Глава 74: Огигия
29 апреля 2025 г., 18:00
Затерян в Огигии.
Решение принято.
Правда Реи.
***
Если бы вы спросили о текущих эмоциях Посейдонаса и Аидонея, их ответы разошлись бы. Аидоней признался бы, что испытывает беспокойство. Посейдонас, с другой стороны, не выразил бы своих чувств словами, но его пронзительный взгляд ясно дал понять, что он был далеко не доволен безрассудным поступком Реи. На самом деле, он чувствовал себя оскорбленным. Хотя не бояться смерти было похвально, этот дерзкий поступок перешел черту и стал чистой безрассудностью. Предварительное предупреждение об этом событии также не улучшило ситуацию. Посейдонас выразил свое недовольство недвусмысленно, нанеся резкий удар по затылку Реи плоской стороной трезубца. —За что это?! — запротестовала Рея, потирая голову в том месте, где ее ударил Посейдонас. Посейдонас лишь усмехнулся, воздерживаясь от разговора, в то время как Аидоней не мог не усмехнуться реакции Реи. Она укрылась за ним, послав яростный взгляд в сторону его брата. —Как насчет того, чтобы поделиться с нами своим планом, прежде чем приступать к его осуществлению в следующий раз? — предложил Аидоней. —Хмпф, — надулась в ответ Рея, прежде чем решила наконец выйти из мира брастлета. Рея проснулась в пещере. Потолок сверкал разноцветными кристаллическими образованиями — белыми, фиолетовыми и зелеными, как будто она находилась внутри одной из тех вырезанных геод, которые можно увидеть в сувенирных магазинах. Она лежала на удобной кровати с пуховыми подушками и хлопчатобумажными простынями. Пещера была разделена на секции белыми шелковыми занавесками. У одной стены стоял большой ткацкий станок и арфа. У другой стены были полки, аккуратно уставленные банками с фруктовым вареньем. С потолка свисали сушеные травы: розмарин, тимьян и куча других вещей. В стене пещеры был встроен камин, а над пламенем кипел котел. Пахло здорово, как тушеная говядина. Рея села и потянулась. У нее были следы ожогов, немного розовее обычного, но не сильно. На ней был простой белый хитон. Свисток стигийской ледяной собаки висел на ее шее, как ожерелье, его было трудно не заметить, так как он находился под хитоном, касаясь ее кожи. С трудом она встала. Каменный пол замерзал под ее ногами. Она повернулась и обнаружила, что смотрит в полированное бронзовое зеркало. —…по крайней мере, мои волосы все еще целы…—Она вздохнула. —Немного…— Она посмотрела на обгоревшие пряди своих волос. Она выглядела так, будто потеряла двадцать фунтов, которые не могла себе позволить сбросить. Ее волосы были крысиным гнездом. Они не сильно сгорели, она могла подстричь эти части, и никто не заметит разницы, но это не делает ее менее раздраженной. Она отвернулась от зеркала. Вход в пещеру был слева. Она направилась к дневному свету. Пещера выходила на зеленый луг. Слева была роща кедровых деревьев, а справа — огромный цветочный сад. На лугу журчали четыре фонтана, каждый из которых выстреливал водой из труб каменных сатиров. Прямо впереди трава спускалась к каменистому пляжу. Солнце сверкало на воде, а небо было чисто-голубым. Это казалось раем, и Рея чувствовала бы покой, если бы не знала, что это за место. Девушка с заплетенными карамельными волосами, Калипсо, стояла на пляже, разговаривая с кем-то. Она не могла хорошо его разглядеть в мерцании солнечного света от воды, но они, казалось, спорили. Вода подступила к Рее и окружила ее, она вздохнула с облегчением, поскольку вся усталость ушла, а оставшиеся раны начали заживать. Она подошла к Калипсо. На ней было белое греческое платье без рукавов с глубоким круглым вырезом, отделанное золотом, такое же, как сейчас на Рее. Калипсо вытерла глаза, словно плакала. —Ну, — сказала она, пытаясь улыбнуться, — спящий наконец-то просыпается. Как ты себя чувствуешь? «Я в порядке. «Как тебя зовут, Герой? — спросила она. Ну… по крайней мере, я не разговариваю во сне, подумала Рея. —Рея. —О, как титанида, — сказала Калипсо, протягивая руку и пытаясь запустить пальцы в спутанные волосы Реи, которая увернулась от ее руки. —Мне жаль, — сказала она. —Я просто привыкла заботиться о тебе. Что касается того, как ты сюда попал, ты упала с неба. Ты приземлился в воде, вот там.— Она указала на пляж. —Я не знаю, как ты выжил. Вода, казалось, смягчила твое падение. Что касается того, где ты сейчас, ты в Огигии. —Извините, но мне пора возвращаться, — сказала Рея. Калипсо на долю секунды выглядела убитой горем, прежде чем скрыть это за улыбкой. —Сначала отдохни. Ты не сможешь уйти, пока не поправишься. —Я войду в воду и отдохну там, — сказала Рея, прежде чем подойти к воде; вода была неглубокой, и Калипсо все еще могла ее видеть.***
Рея посмотрела на ночное небо. Звезды были яркими — тысячи их, она могла различить все созвездия Козерога, Пегаса, Стрельца. И там, около южного горизонта, было новое созвездие: Охотница. —Рея. Что ты видишь? —Звезды… и темное будущее, обещающее новое завтра, — сказала Рея. Прежде чем Калипсо успела что-либо сказать, Рея снова вернулась под воду, чтобы укрыться в своем безопасном уголке, словно рыба, спрятавшаяся между кораллами. Разговор ей был неинтересен. —Эь, Аид? — крикнула Рея, входя в тронный зал. Это был ее не первый визит в его замок, и мрачная атмосфера этого места, несмотря на его темноту, не смутила ее. Аидоней занял свой трон, глубоко задумавшись, изучая шахматную доску справа. В комнате царило невысказанное отсутствие. —Не могла бы ты сыграть со мной быструю партию в шахматы? — предложил он. —...Конечно, — ответила Рея, садясь напротив него за шахматную доску. Их окутала спокойная тишина, единственными звуками были «сцепления» шахматных фигур, перемещающихся по доске. Прошло совсем немного времени, прежде чем Аидоней поставил ей мат. —Итак, что вы хотели спросить? — спросил он. —Ты можешь научить меня своей технике боя? — наконец заговорила Рея. —А именно, технике Рога изобилия. Аидоней на мгновение встретился с ней взглядом, и Рея не дрогнула и не вздрогнула. Он закрыл глаза и усмехнулся. —Ты никогда не перестаешь меня удивлять.***
Рея выходила из воды только по необходимости, в остальное время она держалась подальше от Калипсо. И всякий раз, когда они разговаривали во время еды, Рея старалась не упоминать никого из Лагеря Полукровок, решив держать рот закрытым и отвечая только на основные вопросы. Где-то на озере раздался грохочущий звук. На горизонте появилось свечение. Оно становилось все ярче и ярче, пока они не увидели огненный столб, движущийся по поверхности воды, приближаясь к ним. —Гость, — сказала Калипсо, вставая. Когда огненный столб достиг берега. Калипсо встала и поклонилась ему церемонно. Пламя рассеялось, и перед ними предстал высокий мужчина в сером комбинезоне и металлическом ортопедическом приспособлении, его борода и волосы тлели от огня. —Господин Гефест, — сказала Калипсо. —Это редкая честь. Бог огня хмыкнул. —Калипсо. Прекрасна, как всегда. Извините нас, пожалуйста, моя дорогая? Мне нужно поговорить с нашей юной Реей Джексон.***
Гефест неловко сел за обеденный стол и заказал пепси. Невидимый слуга принес ему одну, открыл ее слишком внезапно и обрызгал содовой всю рабочую одежду бога. Гефест взревел, выругался и отшвырнул банку. —Глупые слуги, — пробормотал он. —Ей нужны хорошие автоматы. Они никогда не капризничают! —Гефест. Я предполагаю, что Аннабет доложила тебе. Он кивнул. —Находчивая девчонка, эта. Нашла дорогу назад, рассказала мне всю историю. Она, знаешь ли, ужасно волнуется. Рея наклонила голову. —Все думают, что ты мертв. Я должен был убедиться, что ты вернешься, прежде чем начать рассказывать всем, где ты. —Я возвращаюсь... Я просто ждала билета, можно сказать, — сказала она. Гефест скептически посмотрел на нее. Он выудил что-то из кармана — металлический диск размером с iPod. Он нажал кнопку, и он превратился в миниатюрный бронзовый телевизор. На экране были новостные кадры с горы Сент-Хеленс, огромный столб огня и пепла, тянущийся в небо, вы также можете увидеть трещины вокруг горы. —«Пока неизвестно о дальнейших извержениях», — говорил диктор.— «Власти распорядились эвакуировать почти полмиллиона человек в качестве меры предосторожности. Тем временем пепел выпал даже в районе озера Тахо и Ванкувера, а вся территория горы Сент-Хеленс закрыта для движения в радиусе ста миль. Хотя о смертельных случаях не сообщалось, незначительные травмы и заболевания включают... » Гефест выключил его. —Ты устроила настоящий взрыв. Рея просто непонимающе посмотрела на меня. —Телехины рассеялись, — сказал ей бог. —Некоторые испарились. Некоторые убежали, без сомнения. Я не думаю, что они будут использовать мою кузницу в ближайшее время. С другой стороны, я тоже не буду. Взрыв заставил Тифона пошевелиться во сне. Нам придется подождать и посмотреть, прежде чем действовать, — сказал он. —Хм, кто же знал, что это будет так мощно, — пробормотала Рея. Бог хмыкнул. —Могла бы меня и обмануть. Ты дочь Сотрясателя Земли, девчонка. Ты не знаешь своей силы. Не знает? ... О, она прекрасно знает, единственная часть ее способностей, с которой у нее все еще есть небольшие проблемы, — это штормы. —Гроувер и Тайсон все еще в лабиринте, верно? Гефест слегка кивнул. —И что теперь? — спросила Рея. Гефест поморщился. —Никогда не проси совета у старого калеки, девчушка. Но я скажу тебе вот что. Ты знаком с моей женой? —Афродита. —Это она. Она коварная, девчонка. Берегись любви. Она сведет тебя с ума и заставит думать, что верх — это низ, а добро — это зло. Она бы приняла этот совет близко к сердцу... к сожалению, она больше никогда не сможет любить. Афродита может попытаться, Эрос тоже может попытаться, черт возьми, им никогда не удастся заставить ее влюбиться. —Если ты решишь покинуть это место — и я не говорю, что правильно, а что нет — то я обещал тебе ответ на твой квест. Я обещал тебе путь к Дедалу. Ну, вот в чем дело. Это не имеет никакого отношения к нити Ариадны. Не совсем. Конечно, нить работает. Именно за ней будет охотиться армия титана. Но лучший путь через лабиринт... Тесею помогла принцесса. А принцесса была обычной смертной. В ней не было ни капли божественной крови. Но она была умна и могла видеть, парень. Она могла видеть очень ясно. Так что я говорю — я думаю, ты знаешь, как ориентироваться в лабиринте. —Я знаю, — встала Рея. —Вот почему я сейчас пойду и найду Дедала. Последовала некоторая тишина, прежде чем он заговорил снова. —Нелегко быть гениальным изобретателем, — пророкотал Гефест. —Всегда один. Всегда непонятый. Легко озлобиться, совершить ужасные ошибки. С людьми работать сложнее, чем с машинами. А когда ты сломаешь человека, его уже не починишь. Гефест стряхнул последние капли пепси со своей рабочей одежды. —Дедал начал неплохо. Он помог принцессе Ариадне и Тесею, потому что ему было их жалко. Он пытался сделать доброе дело. И из-за этого в его жизни все пошло плохо. Разве это справедливо?— Бог пожал плечами. —Я не знаю, поможет ли тебе Дедал, девушка, но не суди никого, пока не постоишь у его кузницы и не поработаешь его молотом, а? Рея грустно улыбнулась. —Поверь мне... я понимаю это больше, чем кто-либо другой. Гефест некоторое время наблюдал за ней, прежде чем встать. —Прощай, девушка. Ты хорошо постаралась, уничтожив телемхинов. Я всегда буду помнить тебя за это. Это прощание прозвучало очень окончательно. Затем он извергся в столб пламени, и огонь двинулся по воде, направляясь обратно в мир снаружи.***
Рея гуляла по пляжу несколько часов, чтобы немного прочистить голову от неприятных воспоминаний. Когда она наконец вернулась на луг, было уже очень поздно, может быть, четыре или пять утра, но Калипсо все еще была в своем саду, ухаживая за цветами при свете звезд. Ее лунное кружево светилось серебром, и другие растения ответили на магию, светясь красным, желтым и синим. —Он приказал тебе вернуться, — догадалась Калипсо. —Не приказал. Он дал мне выбор. Ее глаза встретились с глазами Реи. —Я обещала, что не буду предлагать. —Я не могу остаться, — сказала Рея. —Даже бессмертия недостаточно, чтобы я осталась здесь. И обещания избежать пророчества. У меня много черт, но трусость — не одна из них. Калипсо выглядела обиженной. Рея вспомнила время, когда она была еще нормальной. Если бы она осталась такой же, ее сердце болело бы за Калипсо и осталось бы с ней навечно. Но та ее версия умерла… скатертью дорога. Калипсо сорвала цветок из своего сада — веточку серебряного лунного кружева. Его сияние померкло, когда взошло солнце. Наступил рассвет. Калипсо воткнула цветок в волосы Реи, единственный раз, когда черноволосая девушка позволила ей прикоснуться к себе, пока она не спала. Сразу после этого Рея отступила. Калипсо опустила руку. —Тогда иди на пляж, мой герой. И мы отправим тебя в путь.***
Плот представлял собой десятифутовый квадрат из бревен, связанных вместе шестом вместо мачты и простым белым парусом из льна. Он не выглядел как очень мореходный или достойный озера. —Это доставит тебя куда пожелаешь, — пообещала Калипсо. —Это совершенно безопасно. —Прощай, Калипсо. —Прощай, Рея. Рея ступила на плот. Он тут же поплыл от берега. Через несколько минут остров Огигия скрылся в тумане. Она плыла одна по воде к восходу солнца. —Что с тобой случилось, что ты не можешь искренне любить окружающих тебя людей? — наконец задал Аидоней вопрос, который вертелся у него в голове уже много лет. —Это стало причиной моей смерти. Когда представился случай, я выбросил часть своего сердца. Интересный факт: Зевс был тем, кто решил, что давать названия своим приемам и приемам своих братьев будет забавно. Посейдону эта идея не понравилась, и он сердито посмотрел на Зевса за те названия, которые тот дал своим атакам. А Аиду это показалось забавным, и он согласился.
