Глава 68 : Двуликий Бог Янус и новая поэма Реи
15 апреля 2025 г., 08:14
Примечания:
Упс? Я была уверенна, что выложила эту главу. Надеюсь, сегодня вечером будет еще одна
Двуликий бог таится рядом,
Маленькая предусмотрительность Реи,
Голос Геры — отвратительная насмешка.
***
Они прошли сотню футов, прежде чем безнадежно заблудились. Туннель был совсем не похож на тот, в который Аннабет и Рея наткнулись раньше. Теперь он был круглым, как канализация, построенный из красного кирпича с железными решетчатыми иллюминаторами каждые десять футов. Рея посветила в один из иллюминаторов, она ничего не увидела. Он открылся в бесконечную тьму. Она услышала голоса с другой стороны. Аннабет старалась изо всех сил направлять их. У нее была идея, что они должны держаться левой стены. —Если мы будем держаться одной рукой за левую стену и следовать по ней, — сказала она, — мы сможем найти выход, изменив курс. К сожалению, как только она это сказала, левая стена исчезла. Они оказались в середине круглой камеры с восемью выходящими наружу туннелями, и понятия не имели, как они там оказались. —Эм, а каким путем мы сюда пришли? — нервно спросил Гроувер. —Просто повернись, — сказала Аннабет. Каждый из них повернулся к разным туннелям. Это было смешно. Никто из них не мог решить, какой путь ведет обратно в лагерь. —Я чувствую Нижний мир из этого туннеля, — сказал Аидоней, она чувствовала, как он пристально смотрит на туннель, на который смотрит и она. —…Хм, он изменил положение. Посейдонас повернулся и посмотрел на туннель, на который смотрел Тайсон. —Я сделаю предположение и скажу, что из этого туннеля есть вход в море. Блондин молчал, прежде чем закрыл глаза. —Он то же изменил положение. —Левые стены — это плохо, — сказал Тайсон. —Куда теперь? Аннабет провела лучом фонарика по аркам восьми туннелей. Они были идентичны. —Туда, — сказала она. —«Двуликий шепчет: выбирай, ты должен, Но выбор остается окутанным пылью, Он стремится обмануть, посеять сомнения и страх, Но павлин погонится, ясно дав понять свои намерения. Желание, которое она дарует, хотя ответ на него посеян, В глубочайших тайнах это уже известно », — сказала Рея. Гроувер бросил на Рею косой взгляд. —Они становятся жуткими. —Просто пойдем, — сказала Аннабет. Выбранный ею туннель быстро сузился. Стены превратились в серый цемент, а потолок стал таким низким, что вскоре они сгорбились. Тайсону пришлось ползти. Гроувер учащенно дышал, и это был самый громкий звук в лабиринте. —Я больше не могу, — прошептал он. —Мы уже приехали? —Мы здесь уже минут пять, — сказала ему Аннабет. —Прошло больше времени, — настаивал Гроувер. — И почему Пан был здесь? Это полная противоположность дикой природе! —Мы можем согласиться с этим.— Рея чувствовала себя настолько скованной и застрявшей. —Море не должно быть сдержанным, но оно здесь настолько закрыто, что мне становится плохо и неуютно. Они продолжали тащиться вперед. Когда они уже были уверены, что туннель станет настолько узким, что раздавит их, он открылся в огромную комнату. Рея посветила фонариком на стены и сказала: —Хм. Вся комната была покрыта мозаичной плиткой. Картины были грязными и выцветшими в красных, синих, зеленых, золотых тонах. На фризе были изображены олимпийские боги на пиру. Там был Посейдон с трезубцем, протягивающий Дионису виноград, чтобы тот превратил его в вино. Зевс развлекался с сатирами, а Гермес летал по воздуху на своих крылатых сандалиях. Картины были красивыми, но не очень точными. —Дионис не такой уж красивый, и нос Гермеса не такой уж большой, и Зевс тоже не такой уж красивый, — громко сказала Рея. —Рея! — отчитала ее Аннабет. —Что? Я говорю правду! И глаза Диониса фиолетовые, а не красные. — Она добавила. Посреди комнаты стоял трехъярусный фонтан. Казалось, что в нем давно не было воды. Рея нахмурилась, вспомнив что-то. На самом деле ей даже не нужно было вспоминать, но, посмотрев на это некоторое время, она заметила разницу в одеждах богов и конструкции здания, в котором они находились. Хотя римская и греческая архитектура выглядят схоже, разница между ними заметна в декоре их памятников и колонн. Рея обвела рисунок. —Погодите… это не греческий пантеон. —Это римляне, — сказала Аннабет. —Этим мозаикам около двух тысяч лет. —Меркурий, Вакх, Нептун, Юпитер, — пробормотала Рея. —Да, это имена, которые римляне дали богам, — сказала Аннабет. —Лабиринт — это лоскутное одеяло, оно постоянно расширяется, добавляя детали. Это единственное произведение архитектуры, которое растет само по себе. —Оно живое, — сказала Ри. —И это одновременно удивительно и жутко. —Согласна, — сказала Аннабет, она была поражена искусством вокруг них. Из туннеля перед ними раздался стонущий звук. —Давайте не будем говорить о том, что оно живое, — захныкал Гроувер. —Пожалуйста? —Ладно, — сказала Аннабет. —Вперед. —Вниз по коридору с плохими звуками? — сказал Тайсон. Даже он выглядел нервным. —Да, — сказала Аннабет. —Архитектура стареет. Это хороший знак. Мастерская Дедала должна быть в самой старой части. Но вскоре лабиринт начал играть с ними, они прошли пятьдесят футов, и туннель снова превратился в цемент, с латунными трубами, спускающимися по бокам. Стены были разрисованы граффити. Неоновая вывеска теггера гласила MOZ RULZ. —Ну... вот и все мое радостное наслаждение искусством полетело в тартарары, — надулась Рея. Аннабет глубоко вздохнула и двинулась вперед. Через каждые несколько футов туннели извивались, поворачивали и разветвлялись. Пол под ними менялся с цементного на глиняный, с кирпичного и обратно. Во всем этом не было никакого смысла. Они наткнулись на винный погреб — кучу пыльных бутылок на деревянных стеллажах — словно шли по чьему-то подвалу, только выхода над ними не было, только еще больше туннелей, ведущих дальше. Позже потолок превратился в деревянные доски, и они могли слышать голоса над собой и скрип шагов, как будто они шли под каким-то брусом. Было успокаивающе слышать людей, но с другой стороны, они не могли добраться до них. Они застряли здесь без возможности выбраться. Затем мы нашли свой первый скелет. Он был одет в белую одежду, похожую на какую-то униформу. Рядом с ним стоял деревянный ящик со стеклянными бутылками. —Молочник, — сказала Аннабет. —А! Понятно! — ухмыльнулась Рея. —Так вот где мой отец заблудился, когда пошел за молоком. Все повернулись и посмотрели на нее, как будто у нее выросло две новые головы. Аннабет вздохнула. —Рея… —Мы в плачевном положении, так что я могу обратить это в шутку, — пожала плечами Рея. Гроувер выглядел нервным. —Как он вообще здесь оказался? —Некоторые люди забредают сюда по ошибке, — сказала Аннабет. —Некоторые приходят исследовать это место намеренно и никогда не возвращаются. Давным-давно критяне отправляли сюда людей в качестве человеческих жертвоприношений. Гроувер сглотнул. —Он здесь уже давно.— Он указал на бутылки скелета, покрытые белой пылью. Пальцы скелета царапали кирпичную стену, словно он умер, пытаясь выбраться. —Только кости, — сказал Тайсон. —Не волнуйся, козлик. Молочник мертв. —Молочник меня не беспокоит, — сказал Гроувер. — Это запах. Монстры. Разве вы не чувствуете его? Тайсон кивнул. —Много монстров. Но под землей пахнет именно так. Монстры и мертвые молочные люди. —О, хорошо, — простонал сатир. —Я думал, что, может быть, я ошибаюсь. —Нам нужно забраться глубже в лабиринт, — сказала Аннабет. —Должен быть путь к центру. Она повела их направо, затем налево, через коридор из нержавеющей стали, похожий на вентиляционную шахту, и они вернулись в комнату с римской плиткой и фонтаном. На этот раз они были не одни.***
—Двуликий, — пробормотала Аннабет себе под нос, вспоминая, что сказала Рея ранее. Первое, что все заметили, были его лица. Оба. Они выдавались по обе стороны его головы, глядя через плечи, так что его голова была намного шире, чем должна была быть, как акула-молот, смотрящая прямо на них, все, что они видели, это два перекрывающих друг друга уха и зеркальные бакенбарды. Он был одет как нью-йоркский швейцар: длинное черное пальто, начищенные ботинки и черный цилиндр, который каким-то образом держался на его широкой голове. —Ну, Аннабет? — сказало его левое лицо. —Поторопись! —Не обращайте на него внимания, — сказало правое лицо. —Он ужасно груб. Сюда, мисс. У Аннабет отвисла челюсть. —Эээ... Я не... Тайсон нахмурился. —У этого смешного человека два лица. —У этого смешного человека есть уши, знаете ли! — ворчало левое лицо. —А теперь идите, мисс. —Нет, нет, — сказало правое лицо. —Сюда, мисс. Поговорите со мной, пожалуйста. Двуликий человек рассматривал Аннабет как мог краем глаза. Невозможно было смотреть на него прямо, не фокусируясь на одной или другой стороне. Он хотел, чтобы Аннабет выбрала. За ним было два выхода, заблокированных деревянными дверями с огромными железными замками. Они не были там в первый раз, когда проходили через комнату. Двуликий швейцар держал серебряный ключ, который он постоянно перекладывал из левой руки в правую. Позади них дверной проем, через который они пришли, исчез, сменившись новыми мозаиками. Они не пойдут обратно тем же путем, которым пришли мы. —Выходы закрыты, — сказала Аннабет. —Да уж! — сказало левое лицо мужчины. —Куда они ведут? — спросила она. —Одна, вероятно, ведет туда, куда ты хочешь пойти, — ободряюще сказало правое лицо. —Другая ведет к верной смерти. —Я… я знаю, кто ты, — сказала Аннабет. —О, ты умница! — усмехнулось левое лицо. —Но знаешь, какой путь выбрать? У меня нет целого дня. —Зачем ты пытаешься меня запутать? — спросила Аннабет. Правое лицо улыбнулось. —Теперь ты главная, моя дорогая. Все решения на твоих плечах. Ты ведь этого хотела, не так ли? —Я-.. —Мы знаем тебя, Аннабет, — сказало левое лицо. —Мы знаем, с чем ты борешься каждый день. Мы знаем твою нерешительность. Тебе придется сделать свой выбор рано или поздно. И этот выбор может убить тебя. Краска отхлынула от лица Аннабет. —Нет... я не... —Достаточно, Янус, — Рея сердито посмотрела на него. —Она знает! — пробормотало левое лицо. —Конечно, она знает! Столько вариантов, столько решений… —Скоро увидимся, Рея Джексон, — сказало правое лицо. —Но сейчас очередь Аннабет.— Он весело рассмеялся. —Так весело! —Заткнись! — говорило его левое лицо. —Это серьезно. Один плохой выбор может разрушить всю твою жизнь. Он может убить тебя и всех твоих друзей. Но не дави, Аннабет. Выбирай! Рея схватила Аннабет за блузку и оттолкнула ее за спину. —Знаешь, ты — заноза, — сказала Рея Янусу, который сердито на нее посмотрел. Прежде чем он успел оскорбить ее в ответ, яркий свет залил комнату. Янус поднял руки по обе стороны головы, чтобы прикрыть глаза. Когда свет погас, у фонтана стояла женщина. Она была высокой и грациозной с длинными волосами цвета шоколада, заплетенными в косы с золотыми лентами. Она носила простое белое платье, но когда она двигалась, ткань переливалась цветами, как масло на воде. —Янус, — сказала она, — мы снова создаем проблемы? —Н-нет, миледи! — пролепетало правое лицо Януса. —Да!— сказало левое лицо. —Заткнись! — сказало правое лицо. —Простите? — спросила женщина. —Не вы, миледи! Я разговаривал сам с собой. —Понимаю, — сказала дама. —Ты прекрасно знаешь, что твой визит преждевременный. Время девушки еще не пришло. Поэтому я даю тебе выбор: оставь этих героев мне, или я превращу тебя в дверь и сломаю. —Какая дверь? — спросило левое лицо. —Заткнись! — сказало правое лицо. —Потому что французские двери — это хорошо, — размышляло левое лицо. —Много естественного света. —Заткнись! — завопило правое лицо. —Не вы, миледи! Конечно, я уйду. Я просто немного развлекался. Выполнял свою работу. Предлагал выбор. —Вызывал нерешительность, — поправила женщина. —А теперь уходите! Левое лицо пробормотало: Испортил вечеринку», затем подняло свой серебряный ключ, вставило его в воздух и исчезло. Женщина повернулась к ним. Ее глаза сияли силой. И затем женщина улыбнулась. —Вы, должно быть, голодны, — сказала она. —Посидите со мной, поговорите. Она взмахнула рукой, и старый римский фонтан забил. Струи чистой воды брызнули в воздух. Появился мраморный стол, уставленный блюдами с сэндвичами и кувшинами лимонада. —Гера, — сказала Рея. Гера лишь улыбнулась, хотя улыбка показалась ей немного натянутой, обидевшись на то, что ее не называют «леди».***
Если бы Рея не знала лучше, она бы поддалась тому, как мило ведет себя Гера. Она подала им сэндвичи и налила лимонад. —Гроувер, дорогой, — сказала она, — используй салфетку. Не ешь ее. —Да, мэм, — повиновался Гроувер. —Тайсон, ты чахнешь. Хочешь еще сэндвич с арахисовым маслом? Тайсон подавил отрыжку. —Да, милая леди. —Фальшивая леди, — подумала Рея. —Царица Гера, — сказала Аннабет. —Я не могу в это поверить. Что ты делаешь в Лабиринте? Гера улыбнулась. Она щелкнула пальцем, и волосы Аннабет расчесались сами собой. Вся грязь и сажа исчезли с ее лица. —Я, конечно же, пришла увидеть тебя, — сказала богиня. Гроувер повернулся к Рее с нервным выражением лица в ответ. Рея положила руку ему на плечо. Обычно, когда боги приходят за тобой, это не по доброте душевной. Это потому, что они чего-то хотят. Тем не менее, Рея съела еду, к большому неодобрению Посейдона. Рея надулась. —Она не отравлена! Посейдонас посмотрел на него свирепо. —Никогда больше так не делай. Аидоней усмехнулся. Тайсон также поглощал один сэндвич с арахисовым маслом за другим, а Гроувер наслаждался лимонадом, хрустя пластиковым стаканчиком, как рожком мороженого. —Я не думала...— Аннабет запнулась. —Ну, я не думала, что тебе нравятся герои. Гера снисходительно улыбнулась. —Из-за той маленькой ссоры с Геркулесом? Честно говоря, я получила столько негатива в прессе из-за одного разногласия. Ри приподняла бровь. Одного? Дорогая, у вас есть целая история разногласий. —Разве ты не пыталась убить его много раз? — спросила Аннабет. —Я имею в виду, что этот чувак — огромный придурок, он этого заслуживает, — пробормотала Рея. Гера пренебрежительно махнула рукой. —С тех пор много воды утекло, моя дорогая. К тому же, он был одним из детей моего любящего мужа от другой женщины. Мое терпение лопнуло, признаю. Но с тех пор у нас с Зевсом было несколько отличных сеансов с семейным психологом. Мы высказали свои чувства и пришли к взаимопониманию — особенно после того последнего маленького инцидента. —И разве это не огромная ложь? — спросила Рея. —Почти уверена, что видела Зевса с нимфой на прошлогодней вечеринке. Как только Рея сказала это, Гера холодно посмотрела на нее, что не произвело на Рею особого впечатления, и она продолжила есть со скучающим выражением лица. —Рея Джексон, не так ли? Одна из...детей Посейдона. —Да, один из его бастардов, — произнесла Рея слово, которое пришло на ум Гере. Гера решила проигнорировать ее. —Насколько я помню, я голосовала за то, чтобы оставить тебя в живых в день зимнего солнцестояния. Надеюсь, я проголосовала правильно. Она повернулась к Аннабет с солнечной улыбкой. —В любом случае, я определенно не питаю к тебе зла, моя девочка. Я понимаю сложность твоего поиска. Особенно, когда тебе приходится иметь дело с такими смутьянами, как Янус. Аннабет опустила взгляд. —Зачем он здесь? Он сводил меня с ума. —Пытаюсь, — согласилась Гера. —Ты должен понять, что младшие боги, такие как Янус, всегда были разочарованы своей незначительной ролью во вселенной. Некоторые, боюсь, не очень любят Олимп и легко могут поддаться влиянию, чтобы поддержать возвышение моего отца. —Младшие боги? — нахмурился Аидоней. —Хмпф, — усмехнулся Посейдонас. — И они удивлены, что все их предают. Нет такого понятия, как младший бог. —Разве у вас нет Старших Богов? — спросила Рея. —Старший Бог — это просто титул, который означает «лидер пантеона». Это исключает того, что мы не называем других младшими богами или какими-то другими неуважительными титулами, которые наши "коллеги" решили дать другим богам только потому, что они не так могущественны, как они, и посчитали их неважными, — сказал Аидоней. — У каждого есть своя роль во вселенной. Если говорить проще, это как человеческая машина: маленький винтик, который кажется неважным, может создать проблему для всей системы, заставив ее рухнуть. То, что он маленький, не означает, что его следует игнорировать и отодвигать в сторону. Так и боги, если они есть, это значит, что они играют важную роль, какой бы незначительной она ни казалась. —Ты либо бог, либо нет, нет такого понятия, как «важнейший» или «незначительный», которое было бы просто глупостью, — добавил Посейдонас. —Вот почему мне нравится ваш тип системы, — сказала Рея, вспоминая множество богов, присутствовавших на собрании, где они решили проголосовать за судьбу человечества. Это касалось не только важных шишек, но и всех остальных. —Мы должны следить за младшими богами, — сказала Гера. —Янус. Геката. Морфей. Они лицемерно поклоняются Олимпу, и все же... —Вот куда пошел Дионис, он проверял их, — сказала Рея. —В самом деле.— Гера уставилась на выцветающие мозаики олимпийцев. —Видишь ли, в трудные времена даже боги могут потерять веру. Они начинают доверять не тем вещам. Они перестают смотреть на общую картину и становятся эгоистичными. Но я богиня брака, видишь ли. Я привыкла к настойчивости. Ты должна подняться над ссорами и хаосом и продолжать верить. Ты должна всегда помнить о своих целях. —Каковы твои цели? — спросила Аннабет. Она улыбнулась. — Сохранить мою семью, олимпийцев, вместе, конечно. На данный момент, лучшее, что я могу сделать, это помочь тебе. Боюсь, Зевс не позволяет мне слишком сильно вмешиваться. Но раз в столетие или около того, ради поиска, который мне очень дорог, он позволяет мне исполнить желание. —Желание? —Прежде чем ты спросишь, позволь мне дать тебе совет, который я могу дать бесплатно. Я знаю, что ты видишь Дедала. Его Лабиринт для меня такая же загадка, как и для тебя. Но если ты хочешь узнать его судьбу, я бы навестил своего сына Гефеста в его кузнице. Дедал был великим изобретателем, смертным по сердцу Гефеста. Никогда еще не было смертного, которым Гефест восхищался больше. Если кто-то мог бы угнаться за Дедалом и рассказать тебе его судьбу, так это Гефест. —Но как мы туда попадем? — спросила Аннабет. —Это мое желание. Я хочу найти способ пройти Лабиринт. Гера выглядела разочарованной. —Пусть так. Но ты желаешь чего-то, что тебе уже дано. —Я не понимаю. —Средства уже в пределах твоей досягаемости.— Она посмотрела на меня. —Рея знает ответ. Рея скрестила руки на груди и ничего не сказала, хотя и не пыталась. —Но это несправедливо, — сказала Аннабет. —Ты не говоришь мне, что это такое! Гера покачала головой. —Получить что-то и иметь достаточно ума, чтобы это использовать... это две разные вещи. Я уверена, твоя мать Афина согласилась бы. Комната грохотала, как далекий гром. Гера встала. —Это будет моим сигналом. Зевс теряет терпение. Подумай над тем, что я сказал, Аннабет. Найди Гефеста. Тебе придется пройти через ранчо, я полагаю. Но продолжай идти. И используй все имеющиеся в твоем распоряжении средства, какими бы обычными они ни казались.— Она указала на две двери, и они растаяли, открыв два коридора, открытые и темные. —И последнее, Аннабет. Я отложила день твоего выбора, я не помешала ему. Скоро, как сказал Янус, тебе придется принять решение. Прощай! Она махнула рукой и превратилась в белый дым. Еда тоже, как раз когда Тайсон жевал сэндвич, который превратился в туман у него во рту. Фонтан затих. Мозаичные стены потускнели, стали шероховатыми и снова поблекли. Комната больше не была тем местом, где можно было бы устроить пикник. Аннабет топнула ногой. Что это была за помощь? «Вот, возьми сэндвич. Загадай желание. Упс, я не могу тебе помочь!» Пуф! —Пуф, — грустно согласился Тайсон, глядя на свою пустую тарелку. —Знаешь, теперь я понимаю, почему одним из ее священных животных является павлин. Она, конечно, красива, но, черт возьми, ее голос уродлив, — сказала Рея. Аннабет фыркнула. —Ну, — вздохнул Гроувер, — Она сказала, что Рея знает ответ. Это уже что-то. Все посмотрели на Рею. —Может быть, я и знаю, но сейчас не время», — сказала Рея, бросив взгляд на Аннабет. Аннабет вздохнула. —Ладно. Тогда мы просто продолжим. —Итак… путь? — ждала Рея. И тут Гроувер и Тайсон оба напряглись. Они встали вместе, словно репетировали. —Влево, — сказали они оба. Аннабет нахмурилась. —Как вы можету быть уверен? —Потому что что-то идет справа, — сказал Гроeвер. —Что-то большое, — согласился Тайсон. —Спешите. Вместе они нырнули в темный коридор.
