Боруто медленно открыл глаза. Его тело наконец-то ощущало хоть каплю отдыха, и это придало ему немного сил. Он почувствовал тепло рядом и повернул голову, увидев, как Атрей спал рядом с ним, крепко держа его за руку. Этот момент был почти нереальным. Он и представить не мог, что всё это действительно происходит — признание, поцелуи, объятия, их чувства друг к другу... Они и правда теперь были чем-то большим, чем просто друзья. Вдруг он почувствовал, как его пальцы дрогнули, и понял, что тот тоже проснулся. Их взгляды встретились, и не нужно было слов — они просто улыбнулись друг другу, осознавая, как сильно всё изменилось. Больше не было сомнений. Медленно потянувшись друг к другу, они вновь соединились в нежном поцелуе. — Как ты себя чувствуешь? — отстранившись, спросил Атрей о его самочувствии. — Лучше. Спасибо тебе большое. — чмокнул его в щёчку. — Оу... — смутился он. — На-адо же. Великий Атрей смутился? — с хитрой улыбкой подколол его Боруто, склонив голову набок и внимательно наблюдая за реакцией. — Эй! Я не виноват, что ты такой... красивый. — слова сорвались сами собой, и он тут же понял, что только что сказал. Блондин на секунду замер, после чего его глаза слегка расширились от удивления. Он даже приоткрыл рот, осознавая смысл услышанного. — Ты... сделал мне комплимент? — переспросил он, поднимая бровь и с интересом наклоняясь ближе. — Вроде того. — пробормотал парень, чувствуя, как жар вновь поднимается к лицу, а сердце отчаянно бьётся в груди. — ...Ты мне тоже нравишься. — с улыбкой признался ему, глядя прямо в глаза. — Я хочу, чтобы ты тоже знал. Мальчик почувствовал, как его сердце дрогнуло от этих слов. Тёплая волна радости накрыла его, и он ответил таким же тёплым взглядом. — Спасибо, что сказал. — искренне поблагодарил он, сжав его руку. — Извини, но... мне надо поговорить с Синдри. — Ничего, я понимаю. — мягко ответил Боруто, устраиваясь поудобнее. — Я пока ещё вздремну. Сын Кратоса наклонился ближе, легонько коснувшись его лба губами. — Я скоро вернусь. — пообещал он, прежде чем встать и направиться к выходу.***
В другой комнате разговор друзей никак не клеился. Синдри всё пытался узнать, где он был, где пропадал эти два дня, но прямого ответа не получал. Мальчик никак не мог признаться, даже Боруто не мог, обещал, а своё обещание держит. Его расстраивал тот факт, что его не могли понять, войти в положение, довериться. Лишь блондин понимал его и ничего не требовал. За это он его и полюбил. Когда спартанец вернулся в комнату, гном замолчал и быстро закончил разговор. Мужчина, не сказав ни слова, шагнул к сыну, и тот понял, что разговор будет очень тяжёлым. В комнате повисла тишина, и паренёк встретился с глазами отца, готовясь к тому, что придётся раскрыть ему свои переживания. — Ты вернулся. — Атрей выдал натянутую улыбку, зная, что его отец будет снова поднимать эту тему. — Ты готов мне ответить? — ждал тот от него ответ. — О чём? — он прекрасно понимал, что именно имеет в виду отец, но попытался увильнуть, надеясь, что разговор быстро закончится. — Что ты видел? Где ты был? У Одина? — Кратос оставался непреклонным. — Что? — парень в шоке уставился на него, не веря, что родной человек способен подумать такое. — Вот что ты думаешь? — А я неправ? — мужчина не отводил взгляда, даже когда сын, в волнении встав, отошёл к окну. — Отвечай. Ты был в Асгарде? — Нет! — резко ответил он, разворачиваясь к родителю. — Конечно, нет. — он неуверенно сделал несколько шагов в его сторону, пытаясь сохранить твёрдость в голосе. — А если бы да, то что? Моё будущие — моя жизнь. — Ты мой сын! — твёрдо напомнил ему, сам сокращая между ними дистанцию. — Тогда поверь мне! — отчаянно попросил Атрей. — Если хочешь доверия, говори правду. — стоял бывший бог на своём. — А правда в том, что ты просто придурок! — с обидой выкрикнул он и быстро направился в общую комнату. — Парень! Спорами ничего не решить... — пытался вразумить его Мимир. — Он в меня совсем не верит! — Атрей с обидой жаловался, обратившись к голове Мимира. — Ему можно что-то скрывать, и маме тоже... — Дело не в "можно". Её тайны окутывают каждый наш шаг. — пытался спокойно объяснить ему Кратос. — А, ясно... — с явной досадой отреагировал полубог, остановившись у стола. — То есть теперь ты и ей не доверяешь? — Речь не о твоей матери! А о том, что ты солгал. — не позволял увести разговор в сторону Кратос. — И кто этому меня научил? — язвительно бросил паренёк, уходя прочь от стола. — Ну всё, хватит! — вспылил Мимир, уставший от перепалок. — С чего вдруг ты на его стороне? — удивился Атрей, услышав, что даже он не поддерживает его. — С того, что он разумней тебя. — хладнокровно ответил он. — Слушай... Я только думал, не пойти ли к Одину. Но клянусь, у меня были причины... — пытался найти хоть какие-то оправдания. — Ни одна из причин — не оправдание. — жёстко добавила Фрейя. — Он затуманит твой разум. — предостерёг его Тюр. — Я хочу помочь нам! Не дать чему-то дурному случится. — оправдывался Атрей, с трудом сдерживая эмоции. — Дурное уже случилось! Вот он я! Вот Фрейя и Тюр! Один сломал нам жизни. — резко напомнил ему всезнающий. — А с чего это все собрались и разорались? — в разговор влез Брок, удивлённый перепалкой. — Атрей собрался идти в Асгард. — мрачно ответил Синдри. — Асгард? Он что, башкой ударился, что ли? — откровенно высказал своё мнение. — Ясно. Теперь все против меня. — с горечью выдохнул Локи, чувствуя себя окружённым. — Лишь Боруто только верит... — сжав кулак, он снова перешёл на крик. — Почему только Боруто не докапывается до меня?! Он был расстроен, что я пропал, но смог меня понять и больше не спрашивал меня! Почему он мне доверяет, а вы нет?! — Это совсем другое! — подойдя к сыну, он спокойным, но холодным голосом проговорил: — Ты должен выбрать, кем ты будешь. Ты тот, кто лжёт и скрывает от меня правду... — положил свою руку ему на плечо и продолжил: — ...или же мой сын? — Выбрать? Ты не даёшь выбирать. Отстань от меня. — с болью и гневом ответил он. — Слушай... — попытался снова заговорить с ним. — Отпусти меня! — крикнул он, освобождаясь от хватки. — Послушай! — Кратос сделал шаг вперёд, но вдруг увидел, как его сын начал терять контроль. — Сказал, отпусти! — Атрей с криком обернулся медведем. — Какого хера?! — выругался Брок, увидев перед собой не мальчика, а зверя. — Атрей! Это Синдри! Попробуй совладать с собой... — попытался успокоить его Синдри, но не сумел, и тот отталкивает его в сторону, бежа прямо к выходу. Кувыркаясь в стремительном беге, он вернулся в человеческий облик, отчаянно стараясь открыть врата в другой мир. — Ну же! — сжал зубы Атрей, стараясь активировать портал. — Мальчик! — снова прозвучал знакомый строгий голос отца за спиной. Парень повернулся к отцу, смотря на него перед тем, как уйти. Из-за злобы он из-за всех сил ударяет камень о дверь и тут же проваливается в свет, оказываясь в другом мире и проваливаясь лицом в снег. Сын Фэй тяжело вздохнул. Он не хотел превращаться в дикого зверя и вредить кому-либо, но его вывели из себя. Возвращаться назад не хотел, никак не мог, но и пойти к Одину пока не мог. Он надеялся, что возлюбленный пойдёт за ним, и они смогут вместе пойти в Асгард.***
Как только Боруто немного отдохнул, он неспешно приоткрыл глаза и, зевнув, вышел из комнаты, и увидел, что в доме витало напряжение. Все что-то шептали, переглядывались, словно что-то произошло, пока он дремал. Наконец, он услышал от Синдри правду — Атрей ушёл. Ушёл… в Асгард. Парень застыл на месте. Сердце сжалось от беспокойства, внутри разлилась холодная волна. Он не мог поверить. Только недавно они были вместе, делились чувствами, строили доверие... и вот теперь он ушёл. Один. Туда, где опасность. Он сжал кулаки. Он не злился — он боялся. — Чего?! Вы издеваетесь?! — заорал парень на весь дом. — В смысле свалил?! В смысле в Асгард?! — Тише-тише. Я-я просто разговаривал с ним... До всего этого. — съёжился гном от страха. — Вы бы ещё сказали, что перед фактом его поставили! Или что он бредит! — продолжал орать во всё горло и, вздохнув, чуть спокойнее проговорил: — Надо было додуматься такое сказать... Вы ж его сами туда и отправили со своим недоверием! — Сразу говорю: я здесь не причём. — прошёл мимо Брок. — Я за ним! — уверено развернувшись, Боруто тут же увидел отца друга, который как всегда был недоволен. — Ты... — уже было хотел что-то сказать, но вспомнил, что надо немного успокоиться, и, снова глубоко вздохнув, взял себя в руки и проговорил: — Вы же его отец! Как вы вообще додумались сказать ему, что не доверяете? Он же ваш родной сын! — Речь здесь не о доверии. — впервые в жизни Кратос заговорил с голубоглазым на серьёзную тему. — А о чём, позвольте спросить? — скрестил он руки на груди, недовольно смотря на бога войны. — Он солгал, утаил от меня правду. — кратко и твёрдо сказал ему Кратос. — Вы не слышали о слове «причина»? Может, у него была какая-то причина или обещание кому-то? — выгораживал он паренька. — Какая такая может быть причина, чтобы додуматься пойти в Асгард? В логово врага! — включился в диалог Мимир. — Я сам не знаю, где он был, но я не допытываю его о каждом его шаге. У каждого из нас могут быть причины что-то не говорить. И не надо здесь приписывать родительское положение. Да, вы волнуетесь, как и я, но это не значит, что вам разрешено выпытывать правду. Он мог не сейчас сказать, попозже, но вам же так надо всё знать, следить за его жизнью, за его движением. — строго разговаривал он со взрослым человеком. — Парень, не учи нас жизни. — сделал ему замечание Мимир. — А приходится, потому что даже вы, взрослые, не всегда правы. — наклонился Боруто, чтобы увидеть его голову и, снова выпрямившись, проговорил: — На вашем месте я бы подумал над всем, что произошло, и сделал выводы. Пока вы приходите в себя, я пойду к нему и попытаюсь убедить вернуться. — Ты не знаешь, на что способен Один. — подошла к ним Фрейя. — Эх... — вздохнув, блондин повернулся к женщине и сказал: — Говорит та, которая не могла решить свои же проблемы. И это не сарказм, это жизнь. Вы сами не знаете, чего хотите. Генин хотел уже выйти из дома, но холодный мужской голос остановил его. — Боруто. — повернулся Кратос к нему боком. — ...Присмотри за ним. — ...Хорошо. — парень вышел, бежа быстро к порталу. — А он правду глаголет. — снова прошёл мимо Брок.***
Боруто вышел из портала в холодный Мидгард. Осмотревшись, понял, что его следов нигде не видно. Не зная, с чего начать, направился вперёд, полагаясь на интуицию. — «Куда же ты ушёл?» — по дороге осматривался он, пытаясь найти хоть силуэт. — Атрей! И тут из угла дома вышел его близкий друг, как только услышал его голос. Снова увидя его, сердце тут же забилось, будто электрический ток прошёлся по телу. Улыбка тут же засияла на лице, и он ринулся к нему. — Атрей! — крепко обнял его, боясь, что тот бросит его. — Боруто, я... — хотел Локи объясниться. — Я знаю, Синдри мне всё рассказал. — перебил его блондин. — Послушай, понимаю, тебя огорчила вся эта ситуация, но они просто за тебя волнуются. Они не хотят, чтобы он навредил тебе, как навредил им. — Я знаю, но у меня есть на то причины! Мне нужно в Асгард. — взял его за руку, смотря в его белоснежно-голубые глаза. — Ты уверен? — сомневался генин. — Он мне ничего не сделает. Он не просто так позвал меня в Асгард. Ему что-то от меня надо. Я просто буду делать то, что он хочет, а потом обхитрю его. — рассказал ему свой план. — И как именно ты его обхитришь? — задал ему вопрос, наклоняя голову вправо. — Ну... пока не знаю. — растерянно улыбнулся он. — Но ты должен поверить в меня. — Я верю тебе, Атрей. Ты это знаешь. — улыбнулся он, отчего у его напарника снова забилось сердце. — Тебе кто-нибудь когда-нибудь говорил, что тебе идёт улыбка? — решил снова попробовать сделать ему комплимент. — Хах... — хихикнул Боруто, проговорив: — Неа, ты первый. — Пошли со мной. Один и тебя звал. — взял его за руки, теребя большими пальцами о его тёплые ладошки. — Мне плевать, что говорил этот Один, но одного я тебя точно не брошу. — прямо и уверенно сказал ему в лицо. — Тогда идём. — Атрей крепко сжал его руку и повёл в сторону тропы.***
Парни, пробираясь через заснеженные просторы Мидгарда, вскоре заметили вдалеке силуэт дома, укрытого снегом и ветками. Это оказался дом Фрейи — тихий, заброшенный на первый взгляд. Боруто впервые видел это место, но Атрей, который бывал тут, сразу ускорил шаг, заметив обессиленного, еле живого Чарли. Огромный зверь едва держался на ногах. Он из последних сил поднялся, чтобы приоткрыть проход в дом. Парни поспешно проскользнули внутрь, и в тот же момент Чарли снова рухнул на заснеженную землю. Они поспешно закрыли все окна от ледяного ветра и разожгли костёр. Пламя быстро наполнило дом теплом, и они надеялись, что этого будет достаточно, чтобы хоть немного согреть его. Сидя у камина, подростки решили немного поговорить. — Я узнал, что... мой отец умрёт... — сказав это вслух, у блондина тут же расширились глаза от шока. — Что?.. — еле поверил в эту правду. — Я видел, что... он умрёт... Я... не могу этого допустить! Поэтому и хочу пойти в Асгард, чтобы узнать, что хочет Один, чтобы помешать ему. Я не хочу такого конца для отца... — полубог опустил глаза, сжав кулаки так сильно, будто был готов прямо сейчас ринуться в бой. — Атрей... — парень даже не знал, что и сказать в такой атмосфере. У него и самого были проблемы, которые ещё даже не были решены, поэтому не мог даже как-то поддержать. Он мог сказать ему, что будет всё хорошо, но так ли это будет? Он даже сам не знает, будет ли у него всё хорошо. Плохие моменты всегда со всеми случаются, и только сейчас до него доходит, что решить их в одиночку очень трудно. Глубоко вздохнув, он всё же решается рассказать правду о себе, чтобы поделиться той же болью, которая была и у него. — Я... — сделав небольшую паузу, он посмотрел ему в глаза и наконец произнёс правду: — Я не отсюда, вообще. Я никогда не знал этот мир, что есть множество миров в этой... вселенной. — вздохнув, он прямо проговорил: — Я из другого измерения. — Боруто уловил удивлённый взгляд друга, который, хлопая глазами, пытался переварить недавнюю информацию и понять это. — Тогда ты не понимал этого, но твой отец и Мимир, возможно, поняли, что я не отсюда. Это было понятно по тому, как часто пропадала моя повязка. Я знал, что они тогда взяли её. Это стало ещё понятно с первого дня, когда они вернулись, типа, с охоты. Но, наверное, они подумали, что существует какой-то другой мир, о котором никто не знает. Хотели его найти и спрятаться там, чтобы этот Один вас не нашёл, но поверь, там ситуация сейчас тоже не лучшая. Тем более, что это другое измерения. Мне пришлось заново учиться, понимать этот мир. Пришлось бы и вам, и, поверь, вам было бы ужасно трудно. Наши измерения о-о-очень сильно отличаются друг от друга, и там существуют множество правил, а здесь их практически нет. — Я понимал, что ты пришёл из другого мира, но... никогда бы не подумал, что ты из другого измерения... — решил что-то проговорить. — Но как ты попал сюда? Что случилось с тобой? Это связанно с твоим шрамом? — Эх... Эта история очень долгая, но... я готов тебе её рассказать. Только пообещай мне, что ты никому не расскажешь. — попросил его Боруто. — Обещаю. — кивнул Атрей. — В общем... всё началось три года назад, на экзамене. Это что-то вроде повышения. Когда мы сдаём экзамен, показывая свои навыки, глава нашей деревни выбирает, кто достоин повышения. — вкратце объяснил ему, что такое экзамен, и продолжил: — На последнем этапе экзамена к нам пожаловали незваные гости. Это были Ооцуцуки. Они называют себя богами, и по силе они были очень сильны. Мы кое-как смогли их одолеть, но... — посмотрев на свою правую ладонь, с грустью проговорил: — Один из них поместил в меня карму. — ниндзя показал ему свою ладонь, на котором красовался маленький чёрный ромбик. — Он сделал меня своим сосудом, чтобы возродиться. Эта карма... возвращает их к жизни, в то время как тело носителя... умирает, стирается с земли... — снова посмотрев на свою отметину, решается успокоить любимого. — Но этого не произойдёт! Он уже не сможет возродиться! В одном бою я... умер... А так как я был его единственным сосудом, часть кармы он потратил на моё восстановление, и теперь его шанс на возрождения аннулировалась. Хотя он говорит, что шанс у него есть, и... он говорит правду. — опустив взгляд вниз, немного тихо проговорил, но так, чтобы друг услышал: — Он может занять мой разум, когда я в отключке. Такое происходило два раза, и... произошёл третий... — обеспокоенно посмотрев ему в глаза, с ноткой беспокойства проговорил: — Когда мы вернулись от Фрейи, я заснул, и... он занял моё тело. Он чуть ли не вошёл к вам в комнату, но я вовремя почувствовал его присутствие и остановил его. Я так испугался, что он мог навредить вам, тебе... После того раза я боялся заснуть, думая, что хоть на секунду прикрою глаза и проснусь... в кошмаре... увижу вас убитыми... Сын Хокаге схватился за свои блондинистые волосы, представляя тот ужас, что они лежат на полу, а весь пол... в крови. Локи, увидев его беспокойство, взял его за руки, чтобы тот почувствовал его тепло и успокоился. — Я... даже не знал об этом! Он... он внутри тебя сидит? — волнующе спросил его. — Да... — кратко ответил ему, поднимая взгляд. — Его зовут Момошики, и вижу его только я... — Господи! — не сдержав себя, он крепко обнял его. — Я... я не знал, что... — Это ещё не всё. — перебил его Боруто, и тот, освободив объятия, посмотрел на него. — В общем, если вкратце, я с друзьями нашёл парня по имени Каваки. У него была точно такая же карма, как и у меня, но его создатель был жив. Его звали Ишшики, и тогда он был в другом сосуде, но тот был слаб, поэтому и нашёл более сильный сосуд. Нам удалось его победить и освободить Каваки от кармы. Карма исчезает, когда Ооцуцуки возрождается в другом сосуде, но не в моём случае. И... — вздохнув и повертев головой, продолжил: — Я не знаю, что на него нашло, но... он схватил моих родителей и поместил в каком-то странном измерении, где время не течёт. А потом... Эйда... с помощью Всемогущества случайно поменяла меня и Каваки местами. На тот момент Каваки считали предателем деревни и хотели взять под стражу, но... всё поменялось, и они начали охотиться на меня. — рассказал ему пугающую историю. — Друг моего отца и отправил меня сюда, пока не убедиться, что я говорю правду. Вот так я и оказался здесь. — Я... не понимаю... — пытался всё это переварить полубог. — Зачем ему это делать? Вы же его спасли! — Он ненавидит Ооцуцуки и хочет их всех до единого убить. Из-за кармы я и он получил их большую часть. Я почти полноценный Ооцуцуки, как и он. — поделился с ним ещё одной новостью. — Но... это... абсурд! Ты же не плохой! Ты же и не был им! — взял его резко за плечи, не понимая, что творится у того в голове. — Он... просто обезумел. Ему даже плевать на свою жизнь. — пояснил он ему. — Так и хочется выбить из него всю это дурь, даттебаса! — Боруто... — взял он его за руки, проговорив: — Спасибо, что рассказал мне. И... больше не беспокойся, ведь... я теперь рядом. Я не оставлю тебя в трудную минуту. — Хах... Спасибо, Атрей. — улыбнулся Боруто милой улыбкой. Немного поговорив, они услышали стук в окно, и через проём показался ворон Одина. Он прилетел за ними, чтобы открыть путь в Асгард. Атрей взял парня за руку и сказал, что они готовы. В ту же секунду их окружила стая ворон, земля ушла из-под ног, и парни оказались в воздухе, падая прямо в воду. Полукровка не умел плавать и начал барахтаться, а наш герой, едва коснувшись поверхности, встал на воду, словно на землю. Он схватил Атрея за руку и помог добраться до берега. — Ты... ходишь по воде?! — был шокирован мальчик, наконец касаясь ногами земли. — Ну... что-то вроде того. — хихикнул он, не переставая любоваться его реакцией. — Ты не рассказывал! — уставился на него, будто пытался понять, как это вообще возможно. — Да нет тут ничего необычного. — отмахнулся тот, закинув руки за голову. — Я бы поспорил. — пробормотал он, осматриваясь вокруг. — Думаю, мы в Асгарде. Ну... почти там, где и должны были быть. — Похоже, он хочет проверить тебя. — мыслил Боруто наперёд. — Что ж... идём? — сделал он шаг вперёд, раскинув руки в разные стороны. Они двинулись вперёд, пытаясь найти дорогу, которая приведёт их к огромной каменной стене. По пути, пока рядом никого не было, Боруто решил поговорить, пока у них ещё оставалось время обсудить личное, прежде чем они дойдут до места. — Слушай... Насчёт того змея, с которым мы виделись до Фрейи... В общем, насчёт его последних слов. Скорее всего, он говорил обо мне. — поделился с ним ещё одним секретом. — Про то, что тебя здесь быть не должно? — уточнил он у друга. — Да... Думаю, он говорил это мне. — предполагал парень. — Ну, меня ведь и правда не должно было быть здесь, наверное... — Ну, ты здесь. — с улыбкой проговорил он. — Верно, уже не изменить того, что... случилось... — голос его дрогнул, и он тяжело выдохнул. — Ты сейчас про своих родителей и... Каваки, да? — осторожно спросил Атрей, всматриваясь в его лицо. — Ага... — коротко кивнул он. — А до вашей встречи... что с ним произошло? У него ведь должны быть какие-то причины так поступить? — продолжал расспрашивать он, пытаясь понять ситуацию глубже. — Ну... Ещё в детстве он получил карму, и... его держали взаперти. Он не особо кому-то доверяет, точнее... ему сложно доверится. Говорил, что ему не нужны друзья. Но моему отцу удалось заслужить его доверие, а вот к остальным... он ещё холоден. Только из-за того, что мы его дети, он к нам относится... с небольшим доверием. — немного рассказал про него Боруто. — Мы? — переспросил полубог, остановившись на секунду и посмотрев на него. — А... Ну... Я не единственный их ребёнок. У меня есть младшая сестра. — признался блондин. — Ого, правда?! А как её зовут? — оживился он, немного приободрившись. — Химавари. Она... Эх... У неё тоже перепутаны воспоминания... — тяжело вздохнул он, сжав кулаки. — Оу... То есть... — нахмурился мальчик, начиная догадываться. — Да... Она считает Каваки своим родным братом... — сказал он с горечью в голосе. — Это... ужасно! — вырвалось у Атрея, и продолжил спрашивать: — А эта... Эйда... может вернуть всё назад? Она ведь... это сделала. — Если бы это было так, я бы сейчас не был с тобой. — горько усмехнулся парень, стараясь скрыть боль. — Логично. — вздохнул он. Они вышли к небольшой деревушке у подножия огромной каменной стены. На мосту они заметили юношу, которого звали Скьёльд. Атрей представил себя и друга, но неожиданно назвал себя Локи, чем сильно удивил Узумаки. Подойдя ближе к каменной стене, каштановолосый решается вскарабкаться на ней до самого верха, чтобы попасть к Всеотцу. Парень же, в свою очередь, решил не следовать за ним и поискать другой путь. Это удивило уже сына Кратоса, и друзья разошлись, каждый выбрав свою дорогу. Поднявшись наверх, Атрея встретил Хеймдалль. Он сразу собирался сбросить мальчишку, но, узнав, что перед ним йотун, передумал и провожает его к зданию. Там он попытался устроить бой, но вмешался Тор и остановил его. Вскоре путника встретил сам Один. Всеотец радушно поприветствовал его и устроил небольшую экскурсию по Асгарду. В разговоре он спросил о друге, но парень ответил так, чтобы не выдать его, сказав, что тот не любит скалолазание и пошёл искать другой путь наверх. В конце Один показал гостю его комнату и сообщил, что ждёт его в своём кабинете. Оставшись один, Атрей заметил в окне Боруто, который всё-таки нашёл дорогу в Асгард. Лицо мальчика тут же озарилось радостью. — Ты пришёл! — подошёл он к нему. — А куда я денусь, по-твоему? — он неудачно рухнул на землю, но быстро вскочил, словно падения и не было. — И... как всё прошло? — Ну... более менее. Не обошлось без... "приветствия". — намекнул он, пожимая своё плечо. — А ты как добрался? — Вполне обычно. — кратко ответил ему, снова переводя тему. — Этот... Один... Чего он хочет? — Пока не сказал. Он ждёт меня в своём кабинете и... попросил переодеться. — кратко пересказал ему Атрей. — Ясно... Тогда, я пожалуй, посплю. Я ещё... не до конца выспался. — зевнув, парень направился к кровати. Атрей, переодевшись, на секунду задержался у кровати, где спал Боруто. Тихо подошёл ближе и, слегка склонившись, оставил лёгкий поцелуй на его виске. После этого осторожно, стараясь не разбудить друга, направился к двери. Но едва приоткрыл её, как перед ним оказалась рыжеволосая девушка его возраста, державшая в руках странный меч. Лезвие оказалось направлено прямо на него. Она холодно произнесла, что эта комната принадлежала её брату — Моди. Но почти сразу опустила оружие, её лицо смягчилось, и она с дружелюбной улыбкой добавила, что теперь это его комната. Девушка представилась — Труд Торсдоттир. Полувеликан сразу понял, что угрозы от неё нет, и, указав взглядом на друга, попросил вести себя тише. Труд с уважением к его просьбе согласилась и вышла вместе с ним из комнаты, не переставая задавать вопросы, пока они шли к кабинету Всеотца. В кабинете он встретился с самим Одином. Он показал кое-что важное, делился знаниями, словно ненавязчиво испытывал юношу. В конце дал ему в руки ценную вещь и отправил вместе с Тором в Муспельхейм. Когда же бог на мгновение отвлёкся, мальчик воспользовался возможностью и направился к святилищу Сурта. Там его ожидал неожиданный поворот — он снова встретил Ангрботу. Зайдя внутрь святилища, они вместе осматривали древние рисунки. И именно в этот момент она заметила в его взгляде что-то новое — волнение. Казалось, будто его мысли были где-то далеко, и что-то серьёзное тревожило его сердце. — Тебя что-то беспокоит? — осторожно спросила Ангрбота. — А?.. — вышел он из раздумий, снова замечая девушку. — Ты выглядишь встревоженным. Всё... нормально? — подошла чуть ближе, осторожно спрашивая его. — Я... — хотел было сказать, но вспомнил, что дал обещание, и проговорил: — Я... дал обещание... Но... — сжав кулак, решил всё же спросить: — Магия великанов... может как-то помочь... отделить от тела две разные личности? — Оу... Я... не знаю... — честно ответила она и продолжила: — А... эта личность... как-то беспокоит твоего друга? — Да, он... не давал ему уснуть несколько дней. Боялся, что... тот им завладеет. — кратко, но осторожно объяснил ей ситуацию. — Это... ужасно. — с ноткой сочувствия произнесла она. — Я попробую что-то узнать, но... не могу ничего обещать. — Спасибо... — поблагодарил он её. — Кстати, а как Боруто отнёсся к твоему возвращению домой? — вспомнила про их последний разговор и решила спросить. — Ну... волновался, но не спрашивал, где я был. — кратко рассказал ей Атрей. — Я же говорила, что он отнесётся с понимаем. — тепло улыбнулась великанша, глядя на него с лёгкой гордостью. — Да... Он... чудо. — выдохнул он чуть тише, чем обычно, и уголки его губ дрогнули в мягкой улыбке. — И... у нас слегка... изменились отношения... — Оу... Поздравляю! — поняла она, что именно он имел в виду. — Рада за вас! — Спасибо, я тоже. — поблагодарил он её.***
Локи, вернувшись в комнату, тихо прикрыл за собой дверь. Подойдя к кровати, он на миг задержал взгляд на маске, провёл пальцами по странным надписям, будто пытаясь понять их смысл. Но усталость взяла своё. Он аккуратно лёг рядом с Боруто, обнял его сзади, прижимаясь чуть ближе, и позволил себе закрыть глаза. Тепло друга рядом успокоило его, и вскоре он незаметно провалился в сон. В это же время Боруто снова приснился этот сон, где они с Атреем наедине, но в этот раз он был... настойчивее? Не успев ничего осознать, каштановолосый жадно прильнул к его губам, не давая сказать ни слова. Этот поцелуй был... просто волшебным, этот поцелуй отличался от их первого. Такое чувство, будто Атрей стал лучше целоваться, будто знал, как ему угодить. Даже умел целоваться с языком: сплетал их в жарком танце, не давая вдохнуть нужный воздух. Отстранившись, он прошептал: — Ты ведь этого хочешь? — его рука легка на пах парня, поглаживая поверх ткани, и выдавив из него тихий стон. — Не ты один этого хочешь... Его голос был таким обворожительным, что блондин не заметил, как тот снял с него штаны и начал надрачивать ему, заставляя его прикусить губу и стонать от удовольствия. — М-м!.. Атре-ей... — проговорил его имя, краснея до кончиков ушей. — Что такое, милый? Чего ты хочешь? — прошептал он ему на ухо, от чего по коже партнёра пробежали мурашки. — Ещё... Ещё... — толкал он бёрдами вперёд, показывая своё дикое желания получить что-то большее. — О-о, так ты хочешь большего? Подожди, ты получишь его, но сначала... — выпрямившись, Атрей припустил свои штаны и показал своего большого дружка. Увидев его снова, Боруто снова прикусил губу и не мог оторвать свой взгляд от блаженного члена, к которому очень сильно хотел прикоснуться. — «Хочу его в ротик...» — облизнул он губы. — О-о, так ты хочешь его попробовать? Но не в этот раз... У меня есть идея получше. — хитро улыбнувшись, полубог прислонил их члены друг к дружке и начал надрачивать. Снова почувствовав его руку на своём члене, парень не смог сдержать стон и начал лишь наслаждаться моментом. Видел, как он двигал рукой вверх и вниз, как их члены тёрлись друг о дружку. Ощущения были... незабываемыми, а вид был божественным. Атрей будто бы знал, что делал, будто с самого начала готовился к этому. Хотел, чтобы его любимый просто утопал в блаженстве и думал только о нём. Разумеется, у него это получилось. Узумаки не переставал вздыхать и стонать от каждого нарастающего момента. У обоих начала течь смазка, и оба чувствовали свой пик. Уже невозможно было терпеть и хотелось кончить. — Атрей, я... сейчас кончу! — предупредил его Боруто. — Тогда не сдерживайся. — снова прошептал ему в ухо. Больше не сдерживая себя, оба кончили от удовольствия. Не дав блондину отдышаться, Локи взял его за ноги и положил себе на плечи. Не успел он ничего осознать, как почувствовал, что что-то трётся о его зад. Долго думать не пришлось: подросток увидел, как дружок любимого продолжает тереться о его анал, давая намёк, что скоро что-то большое и длинное войдёт в его сокровенное место. — Надеюсь, ты готов почувствовать меня внутри себя? — хитро улыбнулся он, с возбуждением поглядывая на реакцию парня. — «Боже... это правда происходит?» — не верил он своим глазам и, не задумываясь, произнёс: — Да войди в меня уже! — С радостью, любимый... — чмокнул его в ляжку, отчего у парня дыхание сбилось на секунду. Боруто уже приготовился почувствовать это и потерять на время разум, но тут его сон обрывается, и он просыпается. Оглядываясь по сторонам и видя рядом с собой сопевшего друга, понял, что это был всего лишь сон. — «Ну, конечно... Можно было и догадаться...» — вернулся голубоглаз в реальность, глубоко вздыхая. — «Ну почему именно на этом моменте всё обрывается?! Гадство!»***
Ребята пробыли здесь уже три дня. За это время Хеймдалль успел так вымотать Атрея, что нервы были на пределе. Чтобы не сорваться, он концентрировался на стене и несколько раз ударял по ней рукой. Это успокаивало его и помогало сбросить лишнее напряжение. Сегодня было то же самое: полубог снова мерно бил по стене, стараясь сдержать себя. В это время Узумаки сидел неподалёку с книжкой, что-то записывал в неё, иногда косо поглядывая на друга. Его слегка забавляло, как тот таким образом выпускал пар, но в то же время он понимал, что тот действительно тяжело. — Он снова дёрнул тебя? — прервал блондин тишину. — Есть немного... — немного соврал ему Атрей и продолжил: — Просто... — ничего не сказав, он со всей силы ударил по стене, тяжело переводя дыхание. — Он хочет меня разозлить! Чтобы я вышел из себя! — Эй, спокойно! — Узумаки резко встал с места и подошёл к нему. — Он просто хочет вывести тебя на чистую воду. — Знаю, но... он так раздражает! — сжал он кулак, пытаясь успокоится. Генин понял, что так его не успокоить, и надо было что-то придумать. Но почему-то в этот самый момент он вспомнил свой сон, где они с ним... — «А-а! Боруто, ты не о том щас думаешь!» — пытался он выкинуть это из своей головы. Но из-за грязных мыслей у парня забурлила кровь, и ему очень захотелось сделать это в реальности. Хотел почувствовать это наяву, хотел увидеть его реакцию, хотел... — «Господи-и... Как же я этого хочу!» — уже кусал он губы. — «Может... ему это поможет расслабится?..» — дикое желание внутри него победило и, смирившись, проговорил: — Знаешь, я знаю, как можно ещё расслабится. — Правда? — посмотрел он на него. — Да... Эм... Просто... сядь... — попросил он его, пытаясь скрыть своё смущение. — Ну... ладно. — ничего не спросив, мальчик покорно выполнил его просьбу. — «Боже ж ты мой... Я правда сейчас это буду делать? О чём я только думаю?!» — уже паниковал Боруто. — И... что дальше? — на его вопрос блондин замялся. Понимал, что если сделает это сейчас, то всё: пути назад уже не будет и время назад не повернёшь. Однако... они ведь были сейчас ближе, стали... намного больше, чем просто друзья, так почему бы не... попробовать двинуться чуть дальше? Глубоко вздохнув, он опустился к нему на колени, положив ладони на плечи и краснея до кончиков ушей. Он уже не в первый раз сидел на его коленях, но чувство волнения всё равно бурлило внутри. Ничего не сказав, парень машинально прильнул к желанным губам. Ему снова хотелось почувствовать эти мягкие, тёплые подушечки, словно зефирки. Ему так хотелось углубится, хотелось почувствовать его мокрый, горячий язык, язык полубога и полувеликана, но не хотел спугнуть его. Думал, что его возлюбленный ещё не был готов к таким страстям. Хотя... если он сейчас хочет сделать ему минет... Но это было на данный момент неважно. Всё, что он хотел сейчас сделать — это немного возбудить парня, немного подготовить к новым учениям, которые он узнает. Сам же сын Кратоса обвил своими крепкими руками талию блондина, прижимая его к себе. Думал, что так его любимый хотел успокоить его мысли от назойливого Хеймдалля, вот только он не знал, что уготовил его развратный мальчишка. Воздух в лёгких заканчивался, и парням пришлось отстранится, смотря друг на друга и пытаясь отдышаться. — Что ж... Я действительно отвлёкся... — улыбнулся он. — Это... была лишь подготовка. — признался ему Боруто. — Подготовка? К чему? — приподнял он бровь, с лёгким недоумением глядя на него. — Просто... доверься мне, ладно? И... не спрашивай. — попросил он его. — Хорошо... — заинтриговал он его, но доверился ему на все сто процентов. Слегка покраснев, Боруто слез с его коленей и скользнул вниз, останавливаясь на уровне его пояса. Смотря на ту точку, щёки начали адски пылать, а дыхание понемногу сбивалось. — «Не думал, что так сразу перейдём к этому... Ну, пути уже назад нет... Если что-то начал, надо доделывать до конца». — выдохнув, его руки потянулись к шнурку, развязывая узел и ослабляя штаны. — Эм... — не совсем понимал он, почему парень это делал. — Просто... не спрашивай. — напомнил ему о просьбе, освобождая его член и, увидев его размер, слегка выдохнул. — «Фух... В моих снах он... был куда больше... Слава богу, это не так, но... размер всё равно большеват...» Взглянув на полубога, увидел в его лице удивление и непонимание, зачем он это делает. Блондин лишь в мыслях усмехнулся, понимая, что тот не знает всей страсти любви, кроме поцелуев и обнимашек. — «Что ж, Атрей... Ты впервые ощутишь свой член в моём рту». — взяв его в руку, партнёр слегка вздрогнул, не ожидая таких действий. — «Ого, а ты чувствительней, чем я думал». Ничего не говоря, Боруто начал слегка проводить пальцами по его органу, вызывая дрожь у парня. — Б-Боруто, что ты... — хотел снова задать ему вопрос. — Я просто хочу сделать тебе приятно. Просто наслаждайся этим. — подмигнув, он высунул язык и лизнул член. — Мх!.. — издал Атрей свой первый стон. — «О-о, как он мило раскраснелся». — умилялся он. — «Нафиг прелюдия, я хочу соснуть его». Облизнув присохшие губы, Узумаки взял в рот голову члена, тщательно облизывая и посасывая. От таких резких действий полубог пронзительно застонал, чувствуя, как внизу становится жарко, а его член встал колом. В своей жизни Атрей никогда такого не испытывал. Тело просто горело, а мурашки бежали по коже с новой волной, когда его член всё глубже и глубже поглощали в рот любимого. Комната наполнилась звуками чмоканья и стонами. Боруто старательно работал своим ртом, беря всё глубже и двигаясь быстрее. Видя, как его парень весь красный, стонет от удовольствия, у него самого в штанах привстал, будто так он говорит, что тоже бы не отказался от ласки. — А-а… Б-Боруто… С-стой… Я… Мх!.. Я сейчас… не сдержусь!.. — предупредил его Атрей, что достигает своего пика. Он так мило смущался, так старался сдержать себя, это ещё сильнее возбуждало блондина. Ему прям хотелось ещё больше ублажить его, ещё больше показать свою любовь. Хотел, чтобы он… — «М-м… Атрей, как я хочу заняться с тобой сексом… Чтобы ты… Ух, сколько у меня грязных мыслей!» — терял он свой рассудок. — «Больше не сдерживайся… Ну же!» Парень будто прочитал его мысли: больше не мог сдерживать себя и кончил прямо ему в рот. Он уже хотел было извиниться за это, но силы будто покинули его, и он тут же вырубился, раскинув руки. — Атрей? — проглотив его сперму, он поднялся и увидел, что тот отключился. — Ого… Не видел, чтобы от минета уже теряли сознание. Неужели я так хорош? Я ж никогда никому не делал. Хотя, судя по моим снам, опыта какого-то набрался. Пожав плечами, наш герой начал приводить комнату в порядок и надеяться, что их никто не застукал за таким моментом. Всё-таки они во вражеской территории, а не на курорте.
