Новая жизнь — новые знакомства

      Кратос вернулся домой после битвы с Тором, его тяжёлые шаги гулко отозвались в тишине дома. Лицо мужчины было серьёзным, а взгляд пристальным, будто он анализировал каждую деталь происходящего. Атмосфера в доме сразу стала напряжённой, как натянутая струна.       Атрей замер, заметив, что отец не отводит от него взгляда. Узумаки, стоящий чуть в стороне, почувствовал, как напряжение заполнило комнату. Спартанец, не произнеся ни слова, медленно направился к столу, будто ожидая объяснений.       Отец и сын начали вести трудную беседу. Как генин и говорил: бог перестал верить сыну, по крайне мере немного. Это было видно по его взгляду и слышно по громкому голосу. Но он понимал: беспокоился за сына, не хотел, чтобы тот встрявал в войну или вообще начинал её. Каштановолосый всё-таки уговорил отца показать то, что они когда-то нашли с другом, поэтому направились прямиком в нужное место.       Добравшись туда, мальчик показал один трюк, который когда-то случайно активировал. Войдя внутрь, они увидели всё то, что видели подростки, а после показа вышли снова на улицу. Но перед тем, как уйти, ребята показали ещё. Они подошли к скале, на которой были изображены рисунки великанов. — Что это? — спросил Кратос у них. — Всё, что я с Боруто нашёл. Ну... почти что всё. — из кармана Атрей достал шар, который тоже нашёл в одном месте, и дал отцу, чтобы тот посмотрел. — Работа великанов? Ты снова был в Йотунхейме? — напрямую спросил его Мимир. — Нет. Нашёл в одном из других святилищ. — ответил ему Атрей. — Других? — недовольно посмотрел он на сына. — Во скольких ты побывал? — «Чё т мне не нравиться его рожа... Как он только не побаивается его?» — самого себя спросил Боруто. — Я... Ну... Во всех. По крайне мере во всех, что есть в Мидгарде. — подошёл он ближе к рисункам и присел на корточки. — Я не знаю, что это. Но оно важно... Как и всё это. — встав на ноги, продолжил: — В одном из святилищ я с Боруто видел изображение пленного Тюра... Но не понял, где он. В других святилищах есть намёки... Там говориться о чёрном дыме и кровавой земле. Но мы с Боруто так и не смогли понять... — Мы? — перебил он сына. — Эм... Нам помогал Синдри. — решил сказать ещё одну правду Атрей. — Это было зря-я... — прошептал Боруто, отходя чуть назад. — Слушай, это не он придумал — я его попросил. Просто, чтобы он нас прикрывал... — выгораживал он друга-гнома. — Нет, я виноват. — встал парень между ними. — Я уговорил... гнома. Вина полностью на мне, Атрей тут не причём. — Но я изначально просил его. — защищал он друга. — Не рой себе яму. Он хотя бы мне ничего не сделает. — прошептал ему блондин. — Мы вместе виноваты. Я не дам тебе брать вину на себя. — не хотел Атрей, чтобы тот один что-то получил. — ...Чёрный дым. — повернулся Кратос к голове. — Кровавая земля. Может тюрьма в Муспельхейме? — Навряд ли. В первозданных мирах слово Одина не имеет веса. — был не уверен в его ответе Мимир. — Кровавая земля... Наводит на мысли о шахтах. — Хм... Возможно, мир гномов? — предположил бог. — Свартальвхейм? Очень может быть. — был согласен с его ответом. — Их шахты изрыгали чёрный дым... А Один долгое время держал гномов за бороды. — Значит, туда! — был рад Атрей, что они отправятся туда. — Тюр где-то в Свартальвхейме, заточён в шахте. Ну что, идём? — ...Домой. — Кратос отдал ему обратно шар и, взяв голову, направился в сторону дома. Вернувшись домой, Кратос после долгого раздумья всё-таки согласился помочь Атрею в поисках Тюра. Однако его слова прозвучали строго: если бога войны там не окажется, он прекратит поиски, чтобы больше не рисковать. Атрей, услышав это, не смог скрыть радости. Ему не терпелось отправиться в Свартальвхейм, чтобы проверить свои догадки, но препятствием оставались закрытые проходы между мирами.       Боруто задумался, как решить эту проблему, и вскоре поделился мыслью: Синдри упоминал о возможной идее. В этот момент к ним как раз и подошёл сам гном, держа в руках какие-то инструменты. Он сообщил, что оставаться здесь теперь небезопасно из-за нападения Одина и Тора, и предложил временное укрытие в их убежище.       Гномы устроились в мире между мирами, и, когда они добрались туда, подростки не могли скрыть восторга. Убежище выглядело потрясающе. — Заходите, заходите!.. — открыл входные двери Синдри, впуская гостей. — Только, пожалуйста, как следует вытирайте ноги. Я подожду. — но его просьбу никто не выполнил, особенно Кратос, который грозно смотрел на гнома. — Вы не будите вытирать ноги, так ведь? Ладно. Ваши комнаты там, а кухня — она вот здесь. Кто... Кто-нибудь голодный? Кратос! Поешь? — Мне не нужна еда. — отказался Кратос. — Нам нужна помощь, чтобы попасть в Свартальвхейм и спасти Тюра. — встал между ними Атрей, рассказывая небольшой план. — Т-Тюра?.. Он жив? В смысле... Что?! — пытался делать вид Синдри, что удивлён. — Не бойся, я всё рассказал. — успокоил он гнома. — Рассказал? — сглотнул ком гном. — Ты поощрал неповиновение. — грозно подошёл к нему Кратос. — Нет, я... присматривал за ними. Для тебя старался. Никакого риска. Всё безопасно. — оправдывался Синдри. — Да не молчи ты... — Нам главное сейчас — попробовать снова найти путь между мирами. — повернулся Атрей к другу-гному. — Ты сказал, что знаешь как. — Да! Точно! Только... Просто там... вы так натоптали. — он подошёл к швабре и начал мыть пол. — Тогда почему ты до сих пор не открыл путь? — спросил его Мимир. — Ну, если честно... нам бы не помешала ваша помощь. — признался Синдри. — О-о! Братьям-хульдрам наконец требуется помощь умнейшего из живущий! — сразу понял это Мимир. — Да, именно так. — подтвердил его догадку. — Так, а ну, стоять! — внезапно распахнул двери Брок и первое, что увидел, так это незнакомца у себя дома. — Это чё такое? — подошёл он к блондину, осматривая его. — Ты кто? — Это Боруто, наш друг. — представил его Атрей. — Эт чё за линии у тебя на лице? — указал на его лицо Брок. — С рождения, от отца достались. — ответил на его вопрос Боруто. — ...На лису похож больше. — заметим он уставился на мальчика, которого тоже не узнал. — Чё эт ты притащил? Во имя Хель, а это ещё что? — Это мой сын. — кратко ответил ему Кратос. — И что, во имя Ярнсмиды, с ним случилось? Надо ж, какая дылда! Ещё и выглядит... так! — посмотрев на бывшего бога войны, проговорил: — Это ты виноват. — «Что за странный тип?» — проговорил у себя в голове Боруто. — Ладно, пошли, подберём ему что-нибудь подходящее... — направился на своё рабочее место гном. — Он же просто растёт, балбес. Ты, что ли, в юности не выглядел странно? — объяснил ему Мимир. — Эй! — отреагировал Атрей, а Узумаки лишь хихикнул возле него. — Мы оба выглядим странно. — Как скажешь. — был не против Боруто. — Ладно, с этим уже ничего не поделаешь. Но советую тебе наконец взяться за ум, если он у тебя есть. — подошёл к своему столу Брок. — Он пытается. Поверь мне. — защищал его голова. — Ну что, давайте вас, недоумков, будем снаряжать в путь дорогу... — уже приготовился что-то делать или чинить. — Он всегда такой? — прошептал другу Боруто. — Ну, вроде того. — ответил ему Атрей.

***

      Перед тем, как уйти на поиски Тюра, блондин решил заглянуть в свою новую комнату. Конечно, её можно было с трудом назвать комнатой, но он привык спать, где попало, так что это не сильно его волновало. — Если ты думаешь, что так убежишь от проблем, то ты глубоко ошибаешься. — за его спиной проговорил Момошики. — А кто сказал, что я убегаю? — не поворачивался к нему Боруто, серьёзно говоря ему. — Ты уже убежал, как только появился здесь. — скрестил он руки на груди. — А у меня был выбор? Я ничего не мог сделать с ситуацией, которая внезапно произошла. — боком повернулся к нему Боруто, недовольно смотря на его спокойную рожу. — Выбор есть всегда. — подлетел к нему чуть ближе. — Ты можешь просто сдаться и отдать своё тело мне. — Не дождёшься! В твоих мечтах, даттебаса! — рыкнул парень на него. — Если ты думаешь, что я не смогу завладеть тобой, то ты о-очень наивен. — хитро заулыбался, продолжив: — Неважно, что я не перерожусь теперь. Ты — всё ещё мой драгоценный сосуд, и я имею право занять твоё тело. Один неверный шаг и ты мой. Расслабишься — и я завладею тобой и убью всех тех, кто тебе дорог. И начну я... с того паренька. Ооцуцуки, активировав бьякуган, смотрел ему прямо в глаза, бугая своими речами. Он действительно смог напугать паренька, ведь тот был прав. Он не раз смог завладеть его телом и причинить дорогим ему людям боль. Блондин не хотел такого повторения и не хотел, чтобы тот навредил кому-то, особенно Атрею. Он уже догадался, что Атрей — самый близкий для него человек на данный момент, поэтому сильнее запугивал его им. — Так что жди этого момента, и тогда все точно отвернуться от тебя. — сказав напоследок, Момошики исчез, оставив голубоглазого одного. — «Спокойно, Боруто... Он лжёт, он лжёт!»— успокаивал он себя.

***

      Как только проход в Свартальвхейм был открыт, команда отправилась в путь. Первой остановкой был дом Дурлина — местного жителя, который должен был знать, в какой именно шахте удерживают Тюра. Дурлин встретил их не слишком радушно, но в итоге предоставил нужную информацию по-своему, оставив у всех смешанные чувства. Получив указания, они поспешили в шахту.       Шахта оказалась мрачным, угрожающим местом, пропитанным тягостной атмосферой. Там они и нашли Тюра. Однако перед ними предстал не легендарный бог войны, а сломленный, измученный пленник. В его глазах читались страх и безысходность, движения были неуверенными, будто он давно утратил волю к жизни. Когда они сообщили ему, что пришли за ним, чтобы освободить и попросить о помощи в предотвращении Рагнарёка, Тюр категорически отказался. Он заявил, что устал от войн, от насилия, и не желает иметь никакого отношения к новому конфликту.       Боруто внимательно наблюдал за ним. На первый взгляд, он выглядел сломленным, но что-то в его поведении казалось странным. Он неоднократно видел людей, утративших всё, и знал, как выглядит настоящая безысходность. Тот же, хоть и говорил убедительно, казался слишком собранным для того, кто действительно сломлен. Его речь, движения — всё выглядело на грани притворства.       Ситуация стала ещё более запутанной, когда они начали пробираться наружу. На них напали налётчики, но их действия показались блондину подозрительными. Вместо того чтобы целиться в Тюра, как можно было бы ожидать, они сосредоточили свои атаки на Кратосе, Атрее и самом себе. Тюр же, несмотря на свою шаткость, оставался практически незатронутым. Налётчики даже не старались подобраться к нему, словно их настоящей целью была вовсе не его поимка.       Сын Хокаге мысленно отметил эту странность. Всё это больше напоминало какую-то странную постановку, нежели реальное нападение. Если бы налётчики хотели вернуть его в плен, почему бы им не направить усилия на его захват?       После напряжённого боя команда благополучно добралась до убежища гномов. Там бог войны наконец оказался в безопасности, но сомнения Боруто так и остались. Слова, действия и странности налётчиков засели у него в голове, оставляя вопросы без ответов. Это казалось слишком подозрительным, чтобы быть простой случайностью.

***

      Парни, стараясь не шуметь, прокрались ближе к углу, за которым находились Кратос и Мимир. Разговор казался важным, и оба парня не могли устоять перед соблазном узнать, о чём идёт речь. Они внимательно слушали, о чём те говорили. Больше говорили про каштановолосого, а позже разговор плавно перешёл о Фрейе.       Внезапно за их спинами раздался тихий звук. Оба замерли, думая, что их обнаружили, и медленно обернулись. Прямо за ними стоял Синдри, внимательно наблюдая за тем, как они подслушивают. — Что, не спится? — начал было Синдри, но от неожиданности Боруто, резко развернувшись, инстинктивно ударил его кулаком прямо в нос. Гном зашатался назад, схватившись за лицо. — Ох, ради всех древних рун, ты что, пытаешься меня убить?! — шёпотом и возмущённо пробормотал гном, осторожно ощупывая нос. — Извини! — тут же зашептал Боруто, испуганно оглядываясь, чтобы проверить, не услышали ли их. — Среагировал... Синдри недовольно прищурился. — Это уже второй раз, когда ты бьёшь меня. Может, мне уже пора усвоить, что к тебе нельзя подкрадываться. — пробурчал он. Локи едва сдерживал смех, а блондин неловко почесал затылок, снова извинившись. Гном только вздохнул, недовольно покачав головой, и жестом подозвал их за собой, подальше от разговора, который они явно не должны были слышать.       Полубог задумался, затем твёрдо решил отправиться к Фрейе. Он был уверен, что она могла бы помочь разобраться в их сложной ситуации. Несмотря на враждебность к Кратосу, её знания и силы могли стать ключевыми.       Синдри отреагировал бурно, его лицо мгновенно посуровело. Он явно считал этот план безумным и опасным, размахивал руками, пытаясь объяснить всю абсурдность идеи. Видя его реакцию, Узумаки лишь вздохнул.       Он прекрасно понимал, что тот не отступит, каким бы рискованным это ни казалось. Он не раз сам принимал такие же решения, поэтому его друг был для него особенно понятен. Лучше уж пойти с ним и поддержать, чем позволить идти одному навстречу опасности.       Синдри в конце концов смирился с их решением, но на его лице читалось явное разочарование.

***

      Перед тем как отправиться к Фрейе, Синдри предложил Атрею навестить одного их старого и очень большого знакомого — Йормунганда. Полувеликан был слегка удивлён, что гном знал его местонахождение, поэтому сразу оживился, ведь давно не видел змея Мидгарда, а вот Боруто был немного в недоумении, не зная, кто это такой.       По дороге к Йормунганду Синдри завёл разговор о последних событиях, и сын Кратоса нехотя признался, что Фенрир умер. Гному стало искренне жаль, он даже перестал болтать на некоторое время, что было для него редкостью. Путь был долгим, но без особых происшествий, пока они не дошли до платформы, ведущей к месту, где обитала гигантская змея. Однако рычаг, управляющий механизмом, был сломан.       Гном хмыкнул, раскрыл свой инструментальный набор и буквально за пару секунд всё исправил. Локи, недолго думая, повернул рычаг, и платформа резко дёрнулась, приходя в движение. Блондин не ожидал такой резкости и едва не потерял равновесие. Он уже готовился упасть вниз, но в последний момент друг схватил его за талию, удержав на месте.       Сын Хокаге резко замер, осознавая, насколько близко они оказались друг к другу. Их лица были всего в нескольких сантиметрах, настолько, что он мог видеть отражение своего лица в голубых глазах Атрея. Его дыхание невольно сбилось, а сердце сделало сильный удар.       Полубог тоже застыл, лишь крепче сжимая его талию, не отводя взгляда. Мгновение длилось дольше, чем должно было, словно время замедлилось. — С-спасибо... — сглотнув, наконец пробормотал Боруто благодарность, отстраняясь и делая вид, что ничего особенного не произошло. — Ну, так что произошло? — решил Синдри затронуть тему с его внезапной магией. — Отец сказал, когда Фенрир умер, я сотворил заклятье. — кратко пересказал ему он. — Но я не знаю, о чём он говорит. — Случайная магия? Тревожный знак... — сразу побежали у него мурашки по телу. — Случайная магия — это не всё. Ещё я... превратился в медведя. — дополнил великан. — В медведя? — удивлённо переспросил его гном. — И слюни были? — Да. — с небольшой усмешкой проговорил он. — Но я не сдержался. Фрейя лучше всех понимает магию. Она поможет. — Но не магию великанов... — подправил его мужчина. — Честно, я её знать не знаю, но... даже если она и знала бы, то не помогла. С её-то ненавистью к твоему отцу... Она бы послала тебя куда подальше. — честно проговорил свои мысли вслух Боруто. — А он правду глаголет. — был согласен с ним Синдри. — Ну, да. Огромный ядовитый змей явно безопасней. — поставил руки по бокам Локи. — Он... ядовитый?.. — тут же сморщился в лице мужчина. — Почему ты сегодня такой нервный? — заметил мальчик в его поведении странность. — Для меня главное — заботиться о тех, кто мне дорог. Чтобы с ними ничего не случилось. — признался ему Синдри. — Фрейя меня не убьёт, а Йормунганда тут, скорее всего, даже нет. И потом, я ему нравлюсь. Он съел меня всего однажды. — уверял его Атрей. — Я сделал всё, чтобы забыть эту сцену. — проговорил мысли вслух Синдри. Парень уловил слова гнома о близких, и в его памяти тут же вспыхнули прошлые события из его родного измерения. Все те тут же всплыли в голове: семья, друзья... Грудь неприятно сжалась от воспоминаний.       Его взгляд опустился вниз, на правую ладонь, на которой выделялась карма. Символ силы, но в то же время и проклятие. Сила, которой он никогда не хотел, но которая была неотъемлемой частью его судьбы.       Пальцы непроизвольно сжались в кулак, и он, почти беззвучно, но искренне, прошептал: — Для меня тоже... Каштановолосый, стоявший рядом, краем уха уловил его слова. Он повернулся к нему, внимательно посмотрел, а затем приблизился. — Эй... — мягко окликнул он, кладя ладонь на его плечо, привлекая внимание. Узумаки слегка вздрогнул от неожиданности и поднял на него взгляд. — Не переживай, она не убьёт меня. — уверенно сказал Атрей, глядя ему прямо в глаза. После его слов сердце парня резко дало о себе знать, забившись быстрее, чем обычно. Щёки начали предательски гореть, но он тут же попытался взять себя в руки. Глубокий вдох, медленный выдох — он не мог позволить, чтобы тот что-то заподозрил.       Собрав всю свою выдержку, он уверенно кивнул, будто бы его совсем не задели эти слова. Но, несмотря на все попытки, жар всё ещё не уходил с его лица, а сердце продолжало колотиться в груди, напоминая ему, что спрятать свои чувства становится всё сложнее. — Ну, мы на месте. — платформа остановилась, и Атрей с друзьями прошли вперёд, оглядываясь по сторонам. — Говорил же, его нет. — Так, может, его позвать? — предложил гном вариант. — Мы пробовали трубить в рог. — вспомнил он прошлое. — А я говорю не про рог. — намекнул ему мужчина про кое-что другое. Паренёк сразу понял, к чему тот клонил, но думал, что это не сработает. Но всё-таки решил попробовать. — Йо-ор-му-у-те-е-йу-ум! Се-е-ну-у! — прокричал Атрей. — Ну да. Совсем не странно. — подошёл к нему Синдри. — Тс-с... — услышал он какой-то шум. Внезапный глухой треск разорвал тишину, и лёд резко раскололся, разлетаясь в стороны тысячами острых осколков. Из-под толщи замёрзшей воды показался огромный жёлтый глаз, холодный и древний, внимательно изучающий их.       Осколки льда сыпались сверху, угрожая задеть их, но Атрей быстро среагировал. В одно мгновение он оттолкнул Боруто в сторону, сам наваливаясь на него, чтобы прикрыть от возможной опасности. Блондин не успел даже понять, что произошло — он только почувствовал, как его плечи прижались к мерзлой земле, а поверх него оказался парень. Их лица снова оказались слишком близко, дыхание смешивалось, но времени осмыслить этот момент у них не было.       Гигантская змея пробудилась. — В сторону! — Атрей взял его за руку и потащил на безопасное место, где уже стоял гном, а точнее сидел как испуганный котёнок. Когда осколки начали падать на крышу, почти касаясь их, сын Фэй резко прижал парня к стенке, заслоняя его своим телом.       В это мгновение их тела были слишком близко друг к другу. Ниндзя мог почувствовать тепло его тела, его дыхание, которое почти совпало с его собственным. Полувеликан был напряжён, его рука крепко держала его, но при этом чувствовалась какая-то лёгкая тревога. Он старался не показывать волнения, но тот мог понять, что это было не просто от того, что они были под угрозой — это было что-то большее. В голове блондина всё смешивалось: напряжение, беспокойство и странное ощущение, когда его тело не могло избавиться от его близости.       Когда обвал закончился, Локи отошёл от друга, облегчённо выдохнув, что их не задело. — Ты в порядке? Всё нормально? — спрашивал об его самочувствии на всякий случай. — Да... Всё нормально... — неуверенно ответил Боруто. Лучник медленно подошёл к большой змее, которая начала резко рычать, как голодный и страшный зверь. От его крика гном тут же спрятался за мальцов, а парни уставились на животное.       Тот начал говорить на непонятном языке, который понимал лишь Атрей. Его напарники, к сожалению, не знали этого языка. Даже наш герой не смог его понять до конца. — Лу-у-ки-и-йа-а... Фи-имбу-ул аката-а. Ле-еджья-а фе-ейри-и. — начал говорить он на его языке, и тот что-то ответил ему. — Ярнвид? Что это? — повернулся он к мужчине, но тот лишь отрицательно покачал головой. — Что это?! — спросил он его, и тот ответил ему. — И что, это всё? Ну, не будем тебя задерживать! Перед тем, как уйти снова на покой, он снова взглянул на них и уставил свой взгляд на мальца. Помолчав пару секунд, он что-то пробормотал, а затем ушёл. — Что?.. — не совсем понял Атрей смысл последнего его высказывания. — Поговорили. — плюнул в снег гном. — Согласен... — был согласен с ним блондин. — Ярнвид... Что бы это значило? — стоял к ним спиной мальчик. — Что надо было сидеть дома. — отряхивал он от себя мерзкую слизь. — Ещё в конце... он сказал: «Тебя здесь быть не должно». Не понимаю, что именно он имел в виду. — перевёл им последнюю цитату змея. Сын Хокаге сразу напрягся. Он понял, кому это было адресовано. Ещё тогда он почувствовал тяжёлый взгляд, но не сразу понял, что смотрел тот именно на него. — Неважно, возвращаемся. — плюнул на это Синдри и пошёл к дверям.

***

      Парни добрались до места, где находилась Фрейя, и спрятались в укрытии. Синдри остался в мастерской, решив дождаться их там. Атрей глубоко вздохнул, собираясь с духом, ведь понимал, что разговор может быть трудным и практически невозможным. — Ну... я пошёл. — предупредил он друга. — Я останусь здесь на случай, если что-то пойдёт не так. — тоже предупредил его об своей стратегии и, пока тот не ушёл, положил свою руку ему на плечо, говоря: — Будь осторожен. — Не волнуйся. Всё будет нормально. — улыбнулся ему и положил свою ладонь поверх него, вставая на ноги и идя к бывшей королеве, пряча при этом по дороге наконечник стрелы. — Фрейя. Он не успевает к ней подойти, так как та использует свою магию, окутывая его тело толстым стеблем, не давая ему пошевелится. Голубоглазый тут же переживает за друга, но решается пока посидеть в стороне, стараясь не идти на поводу эмоций. — Лучше бы ты остался с Синдри. — говорит она ему, продолжая сидя колдовать. — Стой! — кричит он. — Хватит! — Где твой отец? Отвечай! — спрашивает его Фрейя. — Не здесь. — ответил он ей. — Он послал? — продолжала его спрашивать. — Нет. Он не знает... — пытался вырваться из плена, но тут женщина сама к нему подходит с диким выражением лица. — Зря ты пришёл. Он отнял у меня сына. Почему ты считаешь, что я не отомщу? — приблизила свой меч к его шее, грозно и уверенно смотря ему в глаза. — Ты не такая. — знал это Атрей. Краем глаза кареглазка замечает на его шее знакомую вещицу. С помощью своего меча она забирает, душераздирающе смотря на маленький, но довольно знакомый предмет. Этот предмет... убил её сына. Точнее помог убить. — Поставишь на это свою жизнь? — на её вопрос мальчик промолчал, но та всё же отпускает его, говоря: — Да что ты знаешь обо мне. Она отходит от него и к нему подбегает Боруто, обеспокоенно смотря на него и проверяя, всё ли хорошо. Каштановолосый жестом уверяет его, что всё нормально и ничего серьёзного не произошло.       Пока блондин пытался освободить его, он продолжил разговор: — Но ты меня ещё не убила. И пока ты об этом думаешь, может, отпустишь меня, и я скажу, зачем пришёл? — Если просить своего отца, то не утруждайся. Его судьба решена. — Фрейя возвращается к костру, даже не замечая незнакомца с ним. — Ты же знаешь, кто во всём виноват! — пытался до неё достучаться. — Мне не одолеть Одина. Да и не надо. Рагнарёк его убьёт. — бросая полено в огонь, та спокойно садится и обратно. — Да? А если я скажу, что он приходил в Мидгард? Он пришёл к нам. Предложил мир, если мы не вмешаемся. — кратко пересказал ей он прошлые события. — Сказал, что Рагнарёк можно избежать. — ...Он лжёт. — прекрасно это понимала. — Возможно. Но ты ведь знаешь пророчество Гроа. Всё зависит от армии великанов. — продолжал говорить с ней, видя, как друг почти его освободил. — Великаны ждут войны в Йотунхейме. — снова взяла в руки меч и осторожно положила на колени. — Нет. Я там был. Нет никакой армии. Великанов больше нет. — освободившись от оков, он осторожно и неспеша подходит к ней и говорит: — Лишь я. Бывшая королева не верит своим ушам и, поворачиваясь, спрашивает: — Ты?.. — тут она видит, что тот пришёл не один, и тут же узнаёт его. — Ты... Это ты вызвал лавину и помешал мне... Узумаки промолчал, видя, как та выглядит измученной, растрёпанной и почти невыспавшийся. По её виду сразу понял, что долго таила обиду и злость, и не могла смирится с реальностью. — В Йотунхейме мы узнали правду: моя мама была последним стражем великанов в Мидгарде. И... И это не всё. У великанов есть пророчество обо мне. Они зовут меня... Локи. — подошёл к ней Атрей, рассказывая всё, что знает. — И, возможно, мне суждено остановить Одина. Как-то. Но раз великаны погибли, а тебе не убить Одина, он уже победил. Может, нам объединится? Ты же можешь сражаться! — Я не та, что прежде... — срываясь, проговорила она. — Ладно. Ладно... — проговорил он спокойным голосом. — Но мы нашли Тюра! Может, если ты поговоришь с ним... — Тюр жив? — посмотрела на него с удивлением в глазах. — Да, мы... пошли за ним в Свартальвхейм. — кратко рассказал ей ещё одну новость. — Это невозможно. — снова перешла на срыв, не веря ему. — Девять миров закрыты для всех... — Нет, мы открыли путь. Но не знаем, что делать дальше. Но если мы объединимся... — хотел договорить Атрей, но не успел. — Молчи... — встав на ноги, прокричала: — Хватит! Снова использовав стебли, Фрейя бросает его в сторону. — Атрей! — паникующе смотря, куда тот приземлился, и тут же видит перед собой женщину. — Пошли вон! — грозно, но шёпотом проговаривает ему. — ...Если ты думаешь, что убийство поможет тебе исцелиться, то ты глубоко ошибаешься. — тоже перешёл на шёпот, уверенно говоря ей прямо в глаза мудрые слова. — Месть никуда тебя не приведёт, уж поверь мне. Вместо того, чтоб бездействовать и ждать своей кончины, уж лучше пытаться и не сдаваться. Если ты хочешь что-то изменить, надо бороться, даттебаса. Сказав всё, что хотел, Узумаки сам уходит, оставляя её в полном замешательстве.

***

      В итоге им пришлось вернуться обратно. Попытка договориться с Фрейей провалилась — она даже не захотела слушать его доводы. Им ничего не оставалось, кроме как вернуться обратно с пустыми руками.       Боруто же решил вернуться обратно в комнату, поэтому пробрался через окно. Он не особо хотел сейчас говорить.       В доме всё шло своим чередом: кто-то разговаривал, обсуждая планы, кто-то завтракал. Блондин же, уставший после ночного приключения, решил немного вздремнуть. Он лёг, позволив усталости поглотить себя, но внезапно что-то изменилось.       Его правый глаз медленно открылся, и вместо привычного голубого оттенка зрачок засветился зловещим сиреневым светом. Это был глаз Момошики.       На его губах появилась ухмылка, и, не издав ни звука, он медленно поднялся. Двигаясь бесшумно, словно тень, он направился к двери. — Вот и всё. Я предупреждал. — как только Момошики хотел открыть дверь, то рука вздрогнула и предательски не хотела дотронуться до ручки. — Что за?.. Ооцуцуки тут же выкинуло из тела подростка, а тот, придя в себя, пытался отдышаться от шока. Он совсем не ожидал, что этот мертвец и правда займёт его тело. — Чёртов малец! Ты должен был уснуть вечным сном! — сквозь зубы проговаривал Момошики. — Что ж... У меня будет ещё шанс. Узумаки в ужасе вжался в стену, пытаясь перевести дыхание. Сердце бешено колотилось в груди, а тело дрожало от осознания произошедшего. Он знал, что Момошики жил внутри него, но не мог представить, что тот действительно попытается захватить его тело. И самое страшное — он почти смог это сделать.       Юноша сжал ладони в кулаки, чувствуя, как в висках стучит от паники. Если бы он не сумел вернуть контроль... Если бы позволил Момошики добраться до остальных... Боруто даже не хотел представлять, что могло бы случиться.       Глухая ярость вперемешку с отчаянием заполнила его. Он думал, что сможет сдерживать его, что тот не посмеет снова заявить о себе так скоро, но ошибался. Теперь было ясно: Ооцуцуки не собирался просто наблюдать. Он ждал момента, когда Боруто ослабнет, чтобы воспользоваться его телом.       Сжав зубы, блондин провёл рукой по лицу, стараясь взять себя в руки. Он не мог дать страху одержать верх. Нужно было разобраться, как справляться с этим, прежде чем всё выйдет из-под контроля. — Да что б тебя, даттебаса-а! — крикнул на весь голос Боруто, пытаясь прийти в себя. Разумеется, его внезапный крик услышали и другие члены дома. Все, кто был в доме, озадаченно замерли, повернув головы в сторону двери. Разговоры стихли, а взгляды наполнились недоумением. — Чего это он? — недоумённо уставился Брок на дверь, прерывая внезапную тишину. — Эм... Может, неудачно встал? — выгораживал его Атрей. — Меня больше смутило последнее слово. Что за «даттебаса»? — впервые слышал Синдри непонятное для него слово. — Это его фразочка такая. Не обращай внимания. — коротко объяснил ему Мимир. — Он говорил, что она от отца досталась, а от него его бабушки. — добавил мальчик. — Удивительная наследственность... — сел за стол Тюр. — Согласен. — согласился с его мнением Синдри. Спустя несколько мгновений дверь медленно открылась, и на пороге показался наш герой. Его лицо выглядело напряжённым, а во взгляде читалась усталость, смешанная с раздражением. Блондин провёл рукой по взъерошенным волосам, глубоко вдохнул и вышел из комнату, стараясь не встречаться взглядами с остальными, и присел за стол. — Братец, не выспался, что ли? — увидел мудрейший его усталое лицо. Блондин косо посмотрел на отрубленную голову, будто был готов убить его взглядом. — Ты мне? — спросил он его. — Ну... да. — неуверенно ответил ему, видя его неудовлетворённое лицо. — ...Не смей меня так звать. — окинув недовольным взглядом, парень взял кружку и отпил содержимое, оставив беднягу в небольшом шоке. — Атрей, мы обсуждали дальнейшее. — решил начать разговор Кратос. — О, и... куда идём? — взял Локи ложку, спрашивая отца. — В Альвхейм. В мир эльфов. — ответил он ему. — Альвхейм? — через набитый рот переспросил мальчик. — Ты его ненавидишь... Зачем нам туда? — Зачем? — оглянувшись на товарищей, продолжил: — Затем, что нам нужны сведения. — Святилище Гроа, Атрей. Твой отец сказал, ты нашёл его. — точнее проговорил Тюр. — Гроа? Хранительница знаний... О-о! Я смогу раскрыть там какую-то тайну? — с интересом продолжал спрашивать их. — Да... Нет никого лучше всевидящей провидицы... — проговорил Мимир. — Я не думал, что ты... — хотел что-то сказать Атрей, но передумал. — Неважно. Отлично. В Альвхейм! — Эй, не забудь вот это, чтоб туда добраться. — Брок кинул мужчине семя Иггдрасиля. — Знаете что? — стукнув руками о стол, Синдри привлёк к себе внимание и проговорил: — Я сделаю нам стол побольше. Многие не поняли странное поведение гнома, но решили проигнорировать и продолжили есть.       Краем глаза полубог посмотрел на друга, который за весь этот разговор молчал. Он даже никому в глаза не смотрел и лишь поглядывал на свою тарелку, будто... его что-то беспокоило? Но он решил откинуть эти мысли, думая, что тот просто не поспал из-за их визита к бывшей валькирии. — А-а... Кто подал эту идею? — решил прервать тишину Атрей. — О, разумеется, Мимир. Я просто спросил, как вы меня отыскали. И он рассказал о тайных пророчествах в святилищах великанов. — кратко пересказал друг великанов об их разговоре. — Занятно. — Ну, и потом мы начали перечислять разные святилища, и тут твой отец припомнил, что у Храма Света был храм Гроа. И теперь, когда в Альвхейм снова можно попасть, дальнейший план действий стал очевиден. — продолжил за него мудрейший из живущих. — Умнейший в мире человек не сделает неверного шага. И не потому, извиняюсь, что у него нет ног. Я всегда был рад твоим речам. — хвалил его Тюр. — Да. А я рад, что ты наконец свободен, дружище. — тоже сделал ему комплимент. Краем глаза наш голубоглаз посмотрел на высокого мужчину, дослушав их короткий диалог. — «Слишком красиво говорит...» — недоверчиво смотрел на него Боруто, но как увидел, что тот посмотрел на него, резко устремил свой взгляд в тарелку. — А ты... Боруто, да? — решил и с ним поболтать Тюр. — Ты тоже член семьи? — Не совсем, он наш друг. Мы познакомились три года назад, в Мидгарде. — проговорил за него полувеликан. — Нашли его замёрзшим в лесах. — добавила голова. — Оу... Но что случилось? — продолжал спрашивать бог войны. — Я не хочу об этом говорить. — твёрдо дал им понять, что не хочет о себе говорить. — ...Понимаю. — тут же отстал от него. После завтрака ребята отправились к порталу, но перед тем, как туда пойти, их остановил чей-то незнакомый голос. — Господи-и-ин! — позвал бывшего бога войны. — Можно я на вас погляжу? Обещаю, я быстро. К Кратосу подбежала необычная белка, которая начала что-то вынюхивать у него. Видимо, её что-то привлекло, но что — никто не мог понять. — Поразительно! Потрясающая форма. — хвалила его мускулистое тело белка. — Сдаётся мне, вы способны на множество самых разных бесчинств. — Что происходит? — не понимал всю ситуацию Кратос. — Это белка, которая ухаживает за Древом! — узнал её Мимир. — Какой прелестный аромат... Возможно ли? — учуяв источник запаха, проговорил: — Простите за вторжение. — белка начала шуршать у него в сумке и, когда нашла, спартанец взял её за шкурку. — О да-а-а! Это смола! Ореховый вкус с ноткой чернил кальмара. Пушистик протянул деликатес кареглазому, но тот лишь кратко ответил: — Нет. — Что, не любите гастрономические эксперименты? — пожав плечами, он сунул в себе рот семя. — Погоди... — подошёл чуть ближе к ним Атрей. — Если ты Рататоск... почему, когда мы тебя зовём, ты другой? — Это долгая история. — Рататоск тут же прыгнул на руки мальчика, продолжив: — Но вы правы: я и правда Рататоск. Тот Рататоск, которого вы знаете, — лишь одно из моих воплощений. Причём довольно неприятное. Я считаю его настолько далёким от себя, что это почти другая личность. Кстати о нём... — встав на задние лапки, проговорил: — Пакостник, не хочешь повидать друзей? — Пошёл в жопу! Я занят! — послал его Пакостник. — Мило... — про себя проговорил Боруто. — Этого следовало ожидать. Ну что ж, я очистил для вас это семя от смолы. — выплюнув его изо рта, протянул парню. — Желаете его забрать? — Эм... — Боруто с отвращением посмотрел на семя, которое было в чужом рту, и ему не совсем хотелось это брать в руки. — Спасибо, но... я откажусь. — Это семя? — Кратос взял из его лап, рассматривая семя. — Конечно. Семя Иггдрасиля, если точнее. — пушистик слез с рук мальчика и напоследок проговорил: — Удачи вам, друзья.

***

      Путь к святилищу Гроа был непростым. Вокруг простирались древние руины, покрытые песком и поросшие мхом. В воздухе витала напряжённость — каждый шаг мог обернуться новой схваткой. И действительно, эльфы, стерегущие эти земли, не собирались просто так пропускать незваных гостей. Они нападали стремительно, их клинки сверкали в свете солнца, а магия рассекала воздух, заставляя путников постоянно быть начеку.       Несмотря на ожесточённые битвы, внимание Боруто было сосредоточено не только на врагах. Он внимательно следил за Тюром. Что-то в его поведении вызывало тревогу. Возможно, это было просто ощущение, смутная догадка, но он не мог отмахнуться от мысли, что тот мог быть не тем, за кого себя выдавал. Всё складывалось в странную картину: слишком спокойный, слишком красноречив, слишком отчуждённый.       В голове парня была ещё мысль, что, возможно, он примкнул к Одину, что работал на него. Конечно, доказательств не было. Но если предположить, что он действительно работает на Всеотца, то почему? Из-за страха? Из-за шантажа? Или, что хуже, по собственной воле?       Сын Хокаге чувствовал, что никто больше не замечает этого. Все доверяли ему, верили в его добрые намерения. И если он ошибался в своих подозрениях, это было бы облегчением. Но если был прав… Тогда ему предстояло быть тем, кто раскроет правду.       Пока они двигались дальше, приближаясь к святилищу, Боруто продолжал молча наблюдать, не спуская с него глаз. Возможно, скоро он получит ответы, но до тех пор ему оставалось только одно — быть начеку.       Достигнув святилища Гроа, группа остановилась перед массивными древними вратами. Атрей сосредоточился, его пальцы очертили в воздухе руну, и через мгновение магия окутала вход, заставляя дверь медленно распахнуться. Внутри их встретила величественная зала, освещённая мистическим светом.       Перед ними развернулось видение: Гроа — провидица, одержимая поисками пропавшего мужа, но вместо этого случайно нашла знание о Рагнарёке. Когда Один узнал об этом, потребовал от неё всю правду. Ответы, которые он получил, не понравились ему, и в ярости убил её.       Следующее видение открыло мифическое убежище Ярнвид. Это название сразу показалось парням знакомым — Йормунганд уже упоминал его. Но зачем? Ответа пока не было.       Затем перед ними появился воин. Атрей ощутил странную связь, словно смотрел на себя. Неужели это он? Возможно ли, что видение предсказывает его судьбу? Но Кратос тут же оборвал его мысли. Боруто заметил в его голосе сдержанное недовольство. Было ясно, что ему не нравится всё это. Он не хочет, чтобы его сын увлекался пророчествами.       Внезапно картинка изменилась. Они увидели грандиозную битву — армию, возглавляемую Тюром. Бог войны замер, не в силах поверить в то, что видел. Его лицо отражало шок и непонимание.       Но самой поразительной деталью стало то, что Рагнарёк не уничтожает все миры — только Асгард. И Один… мёртв. — Интересно... — вслух проговорил Мимир. — Асгард погибнет? — прищурил Атрей глаза, почти не веря тому, что видит в ведениях. — Но другие миры целы... — А Один мёртв. — увидел Кратос его смерть в ведении. — Получается... эта Гроа солгала? — понял по новым сведениям Боруто. — Гроа лгала! Ну конечно! Ха-ха! Один полагается на лжепророчестве! Ха-ха-ха! — радовался этому Мимир, не сдерживая свой смех. — Я погляжу, тебя это очень радует... — скрестил блондин руки на груди, спокойно и с улыбкой смотря на довольную рожу головы. — А как мне не радоваться? Он ещё тот ублюдок! — был он откровенен. — Значит... мы переживём Рагнарёк. — был воодушевлён Атрей. — Победим Одина! — В этом пророчестве мы не присутствуем. — напомнил ему об этом Кратос. — Но... это же Тюр вёл армию на Асгард. И там были воины из Хеля, и эльфы... и Воин... — услышав последнюю фразу, мужчина резко повернулся к сыну, недовольно смотря на него. — Ладно, кто он такой — неважно. Но мы впервые знаем что-то, о чём не знает Один. Знаем, что можем победить! — мальчик посмотрел на бывшего бога войны, который не переставал рассматривать себя в ведении. — Тюр? — Я не дам пророчеству решать за меня... — с ноткой спокойствия проговорил Тюр, опуская голову вниз. — Но, но мы же видели... — полубог резко подходит ему. — Нет, Атрей. — перебивает он его, поворачиваясь к нему лицом. — Так нельзя. Все тут же замолчали. Напряжение повисло в воздухе, никто не знал, что сказать дальше.       Парень лишь снова косо посмотрел на Тюра. Он слегка прищурил глаза, выражая своё недовольство. Что-то в этом всём ему не нравилось, и тот лишь укреплял его подозрения. — «Всё-таки что-то тут не так». — проговорил у себя в голове. — Идём. Нужно всё обдумать. — подойдя к ним, проговорил Кратос дальнейшие действия.

***

      На обратном пути домой эльфы вновь преградили им дорогу. Сражение вспыхнуло внезапно, и путникам пришлось вновь схватиться за оружие. Боруто, уклоняясь от атак, метко отражал удары, а Атрей, используя свою магию, поддерживал товарищей. Кратос сражался так же безжалостно, как всегда, разя врагов одним взмахом Левиафана.       После напряжённой схватки, когда последний эльф пал, группа наконец смогла перевести дух. Наш герой оглядел всех, а затем вновь остановился на Тюре.       Не говоря ни слова, они подошли к нему. Тюр стоял немного в стороне, выглядя отстранённым, словно всё произошедшее не касалось его. Он с виноватым видом смотрел на вырубившегося эльфа, которого же сам и вырубил. Он не хотел воевать, не хотел крови, смерти. Поэтому он взял его за ногу и потащил по белому свету. — Всё кончено. — разрушил тишинку спартанец. — Ничего не кончено. — был на своей позиции бывший бог. — Я... — собирался Локи с мыслями и проговорил: — Всё будет в порядке, Тюр. — Ты же видел, что случится. Я сказал, что не пойду с вами, но в итоге тащу ни в чём неповинного эльфа... — продолжал говорить о своём Тюр. — Неповинного?! — удивился его заявлению Атрей. — ...и иду по пути разрушения Асгарда. — договорил он. — Разве у нас есть выбор? — задал ему вопрос. — Выбор есть всегда! — почти прокричал Тюр. — Я не стану возглавлять войну... Не стану. — перейдя на шёпот, продолжил: — Я уже не тот, каким был... — «Всё, что он делает и говорит — полный бред! С ведениями я соглашусь: мы сами решаем свою судьбу, а не какие-то размазни на стенах. Но война...» — посмотрев на него пару секунд, Узумаки продолжил: — «Не важно лидер ты или нет, война всё равно случится. Её может вести кто-то другой, смотря, какие у того цели. Уж я... точно знаю...» — Я не хочу сражаться. Но с вами четырьмя этого не избежать. Ваш путь ведёт к множеству жертв. К невероятной боли и страданиям... — продолжал он говорить им свою лекцию. — «Стоп... А меня зачем сюда приплетать?! Я вообще почти стою молча и не отношусь к этому делу! Не говори того, чего не знаешь, идиот! От Мимира вообще только голова осталась! Фига он приукрасил!» — ругался парень у себя в голове, злобно смотря на высокого мужика и почти скрипя зубами. — «Не, всё! Я тя точно на чистую воду выведу, сволочь такая!» — Тебе напомнить, кто убил меня? — из ниоткуда вылез Момошики, левитируя у него за спиной. — «Ты вообще захлопнись! Тебя сюда не приглашали! Ты другая тема!» — фыркнул он. — Слышь! — оскалился зубами Ооцуцуки. — «Если так хочешь выпендриваться, то ты пятый участник в его красноречие! Сгинь!» — Боруто махнул рукой и призрак монстра тут же испарился. — «Нашёлся мне эксперт». Внезапно эльф очнулся и, отрезав себе ногу, пополз от них к обрыву моста. — Нет! — Атрей прыгнул на него, чтобы поймать, но не успел. — Атрей! — увидел Кратос, что его сын мог провалиться и хотел помочь, но быстрая реакция голубоглазого быстро схватила того за руку. — Держу! — Боруто хотел вытянуть друга обратно, но мост из под ног исчез, и они начали падать. — Проклятье! Боруто! — прокричал Мимир. Парни с грохотом рухнули вниз, ударившись о ледяную воду. Холод мгновенно сковал их тела, а сильное течение тут же подхватило их, разбрасывая в разные стороны.       Полувеликан пытался бороться с течением, но оно унесло его далеко от остальных. Он пытался удержаться, хватаясь за камни, но поток был слишком сильным, и вода вырывала его из рук.       Спартанец, не раздумывая, прыгнул вслед за сыном. Он прорвался сквозь течение, разыскивая его. Всплеск — и вот хватает подростка и выныривает наружу. Используя Клинки Хаоса, он вонзил их в скалу у берега, цепляясь и подтягиваясь вверх, преодолевая сопротивление течения.       Тюр, заметив их борьбу, поспешил на помощь. Он протянул руку, помогая мужчине вытащить Атрея. — Кхе... Кхе... Кхе... — лёжа на земле, откашливался Локи. — Кхе... Кхе... Согласен! — поддержал его Мимир, тоже пытаясь прийти в себя. — Ты ранен? — спросил об его самочувствии Кратос. — ...Нет. — встав на ноги, спокойно ответил ему, но, вспомнив о друге, тут же забеспокоился. — Г-где Боруто? — Чёрт... Его унесло течением! — поняла голова, что дела шли паршиво. Сын Фэй резко подбежал к обрыву, пытаясь глазами найти его. Сердце бешено колотилось, а ни тени, ни силуэта не было видно. Он не мог поверить, что Боруто... — Боруто-о-о! — прокричал во весь голос, надеясь, что тот ответит. Тишина. Ни звука, ни писка не было слышно.       Он начал винить себя... Винить, что вообще прыгнул к эльфу. Он не хотел, чтобы так произошло, не хотел, чтобы с ним что-то случилось по его вине.       Не думая о сильном течении и о том, что его самого может куда-то унести, хотел прыгнуть обратно в воду, но сильная рука отца остановило его. — Не вздумай! — прокричал мужчина, отталкивая от обрыва. — Тогда как мы его найдём?! Может, он застрял под водой, задыхается?! А мы тут стоим и ничего не предпринимаем! — кричал он на отца. — Я не уйду, пока не найду его! — Его могло унести течением! — проговорил один из вариантов мудрейший. — Куда?! — обратился к голове. — Это мне неведомо... — с ноткой грусти и спокойствия проговорил он. — Я кого-то вижу! Там! — указал Тюр на другую сторону, где была видна лишь рука на стене. — Боруто! — мальчик тут же сорвался с места, бежа из-за всех сил. Через несколько минут они добрались до места. Все поспешно осмотрели местность, и вдруг мальчик заметил на земле что-то. Он остановился и внимательно пригляделся.       Чуть дальше от них на сырой земле лежал Боруто. Его тело было безжизненно раскинуто, а лицо было бледным, словно давно не дышал. Атрей подскочил к нему, сердце сжалось от тревоги. — Боруто! — он наклонился, проверяя пульс. Было трудно дышать, воздух казался тяжелым от стресса, но пульс, к счастью, был. Парень лежал в бессознательном состоянии, его одежда была промокшей, а волосы были забиты в сгустки воды. — Он жив! — с облегчением выдохнул Атрей. — Боруто! Боруто, приди в себя! Боруто слегка сморщился, его брови дрогнули, а через мгновение он закашлялся, выплёвывая воду. Его грудь резко вздымалась, пока он судорожно пытался вдохнуть воздух.       Атрей облегчённо выдохнул, увидев, что друг приходит в себя. — Всё нормально? — спросил как его друг себя чувствует. — Кха... Кха... — откашливался он. — Н-нормально... Кхм... — Прости, я не думал... — начал было извинятся, но внезапная ладонь перед его лицом остановило его речь. — Не извиняйся, ты не знал... — помогли ему встать на ноги. — Можем идти дальше, я в норме. — Хорошо, что ты смог выбраться, а то пришлось бы тебя искать. — радовался Мимир. — Выбраться? — вопросительно уставился на него Боруто. — Я думал... — тут же замолк, понимая, что не они помогли ему выбраться. — «Я думал, они меня вытащили... Тогда... кто?..»

***

      Вскоре ребята вернулись обратно домой к гномам. Когда они вошли, внутри пахло чем-то необычным. Вскоре выяснилось, что Тюр занялся приготовлением ужина. Он сосредоточенно помешивал что-то в котелке, тогда как Брок стоял рядом, скрестив руки на груди, и ворчал: — Ну вот скажи мне, на кой хрен ты добавил в похлёбку эти сраные овощи?! — недовольно бурчал он. — Я что, по-твоему, кролик какой-то?! — Овощи полезны, Брок. — спокойно ответил Тюр, продолжая мешать похлёбку. — Да хоть трижды полезны, но жрать их — одно мучение! — продолжал ворчать. К тому моменту, когда ужин был готов, все собрались за столом. — Атрей! — позвал сына, садясь за стол. — Поешь. Парни уселись за стол. Блондин тяжело вздохнул, всё ещё ощущая усталость после случившегося. Полубог сел рядом, с нетерпением поглядывая на котёл, из которого доносился аппетитный аромат.       Тем временем бывший бог войны аккуратно поднял котёл с ужином и подошёл ближе к столу. Он поставил его рядом у камина, чтобы еда оставалась тёплой, после чего разлил похлёбку по мискам. — Ешьте, ешьте, друзья... — поставил одну порцию гному. — М-м-мда-а-а... — протянул Брок. — А назад не полезет?.. Мужчина продолжал накладывать еду всем и ставить перед нос. Увидя своё блюдо, наш герой не почувствовал огромного аппетита. Из-за того, что он не спал и чуть не утонул, то слабость дала о себе знать. Глаза хотели сомкнуться, но он держался, понимая, что если прикроет хоть на минуту, Момошики этим воспользуется. Поэтому для вида просто ковырял ложкой еду, делая вид, что ждёт, когда остынет.       Дойдя до мальчика, проговорил: — Это тебе... — поставил миску Тюр. — Пища, достойная Воина. — Хватит. — перебил его Кратос. — Я сказал больше об этом ни слова. — Да, конечно... — кивнул мужчина. — Не хотел обидеть.. — Да я не обижаюсь. — встав со стола и взяв тарелку, парень продолжил: — Просто слово. — Затмевающее твой разум. — добавил от себя Кратос. — Ты правда думаешь, оно ничего не значит? А просьбы мамы развеять её прах? — положив рот в еду и жуя, продолжил: — А то, что мы видели в Йотунхейме? Для чего всё это? Ты не задумываешься? — Каждый день. — ответил на его вопрос. — Но я не верю, что мать хотела подвигнуть тебя на глупые авантюры. — А вдруг великаны на меня надеются? — сказав это, его отец разозлился. — Великаны? — чуть повысил голос. — Я на тебя надеюсь. Не рискуй. Будь умней. — Но... — хотел было что-то сказать, но его отец не дал. — Ты должен думать как мужчина, а не как ребёнок. — договорил он. — Но что, если без Локи в Ярнвиде не получится... — не успел договорить, как спартанец громко стукнул по столу, привлекая всеобщее внимание. — Ты! Атрей! — повысил свой голос, смотря сыну прямо в глаза. — Мой сын. И только. Ты понял? По выражению полувеликана было понятно, что ему не понравился ответ отца. Они слишком по разному смотрели на ситуацию и никак не могли прийти к соглашению. Бросив тарелку на стол, каштановолосый обиженно посмотрел на отца. — Что-то аппетит пропал. — с этими словами он направился к себе в комнату, закрывшись от потустороннего мира. — Прости меня, Кратос... Я сказал это, не подумав. — извинился Тюр. Синдри было хотел пойти к другу, но Узумаки жестом остановил его, давая понять, что сам к нему сходит. Всё-таки подросток с подростком могли лучше друг с другом побеседовать.       Голубоглаз взял его тарелку и подошёл к двери, открыв её. Он молча зашёл к нему, видя, как тот с одного места на другое ходит, как взбешённый волк. — Я не понимаю. — прервал тишину Атрей. — Откуда взялись рассказы про Локи, и Воина, и Ярнвид, если всё это ложь? Он такой... Через злость он стукнул кулаком о бочку, продолжая показывать свою обиду. Он никак не понимал, почему его отец не может его понять, не может хоть в чём-то поддержать. Его друг лишь спокойно смотрел со стороны, ждя, когда он немного побесится.       С тяжёлым вздохом Локи сел на своё постельное место, склонив голову вниз. И уже в этот подходящий момент Боруто поставил его тарелку на бочку и присел рядом с ним. Для этого момента нужно было найти подходящие слова. С одной стороны он мог понять Кратоса, ведь, скорее всего, тот не хотел, чтобы сын влезал в войну. С другой... он мог понять Атрея, ведь сам хотел чего-то добиться, показать себя в деревне, что он Боруто Узумаки, а сейчас... когда его жизнь перевернулась, он чувствовал себя в этой ситуации куда более умнее и разумнее, чем три года назад. — Знаешь... — прервал Боруто тишину. — Он просто за тебя волнуется. Думает, что ты пойдёшь на войну. — Но это не так! — отрицал он, посмотрев на блондина. — Знаю. — спокойно взглянул на него и продолжил: — Честно, все эти ведения... мне не совсем понятны, но... просто хочу, чтобы ты... ну... шёл своей дорогой, а не по написанной книге. — немного мямлил он, пытаясь подобрать нужные слова. — Просто... хочу, чтобы ты знал: я тебя во всём поддержу. — ...Спасибо. — поблагодарил его Атрей за последние слова. — Это... для меня много значит. — Знаю, ты не хочешь об этом говорить, но... постарайся понять и отца, ладно? — попросил его об одолжении и, прислонив голову к стене, тихо проговорил: — Я даже немного завидую вам. У вас... крепкие отношения. — У нас? — Атрей посмотрел на друга, который немного погрустнел из-за этой темы. — А у тебя... — Это всё. — остановил его, давая понять, что не хочет говорить на эту тему. — Понял. — кивнул он и посмотрел на его усталый вид. — Ты... неважно выглядишь. — Хах, знаю... Ничего, высплюсь и... всё пройдёт. — подойдя к двери, добавил: — Ты тоже поспи. Поможет. Подросток вышел из его комнаты, оставив одного, и подошёл к обеденному столу, где Мимир уже рассказывал гномам, что было в мире эльфов. — И потом Атрей с Боруто плюхнулись в воду! Кратос смог вытащить Атрея, а Боруто уже сам спасся. — рассказывал им Мимир, что с ними приключилась. — На кой хер ты вообще его потащил с собой? — задал ему вопрос Брок. — Это был неповинный эльф. Я... не мог его оставить там... Таким... — проговорил причину Тюр. — Главное, что все остались живы и здоровы. — смотрел Синдри в лучшую сторону и увидел мальца. — О, и как он? — Всё нормально. — немного подумав, Боруто всё же решается сказать им, что именно случилось с ним после того, как упал в воду. — Насчёт падения... Я не выбрался. — В смысле? — моргнул Мимир, не понимая его речь. — Когда я упал, нас с Атреем разделило, и из-за того, что я не сгруппировался вовремя, сильно ударился головой о воду и отключился. Я думал, вы меня вытащили, но... когда я услышал от Мимира, что сам выбрался... я задался вопросом: кто? — То есть... кто-то неизвестный спас тебя? — так понял по его объяснению Синдри. — Ха! Не поверю, что эльфы решили сжалится над тобой! — тыкал ложкой в воздух Брок. — Кроме эльфов там никого не может быть. — добавил Кратос. — Согласен, брат. Очень странная ситуация... — размышлял Мимир. — Если тебя кто-то спас, возможно, он знал тебя. Другого объяснения я не вижу... — «Кто-то знакомый?.. Но кто?» — задумался Боруто.